Читать книгу: «Мальтийский сокол»

Глава 1
«Спейд и Арчер»

Длинный заостренный подбородок, круто изогнутый полумесяц губ, крючковатый нос с хищно вырезанными ноздрями и взметнувшиеся вразлет брови придавали облику Сэмюэля Спейда нечто сатанинское. Золотисто-серые глаза, словно затаившиеся в узких щелочках, хорошо гармонировали с густыми рыжеватыми волосами.

Довольно приятная внешность, ни дать ни взять – Вельзевул, перекрасившийся в блондина.

– Что тебе, птичка моя? – спросил он у Эффи Пирайн, долговязой загорелой девицы с карими глазами и открытым мальчишеским лицом. Бежевое платье обтягивало ее, как вторая кожа.

Эффи прикрыла за собой дверь.

– Там какая-то девица. Назвалась мисс Уондерли.

– Клиентка?

– Боюсь, что да. Во всяком случае, мне кажется, что ты не пожалеешь, если примешь ее – она сногсшибательна.

– Что ж, пусть войдет.

Эффи распахнула дверь.

– Войдите, мисс Уондерли.

– Благодарю вас, – проворковал нежный голосок, и в комнату вошла молодая женщина.

Она робко приблизилась к столу, испуганно и испытующе глядя на Спейда голубыми, цвета кобальта, глазами.

Посетительница была высокого роста, с гибкой стройной фигурой, длинными ногами, узкими бедрами, в платье синих тонов, подобранном под цвет глаз. Пухлые губки были ярко накрашены. Волосы, выбивавшиеся из-под синей же шляпки, отливали медью. Белые зубки застенчиво поблескивали за полуоткрытыми губами.

Спейд поднялся с места и жестом указал на дубовый стул у окна.

Ростом Спейд вымахал под шесть футов. Покатые плечи и широкий таз придавали его фигуре сходство с треугольником. Поэтому, должно быть, и выглаженный костюм сидел на нем мешковато.

– Благодарю вас, – прошептала мисс Уондерли и присела на самый краешек стула.

Спейд откинулся на спинку своего вращающегося кресла, крутанулся на четверть оборота, чтобы оказаться лицом к посетительнице, и вежливо улыбнулся. Поскольку улыбался он, не разжимая губ, улыбка вышла демонической.

Из-за прикрытой двери доносилась безостановочная трескотня пишущей машинки Эффи Пирайн. Где-то в соседней конторе гулко вибрировала более мощная, электрическая, машинка.

На столе Спейда, в металлической пепельнице, полной окурков, тлела недокуренная самокрутка. Кучки серого пепла испещряли желтую поверхность стола и многочисленные бумаги, в беспорядке разбросанные на нем. Окно, занавешенное темно-желтыми шторами, было приоткрыто, и бумаги на столе шевелились в воздушном потоке.

Мисс Уондерли беспокойно примостилась на самом краешке стула, словно готовая вот-вот сорваться с места, и нервно сжимала в руках плоскую сумочку, лежавшую на коленях.

– Чем могу быть вам полезен, мисс Уондерли? – спросил Спейд.

Девушка задержала дыхание, взглянула на Спейда, потом торопливо залопотала:

– Могли бы вы… Я подумала, что… – Она прикусила нижнюю губу и смолкла, умоляюще глядя на Спейда и нервно теребя сумочку.

Спейд улыбнулся и понимающе кивнул:

– Почему бы вам не рассказать обо всем с самого начала? Тогда я буду знать, что нам делать.

– Все началось в Нью-Йорке…

– Так…

– Я даже не знаю, где именно Коринна повстречалась с ним… Я имею в виду, что не знаю, где именно в Нью-Йорке. Она на пять лет моложе меня, ей всего только семнадцать, и у нас разный круг знакомых. Пожалуй, мы никогда не были настолько близки, как следовало бы родным сестрам. Мама и папа сейчас в Европе. Это убьет их… Я должна вернуть ее домой до их возвращения.

– Так, – повторил Спейд.

– Они приезжают первого числа следующего месяца.

Глаза Спейда заблестели.

– Значит, у нас есть две недели, – уточнил он.

– Я не знала, что она натворила, пока не получила ее письма. Я была вне себя… – Губы мисс Уондерли дрожали, пальцы беспомощно теребили сумочку. – Я была слишком напугана, чтобы пойти в полицию, и все же тревога за нее толкала меня на этот шаг. У меня никого больше нет… Я хочу сказать, что мне не к кому обратиться за советом. Я не знала, как мне быть, что делать…

– Конечно… – поддакнул Спейд. – Но затем от нее пришло письмо?

– Да. И я телеграфировала ей, умоляя вернуться. Телеграмму я адресовала сюда, до востребования. Это был единственный адрес, который она мне дала. Я прождала целую неделю – никакого ответа, ни слова… А до возвращения мамы и папы осталось уже всего ничего. Вот я и приехала в Сан-Франциско, чтобы отыскать Коринну. Я известила ее о своем приезде. Не следовало этого делать, да?

– Возможно. Не всегда знаешь, что нужно делать. Так вы не нашли ее?

– Нет. Я телеграфировала, что остановлюсь в отеле «Святой Марк», и умоляла Коринну прийти поговорить, даже если она твердо решила не возвращаться. Но она так и не явилась… Я прождала целых три дня, но она не пришла, даже записки не прислала…

Спейд наклонил голову, сочувственно нахмурился и сжал губы.

– Это было ужасно, – продолжала девушка, пытаясь улыбнуться. – Я не могла больше сидеть и ждать в своем номере, не зная, что с ней, где она… Я отправила еще одно письмо до востребования, а вчера днем пошла на почту. Простояла там дотемна, но она так и не пришла. Сегодня утром я снова сходила на почту, но напрасно – Коринна как в воду канула… Зато я встретила Флойда Терсби.

Спейд кивнул. Хмурый взгляд сменился внимательным выражением.

– Он отказался сказать, где Коринна, – продолжала девушка. – Он вообще ничего не соизволил сказать, кроме того, что она здорова и счастлива. Но разве я могу этому поверить? Ведь он сказал бы мне то же самое в любом случае, верно?

– Конечно, – согласился Спейд. – Но, быть может, он сказал правду?

– Надеюсь. Как я хочу, чтобы это было так! – с жаром воскликнула мисс Уондерли. – Но когда я сказала, что не вернусь домой, не поговорив с сестрой, он отказался сообщить ее адрес. Сказал, что Коринна не желает меня видеть. В это я никак не могу поверить. Он…

Дверь в кабинет отворилась. Мисс Уондерли умолкла, испуганно взметнув руку ко рту.

Человек, открывший дверь, переступил через порог и, пробормотав: «О, простите!» – торопливо сдернул с головы шляпу и попятился.

– Заходи, заходи, Майлс, – позвал Спейд. – Мисс Уондерли, позвольте представить вам моего компаньона, мистера Арчера.

Майлс Арчер вернулся в комнату, закрыл за собой дверь и, улыбнувшись мисс Уондерли, неопределенно махнул рукой, в которой держал шляпу. Среднего роста, крепко сбитый, с легкой сединой, пробивавшейся сквозь коротко подстриженную шевелюру, он выглядел старше своего тридцатилетнего компаньона лет на десять.

– Сестра мисс Уондерли сбежала из Нью-Йорка с парнем по имени Флойд Терсби, – сказал Спейд. – Они находятся здесь, в городе. Мисс Уондерли остановилась в «Святом Марке». Она видела Терсби и назначила сестре свидание, но та не явилась. Мисс Уондерли хочет, чтобы мы разыскали ее сестру и вернули домой, потому что до возвращения ее родителей осталось совсем немного времени. – Он взглянул на посетительницу: – Верно?

– Да, – тихо отозвалась девушка.

