Читать книгу: «Светлое будущее в наших руках»

Об авторе

Родился я 16 июля 1975 года в семье простых рабочих, как и многие миллионы граждан нашей необъятной страны. Родился я в КБР, г. Майский, учился в средней школе. В школе я начал пробовать писать свои стишки, и кое-что получалось.

Мои стихи жёсткие, простые и слегка злые, с применением разговорных слов и немного – ненормативного диалекта.

Некоторые мои стихи создадут впечатление, как будто наелся дерьма. Кто-то скажет, что они пахнут «босотой». И он будет прав. Ну, что поделать, иногда читателю надо давать горькую пилюлю. Да и сам читатель, возможно, хотел бы чего-нибудь "остренького".

В моих стихах много нелицеприятной критики.

К сожалению, которая имеет место быть в нашей жизни. Как говорится, в семье не без "героя".

Уважаемый, дорогой читатель. У меня нет умысла кого-то обидеть. Я лишь только хочу показать некоторые несовершенства и абсурдности нашей жизни, которые надо выносить наружу, и показать все отражения наших изъянов, чтобы мы могли бороться с таковыми и становиться, как можно лучше.

Ваш покорный слуга.

Кабардино-Балкария

 
Приезжай в Кабардино-Балкарию,
Прилетайте сюда отдыхать!
Никогда ты о том не забудешь,
Как приятно здесь побывать.
Юных гор дыхания свежесть,
Чистый воздух прекрасных лесов,
Красотой упоение реликта,
Шумных речек, бегущих с гор.
Родников чудодейственной силы,
Минеральных целительных вод
Разломают оковы недуга,
Ты от счастья вспорхнешь выше гор.
Здесь туризм на все виды и вкусы,
Экстремальный и просто такой.
Никогда ты о том не забудешь,
Что бывал в этом крае таком.
Вас здесь встретят, как лучшего друга,
Изобильем кавказских столов,
Тёплым светлым радушием жизни,
Кабардино-балкарский народ!
 

«Смотри сквозь призму многогранья…»

 
Смотри сквозь призму многогранья,
Многослоённости цветов.
Сквозь них можно узнать немало,
Увидеть множеств взаимосвязанных родством…
 

Оккультизм

 
У меня подруга Маша
Сильно верит в гороскоп.
Времена по нём сверяет
И финансовый доход.
Сонник утром она смотрит,
Не умыв ещё глаза.
А потом под впечатлением
Ходит, словно не своя.
Спрашиваю: "Маша, Маша,
Что случилось, в чём дела?
Ты сегодня не живая,
Может, сильно ты больна?"
Отвечает грустно Маша:
"Ночью сон приснился мне,
Будто где-то мы с тобою
Вдруг стоим на целине.
Сонник весь перелистала,
Не найду таких примет.
Я теперь хожу больная,
Как найти на то ответ?"
 

Слова

 
Говорите все достойным,
Светлым, чистым языком!
Сквернословие поганое
Выкинь в мусорное ведро!
Ведь, когда ты сквернословишь,
Грязь в себя вбираешь ты.
И она, как та зараза,
Разрушает изнутри.
Если где-то кто-то рядом
Сквернословит и хулит,
Он эфир весь засоряет,
Отравляет и вредит.
Будто в чистом родничочке,
Воду мутит негодяй,
Или грязь чернозловонную
Разливает тут и там.
Хула или сквернословье —
Очень страшные слова,
В них дурное искаженье,
Мерзопакостная тьм
Говорите комплименты,
Добрые светлые слова,
И тогда в нашей жизни
Воссияет красота!
 

«Сколько лжи, сколько обмана…»

 
Сколько лжи, сколько обмана
На Святую Русь всё льют,
Всякой радости злорадной,
Мерзкой клеветой плюют,
Беды все свои дурные
На Россию вдруг пенят.
Словно Моськи те шальные,
Смело лают и скулят,
Говорят, что Русь "злодейка",
Всем мешает им дышать.
Многие из них мечтают
Всех нас взять и поломать…
Распрь посеять среди народов,
Змея злобного впустить,
Там, где чисто, мирно, свято,
Хотят грязью осквернить.
Подменяют правду ложью,
Тьму за свет нам выдают,
И совсем не замечают,
Что в погибель попадут.
Но Россия демократна,
В правде, вере и добре,
Толерантна в созиданье,
В состраданье и нужде.
Не дадим мы мать-Россию,
Многолюдную страну
В оскорбленье, в униженье,
А тем более – в войну!
Хватит тяжкого нам бремя,
Что было спокон веков.
На планете Русь Святая
В светлый мир всех поведёт!
 

