Читать книгу: «Двадцать сантиметров»

Полгода назад

– Отдай мне нож! – крикнул Генрих.

Кровь густыми рубиновыми каплями срывалась с кончиков пальцев его друга и шлепала на бежевый ламинат.

– Ни. За. Что, – сказал Захар пугающе спокойно и продолжил резать кожу на левой руке, сидя на подоконнике. – Оставь меня в покое, Генрих. Я не собираюсь умирать. Просто хочу, чтобы душевная боль стала ощутима физически.

– Ты свихнулся?! Что за чушь ты несешь! Зак, отдай нож я сказал! – орал Генрих. – Или я сам у тебя его заберу!

– Попробуй, – и бровью не повел Захар. Силы были явно неравны.

На кухонном полу под батареей уже образовалась небольшая лужа крови, на которую Генрих смотрел с ужасом, не зная, как помочь другу, и не решаясь подойти ближе.

– А с головой что? Почему на лбу кровоподтеки?

– Разбил стекло в подъезде.

– Идиот! – прошептал Генрих, запрокинул голову и уставился в потолок, а потом прокричал, снова взглянув на друга. – Зак, это же просто девчонка!

– Я люблю ее, – тихо сказал Захар, продолжая разрезать острым лезвием смуглую кожу. От боли он периодически зажмуривался. Из-за с силой стиснутых зубов рот страдальчески кривился, а на скулах нервно играли желваки.

– Сейчас же позвоню ей! – заявил Генрих.

Он начал судорожно искать в смартфоне нужный номер, периодически бросая быстрые взгляды на Захара, тем самым удерживая иллюзорный контроль за ситуацией. Несколько гудков, и ему наконец-то ответили.

– Танька! Я у Зака на квартире. Приезжай сюда! Быстро! Он режет себе руку и разбил башкой стекло в подъезде!.. Я к нему даже подступиться не могу! Он меня не слушает! Что у вас случилось?!

В трубке послышался невнятный женский голос, на что Генрих через некоторое время ответил:

– Ты нужна ему! Не бросай его!

В трубке снова что-то коротко сказали, и Генрих взвыл, нажал отбой.

– Не приедет? – издевательски улыбнулся Зак. – Любит другого, да?

– Прекрати себя резать!!!

Из глаз Захара выкатилось несколько предательских слез.

– От ран на руках сердцу хотя бы не так больно…

1 глава

Я собиралась с мыслями, чтобы нажать на металлическую кнопку дверного звонка. И хотя у меня уже был подписан договор с хозяйкой этой квартиры на аренду комнаты, я все равно волновалась: ведь теперь мне придется жить вместе с незнакомым парнем.

В этом учебном году университет не выделил мне общежитие, как сделал это в прошлом, хотя моя семья по-прежнему небогата. В деканате озвучили причину: с моей стороны было нарушение паспортного режима. Будто бы я не сделала временную прописку, когда меня распределили на койко-место. Наглая ложь! Дело было совсем в другом: в день выселения я не отнесла плед и постельное белье коменданту лично, а попросила это сделать девчонок, с которыми жила. Ведь у меня получилось сдать сессию досрочно, поэтому и спешила на автобус сразу после последнего экзамена, не успела сделать перед ее величеством тридцать три почтительных реверанса. Вот так оказалась больше недостойна жить в том ободранном королевстве. Но когда удалось доказать отсутствие нарушения, места в общежитии распределили на других студентов!

От несправедливости и неприятных воспоминаний у меня вырвался судорожный вздох. Перед глазами снова пронеслись картинки, как мне пришлось быстро искать съемную квартиру, просматривать многочисленные объявления и обзванивать более-менее подходящие варианты. Но все хорошие, конечно же, к концу лета разобрали! К счастью, маме улыбнулась удача: знакомая предложила ей арендовать комнату в их квартире, в которой они уже не жили, так как переехали в пригород на свежий воздух, в двухэтажный коттедж. Нас это очень обрадовало, ведь в таком случае не надо было платить огромную комиссию за работу агента.

В этой квартире практически никто не жил. Практически. Только сын маминой подруги. Как нам сообщили, он учился в том же университете, что и я. И теперь мне придется с ним соседствовать!

М-да… Наверняка это прыщавый ботан в квадратных очках и сколиозом. Может, в следующем году повезет и меня распределят на койко-место? Мне бы больше хотелось жить с девчонками, обмениваться с ними одеждой и секретиками.

В нерешительности я кусала губы и до сих пор сверлила взглядом кнопку. Надеюсь, в этом месте мне понравится. Хотя… Иначе и быть не могло! Мне должно тут понравиться! Потому что других вариантов нет! Мама уже оплатила проживание за год.

Собравшись с духом, я все же нажала на звонок. Внутри квартиры глухо зазвучала жизнерадостная трель. Немного погодя за дверью раздались шаги. Угрожающие, тяжелые, быстрые. Не обещающие ничего хорошего. Мое сердце в волнении начало отбивать бешеный бит. Я быстро поправила бархатный ободок с золотистым мишкой, откинула за спину волосы, нервно разгладила короткое белое платье с милым отложным воротничком и уставилась на плетеные босоножки, платформа которых делала меня хотя бы чуть-чуть повыше.

Замок щелкнул, и передо мной вырос парень. Высоченный. Просто шкаф! Левую руку покрывали татуировки – от кончиков пальцев до предплечья. Витиеватые рисунки исчезали под коротким рукавом темно-синего спортивного поло. Мой взгляд скользнул ниже – к свободным шортам, черным носкам – и быстро вернулся к лицу.

Это точно мой новый сосед? Неужели в кои-то веки фортуна стала ко мне благосклонна? Какой красавчик!

– Захар?

– Да, – в голосе слышались холод и безразличие. – А ты кто? – он повел в мою сторону подбородком.

– Я… Новый жилец этой квартиры.

– Значит, это все-таки правда! – фыркнул Захар вместо приветствия, сверкнув большими черными глазами, обрамленными густыми темными ресницами. Парень оценивающе окинул взглядом мои распущенные русые волосы до талии, короткое платье и босоножки на танкетке – на это у него не ушло много времени, ведь мой рост всего метр пятьдесят два – и вернулся к лицу. Захар с неудовольствием уставился мне в глаза.

– Что – правда? – не поняла я.

– Что матушка сдала кому-то комнату в квартире, – с тяжелым вздохом он сложил руки на груди, демонстрируя узоры татуировок.

– Да. Мне. У нас подписан договор.

– Прискорбно.

Я нахмурилась. Совершенно не ожидала такого приема!

– Я могу войти?

– Выбора ведь у меня теперь нет, не так ли? Не выставлять же тебя на улицу.

Он цокнул и отошел в сторону, открыв дверь шире, уступая мне место в коридоре. Щелкнул кнопку выключателя на стене, и стильные трековые светильники, похожие на маленькие прожекторы, озарили белоснежные стены и темные, шелковистые волосы Захара, его смуглую кожу.

– Справа от входа – твоя комната, слева – моя, – отчеканил он. – Не перепутай. Вы, девушки, вечно лево и право запомнить не можете, – сосед уничижительно ухмыльнулся и тут же исчез в своей берлоге, с грохотом захлопнув дверь. Видимо, был не в восторге, что его мама распоряжалась квартирой на свое усмотрение, не считаясь с его мнением. Иначе откуда столько спеси и неприязни? Хотя мне было все равно, что он думает по поводу моего заселения. Пусть хоть волосы себе везде повыдирает! Мне-то что? Главное, что у меня есть крыша над головой, да еще и в центре города! В жилом комплексе премиум-класса! Как же грело душу, что иногда можно будет ходить в университет пешком, чтобы экономить на проездах и покупать лишнюю булочку с чаем. Я блаженно прикрыла глаза и улыбнулась хлебобулочным перспективам.

