Читать книгу: «Мелиноя»
ЧАСТЬ 1: 4 МАЯ
Конец учебного года обещал стать самым напряженным моментом весны: нужно было пережить мясорубку переводных экзаменов в, обещанную синоптиками аномальную для весны, жару. Какой же это всё казалось чушью. Ей по плечу любая вершина. Любой преподаватель и курс. Влюблённость придавала невероятное количество сил, соизмеримых с мощью электростанции, обогащающей родной Неаполь.
Мег – самая счастливая из тройки подруг сидела на искусственном газоне университетского футбольного поля. Сияющая жемчужной фатой подкрученных волос, песочным загаром и скайсами, обнажающимися в несмыкаемом рте, она смеялась, а её костлявые плечи подёргивались под тонким серо-зеленым топом. И пока она ëрзала на траве, черные шорты задирались выше и выше. Подруги пытались натянуть их обратно на тёплые ляжки Мег, потому что не выдержали бы подрыва репутации “хорошей девочки”.
– Не похоже, что ржёшь от щекотки. – Выдала Вив. Яркая, уверенная брюнетка. Скуластая, смуглая, подобно брауни, голубоглазая дива. – Слишком довольная рожа у тебя. Неужели влюбилась?
– Бесит, да? – Она потянулась к сидящей по левую руку Вивьен и сцепилась с ней мизинчиками.
– Я тоже заметила, – сказала третья подруга-одуванчик, загар которой резонировал с цветом волос на пару тонов (это когда голова светлее тела), – она с парней глаз не сводит. Эти вонючки носятся как тасманские дьяволы, не разберёшь за кем она следит. – Сэми завела бежевую чёлку за ухо и сощурилась пытливыми чёрными глазами, плохо видя даже с помощью очков. За последние месяцы её зрение ощутимо ухудшилось от зубрёжки или проблем с сосудами.
Девушки сканировали команду футболистов.
– Надо понять, кто же он? – Вив свободной рукой перекинула россыпь чёрных волос на бронзовое плечо и присмотрелась к фигурам на футбольном поле. – Хм, недавно Мег добавила в плейлист песни MCR. Это ностальгия или ты слушала каверы Генри Гаттса и запала?
Названный парень стоял на воротах "жёлтых" и заметив внимание девушек, вытянулся не примечательным лицом. Бледный в конечностях, харизматичный лишь в любви к меланхоличной музыке, он не особенно походил на ideal bf type подруги, а потому Сэми парировала:
– Мне нравится ход твоих мыслей, но догадка притянута за уши. Гатс зануда и кроме аккордов Нирваны ничем не удивит. – Заканчивая мысль, Сэми уже вычеркнула из списка кандидатов десяток парней. Затянутая в азарт очередной задачки, она закусила кончик прядки волос. Так лучше думалось.
– Вынуждена вас обломать, это не ностальгия, скорее, один эмо-вечерок. – Серые глаза Мег прикрылись в счастливой улыбке. – Какие ещё идеи?
– Ладно. – Почему-то согласилась вечная спорщица Вив. – Тогда… Если вспомнить твою первую любовь – кринжового Луи, я предположу, что ты сейчас пялишься на Николаса – он тоже пиздец. Вспомним его знаменитые плавки с подтяжками…
Мег завопила:
– Не смей представлять…
– Вас вместе? Я уже.
Сэми вступать в шутливую дискуссию не стала, продолжая слюнявить прядь волос. И вот неожиданная идея явилась перед ней в секунду, когда над головой подруг пролетел мяч со свистом танкового снаряда. Кпд у которого, между прочим, было соответствующим.
– Девчонки, простите! Это было слишко близко! Вам лучше забраться на трибуны. – Улыбнулся Ромеро, кудрявый пуэрториканец с татуированным телом. Лучезарный с виду, он приблизившись по очереди подал им руки, помогая подняться. – В следующий раз я могу не успеть отбить мяч и спасти вас.
– Ты и сейчас не спас. – Съязвила Меган, раскрываясь в улыбке-хамелеоне. В ней скрывалась двойственность чувств: непокорность и желание нравиться, удовольствие влюблённости и попытка флирт обернуть шуткой. Очевидно нетипичное поведение девушки выдало её объект симпатии подругам.
– Разве? – Солнечные кудри упали парню на мокрый лоб и защекотали кожу, отчего он быстрее пытался избавиться длинными пальцами. Кроме того, чтоб бесконечно поправлять волосы, он жестикулировал на каждое слово. – Я добавил мячу вращения, чтобы он пролетел выше по дуге.
– Ты мог дать пас назад, но выбрал нас мишенями. – Сэми нахмурилась светлыми бровями, похожими на одуванчиковый пух, подхваченный пирсингом с левой стороны.
– Коварный план раскрыт. – Хитрым прищуром Ромеро флиртовал с каждой из них, но обернулся всё-таки к Мег, более улыбчивой из троицы. Парень насмешливо сложил губы и стал похож на собственную карикатуру. Живой мимикой, энергичными жестами и бодрой речью, он создавал впечатление (слишком) вовлечённого в разговор человека. – Как думаешь, почему?
Рядом с ним тело не слушалось. Меган отступила на полшага в сторону, чтобы скрыть дрожь в теле. Кеды проехались по разогретому газону, подбрасывая вверх наполнитель. Каучуковый запах стоял столбом по всему полю. Слишком головокружительно для простого разговора.
– Ты хотел нас покалечить, Рики Ромеро.
– Оу. Я смущаюсь, когда слышу своё полное имя.
– Оно звучит лаконично. Как Ричард Рамирес.
– Сравниваешь меня с серийным убийцей? Грубовато, не находишь, Мел? Я просто промазал.
– Не Мел, а Мег.
Вив забросила рюкзак на плечо и за пару секунд отмерила взглядом всё в Рики: разбитые, но очевидно дорогие футбольные бутсы малинового цвета, астенично сухие щиколотки и колени, глянцевые шорты-сетку и гранитную худи с красным капитанским жилетом. Одежда частично скрывала изобилие его татуировок: синие надписи поверх пальцев и в канте анфаса, огромные красочные цветы, дикие животные, камни-черепа, леса и биомеханику. Странная подборка рисунков и принтов одежды делали образ Ромеро отчего-то гармоничным.
И если подобный контраст зацепил подругу, почему бы не дать незаметного пинка им навстречу друг другу?
– С тебя пиво и мы в расчёте. – Кивнула брюнетка.
– Абсолютно согласен. – Со стороны поля его окликнули. – Оу, мне пора. – Напоследок он счастливо протараторил: – В качестве извинений приглашаю вас 13 мая на грандиозную вписку у меня дома. Будет куча народа и…
– Да ты ж не настолько накосячил… – Сэми обернулась от убегающих бутсов к Меган. – И когда ты на него запала?
