Цитаты из книги «Уцелевший», страница 27

Может быть, больше всего в танцах мне понравились правила. В мире, где все как попало, все-таки существуют какие-то строгие правила. Фокстрот – это два медленных шага и два быстрых. Ча-ча-ча – два медленных и три быстрых. Хореография, дисциплина. Обсуждению не подлежит.

Мы все так волновались из-за экзаменов, что никто не задумывался о том, а что будет потом, после ночи крещения.

Мы все так боялись, что сбудутся наши самые худшие страхи – давить лягушек, есть червей, распылять химикаты, таскать асбест, – что никто не задумывался о том, какой скучной будет наша жизнь, даже если мы выдержим все испытания и получим хорошую работу.

Согласно церковному установлению, ты всю жизнь должен работать. Всю жизнь – одна и та же работа. Одно и то же одиночество. Ничто не изменится. Каждый день, день за днем. Вот – твой успех. Вот награда.

- А вам разве можно носить рубашки с пуговицами? - спрашивали меня.

Это амишам нельзя.

- Вам надо носить какое-то особенное потайное исподнее?

Это, по-моему, про мормонов.

- А разве ваша религия не запрещает жить за пределами общины?

Это про меннонитов.

- Никогда раньше не видел живого хаттерита.

И теперь тоже не видишь.

На стене написано: сегодня - самый поганый день из всех, что тебе остались.

Возможно, в танцах мне больше всего нравились правила. В мире, где все движется, есть твердые деспотичные правила. Фокстрот -- это два медленных шага и два быстрых. Ча-Ча -- это два медленных и три быстрых. Хореография, дисциплина, не предмет для обсуждений. Это хорошие старомодные правила. То, как танцевать коробочным шагом, не будет меняться каждую неделю.

Это цветы сгниют через пару часов. Птицы наложат на них. Этот дым сделает их вонючими, а завтра бульдозер, вероятно, проедет по ним, но сейчас они такие красивые.

В мире, где все как попало, все-таки существуют какие-то строгие правила.

Я должен выращивать там цветы, но я не могу. Я не могу вырастить даже сорняк.

Никто не хочет устраивать жизнь. Никто не хочет решать проблемы. Их драмы. Их беды. Никто не хочет ничего улаживать. Убираться в своем бардаке. Потому что иначе - что им останется? Большая пугающая неизвестность.