Сняла босоножки и будто спустилась с небес на землю, снова став крошкой. Убрала их в обувницу и принялась толкать увесистую сумку с вещами в сторону своей комнаты. Спиной вдруг почувствовала, что за мной наблюдают. Даже не услышала, как открылась дверь позади меня. Оглянулась. И правда, этот тип вместо того, чтобы помочь, пялился на меня.

– Что-то хотел сказать? – вспыхнула я и выпрямилась, убирая волосы от влажного лба.

– Да, – фыркнул он. – Что я совсем не рад тебя здесь видеть. Старайся не попадаться мне на глаза. И сиди в своей комнате, когда у меня будут гости. Не хватало, чтобы девчонки выносили мне мозг из-за ревности к тебе.

– Значит, я симпатичная, раз твои курицы могут ко мне приревновать? Спасибо за комплимент, – не дождавшись ответа, я присела к сумке и снова принялась заталкивать ее в комнату. Краем глаза заметила, как Захар изображает, что его тошнит.

– И еще. Когда будешь поблизости, воспроизводи какие-нибудь звуки, иначе я могу ненароком споткнуться, сразу тебя не заметив.

– Спасибо, что переживаешь за меня.

– Скорее, за себя. Не хотелось бы разбить голову, запнувшись.

Он надел кроссовки, подхватил черный спортивный рюкзак с логотипом дорогого бренда, откуда торчала ракетка для большого тенниса, и вышел из квартиры.

Вот попала!

***

После переезда в крошечный городок родители Захара не стали продавать эту квартиру, потому что она находилась в хорошем районе, где были размещены учебные корпусы всех главных университетов. Оставили для аренды. Семья Захара уже несколько лет не жила в этом городе. Наверное, поэтому комната казалась такой пустой и необжитой. Здесь стоял только диван, платяной шкаф и письменный стол с компьютерным креслом. Сразу захотелось добавить в этот унылый интерьер каких-нибудь уютных, милых вещиц.

Я закрыла за собой дверь. Вдруг этот высокомерный козлина-кун что-то забыл и снова вернется. Не хотелось снова разговаривать с ним. Оставив сумку возле дивана, подошла к окну. Оно выходило на безумно красивую улицу с дорогущими бутиками, стильными ресторанами и офисами разных нефтедобывающих фирм. Под окнами сработала сигнализация: это Захар сел в спортивную тачку и закинул на переднее сиденье рюкзак.

Мажорик!

Мама говорила, что у семьи Захара несколько строительных магазинов. Видимо, его родители умеют считать и зарабатывать деньги, раз не отказались от квартирантки. Будут, наверное, этими средствами оплачивать кредит за его новое авто.

Пришлось отпрянуть от окна. Подумает еще, что наблюдаю за ним. И только когда стихли звуки отъезжающей машины, я залезла на широкий подоконник. День близился к завершению, и новенькие высотки утопали в золотых и персиковых лучах заходящего солнца. Мое любимое время суток! Я подтянула к себе колени, обняла их руками и уставилась на вечерний город. Надеюсь, этот учебный год будет не очень сложным.

Долго сидеть и медитировать не удалось, живот предательски заурчал от голода. Надо было выйти на охоту: в продуктовом магазине начиналось время вечерних скидок и акций. Можно было выгодно закупиться! Я оставила вещи не разобранными, подхватила свой комплект ключей и выскочила из квартиры.

2 глава

До начала учебного года оставалась всего пара дней. За это время я планировала исследовать район, где мне придется жить: какие тут есть магазины, разобраться с движением общественного транспорта, съездить отсюда до университета и обратно, чтобы привыкнуть к маршруту, найти ближайший торговый центр и купить канцтовары и что-нибудь из одежды. В общем, дел было невпроворот.

Вчера я разобрала вещи, разложила и развешала их в шкафу, а также нашла в диване одеяло и подушку, на которые натянула постельное белье с Белоснежкой и гномами. Да, рисунок детский! Зато оно было самое дешевое на маркетплейсе. Как же я ненавидела это сочетание слов! А еще «затянуть пояса» и «надо экономить». Бррр! Просто топ в моем личном антирейтинге!

Так что этим утром, укрывшись многочисленными сказочными персонажами, я безмятежно спала на собранном диване. Но вдруг дверь в моей комнате подозрительно скрипнула, и я распахнула глаза. Сердце бешено застучало в ушах. Может быть, этот придурок решил придушить меня подушкой, чтобы я ему тут не мешала? Почему у них нет замков в дверях?! С диким сердцебиением я мгновенно села, прижав одеяло к груди и откинув от лица копну растрепанных волос.

– Пардон, – хохотнул незнакомый высокий зеленоглазый парень со светло-рыжими коротко стриженными волосами, он обратился куда-то в сторону. – Зак, что за «дети» с тобой проживают? Это законно?

– Заткнись и выйди оттуда! – рявкнул Захар. – Забыл сказать, что матушка квартиранта заселила.

– КвартирантКУ, – исправил его наглец, с любопытством разглядывая меня. – И, как оказалось, очень хорошенькую!

– Представляешь, мать специально дождалась сентября, чтобы сдать комнату повыгоднее, подороже. Так сказать, самым отчаявшимся, кто не подумал о жилье заранее и хватал любой вариант, где было место, чтобы не опоздать к занятиям… Да закрой ты эту дверь наконец! – недовольно крикнул Зак.

Я была настолько поражена встрече с незнакомцем, что не могла выдавить и слова. Да хотя бы просто возмутиться! От духоты в комнате язык прилип к небу. Надо было срочно хлебнуть воды. А этот амбал все так и пялился на меня, хитро щурясь и улыбаясь.

– Азат! – грозно повторил Захар.

И рыжий, хохотнув, все-таки послушался.

– У тебя фетиш, что ли, на карманных девчонок? – глухо слышалось через закрытую дверь. – Сам проводил кастинг?

– Сказал же, мать подселила. Бесит! За копейку удавится. Решила заработать еще и на квартире.

– Ей же надо оплачивать твое обучение. А еще новенькая тачка…

– Не оправдывай ее!

Они вошли в комнату Захара и закрыли за собой дверь, так что больше ничего нельзя было разобрать. Воспользовавшись моментом, я схватила джинсы, футболку и юркнула в ванную, чтобы переодеться. Хотя бы там был замок!

***

– Ты должен поставить защелки на межкомнатные двери! – вскипела я, когда мы с Захаром немного погодя столкнулись на кухне.

– Ошибаешься… Я никому ничего не должен, малышка, – лениво протянул он и запустил кофемашину. – Особенно тебе.

– Тогда контролируй своих гостей, чтобы не заглядывали ко мне, когда я сплю в коротких шортах и полупрозрачной майке.

– А если будешь прилично одета, им можно заглядывать? – улыбнулся он чашке, в которую наливался кофе с пышной пеной.

– Нет!

Захар достал еще одну кружку и снова запустил режим «Капучино»: делал напиток для своего гостя. И пока ждал, устроился на подоконнике.

Мне тоже безумно хотелось свежесваренного кофе с одним из сиропов, что стояли возле машины. Аромат распространился по кухне головокружительный. Но брать чужое – никогда! Просить у человека с таким надменным лицом – ни за что! Поэтому решила сделать растворимый, но для этого мне требовалась моя кружка. Только вот на столе ее не было!

Открыла шкаф и задрала голову.

Вот она! На самой верхней полке. И кто ее туда забросил?!

Я медленно повернула голову в сторону соседа, одарив его самым гневным взглядом.

– Ты такая мелкая… – задумчиво произнес Захар, сложив руки на груди и скрестив ноги. – Нравилось стоять последней на физре?

– Зря стараешься, длинный. У меня нет комплексов по поводу моей внешности.

