Читать книгу: «Друидка»

ЧАСТЬ 1. НЕВЕРИЕ В ЧУДО. ГЛАВА 1. НАДЕЖДА ИЗ СКАЗКИ

А кто не верит страстно, Тот умрёт напрасно,

Кто не верит в сказки, Кто не верит в сказки.

© Обе-Рек - Сказки

Хандо – столица королевства Тревинор.

В трактире “Обожжённый свин” нынче было многолюдно. Это заведение и в обычные дни привлекало немало посетителей. Но сегодня дошло до того, что многие, кто хотел пройти внутрь, стояли у входа и по несколько часов ждали, когда освободиться хоть какой-нибудь столик. Они бы могли пойти и в другое питейное заведение – благо, в столице их было полно. Если бы не одно но: в других пабах и трактирах творилось такое же столпотворение. В Хандо ещё с ночи начали прибывать люди из ближайших городов и деревень, а к полудню поток желающих посетить столицу королевства Тревинор многократно возрос. Причиной такого наплыва послужил десятый день рождения сына наследного принца Балдера, принца Амира. Несведущие в истории Тревинора люди могли бы, конечно, спросить: почему простой люд с таким размахом празднует дни рождения королевских особ? Ответ на этот вопрос кроется в их родословной.

Род Селисов, что правит восточными землями Заварского континента уже больше сотни лет, чтят и уважают, как доблестных и честных правителей. Дед принца Балдера, король Сархан, прославился тем, что отстоял северные границы королевства с армией в два раза меньшей, чем у его тогдашних врагов – королевства Ганумар, самого большого на Заварском континенте. А отец принца, король Жангир, прозванный в народе всадником мира, смог предотвратить крупный конфликт между двумя своими вассалами, что воевали меж собой за территории многие десятилетия – герцогствами Шипэльт и Бангурв. Когда обстановка между ними накалилась до того, что на границе собрались многотысячные армии, готовые разорвать друг друга на части, король Жангир прибыл на поле битвы на белом коне, в сопровождении лишь своей стражи, и меньше чем за час смог примирить своих союзников.

Именно из-за этих великих людей жители королевства и празднуют дни рождения рода Селис, как великие праздники, прославляя их мужество и мудрость. По такому случаю во всех трактирах города сегодня подавали жареных на вертеле свиней, уток и баранов, фаршированных травами и овощами. На закуску подавали печёный картофель, супы и другие блюда, отличавшиеся своим восхитительным вкусом и запахом. Но самым главным, ради чего люди могли часами ждать у трактиров, в надежде, что там появится местечко, была выпивка, специально доставленная во все трактиры столицы из личных погребов королевской семьи. Танкарский эль, гунамирский бренди и ликёр, шамурский ром, ланкарская огненная вода, а также медовуха, привезённая с островов Нахит-Пирас.

В трактире “Обожжённый свин”, как и во многих других в этот день, люди пили и веселились, танцевали под песни басовитого барда, ну и, конечно, иногда дрались. Но так, забавы ради, а не чтобы кого-то убить или покалечить. Среди шумной толпы были и те, кто просто наслаждался атмосферой, вкусной едой и хорошей выпивкой, которую в обычные дни трудно достать. Сир Стрэйб, капитан королевской гвардии, и его оруженосец, юный Арий, были одними из тех, кто просто отдыхал после тяжёлой недели. Они сидели недалеко от барной стойки, поэтому миловидные девушки официантки, одетые в неприлично короткие юбки и кружевные блузки, часто посещали их столик, поднося то еду, то кувшины с выпивкой.

- А почему вы не празднуете с его высочеством? – спросил у капитана Арий, когда расправился со своим фазаном.

- Терпеть не могу это высшее общество, – пригубив мёда, ответил А́тон. – Да к тому же празднование будет только вечером, – он выпил ещё и скривился. – В замке уже не продохнуть от графов и герцогов, а к вечеру вообще шагу ступить будет нельзя без поклона и высокопарных фраз.

- Я думал, что сын его высочества вас любит и уважает, и что он будет очень рад видеть вас среди гостей, – робко отозвался оруженосец.

- Я поздравил этого сорванца с первыми лучами, – хмыкнул Атон. – Подарил ему меч, что выковали для меня по специальному заказу, только вот его матери этот подарок по душе не пришёлся.

- Она не любит мечи?

- Она не любит насилие, – пожал плечами Стрэйб, – и надеется вырастить из своего сына правителя, который будет править только словом.

- Но разве это плохо? – откусив от жирной свиной ноги, спросил Арий.

- Понимаешь, мой друг, – откинувшись на стуле и скрестив под столом ноги, протянул Атон. – Король должен быть достаточно мудрым, чтобы избегать ненужного кровопролития, но при этом он должен быть и достаточно сильным, чтобы в случае большой нужды взяться за меч. И во главе войска защищать свой дом, родных и подданных. Словами летящие стрелы не остановишь, как и нож, воткнутый в спину.

Пока капитан и его оруженосец разговаривали, в центре зала вновь завязалась драка. Маленький, но крепкий мужчина что-то не поделил со здоровяком, сидевшим в компании трёх дам, которые явно придерживались не самого строгого поведения. Слово за слово – и вот уже посыпались удары, а толпа, что обступила двух дерущихся, принялась воинственными возгласами выражать поддержку то одному, то другому. Драка продлилась недолго: крепкий коротышка, конечно, бил быстро и ловко, только вот, пропустив две затрещины от здоровяка, поплыл, а после третьей и вовсе свалился на пол без чувств. Толпа радостно взревела, приветствуя победителя, в то время как двое крепких ребят поволокли побеждённого куда-то в угол.

Когда на столе сира Стрэйба в очередной раз закончилась выпивка, он поймал взгляд Верны – официантки, что весь день пялилась на него с неподдельным интересом, и, помахав ей пустым кувшином, попросил добавки. Девушка, неохотно оторвав взгляд от капитана, ушла на кухню, а вернулась оттуда, неся три кувшина, полных медовухи с островов Нахит-Пирас. Пока она шла – смотрела только на Атона, буквально раздевая его глазами. Да и не заметила компанию молодых парней, стоявших у стойки – влетела прямиком в них, щедро облив медом, который так ждал капитан.

Обескураженная Верна вскрикнула и в придачу к вылитому мёду уронила кувшины, которые разлетелись на множество осколков. Четверо парней, которые теперь выглядели, как мокрые тряпки, наконец осознали, что произошло. С бешенством во взглядах они воззрились на неуклюжую официантку.

- Ты что, дура, слепая? – рявкнул рыжеволосый парень, отчего шум в трактире резко затих и все взгляды устремились на него.

- Какого хрена ты творишь, сука? – это подал голос еще один, самый крепкий из четвёрки – с жуткой мордой, лысой башкой и странной сыпью на шее.

- Простите, – пискнула официантка. – Я вас не заметила…

- Мы что, на карликов похожи? – вновь зарычал первый. – Ты нам всю одежду испохабила, безмозглая.

- Простите, – со слезами на глазах продолжала пищать Верна. – Я сейчас же схожу за полотенцами и всё…

Девушка уже было хотела развернуться и уйти, но лысый бугай бесцеремонно схватил её за руку, да с такой силой, что она вскрикнула.

- Пустите! – закричала испуганная девушка. – Мне больно!

- Полотенца не исправят нам испорченный вечер, – прорычал он, а после жадно оглядел её, – а вот ты вполне с этим справишься.

- Нет! – с ужасом в глазах вскинула Верна, пытаясь вырвать руку, но безуспешно. – Отпустите или я…

- Протрёшь нас своими полотенцами досуха? – загоготал первый и схватил её за вторую руку. – Знаешь, это липкий мёд пролился мне на штаны. Думаю, стоит снять их в какой-нибудь комнате наверху, чтобы ты очень тщательно всё там вытерла.

Атон наблюдал за происходящим, до последнего надеясь, что кто-нибудь другой вмешается и поможет девушке. Но посетители лишь с интересом наблюдали за разгорающейся руганью, которая с минуту на минуту грозила перейти в надругательство над невнимательной дурочкой. Тяжело вздохнув, Стрэйб отстегнул от пояса меч, который носил почти всегда – даже когда заходил куда-нибудь выпить, и передал оруженосцу.

- Не потеряй, – сказал гвардеец, вставая из-за стола.

Молодые насильники были слишком увлечены своей жертвой, так что Атону ничего не стоило незаметно подойти к ним со спины.

- Вам же вроде ясно сказали, – положив руку на плечо лысому, спокойно проговорил Стрэйб, – что с вашими мерзкими мордами вам ничего не светит.

- А ты не лезь, папаша, – огрызнулся третий, что был выше своих товарищей и имел уродливый шрам на щеке, полученный явно в уличной драке. – Не видишь, мы пытаемся восстановить справедливость, – после этого он слегка толкнул капитана в плечо, заставив его отступить на пару шагов. – Вали отсюда, пока цел.

- Поаккуратнее со словами, – радостно оскалившись в предвкушении драки, проговорил Атон. – А то я тоже могу восстановить справедливость для матушки природы. Пара хороших ударов явно помогут вам обзавестись зачатками мозга, которым она вас обделила.

Стрэйб без труда спровоцировал четвёрку молодых и не слишком трезвых людей, отчего они бросили Верну. Едва освободившись, перепуганная официантка бросилась на кухню, а у стойки завязалась драка. Первым попытался ударить высокий, находившийся ближе всех к “папаше”. Удар был довольно грамотный, да только до цели не достал. Атон поднырнул под дылду, а после, резко выпрямившись, двинул в челюсть снизу. Высокий клацнул зубами и, отлетев в руки двух друзей, что до этого держали официантку, обмяк. Слева послышался боевой крик и в бок капитана прилетел чувствительный тычок, затем в плечо. Третий удар, направленный в скулу, цели не достиг. Стрэйб перехватил руку пухлого парня, четвёртого в компании молодых скандалистов, и хлёстким ударом свернул ему нос, заставив заскулить и отступить назад. Двое, что держали тело бессознательного товарища, бесцеремонно бросили его на пол, отчего тот звонко ударился затылком о доски, и дружно бросились на обидчика. Атон увернулся от лысого, но рыжий парень, который и начал склоку, оказался быстрым и вёртким противником – он ловко попал капитану по челюсти, сам же ушёл от ответного удара.

Во рту появился привкус железа. Глаза Стрэйба заблестели огоньками азарта, а кулаки, до этого лишь слегка зудевшие, зачесались не по-детски. Выпрямившись и став в стойку, Атон стал ждать, кто из трёх оставшихся первым сделает ход. Второй жертвой стал пухлый, нос которого уже был свёрнут влево, а вся рубаха залита кровью. Он бросился капитану в ноги, видимо в надежде повалить его, но Стрэйб увернулся от летевшего шара, от чего тот врезался головой в стойку, а следом получил звонкий удар каблуком по затылку и обмяк бесформенной массой. Затем на капитана кинулся лысый. Этот не стал ничего придумывать – просто попытался достать кулачищем до груди противника, но промахнулся. Атон крутанулся на пятках, и лысый, не удержав равновесия, повалился вперёд, напоровшись челюстью на выброшенное Стрэйбом колено. Неприятно хрустнуло – свет в глазах третьего насильника потух и тот упал на своего пухлого приятеля.

В полукруге побоища, где с одной стороны ревела в экстазе толпа, до этого смирно наблюдавшая за побоищем, а с другой – возвышалась барная стойка, остались двое. Капитан королевской гвардии Стрэйб и нахальный парнишка с сальными рыжими волосами и тусклыми веснушками, обсыпавшими большую часть лица. В этот раз Атон ждать не стал, а напал первым. Парнишка и правда был очень вёртким, капитан трижды атаковал, делал обманные выпады и пытался подсечь нахала, но рыжий ушёл почти от всех ударов, а три из них стойко принял в блоке. Стрэйб такой ловкостью не обладал, поэтому вначале пропустил болезненный удар в рёбра, нанесённый левой рукой с хорошим замахом, а после и в плечо, от чего правая рука почти отнялась. Атон, чувствуя, как кипит в жилах кровь, решил больше не играть в чучело для битья. Рывок влево, вправо, ложный замах ногой и мощный удар с разворотом корпуса в челюсть. Парень поймал удар в руки, но судя по тому, как его качнуло, и как скривилось лицо, попало ему неслабо.

Решив провернуть тот же фокус, но бить уже прямой, чтобы отправить рыжего в нокаут, Стрэйб начал крутить корпусом из стороны в сторону, не давая парню сосредоточиться. И когда он уже был готов нанести решающий удар, дверь в трактир с треском распахнулась, вызвав в толпе испуганные возгласы. Атон на секунду отвлекся, оглянувшись в сторону двери – скорее инстикнивтно, чем нарочно – и этого оказалось достаточно. Рыжий паренёк с налитыми кровью глазами, не видящий ничего, кроме противника, вписал хлёсткий удар в челюсть зазевавшегося гвардейца. Капитан, пошатнувшись, почувствовал, как в глазах плывёт, и что он вот-вот свалится. Но даже затуманенным взором он чётко видел разъярённое лицо парня. Тот намеревался нанести ещё один удар, да только не успел. Из толпы, что теперь вскрикивала и охала вместо ликования, вынырнули шесть крепких ребят в доспехах и с развевающимися за плечами голубыми плащами. Быстро сориентировавшись, они, нимало не церемонясь, в секунду уложили ничего не подозревающего рыжего парня мордой в пол.

- Сир Стрэйб, – раздался над ухом знакомый голос.

Атон выпрямился и попытался сфокусировать взгляд на том, кто любезно придержал его под руку. Когда в глазах прояснилось, он смог различить небритое лицо капитана городской стражи.

- Мальвэйн, – удивлённо протянул Стрэйб. – Что вы здесь делаете?

- Ну, судя по всему, спасаю вас от неприятностей, – он недовольно посмотрел вначале на рыжего, который, лёжа на полу, бурчал какие-то ругательства и жаловался, что ему больно, а после – на троицу лежавших. – Эти юнцы на вас напали?

- Ничего серьёзного, – освободившись из рук стражника, проговорил капитан. – Будьте любезны, отпустите его и помогите ему довести друзей до ближайшего лекаря, – когда рыжий оказался на ногах, Атон посмотрел на него и жёстко ухмыльнулся. – Ещё раз такое устроите, в темницу отправитесь.

Когда стражники вместе с рыжим парнем уволокли трёх бессознательных парней, Стрэйб вернулся к столу, где сидел его оруженосец, который явно ещё находился под впечатлением, судя по горящим глазам и приоткрытому рту. Усевшись за стол, потянулся к кружке, но осознав, что выпивку ему так и не принесли, чертыхнулся и посмотрел на Мальвэйна, что застыл рядом.

- Вы что-то хотели? – потирая челюсть, спросил Атон.

- Меня прислал его высочество, – тут же отозвался капитан стражи. – Он хочет видеть вас в замке как можно скорее.

- Вот как, – скривившись от неприятной боли по всему телу, кивнул Стрэйб. – Тогда ничего не поделаешь, – встав, он посмотрел на оруженосца. – Ты можешь остаться и гулять сколько хочешь. Счёт я оплачу потом, трактирщик мой старый знакомый.

- Если позволите, сир, то я хотел бы поехать с вами, – вскочив со своего места, не слишком уверенно отозвался Арий.

- Ну если хочешь, – пожав плечами, ответил Атон.

Бросив на барную стойку мешочек с деньгами, капитан гвардии вместе со своим оруженосцем, что по-прежнему обнимал меч своего наставника, двинулся вслед за капитаном стражи. Простой люд, расступаясь перед ними, заговорщически перешёптывался. У входа стояли пять осёдланных лошадей, две из которых занимали стражники, в тех же доспехах и плащах, что и их командир. Отдав честь, два стража заняли места по бокам процессии и терпеливо дождались, пока двое старших и один младший товарищ рассядутся по скакунам.

Пока Мальвэйн вёл своего рыжего мерина среди домов по мощёным улочкам, Атон крепко задумался, для чего он мог понадобиться принцу в столь ранний час.

“Могло ли что-то случится? Малыш Амир разбушевался? Или всё же поранился мечом, и теперь принцесса Адель рвёт и мечет? Хотя, зная её, она скорее всего отобрала у парня меч, едва я вышел из его покоев. Но зная его отца и деда, можно быть уверенным, что завтра он уже будет на внутреннем дворе упражняться с ним и с каким-нибудь учит… Вот чёрт, неужели меня хотят отдать на растерзание этому сорванцу и заставить его обучать? Ну уж дудки, я не променяю выпивку на бедокура Амира, пусть Балдер найдёт кого-нибудь другого”.

Пока Стрэйб рассуждал о том, что его ожидает в Телереене – именно так официально именовался дворец, с ним поравнялся его оруженосец и, тихо прокашлявшись, с блеском в глазах заговорил.

- Вы отлично дрались, сир, – поведал он, буквально светясь от восхищения. – Я никогда не видел, чтобы человек так ловко отбивался сразу от четверых.

- Но в итоге-то я всё равно проиграл, – хмыкнул Атон и скривился – челюсть, на которой уже созрел приличный синяк, заныла. – И если быть откровенным, то это были не солдаты, а шпана, которая училась драться на улице. Так что про отлично дрался – это ты перегнул.

- Но всё равно, – не унимался Арий. – Если бы вас не отвлекли и не вмешались стражники, то вы бы победили. У того парня не было шансов.

- Я наград не выдаю, а на лесть у меня аллергия, – потрепав парня по каштановой шевелюре, ответил капитан.

- Я это от чистого сердца, – с лёгкой обидой отозвался оруженосец.

- Научись правильно оценивать противника, ведь это умение поможет тебе грамотно оценить ситуацию и выбрать нужную тактику, – Стрэйб немного помолчал, дожидаясь, когда челюсть перестанет ныть, а после добавил. – Если у тебя будет только деревянный меч, а перед тобой будет стоять трёхметровый медведь, что ты сделаешь?

- Ну, – неуверенно протянул Арий, – попытаюсь убежать, наверное.

- Вот, – кивнул Атон с лёгкой улыбкой. – А если закалённый в боях человек проиграл шпане, разве он может считаться победителем?

- Ну, – в этот раз на лице оруженосца было полное непонимание того, что следует ответить.

- Если взрослый и опытный боец смог сделать так, что его противники, не обладающие теме же боевыми навыками, что и он, остались живы, то этот человек действительно достоин похвалы, – ответил за Ария капитан. – Стать сильным нетрудно, а вот научиться управлять своей силой куда сложнее.

Услышав это, юный оруженосец непонимающе посмотрел на ухмыляющегося сира Стрэйба, а когда он осознал всё сказанное, то на его лице тоже созрела улыбка, а в глазах заблестел благоговейный трепет перед капитаном.

Замок Телереене был виден почти со всех точек города. Сейчас всадники находились примерно в десяти минутах езды от него, но даже на таком расстоянии он казался поистине величественным. Серо-голубые стены, толщиной метра три, золотые шпили башен, которые, словно ветви дерева, стремились в небо. Замок окружала высокая каменная стена со множеством башен, где в каждой второй стояли арбалеты, а стены были настолько широкими, что два всадника свободно проезжали плечом к плечу. Капитаны и их подчинённые размеренно покачивались в седлах, проезжая мимо очередного городского фонтана, где сейчас кутил народ. Каждый всадник думал о своём, в то время как внешние ворота неумолимо приближались.

Наконец, преодолев толпу гуляк, что толпились возле лавочника, который с прилавка продавал целые кувшины выпивки, всадники выехали на Стрелу царей – так называлась улица, которая начиналась от самых ворот замка и заканчивалась в центре города. Тут смогли немного прибавить скорости. Возле внешних ворот капитанам и их подчинённым пришлось прождать меньше минуты. Стражи со стен сразу узнали старших по званию и бросились открывать дубовые ворота, каждая из створ которых была опоясана тремя железными скобами. Едва ворота открылись, Мальвейн развернул коня и посмотрел на Стрэйба.

- На этом наша задача выполнена. Желаю хорошо отпраздновать день рождения принца Амира.

- И тебе хорошо погулять вечером, Эдвин, – в тон ответил Атон.

На этом и разошлись. Капитан стражи и двое его подчинённых поехали вниз по улице, а капитан гвардии и его оруженосец, проехав за ворота, спешились, передав коней двум конюхам, что сразу же подбежали, едва открылись ворота. Оправив одежду и меч, что теперь вновь висел на поясе, Стрэйб украдкой дотронулся до скулы, в которую ударил тот рыжий паршивец. Поняв, что там уже давно созрел полноценный синяк, лишь тяжело вздохнул и пошёл к мраморному крыльцу, ведущему во дворец.

Едва Атон и юный Арий оказались на мягком фиолетовом ковре, устилавшим полы всех коридоров, к ним подошёл статный седовласый лакей, одетый в голубую ливрею с серебряной строчкой.

- Его высочество ожидает вас на втором этаже в своих покоях, - учтиво обратился он к вошедшим.

- Благодарю, Авдон, – гвардеец кивнул и посмотрел на своего оруженосца. – На сегодня можешь быть свободен. Отдохни в этот прекрасный день, а завтра с утра жду на площадке.

Распрощавшись с Арием, капитан проводил его взглядом и направился прямиком в покои его высочества.

- Сир Стрэйб, – Атон, уже шедший к лестнице обернулся. – У вас кровь под носом, – лакей протянул белоснежный платок. – Вот, прошу.

Приняв из рук Авдона платок, капитан поблагодарил его и двинулся к лестнице, устеленной ковром. Поднялся, едва касаясь перил, украшенных витиеватыми завитушками, сделанными из серебра, прошел мимо красивых держателей факелов, которые висели на стенах через каждые десять ступеней. Утерев кровь с лица и испарину со лба, Стрэйб убрал платок в нагрудный карман камзола.

У покоев принца дежурили двое гвардейцев, в полном облачении и с мечами на поясах. Поприветствовав своего командира, стражники расступились, пропуская его к Балдеру Селису. В очередной раз оправив камзол и штаны, а также поудобнее поправив меч, Стрэйб трижды стукнул костяшками пальцами по толстой белой двери, на которой красовался золочёный герб: два скрещённых меча, а над ними – венок из роз. И после разрешения прошёл в комнату.

Принц Балдер обнаружился за большим дубовым столом, заваленным книгами и какими-то бумагами. Едва за капитаном гвардии закрылась дверь, принц поднял голову от записей и, увидев кто перед ним, сдержанно улыбнулся. Балдеру Селису было тридцать пять лет, он был подтянут и имел утончённые, почти женские, черты лица. Волосы, чёрные, как воронье крыло, доставшиеся ему от матери, уже давно отросшие ниже плеч, всегда красиво струились по его плечам. Его высочество встал из-за стола и, в два шага оказавшись возле капитана гвардии, словно родной брат, обнял его.

- Я рад, что ты приехал так скоро, – красивым баритоном поздоровался Балдер.

- Я прибыл, едва мне сказали, что вы меня ищете, – Атон, нисколько не тушуясь, тоже похлопал по спине принца, после чего выпрямился и посмотрел на него вопрошающим взглядом.

- Ты, судя по всему, праздновал, – принц кивнул на синяк и ухмыльнулся. – Кто это тебя так?

- Да, четверо разбойников, что не знают слова “нет”, – ответил Стрэйб, кисло улыбнувшись.

- В другое время я попросил бы наших дам наложить тебе на лицо крема, чтобы ты не пугал своим видом гостей на вечернем пире, – Балдер тяжело вздохнул. – Да только боюсь, что праздник будет не особо весёлым.

- Что-то случилось? – напряжённо спросил Атон.

- Адель, – с явной грустью сказал принц. – Ей вновь стало хуже. Чёрные пятна появились уже на кистях рук, а её самочувствие оставляет желать лучшего.

- Я видел её сегодня утром, – нахмурившись, заговорил капитан гвардии, – и ваша супруга выглядела вполне бодрой, даже смогла отчитать меня за мой подарок принцу Амиру.

- Очень красивый меч, явно сделан искусным мастером. Амир втайне от матери уже похвастался мне, – Балдер грустно усмехнулся. – Да, утром она действительно чувствовала себя хорошо, казалось, что лекарства начали помогать, но чуть больше часа назад она вновь потеряла сознание, а пятна буквально на глазах стали появляться в новых местах.

- Что говорят лекари?

- Они вновь дали ей разных лекарств и настоев, – с досадой отмахнулся принц и прошёл к окну, встав спиной к капитану, – да только всё это временные меры. Сопроти́н скверная болезнь, которая высасывает силы по крупицам, превращая человека в ходячий труп. В народе она, кажется, так и называется: живой мертвец.

- Если бы мы знали о ней раньше, – сжав кулаки, проговорил Атон, – то, возможно, всё было бы иначе.

- Сопроти́ном можно заразится только от яда цветов сопри́нгиса, крайне редкого, но очень красивого растения. Один граф три месяца назад как раз и подарил Адель такие на юбилей. Ни он, ни она, ни кто-либо ещё, кроме лекарей и травников, не знали, что их шипы ядовиты. Первые симптомы проявляются не сразу, а где-то через неделю, может чуть больше, зависит от организма. Но как уверяли меня лекари, когда всё это только началось, эту заразу можно вылечить на ранних стадиях, – принц в бессильной злобе сжал кулаки. – Да только вот не получилось.