– Спалилась?
– Пиздец как. Вся тупость человечества отразилась в твоих глазах.
– Господи. – Позволив нежной красноте пройтись по щекам, блондинка посерьёзнела. – Там не особенно интересная история.
– Именно поэтому расскажи нам всё. – Затребовали подруги.
– Окей. Пойдёмте пока в кафешку, на ходу расскажу. – Она повернулась к трибунам спиной, лицом к полю и попятилась, выискивая взгляд Ромеро. – Месяца два назад он заказал через отца технику для домашней звукозаписи. Всё приехало в магазин, но последняя коробка по ошибке попала в наш домашний заказ и я отдельно подвозила её. Оказалось, внутри была гитара и Рики предложил поиграть вместе, типо, проверить звук.
Мы настроили комбик, подтянули колки. Подурачились немного, а потом он заиграл FatetheFall, будто знал мою любимую песню и… ещё он запел. У Ромеро невероятный тембр, пробравший меня на слёзы. Да, я почувствовала слишком много всего и разревелась.
Девушки оживлённо шагали, проникаясь любопытной историей. Придерживая дверцу в здание университета, Вив остановилась.
– Это была эмоциональная вспышка из-за того, что ты не приняла вовремя таблетки? – Получив утвердительный кивок, она нырнула за подругами вглубь коридора. – Как отреагировал Рики на слёзы?
– Просто дальше пел.
– То есть, закончил песню?
– Да.
– Маньячелло без эмпатии. А дальше?
– Он дал мне воды с ББ-88. Но доза была крепче, я чуть за рулём не отключилась.
– Стой-стой, подруга. Не находишь странным вот это: откуда у Рики транки, которые можно достать только через Рейна?
– Они вроде бы друзья.
При упоминании прозвища возлюбленного, Вив напряглась. Для всех живых существ, она делала вид, будто ничего о нём не знает. Боялась выдать их особенную связь.
– Ромеро и Рейн? – Брюнетка суетливо потёрла локоть, проходя мимо отражения в огромном зеркале, закреплённом на стене в холле. Самая осанистая из троицы, она стряхнула волосы назад, будто вороньи крылья росли у неё прям из головы. Блестящие и густые, просто завораживающие.
– Да, блин. Забыла, что ты не сидишь в инсте. Они часто выкладывают видео с тусовок и… я уже как месяц тайком смотрю за этим. – Смиренно выдала Мег, оживлённая розоватым румянцем.
– Сто процентов на одной из таких тусовок они обсуждали тебя. – Оленьи глаза Сэми скользнули по экрану телефона, на ходу она проверяла расписание кабинетов на послеобеденное время.
– Да, это же норма. – Отбилась Мег, не видя чего-то особенного в обыденной вещи. – Я вот сейчас тоже обсуждаю их с вами.
Отчего-то болезненно схватило рёбра Ви.
– Мег, просто это не просто совпадение, тут 100% замешан Рейн Ноэ.
– В чём? Да, он не святоша, но чё вы так паритесь? Ноэ никогда не пытался нам навредить.
Сэми имела причины не доверять, полагалась на факт продажи “перекроенных” таблеток и интуицию, а вот Ви знала о парне “чуть” больше остальных, собственно это и напрягало её.
Никто не был в курсе их специфичных отношений. Рейн Ноэ – загадочный паренёк-фармацевт около года занимался изготовлением антидепрессантов, создавая более щадящую формулу на основе тех. Без привычных побочек в виде учащённого сердцебиения и судорог, часто мучивших Вив.
Также, Ноэ оказался вовлечён в семейную драму. А точнее, содействовал попытке отравить главу её семьи. Принимая оплату наличкой, иногда сексом, он вываривал из хлорпикрина “лисьи слёзы”. Для него имела особое очарование работа над созданием яда, который медэксперты не смогут обнаружить в теле убитого. Что-то вроде выпаривающегося из лёгких газа, создающего эффект искусственной асфиксии. Самое то для астматика. Самое то для гениального химика. Взаимовыгода парочки перевалила за несколько месяцев, делая отношения более, чем доверительными. (После пробуждения Ноэ, будьте внимательны)
– Надеюсь, это совпадение и Ромеро тоже сидит на 88.
– Мы придём на тусовку и узнаем это, вуаля. – Сказала с чудаковатым восторгом Мег. Без того подвижная психика, с трудом переносила новую влюблённость. Девушка чересчур активно реагировала на всё происходящее.
ЧАСТЬ 2: 13 МАЯ
Пятница – жаркое слово, слывшее синонимом “пьянки и угара” в студенческом районе Неаполя. Молодёжь стягивалась на улицы к вечеру, более благосклонному по температуре воздуха, более развязному и свободному, чем полный забот день. Днём приходилось держать маску, отдаваться делам, поддерживать социальную роль – скука. То ли дело подступающая темнота. В обмен на душу она обещала настоящее веселье, расплетала девушкам косы, а парням добавляла смелости. Такая естественная инстинктивная трансформация. Магия без налёта эзотерики.
Но чуду, а точнее, необычному стечению обстоятельств, нашлось место в этот вечер.
Ноэ, едва не сбивший на перекрёстке Вив, лично вышел из тачки, чтобы через мат извиняясь, затащить её на пассажирское.
– Сама сяду, не джентльменствуй. – Однако, дверца за ней всё-таки захлопнулась мужской рукой.
Брюнетка, в сахарно-розовом костюме из пиджака и юбки, выглядевшая как кукла сбежавшая с игровой полки, устроилась на сидении, дожидаясь пока водитель вернётся за руль.
В какие-то несколько шагов он вывернул табак из кармана и усаживая рокерский прикид, смачно раскуривал горькую сигарету.
– Ты ко мне никогда не приходила такая красивая. – Дымное облако приятным триггером ударило по памяти. Обычно Рейн закуривал с р а з у п о с л е секса. – Куда собралась?
Они покатились к обочине, освобождая полосу проезжающим.
– Куда и ты. К Ромеро. – Ви смотрела за размазанным на водительском сидении Ноэ, понимая, что он недавно вкинулся чем-то из своего арсенала. – Как-то ты сегодня хуёво выглядишь. Давай я поведу, нас же сейчас на столб намотает.
Под чёрной кожаной курткой мелко тряслись изрезанные руки, повисающие на руле, на каштановых висках проступал пот, а взгляд разбегался по панели старого мерена.
– Замолчи, блять. Я и не в таком состоянии водил. Никто ж не умер. – Кривая ухмылка на миловидном, но отёкшем лице не смогла убедить Вив отступиться. Она потянулась к зажиганию и провернула ключ на “нет”. Движок затих. – Ты чё угараешь? И пяти минут не провела в машине, а уже начала доёбываться. Выйди нахуй.