– Поезд длинный, а я высокий, – отчеканил он. – Комплексы у тебя, обещаю, в ближайшее время появятся, – угрожающе уведомил Захар. Однако подошел и снял для меня чашку с верхней полки. – Привезла с собой лестницу, чтобы приспособиться к жизни в нашем жилище для великанов?

Он был прав! Без стремянки или табурета мне точно будет не обойтись!

Я собрала всю свою смелость, поставила руки на бока, чтобы казаться больше, и пикировала:

– Справлюсь как-нибудь! За меня не беспокойся. Лучше сам внимательно смотри по сторонам, иначе однажды замешкаешься и в тебя врежется самолет. Ну, или воробей на скорости в рот залетит, пока будешь болтать по телефону. И задохнешься!

Он снисходительно фыркнул, медленно подошел ко мне ближе. Я подумала, что сейчас Захар точно схватит меня за ноги и воткнет головой в мусорное ведро.

Finish him![1]

В моем случае – her.

Я даже немного вжала голову в плечи, чтобы сгруппироваться. Но сосед только встал рядом, выхватил упаковку печенья из шкафа, что висел у меня над макушкой, прижал ее к себе локтем, отошел к кофемашине, взял две полные чашки и направился с ними в сторону коридора.

– Спасибо за бесценный совет, – небрежно бросил Захар. – Буду крайне осторожен.

Я облегченно выдохнула. Мне оставалось только следить за ним взглядом. Хорошо, что он уходит!

Но Захар вдруг остановился. И обернулся.

– Тебя как зовут-то? Не спросил вчера.

– Лида. Точнее, Лидия Старикова, – важно сообщила я, подобравшись.

– Ммм, Лидия! – задумчиво протянул Зак, будто пробуя имя на вкус. – Сразу бабушкой родилась?

– Пошел ты к черту, каланча!

– Загадочная история Лидии Баттон, – он хохотнул, направился к себе, и через мгновение где-то там, за поворотом, захлопнулась дверь в его комнату.

От аромата кофе и печенья в желудке предательски заурчало. Тоже хотелось съесть что-нибудь. Я быстро схватила чашку, которую Захар для меня достал, развела растворимый напиток и взяла из холодильника булочку в пакете, которую вчера купила в конце дня по акции. Нужно было быстро позавтракать и бежать по делам.

***

Район, где располагалась квартира Захара, был бесподобный! Самые модные торговые центры, стильные кофейни, новостройки в европейском стиле и запутанные развязки дорог. Яркое солнце отсвечивало в зеркальных поверхностях зданий, в лобовых стеклах дорогих автомобилей на парковках, даже утром на фонарных столбах сверкала иллюминация.

Я шла мимо ресторана, где на огромной витрине стояло очень красивое чучело оленя. Он будто тянул за собой нарты. Я полистала меню возле входа и только облизнулась. Чтобы позволить себе визит в такой ресторан, не хватит стипендии и даже какой-то студенческой подработки. Что уж говорить о деньгах, которые мне давала мама. Она работала учителем математики в школе. Я посмотрела на отражение больших голубых голодных глаз в витрине и пошла дальше. Пообещала себе, что вернусь сюда однажды, но уже с кучей денег, приглашу на праздничный ужин маму и сестру. Сделаю все, чтобы окончить университет с отличием и получить работу с достойной оплатой. С этими мыслями я и направилась в торговый центр, где на фудкорте съела уцененный пирожок, запив чаем с бесплатным сахаром, чтобы были силы для шопинга. Потратила целый день, чтобы купить кое-что из одежды, гирлянды и свечи для украшения комнаты. Да, я экономила, но не могла не внести немного уюта в свой уголок.

Когда вернулась в квартиру, услышала за дверью комнаты соседа звуки безудержного веселья, звон стаканов, смех и музыку, потому поспешила в свою комнату. Не хотелось портить с Захаром отношения, надо было хотя бы как-то удержать нейтралитет. Разборки и ненависть отнимают столько энергии! У меня из без конфликта с ним есть чем заняться.

О!

Возле двери в мою комнату стояла знакомая коробка.

– Сегодня доставили, пока ты гуляла, – позади я услышала надменный голос. – Впредь рассчитывай время и забирай свои посылки сама, – и добавил с насмешкой, – Лидия.

Козел!

Нет, он все-таки нарывается! Держать нейтралитет не получится!

– Все свои пожитки решила сюда перевезти? – Захар наблюдал, как я снимаю босоножки и становлюсь все меньше и меньше.

– Это всего лишь компьютер! – я не смогла удержаться и закатила глаза, заходя в комнату.

Он ухватился за коробку, пока я ставила пакеты с покупками у дивана, и зачем-то последовал за мной.

– Куда поставить? Надорвешься еще, старушка. Очень не хочется слушать ночью твои вопли из-за боли в спине.

– Хватит оскорблять меня, дылда!

– Ух ты! Эта Феррари разгоняется до скандала за секунду, – довольно хмыкнул себе под нос Захар и поставил коробку возле стола. Открыл ее и заглянул внутрь.

– Зачем тебе такой мощный комп?

– Играть люблю, – я сложила руки на груди.

– Ты?! – ей-богу, его брови чуть не вылетели в стратосферу.

– Да. А что?

– Ничего себе… По тебе не скажешь. Помощь нужна с подключением?

– Твоя помощь? – неуверенно уточнила я. – Ты разве разбираешься в компьютерах? Думала, что ты учишься на вышибалу из самолета.

– Я профессиональный спортсмен. Теннисист. Оканчиваю институт физической культуры в этом году. И это совершенно не значит, что я не разбираюсь в компьютерах.

Я быстро скользнула взглядом по его потрясающей фигуре, но тут же уставилась на коробку с компьютером. Откашлялась.

– Помогать не надо, Захар. Боюсь, что физкультурник не справится с такой сложной задачей.

– Уверена, что не справлюсь? – фыркнул он, задрал нос и подбородок кверху, посмотрев на меня свысока.

– Абсолютно.

– Как хочешь, – сосед вдруг улыбнулся. – А ты, кстати, на кого учишься, баба Лида? – и не дал мне ответить. – Дай-ка угадаю. На смотрителя музея?

– Не угадал, мой Шерлок. На кондуктора.

– Действительно… У тебя как раз подходящий характер для этой профессии, – улыбнулся он, вальяжно выходя из комнаты. – Такая же зануда!

[1] Finish him! (англ.) – «прикончи его», фраза из игры Mortal Kombat: произносится в конце раунда, когда один персонаж убивает другого.

3 глава

– Зачем ты связался с ее младшей сестрой? – вместе с Захаром в квартиру ввалился какой-то тип, полная его противоположность. Если мой сосед был подтянутый, спортивный и смуглый, то этот был круглый, как глобус, размера пятьдесят шестого, и бледный, как обморок. Но такой же высокий и стильно одетый. Одна его рука была в кармане свободных черных штанов с огромным количеством накладных карманов, вторая расстегивала синюю джинсовку, под которой была темная футболка. Я мельком взглянула на них из кухни и отошла к холодильнику, чтобы они меня не заметили.

– А что? Нельзя?

– Зак, ей хотя бы есть восемнадцать?!

– Как раз недавно исполнилось, – Захар лениво снимал кроссовки у двери.

– Я просто не понимаю – для чего? – Пухлый тоже развязывал шнурки.

– Просто так вышло. Меня Лева с ней познакомил. Он же сейчас с близняшками встречается: с Любой и Надей, а она – их подруга. И да, я не знал, что Настя – Танькина сестра.

– Так уж и не знал!

Захар и его друг зашли в гардеробную и чем-то там шуршали на полках.

– Ладно, знал. Но знаком с ней раньше не был. Они же не родные, а двоюродные.

– Все равно близкие родственницы. Фамилия даже одна! Хочешь, чтобы бывшую это задело?

– Типа того.

– Видел я твою Таньку в бильярде на прошлых выходных. Думаю, ей будет по барабану – с кем ты. Она счастлива со своим новым парнем. И тебе тоже пора перестать страдать и прятать слезы в дожде.

