Читать книгу: «Завод Утроба»
Петрович приоткрыл дверь и осторожно зашёл в заброшенный цех, где воздух пах машинным маслом и плесенью. Здесь грибы разрастались особенно густо, а трубы сочились влагой.
Прикрыв ладонью фонарь, он замер, вслушиваясь во тьму. Тишина. Лишь гдето в глубине с протяжным скрипом сдвигались металлические конструкции. В последнее время Завод дышал как-то настороженно.
«Самое время устроить привал», – подумал Петрович.
Он накрыл фонарик шапкой, оставив лишь узкую полоску света. Луч выхватил из мрака потрёпанный рюкзак с грубыми заплатками на боках. Пальцы нащупали холодную жестяную банку.
«Консервированная фасоль…» – мысленно произнёс он. Такого ещё не пробовал.
«Тссск!» – крышка поддалась с характерным звуком. Эту банку он выменял у бродячего торговца за семь свежих люминесцентных грибов. Такие вещи ценились здесь дорого, но любопытство перевесило.
Петрович удобнее устроился на полу, прислонившись спиной к стене. Первые бобы покатились по языку.
«В тёмных коридорах и заброшенных цехах Утробы можно найти что угодно, только не выход», – размышлял Петрович, пережёвывая.
Он бросил взгляд в потолок, где терялись в высоте переплетения труб.
«Ведь никто точно не знает, был ли Завод построен или существовал всегда.
Архивариусы, конечно, твердят про "изначальное назначение" и
"технологическое предназначение". Только что-то пошло не так…»
Рука автоматически опрокинула банку снова.
«Дураки. Я-то уж точно не верю в их сказки. Это просто наш дом. Суровый. Беспощадный. Но родной.»
Где-то далеко гулко упала капля воды. Петрович прислушался.
«Тешить себя байками о "прежних временах" – верный способ потерять бдительность. Вот механики – те молодцы. Динамо-машины защищают, спасибо хоть за редкие островки света. И сварщики с мясниками кажутся здравыми ребятами, которые стараются поддерживать и развивать общины.»
Он наклонил банку, вытряхивая последние бобы.
«А эти… Дети Труб. Странный народец. Живут в коммуникациях, а карты рисуют – дело полезное».
Последний боб задержался на жестяном краю.
«Поглощённые… Фанатики ещё те. Поклоняются Заводу как божеству», – он усмехнулся. – «Ладно, мне-то до них дела нет. Пусть себе. Лишь бы не мешали».
Банка опустела. Петрович поставил её рядом.
«А фасоль… ничего. Вкусная».
Но привычную тишину разорвало эхо металлического скрежета, глухие удары и человеческий стон…
Петрович быстро собрал рюкзак и схватился за нож. Медленно вышел в коридор, осторожно приблизился к помещению, откуда доносились звуки. Три Плотьмашины – гибриды металла и плоти – распластались в неестественных позах. Их сварные швы дымились, сочась чёрной псевдокровью. Посреди этого хаоса, прислонившись к разбитому конвейеру, сидел человек. Судя по ящикам с грузом, это был торговец.
– Ещё есть кто-то здесь? – спросил Петрович, не подходя ближе.
– Только я… Тени… Съели всех моих, – прохрипел мужчина.
Петрович оценивающе осмотрел его:
– Ранен?
Торговец в ответ лишь кивнул.
– Слушай, помоги добраться до механиков… – с усилием произнёс тот. – У меня с ними дело. – Он посмотрел в сторону телеги с ящиками. – Половина твоя.
Идея Петровичу приглянулась. Не убирая нож, он медленно подошёл.
– Как звать-то тебя? – протянул руку, чтобы помочь подняться.
– Семён… – Встав на ноги, торговец затянул рану обрывком плаща.
– Меня Петровичем зови. – Он оглядел помещение. – Ну, показывай дорогу.
Они шли по тёмному коридору, освещая путь фонарями. Белый свет дрожал на стенах, выхватывая из тьмы ржавые трубы, пятна плесени и мышцы Завода. Торговец тяжело опирался на плечо Петровича – каждый шаг давался ему с трудом. Его дыхание было хриплым, прерывистым, будто в лёгких скопилась та самая чёрная жижа, что сочилась из Плотьмашин.
Трубы вокруг внезапно застонали. Глухой гул прокатился по бетонным стенам. Что-то булькало в вентиляции, шипело за перегородками.
– Странно… – Петрович бросил взгляд в темноту. – Тебе что-то не нравится?
– Может, чертёж… – Семён ответил, поправляя хватку на тележке.
– Чертёж? – Петрович резко остановился. – Ты где-то выкопал настоящий чертёж?
– Да… – Торговец кашлянул, и капли крови осели на его губах. – Из-за него и полегли все. Механики разберутся… А мне доставить его надо.
– Чертежи – редкость. – Петрович посмотрел куда-то вверх. – Это же целое состояние.
– Вот и я так думал. – Семён попытался ухмыльнуться, но лицо перекосило от боли.
Впереди что-то зашуршало.
Они замерли. Петрович направил фонарь в сторону звука. Нож в его руке дрогнул – не от страха, а от готовности.
– Крысы… – прошептал Семён.
Из темноты послышался скрип зубов.
Первая, в полметра ростом, прыгнула, оскалив жёлтые клыки. Петрович рванул ножом вверх – лезвие вошло в мягкое брюхо. Тварь взвизгнула.
– Слева! – Семён метнулся в сторону, выхватив из-за пояса топор.
Тут же рассёк следующую мохнатую тварь. Она закрутилась, царапая бетон когтями. Их окружили красные, как раскалённые угли, глаза, поочерёдно нападая со всех сторон.