– Тише, Ноэ. Посмотри на меня. – Женские ладошки притянули лицо возлюбленного. – Если это героин, мы пострадаем оба.
– Может быть я этого хочу? – Жёсткий голос снизил тон. Тонкие, но красивые треугольные губы расползлись по щекам от уха до уха.
– Эгоист не способен убить себя.
– Эго-кто? Не прикидывайся, будто знаешь мою душу. – Ноэ скинул тёплый омут рук со своих щёк и вернул мутный взгляд на светофор. В зените мерцал “зелёный”. Авто плавно тронулось по забитой трассе.
– А ты не прикидывайся сложным, никакой загадки в тебе нет. Да, действуешь импульсивно, но только когда злишься и пытаешься что-то доказать этому миру. Сейчас нет причины ничего доказывать и гробить нас. И ты не будешь.
– Всё сказала?
Парень дал газа в сторону храмоподобной виллы Ромеро, находящейся в отдалении от других домов. Отстроенная на земляном возвышении, она смотрелась обособленно, как замок Дракулы, но на эллинистский мотив. В обрамлении пальм, трепещущих ухоженностью кустов и каменных статуй было нечто настолько роскошное, что с трудом верилось в наличие у студента денег даже не на постройку, а на содержание подобной помпезности. На вопросы друзей, он всегда отмахивался – родители живут в Европе, ведут крупный бизнес, поэтому спонсируют его проживание и вобще проектом “дома-храма” занимались какие-то ультра крутые ландшафтники.
В матовой тени пальм, около гаражной площадки, вмещающей в себя уже 7-8 тачек приехавших ребят, стояли Мег и Сэми. Которые, к слову, не должны были видеть “парочку на мерене” вместе. Им стоило разбежаться чуть раньше подъезда к дому, но Ноэ настоял.
Подруги переглянулись.
– Я не одна это вижу?
– Нет. Тачка Ноэ. Рядом с ним точно сидит наша Вив. – Дорогие линзы не подводили Сэм, а вот чувства… немного. “На совпадение их встреча не похожа, Ви слишком очевидно скрывает от нас взгляд, пока этот мудак паркуется не глядя”.
– Эй, не будем портить вечер допросами. – Вступилась Мег. – Когда захочет, она сама всё расскажет.
– Согласна. Я думаю, она в порядке, раз приехала не в его рубашке, а как договаривались. – Обе хихикнули.
Образы на мотив Суперкрошек девушки выбрали по личным характеристикам. Заботливая Вив стала Цветиком и нарядилась в твидовый розовый костюм с юбкой, серьёзная Сэми, то есть Пестик, подчеркнула худобу неоновым комбинезоном из плотной сетки, а Пузырька заняла блондинка Мег в обтягивающем “электрическом” платье.
Обменявшись дружескими формальностями, фэндом-трио пошли внутрь виллы. По громкости музыки и кипишу было очевидно, что всё самое интересное происходило там. С улицы народ тянулся в дом. Но кое-кто застопорился.
– Прости, не знаю в каких вы отношениях, но если он тебе нравится, ты должна знать… Обернись мимолётно. – Подмигнула Мег, рисуя взглядом линию от крыльца до старого громоздкого мерса, где Ноэ в центре дружков-торчков целовал шею незнакомке. Девушка извивалась от радости и огромная рокерская футболка на ней подпрыгивала до нижнего белья, ставшего достоянием зрителей.
– Кринж блять, ничего интересного. – Сердце Ви ёкнуло. Он ещё вчера стонал ей в губы, а сегодня… Считай, другой день. – Я где-то слышала, типо они встречаются. – Солгала она, отрезая подозрения в возможной связи с ним.
Мег эти слова не убедили:
– Сори, но Рейн не похож на человека, которому нужна девушка.
– На фармацевта тоже не похож. – Развела смуглыми руками Сэми. – Нахер его обсуждать, пойдёмте выпьем.
– Точно. Без стакана виски танцевать не собираюсь. – Отшутилась Ви, сохраняя ровное выражение лица. – Мег, пьёшь сегодня?
– Пока точно пас, боюсь словить здесь паничку. Может сперва найдём курилку? Осмотримся?
Всё шло потрясающе. В полночь, потрёпанная жарой и алкоголем студентота, переместилась на задний двор виллы Ромеро. У бассейна, в чёрной зелени пальм, подсвеченных уличными фонарями, среди переносных вентиляторов, народ передавал друг другу картонные стаканчики, толком не зная какая жидкость переливается в них. Узнав от хозяина дома, что эта микстура подобие “айяваску”, пробовали напиток поочерёдно все.
Толерантность к изменяющим сознание вещам у молодёжи была низкой. Всем хотелось тусить, чувствовать себя чуточку свободнее, сравняться с коллективным разумом – невероятным сгустком энергии, которым сейчас управляли Ноэ и Рики, уговаривая каждого принять по стаканчику внутрь.
– Я бы не предлагал, если бы сам не попробовал, – Рейн вручную поил некоторых стеснительных ребят, – так-то лучше.
– Это возможность исполнить мечту в реальной жизни, бро. – Подначивал дружелюбно Ромеро. – Ты ближе к тачке мечты, чем можешь подумать.
– На самом деле, я бы хотел ещё раз увидеть мать. – Парнишка поднёс к губам картон, разнюхивая жидкость. От небольшого толчка он заглотил её, пролив немного на рубашку.
– Вы увидитесь. Подсознание уже знает о твоём тайном желании, а пойло готово его исполнить.
Казалось бы, пьянка шла по законам жанра: тазы алкоголя, вседозволенность и наркотики, вызывающие танцы и плохо скрываемый петтинг парочек, лужи блевотины и разбитые бутылки – стандартная картина энергичного времяпрепровождения. Но после употребления “айяваску” расслабленность начинала выкашивать толпу. Народ замедлялся, сползал на траву и вдоль дорожек. Кого-то убаюкивало на ступенях, некоторых хозяину пришлось доставать из бассейна, чтобы спасти.
“Трезвыми” осталась лишь пара человек, намертво отказывающихся выпивать из стаканчиков, чем вводили в азартное соревнование Рикио и фармацевта на тему “у кого получится споить подруг”.
– Нет-нет, Ноэ в курсе, мне правда нельзя мешать крепкий алкоголь с транками. А я сейчас под ними. – С натянутой улыбкой ответила Мег. Уставшая от танцев и жары, с алеющими от дискомфорта щеками, она стояла зажатая в пьяных объятиях Ромеро. Парень деликатно нарушал её личные границы, но ничуть не “давил” в своих выражениях.