Смущение, которое было оставило ее благодаря подбадривающим улыбкам Спейда, вновь возвратилось, и лицо ее залилось краской. Потупив взор, она нервно мяла сумочку.

Спейд ехидно подмигнул своему компаньону. Майлс Арчер приблизился к столу и остановился, внимательно разглядывая девушку, затем, скользнув взглядом по ее ножкам, многозначительно посмотрел на Спейда и неслышно присвистнул в знак одобрения.

Спейд предупреждающе погрозил рукой.

– Думаю, – сказал он, – что мы сумеем вам помочь, мисс Уондерли. Наш человек проследит за Терсби и отыщет вашу сестру. Если вы уговорите ее вернуться домой – превосходно. Если же она не захочет расстаться со своим спутником – что ж, мы попытаемся найти способ, как убедить его не делать глупостей.

– Вот именно, – подтвердил Арчер. Голос у него был резковатый и сиплый.

Мисс Уондерли нахмурилась и озабоченно посмотрела на Спейда.

– Только будьте осторожны. – Голос ее дрогнул. – Это опасный человек. Я боюсь его… Боюсь, что он может… Она ведь еще так молода… Он увез ее из Нью-Йорка, это же очень серьезно… Может ли… Может ли он сделать ей что-нибудь дурное?

– Предоставьте его нам. – Спейд ободряюще улыбнулся. – Мы придумаем, как с ним управиться.

– Я вам верю, – серьезно произнесла посетительница. – Но только не забывайте – он и впрямь очень опасный человек. Он ни перед чем не остановится. Мне даже кажется, что он способен убить, чтобы выкрутиться…

– Вы не угрожали ему?

– Я сказала только, что хочу, чтобы Коринна вернулась домой до приезда родителей. Я пообещала ни слова не говорить им, если он мне поможет, но в противном случае папа, конечно, добьется, чтобы Терсби наказали. Правда, мне не показалось, что он мне поверил.

– А если Терсби женится на вашей сестре? – осведомился Арчер.

Девушка покраснела.

– У него жена и трое детей в Англии. Коринна написала мне об этом, объясняя, почему бежала с ним.

– Как он выглядит? – спросил Спейд. Он наклонился вперед, чтобы дотянуться до карандаша и блокнота.

– Лет тридцати пяти, вашего роста, смуглый, то ли от природы, то ли от загара. Темные волосы, густые брови. Разговаривает громко, нервно. Весь он какой-то издерганный, но, похоже, привык повелевать.

Царапая что-то в блокноте, Спейд спросил, не поднимая головы:

– Какие у него глаза?

– Серые, водянистые. Ах да, у него еще шрам на подбородке.

– Телосложение?

– Он очень крепкий и широкоплечий; я бы сказала, что у него военная выправка. Сегодня утром он был в сером костюме и в шляпе.

– Чем он зарабатывает на жизнь? – поинтересовался Спейд, кладя карандаш на стол.

– Понятия не имею.

– Что еще можете нам добавить?

Девушка пожала плечами:

– Боюсь, что ничего.

– В котором часу он назначил вам свидание?

– В начале девятого.

– Хорошо, мисс Уондерли. В отеле будет наш человек. Он все уладит.

– Мистер Спейд, может быть, придете вы сами или мистер Арчер? – Девушка умоляюще вытянула вперед руки. – Я не хочу сказать, что ваш человек не справится, нет, но я так боюсь за Коринну! Я очень боюсь этого Терсби… Может быть, вы… Конечно, я понимаю, это обойдется значительно дороже… – Она нервно открыла сумочку и, порывшись в ней, достала и аккуратно положила на стол две сотенные бумажки. – Этого достаточно?

– Вполне, – отозвался Арчер. – Я сам возьмусь за это дело.

Мисс Уондерли сорвалась с места.

– Спасибо! Просто не знаю, как вас благодарить! – воскликнула она, протягивая Спейду руку и повторяя: – Спасибо! Большое спасибо!

– Не за что. – Спейд поднялся с кресла. – Рад вам помочь. Будет проще, если вы встретите Терсби в вестибюле, чтобы вас можно было видеть вместе, только учтите: вы меня не знаете, никогда не видели, понятно?

– Я так и сделаю, – пообещала мисс Уондерли.

– Только не высматривайте меня, – предупредил Арчер. – Я сам вас найду.

Спейд проводил клиентку до двери. Когда он вернулся, Арчер кивнул в сторону лежавших на столе купюр, довольно хрюкнул, взял одну из них, сложил и упрятал в карман жилета.

– Между прочим, в ее сумочке остались их близнецы, – подмигнул он.

Спейд взял вторую сотенную себе.

– Ну, что скажешь?

– Мила! – Арчер мечтательно вздохнул, потом вдруг громко хохотнул. – Увидел ты ее первый, Сэм, но заговорил первым я.

Сунув руки в карманы, он с многозначительным видом покачался на каблуках.

– Только не вздумай заводить с ней шашни, – по-волчьи ощерился Спейд. – Добром это не кончится.

И принялся сворачивать очередную самокрутку.

Глава 2
Смерть в тумане

Ночную тьму разорвал телефонный звонок. После третьего звонка заскрипели пружины кровати, невидимые пальцы ощупью прошлись по краю тумбочки, и что-то твердое со стуком упало на пол. После этого пружины вновь протестующе завизжали, и мужской голос произнес:

– Алло… Да, слушаю… Что?! Убит?.. Да… Через пятнадцать минут… Спасибо.

Щелкнул выключатель, и комната залилась светом. Спейд хмуро посмотрел на телефонный аппарат, стоявший на тумбочке у изголовья кровати, потом взял лежавшую рядом с телефоном книжечку папиросной бумаги и кисет с табаком.

Холодный воздух улицы проникал в открытое окно, из-за которого доносилось глухое регулярное уханье с Алькатраца, извещавшее об опасном тумане. Стрелки маленького будильника, примостившегося на томике «Знаменитые уголовные дела США», показывали пять минут третьего.

Спейд неспешно свернул самокрутку, аккуратно заклеил ее, затем поднял с пола никелевую зажигалку, щелкнул ею, закурил и встал с кровати. Скинул пижаму.

Бесформенное, расширявшееся книзу тело придавало ему сходство с медведем. С выбритым медведем – ведь грудь Спейда была гладкой, как у младенца. Спейд надел на себя белье, натянул серые носки, потом позвонил по телефону и заказал такси. Он облачился в полосатую рубашку, повязал галстук и оделся в серый костюм, в котором был накануне. Уже в твидовом пальто и темно-серой шляпе он рассовывал по карманам кисет с табаком, ключи и деньги, когда в дверь позвонили.

Расплатившись с таксистом, Спейд выбрался на Буш-стрит в том месте, где она, прежде чем сбежать по холму в Чайнатаун, пересекает Стоктон-стрит. Предрассветный Сан-Франциско был укутан густым и промозглым туманом.

Буквально в нескольких ярдах от Спейда на тротуаре сгрудилась небольшая кучка людей. Немногочисленные прохожие, остановившиеся на противоположной стороне улицы, вытянув шеи, смотрели в том же направлении. В окнах домов маячили головы праздных зевак.

Пройдя по тротуару к длинному путепроводу, Спейд оперся на металлический парапет и посмотрел вниз, где проходила Стоктон-стрит.

Из туннеля со скрежетом вылетела автомашина и умчалась прочь. Невдалеке от въезда в туннель, возле увешанного афишами щита, копошилось несколько человек. Один из них тщетно пытался заглянуть под щит, а другие сосредоточенно разглядывали что-то в аллее.

Спейд отвернулся и зашагал вверх по Буш-стрит, к сгрудившимся людям. Полицейский, который стоял на тротуаре и жевал резинку, жестом остановил его.

– Что вам здесь нужно?

– Я Сэм Спейд, частный сыщик. Меня вызвал сюда Том Полхаус из сыскного отдела.