Они вынырнули из гардеробной и направились в сторону комнаты Захара. Но вдруг оба остановились, заметив меня: я вышла из кухни с чашкой чая и печеньем и, добравшись до своей комнаты, молча начала открывать ногой дверь. Пухлый снял черные очки с носа и уставился на меня, как на приведение.

– А это еще кто?

– Это… – Захар задумался, будто подбирал слова, чтобы случайно не сказать «вредоносный микроб» или «мелкая пигалица», – это… соседка. Мать подселила в маленькую комнату. Училась в нашей школе, на пару лет младше нас.

– А, точно! Я и думаю, что лицо знакомое, – задумчиво протянул Пухлый. – И давно вы вместе живете?

– Да вот, пару дней.

– М-м-м… Понятно, – его друг до сих пор не мог прийти в себя от неожиданности.

– Так разговариваете обо мне, будто меня тут нет, – фыркнула я, наблюдая за ними.

– Поверь, мне бы очень хотелось, чтобы так было, баба Лида.

– Пошел ты, дед инсайд![1]

Лицо Захара исказило недовольство, первые секунды мне даже не по себе стало.

Ему не понравилось это прозвище? Хм. С этим можно поработать.

Я почувствовала, как у меня расползается довольная улыбка.

– А она дерзкая штучка, – ухмыльнулся Пухлый, а потом обратился ко мне, – кажется, я тебя окончательно вспомнил. Это ведь твоя мама – учитель математики?

– Ага.

– Как тебя зовут?

– Лида.

– Точно-точно, – он махнул в мою сторону указательным пальцем.

– Пошли, Генрих, – Зак потянул его за рукав. – Нам не о чем с ней разговаривать.

– Это уж я сам решу, дружище, – Генрих мне мило улыбнулся и едва заметно кивнул. Однако скрылся в комнате вслед за Захаром. Их голоса стали глуше.

Я же, устроившись на диване с телефоном, прихлебывала чай и читала блоги других художников, при этом все еще слышала их болтовню. Видимо, кто-то из них не до конца закрыл дверь.

– Хочешь?

– Нет. Выброси. Ты же спортсмен!

– У меня депра.

Послышался едва уловимый звук щелканья зажигалки.

– Генрих, я не могу вот так вычеркнуть пять лет своей жизни, вести себя так, будто ничего не произошло, – он выдохнул дым. – Почему она смогла? Неужели Танька никогда меня не любила? Я же все для нее делал, заботился, помогал во всем… Мне с ней было так хорошо! До сих пор не могу пережить это расставание. В душе теперь бездонная дыра. Кажется, у меня уже крыша отъезжает от переизбытка негатива. Люблю ее и при этом ненавижу. Эта ядерная смесь разных чувств взрывает меня изнутри. Почему она ушла к другому? Я что, так плох?

– Хватит уже загоняться на этой теме, Зак! Я не знаю, что у вас произошло. Вы всегда были такими счастливыми… Забудь! С твоими внешними данными и блестящей карьерой ты можешь замутить с любой девчонкой… У тебя квартира в центре, тачка, смазливая мордашка! И столько поклонниц! Открой свой профиль, почитай комментарии.

– Но я не хочу их. Я хочу ее!

– Захар, Захар!.. – ответил ему с укоризной Генрих, послышался скрип компьютерного стула. – Ты правда начал встречаться с сестрой Таньки, чтобы позлить ее?

– Уверен, Танюху это заденет, – он снова шумно выдохнул.

– Не знаю, Зак. Возможно, тебе просто надо было отключить мозг и немножко выпустить пар, пообщаться с другими девчонками. На тебя же много кто заглядывается. А ты сразу нырнул в новые отношения!

– Я Насте пока ничего не обещал. Мы лишь пару раз встретились, поболтали… Закрой дверь плотнее! Не хочу, чтобы квартира провоняла. Да и мелкая, наверное, уши греет.

Я открыла рот от возмущения и тут же натянула наушники, чтобы не слышать их из принципа! Много чести!

Через некоторое время пришлось отложить телефон. Надо было подготовить одежду к первому учебному дню. Завтра в расписании стояли сразу три пары! Пританцовывая под ритмичный трек, я вытащила короткий синий сарафан и белую блузку с рукавами фонариками и кавайным отложным воротничком, под которым завязывался бантик. Очень празднично и мило! Уложила в рюкзак новые тетради, ручки и маркеры, допила как раз в меру остывший чай и, скинув наушники, пошла на кухню, чтобы отнести чашку. Пока мыла ее, друзья вышли из комнаты и стали надевать кроссовки.

– Есть хочу! – ныл Захар. – Давай сначала в пиццерию заскочим?

– Тебе же тренер не рекомендует есть жирное!

– Отработаю в спортзале… О! Баба Лида, хочешь принесу тебе пиццу? – Захар с наглой улыбочкой оглянулся на меня, когда я возвращалась к себе в комнату.

– Нет, спасибо.

Его улыбка была очень красивая. Жаль, неискренняя.

– Ночевать не приду, – крикнул он с лестничной площадки и побежал вниз, перескакивая через несколько ступеней.

Я подошла к двери, чтобы закрыть ее. Захара уже не было видно. Зато Генрих кивнул мне на прощание, будто извиняясь, и медленно поплелся за ним следом.

***

Утром я проснулась незадолго до будильника. Как обычно, в первые учебные дни меня переполняли силы и энергия. Взяла из шкафа огромное банное полотенце, белое белье, чтобы надеть под светлую блузку, и пошла в ванную. То, что этого придурка не было дома, очень радовало. На минуточку я представила себя хозяйкой шикарных апартаментов в центре города. Ощущение было классное! Опьяняющее чувство свободы и независимости. А потом… потом я увидела ряды модных кроссовок Захара и вздохнула.

Накануне вечером, когда эти двое ушли в пиццерию, я провела уютный вечер в одиночестве: в комнате повесила гирлянду, в ванной любовно расставила на раковине и в шкафчиках все свои баночки, скляночки и бутыльки. И сейчас планировала принять душ со скрабом и бодрящим гелем для душа.

Я залезла в ванну, задернула полупрозрачную шторку, чтобы брызги не летели в разные стороны, и включила воду. Подставила лицо теплым струям. Когда практически допела весь приготовленный для душа репертуар, откуда ни возьмись в ванную комнату завалился Захар.

– Как же ты отвратительно поешь, Изольда Витольдовна! – в сердцах сказал Зак.

– А-а-а! – заверещала я, прикрыла руками стратегические места с надеждой, что меня невозможно разглядеть через штору. – Выйди, придурок!

– Ага. Размечталась. Ты что тут вообще устроила? Спа-салон? Откуда здесь все эти банки?! – возмущался он. – Эй!

– Выйди, сказала!

– Нет. Это моя квартира, – фыркнул Зак. – Хожу там, где хочу. И вообще, нужно было закрываться изнутри…

– Я думала тебя нет дома!

– Е-мое! Будто не ты ко мне переехала, а я к тебе! Это что, какая-то умывалка? – он схватил один бутылек. – Можешь выбросить, она тебе больше не понадобится, теперь ты будешь умываться слезами. А это? – Зак захихикал и сказал вкрадчиво. – Спермацетовый крем? Это из чего? – вертел тубу в руках, выискивая состав. – Эффект увлажнения… – задумчиво прочитал он. – Ты на это деньги тратишь? Я могу с тобой бесплатно поделиться натуральным продуктом.

– Заткнись и выйди! – орала я. – Мне на пары надо! Сейчас быстро помоюсь и освобожу для тебя ванную!

– Пилинг для головы?! – бормотал он. – Господи, надеюсь, не моей… – а потом громче добавил. – Мне тоже к первой паре. Может, составить тебе компанию? Сразу убьем двух зайцев – сэкономим воду, помоемся и не опоздаем.