А вот Ноэ, напротив, сверлил девушек взглядом и ультимативно из позиции “над”, спросил:
– Если вы доверяете таблам, которые я выплавляю вам обоим больше года, почему так паритесь сейчас? – Губы его сложились в жёсткую линию, от чего подбородок выступил вперёд. Без того не особенно приятная внешность стала грубее. Героиновая ломка уродовала его не только изнутри. – Это не алкоголь вовсе. Просто травяной сок. Лёгкий опиоид. Расслабляющий. А вам, как никому здесь, – он обвёл в воздухе кистью со стаканом уже лежащую, как декор на полу, толпу, – нужно выдохнуть, бля.
Вив нахмурилась. Выпив пару бутылок пива, и те через силу, она осталась трезвой и держалась настороженно к происходящему:
– По-твоему, они расслаблены? Народ просто, блять, вырубило. Что здесь происходит? – По ногам её побежал неприятный зуд. Нервы давали сигнал к побегу. Ага, сбежишь тут. Попробуй ещё Мег вытащить из татуированных лап.
Беспокойные мысли транслировались и блондинке, но мобилизовали странное смешливое состояние.
– Обстановка стрёмная. – Констатировала она, пытаясь сгладить конфликт. Продолжая обниматься с Ромеро под талию, Мег игриво положила светлые волосы ему на плечо. – Ладно, просто пообещайте не убивать нас!
– Ни в коем случае. – Ноэ опустил голову на уровень глаз Вив и пристально всмотрелся в лживую бездну. Стаканчики балластом полетели наземь, он положил тяжёлые ладони на осунувшиеся плечи девушки и резанул осипшим голосом: – Ведь, убийца здесь только одна.
– А? Что он говорит? – Понять разыгрывает он или нет, Мег не могла, поэтому повернула голову к лицу Рики, привычно подвижного, с улыбкой до висков. Сейчас он чуть дурашливо, но в серьёзности вытянул нижнюю губу, внимательно слушая.
– Бля… Она тебе ничего не рассказывала, да? Что ж, транквилизатор, – грубо сплюнул Ноэ, – раз уж ты оказалась невольно втянута в грязное дело, то должна знать правду. – Виски у него сводило мигренью. Хотелось скорее выпалить всё и бросить, уйти в тихое место, а там вкинуться “чем покрепче”, а не расхлёбывать случившееся. – Я причастен к тому, что Вив травит отчима моими каплями. Бог знает – грешен, сам возил. Но! Она выдумала, блять, свои корыстные мотивы – у неё оказалась потенциальная склонность к убийствам! Куда думаешь пропали япошки-студенты Йоши и Ёдзи? А тёлка из Испании? Бля, имя забыл её. Но самый эпик – прям в доме Рикио она приговорила вашу третью подружку.
– Приговорила? Что?
– Придушила и затолкала кусок мыла в рот.
– Хах. Подумать не могла, что ты за мной следишь и при этом никого не спас. Просто любишь подглядывать? – Вив стряхнула “ношу” из жёстких рук с плеч. – Нравится быть третьим лишним? Фу… Только двое могут слиться в одно целое – чем меньше частей, тем выше ценность. Это касается всего! Сэми нам точно была не нужна. Я хотела слиться с тобой, Мег. – Полные вселенской тоски голубые огни обратились к подруге, Вив всем телом потянулась вперёд, чтобы заполучить слияние или хотя бы обнимашки, но Рейн одёрнул её под локоть.
– Фьу, стоять.
– Это похоже на сюжеты Нетфликса и не может быть реальностью…
– Не время для рефлексии, Мег. Слушайте все. – Наконец подал скрипучий голос Ромеро. Коротко прокашлявшись, он продолжил уже мягче, словно из адской псины обернулся в лабрадора. – Копов мы вызывать не будем. Ибо все здесь не святые. Действуем так. У нас есть пара часов, пока народ в отключке. Нужно вынести тело из ванной в гараж, пойдёте через кухню. Возьмёте мою тачку и, не привлекая внимания никакими выходками, едете к ней домой. Флэт-карта, мобила, сигареты в сумочке. Для соседей и камер отыгрываете сценку “подружка перепила”, а когда в хату труп занесёте – спалите всё к чёрту. Вопросы есть?
Инструкция Ромеро звучала слишком чётко, будто к случившейся ситуации парни были готовы или когда-то проворачивали что-то похожее. От проявленного хладнокровия, Мег застопорилась и не понимала, как ей реагировать на услышанное? Да, сейчас она отдаёт себе отчёт. Она в силах принять условия чужой игры и справиться с любым пиздецом, даже с убийством подруги другой подругой, только вот эмоциональная составляющая догонит потом. Стихийно огреет по голове. В какой момент и до чего доведёт – предсказать невозможно. Такова проблематика “отложенных чувств” Мег Блан.
– Я тебя понял, бро. – Кивнул Ноэ, потирая простреленные болью виски. Ему больше не приходилось держать Вив. По её пустому взгляду ничего нельзя было прочитать, однако, пустота продолжалась и в отсутствии движений. Загорелые кисти повисли вдоль туловища, шёлк гладких чёрных волос безразлично лежал на розовом пиджаке. Лишь закусанная в моменте щека придавала лёгкой живости картине.
– А у меня слишком много вопросов. – Мег отстранилась от яркого татуированного пуэрториканца на шаг.
– Сейчас только один.
– Чёрт. Ещё пять минут назад вы пытались нас напоить опиатом, зачем?
– Чтобы сделать всё чище, бля. Без вас дур.
– Не груби им, бро. Честно говоря, за такую подставу, я хотел вас накачать тройной дозой и закинуть в подвал вместе с трупом… Скажите спасибо Рейну Ноэ – он меня отговорил. – Доброжелательный тон Рики даже не изменился. Всё та же улыбка украшала приветливое лицо, обрамлённое тонкими листьями тату от виска к виску через подбородок. Чёрные глаза бликовали без намёка на безумие. – Привёл весомый аргумент: пропажу трёх скрыть сложнее, копы пришли бы сюда сразу.
– Эй! Я не хочу участвовать в сокрытии преступления.
С репликой блондинки Рики был не согласен.
– У тебя нет выбора. Ни у кого из нас теперь нет. Мы все замешаны в одном дерьме. – Он подошёл к Мег очень близко, чёрными пальцами одной руки обхватил шею и поцеловал в лоб.
ЧАСТЬ 3: 14 МАЯ
Бездыханное тело Сэми, небрежно завёрнутое Рейном в ванную шторку, при переносе в гараж постоянно норовило выскользнуть из кокона – то ногами, то головой. Об импровизированном “плаще-невидимке” молила Мег, лишь бы не видеть подругу в мёртвом обличии и не запомнить изуродованное смертью лицо. Правда, отравленный героином Ноэ, ничуть не выглядел симпатичнее, а вот его стоило бояться всерьёз.
