Цитаты из книги «Таня Гроттер и ботинки кентавра», страница 9

Тут нужно что-то совсем другое… Например, разобраться, какую власть имеют над ним тапки кентавра, а потом этой калошей его по мозгам, по мозгам…

– Какой удар! Но, увы, я посыпаю голову пеплом по другим дням. Сегодня у меня выходной, – сказала Таня.

У нее всегда почему-то разочаровываться получалось значительно быстрее, чем влюбляться, и оттого жизнь приобретала излишнее сходство с наждачной бумагой, о которую соскабливаются все иллюзии.

Лучше бы я не появлялась. Все у меня наперекосяк,

Колесница Гелиоса выкатилась на небо с такой поспешностью, словно за ней гналось пьяное языческое божество с мухобойкой, и сразу же начало припекать.

«О, этот чувак долго жил! Зырь, а та телка совсем молодая окочурилась! Я бы с такой прошвырнулся… А у этого фамилия подозрительная! Пусть берет лопату и перезакапывается в другом месте».

Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь. Так случилось и теперь.

Чисто случайно у меня нет никаких важных дел, а убить меня и так могут в любом трактире, когда я буду менять очередную фальшивку. Так что если кто-то против – прогоните меня прямо сейчас мощными пинками. Только учтите, я буду кричать «Караул!» и укорять вас шестистопными ямбами, а возможно, даже амфибрахием.

– И часто ты мечтаешь? – Постоянно. Впустишь в себя мечту, и она несет тебя куда-то.

Тяжелое копыто поднялось и опустилось, прижав ногу Шурасино. Да так, что у него глаза полезли на лоб. – Кентавры не носят ботинки, да будет тебе известно. Особенно если в имени у них восемь букв. Это оскорбление для кентавров! – сказал отчетливо Мардоний. – И для ботинок! – бунтуя, буркнул Шурасино, но не раньше, чем кентавр убрал копыто и он сам вдоволь не напрыгался на уцелевшей ноге.