– А, это вы. – Полицейский опустил руку. – Я сперва не узнал вас. Они все там. – Он ткнул большим пальцем куда-то через плечо. – Не очень веселое дельце.

– Да, скверная история, – согласился Спейд и зашагал по переулку в указанном направлении.

Он увидел машину «Скорой помощи». Позади нее к Стоктон-стрит круто сбегал вниз узкий переулок, огороженный с левой стороны невысоким дощатым забором. В одном месте верхняя доска была сорвана и косо свисала. В нескольких шагах ниже по склону за забором торчал приземистый валун, возле которого распростерся на спине Майкл Арчер. Двое людей стояли над ним, освещая тело карманными фонариками. Какие-то серые тени с фонариками в руках бесшумно сновали вверх и вниз по склону.

Невысокий толстяк с круглым, как бочонок, брюшком окликнул Спейда. Его ботинки, брюки на коленях, руки и подбородок были перепачканы глиной.

– Мне подумалось, что тебе захочется увидеть своего приятеля, пока его не увезли, – сказал он, перелезая через покореженный забор.

– Спасибо, Том, – отозвался Спейд. Затем со вздохом спросил: – Как это случилось?

Он оперся плечом о столб, поглядывая на людей внизу и кивая знакомым.

Том Полхауз грязным пальцем ткнул себя в левую половину груди:

– Пуля угодила прямо в сердце. Стреляли вот из этой штуковины. – Том вытащил из кармана пальто пузатый револьвер и протянул Спейду. – «Уэбли». Английский.

Спейд оторвался от забора и наклонился вперед, рассматривая оружие.

– Верно, – подтвердил он. – «Уэбли-фостер». Восьмизарядный. Тридцать восьмого калибра. По-моему, их уже сняли с производства. Сколько раз стреляли?

– Один. – Том снова ткнул себя в грудь. – Должно быть, Арчер был уже мертв, когда стукнулся о забор. Так ты знаешь эту систему?

– Да, я имел с ними дело, – отмахнулся Спейд. И быстро проговорил: – Значит, его застрелили здесь?

– Похоже, что он стоял на твоем месте, спиной к забору. А убийца находился вот тут. – Том обошел Спейда и вытянул вперед указательный палец.

Спейд задумчиво произнес:

– Значит, так. Выстрел, и Майлс повалился назад, сорвал спиной верхнюю доску забора и покатился вниз по склону, пока не наткнулся на валун. Верно?

– Да, – кивнул Том. – Стреляли с близкого расстояния. Его пальто прожжено.

– Кто обнаружил труп?

– Патрульный Шиллинг. Он спускался по Буш-стрит, и тут фары какой-то машины осветили забор. Он решил посмотреть, кто там набезобразничал, и увидел Майлса.

– Что известно о машине?

– Ничего. Шиллинг даже внимания на нее не обратил – он ведь и не подозревал, что здесь что-то произошло. По пути он тоже никого не встретил. Убийца мог скрыться только через забор – на Стоктон-стрит, но и там вроде бы никто не проходил. Земля от тумана влажная, и единственные следы – увы, оставлены самим Майлсом.

– Кто-нибудь слышал выстрел?

– Мы ведь сами только подоспели сюда, Сэм. – Полхаус повернулся и перекинул ногу через забор. – Хочешь взглянуть на него?

– Нет, – сказал Спейд. – Я ведь увижу только то, что уже видел ты.

Том пристально посмотрел на него, с сомнением кивнул и перемахнул через забор.

– Пистолет у Арчера был за поясом, – припомнил он. – Он даже не успел его вытащить. Пальто было застегнуто на все пуговицы. В карманах обнаружено около ста шестидесяти долларов. Он был на задании, Сэм?

Спейд кивнул:

– Он должен был следить за неким Флойдом Терсби.

Сэм описал Терсби со слов мисс Уондерли.

– Зачем?

Спейд сунул руки поглубже в карманы пальто и поглядел на Тома, сонно мигая.

– Зачем? – нетерпеливо повторил Полхаус.

– Терсби, кажется, англичанин, хотя я точно в этом не уверен, – ответил Спейд. – Не знаю также и того, чем он занимается. Мы ведь только хотели познакомиться с его биографией. – Спейд усмехнулся и, вынув руку из кармана, потрепал сержанта по плечу. – Но не успели. Пока довольствуйся этим, Том. Пойду, извещу его… вдову.

Полхаус нахмурился, помолчал, потом сочувственно произнес:

– Да, скверная история. Ужасно, что он так кончил… У Майлса были свои недостатки, как и у всех нас, но парень он был неплохой.

– Да, – с безразличным видом согласился Спейд. И сплюнул в землю. – Был…

Он повернулся и зашагал прочь.

Заглянув в круглосуточно открытую аптеку на углу Буш-стрит и Тейлор-стрит, Спейд позвонил по телефону.

– Это я, красавица, – бесстрастно сказал он, когда телефонистка соединила его с конторой. – Ты не поверишь, но Майлса застрелили… Да, он мертв… Спокойнее, Эффи, возьми себя в руки… Тебе придется сообщить об этом Иве… Нет, черт побери, я не могу. Это должна сделать ты… Вот умница… И не подпускай ее к конторе. Скажи, что я к ней заскочу… Но ради бога, не связывай меня ничем… В том-то и дело. Ты ангел… Пока.

Когда Спейд возвратился домой, было уже без двадцати четыре. Спейд бросил пальто и шляпу на кровать, затем прогулялся на кухню и вернулся со стаканом и бутылкой «бакарди». Стоя, он налил полный стакан и залпом осушил его, потом уселся на кровать, закурил и задумался.

Он выпил уже три стакана и выкурил несколько самокруток, когда в дверь позвонили. Стрелки будильника показывали ровно половину пятого.

Спейд вздохнул, сполз с кровати и подошел к домофону. Нажав на кнопку, чтобы отпереть входную дверь, он процедил сквозь зубы:

– Чтоб ее черти взяли!

Лязгнул лифт. Спейд тяжело вздохнул и засопел, шмыгая носом. За дверью загромыхали тяжелые шаги. Спейд испустил вздох облегчения и распахнул дверь.

– Входи, Том, – радостно обратился он к толстобрюхому сержанту, а затем приветствовал его спутника: – Хелло, лейтенант.

Оба полицейских кивнули в ответ и вошли, не говоря ни слова. Том устроился на краешке тахты возле окна. Лейтенант присел к столу. Это был коротко подстриженный моложавый крепыш с круглой головой и почти квадратной физиономией с седеющими усами.

Спейд прогулялся на кухню, принес еще два стакана, наполнил их и протянул посетителям. Его лицо было спокойно и не выражало никакого любопытства.

Он поднял свой бокал и провозгласил тост:

– За преступников!

Том опорожнил свой стакан, поставил его на пол и вытер рот узловатыми, перепачканными глиной пальцами. Лейтенант сделал лишь маленький глоток, а затем отставил свой стакан в сторону, на стол. Потом неторопливо оглядел комнату и уставился на Тома. Тот заерзал на месте и, ни на кого не глядя, спросил:

– Ты известил жену Майлса, Сэм?

Спейд кивнул.

– Как она?

– Я плохо разбираюсь в женщинах, – покачал головой Спейд.

– Ну да, – скептически усмехнулся Том. – Ты кому угодно сто очков вперед дашь.

Лейтенант упер руки в колени и наклонился вперед. Его зеленоватые глаза впились в лицо Спейда.

– Какой системы у вас револьвер?

– А никакой, я не очень-то люблю оружие. Хотя в конторе несколько штук держу.

– Хотелось бы взглянуть, – промолвил лейтенант. – А здесь, случайно, ни один не завалялся?

– Нет.

– Вы уверены?

– Посмотрите сами. – Спейд улыбнулся и обвел широким жестом комнату, держа пустой стакан в руке. – Можете перевернуть все вверх дном, если, конечно, запаслись ордером на обыск.

