Цитаты из книги «Свиток желаний», страница 2

Чем нелепее мы выглядим со стороны, тем позорнее будет ваше поражение!

Уже не дети, еще не взрослые, а так себе... Самомнение на ножках. АРЕЙ

Закрыть на опасность глаза не значит избежать ее. Напротив, закрывая глаза, становишься уязвимей.

Вопрос был все же принципиальный и чреватый множественными переломами. Такое вот "бить или не бить" в медицинском аспекте.

В разное время сотрудник инофирмы подозревал у себя спондилоартрит, перитонит, пиодермию, гельминтоз, ирит, астигматизм, рак, лимфаденит, полиневрит, эндокардит, цирроз, трахеит, лепру и гингивит. То, что ни один из этих диагнозов не подтвердился, не ослабило его природной мнительности.Не было ни одного крупного медицинского светила, к какому бы Огурцов не являлся на прием. Гомеопаты, вирусологи, дерматологи, аллергологи, бактериологи, гастроэнтерологи, терапевты, токсикологии и физиатры – все знали его в лицо. Всем им работник салфеточного фронта демонстрировал свой атлетический торс и настороженные глаза параноика. Отвязаться от перепуганного Огурцова, сгорающего от желания узнать правду, было невозможно. Он присасывался, как пиявка, и рыдал докторам в жилетки, умоляя: «Профессор, не обманывайте!

Скажите правду, как бы жестока она ни была!»Отчаявшись, врачи применяли последнее средство – посылали министра антибактериальных салфеток к своим коллегам, тоже маститым светилам, на которых у них имелся зуб. Врачи перебрасывались Огурцовым, как чугунной болванкой, спеша с его помощью подложить свинью недругу. В результате гистолог отсылал Антона к кардиологу, офтальмолог – к бальнеологу, а эндокринолог – к ортопеду.На прощанье каждое светило все же считало своим долгом что-нибудь выписать Огурцову на память о себе. В результате в кухонном шкафчике у Антона рядами выстраивались папазол, аспаркам, рибоксин, нитросорбид, норсульфазол, эринит, этазол, сенеде, сустак, теофиллин, левомицетин, холосас в синеньких бутылочках, холосас в красненьких бутылочках, тетурам, нембутал натрия, ноотропил, супрастин, гидрокортизон и самое любимое из всех лекарств, название которого Огурцов выговаривал за два страстных вздоха – аноксициллин 0,123%.

Терпение и труд в порошок сотрут.

Влюбленные - легкая добыча. Так было всегда и так будет. Тот, кто любит, - бесстрашен и... уязвим. Неуязвимый влюбленный - это нонсенс, лингвистический парадокс.

-Как-как? Одного поля ягоды?

-Одного гроба черви! - упрямо повторил Эссиорх. - И не спорь! Так говорят. Я читал в словаре, когда готовился к высадке в человеческий мир.

Будь тиха, как дохлая мышь в четвертом энергоблоке...

Ямочка ты моя незакопанная!