исчезает в уголке рта. И наша героиня говорит: – Нижний план идет лесом. Ей не нужные замечательные дома, которые продаются раз в пятьдесят лет. «Дом, милый дом» идет лесом. Вместе со слабыми проявлениями тонкой энергии: холодными областями, непонятными испарениями, беспокойством домашних животных. Что ей нужно, так это кровь, растекающаяся по стенам. Ей нужны ледяные невидимые руки, которые по ночам стаскивают малышей с кроватей. Ей нужны горящие

Одни хозяева делают вид, что это

В мире, где клятвы не стоят вообще ничего. Где обязательства – пустой звук. Где обещания даются лишь для того, чтобы их нарушать, было бы славно устроить так, чтобы слова обрели былое значение и мощь.

Это тот же самый зеркальный комод «Уильям и Мари». Согласно надписи на картонной карточке: черная лакированная сосна с инкрустацией в виде персидских сцен, выполненной серебряной позолотой, круглые конусообразные ножки и фронтон, отделанный резьбой в виде ракушек и завитков. Наверняка тот же самый. Мы повернули направо, прошли по узкому коридору, плотно заставленному разнообразными креслами, потом опять повернули направо рядом с буфетом эпохи Регентства, потом – налево у кровати эпохи Гражданской войны, но опять вышли к тому же комоду.

Любое преступление оправданно, если ты делаешь жертву своим враном

Пройдёт время, и вам станет легче. Сейчас вы в это не верите, но так будет. Надо только поверить, что вы сумеете это вынести, что вы сильная. Думайте о себе как о сильной женщине.

Заклинания нужны для того, чтобы сфокусировать намерение. Чем больше эмоций человек вкладывает в заклинание, тем сильнее получаются чары.

"Embolism, if you ask me", Nash says. "You eat a girl out and you blow some air inside her, or if you fuck her too hard, either way you can force air into her bloodstream and the bubble goes right to her heart."

Кто-нибудь обязательно распыляет в воздухе своё настроение.

Магнитолы в машинах расплёскивают по округе чьё-то горе, чью-то злость или радость.

Не важно, сколько людей умирает, все разно все остается по-прежнему.