Я завизжала на ультразвуке, когда он взялся за шторку. Несколько сотен моих нервных клеток скоропостижно скончалось. Захар расхохотался, но не стал открывать. Вдоволь насладившись моим визгом, он включил кран и достал из шкафчика электрическую зубную щетку, совершенно не собираясь выходить. Он действительно начал умываться!

– Кстати, красивое белье, – сказал он невнятно под жужжание аппарата.

– Не пялься на него! – я все еще не могла пошевелиться за шторкой и стояла, как столб.

– Ты его разложила поперек стиральной машины. На него трудно не пялиться. – Зак поднял бюстгалтер за бретельку и начал вертеть в руке. – Хм… Какая милая жемчужинка будет между твоими сиськами!

– Убери от него руки!

Он издевательски заржал, потом все-таки отбросил белье обратно и сплюнул пасту.

Я верещала за шторкой, пока Зак полоскал рот.

– Нам нужно составить расписание, чтобы впредь больше не сталкиваться здесь в одно время!

– Никаких расписаний, малышка. Только хардкор. Я буду ходить в любое удобное для себя время на правах хозяина, а ты подстраивайся под меня. Если зайду, а ты будешь принимать ванну – не мои проблемы – сяду рядом с тобой. И еще: перед тем, как я буду устраивать вечеринки, тебе придется убирать отсюда все свое барахло.

У меня просто не было слов! Я стояла с открытым от возмущения ртом, прикрывая тело на случай, если Зак все же заглянет. Но он не заглянул. Вытер лицо и вышел.

Когда я, обернутая в полотенце, выползла в коридор, извергая проклятия, Захар сидел за барной стойкой и уже пил кофе. Он просканировал меня с головы до ног, нахально улыбаясь глазами.

– Когда ты вообще пришел? – прошипела я.

– Рано утром. Не удивлен, что ты не услышала. Храпела так, что стены тряслись и штукатурка сыпалась.

– Врешь!

– Ладно, подловила, Элеонора Леопольдовна, – хохотнул он. – Не храпела. Просто пускала слюни на подушку и что-то невнятно бормотала на латыни… Вот, кстати. Принес тебе пиццу. Тебе надо много кушать, чтобы вырасти большой.

Я показала ему средний палец, а он нагло усмехнулся.

***

Стала ли я отказываться от пиццы? Конечно, нет. Это была компенсация за моральный ущерб. К тому же сэкономила на завтраке. Потягивая растворимый кофе, я наблюдала в окно, как Захар открывает серый спорткар и бросает рюкзак с ракеткой на переднее сиденье. В этот раз он заметил, что я смотрю на него из окна. Зак подмигнул и улыбнулся шикарной белоснежной улыбкой. Самодовольный козел!

Я взглянула на часы и быстро допила кофе. Мне-то предстояло еще пилить до автобусной остановки! На каблуках! Благо, что до универа теперь ехать было всего пятнадцать минут и с транспортом в центре – никаких проблем. В прошлом году я жила на окраине города, и чтобы добраться до учебного корпуса, приходилось просыпаться за два часа до начала пар.

Постукивая каблуками по асфальтовым тротуарам, я спешила на остановку. Поправила рюкзак на плече и разблокировала телефон, чтобы позвонить маме. Правда, сейчас была не моя очередь разговаривать с ней. Обычно утром ей звонила старшая сестра, когда ехала на работу. Мое время было вечером. Однако я все же попыталась. Ведь сегодня был особенный день.

Занято!

Ничуть не удивившись, я зашагала дальше. Однако мама тут же перезвонила по видеосвязи.

– Доброе утро, Лидуся! Как раз только с Ольгой закончили говорить. Как дела? Подружились с Захаром?

– Все в порядке. Ты как?

– Нормально… Собираюсь на праздничную линейку. Мне опять дали классное руководство. Представляешь?.. Ты, кстати, помнишь, какой сегодня день?

– Конечно! Если найду у Захара сковороду, испеку блинчики. Ты тоже будешь печь?

– Да. Обязательно вспомни о папе что-нибудь хорошее. Хотя тебе это будет непросто сделать: ты же совсем маленькая была.

– Я хорошо его помню! – возмутилась я.

– Ладно, – и хотя я смотрела не в камеру, а в сторону остановки, мне было слышно, что мама улыбнулась. – Как настрой на первый учебный день?

– Отличный! Вот посмотри, какой у меня сегодня прикид.

Я отодвинула телефон от лица и показала себя, мы расхохотались.

– Очень милый наряд! Ты хоть ешь что-нибудь?

– Конечно! Что за вопрос! Захар со мной поделился сегодня пиццей.

– Он хороший мальчик.

– Ага, – надеюсь, мама не услышала сарказма в моем голосе.

– Камилла рассказывала, что у него успешная карьера в большом теннисе… Я хорошо его помню по школе, он довольно симпатичный! Может, вы с ним понравитесь друг другу и будете встречаться?

У меня вырвался нервный смешок.

– Ни за что на свете! – и снова отвернулась от экрана, чтобы посмотреть на дорогу. – Ладно, мам, я позже перезвоню, как раз мой автобус подходит.

– Хорошо, звони вечером, если будет время. Пока!

Устроившись на сидении, я уставилась на проплывающий за окном город. Как будто и не было лета: я снова ехала на занятия. Универ тоже встречал как обычно – музыкой в перерывах между парами. В холле я посмотрела расписание и пошла в нужную аудиторию. К четвертому курсу ряды одногруппников поредели: кого-то отчислили, кто-то сам перевелся. Однако те, кто остались, выглядели загоревшими и отдохнувшими.

– Привет! – я махнула своей подруге Дашке.

– Привет, кукла! – до этого она болтала со старостой, но, увидев меня, засияла и освободила лавочку от своей сумки. – Прыгай!

Я присела к ней, и мы обнялись.

– Какие последние новости? Общежитие тебе все-таки дали или нет?

– Не дали, – расстроенно выдохнула я, доставая тетрадь и ручку. – Зато теперь я живу с сыном маминой подруги.

– Серьезно? – лицо Дашки вытянулось. – Какой-нибудь занудный омежка типа Аркадия?

Я оглянулась на нашего «профессора» с зеленовато-белым лицом: он как обычно держал ровную осанку, будто проглотил палку. Строгий брючный костюм добавлял ему деловитости. Аркадий погрузился в свои мысли, благоговейно листая какую-то толстенную книгу длинными бледными пальцами и хмуря кустистые брови. В общем, ничего общего с Захаром.

– Нет, не омежка, – протянула я задумчиво, – скорее, наоборот. Альфач.

– Да ты что! – Дашка заинтересованно сверкнула глазами. – Он учится или уже работает?

– Оканчивает институт физической культуры в этом году. Теннисист.

– Понятно, – восторг подруги моментально рассеялся, и она обреченно махнула рукой, состроив кислую мину. Это был приговор. Зак явно был тупой.

– Еще и жутко депрессивный, – бесилась я. – Если не на тренировке, то уныло слоняется по квартире туда-сюда или играет в компьютерные игры, или в одиночестве смотрит дорамы и сериалы. Не удивлюсь, если он, закрывшись в своей комнате, рыдает в подушку. Его, кажется, девушка бросила недавно. Пережить никак не может.

– Пф! «Мужское эго», – Дашка изобразила левой рукой воздушный шар, – плюс «что угодно», – изобразила иголку указательным пальцем правой руки, – «БУМ!».

Мы расхохотались.

– Как-нибудь приглашу тебя в гости, когда он привыкнет к моему присутствию и немного угомонится.

– Пристает?

– Ненавидит! – выдохнула я.

У Дашки вытянулось лицо.

– За что?!

Я уже набрала воздуха, чтобы расписать все в красках, но пришлось прервать увлекательную беседу, потому что в аудиторию зашел преподаватель и началась пара.

