Цитаты из книги «Девственница на три дня», страница 2

Не знаю, чувствовал ли он, как дрожат мои руки, когда я поправляла его воротник. Не знаю, догадывался ли, что я не жду, когда мы расстанемся, а боюсь этой минуты. Мне хотелось быть ближе, еще ближе к нему. Хотелось как можно дольше ощущать на себе его пронзительный взгляд и трепетать от того, как стремительно он

невыносимо. Разве можно поверить, что Рэй вот так отдал меня

переночевать, а утром возвращалась. До тех пор, пока не стало ясно, все действительно прошло отлично, и Белла идет на поправку.

Хрена с два здесь все просто, судя по тому

больше не смущает мое вторжение в ее сокровенную зону. Более того, она сжимает бедра и

доминирует, нравилась дрожь предвкушения, которая возникает, стоит услышать его властный голос или даже почувствовать, что он в комнате.

меня – проглотить собственный стон. – Только после этого, поняла? Послушно киваю, и тут же веревка

хера за это не будет: я  ведь щедро плачу. А расплата всегда наступает, и примером тому то едкое, непривычное чувство, которое во мне вызвала девчонка, которая должна была стать всего лишь игрушкой на выходные. Прищурилась. Не по-утреннему яркое солнце, легкий ветерок, запах цветов на клумбах – я ощутила все это разом, словно за сегодняшнюю ночь переменился весь мир. Впрочем, для меня ведь все так и было. Все изменилось

Последняя, да… Мне пришлось до боли закусить губу, чтобы не расплакаться. Невыносимое, невероятное наслаждение и такая же невыносимая боль. Все вместе. Все сразу. Потому что с ним может быть только так. А потом я услышала шепот, который попытался меня возродить, поднять с этих острых камней: – Я не хочу тебя отпускать.

поворачивает голову в мою сторону, пытается отодвинуться – видимо, окончательно просыпаясь. Секунда на осознание того, что все, что казалось лишь сном происходит в реальности.