Цитаты из книги «Облачный атлас», страница 42

Боль сильна, но твои глаза сильнее.

Здоровый не может понять того, кто опустошен, того, кто сломлен.

Священное-это прекрасное укрытие для кощунственного.

Эйрс дышал с присвистом, словно ему пилили ребра.

"...я стал заниматься своим любимым делом - ничегонеделанием. Разница между ничегонеделанием и ленью такая же, как между гурманством и обжорством"

Игрушка судьбы, вот кто я такой, вот кто мы все такие.

«Пропасть не преодолеть в два приема».

...и я увидела свой первый рассвет над горами Канвондо. Не могу описать свои чувства. Это зрелище, становясь все более ослепительным, совершенно меня зачаровало: Истинное Солнце Имманентного Председателя, его расплавленный свет, как бы окаменелые облака — и Его небесный купол, невообразимо высокий и широкий!

Хозяева не пожелали слышать от меня извинений, сказали, что это Ева должна передо мной извиниться, что ей необходимо распрощаться со своими докоперниковскими воззрениями, согласно которым Вселенная вращается вокруг ее персоны.

В номере отеля " Бон вояж " доктор Руфус Сиксмит перечитывает пачку писем , полученных без малого полвека назад от его друга Роберта Фробишера. Сиксмит знает их наизусть, но их текстура, шуршание и выцветшие буквы, написанные рукой его друга, успокаивают его нервы. Эти письма - то, что он вынес бы из горящего здания. Ровно в семь часов он умывается, меняет рубашку и вкладывает девять прочитанных писем в Библию, которую убирает в прикроватную тумбочку. Непрочитанные письма Сиксмит сует в карман пиджака и идет в ресторан.

Обед состоит из крошечного стейка с полосками жареных баклажанов и плохо промытым салатом. Он скорее умерщвляет, чем удовлетворяет аппетит Сиксмита. Доктор оставляет половину на тарелке и потягивает газированную воду, читая последние письма Фробишера. Через слова Роберта он видит самого себя, ищущего в Брюгге своего непостоянного друга , свою первую любовь - "и, если буду честным, последнюю".