***

– Можно мне воспользоваться твоей сковородкой?

Мне пришлось заглянуть к Захару в комнату, чтобы спросить разрешения взять его посуду для приготовления блинчиков. Мой сосед сидел за компьютером без футболки, в одних шортах. Каждая мышца на спине перекатывалась из-за того, что он двигал руками, пока во что-то играл. Я облизнула губы. Пришлось отвести взгляд, чтобы отвлечься на обстановку. Комната Зака была в два раза больше моей. Кроме того, в ней был выход на уютный балкон с окнами в пол, с двумя креслами-мешками и небольшим столиком. Теплый ветер врывался в комнату через открытую стеклянную дверь, колыхая серый тюль. Помимо компьютера здесь стояла огромная двуспальная кровать, перед ней гигантский телевизор, на полу – игровая приставка. Ближе к двери, у стены, стояла беговая дорожка, а перед ней много-много дипломов в рамках и медалей на стене. Наверное, тренируется и смотрит на награды, восхищаясь собой.

– Захар! – снова позвала я.

Выругавшись, он отвернулся от экрана и посмотрел на меня через плечо. К третьему дню моего пребывания в квартире сосед, кажется, смирился с тем, что теперь я буду жить с ним.

– Из-за тебя меня убили! – заорал он. – Если нужна сковорода, возьми. Еще не хватало, чтобы ты сюда свои кастрюли приперла! – вдруг Захар ненадолго зацепился взглядом за мои ультракороткие голубые джинсовые шорты, но тут же отвернулся к монитору и рявкнул. – Выйди! Ты мне мешаешь!

Я закатила глаза и закрыла дверь.

Квартира Захара находилась на солнечной стороне, потому большую часть дня в комнатах было душно. Зак грибовал в своей берлоге, где его обдувало с балкона, а еще у него был кондиционер. Меня же совершенно не спасало одно открытое окно, поэтому и пришлось надеть одежду покороче. Как же было жарко!

Вернувшись на кухню, взяла все необходимое для блинов. Некоторое время сомневалась, сколько теста нужно завести. Наверняка, учуяв запах еды, Захар тоже захочет перекусить. Мама и старшая сестра всегда учили меня по возможности угощать других чем-нибудь вкусненьким. Немного поразмыслив, я решила все-таки завести теста побольше. Если Захар и откажется попробовать мою стряпню, остатки станут моим завтрашним обедом.

Я вылила в миску молоко и добавила сухую смесь для блинов. Хотела начать размешивать, но в дверь позвонили. Видимо, Захар надел наушники, потому что даже после третьего звонка в коридоре он не объявился. Пришлось тащиться мне, чтобы открыть. Это были его друзья: великан Генрих и светло-рыжий парень Азат. Я отступила на несколько шагов, чтобы они смогли войти. Протяжным свистом красавчик Азат оценил мои шорты.

– Приветик! – с придыханием сказал он.

Я только весело хмыкнула и вернулась на кухню. Генрих взглянул на меня мельком и принялся снимать джинсовку.

– Захар у себя, – бросила я им на напоследок.

– Мы так и думали! Где ж еще ему быть?

Когда они зашли в комнату соседа, послышался глухой гул приветствий и удары ладонями, какое-то игривое посвистывание и хохот. Голос Захара звучал недовольно. Мне пришлось надеть беспроводные наушники, чтобы сосредоточиться на воспоминаниях об отце. Перед глазами поплыли картинки, как папа вел меня в первый класс, наши семейные ужины и вылазки на пикники. Мне так его не хватало! Жаль, что он ушел так рано. Где-то в глубине души во мне жило иррациональное убеждение, что он меня бросил. И это причиняло мне боль и страдания. Без него я не чувствовала себя защищенной. Мне нужен был кто-то рядом. Кто-то взрослый… Кто решал бы все мои проблемы.

Незаметно музыка в плейлисте сменилась на быструю, и я начала пританцовывать, лихо подбрасывая один блин за другим на сковородке. Когда меня кто-то тронул за плечо, я чуть не выронила ее из рук. Все три парня были на кухне: пялились на меня и недоуменно хлопали глазами. Я их даже не заметила! И когда они успели сюда прийти? Как долго находились здесь?

Я скинула наушники на шею.

– Зачетные шортики, – Азат одобрительно покачал головой, устраиваясь за барной стойкой. Генрих сел на диван.

– Спасибо!

– Выглядишь как воплощение грязных фантазий, – недовольно буркнул Захар, усаживаясь на подоконник и как обычно скрещивая руки и ноги.

– Твоих? – со смехом уточнила я. – Кажется, это тебя я видела в клубе в прошлые выходные? Ты был в майке с надписью «Перверт».

Парни захохотали.

– Майка такая есть, да, – подключился к моей игре Захар. – Но вряд ли ты видела меня в ней на вечеринке. Обычно я надеваю ее на утреннюю пробежку, госпожа душнила. Я заметил, что ты всегда любуешься на меня из окна, когда я возвращаюсь из парка.

– Ходишь туда, чтобы соблазнять бабушек, которые выгуливают с утра пораньше своих собачек?

– Чтобы соблазнять бабушек, мне далеко ходить не надо, баба Лида, – он слез с подоконника и направился к кухонному шкафу с кружками. – В парке я бегаю для бодрости и хорошего настроения.

– Да уж, если бегать по утрам, потом ничего хуже уже случиться не может, – фыркнула я.

– Можешь случиться ты в моей квартире!

– Считаю, что тебе повезло. Я идеальная соседка.

– А я так не думаю…

Проходя мимо, Зак слегка потрепал меня за подбородок большим и указательным пальцем. Я смутилась.

– Кажется, достижение «флирт» разблокировано, – подметил Генрих.

– Пф! Она не в моем вкусе, Вайцель. Слышал бы ты песни, которые играют по вечерам в ее комнате! Мрак! Я сразу понял, что мы не пара.

– Поверь мне, Захар, я тоже не рассматриваю тебя как потенциального партнера по личной жизни.

– А я тебя – тем более! – он показательно присел, чтобы быть со мной одного роста. – Мне с высоты тебя вообще сложно рассмотреть.

– Можешь так не стараться, чтобы унизить меня и задеть, – заметила я. – Отец всегда меня любил и говорил, что я красивая. Так что проблем с парнями у меня никогда не было и нет. Лучше принеси пользу этой квартире: поправь шторы, человек-палка, посмотри, они слетели с петель, – я подняла руку к потолку, и без того коротенькая футболка поднялась еще выше.

Взгляд Захара быстро скользнул по открывшейся полоске тела, его брови недовольно нахмурились. Но он быстро подошел к окну и без проблем вставил вылетевшие крючки в пазы на карнизе. Мне бы для этого точно потребовалось забраться на подоконник!

– Не надо разгуливать в откровенной одежде по квартире, полной тестостерона! – проворчал Захар. – Я за тебя отвечать не буду, если кто-нибудь из этих зажмет тебя в темном углу.

– Не беспокойся, уже ухожу. Закрою дверь и буду сидеть в своей комнате тихо, как мышка. Как вы и приказали мне, о, хозяин этой квартиры, – и добавила серьезно. – А по поводу гостей… мог бы и предупредить!

Парни снова расхохотались.

– Почему ты не разрешаешь ей выходить из комнаты, если у тебя гости? – спросил с улыбкой Генрих.

– Потому что я так сказал!

– Железный аргумент, – Азат вздернул брови. – Не слушай его, Лидка. Мы совсем не против, если ты составишь нам компанию, когда мы будем здесь тусоваться.

– Спасибо! – я благодарно улыбнулась.

– Лида, сколько в тебе роста, если честно? – Азат за барной стойкой пил минералку.

– Сто пятьдесят два сантиметра, но если парень мне очень нравится, то сто десять, – пошутила я.

