Цитаты из книги «Марта Квест», страница 2
Обычно легче подмечать нелепости и противоречия в социальной системе той или иной страны, когда находишься за ее пределами, и очень трудно - когда сам вырос в этой стране.
С некоторых пор она стала обращать куда больше внимания на глаза людей, чем на их тела, и глазастик бывали серьезные, взволнованные, порой даже молящие, когда как тела и лица принимали те позы и выражения, каких требовала окружающая обстановка. Точно телесные покровы людей — их ноги, из голоса — находились во власти некой силы, которая никак не затрагивала их внутренней жизни, их суждений и дум.
Марта Квест в ресторане Макграта или на танцах в клубе казалась либо скучающей, надутой, скептически настроенной молодой особой, с принужденной улыбкой, либо болтливой куколкой с пронзительным, неестественным смехом. Теперь она сбросила с себя этот стиль - она держалась естественно. Она стала сама собой
Марта в самой себе ощущала противоборство самых разнообразных сил; усилие мысли, которое требовалось для того, чтобы изгнать из своего сознания такие слова, как «черный», «белый», «нация», «раса», изматывало ее, голова у нее болела, и тело было словно налито свинцом.
Она — подросток, и потому самой судьбой ей суждено быть несчастной; англичанка — и потому должна чувствовать себя неловко, всю жизнь обороняться от нападок; живет в четвертом десятилетии двадцатого века — и потому не может не сталкиваться с проблемами рас и классов; женщина — и потому вынуждена протестовать против закабаления женщин, существовавшего в прошлом.
Книги эти прежде всего вызывали в ней мысль: «Да, конечно, нищета возмутительна, но почему об этом нужно без конца твердить? И как вы предлагаете изменить все это?»
В жизни большинства женщин все, даже величайшее горе, кончается тем, что они «приспосабливаются».
Пруст
Лучше почитать что-нибудь; и она стала рыться в книгах, лежавших грудами на туалетном столике, на обеденном столе и даже на полу. Она искала чего-нибудь такого, что отвечало бы ее состоянию, где говорилось бы об ее собственном безгранично мрачном настроении (которое, как ей было хорошо известно, могло в любую минуту превратиться в столь же безграничную радость)
Ведь есть два вида чтения: один - когда человек только расширяет свои познания, и другой - когда человек вбирает в себя новые факты, новые взгляды с тем, чтобы впоследствии применить их в жизни
Политических проблем они никогда не обсуждали, как не обсуждали и… Но что же они, собственно, обсуждали? Марта часто думала о том, что их многолетняя дружба, в сущности, устояла потому, что они о многом умалчивали — точнее, обо всем сколько-нибудь важном; эта мысль вызывала в девочке возрастающую неприязнь ко всему, что ее окружало, — неприязнь, постепенно ставшую в ней преобладающим чувством. С другой стороны, поскольку одна из приятельниц была закоренелой англичанкой, а вторая — закоренелой африкандеркой,[2] их дружбу можно было рассматривать как победу такта и добросердечия над почти непреодолимыми препятствиями, ибо в силу традиций они должны были ненавидеть друг друга. Марте подобные взаимоотношения казались, конечно, недопустимыми, ибо ее представления о дружбе были совсем иными и она до сих пор ждала появления настоящего, идеального друга.