Евротолерантность

 
Посмотри, что делается?
Что в миру творится!?
Некоторые люди
Стали не так жениться.
Парень дружит с парнем,
Девушка – с девицей,
Не поймёшь, где женщина,
А кто из них мужница?
Мужик ходит в юбке,
Веером крутя,
Глазками стреляет,
Постыдной радости полна.
Бога искушают,
Плюют ему в глаза,
Детские души развращают
Прямо у нас на глазах.
Мерзкое гнойное семя
Хотят кинуть нам,
Заразить заразою,
Навязать чуму.
Стадо Вавилонское,
С блудливою старухою,
Гадкий, грязный вызов
Бросить хочет в мир.
Будьте нетерпимы,
Непреклонным будь,
Скоро прекратится
Шествия их путь!
 

«Отвратительны все мы стали…»

 
Отвратительны все мы стали
И уменьшились сами в себе,
Позабыли Христа и страдания,
Распустились в своём животе.
Бог нам стал совсем безразличен,
Изменили ценности в нем,
Удовольствий пороков вкушаем
И в сознаньях течет гной.
Извратились в ценностях гадких,
Исказили Божественный нрав,
Богохульные речи толкаем
И уродство высоких похвал.
Проституция и либеральность
Модою стала в наших умах,
Хитро-подлая лукавость
Ложным светом прельстила нас.
Правды истин с ложью смешали,
Что удобней лукавость впирать,
Неужели время настало
Смертный гной за мед принимать.
Пеленою в глазах роговица
Отдалила нас от Христа,
3а грехи мерзко-постыдные,
Воздаяние будет сполна.
 

«Ударили тебя по щеке просто так…»

 
Ударили тебя по щеке просто так,
Другую тоже подставь.
Евангелие так исказил Ватикан
И утвердил, как подленёк нам,
Чтоб были весьма управляемы —
Покорны, смиренны, податливы.
На самом деле было не так.
Лишь только за твой повинный «косяк» —
Ты щёку другую подставь.
Но если тебя ударили, чтоб унизить и оскорбить,
Смиряться не должен пред всяким дерьмом,
Глотать не обязан обиду.
В ответ своим трудовым кулаком
Челюсти тому сокруши!
 

«Сто пятьдесят лет Ильичу…»

 
Сто пятьдесят лет Ильичу,
В гробу лежит хрустальном.
Мешает всем он либералам,
Красиво лежит распятый.
И всё мечтают закопать,
Зарыть его поглубже.
То воплем поросячьим воззопят,
Поскуливая лаем брехучим.
Лежит, мол, он всё не в удел,
Бюджет казённый растощая.
И привилегий на нём дел,
Великий Ленин мертвый им мешает.
Хоть закопайте вы его
Или сожгите в крематории,
Великий Ленин живее всех живых,
Он главный средь всех нас на небосводе.
 

«Занимайтесь, люди, спортом…»

 
Занимайтесь, люди, спортом,
И бросайте все курить!
Вредоносные привычки
Всем пора нам позабыть.
Все пороки пропаданья,
Что ведут нас в смертный ад,
Что нас делают слабее,
Как беспомощных щенят.
Разрушают пути жизни,
Разум, плоть уничтожая,
В тьму вгоняют без надежды,
Душу в тлен уничтожая.
 

«Рыбаки ловили рыбу…»

 
Рыбаки ловили рыбу
На вонючей речке,
Нет поклёвки, рыбы нет,
Сидят просто по привычке.
Речка вся воняет химией
И смердит отходами,
Для чего они сидят?
Просто так – для отдыха.
У одного вдруг рыбака
Поклёвка – рыба клюнула,
Подсекнул и стал тянуть,
Вытащил рыбину чудную.
У неё три головы,
Рука была, как щупальца,
И одна из трёх голов
Матом кроет хулистым.
 

«Новый год! Новый год…»

 
Новый год! Новый год!
Что он всем нам принесёт?
Кому – ветер, зной и стужу,
Кому – праздника контузье,
Кому – стойкий огурец,
А кому-то – холодец!
В Новый год столы крыть будем,
Веселиться и плясать,
Только делать аккуратно,
Чтоб ничто не поломать.
Трепет радостной надежды
И немного волшебства,
Праздник с детства нам любимый,
Праздник счастья торжества.
Уподобимся мы детям,
Пусть недолго, хоть на миг,
Чтоб исполнились желанья
В чистых светлых пожеланиях,
Добродетельству стараньях,
Тем, кто в жизни дарит мир!
 

Дед Мороз

 
Меня не сыщешь днём с огнём,
О том не следует жалеть бы,
Ведь я не каждому живьём
Являюсь ветхим Божеством
На рубеже тысячелетий.
Холодный пот меня прошиб
Среди посмешища торговли.
И попадаются порой
Любовь и Вера с мишурой
Среди мороженой морковки,
Блестят в красивой упаковке!
Я древний добрый Дед Мороз,
Всем на земле утру я нос,
Кто не по правилам живёт,
Кто слишком много на себя берёт.
Ещё немного подожду,
И всё ж, пожалуй, я начну.
С добром и радостью приду
Ко всем имеющим нужду,
С кусочком хлеба вместо зрелищ.
Меня ты можешь не узнать
Среди толпы однообразной.
И не пытайся отыскать
В мыслях своих разнообразных.
Я там, где время замолкает,
Пространство у меня в руках.
Я наполняю пустоту своим желаньем
От мира сотворения моего дыханья.
Всё знаю, всех я вижу вас,
Никто не скроется от моих глаз.
Подарки всем раздам вам по заслугам,
А кое-кого поставлю в угол.
 