Парни грохнули от смеха. Точнее, смеялся Генрих и Азат. Захар же обреченно прикрыл лицо ладонью.

– А ты сасная![2] – усмехнулся Азат. – Повезло тебе, Зак. Горяченькая соседка! Если бы я жил с таким очаровательным созданием под одной крышей, точно начал бы флиртовать уже в день знакомства, – теперь он мило улыбался. – Захар, ты уже прокрадывался в ее комнату?

– Конечно, – ответил тот невозмутимо, занимаясь приготовлением кофе. – Сегодня ночью она была просто супер.

– В смысле?! Что ты несешь? – возмутилась я.

– Наконец-то не храпела, как помирающий носорог.

– Я не храплю! – и толкнула его двумя руками, но эта скала даже не шелохнулась.

Я выдержу! Я не воткну ему вилку в глаз!

Сделала глубокий вдох. Но на выдохе начала тихо цедить проклятья в его адрес.

– Вы, мелкие, такие злые, потому что ближе к аду? – он посмотрел на меня сверху вниз.

– А вы, высокие, такие отмороженные, потому что у вас там, в стратосфере, мозг превратился в лед? Как, кстати, погодка наверху?

– Такая же ветреная, как у тебя в голове!

Парни снова хохотали над нашими препирательствами.

– По-моему, они оба не любят, когда спор не заканчивается чьей-то смертью, – шепнул Азат Пухлому.

– Да уж… Жалко попкорна нет, – хмыкнул ему в ответ Генрих. – Эй! Захар, притормози, – и примирительно выставил ладонь вперед. – Зачем ссориться? Успокойтесь уже! А то однажды, проходя мимо ванной комнаты, заметишь, как она твоей зубной щеткой моет сантехнику. Ты этого добиваешься?

– Вот именно! Спасибо за идею, Генрих! – подмигнула я, выключая плиту. – Вот, кстати. Угощайтесь блинчиками.

– Глупая вумен, – прошипел едва слышно Захар, тем не менее закидывая в рот жареный треугольник теста.

Я встала возле барной стойки. Завернув один блин в трубочку, откусила его и задумчиво пожевала.

– Сегодня день памяти моего отца. Прошло пятнадцать лет, как его не стало.

Улыбки с лиц парней исчезли, кто-то неловко откашлялся.

– Соболезную, – тихо сказал Генрих.

Я кивнула, взяла кружку с чаем, небольшую тарелку с блинами и ушла в комнату, чтобы не смущать гостей своим присутствием. Причем пока шла по коридору, совершенно точно чувствовала на себе чей-то взгляд. Или несколько взглядов.

Снова включила музыку и предалась воспоминаниям. Час спустя, очнувшись от грустных мыслей, решила наконец-то заняться делом: принялась подключать компьютер. Чашку и блюдце пока не стала уносить на кухню, потому что парни до сих пор были там, судя по звукам. Все же не хотелось доставлять Захару дискомфорт, раз он меня попросил не мелькать перед глазами. Но иногда его наглая рожа и колкие слова вынуждали мою змеиную натуру снять плюшевые заячьи ушки со своей головы. Я злорадно хохотнула, вспомнив искаженное раздражением красивое лицо соседа. Откатила компьютерный стул и залезла под стол, чтобы подключить системный блок и монитор. Здесь, возле плинтуса, нашлась только одна розетка. Это была проблема! Ведь мне требовалось постоянно заряжать планшет, телефон, часы и наушники. Одного гнезда на всю комнату явно маловато!

Нужно купить сетевой разветвитель…

Нет! Пусть покупает Захар! Он так отчаянно повторяет, что это его квартира. Раскошелится!

И только я вспомнила про соседа, как он сам заглянул ко мне в комнату. Хорошо, что Зак не видел, как я в это время кривлялась, изображая его высокомерное лицо. Зато моя пятая точка, обтянутая короткими шортами, все еще торчала из-под стола и приветствовала его.

– Захар, это ты? – я попятилась назад, чтобы не удариться головой о столешницу. – Как раз хотела спросить у тебя про тройничок.

Я села на пол и убрала волосы от порозовевшего лица.

– Что, п-прости? – кажется, у него в мозгу начало крутиться колесо загрузки информации от моего вопроса: парень часто заморгал, пытаясь понять, что он сейчас услышал.

– Тебе слуховой аппарат принести, дедуля? Алло! Говорю, что мне нужен сетевой разветвитель, – я сидела у его ног и смотрела на него снизу вверх, как на Эйфелеву башню. – Тройник! Тут одна розетка на всю комнату!

– А! – облегченно выдохнул он и будто вспомнил, зачем пришел. – Поищу, – Захар сглотнул сухой комок в горле. – Если не найду, то завтра куплю.

– Ты что-то хотел? – я хлопала глазами.

– Нет… То есть я хотел сказать, – он прохрустел пальцы, – что кухня свободна.

– Хорошо. Спасибо. Как раз унесу грязные тарелочки. И быстро в свою норку обратно, – подмигнула я.

Он криво усмехнулся и вышел.

[1] «Дед инсайд» (от англ. dead inside — «мертвый внутри») – человек, демонстрирующий пессимизм, равнодушие и иногда агрессивное презрение к окружающим. Выражение dead inside означает психологическое состояние – эмоциональное опустошение, апатию и депрессию.

[2] Сасный – классный, прикольный (от англ. sassy – нахальный).

4 глава

– Все вы знаете, что Ньютон открыл гравитацию, когда ему на голову упало яблоко. Внимание, спойлер: это не так, – препод по матану взмахнул руками. – Ньютон не открывал гравитацию; люди уже знали, что тяжелые предметы падают. Но никто не знал, насколько далеко распространяется гравитация. Не заканчивается ли она в небе?..

Со скучающим видом я писала лекцию по математическому анализу. Рядом со мной Дашка заплетала прямые темно-русые волосы в косу, время от времени касаясь меня левым локтем. Я отвлеклась от конспекта и посмотрела в окно, где кружила желтыми листьями прекрасная солнечная осень. Хотелось гулять в парке, а не сидеть в душной аудитории и слушать скучную лекцию.

Сегодня на первой паре объявили, что в конце этого семестра у нас будет педагогическая практика – преподавание информатики в школе. И хотя профиль у меня широкий – «Математика, информатика» – после выпуска работать учителем в школе я совершенно не собиралась. Уж лучше системным администратором! Я начала учиться по этому направлению, потому что прошла на бюджетное место. До «Компьютерной безопасности», куда я стремилась, не хватило буквально нескольких баллов. Теперь мне придется пару месяцев бодаться со школьниками, чтобы получить зачет по педагогике. Чего ужасно не хотелось!

Ладно, защищу диплом бакалавра, поступлю в магистратуру и буду изучать web-разработку и технологии интеллектуальных систем. И больше никаких школьников!

Я снова вздохнула.

– …Ньютон предположил, что гравитация может распространяться до Луны, а возможно, и дальше, – до меня доносился скучный рассказ лектора. – Его идея состояла в том, что движение Луны по орбите – это нечто вроде бесконечного падения на Землю. Но, в отличие от падающего яблока, Луна не падает на Землю, потому что одновременно по инерции движется в сторону. Это понятно?

По аудитории прокатились унылые «ага» и «угу».

Мои мысли потянулись к тому, что пару дней назад я попала под ледяной дождь и промочила ноги в дырявых ботинках, после чего у меня заболели почки. Обнаружив в моче кровь, я понеслась в дорогую клинику, где не было очередей, так как боль была невыносимая. Потратилась на прием, потом на какие-то крутые таблетки, которые мне выписали и которые, к счастью, сразу помогли! Буквально за ночь я забыла, где находятся мои почки. Однако на карте сумма близилась к нулевой отметке. При этом нужно было купить новую обувь, чтобы снова не пришлось терпеть невыносимо болезненное УЗИ и глотать пилюльки.