- Обычно противоядия делают из того же самого яда, – задумчиво проговорил Стрэйб. – Может, стоит поискать этот сопрингис и отдать его врачам?

- Мы уже пытались, – на выдохе ответил Балдер. – Но этот яд буквально пропадает на глазах, если его выделить. Он может существовать только в живых организмах.

- Мой принц, – Атон шагнул вперёд и заложил руки за спину. – Если вы вызвали меня и заговорили об этом, значит, вы нашли решение?

- Не я и не решение, а лишь тонкий лучик надежды, – принц повернулся и посмотрел в глаза капитану. – Помнишь Милию, няню Амира?

- Да, – протянул Стрэйб, пытаясь вспомнить лицо. – Рыженькая, с ожогом на шее?

- Да, – кивнул принц. – Она родом из деревни Кеунс, три дня к северу отсюда. Сегодня, когда Адель вновь стало плохо, она попросила моей аудиенции и рассказала мне об одном цветке, из сока которого можно сварить отвар, что способен вылечить любую болезнь. Но подействовать на человека он может только один раз в жизни. Больше, сколько ни старайся, его лечебные свойства тебе не помогут.

- Вы хотите, чтобы я отыскал вам этот цветок? – поняв, к чему клонит принц, спросил Атон.

- Если бы это было так просто, я бы попросил лесничих, – при этих словах в уголках глаз Балдера появилось грусть. – Этот цветок называется короной света, иногда его называют опалённым солнцем. Он похож на лилию, только его лепестки имеют золотой оттенок, а в ночи светятся, будто маленькие солнышки.

- Я никогда не слышал о таком цветке.

- И мало кто слышал, этот цветок из старых сказок и легенд, и как гласит предание, он уже давно нигде не растёт.

- Тогда я не понимаю, – с искрением недоумением проговорил Атон.

- Милия мне рассказала, что недалеко от их деревни растёт очень большой и старый лес. Многим деревьям там больше трёх сотен лет. В этом лесу живёт дева, что никогда не стареет, и которую местные называют друидкой. Она получила это прозвище за то, что ревностно охраняет свои владения, как лесные жрецы в давние времена. Эта дева, как говорят в деревне Кеунс, больше века назад была отдана духу леса в качестве жертвы, но тот не убил её, а воспитал и наделил силой.

- Звучит как красивая сказка, – нервно усмехнулся Стрэйб.

- Вот поэтому я и позвал тебя. Ты единственный, кому я могу доверить это, – принц остановился в шаге от капитана и посмотрел на него своими пронзительными янтарными глазами. – Милия утверждает, что эта друидка знает тайные тропы леса и что она может найти этот цветок.

- Вы хотите, чтобы я поехал в Кеунс и нашёл эту самую деву? – неуверенно переспросил капитан. – Я не хочу вас обидеть, мой господин, но это похоже на бред сумасшедшего.

- Я прекрасно понимаю, как это звучит, – спокойно кивнул Балдер. – И насколько моя просьба абсурдна. Но если это окажется правдой, а я упущу этот шанс, Адель умрет по моей вине. Из-за моего неверия в сказку.

- Мой принц, – заговорил Атон. – Я выполню вашу просьбу, но прошу вас слишком не надеяться на чудо. Я понимаю, что это звучит грубо. Тем не менее, я привык верить, что чудес на свете не бывает. Как и не бывает тех, кто живёт сотни лет и не стареет.

- Если ты вернёшься ни с чем, я всё пойму, – принц вновь отошёл к окну. – Но если всё же это окажется правдой, то я буду твоим должником до конца моих дней.

- Это лишнее, ваше высочество, – Стрэйб поклонился. – Я соберусь в дорогу и немедленно отправлюсь.

- Атон, – окликнул капитана принц, когда тот уже подошёл к двери. – Спасибо, что поверил мне.

- Рад служить, ваше высочество, – с этими словами капитан гвардии вышел из покоев принца.

Атон шагал вниз по лестнице, погрузившись в раздумья.

“Балдер действительно любит Адель, раз решил поверить в эти бредни. Но если в лесу действительно живёт дева, то почему о ней раньше никто не слышал? Или это я такой тёмный и не придавал этому значения? В любом случае, стоит проверить эти слухи: может быть и вправду в этой деревне живёт девушка, которая занимается не совсем обычными вещами. Возможно, она поможет его высочество обрести то, чего он так желает”.

ГЛАВА 2. ДЕВА ВЕСНА

Хандо – Деревня Кеунс

Из покоев его высочества Атон сразу же направился на нижние этажи, где располагались казармы гвардейцев и его собственная комната. Принц Балдер как-то предлагал Стрэйбу купить неплохой домик недалеко от дворца, называя это премией за хорошую службу. Но Атон отказался, аргументируя это тем, что в случае нужды он может не успеть добраться до дворца вовремя.

На сборы у гвардейца ушёл час, половину из которого он потратил на построение гвардии, где капитан рассказал о поручении его высочества, не углубляясь в подробности, а после назначил заместителя на время своего отсутствия. Оставшееся время он потратил на сборы. Одежду выбрал простую и неприметную: серая рубаха, поверх неё – сине-голубая стёганая куртка. Плотные кожаные штаны, в которых можно было легко бегать и лазать, а также высокие сапоги на тугой шнуровке, в которых беспрепятственно можно было спрятать пару ножей. Прицепив к ремню ножны с верным мечом, который ему даровал сам король, посвящая в рыцари, и закинув за спину верный арбалет, который не раз спасал ему жизнь, и колчан с двадцатью болтами, Атон ещё раз осмотрел свои пожитки. Спальный мешок, сменная одежда, небольшой кошель с деньгами, маленький мешочек со всякой важной мелочевкой – такой, как бинты, мази, пара целебных микстур от всего на свете, нитки и огниво.

Когда Стрэйб уже собирался идти к конюшне, в дверь его покоев постучали и после разрешения войти внутрь проник лейтенант Зовари́н, который через несколько минут заступал на роль заместителя капитана королевской гвардии. Выглядел этот человек крайне странно, и дело было не в его одежде, а в том, как он был сложен. Большая голова со впалыми глазами и мощной челюстью, грудь колесом, но при этом руки и ноги были словно пришиты от другого человека, который неделю ничего не ел. Несмотря на всё это, лейтенант был весьма способным, и на плацу давал фору даже закалённым в боях ветеранам.

- Ваш провиант, товарищ капитан, – отрапортовал Зоварин, встав по стойке смирно и сжимая в свой ладони увесистый мешок.

- Благодарю, – приняв мешок Атон улыбнулся и пожал руку своему заму. – Ты как, справишься?

- Обижаете, – протянул лейтенант. – Не первый год на службе.

- Ладно, я на тебя надеюсь, – кивнул капитан. – Только не забывай Ария тренировать, чтоб он в моё отсутствие навыки не растерял.

- Как вернётесь, не узнаете своего оруженосца, – хмыкнул Зоварин. – Желаю удачи вам с вашим заданием, – напоследок пожелал он.

- Спасибо, – кивнул Атон, выходя из своей комнаты вслед за ним. – Тебе она тоже понадобиться.

Выйдя во внутренний двор, Стрэйб посмотрел на небо.

“Дело к вечеру. Нужно успеть доехать до той поляны, иначе спать мне придётся на обочине или где-то в полях у всех на виду”.

Идя по двору, Атон видел, как через внешние ворота одна за другой въезжают три дорогие кареты, запряжённые парой лошадей каждая. Лакеи в парадных ливреях сопроводили их до места стоянки, а после начали бегать вокруг, словно ужаленные, помогая господам с их багажом.

“А всё-таки хорошо, что меня отправили в эту деревню, не придётся надрывать спину в бесчисленных поклонах и стирать язык, повторяя одни и те же фразы”.

Конюшня замка располагалась у восточной стены, чуть левее угловой башни. Следил за конями старик Мурт, а в помощниках у него ходили молодые мальчики: двое родных внуков, один сын повара, а другой сын портного. Едва Атон сошёл по широкой лестнице на землю и повернул в сторону восточной стены, как в конюшне возникло оживление. Четверо мальчишек, старшему из которых было всего двенадцать, бегали от одного стойла к другому и что-то настойчиво искали. Когда капитану гвардии до конюшни оставалась пара десятков шагов, из крайнего левого стойла вывели серого мерина с чёрной гривой и таким же хвостом. Мерин уже был осёдлан, с накинутой уздечкой и привязанной к правому боку торбой овса.

- Сир Стрэйб, – к Атону подбежал старший из мальчиков и неумело поклонился. – Ваш Пепел осёдлан, накормлен и вычищен.

- Спасибо, Гурий, – капитан извлёк из мешка два больших и сочных яблока и протянул мальчишке. – Не забудь поделиться.

- Спасибо, – улыбнувшись, Гурий раскланялся, а после вприпрыжку побежал к небольшой пристройке, где отдыхали конюхи и где сейчас из-за двери выглядывали мальчишки.

Подойдя к своему коню и погладив его по шёлковой гриве, Атон привязал походный мешок с едой рядом с торбой овса, а остальные вещи – с другой стороны. После проверки всех ремней и креплений капитан натянул плотные кожаные перчатки и, ловко вставив ногу в стремя, взлетел в седло.

- Ну, Пепел, – Стрэйб слега тронул коня сапогами, – вперёд.

Едва раздалась команда, конь послушно двинулся к воротам, которые трое стражей уже поспешно открывали. Когда Атон подъехал к воротам и собирался выехать на Стрелу, как его кто-то окликнул со стороны замка. Повернувшись в седле, капитан увидел своего оруженосца, что перепрыгивал через две ступеньки, спеша к воротам.

- Сир Стрэйб, – задыхаясь, заговорил Арий, едва оказался возле своего командира. – Хотел попрощаться с вами и пожелать удачи.

- Спасибо, Арий, – капитан гвардии наклонился и потрепал парнишку по волосам. – Слушайся лейтенанта Зоварина, он обещал мне тебя тренировать, пока меня не будет.

- А вы надолго нас покидаете? – с надеждой спросил оруженосец.

- Может на неделю, может чуть больше, – пожал плечами Атон. – Смотря насколько мне будет сопутствовать удача.

- Хорошо, – Арий улыбнулся. – Тогда удачи вам с вашим поручением.

На это капитан лишь улыбнулся и, покрепче взявшись за поводья, вновь тронул бока Пепла, в этот раз чуть сильнее. Конь перешёл на рысь, уносясь гвардейца по Стреле королей в центр Тревинора, а оттуда на север, к деревне Кеунс.

Выбраться из города во время празднования было ещё той задачкой. Плотные толпы праздных гуляк, не отзывающихся ни на какие окрики и просьбы, а также повесы, не рассчитавшие своих сил и уснувшие прямо посреди дороги, создавали ощутимые проблемы для конного всадника. В итоге Атон смог выехать за черту города только через сорок минут после отъезда из дворца, а солнце уже неумолимо стремилось к горизонту.

Как и предполагал Стрэйб, до небольшой полянки, на которой обычно торговцы устраивали бивак, и где всегда можно было встретить путников, он добраться не успел. На землю опустилась непроглядная тьма, а серп луны не давал нужного количества света, чтобы продолжить путь. Остановившись на обочине и уйдя немного вглубь поля, Атон организовал стоянку возле небольшой лиственницы, с которой ободрал все ветки и кору, чтобы развести костёр. Огонь был небольшой и вряд ли продержался бы больше часа, но капитану этого вполне хватило. Разогрев над костром поджаренный хлеб и помазав его рыбным паштетом, Стрэйб наскоро перекусил и, завернувшись в спальный мешок, имевший уже три заплатки, быстро уснул, чтоб с первыми лучами отправиться дальше.

Примерно через час после того, как он снялся с ночлега, на небо наползли серые тучи, и заморосил мелкий дождик. Укрывшись капюшоном, Атон проклинал природу за гадкую погоду, насланную с утра пораньше. Дождь продлился около трёх часов, Стрэйб промок до нитки, а капюшон плаща не слишком спасал ситуацию. Гвардеец продрог, благо фляжка с горячим ромом, которую он всегда брал в дорогу, грела душу. Во второй день своего путешествия капитан начал встречать небольшие обозы, движущиеся в столицу. При встрече путники обменивались приветствиями и парой слов о том, как обстоят дела там, куда они держат путь.

Вторую ночь Атон, к своему счастью, провёл не под открытом небом, а в небольшом поселении фермеров. Добрался он до него с последними лучами солнца и у первого же местного жителя спросил, кто может приютить путника.

- А ты кем будешь и откуда? – с явным говором, который встречается в деревнях, спросил тот, кто представился как Кавик.

- Я простой солдат из столицы, – отвечал Атон, не желая шокировать местных ни своим чином, ни своей целью. – Еду в Кеунс поведать родных.

- Солдат, – протянул местный. – Это дело хорошее, солдаты всегда нужны, – Кавик указал на небольшой домик с соломенной крышей. – Поезжай туда, там живёт старая вдова Петрина, думаю у неё найдётся для тебя свободное местечко.

Вдовой Петриной оказалась женщина далеко за семьдесят. Морщинистое лицо и руки, крючковатый нос, иссохшие губы, но при этом горящие живым огнём зелёные глаза. Петрина пустила Стрэйба, едва тот попросился. Привязав Пепла к забору и нацепив ему на морду торбу с овсом, Атон прошёл внутрь небольшого жилища. Домик у вдовы был небольшой: одна кровать, стол, пара лавок, покосившийся шкафчик, заполненный всякой посудой, да очаг в углу.

- Проходи, добрый человек, – говорила она одними губами. – Солдату я всегда рада. Муж мой покойный служил при короле Сархане, служил долго, даже когда заболел чахоткой, на службу ходил. Так на службе и помер.

Атон поначалу хотел просто улечься на широкой лавке и проспать до утра, чтобы не доставлять старой женщине неудобств, но она, не слушая возражений, накрыла на стол. Кувшин молока, ячменная каша и пригоревшие лепёшки. Еда, несмотря на своеобразный вкус, была горячей, отчего озноб, мучивший всю дорогу, прошёл, и капитан с теплом как на сердце, так и в животе очень удобно устроился на лавке, подложив под голову мешок со сменным бельём, а мокрые вещи аккуратно устроил возле тёплого очага.

Утром Стрэйб тоже не смог уехать без того, чтобы не позавтракать. Вдова Петрина угостила гостя свежими лепёшками и супом из рыбьих голов, который, судя по дымящемуся котелку, сварили буквально полчаса назад. В дорогу Атона она тоже просто так не отпустила, дала ему дюжину лепёшек и небольшую фляжку с какой-то бражкой, которая жгла и грела почище рома. Попытка дать Петрине денег, закончилась тем, что на Стрэйба посмотрели, как на полного дурака.

- На что мне ваши деньги, – проговорила вдова. – Я рада, что на старости лет ещё смогла пригодиться. Так что бог с тобой, сынок, ничего мне не надо.

Лишь после всего этого капитан гвардии поблагодарил хозяйку за приют и еду, оседлал Пепла и направился по дороге на север.

Сегодня Атон решил во что бы то ни стало добраться до Кеунса и уже там найти трактир и заночевать, а поутру отправиться на поиски пресловутой столетней девы. Погода в этот день выдалась неустойчивая. Час или два светило солнце, а после на несколько часов на небо набегали орды серых туч, вот-вот готовые разразиться дождём. Но ничего не происходило. Начинал дуть сильный ветер, тучи расступались, и вновь на голубом небе показывалось солнце, чтобы через час вновь спрятаться за облачной преградой.

Дело близилась к вечеру, торговцы с повозок, что шли из северных деревень и городов, говорили, что дальше дорога будет идти через склоны, а после и через лес. Поэтому Атон решение о марш-броске по темноте отменил. Едва наступил вечер, капитан гвардии остановился возле небольшого лесного островка, что рос в тридцати метрах от дороги, наломал веток и, разведя костёр, принялся готовить ужин. За день количество лепёшек значительно уменьшилось, как и огненной жидкости, что ему вручила добродушная хозяйка, но несмотря на это, ужин удался на славу. Измазав остаток лепёшек рыбным паштетом и запив всё это обжигающий до самых пяток бражкой, Стрэйб залез в спальник и тут же заснул, не замечая ветра, что начал задувать ближе к утру. Горячий ком, что породила эта адская жидкость, грел куда лучше, чем костёр, что потух около полуночи.

Утром у Стрэйба разболелась голова, всё же питьё браги не прошло бесследно. Поэтому капитан вынужден был остаток пути кривиться от солнца и громких криков птиц, что подняли гомон, едва он въехал в лесную полосу. Проехав лес и ещё немного попетляв среди холмов, через которые шла дорога, Атон наконец увидел вдалеке первые домики деревни Кеунс. До самой деревушки Стрэйб добрался лишь к закату, дорога была такой неровной и ухабистой, что он был вынужден ехать крайне медленно, то и дело уходя в поля, лишь бы Пепел на какой-нибудь яме не подвернул ногу.

Кеунс встретил капитана гвардии как-то безразлично. Атон ехал по улочкам, между бревенчатых домиков, а вокруг ходили люди, занятые своими делами и почти не обращавшие внимания на заехавшего к ним незнакомца. Видимо, сказывалось то, что через их деревушку много кто проезжает, и обращать внимание на каждого всадника и повозку – значит потратить весь день впустую. Мимо шли девушки в длинных платьях, неся что-то в плетёных корзинах, мужики с какими-то тяжёлыми мешками, закинутыми на плечи, ну и, конечно, детишки, бегающие из одного дворика в другой и весело во что-то играющие. Подъехав к невысокому забору, за которым копошился худощавый мужичок, Атон спросил про ближайший трактир.

- Трактир, – мужчина указал рукой, измазанной в земле, вперёд. – Два дома проедешь, повернёшь направо, а там через три дома налево и будет тебе трактир.

После этого он вновь склонился к земле и продолжил что-то увлеченно не то искать, не то рыть. Проехав по указанному маршруту, Стрэйб действительно увидел продолговатое здание, похожее на вытянутый сарай, с бревенчатыми стенами и треугольной крышей, застеленной наполовину тёсом, наполовину соломой. Из крыши торчала закоптившаяся труба, извергающая в небо чёрный дым. Возле трактира, на тусклой вывеске которого был нарисован баран и написано “Бараний окорок”, на низенькой лавочке сидели два парня, немногим за двадцать, и курили трубки. Атон подъехал к углу здания и спешился, в то время как двое парней, поглядев на пришельца, нехотя встали и, вытряхнув из трубок остатки травы, засунули их за пояса и пошли навстречу.

- Доброго вечера, господин, – поздоровался парень с каштановыми волосами, сбитыми в сплошные колтуны. – Откуда будете?

- Из столицы, – ответил Стрэйб, оглядывая парней. – Моё имя Атон. Могу ли я остановиться здесь на ночлег?

- Из столицы, – протянул второй, с впалыми глазами и лицом, испещрённом угрями. – Что же вы, мил господин, забыли в такой глуши? В столице-то оно явно получше будет.

- Вы со всеми приезжими так разговариваете? – Атон, сузив глаза, смерил взглядом парней.

- Простите, если чем обидели, – невозмутимо пожал плечами первый. – Моё имя Аглай, это вот Нифон, мы конюхи местные. Просто уж редко к нам заезжают гости из столицы, хотелось узнать, как там да что.

- Столица процветает, – смирившись с местными нравами, поведал Стрэйб. – Войны пока не намечается, как и других интересных событий. Так что и рассказать особо нечего.

- Войны нам и не надо, – махнул рукой Нифон. – Не хочется мне мечом махать, – сказав это, он оценивающим взглядом оглядел Пепла. – Красивый конь, ухоженный.

- Надеюсь вы с ним будете обращаться не хуже, чем в столице? – гвардеец протянул поводья конюхам.

- В столице только и могут, что деньги считать, да на балы ходить, – Аглай взял поводья и, подойдя к Пеплу, нежно погладил его по гриве, на что конь радушно фыркнул. – Мы здесь животных любим, а такого красавца уж точно не обидим.

- Будем надеяться, – хмыкнул Атон. – Так что там с комнатами?

- Комнаты есть, – закивал Нифон. – Только вчера приехали какие-то торгаши с запада, немного шумные, но зато платят хорошо.

- Это ничего, – отвязав своё имущество от седла, Атон снял с пояса кошель и, вытащив оттуда два серебряка, протянул парням. – Смотрите, кормите его хорошо, да чесать не забывайте.

- Помилуйте, господин, – обиженно протянул Нифон. – Ваш конёк в надёжных и умелых руках.

Аглай взял монеты и вместе со своим другом повёл Пепла куда-то на задний двор, в то время как капитан гвардии направился к толстенной дубовой двери. Внутри царила шумная обстановка не самой лучшей корчмы, разбавленная домашним уютом. На стенах горели факелы, разнося по залу запах каких-то трав. Бревенчатый пол в некоторых местах устилали износившиеся паласы, через парочку окон с трудом можно было что-то разглядеть снаружи, а в потолке имелся не один десяток заплат. Из украшений были лишь чучельные головы животных: два оленя, кабан и грозный медведь, раскрывший пасть в свирепом рыке. К десятку больших и крепких столов в зале прилагались массивные лавки, напротив входа находилась небольшая стойка, за которой стоял со скучающим видом крепкий седовласый мужчина лет шестидесяти, с густой нечёсаной бородой и уставшими серыми глазами, зорко следящими за залом. За его спиной – полки, заставленные глиняными кружками вперемешку с бутылками всевозможной выпивки – по большей части дешёвой, но можно было заметить и пару-тройку бутылок с дорогими напитками.

Чуть правее стойки – дверь из светлого дерева, скорее всего из ясеня. Из неё с полным подносом дымящихся тарелок вышла девушка, около тридцати, с тугой косой соломенных волос, чуть не достающих до лопаток, и лицом простушки. Одета она была в длинное бежевое платье, почти до пола, с повязанным на поясе передником. Удерживая на одной руке массивный поднос, она подхватила со стойки три кружки, до краёв заполненные чем-то тёмно-жёлтым, и направилась к столику, за которым сидело трое мужчин, одетых в недешёвые стёганые дублеты и с лицами, которые бывают только у тех, кто уже порядком выпил, но мало закусил.

“А это, видимо, и есть те самые торговцы. Ну конечно, если столько пить, любой шуметь начнёт”.

Атон прошёл до стойки и, поставив на пол свои вещи, посмотрел на седовласого. Тот перевёл скучающий взгляд от него.

- Добрый вечер, – поздоровался Стрэйб.

- Добрый, – прокартавил мужчина. – Комнату аль просто поесть?

- Комнату, – кивнул капитан, – ну и поесть, конечно, а то от паштета уже воротит.

- Понимаю, – протянул хозяин и, запустив руки под стойку, положил на стол небольшую книжку, обтянутую кожей. – Звать-то как?

- Атон, – ответил гвардеец. – Атон Стрэйб.

- Меня звать Юст, – представился мужчина. – Комнату на одного?

- Да.

- Понятно, – кивнул хозяин, делая запись истрепавшимся пером. – Что кушать будете?

- Мяса бы, – чуть подумав, ответил Атон, – Гарнира к нему, хлеба, да выпить чего-нибудь, чтоб согреться.

- Мёду или самогону? – скучающим тоном уточнил Юст.

- Мёду, – от упоминания самогона Стрэйба передёрнуло.

- Сколько оставаться думаете?

- Давайте для начала три дня, – Атон снял с пояса кошель, – А там поглядим.

- Ваше право, – пожав плечами, хозяин повернул книжку к гостю и передал ему перо. – За три дня постоя три серебряных, да за еду с выпивкой ещё половину серебряка.

Выложив на стол нужную сумму, Стрэйб поднял вещи и последовал за хмурым Юстом в левую часть заведения. Хозяин пересек весь зал и зашёл в дверь, притулившуюся почти в углу. Пройдя по коридору, где было даже одному тесно, хозяин отпер дверь с криво нарисованной цифрой пять.

- Комнатка хорошая, – пройдя внутрь, Юст обвёл помещение руками. – Тёплая, если окно не открывать. По нужде ходить на задний двор, а если умыться захотите, то дальше по улице, через семь домов, речка будет. Холодная, но зато проснётесь быстро.

- Понятно, – сухо протянул Атон, оглядывая жилище. – Спасибо.

Когда хозяин ушёл, капитан гвардии вновь пробежался по комнате глазами. С правой стороны кровать, застеленная чистой постелью, рядом с ней небольшая тумбочка с покосившейся дверцей, с другой стороны сундук, на котором лежит замок и ключ. Напротив двери окно с грязными стёклами, а у левой стены столик, на котором стоят две свечи, перо и чернильница. Чуть левее него грубо сколоченный табурет. Возле двери по правую руку небольшой шкаф, сделанный из каких-то разноцветных досок, словно его сколачивали из того, что осталось.

Пройдя до кровати, Атон сел на неё и понял, что на земле было спать куда мягче, чем на этом ложе. Тяжело вздохнув, Стрэйб сложил свои вещи в сундук, запер его на ключ, а меч, арбалет и плащ убрал в шкаф, решив, что здесь ему оружие, скорее всего, не пригодиться. Не переодеваясь, Атон лишь снял чуть загрязнившуюся в дороге куртку, и бросил её на стол. Оставшись в серой рубахе, направился обратно в зал, чтобы утолить голод, мучивший с полудня.