Ёлка

 
Я ёлка новогодняя!
Зелёная стою!
Своею скромной стойкостью
Всем радость приношу!
С каркасом металлическим
Из сплава чугуна!
Мои иголки пышные
Из стекловолокна!
Пускай смеются лица
Позументарных форм,
Что жизнь во мне не теплится,
Но жизнь во мне живёт!
Положат меня в ящичек,
Как мумию, опять,
Чтоб в Новый год по-новому
Снова достать, собрать!
Украсят всякой разною
Красивой мишурой.
И вот стою нарядная
Уже ведь год восьмой!
Пускай не пахну хвоей,
Зато я не горю!
По нанотехнологии
Зелёная стою!
 

Тётя Мотя

 
Что ж ты бродишь, ходишь, тётя,
Всё туда-сюда-туда?
Видно, солнышко весеннее
Повлияло на тебя?
Ты надела мини-юбку
И накрасилась слегка,
Красотой так сильно блещешь,
Вся сама изнутри себя.
Не стесняясь грязной кофты
И порватых всех чулок,
Каблука не по размеру,
Что сломался у ворот.
Аромат твой "благовонный"
Трехнедельного питья,
Красотою неземною,
Словно атомная война.
Я пойду с тобой под ручку
Прогуляться вдоль реки,
Посидеть на бережочке,
Отдохнуть от суеты.
Выпить пару полторашек
Самогонного питья,
И всю ночь нам целоваться
Под луною до утра.
Утром встанем мы с тобою,
Морды вымоем в реке
И пойдём к тебе, родная,
Гнать своё похмелье.
 

«Я цензурщица-редактор…»

 
Я цензурщица-редактор
Не хочу впускать таланты.
Я вредитель-мизантроп
Хочу, чтобы наоборот —
Проходила вся бездарность,
Слюньки – сопельки – приятность.
Мне их нравится читать,
Чтоб потом с них хохотать.
 

Современный солдат

 
Я воин современный,
С компьютером стою,
С джойстиком в атаку
Против врагов иду.
Штыки и пистолетики
Совсем мне ни к чему,
На расстоянье где-то
Свой дрон я в бой веду.
Сижу на табуретке,
Упялившись в экран,
Нажму на кнопку эту —
И залп огня отдам.
Не нюхал вовсе пороха,
В траншеях не лежал,
Всем киборгам своим
Приказы отдавал.
Пускай мои солдаты
Железны, но смелы,
Зато они послушны,
Отважны и сильны.
У них глаз дальнозоркий
И крепкая рука,
Они не знают страха
И боли никогда.
Им есть давать не надо,
Вакцины не колоть,
Болезнь их не затронет
И смерть им невдомёк!
 

Участковый

 
Мне власть участкового свыше дана,
И эта работа сложна и трудна.
Где чёрт ногу сломит, обломит рога,
Приходится мне решать – нет или да.
И колос от плевел, гниль от плода
Приходится мне отделять иногда.
 

Невежество

 
Поднимите глаза выше,
Отряхните грязь с одежд
И умойте свои лица
От заблуждения невежд.
Больше верим мы плохому,
Лжи иль просто клевете,
И подыгрываем худому
В своём слабоверии.
Если кто-то оступился,
Споткнулся и упал,
Без сомненья, многие скажут,
Что он в пропасти пропал.
Скажут, просто не подумав,
И навесят ярлыки,
Ну, а те, кто позлобее,
Грязью чёрной отвраты.
Зависть, ненависть и злоба
Хотят нами управлять:
Сердце, душу, плоть и разум
Своей сетью оковать.
Вызов делает Лукавый,
В своём промысле худом,
Хочет общество людское
Все оставить за бортом.
Не хотим мы видеть дальше…
Дальше собственных ноздрей,
Эгоизм, гордыня, праздность —
Всё, что делает тупей.
Из невежества тупого,
Скудоумье бытия
Мы рождаем снова, снова
Кармы страшные дела.
Так давайте все стремиться
Видеть дальше, наперёд,
В знанье, в светлое познанье,
Что даёт нам Господь Бог!
 

Раздвоение

 
Я премудрая девица,
Верующая сестрица,
Пост держу в календаре
И молюся в тишине.
Библию, Псалтырь читаю,
А бывает – гороскоп,
Хиромантию листаю,
Сонник – вдоль и поперёк.
И подруга моя Рита
Подарила "Бхаговат-Гиту",
И теперь во лбу моём
Свет струится целым днём.
Всё в мозгу перемешалось,
Каша прям из киселя,
Я теперь хожу чумная,
Чуть контужена слегка.
 