– Не валяй дурака, Сэм! – протестующе воскликнул Том. – Не лезь на рожон.

– Да, Спейд, советую вести себя умнее, – недобрым голосом произнес Данди.

Спейд поставил стакан на стол, поднялся во весь рост и пристально уставился на лейтенанта.

– Чего вы добиваетесь, Данди? – спросил он, угрожающе прищурившись.

В его золотисто-серых глазах заплясали нехорошие огоньки.

Лейтенант сдвинул брови. Том вновь заерзал на месте, глубоко вздохнул и жалобно проговорил:

– Мы не хотим никаких неприятностей, Сэм.

Не обращая ни малейшего внимания на сержанта, Спейд процедил сквозь зубы:

– Чего вы добиваетесь, Данди? Говорите яснее. На кой черт вы заявились сюда поздней ночью?

– Ладно, садитесь и слушайте. – Данди махнул рукой.

– Решительно возражаю! Мне почему-то хочется постоять, – огрызнулся Спейд.

– Ради бога, Сэм, будь благоразумен, – взмолился Том. – Какой смысл нам ссориться? Вини только себя самого: помнишь, на мой вопрос «кто такой этот Терсби» ты ответил, что это не мое дело. Пойми, старина, мы же должны выполнять свои обязанности.

Лейтенант вскочил и вплотную приблизился к Спейду.

– Я предупреждал, что когда-нибудь вы поскользнетесь, – выпалил он.

Спейд пренебрежительно вздернул брови.

– Когда улицы не убирают, это может случиться с каждым, – насмешливо ответил он.

– На сей раз пришел ваш черед.

Спейд улыбнулся и покачал головой:

– Ошибаетесь, у меня все в порядке. – Он перестал улыбаться, глаза его сузились. – Я не люблю такие штучки. Что вы вынюхиваете? Говорите прямо или убирайтесь вон, я хочу спать.

– Кто этот Терсби? – спросил Данди.

– Я сказал Тому все, что знаю.

– Этого мало.

– Ровно столько, сколько мне известно.

– Почему вы следили за ним?

– Следил за ним не я, а Майлс. И делал он это по той простой причине, что к нам обратился клиент, который щедро расплатился за наши услуги новехонькими и вдобавок подлинными американскими долларами, и попросил установить за ним наблюдение.

– Кто ваш клиент?

– Назвать нашего клиента я могу только с его личного разрешения.

– Или вы назовете его сейчас же, или – выложите все суду! – гневно воскликнул Данди. – Совершено убийство, Спейд, не забывайте!

– И вы тоже не забывайте, что говорить об этом или нет – зависит от меня. Много воды утекло с тех пор, как я плакал в жилетку из-за того, что не понравился первому встречному полицейскому.

Том пересел к столу. Его небритое, замызганное лицо казалось усталым.

– Будь благоразумен, Сэм. Помоги нам. Как, скажи на милость, нам расследовать убийство Майлса, если ты скрываешь от нас то, что тебе известно?

– У него есть повод скрывать, – произнес Данди, мрачно улыбнувшись. – Что я тебе говорил, Том?

Настороженность в глазах Спейда сменилась тупой скукой. Он повернулся к Полхаусу и небрежно спросил:

– Не можешь пояснить, Том, на что так старательно намекает твой подозрительный приятель?

Данди вскочил и забарабанил костяшками пальцев по груди Спейда.

– А вот на что. Дело в том, что Флойда Терсби застрелили буквально в двух шагах от его отеля спустя каких-то тридцать минут после вашего ухода с Буш-стрит!

Спейд вздрогнул, но мигом овладел собой.

– Если вы пианист, то я не рояль, – криво ухмыльнулся он.

Данди поморщился, однако убрал руку и продолжал тем же тоном:

– Между тем, по свидетельству очевидцев, вы так торопились, что даже не соизволили взглянуть на тело своего покойного компаньона!

Том пробурчал извиняющимся тоном:

– Ну да, Сэм, ты ведь и вправду сбежал оттуда.

– И вы вовсе не поехали к жене Арчера сообщить о его смерти, – въедливо подхватил лейтенант. – А подослали к ней свою секретаршу!

Спейд, позевывая, кивнул.

Лейтенант снова хотел постучать по груди Спейда, но вовремя спохватился и отдернул руку.

– Итак, – торжественно изрек он, – вам понадобилось примерно десять минут на то, чтобы добраться до телефона и поговорить с секретаршей. Еще десять, чтобы дойти пешком до отеля, где остановился Терсби – это на Гири-стрит неподалеку от Левенуорта. – Как видите, у вас оставалось еще целых десять-пятнадцать минут на то, чтобы дождаться, пока появится Терсби.

– Разве я знал, где его искать? – откровенно зевая, спросил Спейд. – И откуда я мог знать, что именно в это время он будет возвращаться?

– Значит, мог, – упрямо возразил Данди. – Во сколько вы вернулись домой?

– Без двадцати четыре. Всю дорогу шел пешком, обдумывая случившееся.

Лейтенант скептически покачал головой:

– В три тридцать вас еще не было дома, телефон не отвечал. Где же вы гуляли?

– С Буш-стрит я направился прямо домой.

– Встретили кого-нибудь, кто бы мог…

– Нет, никаких свидетелей у меня нет, – перебил Спейд и рассмеялся. – Теперь мне, наконец, все понятно. Сожалею, что начал огрызаться, но ваше поведение вывело меня из равновесия… Смерть Майлса, а тут еще вы со своими дурацкими подкалываниями. Теперь все ясно.

– Ладно, забудь об этом, – сказал Том.

Лейтенант не произнес ни слова.

– Терсби умер? – спросил Спейд.

Пока Данди раздумывал, отвечать или нет, Том выпалил:

– Да.

– И, к вашему сведению, если вам это еще не известно, он сыграл в ящик, так и не успев ничего сказать, – зло добавил лейтенант.

Спейд неторопливо свернул самокрутку и спросил, не поднимая головы:

– Что вы имеете в виду?

– Вы слышали, что я сказал, – огрызнулся Данди.

Спейд взглянул на него и усмехнулся:

– Уж не хотите ли арестовать меня, лейтенант?

– Ну не валяй дурака, Сэм, – взмолился Полхаус.

Спейд чиркнул зажигалкой и, раскурив самокрутку, рассмеялся.

– Ладно, Том, я буду паинькой, – пообещал он. – Ну, так как же я застрелил Терсби? Я что-то позабыл подробности – наверное, от недосыпания.

Том неодобрительно хмыкнул. Лейтенант Данди, чуть помолчав, сказал:

– Его продырявили четырьмя выстрелами в спину перед самым входом в отель.

– И у него в кобуре под мышкой был «люгер», – добавил Том. – Однако из него не стреляли.

– А что рассказывают служащие отеля? – поинтересовался Спейд.

– Ничего, кроме того, что Терсби прожил у них совсем недолго.

– Один?

– Да.

– Что вы нашли при нем? Или в его номере?

– А что, по-вашему, мы могли найти?

Спейд взмахнул самокруткой.

– Нечто такое, что могло бы подсказать, кто он такой и чем занимался.

– Мы рассчитывали, что вы сами расскажете нам об этом, – сказал Данди.

Спейд взглянул на лейтенанта:

– Я никогда не видел Терсби ни живым, ни мертвым.

– Мы рассказали вам гораздо больше, чем вы нам, – угрожающе заметил Данди, поднимаясь с места. – Не забывайте об этом, Спейд. Вы ведь меня знаете.

– Спасибо за откровенность, лейтенант, – спокойно ответил Спейд. – Но я был бы признателен, если бы вы допили свой стакан.

Лейтенант Данди повернулся к столу, взял стакан, медленно опустошил его и протянул Спейду руку:

– Спокойной ночи.

Сэм стиснул его крепкую ладонь:

– Счастливо, лейтенант.