Стрэйб занял ближайший к двери столик. Едва он сел, как Юст дошёл до двери, откуда несколько минут назад выходила официантка, открыл её, при этом что-то громко, но невнятно сказав, и вернулся на своё место, вновь оглядывая сидевших скучающим взглядом. Атон толком не успел изучить присутствующих, как дверь в кухню вновь открылась, и из неё вышла та самая светловолосая девушка, неся в руке поднос с дымящимся глиняным горшочком. Подхватив по пути толстую кружку, она направилась к его столу.

- Вот ваше мясо с картошкой, – девушка поставила на стол гвардейца глубокий горшочек, до краёв заполненный золотистой картошкой, приправленной укропом, поверх которой лежали сочные и пахнувшие до безумия аппетитно куски обжаренной свинины. – Ваша медовуха, – она водрузила на стол пузатую кружку с широкой ручкой, в которой плескалась тёмно-золотистая жидкость, – и хлеб с чесноком на закуску, – девушка поставила на стол небольшое блюдце, где лежали грубо нарезанные куски свежего хлеба.

- Спасибо, барышня, – поблагодарил Атон девушку, которая выкладывала на стол полотенце и приборы.

- Меня зовут Зенона, – смущённо сжимая поднос ответила девушка.

- А я Атон, – Стрэйб учтиво кивнул. – Приятно познакомится.

- Вы прибыли из столицы? – едва слышно и залившись краской, спросила Зенона.

- Да, – улыбнувшись, ответил Стрэйб. – Только как вы поняли?

- Вы выглядите как житель большого города, – она закрыла половину лица подносом, оставив только глаза. – В наших краях таких красавцев не водится.

- Что же, – немного смутившись, Атон почесал щёку, – спасибо.

- А вы к нам надолго? – всё ещё прячась за подносом, робко спросила Зенона.

- Не знаю, – Стрэйб посмотрел на девушку и после секундного раздумья всё же решил спросить. – Если честно, то я прибыл сюда по делу. Говорят, что где-то в ваших окрестностях живёт девушка, которую знают, как друидку. Вы не знаете где её найти?

От услышанного лицо Зеноны из красного в мгновение ока стало бледным, поднос выпал из её рук, тем самым обратив внимание всех присутствующих на неё, а шум разговоров, не утихающий с момента прибытия капитана, затих.

- Не знаю, – одними губами проговорила она, – и знать не хочу. Надеюсь, эта ведьма издохла где-нибудь в овраге.

- Ведьма? – с удивлением переспросил Атон. – Неужто колдовством занимается?

- Порчу наводит, – поднимая поднос, ответила официантка. – И с животными разговаривает, а может и в связи богохульные вступает. В общем, не стоит вам о ней здесь говорить, не любят её тут.

- И всё же, – проговорил Стрэйб, почёсывая подбородок, – я ищу её не забавы ради. Мне говорили, что она знает все тропы и растения в лесу. Она может мне помочь спасти одного человека.

- Ничем она вам не поможет, – бросила девушка. – За последний месяц десять охотников в лес её ходило, семерых она покалечила, когда они с ней столкнулись по случайности. Не любит она людей и уж точно помогать не станет.

Стрэйб не успел спросить что-либо ещё: Зенона, до этого приветливая и стеснительная, окинула его брезгливым взглядом и быстрым шагом пошла обратно на кухню. Немного переварив услышанное, Атон решил оставить расспросы до завтра, а сейчас полностью посвятить себя еде и выпивке, а после – и крепкому сну.

***

Наутро капитан чувствовал себя несколько разбитым: деревянная кровать оказалась слишком жёсткой, а от подушки и наволочки несло резким запахом цветов, от чего спать и не чихать было невозможно. Выйдя в общий зал, Атон с удивлением обнаружил, что никого нет, за исключением хозяина, который протирал кружки грязным полотенцем.

- Вы у нас самый ранний, – заговорит Юст, едва Стрэйб оказался у стойки. – Пока даже Зенона не пришла, а она всегда рано приходит. Правда, наша повариха, моя супруга, уже здесь, так что если хотите поесть…

- Ничего, я не голодный, – сев на высокий стул, ответил гвардеец. – На самом деле есть у меня к вам вопрос, как я вчера успел понять, очень деликатный.

- Это вы опять про эту колдунью лесную, – хозяин недобро глянул на постояльца. – Вы это дело бросьте. Если хотите от неё что-то получить, то лучше вертайтесь обратно, ибо она с людьми не говорит. За последний месяц семерых человек искалечила, что в лес её ходили.

- Ну, уж вернуться я всегда успею, – Атон достал из кошелька, что висел на поясе, три серебряных овала. – Вы мне только скажите, где этот лес, а я уж сам разберусь.

- Ой, не знаю, – покачал головой Юст, даже не посмотрев на монеты. – По вам конечно видно, что человек вы крепкий и при оружии, да только не совладать вам с ней в случае чего. Она в том лесу живёт чёрт знает сколько, ещё мой дед о ней рассказывал, все тропы знает, да и животные будто никогда её не трогают, даже волки, а наоборот – помогают.

- Знаете, люди порой опаснее животных, – на стойку легли ещё три серебряных овала. – А я прошёл достаточно битв, чтобы научится бороться с ними.

- Ну смотрите, дело ваше, – ловким движением хозяин смёл шесть овалов в карман и повернулся к гостю. – Как выйдете за дверь, идите направо. На первом же повороте налево, а после вновь направо до перекрёстка, а от него опять направо и идите в самый конец деревни. Едва дома кончатся, начнётся тропинка, а по ней через пару минут выйдете на пригорок небольшой и с него увидите этот лес.

Поблагодарив хозяина за помощь, Атон вернулся в свою комнату, чтобы одеться и взять оружие.

“Интересно конечно, как одна женщина может держать в страхе всю деревню? А если она не одна, да и вообще никакая не “друидка”, а обычная бандитка? А животные, это её подельники, что шкуры нацепили, да по-звериному подвывают, чтоб на темный люд страху нагнать. А у страха, как известно, глаза велики. Особенно когда пугаешь деревенских”.

Прицепив к поясу ножны и закрепив за спиной арбалет с колчаном, Стрэйб оправил свой дублет, потуже затянул на руках щитки, лежавшие до того вместе с одеждой, и, выпив для бодрости из фляжки, вышел из комнаты. Едва Атон оказался за порогом трактира, он повернул направо и быстрым шагом направился по указанному маршруту. Дойдя до перекрёстка, по которому вчера проезжал, он вновь повернул направо, а затем по прямой дороге направился к окраине деревни. Шагая мимо домиков, из которых только-только выходили сонные жители, гвардеец думал о том, как всё-таки нелепо он себя чувствует. За долгую службу он получал много разных указаний и заданий, начиная от прогулки с принцем Амиром, заканчивая штурмом замка одного обезумевшего графа, что провозгласил себя независимым и решил объявить всем соседям войну. Но ещё никогда прежде его не отправляли на поиски девушки-колдуньи-друидки, что живёт сотни лет возле маленькой деревушки и которая знает, где найти цветок, о котором никто никогда не слышал.

“Я, конечно, прекрасно понимаю его высочество, но чтобы поверить в такое? Хотя, учитывая, что других вариантов у него всё равно нет… Ладно, будем воспринимать эту поездку, как небольшой отпуск”.

Выйдя на окраину деревни, в густой траве Стрэйб различил протоптанную тропинку, которая словно змея уползала всё дальше на север. Пройдя по ней около пяти минут, Атон сам не заметил, как оказался на небольшой возвышенности, на том самом холме, про который ему говорил хозяин трактира. С небольшого пригорка открывался вид на голубую ленту речки, тянувшейся с севера на юг. Слева были поля, они начинались ровно там, где заканчивалась дома, и занимали примерно по три гектара. А учитывая, что капитан насчитал их пять штук, работы здесь было более чем достаточно. А ещё дальше на север, точнее – на северо-запад, примерно в полутора километрах от холма, начинался лес. Вначале высились только редкие деревья, но чем дальше, тем он становился непрогляднее и непроходимее.

Тяжело вздохнув, Стрэйб, проклиная всё на свете, спустился с холма и двинулся к лесу, продираясь через траву и запинаясь о валявшиеся камни и ветки.

“Судя по тому, какие здесь заросли, местные действительно редко ходят в сторону того леса, иначе всё бы давно выкосили. Может “друидка” и вправду обычная бандитка, держащая Кеунс в страхе вместе со своей бандой, а люди здесь настолько запуганы, что придумали историю про столетнюю деву, чтобы заманивать богатых путников к ним в логово взамен на неприкосновенность”?

Продравшись через траву, которая в некоторых местах доходила почти до груди, Атон выбрался на окраину леса, к небольшому дубу, вокруг которого валялось бесчисленное множество желудей. Оглядевшись по сторонам и запомнив ориентиры, Стрэйб зашагал вглубь леса, прислушиваясь к каждому звуку и шороху.

Атон решил, что глубоко в дебри лезть пока не стоит. Для начала нужно обыскать всё вокруг, поискать следы присутствия человека – возможно хижину или домик, ведь где-то же должна жить эта “ведьма”, а уж после пробираться вглубь. Идя мимо деревьев, Стрэйб замечал на ветках белок и птиц, которые с интересом наблюдали за человеком, словно следили. Немного углубившись в лес, так что деревенские домики затерялись среди густой листвы за спиной, Атон начал замечать и более крупных лесных жителей. Вдалеке он увидел оленя, который спокойно пасся на небольшом зелёном пятачке, но лишь до того момента, пока гвардеец не хрустнул веткой, попавшей ему под ноги. Рогатый тут же убежал, затерявшись среди деревьев. Чем дальше Стрэйб пробирался, тем больше им овладевало беспокойство, которым он, судя по всему, заразился от местных жителей. Началось оно с двух ворон, которые прицепились к нему минут десять назад, а теперь неотрывно следовали за ним. Атон шёл – они летели следом, он останавливался – вороны усаживались на ближайшей ветке и неотрывно наблюдали за ним.

“Вот же чёрт. Неужели это ручные вороны? Хотя нет, слишком уж растрёпанный у них вид. Тогда какого дьявола им от меня надо?!”

Гвардеец ходил по лесу около двух часов, видел много следов, принадлежавших разным животным – но никак не человеку; видел деревья, что своими макушками почти доставали облаков, видел и самих животных, которые, как и два постоянных пернатых наблюдателя, смотрели на него с неподдельным интересом, но преследовать не собирались. Когда к исходу подходил третий час блужданий по величественному лесу, Атон понял, что допустил ошибку, оставив фляги в комнате.

“Блуждать по этим зарослям та ещё задачка. Ещё и солнце как назло сегодня припекает, несмотря на прохладный ветер. Нужно вернуться в трактир, отдохнуть, а после снова прийти сюда и возобновить поиски”.

Перебираясь через упавшее дерево, которое миновал несколько минут назад, Атон вдруг замер, услышав странный звук. Прислушавшись, Стрэйб среди шума листвы и песен птиц услышал… воду. А точнее – всплески, словно кто-то плескался в ручье.

“Откуда здесь вода? – удивился Атон, а после нескольких секунд раздумий цыкнул. – Та речушка, что я видел с холма, видимо протекает и здесь, – поколебавшись несколько секунд, он двинулся к источнику звука. – Будем надеяться, что вода пригодна для питья”.

Пройдя мимо дуба толщиной в пять человеческих обхватов, если не больше, капитан замер за толстой покрытой мхом веткой, почти касавшейся земли, и стал наблюдать. Впереди, примерно в двадцати шагах, и вправду виднелся ручей, по берегам которого росли молодые деревца и кусты диких ягод. Немного понаблюдав за ним, Атон понял, что слышал всплеск от рыб, которые то и дело выпрыгивали из воды. Когда Стрэйб уже собирался подойти к воде и напиться, уловил краем глаза движение. Повернувшись в нужную сторону, он невольно открыл рот и нервно усмехнулся. На другой стороне ручья, не более чем в тридцати шагах от укрытия капитана, скрываясь за кустами каких-то бледно-жёлтых ягод, сидела девушка лет тридцати, никак не больше. Выглядела она очень странно, совершенно не походя видом на местных жителей.

Из одежды на ней была только набедренная повязка, сделанная из длинных перьев каких-то птиц, на левом плече тоже были перья, сложенные в форме наплечника. В остальном девушка была совершенно голой. Всё её тело, начиная от овального лица, заканчивая ступнями, было покрыто непонятными рисунками, сделанными белой краской. Сама по себе девушка была весьма привлекательной. Слегка загорелая кожа, чёрные густые волосы, спадающие на маленькие груди; ростом она, кажется, могла и превосходить Атона. Узкий нос, пухлые губы и глаза цвета шоколада завершали картину. Капитан внимательно следил за ней не потому, что любил подглядывать за нагими девушками, а потому что пытался понять, чем она занята. Девушка, как ни странно, умывалась, и судя по тому, что глаза её были полузакрыты, она недавно проснулась. Либо же наоборот, проснулась давно и уже утомилась под палящим солнцем.

“Ну если это не друидка, то я тогда господь бог”.

Стрэйб, не желая быть застигнутым врасплох “шайкой бандитов”, которые могли притаиться где-нибудь поблизости, положил руку на рукоять меча и уже хотел выбраться из своего укрытия, чтобы подобраться к этой деве поближе. Внезапное карканье над головой заставило его подпрыгнуть на месте, отчего он больно приложился коленом об ветку и зашипел. Шипя от боли и проклиная всё на свете, Атон услышал над головой хлопанье крыльев, а после заметил и два чёрных силуэта. Когда боль в колене немного утихла, и Стрэйб поднял голову, чтобы посмотреть, не услышала ли его странная девушка, то увидел картину, заставившую его отчасти поверить в то, что ему говорили местные.

Два ворона, что следовали за ним, пока он блуждал по лесу, теперь сидели на том берегу, возле “друидки”, которая теперь выпрямившись в полный рост и взяв в руки посох, который Атон до этого не заметил, злобно смотрела прямо на него. Поняв, что отступать уже поздно, гвардеец медленно обошёл ветку, немного прихрамывая из-за ноющего колена, и выйдя на берег, поднял руки, украдкой оглядываясь по сторонам и пытаясь найти среди деревьев кого-то ещё.

- Прости меня, я не хотел подглядывать, – девушка, которая жёстким взглядом буравила гвардейца, даже не повела бровью. – Я прибыл с востока, из столицы. Моё имя Атон, и я ищу девушку, которую местные называют друидка.

От услышанного девушка едва заметно повела плечами, взгляд её стал ещё более жёстким, а крепкие руки ещё сильнее сжали оружие.

- Зачем она тебе? – голос девушки был немного грубоват, а акцент, с которым она говорила, наводил на мысли о том, что человеческой речью она пользуется крайне редко.

- Жена моего господина, принца Балдера, больна. Ему рассказали, что есть некий цветок, называющийся короной света. А еще ему сказали, что найти его может только та, что живёт в лесах близ деревни Кеунс.

Немного помедлив, девушка зашла в воду и медленно двинулась к мужчине, при этом глаза пристально следили за каждым движением чужака. Пока она шла, Стрэйб тоже внимательно следил за ней и обстановкой вокруг, всё ещё не выкидывая тревожную мысль о том, что где-то рядом прячется шайка бандитов. Когда девушка оказалась в трёх шагах от гвардейца, она что-то едва слышно зашептала, а когда смолкла, коснулась его кончиком посоха. Атон следил за её действиями настолько пристально, что ему даже на секунду померещилось, будто кожа незнакомки осветилась изумрудным светом, но он быстро отогнал от себя бредовые мысли. Пока гвардеец следил за девушкой, она следила за ним, внимательно глядя на то место, куда ткнула посохом.

- Ты не врёшь, – вдруг сказала она.

- Как ты это поняла? – с сомнением спросил Стрэйб.

- Мой учитель научил меня ворожить, – обыденно ответила она, всё ещё не опуская посох. – Он научил меня многому, в том числе и ворожбе, что определяет правду.

- А что было бы, если бы я соврал? – с усмешкой спросил капитан.

- Тебе бы было плохо, – не поведя бровью, ответила она. – Ложь – это яд, что разъедает изнутри.

- Так значит, местные жители говорили правду, что ты умеешь наводить порчу?

- Не умею, – зло блеснув глазами, ответила дева. – Я знаю только ворожбу леса, а лес не может нападать, он может лишь защищаться.

- Понятно, – кивнул Атон, внимательно наблюдая за девушкой. – Так ты всё-таки та самая дева, что живёт здесь сотни лет?

- Я не считаю дни, я просто живу и помогаю хозяину оберегать его владения.

- Ладно, – кивнул Стрэйб, – а имя у тебя есть? Как мне к тебе лучше обращаться?

- Авива, – ответила девушка.

- Хорошо, Авива, – Атон глазами указал на посох, – может, уберёшь своё оружие? Раз ты знаешь, что я не вру, то и знаешь, что вреда я тебе не причиню.

Немного поколебавшись, девушка убрала посох, поставив его рядом с собой.

- Итак, – опустив руки, заговорил капитан, стараясь подбирать слова. – Если ты та самая, кого я ищу, то ты, наверное, знаешь, где искать этот цветок?

- В этом лесу его нет, – ответила Авива. – Его вообще нет в мире людей.

- В мире людей? – переспросил Стрэйб.

- Помимо этого мира, есть миры десяти владык, одним из которых является мой учитель и хозяин. Я знаю этот лес во всех направлениях, но цветок этот я не встречала, хотя и слышала о нём.

- Так, подожди, – Атон пытался прийти в себя от услышанного. – Десять владык? Другие миры? Это что-то вроде волшебства из сказок?

- Я не знаю сказок, – покачав головой, ответила Авива. – Но знаю другие миры. Только не все, а лишь те, где я могу выжить.

- Так, хорошо, – скептически ответил Стрэйб, посматривая на девушку с легкой опаской, боясь за её рассудок. – А твой учитель может знать, где искать корону света?

- Может, – кивнула девушка. – Он старше этого леса, а лесу этому многие века.

- Ты можешь меня с ним познакомить? – спросил Атон.

- Я могу отвести к нему, – чуть подумав, ответила Авива. – Но не знаю, будет ли он говорить.

- Ну, мы можем по крайней мере попробовать, – пожав плечами, протянул Стрэйб.

- Я не знаю тебя, – покачала головой друидка, – и не знаю твои цели.

- Ты же сама сказала, что видишь, когда я вру, – капитан ткнул пальцем себя в грудь. – Я не хочу навредить ни тебе, ни твоему учителю. Я просто хочу узнать, где найти цветок. Помоги мне это сделать, и я сразу уйду.

- Хорошо, я сделаю это, – медленно кивнула девушка, а после скосила взгляд на ножны. – Только сталь оставь здесь.

- Сталь, – переспросил Атон, а после дотронулся до рукояти. – Ты про меч?

- Если это так зовётся, то да.

- А звери?

- Если их не трогать, они не тронут тебя.

Развернувшись на носочках, Авива пошла обратно через ручей. Немного посомневавшись, Стрэйб решил, что лучше будет подчиниться. Пусть эта девушка и выглядела как сумасшедшая, рассказывая ему о других мирах и ворожбе, но особо опасной она не выглядела.

“Если вдруг почувствую неладное, – сняв ножны и положив их под кустом дикой малины подумал капитан, – то сразу же развернусь и уйду. Если, конечно, успею”.

Спрятав меч и поудобнее поправив арбалет, о котором речи не шло, Атон пошёл за девушкой, которая уже скрылась за деревьями. Стрэйб нагнал Авиву только у небольших холмиков, на верхушке которых она его дожидалась. Девушка шла по траве так легко, что та под ней даже не мялась, а ветер, что гулял по лесу, казалось, не причинял ей беспокойства. Атон шёл в двух шагах за ней и пытался запомнить хоть какие-то ориентиры, а вместе с этим пытался понять, куда его всё же ведут. Лес вновь становился всё гуще и непрогляднее, но Авива шла словно по невидимой тропе, ни разу не остановившись, чтобы сориентироваться.

- Местные говорят, что ты нападаешь на охотников, – чтобы немного отвлечься от гнетущего чувства и беспокойства, которое возникло из-за отсутствия меча, заговорил Стрэйб. – Ты не любишь людей?

- Я уважаю охотников, – заговорила девушка, чуть помолчав. – Но лишь до тех пор, пока они не ставят железные челюсти. В них попадают и молодые животные, которых люди даже не хотят брать, оставляя их хромыми. Хромому животному суждено умереть куда быстрее.

- Капкан, – поняв, о чём говорит Авива, кивнул Атон. – Значит, с луком и стрелами можно?

- Можно, – перепрыгнув через овраг, ответила дева. – У человека нет зубов, как у волка, как и нет его скорости. Лук уравнивает шансы получить добычу.

- Но почему ты не скажешь это местным? – скептически спросил капитан.

- Я говорила, – с лёгким раздражением ответила Авива. – Только они меня не слушают. Они считают меня ведьмой, что губит их растения, выращенные на полях, но я не выхожу из леса.

- Но ты же знаешь ворожбу, значит, тебя можно считать ведьмой?

Авива резко остановилась и, обернувшись, зло посмотрела на своего спутника, сжимая свой посох до белизны пальцев, отчего Атон невольно отступил на пару шагов.

- Ведьмы – это могущественные ворожеи, что питаются чужими жизнями и знают, как ворожбой убивать. Я лишь знаю, как защитить себя и этот лес, – она повернулась и пошла дальше, огибая колючие кусты. – Ещё до того, как я здесь оказалась, ведьмы действительно жили в этих лесах. Они убивали животных и людей, что жили неподалёку. Они знали столь мерзкую ворожбу, что лес от неё начинал увядать. Владыка этих земель изгнал их, запретив им более появиться в его владениях.

- Значит, они называют тебя так по старой памяти, – кивнув, ответил Стрэйб.

- Лес помнит всё: и хорошее, и плохое. А люди помнят лишь зло, не желая думать о хорошем, – с лёгким раздражением ответила Авива и ускорила шаг.

- Да, это мне знакомо, – хмыкнул Атон и чуть подумал, спросил. – А те вороны, они твои слуги?

- Я не владыка, у меня нет слуг. Мы все жители этого леса, и они предупредили меня об опасности.

- Ты умеешь говорить с животными? – с усмешкой спросил Стрэйб.

- Нет, – ответила друидка. – Ты сильно шумел, это тебя и выдало.

Лес начал редеть, меж деревьев стали появляться лучики света. И вот через двадцать метров, меж двух невысоких сосен, Стрэйб смог различить полянку, от края до края заросшую цветами. Авива вышла на неё и замерла, Атон остановился рядом с ней. Она опустилась на колени и, сорвав несколько цветов, протянула их своему спутнику.

- Нужно вплести их в волосы, – она протянула Стрэйбу шесть цветков. – Так владыка поймёт, что ты пришёл с миром.

Приняв букет, Атон немного поколебался, пытаясь понять, в какую игру она с ним играет, и для чего все эти ритуалы. Не видя другого выхода, Стрэйб поднёс цветы к голове и с трудом начал вставлять их в свои короткие каштановые волосы, неприятно морщась, когда шипы царапали его. Когда странный обряд был выполнен, Авива кивнула и пошла вперёд, прямо к центру поляны.

Стрэйб шёл за ней, косясь по сторонам, пытаясь различить среди деревьев разбойников или кого другого, но никого, к счастью, не было. Лишь птицы, что на удивление молчали, сидя на деревьях по краям и внимательно наблюдая за людьми. Дойдя до середины поляны, где росла одинокая молодая лиственница, Авива вдруг остановилась и, словно по команде, припала на одно колено, склонив низко голову.

“Только не говорите, что её учитель – это дерево”, – с усмешкой подумал Атон и осёкся.

Из плотного покрывала цветов медленно поднялся лис, очень насыщенного рыжего цвета, с белой кистью на конце хвоста и чёрными ушами. Сладко потянувшись и зевнув, он сел, внимательно глядя на девушку и лишь изредка поглядывая на стоявшего рядом капитана.

- Господин Адэхи, – заговорила Авива, обращаясь неизвестно к кому, – этот человек хочет говорить с вами, – при этих словах лис дёрнул ушами и поднял мордочку на мужчину, глядя ему прямо в глаза. – Он прибыл с востока и ищет цветок, что зовётся короной света.

Сказав это, девушка замолчала. Вначале Атон думал, что всё это похоже на какой-то дешёвый спектакль и что сейчас в него полетят стрелы или откуда-то выпрыгнут люди, пытаясь его убить, но этого не произошло. Вместо этого лис, что внимательно наблюдал за ним, встал и, припав на передние ноги, встрепенулся, словно отряхиваясь от воды. Стрэйб, что внимательно следил за животным, смеясь у себя в голове от представления, которое перед ним развернулось, вдруг оцепенел, и по телу его прокатился ледяной ужас.

У лиса, имевшего, как и положено один хвост, вдруг появилось ещё десяток таких же, огненно-рыжих с белыми кончиками, что покачивались каждый в своём направлении. Атон от увиденного попятился назад – и не зря. Лис, до этого едва достававший до колен, вдруг начал расти так быстро, что за два удара сердца стал высотой больше деревенского трактира. Когда лис выпрямился в полный рост, то у Стрэйба невольно подкосились ноги, и он упал, с широко раскрытыми глазами, задрав голову максимально высоко, чтобы видеть морду зверя.

