Цитаты из книги «Сад бабочек», страница 3

Мне нравится По. Он подкупает своей откровенной замкнутостью.

В этом была наша Сирват. Она показывала цветы, которыми можно было отравиться, но сама их не ела. Она знала тысячу способов, как убить себя, – и ее завораживали девушки под стеклом. Мы этого не понимали и не желали понять. Сирват любовалась ими наравне с Садовником.

Если в твоем присутствии кого-то без конца рвет, аппетит как-то пропадает.

С социопатами вся беда состоит в том, что никогда не знаешь, чего от них ожидать.

А греки и Шекспир так любили убивать персонажей… Хороший урок. Всё умирает.

Если его не одолевало желание, он был на удивление сдержанным человеком.

Садовник содержал свой Сад проклятых тридцать лет.

Садовник убивал лишь по трем причинам.

Во-первых, возраст. Срок годности истекал в двадцать один, после чего… Да, красота преходяща, и он хотел сохранить ее, пока была возможность.

Во-вторых, состояние здоровья – если девушка покалечена, слишком больна или слишком беременна. Ну, просто беременна. Слишком беременная – это как слишком мертвая, статичное состояние. Такие новости всегда злили Садовника. Лоррейн раз в квартал колола нам препараты, призванные избавить нас от подобных казусов. Но каким же надо быть идиотом, чтобы не предохраняться?

Ну, и в-третьих, если девушка была неспособна ужиться в Саду. Если по прошествии нескольких недель она продолжала плакать, голодала или неоднократно пыталась покончить с собой. Если она слишком упрямились или ломалась.

Эвери убивал девушек ради удовольствия – или по неосторожности. В таких случаях отец на какое-то время запрещал ему появляться в саду. Но потом Эвери возвращался.

Однако именно потому, что это касается их лично, потому что они пристрастны, эти агенты выгорают и ломаются первыми.

Никто просто так не просится в группу по расследованию преступлений против детей. У всех есть свои причины.