«Смеяться, право, не грешно…»

 
Смеяться, право, не грешно,
Потехе – час, а делу – время,
И шутки праздной естество
Знай, как, кому давать для дела.
 

Лихой

 
Вы друзья напрасно, не рискуйте зря,
Если даже кажется, справится весьма,
В сети лихоимства можно враз попасть,
Не успеешь пикнуть, как на тот матрас.
Лучше ты подумай, стоит иль не стоит?
Гнать, как угорелый, словно на пожар,
Ты собой нечаянно, может быть случайно,
Жертв невинных можешь зацепить, "лихой".
Плачь ты, или вой ты, если ты живой, ты,
Поздно, лихоимство крюк накинул свой.
И тогда завоешь, волосы рвать будешь,
Локоть где-то рядом, да не укусить.
Не спешите гнаться, всюду бы угнаться,
Всё равно везде всё не успеешь ты.
Лучше бы окститься и охолониться,
Дури лихоимной смыть с себя черты.
Век наш электронный, суетой наполнен,
Если бы мы знали, куда же все спешим…
Тут же бы окстились и не торопились,
Чтоб успеть где надо, вовремя везде!
 

"Красоты"

 
Вышел как-то на природу,
Прогуляться вдоль реки,
Посмотреть на все красоты,
Отдохнуть от суеты.
Подошёл к знакомому месту,
Где я был давным-давно.
Вдруг увидел нечто страшное,
И запущено давно.
Вместо тех красот реликта —
Свалки, падаль и дерьмо,
Где мальчишкой бегал босый,
Всюду битое стекло.
В тех местах гнездились птицы,
Рыба прыгала в реке,
А теперь, как та проказа,
Как лишай тот на челе.
Грустно стало мне, тревожно,
Защемило сердце вдруг:
Я услышал стон природы,
Зов, к спасенью голоса,
Опороченной людьми из невежества бытия.
Страх нагрянул из тех свалок,
Из зловонных куч смердя,
Что дышать не мог я вовсе,
Затошнило, закружилась голова.
Долго можем рассуждать мы,
Кто виновен и зачем?
Надо всем нам сознаваться
В общем, собственно, грехе.
Вспять разрушить эту стену
Из невежества бытия.
Безразличных дел молчанья,
Карму страшную суля.
Чтобы всем нам не покрыться
Гнойным мерзким лишаём, —
Убрать, вычистить с природы
Всё, что мы туда несём.
И тогда всем нашим детям,
Кем всегда мы дорожим,
За грехи к природе общей
Не придется губить жизнь.
 

Солнцепоток

 
Солнце в зените стоит, как огниво,
И тело иголками острыми жжёт.
Тень не поможет, подвал не спасёт,
Сожжет оно весь похотливый народ.
И язвы распухнут, и гной потечёт,
Кто в блуде утех постоянно живёт.
Страдание, крики, проклятие шлющие,
Те, кто во бремени пробыл протухшем,
Те, кто ленился и отставал,
Те, кто вино постоянно глотал,
Те, кто наркотиков змия вкушал,
Те, кто мясо животных сжирал.
Всех тех, кто знал и не знал, слышал – не слышал,
Но игнорировал время стремистое,
Ярило раздавит гнётом лучистым.
 

Дивный сон

 
Как-то светлой лунной ночью
Спал я с кошечкой своей.
Нежно мурка мне мурчала
И тихонько навевала
Сновидений красоту.
Вот вошёл в царство Морфея,
В страну грёз и волшебства.
В ней река течёт вверх, в гору,
Под ногой все небеса.
Воздух розовый, прозрачный,
Как малиновый кисель.
Аромат благоуханья
Роз, жасмина и лилей.
Звери в той стране, как люди,
Правда, странной красоты,
Без агрессии и страха,
Все любезны и нежны.
Я пошел гулять подальше,
Любопытства дух спирал,
На зеленую поляну
Вдруг случайно попал.
Вижу, посреди поляны
Стол лучистый в ней стоит
С драгоценными камнями,
В инкрустациях блестит.
Он сияет так прекрасно,
С переливом всех огней,
Что притронуться к столу
Даже просто не посмел.
Пошёл дальше, по дорожке
Галька вся из янтаря.
По бокам сады цветущие,
И плоды дают всегда.
Я таких плодов не видел,
Они будто из хрусталя,
Излучают тёплым светом,
Полупрозрачные слегка.
Ну а листья, на тех деревьях —
Высшей пробы серебра,
Перезвоном слух ласкают
От дуновенья ветерка.
Мотыльки парят над садом,
Стряхивая златую пыль.
А она вся так искрится,
Жёлтой радуги распыл!
Вот прошёл сад чудесный,
Огромный холм передо мной.
А на нем изба из сруба,
С больших бревен дом большой.
Стал карабкаться на холмик,
В дом хотелось тот попасть,
Кошка Мурка разбудила,
И не дала больше спать.
 