- Никогда прежде ты не приводила ко мне людей, Авива, – пасть лиса раскрылась, и из неё зазвучал человеческий голос – приятный тенор. – Но раз ты эта сделала, значит, это действительно того стоило, – лис опустил голову и пронзил взглядом изумрудных глаза Атона. – Моё имя Адэхи, я владыка этого леса.

ГЛАВА 3. ЛИСЬЯ СКАЗКА

Лесные владения

Атон смотрел на лиса бешеными от страха глазами и не мог поверить, что видит это наяву. Он чувствовал цветы под руками, чувствовал, как они царапают ладони и пальцы свои шипами, как бешено колотится сердце, и как мечется разум, силясь понять – реальность это или просто сон. Он перевёл взгляд чуть левее и увидел Авиву, что стояла в стороне и почтительно ожидала, глядя на гвардейца спокойным взглядом. Лис же тем временем отступил на несколько шагов назад и по-кошачьи улёгся, при этом его изумрудные глаза неотрывно и с интересом наблюдали за капитаном.

- Я понимаю, что для обычного человека всё это выглядит слегка пугающим, – вновь заговорил лис.

- Не то слово, – только и выдавил из себя Стрэйб еле ворочающимся языком.

- И тем не менее — это не морок, – владыка леса усмехнулся. – Если тебе нужно время привыкнуть к моему облику…

- Боюсь, на это уйдёт не один день, – вновь с трудом ответил Атон, не до конца понимая, что он вообще говорит.

- Хорошо, – кивнул лис. – Скажи мне, человек, для чего ты ищешь цветок, опалённый солнцем?

- Я, – робко заговорил гвардеец, пытаясь хотя бы немного привести мысли в порядок. – Я ищу его не для себя. Я служу королю этих земель, – он осёкся, бросив быстрый взгляд на лиса, и тут же исправился. – Королю земель людей, ваше владычество.

- Не стоит так официально, – Адэхи глухо рассмеялся. – Ко мне можно просто по имени.

- Хорошо, – нервно кивнул Атон. – Я служу королю людских земель, супруга его сына сильно больна, с каждым днём ей становится всё хуже. Наши лекари не смогли найти способа её вылечить, но одна из служанок родом отсюда, точнее – из деревни неподалёку. Она рассказала нам о деве, что живёт здесь, а также и о цветке, что лечит все болезни. Мне было поручено найти деву, что знает все лесные тропы и попросить у неё помощи в поисках цветка.

- Да, Авива действительно живёт в моём лесу уже многие годы и знает его во всех направлениях, – на лице лиса, как бы это странно ни звучало, появилась лёгкая улыбка. – Но только ни она, ни я тебе не сможем помочь. Цветок, что спасает лишь раз, не растёт у меня, как и не растёт в этом мире.

- Значит, – голос гвардейца дрогнул, – его не существует?

- Я такого не говорил, – лис покачал головой. – Помимо моих владений, есть ещё девять других. В каких-то его просто не может быть, а в каких-то, возможно, он ещё и растёт.

- Господин Адэхи, – заговорил Атон более уверенным голосом, – если это возможно, то я хотел просить вас указать мне путь до этих… владений.

- Ты столь предан своему владыке, что готов отправится, туда не зная куда? – глаза лиса сузились, и он ещё пристальнее вгляделся в лицо человека.

- Когда я ехал сюда, я был полон сомнений, – с трудом выдерживая взгляд изумрудных глаз, заговорил Стрэйб. – Я не верил в то, во что поверил его высочество, но теперь я здесь: вижу деву, говорю с вами и имею пусть и не точный, но всё же ответ о том, что этот цветок можно найти. – Атон, собрав всю волю в кулак, смог подняться на ноги и, выпрямившись, продолжил. – Я тот, кто я есть, лишь благодаря его высочеству. Если этот цветок действительно существует, то я обязан его найти. В противном случае я не смогу смотреть его высочеству в глаза до конца своих дней.

- Твой ответ наполнен благородством и храбростью, – на лице Адэхи вновь появилась улыбка. – Но самое главное – он наполнен честностью. Я не могу отказать человеку, которым движут столь сильные убеждения.

Адэхи поднялся во весь свой исполинский рост и, выставив вперёд левую лапу, начал чертить когтём на земле какие-то знаки. Чертил он долго, тщательно выводя каждый символ, и всё это время Стрэйб наблюдал за действиями лиса заворожённым взглядом, пытаясь разгадать – что же такое делает хозяин леса. Когда Адэхи закончил, он вновь припал на передние лапы, внимательно разглядывая знаки, а после дунул на своё творение и произнёс.

- Twinkle gyda chant oleuadau (Замерцай сотней огней).

Голос хозяина леса прозвучал на очень низких нотах, а слова, что он сказал, Атон понять не смог. Едва лис проделал все действия, знаки, что он чертил, засветились, и, оторвавшись от земли, словно стаи светлячков, застыли в воздухе. Стрэйб смотрел на всё это уже более спокойно, он ещё был ошарашен от того, что говорит с огромным лисом, а удивляться тому, что перед ними мерцают неведомые для него знаки, сил уже не было.

- Cyswllt (Соединись).

После слов лиса знаки на секунду вспыхнули ярче, а когда их свет чуть ослаб, меж ними появились голубые линии, тянущиеся от одного символа к другому.

- Это мои владения, – Адэхи указал на знак, похожий на три сросшихся дерева. – Из них можно пройти по трём дорогам, – он провёл когтём по одной из линий и остановился возле знака, напоминающего горы. – Владения Элбана, хранителя гор, – затем его коготь переместился на значок, где одна над другой были начерчены три волнистых линии. – Владения Броука, хранителя глубин, – затем его коготь плавно перешёл к другому знаку, напоминающему холмы, – и владения Златояры, песчаной хранительницы.

- Но здесь нет поблизости ни песка, ни гор? – непонимающе спросил Атон, заворожённо наблюдая за мерцающими знаками.

- В мире людей нет, – улыбнулся лис, – но земли моих братьев и сестёр находятся не здесь, они сокрыты от посторонних глаз. Только владыки могут открывать между своими землями проходы.

- Ворожба? – только и смог сказать Стрэйб.

- Да, – Адэхи кивнул, и его глаза вновь сфокусировались на знаках. – В песчаных владениях того, что ты ищешь, быть не может, но во владениях гор и воды цветок вполне может найтись, – лис перевёл свой коготь на знак, похожий на три завитушки. – Владения Вэры, хранительницы ветров. В её владения можно попасть только из водных владений. Златояра не любит, когда её пески тревожат, поэтому она закрыла проход между своими владениями и владениями Вэры.

- Если там ветра, то и цветка там нет? – немного уловив суть происходящего, предположил гвардеец.

- Скорее всего, да, – подтвердил Адэхи и перевёл коготь на знак похожий на снежинку. – Как и нет его во владениях Бурангула, хранителя льда, – коготь вновь переместился на знак, в этот раз похожий на облако. – Зато нужный тебе цветок может расти во владениях Буса, владыки туманов.

- А что здесь? – Атон, который уже окончательно привык к сложившейся обстановке, указал на знак, похожий на цветок, который, если верить линиям, соединялся со знаком гор и со знаком, похожим на огонь.

- Владения Амитолы, владычицы грёз, – Адэхи покачал головой. – В её владениях растут тысячи цветов, но человеку там находиться нельзя. Запах этих цветов столь дурманящий, что вызывает мороки, которые покажутся тебе до того реальными, что ты не захочешь покидать её владения, – лис усмехнулся. – Даже мне, владыке, становится тяжко от долго пребывания там.

- А здесь что? – спросил Стрэйб, указывая на знак, похожий на язык пламени. – И почему эти владения отделены от всех? – он указал на знак, что порхал в самом центре и был похож на широко открытый глаз.

- Здесь не выжить человеку, – Алэхи указал на знак, похожий на огонь. – Владения Огана, хранителя пламени. В его землях – только огонь и магма: ты сгоришь, едва ступишь на его землю, – затем коготь лиса переместился на знак, похожий на открытый глаз, – а здесь не выжить никому, даже владыкам. Владения Дуги, хранительницы страха. Её ворожба столь сильна, что она сама не может её контролировать, отчего насылает на всех жуткие видения, которые могут свести с ума даже Огана, самого сильного из нас.

- Спасибо вам за рассказ, – заговорил Атон, когда ещё раз оглядел все знаки и немного уложил в голове то, что услышал. – Я много узнал о мире, в котором вы живёте. Только я не до конца понял, что мне со всем этим делать?

- Если ты действительно столь решителен и непоколебим, что готов отправиться за заветным цветком даже на край света, то приходи завтра сюда, едва сядет солнце, – Адэхи выпрямился и посмотрел на человека с высоты своего исполинского роста. – Я открою тебе переход во владения Элбана. Но едва ты перейдёшь черту, я более не смогу тебе помогать, тебе придётся полагаться на свои силы.

- Что меня ждёт там? – твёрдо спросил Стрэйб.

- Я привык к людям, вы часто заходите в мои владения, хоть и не всегда с благими намерениями, – лис на секунду оскалился, а после его морда вновь стала бесстрастной. – Но мои братья и сёстры уже отвыкли от вашего рода, и как они поведут себя, узнав о твоём присутствии, я не знаю.

- Ну что же, – прокашлявшись, заговорил Атон немного сдавленным голосом. – Я постараюсь сделать так, чтобы меня не убили в первые минуты.

- Не зная, что тебя ждёт, ты делаешь такие смелые заявления, – Адэхи рассмеялся, совсем как человек. – Я не устаю восхищаться твоею преданностью и храбростью, человек. Я всё же могу тебе помочь, точнее тебе может помочь Авива, – лис бросил взгляд на друидку, которая всё это время лишь молча наблюдала и слушала рассказ владыки. – Но я не могу заставить её идти с тобой. Если хочешь, ты можешь попросить её сам. Она куда более сведуща о других владениях и владеет моей ворожбой, пусть и не всей. Она может стать твоим проводником.

- Я не могу, – тут же ответил Атон. – Она знает меня немногим дольше, чем вы, и просить её о помощи мне – незнакомцу для нее – я не посмею. К тому же подвергать девушку опасности мне не позволит честь рыцаря.

- Будь по-твоему, – кивнул лис, после чего подул на знаки, которые тут же пропали. – Завтра, с последними лучами заката, войди в лес и громко свистни. Мои слуги проведут тебя, а пока, – он вновь посмотрел на девушку, – Авива, будь добра, выведи нашего гостя из леса.

После этих слов лис вновь встряхнулся и начал уменьшаться, а лишние хвосты, что всё время извивались за его спиной, начали пропадать, так что в итоге остался только один. Вновь став обычным и ничем не примечательным лисом, Адэхи вернулся к одинокой лиственнице и, как ни в чём не бывало, улёгся под ней, спрятав морду под хвост.

Всю обратную дорогу Атон молчал, пытаясь до конца осознать, что он сейчас видел, с кем и о чём говорил. Всю свою сознательную жизнь он думал, что вся эта ворожба, ведьмы и духи разных мест просто сказки – как драконы, великаны и другие существа. Но сейчас он видел воочию и слышал всё своими ушами. И сказать, что всё это ему приснилось или привиделось, у него не поворачивался язык. Авива шла на три шага впереди, тоже молчаливая и, судя по сосредоточенному взгляду, о чём-то раздумывала.

Как они дошли до ручейка, Стрэйб не заметил. Всю дорогу он думал о том, что услышал и о том, что ему предстоит; за дорогой не следил, бездумно следуя за своим проводником. Едва они перешли на тот берег, Атон почувствовал невнятное облегчение, словно до этого на него давила странная невидимая сила, а сейчас наконец отпустило. Была ли эта сила Адэхи или страх перед неведомым, Стрэйб не знал, главное – сейчас ему стало куда спокойнее.

- Спасибо, что помогла, – прикрепив ножны к поясу, обратился гвардеец к друидке. – Ты могла отказать мне, но спасибо, что не сделала этого.

- Я, как и хозяин, ценю честность и упорство, – спокойно ответила Авива. – Ты честно заявил о своих целях и смело последовал за мной, хотя в глазах у тебя читался страх.

- Знай я, к кому ты меня приведёшь, может быть всё было бы по-другому, – усмехнувшись, ответил капитан.

- И тем не менее, всё случилось так, как случилось, – слегка улыбнувшись, ответила друидка. – Ты очень смелый, Атон Стрэйб. Не каждый человек решится подойти ко мне, если услышит рассказы людей из той деревни. И не каждый пойдёт за незнакомкой.

- Был бы я умнее, пёк бы хлеб в столице, как мои родители, да горя не знал, – Стрэйб тяжело вздохнул. – Ещё раз спасибо за помощь.

- Завтра с последними лучами солнца, – повторила девушка слова лиса. – Я буду ждать тебя, чтобы проводить в дорогу, – она указала рукой в лес. – Иди прямо, никуда не сворачивая, и выйдешь к людям.

- Спасибо, – Атон поклонился. – Тогда до завтра.

После этого он пошёл в указанном направлении, в то время как в его голове, вперемешку с полным непониманием – чего ожидать от всей этой авантюры, крутились мысли о том, что с собой взять и сколько.

“Неизвестно, сколько придётся блуждать по этим владениям, а чего ждать – и подавно, поэтому стоит взять всего и побольше, чтобы продержаться если и не пару недель, то хотя бы дней десять. А после такого уже и помирать не страшно, ибо на небесном суде можно будет смело заявить, что сожалеть мне не о чем: я видел всё и даже больше, чем хотелось бы”.

***

- Странный вы, конечно, господин Стрэйб, – заметил Юст, делая запись в своём журнале.

- В каком смысле? – Атон оторвал взгляд от кошеля с деньгами и поднял глаза на хозяина трактира.

- Вчера вы ходили в лес, искать эту ведьму, – скучающим тоном отвечал Юст, всё ещё скребя пером. – Вернулись далеко за полдень с крайне озадаченным лицом, а сегодня снимаетесь с постоя, при этом оставляя своего коня нам на сохранность.

- А вы, уважаемый, не думайте, – капитан положил на стол два золотых овала, на одной из сторон которого был лик короля. – Берите деньги, да за моим конём ухаживайте. Это всё, что я от вас прошу.

- Да я и не против, – пожал плечами Юст, придвигая свою книжку бывшему постояльцу и передавая перо. – Просто мне за вас боязно. Я же не знаю, что вам эта ведьма наговорила. Может она вас охмурила, а вы пойдёте за ней – да сгинете. А вы человек непростой, из столицы. Может за вами людей пошлют, и что я им скажу?

- Никого за мной не пошлют, – от этих слов у Атона заскребло на сердце. – Так что вам не о чем переживать.

- Вам виднее, – смахнув золотые овалы в карман и убрав книгу, ответил трактирщик. – Ваша еда в дорогу, – Юст положил на стойку семь плотных свёртков. – Здесь всего понемногу: мясо, овощи, сыры, но в вашем походе хватит. Из горячего только картофель. Уж простите, посуды такой не имеем, чтоб супы или жаркое переносить.

- И на том спасибо, – ответил гвардеец, пряча еду в походный мешок.

Выйдя на улицу, Стрэйб посмотрел на запад. Солнце уже коснулось горизонта и медленно уходило за его черту. Атон, прежде чем отправится к лесу, ещё раз проверил все свои вещи: спальник, еда, два бурдюка с водой – с расчётом на две недели. Помимо этого, две фляжки: одна личная, другая подаренная добродушной вдовой, до отказа заполненные мёдом, и сменное бельё в качестве подушки. Застёжка на плаще не болтается, арбалет с колчаном удобно лежат на спине, наточенный меч покоится в ножнах на поясе, щитки скрыты под курткой, перчатки с рук не соскальзывают.

Ещё раз обратившись на запад и поняв, что времени пока хватает, Атон пошёл по вчерашней дороге не торопясь, мысленно прокручивая в голове то, что ему предстоит. Если быть честным – капитан гвардии, который считал себя реалистом до мозга костей, до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что ему вновь предстоит встретиться с огромным лисом, зовущим себя хозяином леса. А после отправиться в некие владения гор, в которые ему откроют дорогу.

“Интересно, поверит ли мне его высочество, если, конечно, я вернусь? Когда он меня сюда отправлял, он думал, что я вернусь через неделю, а оно вон как вышло. Он, наверное, и не надеется, что я вернусь с этим цветком. Как он сам сказал, пусть это и призрачный шанс, но всё же шанс, который он, как любящий муж, должен проверить. Вот она – настоящая любовь, готовая верить во все сказки, которые, как оказывается, не такие уж и сказки”.

К окраине леса Атон добрался, когда солнце скрылось лишь наполовину. Решив, что ещё рано, Стрэйб решил подождать. Положив походные мешки под ноги, он уселся на них и вперил взгляд в медленно падающее на западе солнце. Глядя на небо, на деревья и огненный шар, капитан гвардии думал о том, увидит ли он ещё раз всё это или же сгинет в неведомых землях. Что его там ждёт? Кто там обитает, и насколько там опасно? Чего вообще можно ожидать от места, где правят такие же величественные создания, как хозяин этих лесов? Такие вопросы обуревали Атона ещё с момента, как он вчера оказался в своей комнате в трактире. Но сейчас, на пороге путешествия в неизвестность, эти мысли жужжали, как разгневанные пчелы. Солнце вот-вот должно было упасть за горизонт, и Стрэйб решил, что более ждать бессмысленно – перед смертью не надышишься. Вытащив одну из фляг, капитан сделал основательный глоток. Поднявшись на ноги, повесил свою поклажу на плечо и направился в лес.

Пройдя немного вглубь, чтобы дома скрылись за деревьями, капитан гвардии остановился и, поставив свои вещи на землю, мысленно выругался от нелепости ситуации. Набрав в грудь побольше воздуха, Атон вставил два пальца в рот, и чтобы было силы свистнул. Свист получился громким, причём настолько, что у гвардейца заложило правое ухо. Когда воздух кончился, а свист оборвался, Стрэйб, приводя дыхание в порядок, огляделся. Теперь ему оставалось ждать слуги Адэхи. Как он должен выглядеть и откуда прийти, Атон не знал. Так же, как не знал – почему он не спросил об этом хозяина леса.

“Может это будет Авива или кто-то подобный? А может, это будет такое же чудище, что и властитель этих деревьев?”

Когда капитан гвардии уже начал думать, что всё это злая шутка, а встреча с лисом – действие тех цветов, что росли на поляне и вызывали галлюцинации, кусты по правую от него руку зашуршали, и из них выглянул огромный бурый волк. Размера зверь был приличного, вытянутую морду сплошь покрывали шрамы, кусочек левого уха был откусан. Зато шерсть насыщенного цвета поражала густотой. Волк вышел из кустов и отряхнулся от веток и листьев, что увязли в его мехе, а Атон смотрел на него в полном непонимании, что делать. Стрэйб стоял замерев, немного согнувшись, чтобы в случае нападения зверя отпрыгнуть, при этом рука его застыла возле рукояти меча. Бурый, поглядев на человека несколько секунд, словно оценивая, медленно подошёл и, ткнувшись мокрым носом в руку, повернул в сторону чащи.

Не до конца понимая, что происходит, капитан гвардии вновь водрузил свои мешки на плечи и, не узнавая собственного голоса, произнес.

- Веди.

Волк лёгкой трусцой направился вперёд, примерно в том же направлении, в котором вчера и ходил Атон. Немного поблуждав среди кустов и деревьев, волк вывел человека к тому самому ручейку, возле которого он встретил друидку. Перейдя на другой берег, бурый нырнул в гущу леса и прибавил шаг. Стрэйбу ничего не оставалось делать, как тоже ускориться, догоняя проводника. Атон шёл за лохматым жителем этих мест и пытался вспомнить дорогу, которой вчера его вела Авива, но у него не получалось. Возможно, он плохо запомнил ориентиры, возможно – у зверя были свои тропы, а возможно, всё не так просто.

“Может, эта та самая ворожба? Кажется, Авива говорила, что лес может защищаться. Так может, он и своего хозяина оберегает, не пуская к нему посторонних?”

На цветочную поляну Атон вышел неожиданно: казалось, что впереди ещё нет просвета, что вокруг только деревья да кусты, но неожиданно деревья кончились, и появилась полянка, в центре которой всё также стояла одинокая лиственница. Возле неё, что неудивительно, уже стоял Адэхи и его ученица Авива, но помимо них были ещё и те, кого гвардеец никак не ожидал увидеть. На поляне оказалось множество разных зверей: волки, медведи, олени, на рогах которых сидели разные птицы; лоси и лисы – правда, не такие огромные, как их владыка, а самые обычные; кабаны, совы и много кто ещё. Бурый, не дожидаясь человека, припустил вперёд – и вот он уже занял место среди волков, перед этим ткнувшись носом в волка серого цвета – скорее всего свою волчицу, которая в ответ лизнула его.

Атон шёл по полянке медленно, с опаской поглядывая на зверей, что были тут и там, а также на Адэхи, что величественно стоял в полный рост и следил за человеком.

- Ты пришёл вовремя, – заговорил лис, едва Стрэйб оказался возле него. – Многие жители моих владений решили поприсутствовать и посмотреть на того, кто решился отправиться во владения гор. Надеюсь, тебя это не сильно смущает?

- Нет, – ответил Атон, искоса глядя на огромного медведя, что сидел в десяти шагах от него.

- Хорошо, – Адэхи слегка кивнул. – Скажи мне, человек: ты не передумал идти за короной света для своего господина?

- Нет, – Стрэйб помотал головой. – Вернуться к принцу с пустыми руками, зная, что я мог ему помочь, будет для меня позором на всю жизнь. Я не смогу смотреть ему в глаза, зная, что я мог спасти его супругу.

- Хороший ответ, – Адэхи улыбнулся. – И за твою честность, которой ты не брезгуешь пользоваться, и отвагу, которой переполнено твоё сердце, я дарую тебе три подарка.

Хозяин леса поднял правую переднюю лапу и, аккуратно поднеся её к груди Атона, коснулся его когтём. На несколько секунд Стрэйб что-то ощутил: это было похоже на разливающееся по телу вино, что приносило радость и грело, но при этом разум не дурманился, а наоборот – становился более чистым и спокойным.

- Это мой знак, – пояснил лис, вновь встав на четыре лапы. – Ты его не увидишь, но его увидят те, кто обитают в других землях. Он убережёт тебя от многих опасностей и покажет другим владыкам, что ты пришёл к ним с добрыми намерениями.

Затем Адэхи слегка склонил голову и подул на человека. В нос Атона ударил запах цветов и свежескошенной травы, а по телу пробежали мурашки.

- Лес – это единый могущественный организм, что живёт в гармонии со всеми своими обитателями, – лис улыбнулся. – Теперь ты им отмечен. Мои слуги, что перебрались из моих владений во владения моих сестёр и братьев, это почувствуют и станут твоими верными союзниками.

После этого Адэхи вновь выставил правую лапу вперёд и когтём начертил на земле три символа. Едва он их коснулся – они засветились ярко, словно звёзды на небе, а когда свет пропал, вместо них появилась одежда. Плащ из меха волка, с глубоким капюшоном, лисья туника, штаны, сотканные из сотни перьев, и полусапожки из оленя.

- Владыка Адэхи, – обратился к лису Атон, с непониманием глядя на одежду, – я не хочу вас обидеть или оскорбить, но у меня уже есть одежда.

- Это не для тебя, – лис улыбнулся, – это для Авивы.

- Но… – непонимающе уставился на друидку гвардеец.

- Ты не захотел просить её о помощи, но она сама изъявила желание тебе помочь, – ответил Адэхи, глядя озорными глазами в ошарашенное лицо человека. – И это будет моим третьим даром. Та, что обучалась у меня многие годы и та, что знает земли моих братьев и сестёр. Она будет твоим проводником.

- Авива, – Стрэйб с трудом оторвал взгляд от хозяина леса и посмотрел на друидку, что смиренно стояла рядом, – ты действительно этого хочешь?

- Лес помнит всё, – кивнула девушка. – Злое и хорошее, ложь и правду. Я живу здесь очень долго и видела много разных людей. Но такие, как ты, готовые пожертвовать собой ради других, большая редкость. Я привыкла, что на такое способны лишь звери, но не человек, – она подошла к Атону и встала в шаге от него. – Я хочу сопровождать тебя и посмотреть, сможешь ли ты исполнить желание своего господина, и сохранится ли в тебе твоя вера на протяжении всего пути. Но также я хочу посмотреть и на то, стала ли я достойной ученицей своего наставника, – она с нежностью посмотрела на Адэхи, и тот ответил ей поклоном.

- Спасибо вам, владыка леса, – Стрэйб припал на одно колено и склонил голову перед величественным лисом, – за ваши дары и за вашу помощь. В пути я буду беречь вашу ученицу, как зеницу ока.

- Так же, как и она будет беречь тебя, – в тон ответил Адэхи и рассмеялся.

Когда Авива облачилась в одежды, сделавшись похожей на обычного человека, если не считать штанов из перьев, она встала возле Атона, взяв свой посох, и вместе с ним смотрела на лиса, который, подняв голову, изучал звёзды.

- Думаю, вам пора, – Адэхи хотел было уже повернуться, но вдруг остановился. – Чуть не забыл, – он вновь начертал когтём какой-то знак, который, ярко засветившись, обратился в небольшую кожаную сумку. – Авива, здесь вода и еда для тебя.

