Цитаты из книги «Гиперион», страница 15

Посвятив пятьдесят пять лет жизни изучению этических систем, Сол Вайнтрауб пришел к непоколебимому убеждению: всякая преданность божеству, либо концепции, либо общему принципу, которая ставит повиновение кому-то или чему-то превыше справедливого обращения с невинным человеческим существом, есть зло.

Еще выше отливали серебром на фоне чистого лазурно-зеленого

Джонни снова улыбнулся: – Скорей поэмы. – Поэмы? – Длящегося произведения искусства… но не в человеческом смысле. Своеобразной головоломки. Постоянно меняющейся загадки, в которой время от времени рождаются необычные прозрения, открывающие новые уровни постижения реальности. – Ничего не понимаю, – пробормотала я. – Ну и ладно. Не важно. Вряд ли моя деятельность явилась причиной этого… нападения. – Тогда в чем же, по-вашему, причина? – Понятия не имею.

ностью Бродяги прежде всего предложили мне убежище. Я отклонил их

наград. Черный мундир до странности напоминал сутану отца Хойта, но на этом сходство

цы, маленькие темные глаза разом схватывали все вокруг, как объектив старинной видеокамеры, лицо, казалось, состояло лишь из углов, теней, выступов и граней. Не изможденное, как у Хойта, а словно высеченное из холодного камня. Узкая полоска бороды подчеркивала остроту его черт, как

даже когда Солу пришлось отказаться от нескольких классов, а затем и вовсе уйти в отставку, чтобы освободить как можно больше времени для поисков врача, который смог бы вылечить Рахиль, никто из жителей городка даже взглядом не намекнул, что понимает, в чем тут дело.

за неумеренность (вызванную лишь ревностью к вере) полагается изгнание

Только теперь я понял, как она необходима. Чистая, слепая вера, бросающая вызов здравому смыслу – как спасательный круг в яростном и беспредельном океане вселенной, где царят жестокие законы, абсолютно безразличные к судьбам крохотных разумных существ, обитающих в нем.

спальный отсек. Царившую в круглой комнатке темноту то и дело разрывали бесшумные вспышки молний