Зарождение

 
Во тьме кромешной, полной,
Где холод правит всем,
И в пустоте бездонной
Вдруг вспыхнул яркий свет.
Из яркой вспышки света
Струя огня лилась,
Как из рога изобилия,
Взрываясь и искрясь.
О свет, начальной жизни,
Огня прекрасный суп!
И хаос твой обильный
Надежды жизни суть!
 

Страшные люди

 
Жил-был на свете педераст,
Любил он радовать свой "глаз",
Злорад сарказма, увеселенья,
Надменности гордыни упоенье,
Ехидных сплетен наговор,
Желанье ближнему несчастья
И лицемерно – лизоблюдство —
Уменья опытного стажа.
Его приводит всего к экстазу
Наивного притворства маскарад.
Без мыла в душу влезть и в шкуру,
Чтоб растоптать твою культуру.
Не допускайте педерастов до себя,
Вы их почувствуете кожей.
Всех их поймёте на слуху,
Будь аккуратным, мудрым, дальновидным.
 

«В светлом будущем, ребята…»

 
В светлом будущем, ребята,
Надо будет светлым быть,
Добрым, смелым и умелым,
Сильным, умным, прозорливым.
Любить ближнего, как брата,
Любить так, чтоб жизнь отдать.
Любить Родину-Отчизну,
Чтоб всегда ей помогать.
Никогда не сомневаться,
Жертвовать собой самим.
Ради доброго святого,
Ради мира и любви.
Мы на это все способны,
Надо только захотеть.
И тогда с ворот тех рая
Помощь к нам всегда придёт.
 

«Критика – не очень приятное дело…»

 
Критика – не очень приятное дело,
Критику надо умело подать.
Если даёшь ты ее неумело,
То она может больно воздать.
Критика – не благодарное дело,
В ней жало правды с острым концом,
Она сильно мозг сотрясает,
Критика сильно бьет тумаком.
 

Законоблюститель

(слова на мотив "Мурки")

 
Вот идет блюститель, грешного закона,
Он фуражку на нос, сильно натянул,
Скулами воротит, зенками стреляет,
Хочет разобраться, кто плох, а кто хорош.
Тут идёт мужчинка в ларёк за похмельем,
Мент его увидел и спешит к нему.
Радостно подходит, честь не отдавая,
Спрашивает паспорт, почему не брит?
Мужичок тихонько мило отвечает:
"Здесь неподалеку проживаю я".
Пойдём разберёмся, тянет в каталажку,
Хочет чтобы взятку, заплатил ему.
Наш мужик бедняга, в кармане лишь трёшка,
Говорит сержанту: "Отпусти меня!".
Но сержант упёртый, словно бык амбарный,
Его силком везёт на освидетельство.
Врач там освидетель, хитрая пипетка,
Он с сержантом вместе, заодно они.
Спирта подливает в аппарат волшебный,
Куда надо очень, сильно-сильно дуть.
Мужичок в волшебный аппарат тот дунул,
Аппарат запикал, цифру выдал он.
Цифры – три промилле, на киляку веса,
Можно сто здоровых, мужиков свалить.
А сержант – ударник, трудового плана,
Он уже протокол строчит впопыхах,
Говорит мужчинке: "Здеся распишися,
И потом – свободен, словно та сопля".
Мужичок глаголит: "Я с утра ни капли,
Руки вон трясутся, с похмелюги я".
Мент – сержант здоровый, страшный, не культурный,
Подзатыльник врезал жёстко мужичку.
Мужичок взял ручку, крестик свой поставил
И пошел домой, похмелье гнать своё.
 

«Сует суетна суета…»

 
Сует суетна суета,
В богатстве поисков она.
Всё ходит, рыская, ища
Жизнь, смысл дающая огня.
Надежды впёртой упований,
В мечтах гордыни процветаний,
Уверенность, дающая упор,
Корысти алчной упой.
В мамоне видеть божество,
Ничтожно, как это родство,
Со звонкой грязною монетой,
Грехов тянувшее на дно.
 