- Спасибо вам, господин, – девушка учтиво поклонилась.

После этого лис наконец повернулся к ним спиной, закрыв половину обзора своими хвостами, и, припав на передние лапы, вновь начал выводить знаки. Покончив с ними, лис заговорил. Его голос, до этого приятный и певучий, стал походить на скрип деревьев и шум листвы.

- I feddiannau'r mynydd, dangoswch lwybr a fydd yn arwain pawb yn ddiogel yno (К горным владения, покажись тропа, что без опаски проведёт всех туда).

Едва Адэхи произнёс последнее слово на неведомом языке, на поляну налетел дикий ветер – такой сильный, что Атон прикрыл глаза, защищая их от пыли и летящих листьев. Ветер утих также внезапно, как и начался, а перед ним и его спутницей открылась прямая тропа, идущая через поле цветов и уходящая в лес на другой его стороне.

- Горные владения ждут вас, – прошептал Адэхи, стоя чуть в стороне. – Удачи вам.

- Спасибо и до свидания, владыка Адэхи, – Атон поклонился.

- Спасибо вам, господин, – Авива тоже учтиво поклонилась.

Первой, как и положено, ступила на тропу проводница, вслед за ней гвардеец. Он шёл за своей спутницей до самых деревьев не оборачиваясь, а когда всё же поддался искушению и посмотрел назад, то ни зверей, ни исполинского хозяина леса там уже не было.

ГЛАВА 4. ПЕРЕХОД

Горные владения.

Тропа, что открыл хозяин леса, уводила глубоко в чащу. Чем дальше она вела, тем уже становилась, и вот уже через несколько минут по её краям появились плотные ряды кустов, словно кто-то высаживал их здесь намеренно, а за ними высились столь большие и раскидистые деревья, что за ними ничего не было видно.

- Сколько нам так идти? – спросил Атон у идущей впереди друидки.

- Не знаю, – пожав плечами, ответила Авива. – Я никогда об этом не думала, я просто ходила за своим господином.

- Понятно, – протянул Стрэйб, оглядываясь вокруг и ища хоть какие-то изменения. – А как мы поймём, что уже на месте?

- Ты не знаешь, как выглядят горы? – спросила девушка, посмотрев через плечо.

- Знаю, конечно, – тут же отозвался гвардеец, – но не знаю, как они выглядит там… в других… владениях. Или как правильно?

- Едва мы ступим на землю владыки Элбана, ты поймёшь, что мы на месте, – уклончиво ответила друидка и ускорила шаг.

Поняв, что больше ничего не добьётся от своей проводницы, Атон молча зашагал дальше, стараясь не отставать. По времени прошло около пяти минут, но ощущения Стрэйба говорили об обратном. Ему казалось, что они уже час, если не больше, идут по этой тропе, что завела их в лесной туннель. Атон не любил леса, он постоянно обо что-то спотыкался или бился об ветки головой. Но благо здесь корни и ветки, что попадались под ноги, было прекрасно видно… На этой мысли он вдруг резко остановился и с полным непониманием начал оглядываться. Над головой смыкались плотные кроны деревьев, словно живая крыша они закрывали всё небо, по бокам высился непроглядный лес, да к тому же, когда он пришёл на ту поляну, уже темнело.

“Чёрт меня побери, откуда свет?”

- Что-то случилось? – Атон перевёл взгляд на свою спутницу и увидел на её лице недоумение.

- Почему здесь так светло? – только и смог спросить гвардеец.

- Ты только заметил? – уголки губ девушки приподнялись. – Мы уже во владениях гор, просто тропа ещё не кончилась.

- Что? – ошарашенно протянул Стрэйб и начал крутить головой, словно бешеный пёс. – Но мы же только шли вперёд… Но даже если и так, то почему здесь светло как днём?

- Здесь другие законы, – вновь уклончиво ответила Авива. – Нам нужно выйти с тропы, тогда ты всё поймёшь.

После этого она развернулась и вновь зашагала вперёд, Атону же понадобилось какое-то время, чтобы свыкнуться с мыслью – он теперь не на родной земле, а в другом, чужом для него мире. Через несколько минут после обескураживающей новости лес вокруг, а точнее – деревья, что окружали тропу, начали редеть. В потолке крон стали появляться проплешины, а по бокам начало мелькать что-то серое.

Деревья становились всё более редкими и куцыми, кусты, служившие живым забором, тоже стали пропадать. Когда растительность почти сошла на нет, а тропинка внезапно оборвалась, Авива, шагавшая впереди, отошла в сторону, и перед взором капитана королевской гвардии открылся неописуемый вид, вызывающий дрожь во всём теле. От буйной лесной зелени ни осталось и следа, теперь вокруг расстилался лишь серо-бурый горный пейзаж. Жухлая травка и маленькие скрюченные деревца, конечно, виднелись тут и там, но в остальном всё вокруг состояло из камней и скал. Куда ни посмотри – всюду виднелись вершины и склоны разных форм и размеров. Атон с Авивой вышли буквально в десяти шагах от обрыва и, когда Стрэйб из любопытства решил подойти и посмотреть, что там внизу, его окатило волной страха. Внизу, у подножия бесчисленных гор, простиралась каменная равнина, на которой не было ничего, кроме огромных булыжников, упавших с этих гигантских зубцов. Но самым страшным было не это, а высота. Если случайно сорваться вниз, то лететь до земли – решил Атон – придётся несколько минут.

- Это, – заговорил гвардеец, чувствуя, как у него перехватывает дыхание, – просто невероятно. Я никогда не думал, что бывают столь чудесные и величественные места.

- Когда я здесь оказалась впервые, я испытывала тоже самое, – кивнула друидка и указала вперёд, на невероятного размера гору, пик который уходил высоко в небо, а её склоны имели не светло-серый, а голубоватый окрас. – Владыка этих земель обитает там, в самоцветных залах. Нам нужно добраться до него и просить помощи. Без него мы ни за что не найдём цветка, ведь владения огромны.

- Вот же, – Атон пробежался взглядом от обрыва, возле которого они стояли, до обители Элбана, и скрипнул зубами от бессильной злобы. – Нам туда идти месяц.

- Необязательно, – палец Авивы переместился левее и указал на трёхглавый пик. – Меж тех вершин гнездовье грифонов. Если они помнят меня, то помогут нам добраться до…

- Гнездовья кого? – оборвав свою спутницу на полуслове, с ошарашенным видом протянул Стрэйб. – Грифонов?

- Ну да, – непонимающе ответила друидка. – Тебе они не нравятся?

- Не в этом дело, – брови капитана взметнулись вверх, и он нервно усмехнулся. – Я вообще никогда не видел грифонов, мне лишь сказки о них рассказывали. О том, что эти твари нападают на деревни, воруют людей для пропитания и нападают на любого несчастного, кто близко подойдёт к их гнезду.

Лицо Авивы, до этого спокойное и безмятежное, преобразилось за два удара сердца. Глаза сузились и запылали гневом, губы превратились в тонкую линию, а пальцы до белизны сжали посох, который в ответ жалобно скрипнул.

- Грифоны не твари, – сквозь зубы процедила она. – Они не нападают на людей, да и кого-либо вообще, без причины. А охотятся они на козлов и баранов. Если ты ни разу их не видел, как ты можешь судить о них? Они не хуже тебя, а может и лучше. Они благородные создания, гордые стражи небес и одни из верных слуг владыки Элбана.

Вначале Атон хотел возразить, привести примеры и начать доказывать свою правоту, но внезапно осёкся.

“Я знаю о ворожбе, грифонах и прочих твар… существах только по детским сказкам, но она-то видит их всех воочию и изучает не первый год. Мне всё же не стоит быть столь резким по отношению к её миру, учитывая её отношение к моему”.

- Прости, – прокашлявшись, ответил Стрэйб. – Я не хотел обижать местных… обитателей. Просто для меня всё это в новинку, и я не знаю, как на это реагировать. Мои познания об этом… всём начинаются и заканчиваются сказками. До вчерашнего дня я даже не верил, что встречу тебя, не говоря уже о чём-то большем.

- То, что ты называешь сказками, очень плохая вещь, – отвернувшись от собеседника, ответила Авива. – Но я принимаю твои извинения. Ты действительно не знаешь ворожбы, не знаешь жителей владений, не знаешь самих владений. Ты жил в мире людей, я жила в мире владык, мы с тобой разные.

Сказав это, друидка поправила висевшую на плече сумку и пошла вперёд. Атон же, не найдя, что сказать в ответ, лишь сплюнул с обрыва и зашагал следом. Тропа, по которой им пришлось идти, была чересчур узкой даже для одного, она тянулась почти возле края пропасти. И, чтобы не упасть, гвардейцу и его спутнице пришлось идти боком. Авива на этой скальной полоске чувствовала себя более чем уверенно, зато Атон, который был крупнее друидки и двигался куда более неуклюже, испытывал трудности. Переход до ближайшего широкого островка, где можно было спокойно ходить и не опасаться упасть в пропасть, занял у них чуть больше двадцати минут. За это время гвардеец трижды терял равновесие и чудом его восстанавливал, четырежды цеплялся ножнами за трещины в скале, отчего приходилось возвращаться на пару шагов назад и выдёргивать их. А уж сколько раз под его ногу попадал острый камень, который продавливал подошву толстого сапога и вонзался в его ступню, и вовсе говорить не стоит. Авива же этот путь преодолела так же легко, как если бы шла по широкой лесной тропе.

В конце этой козьей тропы путников ждало небольшое углубление в горе, зайдя в которое, Атон с облегчением сел на ближайшей камень и поблагодарил господа за помощь. Если, конечно, тот слышал его из этого мира. Пока друидка пристальным взглядом оценивала их дальнейший путь, Стрэйб нашарил в своей сумке флягу и, пригубив из неё немного, почувствовал, как ему становится легче. По спине перестали бегать мурашки, голова охладилась, а в ногах вновь появилась сила.

- Дальше дорога будет лучше. Так что, – Авива замолчала и принюхалась. – Что это? – она подошла к своему спутнику и с интересом посмотрела на флягу. – Пахнет… мёдом, только каким-то неправильным.

- Это медовуха, – Атон протянул девушке свою фляжку. – Можешь попробовать, только аккуратно, она…

Договорить он не успел. Друидка, ещё разок принюхавшись к горлышку, поднесла флягу к губам и сделала хороший глоток. Никогда прежде гвардеец не видел, чтобы чувства на лице сменяли друг друга так быстро. Вначале Авива с непониманием смотрела на флягу, но когда всё же проглотила отпитый глоток, её брови взметнулись вверх, а глаза выкатились. Затем она сморщила лоб и нос, будто съела что-то очень кислое, а под конец зажмурила глаза и, взявшись за грудь, тяжело задышала.

- С тобой всё хорошо? – глядя на спутницу, спросил Стрэйб.

- Не знаю, – прохрипела девушка. – Жжётся.

- Скоро пройдёт, – Атон усмехнулся. – Это только в первые разы так, потом легче будет. Главное много сразу не пить, а то чёртики перед глазами бегать будут.

- Чёртики? – Авива резко выпрямилась и с толикой страха посмотрела на своего спутника. – Это какая-то ворожба?

- Нет, – Стрэйб глухо рассмеялся. – Люди не умеют ворожить. Один глоток этой жидкости расслабит твоё тело, сделает голову свободной от мыслей. Но чем больше будешь пить, тем более лёгким будет становиться тело, и в итоге ты не сможешь нормально стоять на ногах, а разум настолько затуманится, что перед глазами будет всякое мерещиться. Как на… поляне с цвета… во владении, где иллюзии, или как там.

- Владения грёз, – поняв, о чём говорит Атон, кивнула друидка и протянула ему флягу. – Тогда, наверное, я не буду больше это пить.

На это гвардеец лишь усмехнулся и, пригубив ещё разок из фляги, убрал её на законное место. Дальше дорога, как и сказала Авива, сделалась куда шире, и, что самое главное, отодвинулась от края пропасти. Не сказать, что идти в гору было просто, но теперь, по крайней мере, шанс свалиться с края был минимальным. Стрэйб шёл с явным трудом, всё чаще и чаще останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Чем выше они поднимались, тем воздух становился более разрежённым, так что дышать становилось всё сложнее.

- Ты вообще не устаёшь? – спросил гвардеец у своей спутницы на очередной остановке.

- В лесу я каждый день ходила, лазала и прыгала по деревьям до заката, наблюдая за зверями и охотниками, что заходили к нам, – она пожала плечами. – Я привыкла долго быть на ногах.

- А я привык сидеть в трактирах, – Атон тяжело вздохнул и ухмыльнулся. – Но привычкам нужно иногда изменять.

- Тра-к-тир, – по слогам проговорила друидка. – Что это?

- Это такой большой дом, – чуть подумав, заговорил Стрэйб, – где собирается много людей. Они там беседуют, пьют, едят, отдыхают.

- Тогда зачем вам те маленькие кубы с прозрачными квадратами? – с удивлением спросила Авива.

- С окнами, – поправил Атон. – Это называется дом. В доме люди живут, спят и тоже отдыхают, когда не хотят идти в трактир.

- Ок-на, – повторила она. – Как по мне, жить в доме не так хорошо, как на природе.

- Возможно, ты и права, – Стрэйб усмехнулся. – Только не всех, как тебя, воспитывал огромный лис.

После подъёма на неведомую высоту, они вышли на небольшую площадку – словно какой-то великан срезал с горы её верхушку. С этого места открывался ещё более умопомрачительный вид. Теперь они могли видеть вершины более низких гор, и каменное плато в самом низу стало ещё более неразличимым. А перспектива падения ещё более пугающей. Подняв голову в небо, Атон заметил на фоне серого неба орла, который безмятежно летел вперёд, не обращая внимания на двух путников. Стрэйб и до этого видел местных обитателей, пару раз он замечал козлов, один раз им на дорогу вышел баран – правда, тут же скрылся. А ещё, почти перед самым подъёмом, гвардеец слышал странный рёв, в котором его спутница узнала рысь. Никаких необычных обитателей капитан пока не видел. Хорошо это или плохо, он сказать не мог.

- А кто здесь ещё обитает? – заговорил Атон, когда они остановились, чтобы пообедать. – Ну я имею виду таких, как грифоны.

- Опять будешь сказки свои рассказывать? – Авива сузила глаза и с недоверием глянула на гвардейца.

- Нет, – честно ответил Стрэйб. – Мне же нужно знать, чего ожидать от этого места.

- Здесь много кто обитает, – чуть подумав, заговорила друидка. – Среди самых верных слуг владыки, помимо грифонов, есть ещё нетопыри – большие летучие мыши, горные кентавры – они отличаются от лесных собратьев тем, что они не полулошади, а полубараны; великаны – но они живут в самом сердце этих владений. Ещё есть грозовые орлы, но их осталось совсем мало. Большая часть из них перебралась во владения песка и ветра. Среди тех, кто просто живёт своей жизнью и кому безразлично, есть ли владыка или нет, это ламии – крайне коварные создания, кобальты, хихи.

- Понятно, – Атон тяжело вздохнул и нервно рассмеялся. – Всё, что я считал вымышленным и нереальным, оказывается, собралось здесь.

- Господин Адэхи рассказывал, что люди верят в город на небе и бородатого человека, что правит там, – Авива по-детски склонила голову к плечу. – Вы верите в это, но не верите в грифонов и ламий?

- Это немного другое, – Стрэйб опустил голову. – Нам с детства рассказывают, что мужчина на небе реален, нас водят в места, которые считаются его земным домом, нам говорят, что если не верить в него, то можно попасть в жуткое место, наподобие того, где огонь. А вот с верой в грифонов и прочих… местных жителей с точностью наоборот. Если ты будешь всем говорить о том, что встречал кентавра или говорящего кота, то тебя будут считать сумасшедшим.

- Странные вы, – хмыкнула Авива и откусила от яблока, которое до этого держала в руке.

После небольшого перекуса путники отправились дальше. Теперь их путь лежал вниз по склону. Спускаться было так же непросто, как до этого подниматься. Дорога под ногами то и дело скользила, вездесущие камни не давали твёрдо поставить ногу, а любая попытка ускорить шаг оборачивалась потерей равновесия. Даже Авива, с её лёгкостью и грацией, пару раз едва не рухнула лицом вперёд, что уж говорить о неуклюжем и крупном капитане гвардии, который, ругаясь и проклиная всё на свете, шаг за шагом следовал за своей спутницей.

- Там впереди будет плато, – окликнула его шагавшая впереди друидка. – Оно небольшое, но в конце его будет вход в сеть пещер. Думаю, стоит там отдохнуть.

От последних слов Атон поднял голову к серому небу и усмехнулся.

- Здесь нет даже намёка на солнце, – заметил он, обходя большой камень. – И за всё время, что мы здесь ходим, я так и не понял, день сейчас или ночь.

- Здесь нет этого, – чуть подумав, ответила Авива. – Так как это просто не нужно. Здесь нет людей, которые живут по глупым правилам дня и ночи, а другие обитатели вольны сами выбирать, когда им спать, бодрствовать или охотиться.

- А что с погодой, – спросил Стрэйб, – она-то хоть здесь меняется?

- Здесь бывают дожди, – не оборачиваясь, ответила друидка, – но очень редко. Здесь достаточно горных ключей и озёр, которые никогда не пересыхают.

- Удобно, – хмыкнул Атон и тут же выругался, в очередной раз налетев ногой на острый камень.

Когда спуск с горы наконец закончился, гвардеец и его спутница вышли на небольшую каменную полянку, длиной шагов в пятьсот, и шириной около ста. В конце этой площадки действительно виднелась очередная гора, ещё выше той, с которой они только что спустились. Благо, как и сказала Авива, в самом её центре виднелся чёрный проход.

- Ты умеешь видеть в темноте? – спросил Стрэйб, заглядывая в пещеру.

- Нет, я к сожалению, не животное, – друидка смело шагнула в проём, – но в свете у нас недостатка не будет.

- А мы местных обитателей не потревожим? – шёпотом спросил гвардеец, идя вслед за своей проводницей.

- На нас метки леса, – в тон ответила девушка. – Никто из местных не тронет нас, можешь не бояться.

- Я и не боюсь, – буркнул Атон.

Когда света снаружи уже стало не хватать, и Стрэйб решил спросить свою спутницу, что им делать, он вдруг осёкся, так и не раскрыв рта: впереди ему почудилось тусклое свечение. Пройдя чуть вперёд, Атон понял, что ему не показалось. За поворотом, где пещера немного расширялась, было светло как днём, а всё оттого, что по шершавым стенам росло что-то похожее на мох – только сине-фиолетового цвета и источающее слабый свет.

- Мох-светляк, – пояснила друидка, когда её спутник нерешительно потыкал пальцем в светящейся ком. – Думаю, здесь можно и отдохнуть.

- Согласен, – кивнул гвардеец и с облегчением сбросил всю свою поклажу возле стены. – Мы шли только по одному туннелю, а значит, со спины незаметно к нам никто не подберется.

Разложив спальник и наконец спокойно усевшись на него, Атон почувствовал, как гудят его ноги, словно до этого они специально молчали, выжидая нужного момента, который, судя по всему, теперь настал. Скинув сапоги и немного размяв ступни, гвардеец почувствовал неприятную пульсацию, и, чтобы хоть немного её приглушить, достал из сумки флягу и сделал добрый глоток. Авива же тем временем с интересом наблюдала за ним, поедая какие-то ягоды, которые достала из своей сумки.

- Что-то не так? – спросил Стрэйб, когда тёплый ком упал в живот.

- Просто смотрю, – ответила друидка и кивнула на ноги. – Болят?

- Я привык к долгим походам, но не по горам, – Атон усмехнулся. – Немного отдохну и буду как новенький.

Отобедав уже остывшей, но всё ещё вкусной картошкой и куском сыра, Стрэйб выпил ещё немного медовухи, так что в одной из фляг осталась лишь половина, и собирался ложиться, чтобы хоть немного отдохнуть после насыщенного дня в этих владениях. Когда гвардеец уже собирался залезть в свой спальник, то заметил, как Авива, положив под голову плащ, собирается улечься на камни.

- Ты прямо так спать собираешься? – ошарашено спросил гвардеец.

- Да, – недоуменно протянула Авива. – Я всегда сплю на земле. Правда, обычно на траве, но…

- Нет, так дело не пойдёт, – Стрэйб выбрался из спальника и указал на него своей спутнице. – Я не смогу нормально спать, зная, что ты лежишь на земле.

- Почему? – друидка вновь по-детски склонила голову к плечу.

- Рыцарь не имеет права спать на кровати и есть суп, когда знает, что женщина, старик или ребёнок нуждаются в этом больше, – пожав плечами, ответил гвардеец. – По крайней мере, так мне говорил мой наставник.

- Он был хорошим человеком? – спросила вдруг девушка, с интересом изучая предложенное ей спальное место.

- Не знаю, – честно ответил Атон. – Но командиром был образцовым.

Пока Авива разбиралась, как устроен спальник, Стрэйб разложил свой плащ, предварительно убрав из-под него все камни, и, положив под голову мешок с одеждой, блаженно вытянул ноги.

- Если вдруг что-то услышишь, то…

Когда Атон повернулся к своей спутнице, то увидел, что она уже крепко спит, закутавшись в мешок по самый нос.

- Ну вот, – тихо усмехнулся гвардеец, – а говорила, что не устаёт.

Едва голова капитана коснулась импровизированной подушки, он тут же уснул. Во сне видел, как сидит в трактире, а миловидные девушки-официантки вереницей несут к его столу кувшин за кувшином так любимого им сладкого мёда.

ГЛАВА 5. СПАСЕНИЕ

Горные владения

Первым на ногах оказался Атон, через несколько секунд, шипя словно кошка, из спальника выбралась Авива, схватила свой посох, что лежал рядом, и встала рядом со своим спутником. Гвардеец и друидка ждали того, кто, абсолютно не скрываясь, шёл к ним из глубины пещеры, издавая при этом очень громкое… цоканье.

“Говорила, что бояться некого, а сама стоит со своей палкой, готовая к бою”.

Рука капитана крепко сжимала рукоять меча, готовая в любой момент выхватить острую сталь для защиты. Единственная проблема, которую видел для себя гвардеец – это узкое пространство, в котором с лёгкостью можно было вместо врага ударить мечом в стену или вовсе – зацепить спутницу.

Цоканье неумолимо приближалось, и через пару ударов сердца к ним вышел… очень высокий мужчина, которому приходилось немного пригибаться, чтобы не задевать головой потолок. Атон, который толком не успел удивиться, что здесь делает человек, почувствовал, как по его спине прокатился холод, ноги невольно ослабли, а рука чуть не до судороги сжала холодную рукоять. Когда “мужчина” сделал ещё пару шагов вперёд, полностью выйдя на свет, исходящий от мха, гвардеец понял, что ошибся, хоть и несильно. Это действительно был человек – с грубыми чертами лица, длинными белыми волосами, струящимися по широкой спине едва не до поясницы, мощной челюстью, слишком сильно выдвинутой вперёд, непомерно крепким телом и руками. Мужское тело прямо-таки воплощало женские мечты, но лишь до пояса – ибо дальше начинался густой бело-серый мех, покрывающий мощное баранье тело на четырех согнутых ногах, оканчивающихся раздвоенными копытами. На зверином теле с левой стороны были прикреплены ножны, почти во всю длину немалого туловища, из которых торчала очень длинная рукоять.

Горный кентавр остановился в нескольких шагах от людей. Вначале он холодным взглядом осмотрел мужчину, который так и замер в полной готовности ко всему, не зная, чего ожидать. А после его взгляд упал на девушку, которая уже выпрямилась, приняв расслабленную позу и слегка улыбаясь.

- Cyfarchion, plentyn ygoedwig (Приветствую тебя, дитя леса), – произнес кентавр низким голосом и приветливо кивнул.

- Helo, Prif Coed Yarwood (Здравствуй, вождь Ярвуд), – в тон ответила друидка и тоже кивнула.

- Nidyw eichmeistr gydachi, ondmae ydyn hwn(С тобой нет твоего владыки, но есть этот человек), – чёрные глаза кентавра вновь обратились к гвардейцу. – Pam wnaethoch chi ddod ag ef i'n mynyddoedd? (Зачем ты привела его в наши горы?)

- Daethyma ichwilio amgoron oolau amei feistr(Он пришёл сюда в поисках короны света для своего господина).

Кентавр, что до этого лишь безразлично оглядывал людей, теперь смотрел на них более заинтересованным взглядом.

- Моё… имя… Ярвуд, – с явным усилием заговорил он на человеческом. – Я… вожак… племени.

- Атон, – голос гвардейца слегка дрогнул, капитан не ожидал услышать родную речь от кентавра. – Атон Стрэйб, рыцарь короля людей.

- То, что ты ищешь… нет здесь, – более чётко проговорил Ярвуд.

- О чём ты? – с непониманием спросил гвардеец.

- Цветок… давно не растёт. Gwrach (Ведьма) погубила… кровавая ворожба… взимает много…

Атон с трудом понял, о чём говорит ему кентавр. Но когда смысл сказанного до него наконец дошёл, вновь почувствовал слабость в теле – уже не от страха, а от отчаяния. Стрэйб и до этого вкушал горечь поражения, но нынешнее ему почему-то показалось хуже всех предыдущих. Возможно, это было напрямую связанно с тем, кто и зачем поручил ему эту задачу. Атон родился и прожил всё детство в бедном квартале столицы, и жил бы там до сих пор, если бы после череды совпадений, где он чуть не лишился руки, он не стал бы рыцарем, а после – капитаном королевской гвардии. Главную роль в его становлении на правильный путь сыграл принц Балдер, который помогал бывшему оборванцу по доброте душевной, ничего не требуя взамен.