Озлобленный и резкий, он жёстко чеканил команды по отработке плана: ванна-кухня-гараж-квартира Сэми. Дальше следовал инструктаж по выходу из машины и имитации весёлого настроения “пьяных” друзей. Вив не составило труда абстрагироваться, в обнимку с убитой она подпевала песням по радио.
– Не пойму, тебе реально безразличен твой поступок? – Мег судорожно держалась за пакет с собственной блевотиной. Отложенные эмоции начинали сильнее накатывать, отвращение к происходящему выталкивало её кишки наружу.
Чтобы следом не обблеваться от запаха желчи, Ноэ открыл окошко и курил в него без перерыва.
– Заткнитесь нахуй. Потом будете всё обсасывать.
– Да, детка, – Вив помахала в зеркало заднего вида рукой Сэми, – у нас есть целая вечность для этого.
– Ненавижу тебя. – Сплюнула Мег. – Не смей приближаться ко мне в универе.
– А вот тут ты неправа, транквилизатор. Вы дальше, как ни в чём не бывало, отыгрываете убитых горем лучших подружек. Тусуетесь вместе, пока дело не закроют “самоубийством по неосторожности”.
– Не знаю, что у неё в голове, но ты, Ноэ, почему такой бесчувственный?
– Да завались, святоша. Ромеро проповеди читай. У вас одна шиза по морали. – Ехать оставалось меньше десятка километров, а разговоры надоели ему сейчас.
Ползунок громкости музыки на сенсорной панели просигналил о превышении допустимой нормы. Машину заполнило рок-музыкой.
—…Как её разбудить от сладкого сна
И вселить в совершенство немного жизни?
Со мной после смерти так красива она,
А до встречи была всего лишь эскизом… – Вполголоса напевала Вив, чуточку расстроенная недопониманием Мег.
4:23. Грязно-оранжевая Луна готовилась отступать, потихоньку светало. Но к счастью, на улице было ещё достаточно темно и у нужного подъезда не горел свет, а значит меньше камер могли увидеть “правду”.
Правду о затвердевающих, хуже гнущихся конечностях Сэми, о том, как непросто было из-за этого вытащить её с заднего сидения и подхватить под талию, игнорируя появившийся лёгкий трупный запах исходящий из рта.
Вив помогала Ноэ с переносом тела, наиграно хихикая и отпуская шутки в духе “надо ж было так нажраться”. Мег шла впереди, деликатно приоткрывать ребятам двери. Постоянно отводя взгляд в сторону, она бормотала:
– Будьте осторожны, не брёвна несёте. Детка, вот выспишься, ещё смеяться будем.
Если уж кто из соседей слышал их со стороны, то вполне мог бы поверить заботливым, ответственным друзьям.
Миновал подъём на этаж. Четвёрка остановилась у лифта. Прежде, чем дверцы открылись, Ноэ быстро прикинул под каким углом будет “бить” камера и как под этот угол не засветить лицо умершей, застывшее в глупом испуганном состоянии.
Самым беспалевным вариантом было встать с противоположной от кнопок стороны, укрывшись Сэми как щитом. Так он перехватил её под спину, и занёс в лифт. Вроде бы миниатюрная, только в силу крепости тела, она была жутко неудобной. Но оставалось перетерпеть совсем чуть-чуть.
– Фьу, – свистнул Ноэ, – ключи доставайте. Какой этаж?
– 11. Квартира 44, сразу направо. – Синхронно ответили девушки.
– Погнали. Флэт-карту заранее достаньте.
– А где она? – Длинные пальцы Вив музыкально пробежали по кнопкам этажей, нарочно оттягивая момент нажатия. Её любовь к издёвкам ни для кого не была сюрпризом, но сейчас такое поведение казалось вовсе неуместным.
– В сумке у Сэми. – Ответила Мег, полностью отвернувшись к щёлке дверей.
– В смысле “где”? Ты чё, блять, её сняла? – Ноэ шумно сделав шумный вдох, опрокинул голову назад. Затылок звякнул о зеркало позади.
– У Сэм кишки урчали, я подумала может сумка давит.
– Ты пиздец… Останавливай лифт и бегом вниз, тачка открыта.
– Да пусть Мег сбегает? Это же ей плохо рядом с…
– Я сказал – ты.
Лифт прозвенел о прибытии на 11 этаж. Но вместе с дверцами, распахнулись и чертоги ада. Урчание кишечника Сэми в машине предшествовало выбросу его содержимого. Дерьмо прыснуло через бельё и комьями повалилось до резинок комбинезона на щиколотках. Дурной запах моментально ударил по носам.
– Пиздец, а метеорит в соседнее здание сегодня тоже упадёт? – Выругался парень, коря себя за забывчивость. “Окончил медфак и не вспомнил о посмертной дефекации. Позорище. Ладно, хоть не в тачке эту стерву прорвало.”
– Это то, о чём я думаю?
– Поменьше думай, Мег. – Вив хлопнула подругу по плечу, слегка подталкивая на выход.
– Давай там пошустрее, прошу.
Брюнетку кольнула в грудь эта маленькая просьба. Ноэ никогда не смотрел на неё так выразительно, как сейчас. Будто просил не бросать их.
– Скоро вернусь и мы продолжим вечеринку. – Дав “неполной тройке” выйти на этаж, она осталась в кабине. Стальные дверцы закрылись. Наступили долгие минуты ожидания.
Время тянулось словно одеревеневшая старая жвачка и давило на нервы беспокойным головам. Тишина подъезда тоже не добавляла комфорта, словно назло подсвечивала эхом каждый звук: удары в груди и жаркое дыхание, нервные щелчки пальцев, беспокойную стычку вэнсов с половой плиткой. Казалось, даже капли пота формировались на висках с особым звуком. Пределы терпения угрожали истончиться.
Больше всего напрягала возможность пересечься с соседями. Особенно болтливыми, которые знают Сэм и будут задавать вопросы о состоянии девушки, не дай бог ещё помощь предложат!
Но страхи существуют для того, чтобы сбываться. И вот с верхней лестницы послышались шаркающие вниз шаги.
– Эй, – шепнул Ноэ из-за плеча Сэми, – у меня руки устали. Подержи её и сделай вид милых обнимашек. Я вас прикрою, если что. – Не дожидаясь ответа о готовности, он вверил Мег мертвую девушку. – Крепче держи.
Тяжёлая, прохладная и дурно пахнущая ноша чуть не надломила колени хрупкой Меган.
– Чёрт, зачем я вобще всё это делаю?
– Ради общего блага. Доброе утро, мистер! – Кивнул кудрявый рокер бодрому дедуле. Маленький, скукоженный, тот выглядел лучше героев уходящей ночи в своих модных светлых брюках и выпущенной полосатой рубашке.