Том и Сэм церемонно пожали друг другу руки. Спейд запер за полицейскими дверь, разделся, повернул выключатель и лег в постель.

Глава 3
Три женщины

В десять утра на следующий день, когда Спейд приехал в свою контору, Эффи Пирайн уже находилась на месте и разбирала почту. Ее мальчишеское лицо было бледно, несмотря на загар. Она отложила в сторону кипу конвертов и тихо, предостерегающе прошептала:

– Она здесь.

Спейд застонал.

– Я же просил тебя не пускать ее, – вполголоса посетовал он.

Карие глаза Эффи сверкнули.

– Но ты не сказал, как это сделать! – раздраженно ответила она и тут же добавила усталым голосом: – Не злись, Сэм.

Спейд погладил девушку по голове.

– Прости, ангел мой, я не знал, что… – Дверь отворилась, и он замолк. – Здравствуй, Ива, – обратился он к появившейся в дверях женщине.

– О Сэм… – только и произнесла она.

Вошедшая была красивой блондинкой лет тридцати, с превосходной фигурой, облаченной с ног до головы во все черное. Спейд прошагал в свой кабинет, Ива последовала за ним и, когда дверь за ними закрылась, подставила ему опечаленное лицо для поцелуя. Поцеловав ее, Спейд попытался было освободиться, но Ива крепко прижалась к его груди и принялась всхлипывать.

Спейд гладил ее по спине, приговаривая: «бедняжка моя», – но взгляд его в нетерпении перебегал от стола компаньона к собственному столу. Он украдкой вздохнул.

– Ты вызвала брата Майлса? – спросил он наконец.

– Да, еще ночью, – всхлипывая, пробормотала Ива.

Спейд скривил рот в гримасе и скосил глаза, чтобы тайком взглянуть на часы. Левая рука его покоилась на плече женщины, обшлаг задрался, и циферблат было видно. Стрелки показывали десять минут одиннадцатого.

Ива подняла голову.

– Сэм, – простонала она, – это ты убил его?

Спейд высвободился из объятий, отошел к своему столу и, прищурившись, посмотрел на вдову Майлса.

– Кто это подал тебе такую блестящую идею? – холодно осведомился он.

– Я думала… – Она беспомощно поднесла руку ко рту, и слезы вновь заволокли ее глаза. – Будь ласков со мной, Сэм…

Он невольно рассмеялся.

– «Ты убил моего мужа. Будь ласков со мной…» – Он развел руками. – О боже!

Ива громко расплакалась, прижимая ко рту платок.

Спейд вышел из-за стола, обнял ее и поцеловал в шею.

– Успокойся, Ива.

Дождавшись, пока она перестала плакать, он наклонился и прошептал:

– Ты не должна была сегодня приходить сюда, дорогая. Это опасно. Ступай домой.

– Ты придешь вечером?

– Не сегодня. – Он покачал головой.

– А когда?

– Cкоро.

– Когда?

– Как только смогу.

Выпроводив безутешную Иву, он вернулся на место, достал из жилетного кармана табак и папиросную бумагу, разложил на столе и уселся, задумчиво глядя на опустевший стол своего погибшего компаньона.

Вошла Эффи Пирайн. В ее карих глазах сквозило беспокойство, но голос казался беззаботным.

– Ну как? – поинтересовалась она.

Спейд промолчал.

Девушка нахмурилась и подошла поближе.

– Ива думает, что Майлса застрелил я, – не глядя на Эффи, произнес Спейд.

– Чтобы жениться на ней?

Спейд опять не ответил.

Эффи молча сняла шляпу с его головы и положила на стол. Затем наклонилась, вынула у него из рук кисет и папиросную бумагу.

– Но этого мало, – сказал он. – Оказывается, по мнению полиции, Терсби прикончил тоже я.

– А кто это такой? – спросила Эффи, насыпая табак на листик папиросной бумаги.

– Парень, за которым должен был следить Майлс по делу этой Уондерли.

Закончив свертывать самокрутку, Эффи лизнула край бумажки, прижала ее, разгладила свое изделие и вложила в рот Спейду.

– Спасибо, моя сладкая. – Он обвил рукой талию девушки и устало прижался щекой к ее бедру.

Эффи натянуто улыбнулась.

– Сэм, ты собираешься жениться на Иве? – с деланым безразличием спросила она, глядя вниз на каштановые волосы Спейда.

Сыщик фыркнул.

– Какая чушь, – пробормотал он. Не зажженная самокрутка дергалась вверх и вниз одновременно с движениями его губ. – Как у тебя только язык повернулся?

– А вот она не считает, что это чушь, – настаивала Эффи. – Да и почему бы ей не надеяться? Можно подумать, что у вас с ней ничего не было.

Спейд поднял голову. Эффи смотрела на него с вызовом.

– Ну, это ее личное дело, – вздохнул Спейд.

– Как бы оно не стало вашим общим… Ведь в свое время, помнится…

Спейд промолчал, только потерся щекой о бедро девушки. Эффи Пирайн сморщила лоб и, наклонившись, чтобы видеть его лицо, спросила:

– А не думаешь ли ты, что она сама убила его?

Спейд снял руку с ее талии, улыбнулся и, достав зажигалку, закурил.

– Ты мой ангел, – сказал он ласково. – Милый, но пустоголовый ангелочек.

Эффи усмехнулась:

– А что будет, если этот пустоголовый ангелочек докажет мистеру Шерлоку Холмсу, что его драгоценная Ива вернулась домой только в три часа утра? Да-да, всего лишь за несколько минут до того, как я пришла, чтобы сообщить ей о смерти Майлса?

Спейд насторожился, хотя улыбка по-прежнему играла на его губах.

– Она продержала меня у двери, пока раздевалась и набрасывала на себя халат. Сказала, что спала, но это – очевидная ложь: хотя постель и была разворошена, подушка оказалась нисколько не смятой!

Спейд взял Эффи за руку.

– Ты отличный детектив, дорогая, но… – Он покачал головой. – Ива его не убивала.

Эффи выдернула руку и с горечью произнесла:

– Эта развратная стерва стремится женить тебя на себе, Сэм…

Спейд нетерпеливый махнул рукой.

– Данди звонил сюда ночью?

– Да. А ему-то что от тебя нужно?

– Они вместе с Томом Полхаусом ввалились ко мне в четыре часа утра. Сомневаюсь, что только для того, чтобы выпить за мой счет.

– Они и в самом деле думают, что ты застрелил этого, как его?..

– Терсби. – Спейд сунул окурок в пепельницу и начал свертывать новую самокрутку.

– Они так думают? – настаивала Эффи.

– Скажем так: не исключают данной версии. Не знаю, насколько мне удалось переубедить их.

– Взгляни на меня, Сэм.

Он посмотрел в ее встревоженное лицо и рассмеялся.

– Ты беспокоишь меня, – сказала она серьезно. – Когда-нибудь ты перехитришь самого себя.

Он усмехнулся и потерся щекой об ее руку.

– То же самое говорит и Данди… Ты только избавь меня от Ивы, милая, и тогда я сумею справиться со всеми неприятностями. – Он встал и надел шляпу. – Кстати, сними с двери табличку «Спейд и Арчер» и повесь вместо вывеску «Сэмуэль Спейд, частный сыщик». Я вернусь через час или позвоню.

Спейд пересек отделанный розоватым дубом вестибюль отеля «Святой Марк», подошел к стойке портье и спросил, у себя ли мисс Уондерли.

Справившись в книге, портье покачал головой:

– Она выехала сегодня утром, мистер Спейд.

– Спасибо.

Спейд отошел от стойки и прошагал по вестибюлю к неглубокой нише, где за столом красного дерева сидел полноватый человек лет тридцати с небольшим, в темном костюме. На столе стояла пластмассовая табличка-призма с надписью «мистер Фрид». При виде Спейда мистер Фрид поднялся, вышел из-за стола и протянул руку.

