Читать книгу: «Красная Стрела»

Дария Вице

КРАСНАЯ СТРЕЛА

Вокзал — это место, где все куда-то торопятся. Кроме тех, кому больше некуда.

Камеры видят всё.

Почти всё.

— инструкция по видеонаблюдению, раздел 4.7

ПРОЛОГ

В 02:47 с платформы номер три исчезла женщина.

Это установили точно — по записям камер, по показаниям двух свидетелей, по билету, найденному на скамейке. Нина Сергеевна Барова, сорок два года, учительница из Твери, приехала в Москву на один день и должна была сесть на «Красную стрелу» обратно в Санкт-Петербург. Поезд отходил в 23:55. Она на него опоздала. Купила новый билет на ночной. Сидела на скамейке у третьей платформы и ждала.

В 02:47 её не стало.

Камера на платформе зафиксировала: в 02:44 женщина сидит на скамейке. В 02:51 скамейка пуста. Семь минут. В этот промежуток — технический сбой, камера не пишет. Четыре минуты и двенадцать секунд чёрного экрана.

Именно четыре минуты и двенадцать секунд.

Начальник ночной смены Ирина Павлова смотрела на этот чёрный экран и думала: камеры на этом вокзале не дают сбоев. За восемь лет её работы — ни разу. Системы обновляли три года назад, резервный сервер дублирует запись.

Случайный сбой именно в эти четыре минуты.

Именно на этой платформе.

Именно когда исчезла женщина.

Это не сбой, поняла Ирина. Это план.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

НОЧНАЯ СМЕНА

ГЛАВА 1

Ирина Павлова

Московский Ленинградский вокзал работал круглосуточно, и ночная смена была особенным временем. Днём вокзал — это суета, объявления, толпы с чемоданами. Ночью — другое. Тише, темнее, и люди другие: усталые командировочные, заспанные семьи с детьми, одинокие фигуры на скамейках. Ирина любила ночную смену именно за эту тишину и за то, что здесь всё было видно отчётливее.

Ей было сорок один. На вокзале — двенадцать лет, из них восемь в должности начальника смены. До этого — диспетчер, до этого — оператор зала. Она знала вокзал как организм: где болит, где работает нормально, где можно ждать сбоя.

Зал видеонаблюдения находился в глубине служебного крыла — небольшая комната с двумя рядами мониторов. Оператор ночной смены Дима, двадцать три года, сидел перед экранами и ел бутерброд, когда Ирина вошла.

— Что с третьей платформой? — спросила она.

— Сбой был. Четыре минуты, восстановилось само. — Дима пожал плечами. — Я в журнал внёс.

— Покажи запись до и после.

Она смотрела внимательно. До сбоя: женщина на скамейке, неподвижная, с сумкой на коленях. После: пустая скамейка. Сумка тоже исчезла.

— Кто ещё был на платформе в это время?

— Сейчас покажу. — Дима переключил камеры. — Вот — мужчина прошёл в 02:41, в сторону головы поезда. Больше никого.

— Мужчина вернулся?

— Не видно. Камера в торце платформы не захватывает.

— Почему?

— Угол плохой. Так всегда было.

Ирина смотрела на мониторы. Слепое пятно в торце платформы. Сбой именно тогда, когда нужно. Женщина исчезает бесследно.

Она достала рабочий телефон.

— Вызываю транспортную полицию.

ГЛАВА 2

Два свидетеля

Транспортная полиция приехала через семь минут — капитан Леонов, сухой, деловой, явно разбуженный. Выслушал Ирину, посмотрел запись, сделал звонки.

Пока он работал, Ирина искала свидетелей сама. Двое людей были на платформе в нужное время — по записям камер соседних путей.

Первый — молодой человек лет двадцати пяти, нашёлся в зале ожидания. Ждал первый утренний поезд в Тверь. Сказал: видел женщину на скамейке, когда проходил мимо. Ничего необычного. Мужчину, который шёл к голове платформы, тоже видел — спиной, не разглядел лицо.