– Здра-а-авствуйте, ребятки. – Старичок манерно протянул, не сбавляя темпа. – Уже вставать пора, а вы никак расстаться не можете?
– Это точно. Девочки. Не всё обсудили.
– О-о-о, по жене знаю, может часами болтать со своей подружкой. Сцепятся языками, хоть палкой разгоняй. Может и этим помочь? – Остановился дедушка, направляя трость на молодёжь, переводя прицел от Ноэ к девушкам.
– Не стоит, – Ноэ краем глаза смотрел за движениями Мег, имитирующей милые перешёптывания, – поберегите силы.
– Ну дай хоть сигарету напоследок.
– Закончились, старик.
– Тогда займись полезным делом. Поди вон окно открой, вонища стоит жуткая. Как кто обгадился в подъезде. – Дрожащая иссушенная рука отпустила трость, но теперь молодёжью заинтересовались два острых глаза. – А вы с какой квартиры будете?
– На два этажа ниже. Стоим ждём пока предки на дачу уедут, чтобы завалиться ко мне спать.
– Тебе стоит поучиться вранью у Ромеро! – Из дверцы лифта выпрыгнула хищная кошка, готовая разнести всё в пух и прах. – Мы уже уходим, мистер, всего доброго! – Вив схватила Рейна под локоть и повела открывать двери, а Мег пришлось затаскивать Сэми под пристальным взглядом дедули.
Зажатая в загорелых пальцах пластиковая карта проехалась по замку, тот пару раз пискляво просигналил об открытии. В десяток секунд сообщники оказались внутри маленькой, современно обставленной квартиры.
– Я даже спрашивать не буду, хули ты там долго возилась. – Обращался Ноэ к Вив. Пользуясь тем, что руки его были свободны, он достал из кармана аптечную пипетку и снюхал одной ноздрёй всё содержимое той. – Лишь прошу помочь мне быстрее со всем отделаться, пока ничего больше, блять, не случилось.
– Впервые с тобой соглашусь. – Едко улыбнулась Вив, сворачивая в спальню.
– Эй, а мне кто-нибудь поможет? – Еле слышно спросила Мег, застрявшая на пороге.
– Бля, да брось её уже. – Пипетка с психу вошла в ноздрю Сэми, а потом Ноэ перехватил мёртвую за руки. Поволок до кровати за запястья и стал раскладывать на постели вокруг неё алтарь “случайной самоубийцы”: пачку сигарет, зажигалку, сбросил со стола тетради, перевернул стул с одеждой и накидал кучу мелких предметов, которые по задумке хорошо горят.
Девушки смотрели за его действиями в обнимку. Морально Мег чувствовала себя слишком слабой, чтобы со всем справиться. Вив понимала её, она позволила заплаканному лицу уткнуться в своё плечо. Даже если дружба сейчас в раздоре, ближе друг друга у них не было никого.
– Постарайся сейчас выплакать сколько сможешь. Если тебе страшно – выплачь страх, если непонятно – плачь непониманием. Просто плачь.
– Мы же не плохие люди. Мы были другими, не были преступниками. Всё плохое находилось где-то в новостях, – шептала Мег, сопливо вздыхая через слог, – ты просто разрушила мой мир.
– Всего-то? Послушай, юношеский максимализм и категоричность – это слишком стандартный набор, я научу тебя смотреть на мир шире.
– Не надо. Просто скажи, что случилось с остальными? За что они умерли?
– Ради меня. Давай потом поговорим, нам пора поджигать. – Перед тем, как отпустить, Вив покрепче прижала подругу под лопатки, поиграла пальцами на спине и наконец оторвалась чтобы заглянуть в красно-серые глаза. – Эй, я всё ещё твоя Ви.
– Прекрати убивать людей, не будь чудовищем.
– Говоришь самой Гекате.
– А?
Странному разговору ещё не пришло время.
– Ну, наобнимались? – Сигарета между пальцев Ноэ ждала чирка зажигалки и упокоения на постели Сэм. – Валите на выход.
– Ээт. – С невиданной до того грацией, Вив подошла к парню, подтянула его кисть к губам и затянулась незажжённой сигаретой. Та скрипнула, но пошла едким дымком. Мег могла поклясться, что ни он, ни она не использовали огня, однако, табак, словно зачарованный, начал тлеть. – Не задерживайся.
– Да, любимая. – Они горячо поцеловались, пока дым от сигареты разносился по комнате Сэми.
Спустившись с 11 этажа на лифте, девушки прошли к тоскующему Мерсу, обе разместились на заднем, чему будто были не рады кожаные чехлы. Они поскрипывали от натяжения и противно прилипали к коже.
– Мел, устала? – Разулыбалась Вив, с минуты на минуту расцветая в своей красоте. Чайного цвета щёки наливались кровавым румянцем, губы блеском, волосы завивались на концах, а кожа приобретала бархатный, матовый оттенок. Таких преображений не может произойти без сна, макияжа и уходовых средств.
– Мне не послышалось? Ты назвала меня другим именем, как и Ноэ? Какого. Хуя. Здесь. Творится. – Через паузы спросила Мег. Она вцепилась в волосы, приподнимая их наверх, словно бы это помогло вернуть концентрацию и утолить пульсацию в черепе.
– Вижу тебе не терпится поболтать. Ладно, дважды я отвечу правдой, а на третьем вопросе ты уснёшь. Надолго. Поэтому считай внимательно.
– Ёбаные игры в богов, окей. Что за странные прозвища?
– Заметила – умничка. – По-матерински тёплым жестом Вив коснулась подбородка блондинки. Щекотнула фалангой, а после поочерёдно опустила её кисти от головы. Мигрень отступала, цветовые пятна в глазах рассеивались. – Боль отступила, правда? Маленькое чудо поможет тебе довериться мне.
– Очередной фокус. Давай продолжай.
– Моя милая Мелиноя, вспомни школьный курс по греческой мифологии про тех самых жутких титанов, властных богов, бесстыдных нимф. Мы существуем до сих пор и развлекаемся тем, что живём одну человеческую жизнь за другой. Ээт, то есть Ноэ – бывший царь Колхиды, сын Гелиоса и Персеиды, а так же мой муж.
На лице Меган заиграло с полсотни оттенков недоверия, но дослушать архи нелепую бредятину придётся. Может, если подыграть, Вив отпустит её, тогда появится шанс позже обратиться в полицию с чистосердечным.
– Кхм, я помню миф о царе грузинского государства. Женой его была Геката – мать чудищ, покровительница некромантии.
– И почему с такой памятью, у тебя средний балл не выше 4.0?
– Запомнить туфту проще, чем формулы.
– Всё в точку, малышка. Правда, я – Геката с куда большими возможностями, чем написано в книжках, но об этом как-нибудь потом. А сейчас можешь поблагодарить за то, что ты избрана стать воплощением моей любимой Мелинои – нимфы ночных кошмаров.