– Я был очень огорчен, узнав про Арчера, – сочувственым тоном произнес он. – Только что прочел об этом в газете. Он ведь был здесь вчера вечером.

– Благодарю вас, Фрид, – торжественно кивнул Спейд. – Вы разговаривали с ним?

– Нет. Когда я пришел, он сделал вид, что не заметил меня. Понятно, я не стал навязываться. Решил, что он на деле, а вы ведь не любите, когда мешают работать. Это имело отношение к его кончине?

– Мы еще ничего не знаем. Во всяком случае, не станем без крайней необходимости впутывать в эту историю ваше заведение.

– Спасибо.

– Не за что. Не можете ли дать мне кое-какие сведения о вашей бывшей гостье?

– Конечно.

– Ее зовут мисс Уондерли. Выехала сегодня утром. Она меня очень интересует.

– Пойдемте посмотрим, – пригласил Фрид.

Спейд не двинулся с места.

– Я не хочу высовываться.

Фрид понимающе кивнул и вышел из алькова. Внезапно он остановился и вернулся к Спейду.

– Вчера вечером по отелю дежурил Гарриман. Он наверняка видел Арчера. Предупредить его, чтобы тоже держал язык за зубами?

Спейд искоса взглянул на Фрида.

– Пожалуй, не стоит. Тут нет никакой связи с этой Уондерли. Гарриман, конечно, парень что надо, но он слишком любит поболтать, так что нет смысла намекать ему на какие-то секреты.

Фрид вернулся через четверть часа.

– Она приехала в прошлый вторник из Нью-Йорка – во всяком случае, так она зарегистрировалась – без чемоданов, только с двумя дорожными сумками. Никаких заказов на телефонные разговоры из ее номера не поступало, да и ей звонили всего раз, два, и обчелся. Ее видели в обществе высокого смуглого мужчины лет сорока. Сегодня утром она вышла из отеля в половине десятого, часом позже вернулась, оплатила счет и попросила отнести сумки в машину. Рассыльный, провожавший ее, сказал, что машина была из прокатной фирмы Нэша. Мисс Уондерли оставила свой адрес: отель «Амбассадор», Лос-Анджелес.

Спейд поблагодарил Фрида и вышел из отеля.

Когда Спейд вернулся в контору, Эффи Пирайн перестала стучать на машинке и доложила:

– Приходил Данди. Хотел взглянуть на твое оружие.

– Ну и что?

– Я сказала, чтобы он пришел, когда ты вернешься.

– Умница. Ты ангел. Если он опять нагрянет в мое отсутствие – разреши ему осмотреть все, что его душа пожелает. Это все?

– Звонила мисс Уондерли.

– Что она сказала?

– Она хочет тебя повидать. – Эффи взяла со стола бумажку и прочла написанный карандашом адрес: – «Пансион “Коронет”, Калифорния-стрит, комната 1001. Спросить мисс Леблан».

– Дай сюда, – сказал Спейд, протянув руку.

Взяв записку с адресом, он чиркнул зажигалкой, поджег ее, а потом, дождавшись, пока листочек превратился в почерневшую гармошку, бросил его на покрытый линолеумом пол и растер подошвой.

Эффи следила за ним с нескрываемым неодобрением во взгляде.

– Такие дела, киска, – ухмыльнулся Спейд и, потрепав Эффи по щеке, вышел из конторы.

Глава 4
Черная птица

Дверь с номером 1001 в пансионе «Коронет» открыла сама мисс Уондерли, облаченная в шелковое зеленое платье. Ее лицо казалось покрасневшим, темно-рыжие волосы были взлохмачены.

– Доброе утро. – Спейд учтиво снял шляпу.

В ответ мисс Уондерли вымученно улыбнулась. В ее синих, почти фиолетовых глазах застыла тревога. Наклонив голову, она едва слышно произнесла:

– Входите, мистер Спейд. Извините за беспорядок, я еще не успела разобрать вещи.

Положив шляпу Спейда на столик у двери, она присела на кушетку орехового дерева. Частный детектив устроился в обшитом парчой кресле лицом к девушке.

Не поднимая глаз, она проговорила:

– Мистер Спейд, я должна сделать вам ужасное… ужасное признание…

Спейд изобразил на лице вежливую улыбку, но девушка не отрывала глаз от пола и не видела ее.

– Эта… эта история, что я вам вчера рассказала, была… выдуманной, – пробормотала она и испуганно посмотрела, какое впечатление произвело на сыщика ее «ужасное» признание.

– Ах, вот вы о чем! – небрежно бросил Спейд. – Мы тоже не столько поверили вашему рассказу…

Она недоуменно уставилась на него.

– …сколько двум сотням долларов.

– Вы хотите сказать… – Ее глаза оживились.

Спейд прервал ее, взмахнув рукой:

– Дело в том, мисс… Как, кстати, прикажете вас величать на самом деле – Уондерли или Леблан?

Девушка покраснела.

– Меня зовут О’Шонесси. Бриджит О’Шонесси.

– Дело в том, милая мисс О’Шонесси, что два убийства, случившиеся одно за другим, не делают вашу выдумку безобидной детской игрой…

Спейд примолк, поскольку заметил, что она его явно не слушает, а только ждет, пока он остановится.

– Мистер Спейд, скажите мне правду, – пролепетала она дрожащим голосом, – это я… я виновата в том, что случилось прошлой ночью?

Спейд покачал головой:

– Нет, если только вы не утаили от меня какие-нибудь существенные подробности. Вы предупредили, что Терсби опасен, однако наврали о своей сестре и обо всем прочем, но суть не в том. – Спейд пожал плечами. – Нет, я бы пока не стал утверждать, что вы непосредственно причастны к этим ночным событиям.

– Спасибо, – почти шепотом отозвалась она, – но я всегда буду упрекать себя… Мистер Арчер был так внимателен и добр ко мне…

– Оставьте… – резко произнес Спейд. – Он знал, на что идет. Это наша профессия.

– Он был женат?

– Да. И к тому же застрахован на десять тысяч долларов. И бездетен. Жена его не любила.

– Прошу вас… Не надо так, перестаньте! – взмолилась Бриджит.

– Да что об этом говорить. Вы правы. Целая армия полицейских, ищеек прокурора и газетных писак буквально роет землю, чтобы хоть что-то разнюхать… Кстати, а что вы намерены делать? – вдруг спросил Спейд.

– Я хочу, чтобы вы защитили меня от всего этого, – робко попросила она. – Как вы считаете, мистер Спейд, им про меня известно?

– Пока еще нет. Сперва я хотел повидать вас.

– Что они подумают, если узнают, что я была у вас с этой выдумкой?

– Думаю, что букет роз они вам не подарят. Поэтому мне и пришлось юлить ужом и изворачиваться от их расспросов – до встречи с вами. Я подумал, что неплохо бы придумать историю, которая убаюкает все их подозрения…

– Скажите, мистер Спейд, надеюсь, вы сами-то не думаете, что я могу быть причастна к этим убийствам?

– Я и забыл спросить вас об этом, – усмехнулся Спейд. – Ну как, причастны?

– Нет.

– Вот и отлично. Итак, милочка, что мы с вами будем говорить полиции?

Бриджит О’Шонесси заерзала на кушетке, ее пушистые ресницы затрепетали, как у невинного ребенка.

– Они непременно должны узнать про меня? – испуганно спросила она. – Лучше мне умереть, мистер Спейд!.. Спрячьте меня, укройте где-нибудь, чтобы мне только не пришлось отвечать на их вопросы! Я этого не вынесу, лучше умереть… Помогите мне, мистер Спейд!

– Тогда выкладывайте начистоту – все как было, – коротко приказал он.

Бледная, напуганная, она опустилась перед ним на колени.