Козлиный интерес

 
Вот сидят на лавочке двое молодцов,
Один Бык амбарный, а другой Козёл.
Бык Козлу глаголит, что рог его зудит,
А Козел лукаво Бычку говорит:
"Ты, Бычок, отважный, сильный и большой,
Рогом неуёмным бодани Волка.
Рог твой длинный, острый, словно булава,
Забоится Серый грозного тебя".
Бык, как бы стесняясь хитрого Козла,
Говорит Козлу, что мне не до Волка.
"Если мы и встретимся когда-никогда,
Вежливо здороваемся, мимо проходя".
Но Козел блебливый, хитростью смекнув,
Он Бычка-амбала как бы обманул.
Говорит, что Волк тот кровью упоен,
На родню телячью косо смотрит он.
Ну а Бык наивный, смелый и дурной,
На слово поверил, козлиной клеветой.
Будто бы давленье из нутра Быка,
Яростью кипучей хлынуло огня.
Тут назло Волчара мимо проходил,
Он "под марафетом" был неуязвим.
Волк на блатной фене кинул всем привет.
Бык небрежно мукнул на Волка в ответ.
Волк зубами клацнул в сторону Быка.
Ну, а Бык траншейный, копытами гребя,
Кинулся на Волка, рогами топча.
Волк умело, юрко, быстро увернул,
В шею он Бычару челюстью куснул.
Бычок закачался, ноги подкосив,
И упал на землю, дух свой испустив.
Волк был прозорливым, насквозь видел всех,
Он Козла падлину взял и просто съел.
В этой страшной басне суть всего одна:
На слово не верьте всяким там Козлам.
 

Спекулянтам

 
Я не люблю мироедов
И их торговый призыв.
Овощи, фрукты и зелень
Втридорога нам продают
Сидят на базаре, как квочки.
Купли-продажи дела
Пользу совсем не приносят,
Паразитируют, цены ломя.
Ведь им важнее "чё-почём",
Их не заманишь калачом
На «эксэбишен» в Эрмитаже.
Им сольды с гульдами считать
И размножаться примитивно,
В небесный свод не улетать,
Звезд дальних с неба не хватать,
Всем низко ползать не противно.
Мамона и меняло ихний Бог,
Хрустящая купюра у них идол.
Сидят на рынке целым днём,
Паразитируя умело.
 

«Внучек бабушке своей…»

 
Внучек бабушке своей
Рожицы корчит страшные,
По-звериному кричит,
Прыгает и скачет.
Бабушка, не знает мочи,
Перестань, мол, прекрати,
Ну, а внучек, будто чёртик,
Делает всё вопреки.
Раскидал свои игрушки,
Разбросал карандаши,
Прыгал, прыгал и кружился,
Наскочил на мяч и оступился.
Долго внучек с переломом,
С перевязанной рукой,
Тихо смирно ходит он.
Лихоимство вещь дурная,
Всех к себе оно берёт.
Ну а вы, ребята, знайте,
Впредь так не поступайте.
 

«Новый год! Новый год…»

 
Новый год! Новый год!
Загляни-ка в гороскоп.
Там прописан весь сценарий
На грядущий год вперёд.
Близнецы, Тельцы и Раки
Будут жить очень богато.
Скорпион, Стрелец и Рыбы —
Радость будет, жизнь счастлива.
Козерогам, Львам, Весам
Смогут всё, всё по зубам.
Девам, Овнам, Водолеям
Выигрыш возможен в лотереи.
Вы читайте гороскоп
На грядущий год вперёд.
Духом вы не унывайте,
Смело двигайтесь вперёд.
Занимайтесь больше спортом,
Отдыхайте на курортах
И бросайте все курить,
Чтоб недуги победить.
 

Время вперёд

 
Был я в школе октябрёнком,
Пионером тоже был!
И в конце той перестройки
В комсомол вдруг поступил!
Верю в лучшие идеи,
Коммунизма светлый путь!
Дяди Ленина заветы,
Что с Эдема к нам идут!
Как прекрасно было время,
Где надежды свет сиял.
Тут пришёл Горбачёв Миша,
Взял надежды все попрал,
Стал он петь под дудку НАТО
И разваливать страну.
Демократа слов свободы
Чересчур он перегнул.
И полились "нечистоты"
С западных из тех ворот
На ослабленную Отчизну
В виде жвачек, кока-кол.
"Ножки Буша" нам прислали,
Маргарина натощак,
Чтобы все мы рвались в НАТО,
Без него же нам не бывать.
Дядя Ельцин, алкоголик,
Разрешил всем наркоту,
Загубил полпоколенья,
Невзирая на судьбу.
Тут пришел Владимир Путин
И открыл нам всем глаза,
Показал он путь к спасенью,
Чтобы двигались туда.
Светлый ангел в тьме кромешной,
Расчищая к миру путь,
Чтобы не было ошибок
Не туда нам повернуть!
 

«Однажды перед Новым годом…»