“Вот же, чёртова удача. Неужели она не видит, что именно сейчас мне она нужна как никогда? Изменчивая шлюха”.

- Ydychchi'nsiwr amhyn? (Ты уверен в этом?) – вновь заговорила Авива на неведомом для Атона языке.

- Ie (Да), – кивнул кентавр. – Раньше он рос… много… Gwrach (ведьма) стала наглее… цветок и многое другое погибло…

- Yna wrth (Тогда), – девушка на секунду замялась. – Yna mae angen i ni ofyn i'r arglwydd anfon atom i feddiant eraill (Тогда нам нужно просить владыку отправить нас в другие владения).

- Dyna syniad da (Это хорошая мысль), – на лице Ярвуда появилась улыбка, больше похожая на оскал. – Meddu ar ddŵr. Mae eu harglwydd yn ifanc, ond mae'n gwarchod ei diroedd yn genfigennus iawn. Rwy'n credu y bydd yr un llosg haul yno (Владения воды. Их владыка молод, но свои угодья охраняет очень ревностно. Думаю, что опалённый солнцем будет там).

От услышанного Авива засияла улыбкой. Она повернулась к Атону, который стоял хмурый, словно туча, держа в руке свою любимую флягу, и рассказала ему о том, где всё же можно найти цветок.

- Первый блин комом, – пожал плечам Стрэйб, почему-то не испытывая радости от услышанного. – Так значит, нам всё равно нужно к местному владыке?

- Да, – кивнула друидка. – Мы попросим его открыть переход во владения воды.

- Но если там одна вода, – гвардеец подозрительно сузил глаза, – то как мы сможем там находится?

- Там есть земля, правда, её немного. Когда я последний раз была в тех владениях, я видела пару островов, на которых было множество растений, которые я не встречала даже в лесу моего господина.

- Вы… направляетесь к i'r rhyfelwyr nefol (небесным воителям)? – спросил Ярвуд.

- Да, – кивнула друидка, – я хочу просить грифонов о помощи.

- Это мудро, – кивнул кентавр. – Разрешите… проводить вас?

- Конечно, – на лице Авивы появилась улыбка. – Byddwn yn falch o'ch cwmni, Prif (Мы будем рады твоей компании, вождь).

Атон от предложения был не в большом восторге, но решил промолчать. Лишь начал сворачивать их маленький лагерь.

Ярвуд шёл впереди, ему приходилось нелегко в этих узких туннелях. Но он молча шагал вперёд, ни на что не жалуясь. За ним следом шла Авива, выглядевшая на удивление бодрой, в отличие от всего спутника. Стрэйб, идя последим, зевал и немного клевал носом, мечтая о том, чтобы ещё хотя бы часик полежать с закрытыми глазами.

Атон, наверное, так и грезил бы о сне, ведь полумрак вокруг и размеренный цокот к этому полностью располагали, если бы в смежных туннелях, которые начали появляться тут и там, не начал звучать смех. Поначалу гвардеец думал, что ему просто мерещится, ведь ни Ярвуд, ни Авива ничем не выдавали, что слышат то же самое. Но когда странные смешки зазвучали всё чаще и ближе, становясь всё более злорадными, остатки сна пропали. Им на замену пришёл инстинкт, который требовал схватиться за меч.

- Это кобольды, – пояснила друидка, когда Стрэйб спросил её о странных звуках. – Они собирают разные блестящие вещи, прячут их, а после охраняют от других.

- Они не… воины, – подал голос Ярвуд, – но они… ловушки ставят… берегут добычу.

Сеть туннелей закончилась внезапно. Атон и Авива увидели бы выход и раньше, если бы впереди не шёл высокий кентавр, поэтому свет снаружи ударил им по глазам неожиданно, едва Ярвуд вышел из пещеры и перестал заслонять его. Когда Стрэйб вышел под серое небо и привык к свету, который шёл неизвестно откуда, он огляделся. Всё вокруг было таким же, как и несколько часов назад, когда они остановились в пещере на отдых. Единственное, что поменялось, этой пейзажи гор, что виднелись вдалеке, и дорога, по которой им предстояло идти. Она выглядела относительно гладкой, если не считать небольших трещин и множества булыжников, свалившихся с соседних склонов, но в целом Атон был рад, что не придётся вновь карабкаться в горы, а после спускаться по ним.

- Гнездо rhyfelwyr nefol (небесных воителей) недалеко, – сообщил Ярвуд и пошёл первым.

Когда на кентавра перестали давить стены и потолок, он смог выпрямится во весь свой немалый рост и расправить широкие плечи, отчего стал выглядеть ещё более могучим и грозным.

“Если бы я с ним вступил в схватку один на один, у меня не было бы и шанса на победу. От ударов этого гиганта не защититься и не увернуться. Не хотел бы я разозлить его”.

Пока они шли, Атон поглядывал на небо – он хотел первым увидеть величественных грифонов и понять, похожи ли они на описание из сказок или нет. Спрашивать об этом Авиву он не решался, боялся вновь оскорбить ее своим невежеством. Поэтому просто шёл и пытался высмотреть их в небе, не забывая иногда поглядывать под ноги.

- Ярвуд, – друидка обратилась к кентавру. – Как вы нас нашли?

- Орёл, – он указал пальцем в небо. – Он следовал… когда вы прибыли… а когда вы пришли к моей tiriogaethau (территории), он полетел ко мне. Я хотел видеть… кто это… Он сказал, что это plentyn y goedwig (дитя леса), но с ней какой-то person (человек).

- Кентавры умеют говорить с животными? – шёпотом спросил Атон, когда поравнялся со своей спутницей.

- Нет, – покачала головой она. – Они, как и я, могут их лишь понимать, но говорить на их языке мы не умеем.

- Ты тоже так умеешь? – ошарашенно спросил гвардеец.

- Я владею ворожбой своего господина, – буднично ответила она. – Я понимаю животных, они понимают меня, но говорить на волчьем или на птичьем я не умею.

- Не знал, что звери переговариваются между собой, – хмыкнул Атон.

- Не все. Некоторые подают знаки звуками, или чем-то другим. Но есть и те, кто прекрасно владеет речью, просто не все её понимают.

Стрэйб хотел спросить что-то ещё, но не успел. Авива замерла и пристально уставилась на Ярвуда, который застыл в напряжённой позе и смотрел куда-то влево. Проследив за взглядом кентавра, гвардеец заметил, что на соседнем склоне, который шёл параллельно их пути и был выше на несколько метров, кто-то очень быстро передвигался в том же направлении, что и они. Стрэйб насчитал пять силуэтов: они двигались довольно быстро, но при этом их способ передвижения был больше всего похож на… змеиный.

- Ламии, – проговорила Авива, с интересом наблюдая за удаляющимися змеями. – Разве они здесь обитают?

- Na (Нет), – сквозь зубы ответил Ярвуд. – Lleolir eu tiriogaeth yn nyfnderoedd y mynyddoedd (Их территория находится в глубинах гор), – кентавр продолжал наблюдать за почти скрывшимися из виду змеелюдьми. – Maen nhw'n hela, ond pwy? (Они охотятся, но на кого?).

Атон хотел спросить, чему так обозлился их четвероногий спутник, но не успел. По ушам ударил пронзительный птичий крик. Все трое резко подняли головы к небу. Кентавр, и до этого выглядевший грозно, стал походить на разъярённого быка, лицо Авивы тоже исказилось в злобе, а руки добела сжали посох. Только Стрэйб, не до конца понимая, что происходит, с приоткрытым ртом наблюдал за картиной, представшей в небе перед их глазами.

Примерно в километре от них разворачивалась настоящая схватка. Над горами кружило десять силуэтов. Три были очень большими, и в них прекрасно различались могучие крылья, мускулистые тела и орлиные головы, а вот семь остальных были куда мельче, но им это нисколько не мешало пикировать и нападать на куда более крупных противников.

“Какого чёрта там…”

- Creaduriaid Vile! (Мерзкие твари!), – взревел Ярвуд, со свистом выхватывая свой огромный меч и сжимая его в могучих ручищах. – Angenfilod Gwaedlyd (Кровавые монстры!)

С этими воинственными криками, непонятными Стрэйбу, кентавр сорвался с места и понеся вперёд, оставляя за спиной тучи пыли. Авива, ничего не говоря, рванула за ним. Атону же, который пребывал в полном неведении, ничего не оставалось, как бежать вслед за ними и мысленно готовиться к бою с неведомым противником. Друидка не могла догнать Ярвуда, который, словно стрела, умчался вперёд. Стрэйб не мог догнать Авиву, хотя бежал на пределе возможностей и, словно грациозный олень, перепрыгивал щели и огибал крупные валуны. Чем ближе они подбирались к месту воздушного боя, тем громче звучали птичьи крики, и тем больше они видели деталей происходящего.

В небе действительно кружили три огромных грифона: с бело-серым, черно-красным и жёлто-белым оперением. Рядом с ними, словно назойливые мухи, летали незнакомые Стрэйбу существа странного вида. Тело словно принадлежало летучей мыши, только очень большой, ноги и лапы были чрезвычайно длинными и имели по четыре пальца, оканчивающихся длинными когтями, а вытянутая морда имела мощные челюсти, плоский нос и венчалась длинными торчащими ушами. Что это были за существа, Атон не знал, да и знать ему это было и не нужно. Ясно было только одно: эти уродливые твари напали на грифонов, и гордые птицы сейчас от них отбиваются.

Когда гвардеец оказался на поле битвы, трое из семи нападавших чудищ уже пропали с неба. Сбросив вещи и выхватив меч, Атон быстро огляделся, оценивая обстановку. Первым он увидел Ярвуда, гигантский меч которого летал по воздуху, словно пушинка, и пытался зацепить двух уродливых существ, что кружили над ним и изредка пытались напасть. Затем он повернул голову чуть левее и увидел Авиву. Вокруг неё, словно выжидающий тигр, ходила ещё одна из этих тварей и смотрела на свою жертву безразличными красными глазами. Когда друидка в очередной раз попыталась ударить неведомую тварь своим посохом, та ловко отскочила в сторону, и в ответ взмахнула длинной лапой. Девушка вскрикнула и повалилась на землю, тварь же, поняв, что её противник более не опасен, пошла в наступление.

Если бы у Стрэйба спросили, как он в два удара сердца преодолел немалое расстояние и оказался возле своей спутницы, закрывая её от неведомого монстра, он бы не ответил. В нём пылало столько гнева и злости, что он просто не видел вокруг себя ничего, кроме гнусной твари, что напала на девушку. Оказавшись возле чудища, Атон закрыл собой всё ещё лежавшую на земле Авиву, и, покрепче взявшись за меч, напал сам. Стрэйб, несмотря на пылающий в нём гнев и бурлящий адреналин, бил не наобум, а целясь в жизненно важные точки: глаза, шею, сердце. Поначалу твари хватало ловкости уворачиваться, но когда она упёрлась спиной в небольшой валун, то замешкалась, чего гвардейцу хватило с лихвой. Атон добела сжал рукоять своего верного меча и ударил наискосок, целясь по шее.

Удар достиг цели, только пострадал не монстр, а капитан. Меч отскочил от шкуры зверя, и весь импульс удара ушёл в руки гвардейца. От резкой боли у Атона помутилось в глазах, но меч он не выпустил. Кожа существа оказалась не просто твёрдой, она была каменной. Когда четкость зрения вернулась к Стрэйбу, он вновь взглянул на существо – теперь более трезвым взглядом, и понял, что перед ним в прямом смысле живой камень, который, словно верёвки, оплетали красные жилы.

Существо, видимо, поняв, что враг перед ним не может нанести ему вреда, зло оскалило пасть, в которой торчал ряд клыков, таких же серых и каменных, как и всё тело, и начало наступать. Атон отступал, лихорадочно думая о том, как можно навредить камню.

“Думай, думай, думай, чёрт тебя дери”!

Придумать Стрэйб ничего не сумел – точнее, ему просто не дали на это времени. Тварь, наконец набравшись смелости, прыгнула, издавая при этом странный хруст трущихся друг о друга камней. Гвардеец, благодаря своим профессиональным навыкам и опыту, легко увернулся от прямолинейного удара, и тут же совершил прежнюю ошибку. Атон понял, что именно делает, когда меч уже летел сверху вниз на шею зверя, целясь в одну из его красных жил, которых больше всего было именно на спине и затылке.

Меч ударился о шею монстра и вновь, звеня, отскочил, но не так сильно, как в первый раз. Зверь же, что до этого не чувствовал ударов, взвыл, а из перерубленной жилы хлынула кровь. Монстр отпрыгнул на несколько шагов от человека и замахал сложенными до этого крыльями. В глаза гвардейца полетела пыль и грязь, и ему пришлось прикрыть их, потеряв врага из виду. Атон уже слышал, как зверь оторвался от земли, и был готов вот-вот ощутить на себе удар каменных лап, но внезапно над самой головой раздался пронзительный птичий крик, и его обдало ещё более сильным вихрем, только уже сверху.

Когда Стрэйб смог немного приоткрыть глаза и посмотреть на то, почему он до сих пор ещё жив, то увидел улетающего от него грифона, в лапах которого, словно игрушка, болтался каменный монстр. Черно-красный гигант отлетел подальше от гребня горы и, повиснув над бесконечной длинной пропастью, сжал лапы. Чудище не успело даже вскрикнуть – меньше, чем через секунду, оно бесформенной грудой обломков уже летело вниз. Расправившись с монстром, грифон грациозно взмахнул крыльями и полетел куда-то вперёд, видимо, за очередной жертвой.

Атон, проводив взглядом своего спасителя, быстро огляделся и поняв, что больше каменных тварей нигде не видно, бросился к Авиве.

- Ты как? – чуть запыхавшись, спросил гвардеец, когда оказался возле друидки.

- Ногу оцарапал, – она указала на три свежие борозды чуть ниже колена. – Ничего страшного.

- Понятно, – кивнул Атон и подхватил девушку на руки.

Авива от неожиданности вскрикнула и обвила руками крепкую шею мужчины.

- Что ты делаешь? – с тревогой в голосе спросил она.

- Я бросил сумки чуть дальше, – невозмутимо ответил Стрэйб. – Там у меня есть бинты, чтобы перевязать тебе ногу.

Судя по глазам девушки, она явно хотел спросить об этих загадочных бин-тах, но промолчала. Усадив раненную девушку на камень побольше, Атон быстрым шагом дошёл до брошенный поклажи и, немного порывшись в ней, нашёл тот самый заветный мешочек, который служил ему походной аптечкой. Авива с неподдельным интересом наблюдала за манипуляциями своего спутника.

- Холодно, – сказала она, когда Атон наносил на её раны мазь.

- Чтобы нога не болела, и не пошло заражение, – пояснил он.

Затем она наконец увидела бинты, о которых хотела спросить. Стрэйб, не жалея рулона, плотно обмотал ногу девушки и, когда уточнил, не туго ли ей, помог подняться на ноги.

- Это ворожба людей? – спросила друидка, разглядывая забинтованную ногу.

- Люди не умеют ворожить, – ответил гвардеец, убирая всё обратно в сумку. – Но мы умеем лечить. До профессиональных лекарей мне далеко, но такое я могу подлатать.

- Спасибо, – Авива широко улыбнулась, показав белые зубы. – И за лечение, и за спасение.

- Пустяки, – ухмыльнулся Атон. – Рыцари так и должны…

Договорить Стрэйб не успел, ибо увидел, что прямо на них летят три грифона, которые до этого с лёгкостью крошили каменных монстров, словно орехи. Гвардейца и друидку обладало пылью и мелкими камешками, когда три крылатых гиганта приземлись в нескольких шагах от них. Атон смотрел на грифонов и чувствовал, как его сердце с каждой секундой всё больше замедляет ход, а по спине потекли ручейки пота. Вблизи эти гиганты были ещё более грозными, чем, когда они кружили в небе. Мощные жёлтые клювы, пронзительные чёрные глаза, мускулистые тела, покрытые блестящим оперением, и огромные лапы, толщиной со ствол дерева. В высоту эти “птички” достигали примерно двух метров, отчего они гордо возвышались над обоими пришельцами, что оказались на их территории.

Когда Стрэйб уже хотел спросить у Авивы, что им делать, от хозяев здешнего неба вперёд вышел один, чёрно-красный – именно тот, который спас капитана от каменного монстра. Этот грифон, помимо красивого яркого оперения, имел так же скол на кончике клюва, и на его груди, несмотря на густо растущие перья, виднелось множество шрамов.

“Вожак. Почему-то именно он внушает мне больше всего страха и уважения”.

Грифон медленно подошёл к людям, неотрывно наблюдая за ними, а когда расстояние между ними сократилось до шага, вожак, склонив голову чуть вбок, ткнул своим обломанным клювом в плечо мужчины, после чего коротко что-то пискнул.

- Он благодарен тебе за помощь, – раздался по правую руку голос друидки.

- Ты их понимаешь? – сквозь зубы проговорил Атон, пребывая в ошарашенном состоянии.

- Да, – кивнула Авива, а после обратилась к грифону. – Я рада приветствовать вас, вожак, – сказав это, она отвесила поклон.

Стрэйб, даже не задавая каких-либо вопросов, повторил за ней. Вожак медленно кивнул головой, после чего вновь издал пищащий звук.

- Нет, владыки Адэхи со мной нет, – друидка покачала головой. – Я прибыла сюда с человеком по имени Атон. Мы направлялись к вам с просьбой о помощи, но увидели ваш бой и поспешили на выручку.

Грифон вновь коротко вскрикнул и кивнул клювом в сторону дальних гор.

- Да, мы знаем о ваших проблемах с ведьмой, – вновь ответила Авива. – Да, мы пришли просить вас о помощи. Нам нужно попасть в самоцветные залы к владыке Элбану. Я хотела просить вас отнести нас туда.

Грифон пару раз щёлкнул клювом, переводя взгляд с девушки на мужчину, после чего вновь что-то сказал на своём птичьем языке, и, развернувшись, пошёл к остальным.

- Нам нужно идти за ними, – сказала друидка гвардейцу. – Им нужно проверить гнездо.

- Понятно, – усмехнулся Атон, а после секундных колебаний посмотрел на свою спутницу. – Те каменные монстры и были ведьмами?

- Нет, – Авива тихо рассмеялась. – Ведьмы больше походят на людей, хоть и сильно уродливых. Это были их творения, созданные кровавой ворожбой. Горгульи.

- Они могут оживлять камни? – удивился Стрэйб. – Я пару раз ударил ту тварь. Первый раз меч отскочил, а второй раз, когда я попал по красной жиле, она взревела.

- Ворожба ведьм способна на многое, – при этих словах друидка стиснула зубы. – Они могут вдохнуть жизнь в неживое, но для этого им нужно забрать жизнь, и, возможно, не одну, у живых. Чем отвратительнее их ворожба, тем больше жертв им надо.

- Но зачем они послали этих… горгулий к грифонам? – почёсывая небритый подбородок, спросил Атон.

- Не знаю, – покачала головой друидка. – Чтобы победить одного грифона, нужно куда больше этих тварей. Ведьма, которая послала их сюда, хотела чего-то, но явно не драки.

- Территорию? – предположил гвардеец.

- Нет, – лицо Авивы было серьёзным. – Эта ведьма явно прячется в глубоких пещерах, на открытой местности ей долго не протянуть, даже со своей мерзкой ворожбой. Владыка Элбан почувствует её присутствие и пошлёт за ней. В глубинах пещер она ещё может укрыться от его взора, затеряться среди камней и мелких существ, но не здесь.

Пока они шли, гвардеец и друидка думали каждый о своём. Авива думала о том, зачем и почему напали горгульи, Атон же думал о том, как он полетит на этих королях небес, что шли впереди них.

“Как вообще можно оседлать такого гиганта? Да и бог с ним оседлать, как на таком удержаться в полёте? Черт, на них же лететь придётся… Если с них упасть, то до земли лететь очень и очень долго”.

От этих мыслей Стрэйба передёрнуло, и он решил, что думать об этом он не хочет. Гордые птицы, если их так можно назвать, ещё не дали согласия. Атон даже малодушно начал думать о том, что лучше уж пешком пробираться до местного владыки, чем лезть на спины этих гигантов, а после лететь над безграничной пропастью.

Грифоны привели двух путников на небольшую возвышенность, находящуюся между двумя вершинами. Протиснувшись меж скалами, Стрэйб и Авива увидели крайне неоднозначную картину. Примерно в двадцати шагах от них находились три больших гнезда, сложенные из веток, камней и каких-то странных прямоугольных пластин бурого цвета. Возле гнёзд стояли ещё три грифона: серо-жёлтого, ярко-оранжевого и бело-чёрного цвета. Они были куда меньше тех, что привели их сюда, и это намекало на то, что троица, охранявшая гнёзда – самки. Возле ног одной из грифоних лежало два тела, залитых кровью. Поначалу Атон подумал, что это крупные, но обычные змеи, ведь он видел огромный чешуйчатый хвост, но приглядевшись, понял, что когда-то у них были человечьи тела, теперь превратившееся в кровавое месиво.

- Вот куда спешили ламии, – Авива тяжко вздохнула. – Они увидели бой и думали чем-то поживится в гнёздах, но им этого не дали самки.

Ламии действительно когда-то были похожи на людей, не считая, что человечье тело было наполовину покрыто чешуёй, а вместо носа имелись лишь два отверстия. Хотя это сейчас уже не так важно – две змеи мертвы, а остальные, видимо, поняв, что им не справиться, просто сбежали.

- А где Ярвуд? – Атон вдруг вспомнил о кентавре.

- Скорее всего, ушёл, – пожала плечами друидка. – Несмотря на то, что он помогал грифонам, они могли напасть и на него, ведь он зашёл на их территорию.

- Хорошая у них благодарность, – хмыкнул Стрэйб, всё ещё глядя на растерзанные тела ламий. – Спасибо, что с нами поговорить захотели.

- Мы другие, – Авива искоса глянула на гвардейца. – На нас метки леса, мы не жители этих владений, и грифоны знают меня и мои намерения.

Пока два человека вели свои беседы, грифоны тоже о чём-то говорили между собой. Хотя в основном говорили грифонихи, а мужья просто молча слушали их. Когда они закончили, голос подал красно-чёрный. Он говорил, меняя интонацию своих птичьих вскриков, иногда щелкая клювом. Пока он говорил, три грифонихи то и дело поглядывали на людей, причём в их чёрных глазах не было заметно особого радушия. Когда вожак замолчал, то он повернул голову к Авиве.

- Они зовут нас, – девушка толкнула спутника локтем. – Пойдём.

Едва они оказались возле гнёзд, под бдительным наблюдением трёх самок, лицо Авивы засияло, словно маленькое солнце.

- Яйцо! – с улыбкой на лице она кивнула в сторону крайнего гнезда.

И действительно, в самом центре немаленького гнёздышка лежало большое яйцо. Оно имело серо-жёлтую скорлупу и размером достигало почти полуметра.

- Теперь понятно, куда спешили ламии, и почему напали горгульи, – на выдохе произнесла друидка.

- Ну, со змеями всё понятно, – кивнул Атон, в очередной раз бросив взгляд на растерзанные тела. – А зачем яйцо ведьме?

- У грифонов очень редко появляется потомство, – начала пояснить Авива. – Господин Адэхи говорил, что, когда маленький грифон собирается покинуть своё яйцо, все остальные грифоны в стае улетают, остаются только родители. Маленький грифон привязывается только к тем, кого увидит в первые секунды после появления.

- Ведьма хотела иметь ручного грифона? – вскинув брови, спросил Стрэйб.

- Возможно, – девушка кивнула, и её лицо вновь помрачнело, – а может и что-то другое.

Уточнять, что именно, Атон не захотел, да и не успел, ведь голос подал вожак грифонов. Пару раз коротко вскрикнув и щёлкнув клювом, он и его собрат, имеющий жёлто-белое оперение, направились к небольшой площадке, свободной от камней и скал.

- Они согласились отнести нас к владыке, – Авива вновь расцвела. – Как давно я не летела.

- Да уж, – Атон глухо хмыкнул, – а я как-то вообще без этого обходился.

Выйдя в центр площадки, оба грифона слегка согнули лапы и стали ждать, когда два человека заберутся к ним на спину.

- Обхвати его шею, – советовала Авива сидя на спине черно-красного, – и ноги сожми посильнее. Они обещали, что полетят аккуратно.

- Ага, – буркнул Атон, – от этого стало легче.

Когда Стрэйб оказался на спине у жёлто-белого великана, он почувствовал силу, которой тот обладал, но также он почувствовал мягкость и нежность его перьев.

“Просто представь, что ты на коне. На пернатом коне с крыльями, и всё будет хорошо”.

Когда оба всадника оказались на своих скакунах, грифоны выпрямились, чем заставили людей покачнуться, а Атона и вовсе ещё крепче вжаться в мощную шею грифона. Примерившись к весу своего груза, гордые цари небес расправили крылья и, взяв небольшой разбег, взмыли в небо, унося путников от их гнездовья туда, где их ожидал властитель этих горных хребтов.