– А как ею стать?
– С помощью Ромеро.
– Он тоже бог?
– Глупышка, третий вопрос. Теперь спать тебе неделю минимум.
Дверца мерена хлопнула, Ноэ сел за руль. Обернулся назад и застал сцену, как Геката укладывала на колени голову Мег, пока ещё обычной девушки.
– Ты её ушатала?
– Не без этого.
– Куда едем?
– В больницу. Пусть полежит с алкогольным отравлением. Перепсихует, заодно подготовим сосуд для возвращения Мелинои. – Смерть ей к лицу. Вив значительно похорошела после убийства Сэми и наслаждалась неотрывным взглядом Ноэ.
– Зачем усложнять, таскаться по больницам, если можно провести ритуал дома? Ты будешь ёбаные чёрные пески с её койки собирать?
– Мы будем. Вместе. Мне она нужна лежащая на видном месте, молчащая и ничего не разбалтывающая копам.
ЧАСТЬ 4: 15-21 МАЯ
Солнце, спрятанное в синеве колючей проволоки, не могло руками-лучами дотянуться до добрых и чистых полей из роз и ягод, им приходилось болтать всякое, чтобы развлечься на расстоянии в сотни километров. С земли и неба разносились болезные крики про голод неприкосновенной разлуки, как сушат кожу потоки ветра, рвущегося со старых фотографий и жарит паром от коньяка, который ни звезда, ни цветы не пробовали. Шестидневная разлука олицетворяла вечный Хаос, но как будто… так было нужно?
Много прочего абсурда виделось девушке в отключке (назвать это сном, язык не поворачивался). Когда человек спит естественным образом – тело отдыхает, Мег же внутри себя проживала войну, молилась скорее проснуться, перестать видеть и чувствовать всем телом глюки, в параллель слыша происходящее в реальности. Если диалоги врачей (а она очевидно находилась в больнице) с матерью и полицейскими подтверждали какие-либо факты (здоровье в норме; она последняя, кто видел Сэми живой) и успокаивали, то от голосов хтонь-троицы становилось жутко.
В первые дни “глубокого сна Мег” Вив, Ноэ и Ромеро обсуждали в больничной палате сверх странные штуки, типо: “Пёсьей звезды” Осириса, почему-то не нашедшей дом, готовность шести факелов, чёрные пески Аида. Речь их периодически становилась маслянной, тугой, отдалялась до гулкого эха, спутывалась с незнакомыми языками и звуками.
Мег могла поклясться, что слышала всё это наяву, но ничего не могла ответить – язык не слушался. Мёртвое оцепенение сдерживало тело, пока тройка не начала воздействовать на него.
С середины недели (по их же словам) они запели и заполняли палату благовониями, посыпали койку сухой смесью, пахнущей горькими травами и всё для того, как сказал Ромеро, чтобы проводить душу Мег и впустить Мелиною. Но то ли у заговорщиков дела не клеились, то ли вся эта кружевная виселица была сплошным фарсом. Короче говоря, переселение душ ощущалось н и к а к. Просто грёбаным параличом.
На последний обрядовый день, ребята снова задержавшись за ритуалом. Время посещений закончилось за 19 часов, что означало необходимость скорее убраться из палаты, пока не зашёл какой-нибудь смертный врач и не напросился на смерть.
– Тихоня, бесишь меня. Почему не подаёшь никаких признаков жизни? – Недовольно шипела над койкой Вив. Сколько стараний было приложено, молитв вычитано – Мелиноя никак не проявлялась, а должна была хотя бы начать разговаривать через девчонку. На прошлый зов лет 50 назад, она ярко отозвалась, агрессивно телепатируя с другими богами. Что же сейчас мешало, Вив не знала и продолжала мысленно убеждать себя в грядущем успехе. – Ничего. Ты всегда приходишь на 7 день. Завтра мы встретимся.
Еле заметным взмахом ресниц, Геката управилась с рассыпанной на постели горкой пепла (от бог знает чего) в мусорную корзину, поправила одеяльце на Мег и бросив ещё живой девушке воздушный поцелуй, двинулась на выход:
– Ээт, Гермес, уходим. – Рейн следом сутуло прошуршал кожаным пальто, лишь Ромеро позволил себе не торопиться. Отметив его замешательство у постели “больной”, Вив цыкнула. – Ох, плут, не говори что хочешь её спасти.
“Я и сам не могу в это поверить.”
– Мелиное я всегда был безразличен, а Мег единственная, кто почему-то меня любил.
Ноэ опёрся спиной о стену и медленно по ней сполз. Сегодня у него был уже 6 “чистый” день подряд, ведь, ритуалы не совершают на мутный рассудок. Оттого он злился, желал скорее вернуться в лабораторию, но знал, если у Вив не получится вернуть подружку, обрядовая карусель продолжится. Надо было по-старинке, поскорее со всем разобраться:
– Как ты это понял?
– Заглянул в душу. Вы нет?
– Мне плевать на её душу, честно.
– Я и без фокусов знала о чувствах Мег. Ох, не грусти, милый Гермес. – Человеческое сердце Гекаты схватило материнским сожалением. – Может быть в этот раз больше повезёт?
– Да, если ты перестанешь наёбывать её.
– У всех свои пороки. Вы, как я вижу, со своими тоже не справляетесь. – Ответил им Ромеро.
За ним вся тройка пошла прочь из больницы.
Миновала очередная ночь, полная кошмаров. Правда, сегодня они не были символическими, жуть шла плотным осмысленным рядом. На удивление близким и понятным. Мелиноя узнала в них воспоминания прошлых жизней.
Яркие утренние пятна пробивались через не плотную штору и дразнили её веки. Рассвет знаменовал новый день, новую жизнь и возможности.
Она открыла глаза. Сперва ощупала занемевшие пальцы, плечи, затем села растирать ноги. Новенькие, очень даже симпатичные, стройнее, чем когда-либо были.
– Ох уж эти новые стандарты красоты! Но мне нравятся. Своими ножками я могу сводить людей с ума толпами.
От ягодиц до пальцев, Мел разгоняла божественную кровь. После перехода, тело неторопливо наполнялось знакомой энергией. Могущество подняло девушку с постели и повело к небольшому настенному зеркалу напротив. Отражение передавало холодное сияние, исходившее от кожи (пост-особенности ритуала), блеск серых глаз и жемчуга длинных волос, миниатюрную и приятную внешность.
– Геката, спасибо за выбор. Я ещё не была настолько миленькой и хрупкой. Ни шрама, ни татуировок, ни даже веснушек. Слишком стерильно. – Преисполненная благодарности, Мелиноя рассмеялась. Теперь ей осталось найти какую-нибудь одежду и ответы на вопросы.