 
Однажды перед Новым годом
Захотелось на базар пойти.
Купить кое-каких продуктов
И в книжной лавке гороскоп приобрести.
Зашёл на рынке в книжную лавку,
Увидел сборище людей.
И шумный спор, средь них гудящий,
Кто в гороскопе всех главней?
Один кричал: "Я – Лев! Я – Лев по гороскопу!
Он царь зверей, и значит я главней!"
Другая крикнула: "Я – Обезьяна!
И свысока чихать хотела я на таких царей!"
Близнец молчал, Свинья тихонько нос чесала,
Ну а Петух, руками всё махая,
Доказывал всем свой приоритет.
Один рычал, другой мычал,
А кто-то хрюкал для утехи,
Абсурд все накалялся на потеху.
В ту лавку Дед Мороз взглянул,
Всего лишь на одну минутку,
Весьма, случайно не на шутку?
Услышав спор их оголтелый,
Подумал, что они все озверели.
Был удивлен и крайне был расстроен…
Он видывал ещё и не такое!
Ударил посохом своим волшебным,
И с Новым годом начал поздравлять.
Затем подарки стал дарить неспешно
Всем тем, кто вывод делает поспешно.
Льву подарил кусок кровавой колбасы,
А Обезьяне той – банан огромный.
Всем он раздал, чего достойна,
Братье-то звериная.
Все долго паузу держали молчаливо,
А Дед Мороз ушёл красиво.
Суть этой басни такова:
В звериное царство смотрим иногда,
В людском обличии мы ходим,
А от зверей недалеко, бывает, мы уходим.
 

Юмороним

 
Я – девица не простая,
Вся красивая, молодая.
Не люблю простых парней,
Я хочу побогатей.
Хочу парня с Мерседесом,
С банкокарточкой экспрессо,
Чтоб возил туда-сюда,
Покупал мне жемчуга,
Тратил деньги на капризы,
Каждый день дарил сюрпризы,
На руках меня носил,
А еще боготворил.
Все ищу такого принца,
Не могу никак найти.
Ну, а годы пролетают,
Мне так хочется любви!
Шли года, как та водица,
Протекая сквозь ладонь.
Вдруг нашла такого «принца» —
Одинокого бомжа.
Весь вонючий, словно вша,
Без зубов, зато небритый,
Нараспашку вся душа!
И теперь живём мы вместе
Как два кирзовых сапога.
 

«Нет вкусней воды холодной…»

 
Нет вкусней воды холодной,
Чтобы жажду утолить,
Чистой светлой и прозрачной,
Чтоб ее усугубить.
Но беспечность, безразличность
Одноразовой стези
Загрязнили все водоёмы,
Остались только комары.
В той воде смердящей, грязной
Расплодилася болезнь
И заразы новых видов,
Она в каждого может влезть.
Будем пить мы ту водицу,
Утоляя жажды пыл.
Покрываться волдырями,
Золотухой и прыщами,
Всех мастей холер и тифа,
Чтоб послали нас к Антипу —
Взять горилки десять литров,
Профилактику вести,
Исцеляться от чумы.
 

«Какая осень в Кабарде…»

 
Какая осень в Кабарде?!
Ее седины в серебре.
И нежний образ в неглиже
Стоит на пятом этаже,
С балкона нам стриптиз впирая,
Слегка соседа возбуждая,
И нежным взглядом зазывая,
В опочивальне томным стоном слух лаская.
Со лба росинки пот стекая,
В оргазме долго пребывая,
Видений двери открывая,
В страну Эрота попадая,
Галлюцинаций прелести вкушая,
Ты бредить начинаешь невпопад.
О, как прекрасна ты, отпад.
 

«Кто знает осень в Кабарде…»

 
Кто знает осень в Кабарде?
Она ведь так прекрасна!
И теплым золотом в листве,
Готовя нам приход к зиме,
Так мягко, нежно удалялась.
Тоску наводит на душе,
Когда ты видишь лист опавший,
Что не успел, что не сумел,
Напомнит всем она о важном.
Кипит работа на полях,
В садах плоды снимают,
Могучий Эльбрус с высоты
За нами всеми наблюдает.
Хребет Кавказский весь блестит,
Переливается в оттенках,
Что дух захватит иногда,
Аж дрожь идёт слегка в коленках.
Все приезжайте в Кабарду
На отдых или на леченье,
Кавказ исправит худобу,
Источников воды творенье.
 

«Первый день сентября…»

 
Первый день сентября —
Знаний день календаря.
Кто пойдет в класс пятый,
Ну, а кто – в десятый.
Первоклашки, словно пташки,
Все нарядные стоят,
Все с цветами на линейке,
Так за парты сесть хотят!
Ждут звонок, зовущий к знаньям,
Первого того звонка,
Что запомнят навсегда!
Чтобы сесть за парту
И открыть тетрадки,
Ручки взять, карандаши
И учиться от души!
 

«Украина, Украина, хлебосольная дивчина…»

 
Украина, Украина, хлебосольная дивчина.
Радость, пляски, хоровод,
Песен народных искромёт,
Сало, окорок, колбасы
И салаты, и вино.
За столом твоим богатым
Так уютно и сытно.
Что же сделали подонки
С твоим станом удалым,
Те, что били в барабаны, как бараны,
На заблудших тех майданах – хулиганы.
Хлебом пахнул край всегда твой,
А теперь – гари смрад.
О, ты гарная дивчина,
Ты прекрасна, Украина!
Молим Бога за тебя,
Чтоб оставили тебя
Все подонки, все нацисты,
Отморозки и фашисты,
Патриоты-подлецы, чтобы сгинули в концы.
Ничего, наступит время,
Когда смоешь ты золу.
На полях твоих обильных
Заколосятся хлеба,
И мир придёт в страну!
 