ГЛАВА 6. ЖИВАЯ СКАЛА

Горные владения – Водные владения

Атон никогда не испытывал страха высоты. В детстве он и его друзья часто прыгали по крышам зданий, которые могли обвалиться в любую минуту. Они лазали через заборы и даже забирались на колокольню, откуда им потом пришлось бежать, спасаясь от разгневанных стражников. Но сейчас Стрэйб, капитан королевской гвардии и рыцарь его величества, прижимался к могучей спине крылатого создания, намертво обхватив его шею, и старался не открывать глаза, насколько бы велик ни был соблазн.

Авива же вела себя с точностью до наоборот. Стиснув ногами бока вожака, она расцепила руки и с широкой улыбкой подставляла лицо потоку ветра, широко раскрытыми глазами глядя на то, как под ней и её грифоном проносятся равнины и скалы, не обращая внимания на слезящиеся глаза. Авива с ранних лет любила лазить по деревьям, сидеть на ветках и следить за тем, как в небе над её головой летают птицы. Она всегда мечтала так же, как они, расправить крылья за спиной и взлететь. Владыка Адэхи не мог научить летать того, кому это не дано, но он мог отвести к тому, кому это право даровано с рождения. Именно тогда, ещё маленькой девочкой, она впервые и познакомилась с грифонами. По просьбе владыки они позволили ей оседлать себя и полетать с ним в небе. Это был один из лучших её дней в жизни. Никогда и нигде прежде она не ощущала себя столь свободной, как в небе.

Полёт продлился не так долго, как хотела Авива, и довольно быстро – как хотел Атон. Если бы гвардейцу и друидке пришлось идти пешком, они бы не управились и за месяц, но благодаря царям небес они одолели это путь меньше, чем за десять минут. Стрэйб впервые открыл глаза лишь тогда, когда грифон начал снижаться. Гвардеец подумал, что они падают и ещё сильнее стиснул шею своего “скакуна”, на что тот неодобрительно вскрикнул, но поняв, что они просто снижаются, Атон с облегчением выдохнул и немного ослабил объятия.

Грифоны одновременно повернули в сторону огромной бирюзовой горы, на которую показывала друидка Атону, когда они только прибыли, и через несколько минут мягко приземлились на широком уступе. Стрэйб, с трудом расцепив затёкшие руки, медленно ступил на твёрдую землю, чувствуя, как дрожат колени. Он склонился, чтобы немного унять мелкую дрожь, что внезапно принялась колотить его. Авива же с лёгкостью кошки спрыгнула с вожака и аккуратно потрепала его по шее.

- Спасибо вам, – поблагодарила она грифонов.

Гордые хозяева небес что-то крикнули ей в ответ, а после, взмахнув могучими крыльями, обдав пылью двуногих созданий, взмыли в небо и направились обратно, к своим гнёздам и самкам.

- Как тебе? – спросила друидка, поправляя у себя на плече сумку.

- Очень… захватывающе, – едва держа голос в узде, отозвался Атон.

- Нужно будет просить господина Адэхи заглядывать к ним почаще, – мечтательно протянула девушка. – Я очень хочу посмотреть на малыша, но и от полётов не отказалась бы.

- Да, – кивнул гвардеец, вставая на ноги. – Обязательно попроси. Только уже без меня.

Когда Стрэйб наконец обрёл уверенность в ногах и понемногу унял колотящиеся сердце, он огляделся. После полёта на грифонах Атона уже мало чем можно было удивить или напугать, но то место, куда они прилетели, действительно вызывало восхищение. Они находились в горе, но только не в пещере, а на огромной площадке, над которой всей массой нависала вершина со склонами. Если посмотреть со стороны, то могло показаться, что кто-то просто выгрыз кусок горы, только этот кто-то был чудовищных размеров. Каменный потолок весь был усыпан сталактитами и… Едва Атон смог разглядеть, кто висит рядом с каменными сосульками – все его тело напряглось, словно струна, и он машинально потянулся к арбалету, до сей поры мирно покоящемуся за спиной. На огромном потолке висели сотни, если не тысячи огромных летучих мышей размером со взрослую собаку.

- Что ты делаешь? – спросила друидка.

Стрэйб, ничего не говоря, молча кивнул ей на потолок. Авива, подняв голову, несколько секунд глядела, а потом перехватила руку гвардейца – тот уже снимал арбалет.

- Это не горгульи, а обычные нетопыри, – шёпотом ответила друидка. – Это стражи владыки. Если бы мы шли со злыми намерениями к господину Элбану, они бы уже давно все проснулись и напали на нас.

Атон посмотрел на Авиву и, увидев в её шоколадных глазах полное спокойствие, кивнул и медленно отпустил арбалет. Ничего более не говоря, друидка направилась с уступа на огромную площадку. Площадка была весьма обширной – шагов в тысячу, если не больше. С одной стороны она оканчивалась обрывом, с трёх других её закрывали естественными стенами склоны гор. Две стены были монолитными, и только в третьей, что находилась напротив уступа, была огромных размеров дыра, служившая входом в пещеру. Когда Атон оказался возле неё, то понял, что она куда больше, чем казалось издалека.

“Зачем здесь такой огромный проход? Неужели владыка Элбан таких колоссальных размеров? Или это к нему приходят столь высокие гости? Авива, кажется, что-то говорила о великанах”.

Друидка, не тушуясь, прошла внутрь пещеры, и её шаги разнеслись эхом в чернеющей пустоте. Стрэйб же идти на встречу с тем, кому нужна такая дверь, не спешил. Прежде чем догнать свою спутницу, Атон выловил в своей сумке флягу и пару раз приложился к ней. Лишь когда тело начало покалывать, он шумно выдохнул и зашагал во тьму. Тьма, правда, продлилась недолго. Они прошли не больше десяти метров, как вдалеке показался знакомый голубоватый свет, который через пять минут стал по-настоящему ярким. Светящийся мох рос буквально везде: потолок, стены, пол – всё было устлано им настолько плотно, что серые стены почти не были видны. Едва они ступили на этот мягкий ковёр, шаги их стихли, и пещера погрузилась в зловещую и давящую на рассудок тишину. Стрэйб почему-то не решался заговорить с Авивой и расспросить её о здешнем владыке – видимо, боялся потревожить здешнюю атмосферу. Гнетущую, но в тоже время по-своему прекрасную.

Туннель оказался невообразимо длинным, уходящим, наверное, в самое сердце горы. Но при этом прямым, словно стрела, отчего выход из него Стрэйб заметил ещё задолго до того, как они дошли. Титанический проход привёл гвардейца и друидку в огромный каменный зал, потолок которого поднимался куда выше, чем вход в туннель. Но колоссальные размеры всего вокруг сейчас меньше всего волновали Атона: он, словно юная дева, попавшая в лавку ювелира, рассматривал убранство этого места.

Потолок был малахитовым, с вкраплениями разных драгоценных камней, сверкавших, словно звёзды на небе. Малахит был всех цветов и оттенков, от чего на потолке вырисовывались необычайно красивые узоры. Зелёный потолок плавно переходил в янтарь и лазурит, которыми были покрыты стены. Синий смешивался с рыжим, делал плавные переходы, сливался и давал новые цвета. Одним словом, стены были столь прекрасны в отделке природных минералов, что сердце поневоле ускоряло бег от лицезрения такой красоты. Пол, как и всё в этой комнате, тоже был верхом искусства. Белоснежный, отполированный до блеска мрамор, переходил в чёрный, как сама ночь, гагат. Эти простые, но в то же время завораживающие цвета, сливались в причудливые картины, давая воображению разгуляться вволю. Этот зал освещался уже не мхом, а странными полупрозрачными минералами, висевшими тут и там, источающими свет, которого вполне хватало, чтобы вся эта умопомрачительная красота была освещена, не оставляя ни единого кусочка тени.

- Это, – с трудом заговорил Атон, не зная, за что зацепиться глазами, – просто превосходно.

- Это лишь один из самоцветных залов, – с лёгкой улыбкой ответила Авива, наблюдая за ошеломлённым лицом своего спутника. – А всего залов порядка ста, и все они разные.

- Я бывал в королевских дворцах, замках графов и герцогов, – Стрэйб присел, чтобы дотронуться до белоснежного мрамора и почувствовать его прохладу. – Я видел и золотые комнаты, и алмазные украшения, но никогда я не видел столь великолепного сочетания цветов, столь красивого и искусного использования камней. Это действительно потрясающее место.

- Спасибо, – раздался громоподобный голос.

Атон, всё ещё сидевший на корточках, вздрогнул и, не удержав равновесия, повалился назад. Оперившись руками о холодный шершавый пол туннеля, Стрэйб с расширенными до предела глазами оглядел весь зал, но никого не увидел.

- Владыка Элбан, – радостно выкрикнула в пустоту Авива. – Простите, что мы явились без приглашения.

- Для тебя, дитя леса, мои владения и залы открыты всегда, – вновь раздался рокочущий голос, отражающийся от стен пещеры.

Атон, который всё ещё не понимал, с кем говорит его спутница, и кто ей отвечает, сидел на пятой точке и бешеными глазами оглядывал весь зал, надеясь увидеть хоть кого-то. Едва Стрэйб собирался подняться на ноги и спросить Авиву, с кем она ведёт беседу, как впереди что-то шевельнулось. Гвардеец резко вскочил на ноги и всмотрелся в противоположную стену. Когда он смог понять, кто, а точнее что привлекло его внимание, волосы его поднялись дыбом, а всё тело от макушки до пальцев ног заледенело.

Гора шевелилась. Точнее будет сказать, что часть противоположной стены – но по размеру она напоминала небольшую гору. Вот от, казалось бы, монолитной стены отделилось что-то, напоминающее руки, затем почти у самого потолка показалась голова, а затем и могучие ноги, как каменные столбы, вышли из стены, словно она была иллюзорной. Два удара сердца – и вот на них идет живая скала. Каждый шаг отдавался гулом, сотрясая всё вокруг, каждое движение вызывало камнепад с огромных конечностей, а каждая попытка увидеть вершину этой горы заканчивалась неудачей.

Живая скала почти достигала потолка, в ширину занимала чуть меньше половины зала, но при этом шла так легко и непринуждённо, что невольно закрадывалась мысль о том, что каменный гигант ничего не весит. Живая гора остановилась в десяти шагах от людей, если мерить обычными шагами, и начала наклонятся. Комната наполнилась звуками падающих булыжников и скрежетом трущихся камней, отчего уши почти сразу заложило, а в затылке возникла неприятная боль.

- С тобой нет Адэхи? – когда вершина горы опустилась, Атон смог различить на её полукруглом пике подобие лица. Черные отверстия, вместо рта и носа, и два неимоверно ярко сияющих топаза, заменяющих глаза.

- Нет, владыка Адэхи остался в лесу, – Авива посмотрела на своего спутника. – Я путешествую с человеком по имени Атон Стрэйб. Он ищет для своего господина цветок, корону света.

- Человек? – в громогласном голосе владыки послышалось изумление. – Ищет цветок, что опалило солнце, – в пещере раздалось что-то наподобие смеха. – Тогда я должен рассмотреть его получше. Отойдите немного.

Гвардеец и друидка послушно выполнили просьбу, уйдя немного вглубь туннеля. Едва два маленьких человека оказались на безопасном расстоянии, живая гора произнесла.

- Trawsnewid. Ffurflen bach. (Преображение. Малая форма).

Сказав это, гора начала уменьшаться. Атон видел, как маленький лис превращается в огромного и наоборот, но смотреть на то, как огромная гора буквально тает на глазах, оказалось ещё более захватывающим зрелищем. Через несколько секунд гора уменьшилась вдвое, а еще через два удара сердца стала едва выше человека. Огромная и бесформенная скала стала походить на грубо высеченного ящера, спину которого прикрывал панцирь, как у черепахи. Две короткие ноги, две лапы, оканчивающиеся пятью толстенными пальцами; шеи, как таковой, не было, а круглая голова осталось почти неизменной – разве что два ярко-голубых топазовых глаза, которые всё ещё были на месте, значительно уменьшились в размерах, а форма “черепа” слегка вытянулась.

- Можете выходить, – раздался всё тот же голос владыки, только менее оглушающий.

Первой навстречу преобразившемуся Элбану пошла Авива, вслед за ней, всё ещё находясь под впечатлением, направился Атон.

- Авива, – каменная ящерица подошла к друидке и пронзительно посмотрела на неё своими топазовыми глазами. – Ты всё так же красива.

- Спасибо вам, владыка, – девушка улыбнулась и слегка поклонилась.

- А ты, значит, и есть Атон, – Элбан подошёл к Стрэйбу, остановившись почти вплотную и начал его разглядывать.

- Да, – робко отозвался гвардеец, замерев на месте. – Атон Стрэйб, владыка Элбан.

- Давно я не видел людей, – ящер дотрагивался до тела капитана, на что тот лишь молча вздрагивал, когда его касался холодный каменный палец. – К деве леса я уже привык, но ты другое, – поизучав ещё какое-то время тело Атона, Элбан наконец отошёл от него на шаг и посмотрел своими немигающими глаза в глаза гвардейца. – Так для чего тебе корона света, Атон Стрэйб?

- Я ищу её для принца, которому служу, – начал гвардеец, беря голос в узду. – Его жена больна и наши лекари не могут её вылечить. Меня послали на поиски девы, которой оказалась Авива, в лес, где, как оказалось, правит владыка Адэхи. Владыка леса, выслушав мою историю, сказал о том, что этого цветка нет в его владениях, но, возможно, его можно будет найти в ваших. По пути к вам мы встретили кентавра, вожака Ярвуда. Он сказал, что этого цветка нет и здесь, но посоветовал нам отправится во владения воды. Поэтому мы и здесь, владыка Элбан. Мы пришли просить вас о помощи.

Каменный ящер, несмотря на свои драгоценные глаза, смотрел очень пронзительно, внимая каждому слову. Едва Атон закончил, на лице ящера появилось подобие ухмылки и он, сплетя свои каменные пальцы на поясе, поднял голову к потолку.

- Люди, хрупкие создания, – заговорил он мечтательным тоном. – Вы живёте всего век, а то и меньше, что по меркам гор всего лишь мгновение. Но несмотря на это, вы цепляетесь за свою жизнь всеми силами, стараясь продлить её даже на несколько лет, – Элбан опустил голову и вновь посмотрел на гвардейца. Теперь на его лице отчётливо была видна улыбка. – Твоё стремление помочь продлить жизнь себе подобному похвально, Атон Стрэйб. Тот кентавр был прав, говоря, что цветка здесь более нет, но также он был прав и в том, что вам нужно отправиться к моему младшему брату, Броуку.

Элбан повернулся к Стрэйбу спиной и пошёл к дальнему правому углу своего зала, Авива и Атон молча последовали за ним. Пока ящер шёл, он взмахивал своей лапой, и те камни, что недавно падали с его могучего тела, рассыпались в пыль и пропадали, возвращая восхитительному залу его первозданный вид.

- Броук, несмотря на то, что он самый юный из нас, достаточно мудрый правитель, – говорил Элбан. – Он, в отличие от нас, сразу увидел в ведьмах угрозу и стал пресекать любые их попытки пробраться в его владения.

- Но я думала, что только владыки могут открывать проходы между владениями? – в голосе Авивы послышалось искреннее изумление.

- Да, это было так, пока ведьмы, когда-то имевшие хоть какие-то моральные принципы, не отбросили их и не заглянули за самую жуткую и мерзкую грань из всех возможных, – в голосе ящера послышались гневные нотки. – Они научились с помощью крови повторять символы перехода, а своей ворожбой заставлять появляться туннели – таким образом они научились без нашего ведома пробираться в наши владения.

- Мерзки твари, – прошипела друидка.

- Да, здесь ты права, – согласился ящер. – Броук, не смотря на свой юный, по нашим меркам, возраст, очень умело охраняет границы. На моей памяти ещё ни одна ведьма не смогла пробраться в его земли и остаться в живых, – Атон не видел лица владыки, но почему-то был стойко уверен, что на нём появилась ухмылка. – Думаю, если и искать нужный вам цветок – то именно в водных владениях. Это лучший выбор.

Добравшись до дальнего угла своего зала, Элбан обернулся и посмотрел на двух путников своими топазовыми глазами.

- Я открою вам проход, – кивнул ящер. – Но прежде чем вы уйдёте – не хочешь ли ты, Атон Стрэйб, посмотреть мои самоцветные залы? – владыка вновь ухмыльнулся. – Ты по достоинству оценил этот, самый малый из них, думаю, тебе придутся по нраву и другие.

- Спасибо за предложение, владыка Элбан, – гвардеец низко поклонился. – Но я не могу долго задерживаться у вас. С каждым днём жене моего господина всё хуже, а как вы сами сказали, мы очень хрупкие создания и в любой момент можем умереть, поэтому я не могу так рисковать.

- Что же, это достойный ответ, – ящер ухмыльнулся и, подойдя к стене, коснулся её лапой. – Dangos eich hun (Покажись).

Там, где лапа владыки коснулась стены, появилась трещина. Несколько секунд она разрасталась в разные стороны, формируя неровный квадрат. Когда он был завершён, кусок стены просто пропал, а в открывшейся выемке что-то лежало.

- На моём языке это dagr, на вашем же, кажется, кинжал, – Элбан пристально посмотрел на лицо ошарашенного Атона и улыбнулся. – Я хочу подарить его тебе, Атон Стрэйб. Ты достойный человек, что достойно оценил моё искусство, – лапа ящера обвела зал. – Прими его.

Стрэйб, не до конца осознавая, что происходит, сделал два шага вперёд и, протянув руку в небольшую нишу, извлёк оттуда подарок владыки. Холодная каменная рукоять, шершавая, но приятно лежавшая в руке, маленькая изогнутая гарда, украшенная разноцветными камнями, явно драгоценными, и змеевидное лезвие, сделанное из какого-то синего металла, по бокам которого были начертаны какие-то символы.

- Это замечательное оружие, – на выдохе произнёс гвардеец, примеряя его в руке. – Этот кинжал столь же чудесен, как и этот зал, владыка.

- Я плохо разбираюсь в вашем… оружии, но я знаю, что вы используете его взамен когтей и клыков, что у вас отсутствуют, – ящер улыбнулся, а после вновь повернулся к стене. – Ну а теперь проход, – владыка протянул свою лапу к стене и, начертав на ней пару символов, произнёс. – Twnnel at y dŵr, yn dangos eich hun. I eiddo pobl eraill, i gael drwy (Туннель к воде, покажись. До владений других проложись).

Стена, до этого казавшаяся монолитной, задрожала и начала отъезжать. С каждой секундой она всё больше углублялась, и вот спустя всего пару секунд окончательно пропала из виду, а стены и потолок образовавшегося туннеля на глазах начали обрастать светящимся мхом.

- Спасибо вам, владыка Элбан. – сказала Авива и поклонилась, Атон последовал её примеру.

- Заходи почаще, дева леса, – ящер кивнул, – и передавай привет Броуку.

- Обязательно, – друидка улыбнулась. – До свидания.

Первой в открывшийся туннель ступила Авива, чуть помедлив, за ней ступил Атон. Едва они в него вошли, кусок стены, который уехал вглубь туннеля, начал расти из пола. Последним, что увидел Стрэйб, было лицо ящера, владыки Элбана, на котором было подобие улыбки. После этого стена поднялась до самого верха, закрыв тем самым дорогу обратно.

Пока они шли, Атон разглядывал кинжал, благо света от мха было более чем достаточно. Пока он это делал, краем глаза замечал взгляды своей спутницы, на лице которой играла лисья ухмылка, точно такая же, как и у её владыки.

- Что-то не так? – спросил гвардеец наконец, не выдержав.

- Ты ему понравился, – продолжая улыбаться, ответила друидка. – Ещё никогда он не дарил подарков незнакомцам.

- Я просто сказал то, что думаю, – хмыкнул Атон, убирая кинжал за пояс.

- Твоя честность – главное оружие, – загадочно ответила девушка и, отвернувшись, ускорила шаг.

Учитывая прошлый опыт перехода и рассказы о владыке, Стрэйб решил расспросить свою спутницу о новых владениях до того, как они туда прибудут. Поравнявшись с ней он некоторое время молчал, но, набравшись смелости, наконец заговорил.

- Что нас ждёт в водных владениях?

- Владыка Броук всегда проверяет вновь прибывших, – заговорила Авива, чуть подумав. – Мы прибудем на небольшой остров, где будем ждать стражей.

- Стражей? - непонимающе переспросил гвардеец.

- Наги, – обыденно ответила девушка. – Они прибудут к нам, чтобы проверить, не ведьмы ли мы.

- А после?

- Они отведут нас в Айсу, глубинный город.

- То есть нам нужно будет нырять? – удивлённо спросил Атон.

- Ворожба, – ответила девушка. – Наги владеют ворожбой, они помогут нам добраться туда.

- Вот как, – с явным облегчением ответил Стрэйб, а после небольшой паузы спросил. – А кто ещё, помимо нагов, обитает в этих владениях?

- Ты не будешь опять вспоминать ваши неправдивые сказки? – друидка посмотрела на своего спутника, и во взгляде явственно вспыхнул огонек раздражения.

- Нет, – Атон поднял руки в примиряющем жесте. – Я слишком много видел, чтобы понять, что не всегда стоит верить на слово тем, кто в этом ничего не понимает.

- Сирены, гарпии, – чуть побуравив взглядом гвардейца, начала друидка – Гидры, левиафаны, нимфы, водные феи, русалки. Почти все обитатели владений живут в воде или рядом с ней, лишь некоторые предпочитают селиться в центре островов.

- Хороший список, – хмыкнул гвардеец. – А существ наподобие тех горгулий нет?

- Нет, – покачала головой Авива. – Горгульи – порождения ведьм. В водных владениях нет ведьм.

- Понятно, – с облегчением выдохнул Стрэйб. – А после визита к владыке как мы будем искать цветок?

- Для начала узнаем у владыки, известно ли ему о нахождении этого цветка в его землях, – чуть подумав, ответила Авива. – Если же нет, то мы обратимся к гарпиям, у меня есть среди них знакомая. Она поможет нам, после того, как я ей покажу ворожбу.

- Это ещё зачем? – недоумевающе спросил Атон.

- Гарпии не умеют ворожить, – в голосе друидки засквозила печаль, – но они очень любят смотреть, как другие это делают, поэтому часто селятся рядом с феями и русалками.

- Вот как, – протянул гвардеец. – Если это всё, что им нужно, тогда не стоит отказывать.

В конце туннеля они увидели свет. Сколько длился переход и когда он случился, Атон уже не задумывался.

“Это ворожбу невозможно понять. Как она действует, по каким законам и правилам. Если даже Авива в этом не так хорошо разбирается, то мне и подавно не понять всех этих тонкостей”.

Едва туннель кончился – гвардеец и друидка ступили на блеклую траву, а над их головами показалось тёмно-синее небо, на котором, к удивлению Атона, он увидел солнечный диск. Как и говорила Авива, они вышли на небольшой островок, шагов тридцать во всех направлениях. Из растительности, помимо жухлой травы, была только одинокая ива, стоявшая почти у кромки воды, да камыш, росший по берегу тут и там. Когда Стрэйб обернулся посмотреть, что стало с туннелем, то его уже не было, вместо него перед гвардейцем открывалась та же водная гладь, имевшая светло-голубой оттенок, что и со всех сторон их временной клетки.

- Теперь нужно ждать стражей, – Авива прошла до края воды и, опустив руки, зачерпнула воды и без опаски выпила. – Без них мы всё равно отсюда никуда не уйдём.

- Долго ждать? – спросил гвардеец, сбрасывая сумки на землю и разминая затёкшие плечи.

- Не думаю, – пожав плечами, ответила друидка. – Но мы успеем отдохнуть, прежде чем они явятся.

На это Атону не нашлось, что ответить. Он достал из сумки свою почти опустевшую флягу и, окинув взором гладь воды, с лёгкой ухмылкой на лице допил плескавшуюся на дне жидкость.

“Будь этот остров чуть больше, можно бы было здесь жить. Хотя местный владыка вряд ли обрадовался бы моей компании”.

ГЛАВА 7. КОРАЛЛОВЫЙ ДВОРЕЦ

Водные владения.

Атон почти задремал. Он поел вкусной, пусть и холодной, картошки в мундире, выпил ещё немного из новой фляги, и его начало клонить в сон. Когда он уже готов был провалится в царство сновидений, он услышал голос своей спутницы.

- Они здесь.

Стрэйб быстро принял сидячее положение и огляделся. Вокруг – только вода и их маленький островок, возле ивы стоит Авива, но больше никого нет. Поднявшись на ноги и протерев глаза, Атон подошёл к друидке и, проследив за её взглядом, замер. В двадцати метрах от берега пузырилась вода, словно кто-то внизу кипятил котелок. С каждой секундой пузыри приближались. Вот показались три бирюзовых плавника, а мгновением позже – и их обладатели. Наги, если брать за основу сказки, были чем-то похожи на русалок – только, если русалки имели более человеческие черты, несмотря на рыбий хвост, то наги больше походили на рыб, лишь отдалённо напоминающих людей.