– Я дурно жила! – вскричала она. – Это было ужасно, но я вовсе не плохая, не подумайте. Взгляните на меня, мистер Спейд! Вы же видите! Неужели вы не поверите мне? Я так одинока, и у меня на всем свете нет никого, кто бы мог мне помочь… Только вы… Но я не могу ничего рассказать даже вам! Когда-нибудь я все расскажу без утайки, клянусь… Я боюсь, мистер Спейд… Нет-нет, я все не то говорю… Я верю вам, как верила и Флойду, но… У меня никого больше нет, никого, мистер Спейд. Только вы можете помочь мне. Вы обещали мне помочь… Если бы я не верила в вас, я бы сегодня же убежала, вместо того чтобы стоять здесь перед вами на коленях! Я понимаю, что это нечестно с моей стороны, но будьте великодушны, мистер Спейд, не требуйте, чтобы я была откровенна до конца. Вы ведь такой сильный, находчивый, отважный… Уделите мне хоть крохотную толику вашей силы, находчивости и храбрости. Помогите мне, мистер Спейд, я так нуждаюсь в помощи… Будьте великодушны, мистер Спейд… Помогите мне.

Спейд с видимым нетерпением выслушал ее сбивчивый монолог.

– А зачем вам помогать? – ухмыльнулся он. – Вы прелестны. Совершенно очаровательны. Дело, наверное, в ваших искренних глазах и той неподражаемой дрожи в голосе, с которой вы произносите фразы типа «Будьте великодушны, мистер Спейд».

Бриджит вскочила. Она густо зарделась, но смотрела прямо Спейду в глаза.

– Я это заслужила, – сказала она. – Да, поделом мне… Но я так нуждалась в вашей помощи и поддержке… – Она отвернулась, плечи ее опустились. – Я сама виновата в том, что лишилась вашего доверия.

Спейд побагровел и сказал, потупив взор:

– Я начинаю вас бояться.

Бриджит О’Шонесси подошла к столу и взяла шляпу Спейда. Потом приблизилась к нему, держа шляпу в руке. Лицо ее побледнело.

Спейд посмотрел на свою шляпу и вздохнул:

– Ну, ладно. Что произошло прошлой ночью?

– Флойд явился в отель в девять часов, мы с ним вышли пройтись, и тогда мистер Арчер увидел Флойда. Мы зашли в ресторан на Гири-стрит, поужинали и вернулись в отель около половины первого. Флойд распрощался со мной у дверей и ушел, но я заметила, что мистер Арчер, который поджидал его, затаившись на противоположной стороне улицы, последовал за ним.

– В сторону Маркет-стрит?

– Да.

– Вы не знаете, что могло случиться в районе Буш-стрит и Стоктон-стрит? Там, где застрелили Арчера.

Она покачала головой.

– Разве это не там, где жил Флойд?

– Не совсем – примерно с дюжину кварталов в сторону. А что делали вы, расставшись с Флойдом?

– Поднялась к себе и легла спать. А сегодня утром, за завтраком, прочитала в газете… Вы сами знаете, что… Потом отправилась на Юджин-сквер, где сдают напрокат машины, взяла автомобиль и вернулась на нем в отель за вещами. Я решила переехать, потому что вчера мою комнату кто-то обыскивал. А потом я приехала сюда и позвонила вам в контору.

– Кто-то обыскал ваш номер в отеле?

– Да, это произошло как раз в то время, когда я была у вас в конторе. – Она покаянно улыбнулась. – Но мне не хотелось говорить вам об этом.

– Это значит, что я могу не задавать вам вопросов про обыск?

Она смущенно кивнула.

Спейд насупился.

Бриджит легонько, едва заметно, качнула его шляпу. Спейд, ухмыльнувшись, сказал:

– Перестаньте размахивать у меня перед носом моей шляпой. Разве я не обещал вам, что сделаю все, что в моих силах?

Бриджит виновато улыбнулась, отложила шляпу на стол и присела на кушетку.

– О, женская логика. – Спейд вздохнул. – При такой степени доверия я вряд ли смогу оказаться вам полезным. Рассказывайте все. Для начала я хочу знать о вашем Флойде Терсби.

– Я встретилась с ним на Востоке, – медленно начала Бриджит О’Шонесси. – Сюда мы приехали на прошлой неделе… из Гонконга. Флойд обещал мне помочь, но воспользовался моей неопытностью и предал меня.

– Очень нехорошо с его стороны. Что же он сделал?

Она молча покачала головой.

– Почему вы пожелали, чтобы за ним следили? – нахмурившись, спросил Спейд.

– Хотела узнать, как далеко он зашел. Он не говорил мне ничего – я не знала даже, где он остановился, чем занимается, с кем встречается и все такое…

– Это он убил Арчера?

Она удивленно вскинула брови:

– Конечно. Кто же еще?

– У него с собой был «люгер». Но Арчера застрелили не из «люгера».

– Терсби прятал другой револьвер в кармане пальто. Он никогда не расставался с оружием.

– Зачем ему оружие?

– А чем еще он мог зарабатывать на жизнь? В Гонконг он приехал как телохранитель одного игрока, который был вынужден покинуть Штаты. Потом этот человек бесследно исчез. Говорили, что Флойду кое-что известно о его исчезновении. Не знаю. Знаю только наверняка, что он всегда носил оружие и не ложился спать, не разбросав по полу вокруг кровати мятые газеты – чтобы никто не смог бесшумно проникнуть в его комнату.

– Подлинный джентльмен, чувствуется хорошее воспитание, – похвалил Спейд. – Достойного дружка вы себе завели!

– Лишь такой человек и мог помочь мне, – извиняющимся голосом ответила Бриджит. – Если бы он только был мне верен…

– Никогда бы не поверил, что такой человек может подвести. – Спейд оттянул вниз нижнюю губу и мрачно взглянул на собеседницу: – Ну, и что же вам, по вашему мнению, угрожает?

– Самое ужасное, что только можно представить!

– Физическая опасность?

– Я не героиня, – прохныкала девушка, – разве может быть что-нибудь страшнее насильственной смерти?!

– К величайшему сожалению, я не Христос, – отозвался Спейд. – Я не могу творить чудеса из воздуха… – Он взглянул на часы. – День проходит, а вы не рассказали мне ничего, с чего я мог бы начать. Кто убил Терсби?

Бриджит прижала смятый платок ко рту.

– Не знаю.

– В чем он должен был вам помочь? Почему вы приехали из Гонконга вместе?

Она испуганно поежилась и промолчала. Спейд поднялся и сунул руки в карманы.

– Был чрезвычайно рад познакомиться, – сказал он, потянувшись за своей шляпой.

– Боже мой. – Она заплакала. – Неужели вы пойдете в полицию?

– В полицию? – Спейд усмехнулся. – Когда целая свора полицейских преследует меня с четырех утра? Я и так наделал черт знает сколько глупостей, чтобы оправдать доверие моей щедрой и, главное, откровенной клиентки. Но теперь я умываю руки. Изворачивайтесь сами, как знаете.

Она медленно поднялась с кушетки.

– Вы правы – это безнадежно. Спасибо за ваше участие… Я… Я попытаюсь сама помочь себе…

Спейд пристально посмотрел на нее.

– Сколько у вас денег? – неожиданно спросил он.

Вопрос, похоже, застал ее врасплох.

– Около пятисот долларов.

– Дайте их сюда. – Спейд повелительно протянул руку.

Она недоуменно поглядела на него, прошла в спальню и тут же вернулась с деньгами.

– Здесь только четыреста, – пересчитав купюры, сказал Спейд.

– Я оставила себе немного на жизнь, – робко пояснила она.

– А больше вы достать не можете?

– Нет.

– У вас имеется что-нибудь, за что можно было бы выручить приличную сумму?

– Кольца, кое-какие драгоценности…

– Придется их заложить, – решил Спейд. – Лучше всего – в «Римедил», на углу Пятой авеню и Мишн-стрит.