Изобилие

 
Магазины, магазины,
Все места заполонили.
Изобилие товаров
Приведёт нас к аллергии,
Захожу в магазин,
Глаза разбегаются.
И стою у тех витрин,
Диву удивляюся.
Печенюшки и конфеты
Сделаны из пеноплента.
Сосиски, сардельки, колбаса
Сделаны из вторсырья.
Ну, а красная икра —
Вовсе из химволокна.
Пельмени – из гормонов,
А сметана – из крахмала.
Пища вкусная, здорова,
Съешь её, и ты – корова.
Съешь её ещё разок,
Снова ты опять бычок.
Кушать её постоянно,
Вовсе станешь деградантом.
Заплывут твои мозги,
Что не сможешь ты идти,
Ляжешь просто на кроватку,
Превращаясь в свиноматку.
 

Мотокросс

 
Я зверь мотоцикл, спортивный я конь
И прыткость моя безгранична.
Своим страшным ревом иду напролом,
Промчу, где не каждый пройдет пешком,
По бездорожью, ухабам грунтовым.
Сегодня меня оседлал юниор
И хочет лихим показаться,
Заслонку он газа открыл до конца
И думает справится со мною весьма.
Вцепился, как клещ, в меня ногами,
Движок мой ревёт, гребёт колесо,
Вздыбаю, подскакиваю, взлетаю,
А он всё равно сидит за рулём,
Умело меня направляя.
Разгонит ретиво по грунтовой прямой,
Аж воздухом весь упиваюсь,
С трамплина взметнёт, прям в небеса,
Умело поставит на два колеса,
Без всяких изъян и контузий.
По нраву теперь мне такой юниор,
Что с чувством так смело лихачит.
Хочу, чтобы стал ты скорей чемпионом
И первым к финишу рвался.
 

Борьба

 
В воздухе тревога, ожидание.
Тьма и свет в противостоянии.
В горле дух застывший,
Словно горький ком.
Временем написанный
От пророков в нем.
Что же будет завтра?
Мир или война?
Ну, а в душах наших
Борьба идёт всегда.
Молить будем Бога,
Чтоб сил давал он всем —
Избежать войны, насилие совсем.
В мире пахнет порохом
И ядерным грибом,
Расовой ненавистью, злостью, клеветой.
И куда мы катимся? Куда все идём?
Словно наши ока затянуты пеленой.
 

«Змей подколодный распустился…»

 
Змей подколодный распустился,
Многоголовие поднял,
И жало ядом наливая,
Злопыхательством восстал.
Зловонной речью пыщет лестно,
Надменной горделивою стезёй,
Глядит на тех, кто в нём не ищет
Родства, схождения умов.
То льстиво их пытаясь обольстить,
Иль грязной клеветой обрызжет,
Все силою и властью норовит
Сломать тот стержень, что от Бога.
Всех злобных трусов и подонков
Вокруг себя собрать кодлу,
Чтоб запустить их в мясорубку,
Чтоб вакханалию хаоса вершить свою.
Потом на этой благодатной почве
Творить свои проклятые дела.
Всё, что прекрасно, уничтожить,
Где вера есть любовь,
Стереть дотла!
Где радость мира, счастье благовеет,
Его коробит, словно топором.
Искусом едким отравляя
Умы людей, ослабленных свергая
И души многих отправляя
Туда, где зверю не нужна.
Так знайте вы, потомки наши,
Что перемирия нет, не будет никогда.
Со змеем мерзким в схватку
Вы вступайте без оглядки,
Позорную «гидру» вы пленяйте,
Её оковами вяжите и стегайте,
В мешок бетонный запирайте
До окончания времён!
 

Ни о чём

 
Вот идет вальяжно,
Медленно слегка,
Длинную сигарету
Смачно закуря,
Плюнул на дорожку
Жирною соплёй,
Выкинул окурок
На цветник-газон,
Пальцы растопырил,
Словно он король.
И по "фене ботал",
Будто бы блатной,
Четки из кармана
Длинные достал
И крутил меж пальцев,
Жвачечку жевал.
Тёмны очочки,
На глазки одевал
И прохожих пристально
Взглядом провожал.
 

«Я старая дева, живу целый век…»

 
Я старая дева, живу целый век
И ласки мужской не видала.
Поэтому все нервы свои
Вокруг себя намотала.
Выйду на улицу, как на войну,
Всё подряд раздражает.
Кто мимо проедет,
Кто мимо пройдёт,
Всех про себя "посылаю".
Тех, кто красиво и модно одет,
В нечистом подозреваю.
Если у детей деньги есть,
Родители, значит, их растлевают.
О, как же мне трудно в призме своей,
В жалком бытье копошиться.
Ведь я непорочна, девственна я,
Имею право злиться!