Бирюзово-голубая гладкая кожа, яйцевидная голова, рыбье лицо с щелями вместо носа, ярко-синие большие глаза, два веерообразных плавника на месте ушей и большой кожистый гребень на самой макушке. Причём среди трёх стражей, что вышли на берег, у того или той наги, что шла, а точнее – ползла первой, он был куда больше, чем у остальных двух, и имел более красивый оттенок. Длинная жилистая шея, на которой находились прорези жабр, переходила в почти человеческое тело. Некоторые участки блестящей гладкой кожи покрывала чешуя. Широкие плечи, две пары рук, на локтях которых имелись длинные явно острые плавники. Крупные ладони почти полностью покрывала склизкая чешуя, а оканчивались они четырьмя когтистыми пальцами с перепонками. Ниже пояса начиналась помесь змеиного хвоста с острыми торчащими чешуйками и длиной в несколько метров, и рыбьего, оканчивающегося раздвоенным плавником.

Нага, что ползла первой, была безоружной, хотя взглядом, которым она одарила двух гостей, можно было жечь леса. А вот две другие, что казались более сильными, имели по два кривых меча из незнакомой Атону сине-зелёной стали. Сейчас оружие мирно покоилось на поясах, сделанных из странной кожи с фиолетовым отливом, но судя по суровым и непроницаемым лицам их владельцев, они готовы были воспользоваться своей сталью в любой момент. Нага вожак – а именно так окрестил её Атон, ведь она была во главе процессии – оставила своих сопровождающих позади, а сама приблизилась к двум путешественникам, глядя на них цепким оценивающим взглядом.

- Rwy'n gwybod i chi, plentyn y goedwig (Я знаю тебя, дитя леса), – голос наги был немного булькающим, словно она говорила из-под воды. – Rydych yn blentyn yr arglwydd goedwig (Ты дитя лесного владыки).

- Cyfarchion, gwarcheidwaid YrArglwydd Brock (Приветствую вас, стражи владыки Броука), – ответила друидка и поклонилась. – Fy enw I Yw Aviva, enw'r dyn Hwn Yw Aton. Daethom o barth y mynydd i chwilio am flodyn a elwir yn goron o olau (Моё имя Авива, этого человека зовут Атон. Мы прибыли из горных владений в поисках цветка, что зовётся корона света).

На лице наги отразилось лёгкое недоумение. Стрэйб не знал, что именно сказала его спутница этой наге, но то, как преобразилось её лицо и то, как она после посмотрела на него, заставило гвардейца заволноваться.

- Rydychyn gwisgoarwydd ygoedwig, ondrydych yncario arf(На тебе знак леса, но ты носишь оружие), – нага пристальнее вгляделась в лицо мужчины. – Pam ydych chi ei angen os ydych yn dod mewn heddwch? (Зачем оно тебе, если ты пришёл с миром?).

- Nid yw'n gwybod iaith yr arglwyddi (Он не знает языка владык), – ответила за своего спутника друидка. – Mae angen ei arf ar gyfer amddiffyn. Achubodd fi rhag creu gwrach dieflig sorcery. Os nad oedd iddo, byddwn yn marw. (Его оружие нужно ему для защиты. Он спас меня от порождения порочной ворожбы ведьм. Если бы не он, я была бы мертва).

Услышав о ведьмах, все наги, включая и тех, что стояли позади, посмотрели на друидку со злобой и отвращением, но этот презрительный взгляд пропал так же быстро, как и появился.

- Ydych chi'n barod i addo ar gyfer y dyn hwn, plentyn y goedwig? (Ты готова поручиться за этого человека, дитя леса?)

- Do, rwy'nbarod (Да, готова), – твёрдым голосом ответила девушка.

- Wel (Хорошо), – нага вновь посмотрела на гвардейца, который застыл как истукан, не понимая, о чём они говорят, а после её взгляд вновь упал на друидку. – Fy enw I Yw Hongian, fi yw'r diviner yr arglwydd a'r cynghorydd cyntaf. Byddwn yn eich hebrwng I Aisu. Bydd Vladyka Brock yn gwrando ar chi ac, os yw ei ewyllys, bydd yn helpu (Моё имя Ханга, я ворожея владыки и первый советник. Мы сопроводим вас в Айсу. Владыка Броук выслушает вас, и если на то будет его воля, поможет).

- Diolchi chiam ddodyn bersonol, Cwnsler Hanga(Спасибо, что явились лично, советница Ханга), – Авива вновь поклонилась. – Byddwn yn hapus i gwrdd  Vladyka Brok a dweud wrtho popeth y mae ei eisiau. (Мы с радостью встретимся с владыкой Броуком и расскажем ему всё, что он пожелает).

Когда друидка закончила, нага кивнула и, развернувшись, поползла к своим, попутно о чём-то с ними говоря. Атон, который до этого выступал в роли безмолвной статуи, наконец смог повернутся к своей спутнице и заговорить с ней.

- Что она сказала? – спросил он, а после добавил. – И почему она так смотрела на меня? Я что-то не так сделал?

- Она спрашивала, зачем тебе сталь, – девушка кивнула на ножны. – Я сказала, что это для защиты, и она успокоилась. Её зовут Ханга, она ворожея и первый советник владыки. Они отведут нас в глубинный город, где мы встретимся с владыкой. Нам нужно рассказать, зачем мы здесь, и просить его помощи.

- Вот как, – понимающе кивнул гвардеец. – Тогда хорошо. Просто я боялся, что сейчас нас выставят отсюда.

- Почему? – Авива непонимающе посмотрела на своего спутника.

- Просто обычно, когда так смотрят, – он украдкой покосился на Хангу, – это означает – людям что-то не нравится. Иногда после такого взгляда начинается драка, или же тебя просто берут за шкирку и выставляют за дверь. Я ни на что не намекаю, просто личный опыт.

Друидка, всё ещё с непониманием на лице, лишь пожала плечами и пошла к нагам. Атону же пришлось вернуться на место привала, собрать вещи, а уж после присоединится к остальным. Когда гвардеец встал в общую группу, где он чувствовал себя маленьким и беспомощным по сравнению с нагами, которые смотрели на него сверху вниз, ворожея заговорила.

- Rwy'n creduy gallwnfynd (Думаю мы можем отправляться), – она подняла свои когтистые руки к небу и произнесла низким голосом. – Sffêr aer, cyfeiriad – Aisu (Сфера воздуха, направление – Айсу).

Произнеся последнее слово, в котором гвардеец узнал название города под водой, нага развела руки в разные стороны, а из её пальцев засочилась вода. Поначалу Атон зажмурился и отвернулся, думая, что сейчас она польётся на них, но услышав тихий смех своей спутницы, открыл глаза и мысленно присвистнул. Вода, вопреки всем законам логики, не окатила их, подобно водопаду: она образовала сферу – точную такую, какую в воздухе начертила Ханга. Едва сфера замкнулась у земли, вызвав у Стрэйба ощущение, будто он, словно чудотворец, стоит на воде, они начали медленно подниматься.

К большому облегчению Атона, сфера не улетела в воздух – ещё одного полёта он бы явно не перенёс. Вместо этого она поднялась чуть выше уровня воды и заскользила по водной глади вглубь бескрайнего водоёма. Чем больше гвардеец видел ворожбы, тем меньше его всё это удивляло, поэтому, когда сфера, отдалившись от острова на нужное расстояние, начала погружаться, он уже не поражался тому, что под водой он может дышать так же спокойно, как и на земле.

А вот что поразило гвардейца – так это открывшийся ему вид. Чистая бирюзовая, словно подсвеченная изнутри, вода уже у самой поверхности начала показывать свои красоты. Косяки цветных рыб, которые проплывали мимо сферы, причудливые деревца рыжего и синего цвета, подводные грибы всех цветов радуги, на шапках которых, словно у осьминогов, извивались маленькие щупальца. Сфера опускалась всё глубже и глубже, а вместе с этим менялся и окружающий мир. Растения встречались всё реже, а цветные рыбки, что радовали глаз, пропали. На их место пришли более крупные, с хищными мордами и шипастыми спинами. Атон, с интересом оглядываясь по сторонам, упёрся взглядом в огромную рыбину, что спокойно плыла вдалеке. Больше всего она была похожа на полено, только с острыми зубами и огромными глазами.

“Если такую поймать, да на костёр или в котелок, можно неделю горя не знать”.

Света с поверхности, который подсвечивал воду, стало не хватать. Стрэйб уже подумал, что остаток пути им придётся проделать в кромешной темноте, но Ханга, словно прочитав мысли человека, выставила свою руку вперёд и тихо произнесла.

- Saith peli. Golau i fyny (Семь шаров. Осветись).

Из её раскрытой ладони, что светилась тусклым синим светом, начали появляться маленькие белые шарики, источающие яркий свет. Когда седьмой фонарик покинул её руку, они беспрепятственно покинули сферу, не нарушив её целостности, и, окружив их по периметру, поплыли рядом, словно кто-то привязал их невидимой нитью. Темнота стала непроглядной, и только летящие рядом шары света выхватывали вокруг хоть какие-то куски окружавшего их пейзажа. Атон почти потерял интерес к тому, что творилось снаружи, но внезапно его внимание привлекла Авива, указывая на что-то по правую сторону. Поначалу он ничего не видел, сколько ни приглядывался, но через пару секунд, когда громадная змея, имевшая на огромной голове два длинных рога, подплыла ближе, он вздрогнул.

- Это левиафан, – пояснила друидка. – Они охраняют границы города. Значит, мы уже недалеко.

Словно в подтверждение слов девушки, огромный змей повернулся мордой в их сторону и во тьме зловеще блеснули два жёлтых глаза. Несколько секунд страж изучал их, а когда убедился, что опасности нет, поплыл дальше и скрылся во тьме. Атон, сердце которого всё ещё колотилось от лицезрения громадной змеи, вдруг почувствовал, как по телу пробежали мириады мурашек. Стрэйб не успел понять, отчего возникло это ощущение, как в его глаза неожиданно ударил яркий свет, словно он вдруг очутился под палящим солнцем.

Когда глаза привыкли к свету, гвардеец, который, казалось, повидал уже всё, что только можно, не поверил своим глазам. Перед ним расстилался город – с причудливой архитектурой, но всё же город. Цветные дома, сделанные из какого-то неведомого для Атона материала, дорожки, сложенные из сотен цветных камушков, даже фонарные столбы – только вместо масляных ламп в них светились такие же шарики, что следовали за ними во тьме. Сфера с двумя людьми и тремя нагами опустилась посреди полукруглой площадки и, едва коснувшись земли, распылалась на сотни пузырьков.

- Croeso i Aisu (Добро пожаловать в Айсу), – заговорила Ханга.

- Мы в подводном городе, – пояснила для гвардейца друидка.

- Да, я уже понял, – вертя головой по сторонам, отозвался Стрэйб. – Я не думал, что здесь будет настоящий город. Он очень красивый и чем-то напоминает мой родной.

- Maefy cydymaithyn dweudbod eichdinas ynbrydferth acyn debygi'wfamwlad (Мой спутник говорит, что ваш город красив и напоминает его родину).

- Nidydym yngwybod pensaernïaeth bipeds(Мы не знаем архитектуры двуногих), – ответила нага с серьёзным лицом, но после едва заметно улыбнулась. – Ond mae'r ddinas yn brydferth iawn, hyd yn oed er nad wyf yn gwybod y lleill (Но город действительно очень красив, хоть других я и не знаю).

Отвернувшись, Ханга заговорила со своими спутниками, а в это время Атон решил расспросить Авиву о том, что его беспокоило.

- Город очень большой и яркий, но я не видел его во тьме, – он обернулся и изумился ещё больше, – как и не вижу тьмы сейчас…

- Он защищён ворожбой, – пояснила девушка. – Его ограждает барьер, укрывая его от посторонних глаз. Ты почувствовал дрожь по телу, перед тем, как попасть сюда? – гвардеец кивнул. – Если бы с нами не было сопровождающего, мы бы не нашли его, даже зная, где он находится.

- Вот как, – кивнул Стрэйб. – Я так понимаю, дышать мы здесь тоже можем из-за ворожбы?

- Да, – кивнула Авива и улыбнулась. – Ты быстро учишься. К владыке Броуку иногда заходят в гости другие владыки и специально для них, чтобы они не тратили свои силы и чувствовали себя как дома, воздух, температура и влажность подстраиваются индивидуально под каждого.

- Однако, – протянул Атон, осознавая масштаб проделанной работы. – В городе живут только наги?

- Не только, – покачала головой Авива. – Русалки, феи, нимфы, тритоны. Все, кто может свободно дышать под водой, могут здесь жить.

Стрэйб хотел спросить что-то ещё, но не успел – к ним подползла Ханга.

- Byddafyn mynd â chi i'r palas(Я отведу вас во дворец), – заговорила она. – Roeddwn am fynd â chi yn uniongyrchol i'r palas, ond vladyka, ar ôl dysgu grym yr arwyddion sy'n deillio oddi wrthych, gofynnodd i mi ddangos i chi y ddinas (Я хотела доставить вас прямо ко дворцу, но владыка, узнав силу знаков, исходящую от вас, попросил показать вам город).

- Она собирается показать нам город, – пояснила Авива для Атона, а после ответила. – Byddwn yn hapus i gerdded drwy'r Iâ ac yn edrych ar ei harddwch (Мы с радостью пройдём по Айсу и посмотрим на его красоты).

Гвардеец, который никогда не питал особого восхищения перед произведениями искусства, сейчас почему-то был не против прогуляться по подводному городу. Возможно, ему было интересно посмотреть на то, как живут русалки и прочие морские обитатели. А возможно, потому, что таким образом он хотел заглушить тоску по дому. Он покинул столицу всего неделю как, но почему-то ему уже стало не хватать друзей, привычного распорядка дня и любимого столика в таверне “Обожжённый свин”.

“Интересно, русалки и прочие жители пьют? Есть ли у них трактиры или что-то подобное?”

Город действительно оказался огромным. В нём присутствовало всё, что должно быть в хорошем густонаселённом поселении. Улицы, выложенные камнями разных размеров, были просто условностью – местные жители не имели ног и могли плавать в любом направлении. Освещения в городе было более чем достаточно, светящиеся белые шарики никогда не гасли и не оставляли не единого тёмного уголка, даже в крошечных закутках между домами. Кстати о них – они, как рассказала Авива, были сделаны из кораллов с помощью ворожбы. Как понял Атон, коралл это никакое не дерево, а некое объединение отдельных организмов. Признаться, такие заумные вещи плохо укладывались в голове – гвардеец не слишком хорошо понял объяснения.

Вначале Айсу казался безлюдным. Стрэйб думал, что сейчас у местных время для сна или что-то в этом роде. Но пройдя чуть дальше по улицам, он начал замечать в оконных проёмах, не имевших стёкол или чего-либо, заменяющего их, любопытные глаза. Чем дальше они пробирались вглубь города, тем чаще Атон стал замечать местных жителей, что с любопытством рассматривали двоих двуногих, идущих рядом с главной ворожеей их владыки. Пару раз он замечал маленьких наг, с опаской выглядывавших из-за угла, а когда они шли по перекрёстку, в одном из зданий он заметил кого-то очень похожего на человека, только с прозрачной голубой кожей и глазами без зрачков. От такого зрелища капитан невольно вздрогнул и поскорее отвёл взгляд.

Стрэйб уже и не надеялся на то, что увидит кого-то ещё, но внезапно из-за угла рыже-фиолетового дома показался мальчик с кудрявыми черными волосами, небольшими жабрами на шее и рыбьим хвостом с фиолетовым отливом. Поначалу он робко следил за процессией, переплывая от одного дома к другому и прячась за ними, но потом, набравшись смелости, покинул своё укрытие и, подплыв ближе, стал с интересом изучать двух людей. Больше всего его внимание привлекали, конечно, ноги. Он с интересом смотрел за тем, как два человека шевелят своими тонкими отростками.

- Gallwchddod atomni, nifyddwn yncyffwrdd chi(Ты можешь подойти к нам, мы тебя не тронем). – Авива замедлила шаг и с улыбкой в глазах посмотрела на маленького тритона.

- Ac nid wyf yn ofni (А я и не боюсь), – робко отозвался мальчик, нервно перебирая перепончатыми пальцами. – Dwi jyst meddwl beth ydych yn ei wneud yma. (Мне просто интересно, что вы здесь делаете).

- Rydymyn myndI ArglwyddBrock (Мы идём к владыке Броуку), – ответила друидка. – Yr wyf yn breswylydd parth y goedwig, ac mae fy nghydymaith yn breswylydd parth y bobl (Я жительница владений леса, а мой спутник житель владения людей).

От услышанного мальчик вытаращил большие блекло-голубые глаза и замер с открытым ртом. Некоторое время он не двигался, но когда сумел стряхнуть изумление, быстро подплыл к процессии и, поравнявшись с двумя людьми, заговорил, робко поглядывая на Хангу.

- Rwy'n gwybodam yperchnogaeth ygoedwig, fymam dweudwrthyf (Я знаю про владения леса, мама мне рассказывала), – его взгляд переместился на гвардейца, – ond dydw i erioed wedi clywed am feddiant dynol. Pwy yw eu harglwydd? (но я никогда не слышал про владения людей. Кто их владыка?)

- Mae gan bobl lawer o feistr. Rhennir eu tiroedd yn blotiau ac mae gan bob un ei reolwr ei hun (У людей много владык. Их земли разбиты на участки, и в каждом свой правитель), – чуть подумав, ответила Авива.

На лице мальчика вновь появилось неподдельное удивление. Он хотел спросить что-то ещё, но внезапно к ним подплыл уже взрослый мужчина, который, судя по схожести с мальчиком и одинаковому цвету хвоста, был его отцом. Он сграбастал в охапку сына, который пытался вырваться, а после уважительно поклонился плывущей впереди наге.

- Maddaufy mab, Mrs Hanga(Простите моего сына, госпожа Ханга), – затараторил он. – Nid oedd am eich poeni. Byddaf yn bendant yn cosbi ef ac... (Он не хотел мешать вам. Я обязательно накажу его и...).

- Nidoedd ynpoeni ni(Он не мешал нам), – мягко пробулькала нага. – Roedd yn unig yn dangos diddordeb a chwilfrydedd. Does dim byd o'i le gyda hynny (Он лишь проявил интерес и любопытство. В этом нет ничего предосудительного).

- Wrth gwrs, Mrs Hanga (Конечно, госпожа Ханга), – вновь затараторил тритон, ещё ниже склоняясь. – Ostyngedig maddau i ni (Покорно простите нас).

Затем мужчина поволок сына куда-то в сторону домов, при этом лицо мальчика выражала крайнюю обиду.

- Этот мальчик сделал что-то не то? – наблюдая за тем, как парня втаскивают в один из домов, спросил Атон.

- Все обитатели этих владений уважают владыку Броука и его приближённых, – заговорила Авива. – Видимо, отец подумал, что здесь происходит что-то важное, вот и испугался.

Дворец – а иначе место жительства владыки назвать и нельзя, показался через несколько минут после сцены с двумя тритонами. К удивлению Стрэйба, он не был слишком уж большим или особенно величественным. Он выглядел, как большой купол, снятый с собора, стоявший на небольшой возвышенности. Сделан он был из тех же кораллов, что и все дома, разве что был не однотонным, а разноцветным. Фундамент рыжий, середина фиолетово-синяя, а верхушка – ярко-красная. Арочный вход не имел дверей, но возле него дежурили четыре наги, вооружённые точно так же, как и двое, сопровождающих Хангу.

Поначалу они подобрались, когда увидели двух незнакомцев, но разглядев, что они идут рядом с их главной ворожеей, успокоились и, расступившись, пропустили всех внутрь. Внутреннее убранство дворца оказалось куда богаче. Всевозможные столы, шкафы, сделанные – что уже не удивляло – из кораллов. Картины в круглых рамках, на которых путники видели разные пейзажи, выполненные явно нечеловеческой рукой, и даже небольшие серванты, заставленные всевозможными бутылочками. В дальней части купола виднелось небольшое возвышение, на котором стоял трон, что удивительно – не коралловый, а мраморный. Резная спинка, подлокотники виде голов рыб, в глазах которых мерцали сапфиры, очень глубокое место для посадки – одним словом, сделан он был для короля, а точнее владыки.

“Почему мне кажется, что к этому шедевру приложил руку Элбан?”

Рядом с троном тоже стояли разные столы и шкафчики. Если в шкафах Атон смог различить книги и свитки, то вот на столе стояли совсем уж непонятные вещи: странного вида кристаллы на подставках; прозрачные сферы, в которых сами собой переливались жидкости; необычной красоты большие камни, в которых гвардеец не смог узнать ни одного известного ему минерала; множество чаш разных форм и размеров.

Ханга попросила их подождать здесь, а сама быстро поплыла в сторону трона. Миновав его, нага направилась в правую часть комнаты, где оказалась неприметная дверь, скрытая за шторами, сплетёнными из тысяч жемчужин. Прождать пришлось недолго. Атон ещё не до конца успел оценить красоту кораллового дворца изнутри, как жемчужные шторы вновь тихо зашуршали, и в главный зал вышел… юноша, завёрнутый в шёлковую простыню бирюзового цвета, которая позволяла ему свободно двигаться и оголяла лишь правую часть его груди. Владыка стоял на двух ногах. Приветливо улыбаясь, он поднял правую руку в приветствии.

Авива, учтиво поклонившись владыке, пошла к нему на встречу, Стрэйб же пришел в себя не сразу. Вначале он неприлично пристально вглядывался во владыку, пытаясь понять – в чём же подвох, но когда наконец вспомнил, кто перед ним, тоже отвесил неуклюжий поклон и зашагал к трону. Лишь когда Атон оказался в пяти шагах от Броука, он понял, что владыка принял форму не совсем человеческую, как показалось издалека.

Тело действительно принадлежало очень красивому и весьма атлетичному юноше возрастом не более двадцати пяти, но вот остальное обычному человеку было несвойственно. Кожа имела тускло-бирюзовый оттенок, голову покрывали кудрявые волосы цвета соломы, которые пусть и не полностью, но скрывали длинные заострённые уши, имевшие по краям кожистые перепонки. Большие пронзительные глаза были цвета волны; нос, как и рот, были человеческие, только на шее имелись прорези для жабр. Руки были длинными и имели когтистые пальцы с перепонками. За спиной у владыки мирно покачивался акулий хвост, а на ногах, чуть ниже колен, имелись плавники.

- Авива, – голос у владыки был очень мягким и певучим, при этом звучал он так, словно он был не властителем целого мира, а озорным юношей. – Сколько лун я не видел тебя.

- Здравствуйте, владыка, – друидка вновь учтиво поклонилась. – Мы с владыкой Адэхи были у вас не так давно, пару лет назад, может чуть меньше.

- Да, да, вы тогда прибыли как раз на праздник шторма, – Броук улыбнулся и перевёл свои светящиеся изнутри глаза на гвардейца. – Как давно я не видел настоящего человека, да к тому же мужчину, – владыка подошёл к Стрэйбу и внимательно вгляделся в его лицо. – Я вижу на тебе печать леса, а ещё я чувствую крупицу силы камня, – он неуловимым движением обошёл капитана и оказался у него за спиной. – Ах вот оно что. Элбан всё ещё занимается этими безделицами?

- Он просил вам передать приветствие, – сказала Авива, наблюдая за владыкой.

- Вместо того чтобы слать гонцов, лучше бы сам пришёл, – Броук опечаленно вздохнул, а после с огоньком в глазах вновь посмотрел на гвардейца. – Как тебя зовут, человек?

- Атон, – отозвался гвардеец. – Атон Стрэйб.

- Вот как, – владыка кивнул и вновь оказался перед лицом капитана. – Будь моим гостем, Атон. Ко мне редко приходят гости, а уж люди и вовсе не заглядывают. Вы, наверное, голодны?

- Если только самую малость, – робко отозвался Стрэйб, не желая обидеть владыку своим упрямством.

- Не нужно скромничать, – Броук рассмеялся. – Вы мои почётные гости, и весь мой дом, как и мои слуги, в вашем распоряжении, – с этими словами владыка хлопнул в ладоши.

Атон не услышал звука, зато почувствовал, как его с головы до пят обдало невидимой волной. Прошла секунда, и из двери, что находилась слева от трона и была такой же неприметной, как и правая, потянулась вереница русалок. Красивые девы с рыбьими хвостами несли в руках странного вида подносы, на которых, к огромному изумлению гвардейца, находилась еда, похожая на ту, что обычно едят люди. Рыба разных форм и размеров, моллюски, креветки, и даже овощи: картофель, морковка, лук.

Русалки проплыли мимо трона и замерли, выстроившись в две ровные шеренги друг напротив друга в центре зала. Поначалу Атон не понимал, зачем они там остановились, но вопрос отпал сам собой после второго хлопка владыки. Едва Стрэйба вновь окатила волна, коралловый пол жилища ожил. Коралловые ветки потянулись вверх и в стороны, прямо на глазах изумлённого гвардейца образуя большой и широкий стол, а вслед за ним и три стула с высокими спинками. Едва вся нужная мебель “выросла”, русалки поставили свои подносы на стол, расставили необычного вида тарелки и столовые приборы, а закончив, также безмолвно уплыли обратно туда, откуда пришли.

- Ну что же, – вновь заговорил Броук, улыбаясь во все свои акульи зубы. – Думаю, за обедом вы мне и расскажете, зачем вам понадобилась корона света.