Бриджит устремила на него умоляющий взгляд. Желто-серые глаза сыщика смотрели на нее холодно и безжалостно. Девушка, вздохнув, полезла в декольте, извлекла оттуда несколько сложенных пополам бумажек и протянула Спейду.

Он пересчитал деньги – четыре двадцатки, четыре десятки и пятерку, – вернул ей двадцать пять долларов, а остальные спрятал в карман. Затем повернулся к двери.

– Пойду выясню, что можно для вас сделать. Постараюсь вернуться поскорее и с хорошими новостями. Я позвоню четыре раза – длинный, короткий, длинный, короткий, на другие звонки не откликайтесь.

Он вышел, а Бриджит осталась стоять посреди комнаты, глядя ему вслед затуманенным взором.

Спейд вошел в дверь, украшенную табличкой: «Вайс, Мерикен и Вайс». Рыжеволосая девица у коммутатора приветливо улыбнулась:

– Здравствуйте, мистер Спейд.

– Привет, милашка, – отозвался он, кладя руку на пухлое плечо девушки. – Сид у себя?

Пока девушка возилась с тумблерами, Спейд потрепал рукой ее пухленькое плечо.

Она с готовностью проговорила в трубку:

– Мистер Вайс, вас хочет видеть мистер Спейд. – Затем кивнула. – Проходите.

Спейд ласково погладил ее рыжие кудряшки, пересек приемную и, открыв стеклянную дверь, вошел в кабинет, где маленький человечек с усталым лицом и жиденькими черными, обсыпанными перхотью волосами сидел за огромным письменным столом, заваленным кипами бумаг и папок.

Плюгавый человечек ткнул в сторону Спейда потухшей сигарой.

– Подвинь стул и садись. Ну что, значит, Майлс сыграл в ящик… – Ни его утомленное лицо, ни пронзительный голос не выражали никаких чувств.

– По этому поводу я и решил тебя навестить. – Спейд прокашлялся и закурил. – Боюсь, что мне придется послать прокурора к черту, Сид. Скажи, могу ли я настаивать на святости неразглашения тайн моих клиентов?

Адвокат приподнял плечи. Уголки его губ, напротив, уныло опустились.

– Почему же нет? Ведь следствие – это еще не судебное разбирательство. Отличным образом можешь попытаться. Тебе удавалось и не такое.

– Знаю, но Данди становится чрезмерно назойлив, да и дело на этот раз более щепетильное. Бери шляпу, Сид, нам нужно кое-кого повидать. И поторопись, в данном случае речь идет о моей шкуре, которой я, честно говоря, дорожу.

Сид Вайс окинул взглядом бумаги на столе, тихо выругался, но все же поднялся с кресла и направился к вешалке.

– Сукин ты сын, Сэмми, – сказал он, надевая шляпу.

В тот день Спейд вернулся в контору в начале шестого. Эффи Пирайн сидела на своем месте и читала газету. Спейд присел на краешек стола и спросил:

– Чего интересного вычитала?

– Ничего. А вот у тебя такой довольный вид, будто ты сорвал изрядный куш на скачках.

Спейд весело ухмыльнулся:

– Да, вроде все не так плохо. Я всегда считал, что без Майлса наши дела быстро пойдут в гору. Кстати, ты пошлешь Иве цветы от моего имени?

– Уже послала.

– Ты просто сокровище. Кстати, твоя женская интуиция ничего тебе не подсказывает?

Эффи удивленно воззрилась на него:

– Нет, а в чем дело?

– Что ты думаешь о мисс Уондерли? – спросил Спейд.

– Только хорошее, – не задумываясь, выпалила Эффи.

– У этого милого создания слишком много имен, – задумчиво произнес Спейд. – Уондерли, Леблан, да еще Бриджит О’Шонесси. – Причем именно последнее, по ее утверждению, настоящее.

– Мне все равно, даже если бы она присвоила себе все имена из телефонной книги. Она в порядке, и ты знаешь об этом.

– Возможно, – позевывая, ответил Спейд. – Во всяком случае она выложила нам за два дня семьсот шуршиков, а это и впрямь неплохо.

Эффи выпрямилась в кресле.

– Сэм, если у этой девушки неприятности, а ты воспользуешься ее трудностями и выманишь у нее все деньги, я перестану тебя уважать.

Спейд нахмурился, хотел что-то сказать, но звук открываемой двери и шаги в коридоре остановили его.

Эффи Пирайн встала, вышла в приемную и вернулась с визитной карточкой, на которой значилось: «Джоэль Кейро».

– Странный тип, – прокомментировала она.

– А другие ко мне не ходят, киска, – отозвался Спейд. – Зови.

Мистер Джоэль Кейро был небольшого роста брюнет с гладко зачесанными, лоснящимися волосами. Черты лица выдавали в нем человека восточного происхождения. На модном темно-зеленом галстуке поблескивал крупный квадратный рубин, обрамленный четырьмя бриллиантами. Черное пальто, плотно облегавшее узкие плечи, слегка оттопыривалось на бедрах. Брюки были с иголочки, по последней моде. На кожаных ботинках красовались замшевые гетры. В руке, затянутой в изящную замшевую же перчатку, посетитель держал черный котелок. В воздухе быстро распространился сильный аромат «шипра».

Спейд наклонил голову, приветствуя посетителя, и кивком указал на стул:

– Присаживайтесь, мистер Кейро.

Тот приблизился маленькими шажками, слегка подпрыгивая, церемонно поклонился и чопорно произнес:

– Благодарю вас.

С этими словами он сел, положил котелок на колени и принялся стягивать с рук перчатки, палец за пальцем.

– Чем могу быть полезен, мистер Кейро? – осведомился Спейд, безмятежно раскачиваясь в кресле.

Сбросив перчатки в котелок, Кейро поставил его кверху дном на край стола. На пальцах его левой руки поблескивали два брильянта, а рубин, подобранный под стать рубину в галстуке, красовался на правой. Руки были ухоженные, холеные.

– Позвольте постороннему человеку выразить вам соболезнование по случаю трагической гибели вашего компаньона…

– Благодарю вас.

– Позвольте также спросить, мистер Спейд, была ли, как на это указывают газеты, некоторая связь между этим несчастным случаем и смертью, последовавшей несколько позднее, человека по имени Терсби?

Спейд молчал с непроницаемым видом.

Кейро встал с места и поклонился.

– Приношу свои извинения. Не праздное любопытство вынуждает меня задать вам этот вопрос, мистер Спейд. Я пытаюсь отыскать одну вещь, гм… которая была… как бы это сказать… ну, утеряна, скажем так. Я надеялся, что вы сможете оказать мне помощь в ее розыске…

Спейд кивнул, всем своим видом показывая, что слушает с полным вниманием.

– Это небольшая черная статуэтка, – продолжал Кейро, пристально глядя на Спейда и тщательно подбирая слова, – изображающая птицу.

Спейд снова кивнул, выказывая вежливый интерес.

– Я готов вам уплатить, за счет законного владельца статуэтки, конечно, пять тысяч долларов наличными за ее находку и обещаю… как бы лучше выразиться… что по этому поводу не будет задано никаких вопросов…

Он вкрадчиво улыбнулся.

– Пять тысяч долларов – солидная сумма, – заметил Спейд, задумчиво глядя на Кейро. – Очень солидная…

В дверь постучали.

– Войдите, – окликнул Спейд, и в двери показалась головка Эффи Пирайн в темной фетровой шляпке.

– Я вам больше не понадоблюсь, босс?

– Нет. Можете идти. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – сказала она, закрывая за собой дверь.

Когда дверь в коридор из приемной захлопнулась, Спейд обернулся к Кейро.

Тот улыбнулся и, направив на него небольшой черный пистолет, сказал:

– Будьте любезны, положите, пожалуйста, ваши руки на затылок.