Цитаты из книги «В дороге», страница 12
Вновь были вывалены на тротуар наши потрепанные чемоданы; нас ждали еще более дальние дороги. Но не беда, дорога — это жизнь.
И глядя, как река при свете звезд катит свои волны из самого центра Америки, я знал, и знание это было сродни безумию: все, что я когда-то постиг, все, что еще предстоит постичь, — едино.
— Мы едем в Лос-Анджелес! — крикнули они.
— Что вы там будете делать?
— Черт возьми, понятия не имеем! Какая разница?
Автобус мчался дальше. Я возвращался в октябре. Все возвращаются домой в октябре.
Потому что я люблю очень многие вещи и просто чумею и зацикливаюсь, несясь от одной падающей звезды к другой, пока не упаду сам.
...я знал, и знание это было сродни безумию: все, что я когда-то постиг, все, что еще предстоит постичь, — едино.
...он присоединится к кому угодно, однако не гарантирует, что будет с вами душой.
А кроме того, мы ночи напролет проводили в постели, и я рассказывал ей свои сны. Я рассказал ей об огромном всемирном змее, который свернулся кольцом внутри земли, как червь в яблоке, и который в один прекрасный день взроет изнутри гору — потом ее станут звать Змеиной горой — и поползет по равнине, растянувшись на сотни миль и пожирая все на своем пути. Я сказал ей, что змей этот — Сатана.— Что же будет? — взвизгнула она, крепко меня обняв.— Святой по имени доктор Сакс уничтожит его секретными травами, которые в эту самую минуту варит в своей потайной хижине где-то в Америке. К тому же может статься, что змей — всего лишь оболочка, а внутри — голуби. Когда змей умрет, наружу выпорхнут целые тучи маленьких серых голубков, которые разнесут по всей земле весть о мире.
- Сал, Сал, гляди-ка, здесь я родился, подумать только! Люди меняются, они год за годом уплетают свою еду и с каждой едой меняются. Э-эх! Гляди-ка!
Я возводил очи горе и молил Бога ниспослать мне лучшей доли в жизни, лучшего шанса сделать что-нибудь для тех маленьких людей, которых любил. Но оттуда никто не обращал на меня никакого внимания. Нашел, чего просить, тоже мне…