Она не знала который сегодня день, не знала неапольских улиц и просто брела вперёд, накинув капюшон на голову. И солнце пекло, и поуютнее было. Худи – второе прекрасное изобретение человечества после денег, считала Мел.
Чутьё вело её по следу божественной силы. Через людную площадь Нептуна, каменный порт Мерджеллина к пышному зелёному парку Кафье. В конце парка шёл земляной подъём, ведущий к… знакомому храмоподобному дому.
Он выглядел так же, каким его помнило тело Мег. Тело вздрогнуло, а Мелиноя не могла понять своей реакции. На секунду зависла, но вдруг бодро зашагала, желая скорее встретить друзей.
– Эй, подлецы, аррива! Воскресили и не встречаете! Обмельчали боги, закончились, а какими друзьями были! – Бойко причитала Мелиноя, входя внутрь. В чёртов беспроглядный Тар-тар. Везде были завешены плотные шторы, свет разносили лишь редкие огоньки свечей. Но богам и не нужно было зрение, чтобы видеть друг друга. По особенной энергетике можно понять, кто пред тобой находится.
– Ты знаешь, как мы слабы без поддержки людей и нам “ночникам” не выйти в свет после ритуала. Ещё дня три будем кровью отпаиваться.
Первым явился голос, за ним возник Гермес, вокруг которого кружили подсолнухи и жёлтые розы, пурпурный лимониум и разноцветные пучки альстромерий. В цветах стоял незнакомый для Мел человек, слишком яркой для Гермеса внешности, но отчего-то он был привлекателен.
Сердце её вновь дрогнуло. “Нет, опять эта реакция тела.”
– Трижды величайший… можно и мне стаканчик? Или у вас “свежая” заперта где-нибудь в подвале?
– Пока мы в тени, есть только донорская.
– Хорошо. Так угощай, хозяин. – Просияла новообращённая богиня. Теперь можно было скинуть капюшон. И обувь. Наконец распустить волосы. Поиграть с цветами, осмотреться и насладиться тёмными красками этого мира.
Ну и побурчать на кухне на старого приятеля.
– Гермес, признавайся, цветы – подношение для меня?
– Для нас. – Отмахнулся парень, будто бы не он во тьме ночной обдирал общественную клумбу. – Когда они летают вокруг меня, я выгляжу как скин на перса. Ты, наверное, ещё не знаешь чё это такое, ну, со временем покажу. Помнишь тетрис? Люди усовершенствовали игры и сделали возможность играть за богов.
Теперь в космосе гостиной явился и Ээт в образе подростка-торчка.
– Да хорош ей навешивать вечно, бля. Мел, ты знаешь его брехливую натуру. Он никак не может сказать, что собирал цветы тебе.
Обычно Геката выбирала красивых-здоровенных дядь на роль мужа. “А это… вобще что?” – задавалась вопросом Мел. И не одним.
– Я спросила в шутку, а оказалось попала в цель точнее Артемиды. – Любопытство вело её как маленького ребёнка. Только успевай запивать фразы сладкой кровью из ледяного стакана. – Постойте, я догадываюсь. Эрми был близок с моим телом. Иначе почему оно так странно реагирует на его присутствие? Привязался к девчонке, да?
– Наоборот. Она успела полюбить меня. – Отмахнулся Гермес, опираясь спиной о кухонную тумбу. Одной рукой он придерживал полупустой пакет крови, а другой закидывал вихрастую чёлку за ухо. В нервном жесте таились робкие переживания.
“И этот какой-то придурошный. Суетной. Где божественная стать потомков Олимпа?”
– Скажу честно, её чувствительность мне не по душе. – Задумалась Мелиноя о том, что минус у этого тела-таки есть.
– Привыкнешь, оценишь, полюбишь.
В зените показалась триединая Луна, пророчица, мать чудищ и просто очаровашка – Геката. Осанистая, вороноголовая и тоже “по моде” субтильная.
– Ночь очей моих! – Мелиноя отставила стакан на стол и бросилась целовать подругу по хладным загорелым щекам. – Ужель пророчишь роман последкам Зевса?
– Не умаляй вашего достоинства и выражайся по-современнее. 21 век же!
– Какой год хоть сейчас?
– 2024.
– Ужас! Вы пропустили почти пол столетия и воскресили меня спустя 48 лет! Хочу знать тому причины, а пока расскажите какие у нас планы? Чем займёмся? – Ноя выбралась из объятий и сквозь темноту, своим особенным божественным зрением осматривала друзей, всё ещё забавных внешне.
“Интересно, долго ли придётся привыкать к их новым фичам?”
– Как чем? Полдня тебе придётся слушать историю жизни Мег, возможно съездить проведать её родителей, а ночью… Я хочу выбраться к реке. Если пожелаете, убьём кого-нибудь.
– Протестую. – Срезал идею Ээт, единственный, кто из кровожадной тусовки осознавал все риски и мало-мальски ценил смертную жизнь.
– Оргия?
– Звучит лучше.
– Протестую! – Выкрикнул Ромеро.
– Почему же? – Геката опустила подбородок, становясь в позе более хищной. Плечи и грудь статно развернулись словно щит, грозящийся стать оружием.
– Сегодня и вобще, я не настроен делиться телом Мелинои.
– Не поняла. Разве на мне есть ошейник с именем хозяина?
– Будет. В этом воплощении ты принадлежишь мне.
– Даже цветы вручить не смог, а сейчас вдруг в себя поверил? И вобще, ты можешь ебать кого хочешь, что за чушь? – Мелиноя свирепела. Её белоснежные волосы зашевелились подобно змеям.
– Доверься ему, детка. Мы слабеем, нам нужно держаться вместе. Почему, думаешь, вымерли святоши и прожили сотни тысяч лет только мы? Кроме того, что мы ёбаные злодеи, создаём искусственные жертвоприношения и пьём кровь?
– Потому что мы вместе.
– Вот именно. Вместе. Навсегда.
– Навсегда. – Вторили остальные Гекате.
Боги встали квадратом лицом к лицу и соединились кистями. От их тел заискрила энергия, мелкие змейки-молнии вились в ногах поднимая четвёрку к потолку. Медитация служила обменом энергии и сил, коих на четверых было достаточно. Но не как в былые времена, когда бог лишь мыслью мог перерубить лес деревьев или реку осушить.
– Кстати, у вас не осталось плоти Зевса? Так есть хочется. – Спросила Мел, но её перебил стук в дверь.
– Откройте, это полиция.
– Убьём их сразу или как?
– Давайте поиграем в жизнь. Смерти итак слишком много вокруг нас, – отозвался защитник людей Ээт. Ну он так себе защитник конечно, вопреки своей же морали иногда убивая людей.