– Пыхтишь, как паровоз, – хохотнула рядом Дашка.

– Все достало…

– Опять сосед присоединился в душе?

– Не-а. Денег нет. Кэш улетучивается со скоростью света, расходы космические. Стипендию ждать долго, а у мамы просить – неудобно, да у нее и нет лишних средств.

– Дать взаймы?

– Нет.

– Тогда найди подработку.

– Как будто это так просто! Думаешь, много желающих принять на работу человека на неполный день и без диплома о высшем образовании? К тому же есть работодатели-обманщики, которые могут выдумать какие-то нарушения и содрать с тебя процент из зарплаты или вообще не заплатить.

– Хм… Я могу спросить у знакомой. – Дашка улыбнулась. – Она недавно устроилась работать в один офис на полдня. Может, там найдется что-то подходящее и для тебя.

– О, спроси, пожалуйста! – я оживилась, настроение немного улучшилось.

У меня появилась надежда, что все не так плохо!

Мы перевели взгляд на препода.

– …согласно его расчетам, если Солнце притягивает планеты с помощью такого же рода силы, как та, что притягивает яблоко к Земле и удерживает на орбите Луну, то эта сила должна ослабевать обратно пропорционально квадрату расстояния…

– А что там твой сосед?

– Более или менее свыкся с мыслью, что у меня подписан договор с его матерью и что ближайший год я буду жить в его квартире.

Дашка хохотнула.

– По крайней мере перестал злобно зыркать на меня, – продолжила я. – Чаще всего ходит с выражением лица, как у статуи моаи. Короче, предпочитает не замечать моего присутствия.

– Любишь мамкины деньги, люби и слушаться ее, – Дашка довольно крякнула.

– Это точно… Хотя я свою маму и без денег слушаю.

– Она у тебя прикольная. Не надоедает с непрошенными советами, не контролирует и не прессует своим авторитетом.

– Мы с сестрой, можно сказать, бьемся за то, чтобы поболтать с ней о всякой ерунде.

– Это круто.

Дашка стала грустной, и я положила ей ладонь на запястье. Ее мамы не стало в прошлом году, и она до сих пор это тяжело переживала.

– Может, после этой пары сходим в буфет? – она быстро перевела тему и неловко вытянула свою руку из-под моей.

– Если только выпить чая и съесть булку с сахаром, – вздохнула я.

– Давай.

Из университета пришлось идти домой пешком, потому что кошелек с проездным и карточками я забыла дома – на тумбочке перед входом. В буфете меня угостила Дашка. Витрины магазинов и модные кофейни в элитном районе, по которому я шла в сторону своего дома, портили настроение еще больше. Ни теплое солнце, ни золотая листва аккуратных деревьев и кустарников, ни осенние цветы совершенно не приносили мне радости. Остатков душевного равновесия меня лишила картина выходящего из ресторана Захара с девушкой. Нет, меня не трогало то, что он был не один. Дело было в том, что Зак вышел из того самого заведения с шикарным оленем на витрине, который мне так нравился, в который я хотела когда-нибудь попасть. И с таким будничным видом, будто просто заскочил туда пообедать. Скорее всего, так и было.

Дома я с грохотом скинула рюкзак на пол, а сама упала на диван, уткнувшись лицом в подушку. Сосед, наверное, уехал тусоваться дальше, потому что в квартире я была до сих пор одна. И я ему была благодарна за это. Не хотела его видеть! Ближайший час провела в размышлениях – где взять денег. И, в конце концов, решилась на постыдное.

***

Для начала нужно было принять ванну, чтобы настроиться. Я бросила в воду бурлящий шар с шиммером, добавила гель под струю воды. И занырнула. Ванная комната наполнилась ароматом черной смородины, плечи окутала густая пена. Релакс! Даже если бы в это время вернулся Захар, он не заставил бы меня вылезти отсюда.

После принятия ванны стало полегче. Я давно заметила, что приятные ароматы были способны прогнать тяжелые мысли и дать надежду, что все будет хорошо. Вот и сейчас я стояла перед зеркалом и вытиралась. В квартире было по-прежнему тихо, Захар до сих пор не пришел. Я завернулась в полотенце и вышла в коридор. Но не успела сделать и двух шагов, как входную дверь открыли ключом снаружи и в квартиру вошел Зак вместе с девушкой. Я так и замерла на месте от неожиданности. Видимо, в жизненной лотерее мне выпала защитная реакция «замри». Перед глазами тут же пронеслись картинки, как они выходят из дорогого ресторана. Я ничего не могла с собой поделать: зависть захлестнула меня! В то время, пока я экономила, покупала только чай с булочкой на обед, а до дома шла пешком, он разбрасывался деньгами направо и налево. При этом понимала, что в жизни так часто бывает: кому-то все, а кому-то ничего. Но именно сейчас эта несправедливость разъедала меня изнутри, как ржавчина железо. Злость рвалась наружу, и я уступила ей. Захотелось приколоться над Захаром, немного задеть его. Хотя он ни в чем не был виноват. Может быть, только в том, что постоянно отпускал шуточки в мой адрес. Вот пусть и получает ответ!

Я все еще стояла, уставившись на них, они так же молча смотрели на меня. Прокашлялась, прижала покрепче полотенце к себе.

– Вот значит, кто будет третьим, Захар, – промурлыкала я. – У тебя хороший вкус. Какая красотка! Я почти готова, – и направилась в свою комнату, еле сдерживаясь, чтобы не захохотать.

– Что?! – девушка первая пришла в себя. – Захар, что это значит? Кто это?

Вместо ответа ей Захар прошипел в мою сторону:

– Я же писал тебе, что приду не один! Ты телегу не проверяешь, что ли?

– Конечно, проверяю, милый. Не было никаких сообщений. Ты хотел сделать мне сюрприз? – сказала невинным голосом, начиная развязывать на себе полотенце. – У тебя получилось! Нам вчера вдвоем было немного скучновато, правда?

– Ты что несешь, Старикова? Тебе надо перфокарту перезагрузить?

– Почему ты не сказал, что уже живешь с девушкой? – возмутилась его подружка.

– Вот именно, Захар! Подлец такой! – поддакнула я и обратилась к его спутнице. – Дорогая, он все время скрывает от поклонниц, что в отношениях, чтобы они продолжали в него влюбляться, ставили лайки, писали комплименты и признания в любви. Но как видишь, у него есть я…

Девушка дала ему пощечину и выскочила из квартиры.

Моя шалость удалась.

– Я тебя убью, седовласка! – угрожающе тихо прошептал Захар, переведя взгляд со входной, только что захлопнувшейся перед его носом двери на меня.

Я забежала в свою комнату и закрылась на защелку, которую Зак мне все-таки собственноручно поставил на днях, когда подключал тройник. Хотя зря я торопилась. Он совершенно не собирался преследовать меня.

– Когда-нибудь ты оттуда все равно выйдешь, – голос Захара был слишком спокойным, отчего по спине побежали мурашки.

– Не знаю, какой у тебя номер записан, но думаю, что точно не мой, потому что никаких сообщений от тебя не было.

Мне было и смешно, и страшно. Я сняла с себя полотенце и хохотала в него, чтобы заглушить звук. Через несколько мгновений услышала, что дверь захлопнулась. Неужели ушел? Я аккуратно подошла к окну и, прикрываясь полотенцем, наблюдала, как высокая брюнетка в бежевом плаще торопливо идет по тротуару, цокая каблуками. Захар догнал ее быстрым шагом. Сделал всего несколько гулливерских шагов! И вот уже поймал подружку за запястье и остановил. Ее глаза метали молнии. Она что-то недовольно говорила, но он прижал ей указательный палец к губам. Кажется, ему удалось быстро найти нужные слова. Вместе с квартирой в элитном комплексе, спортивной тачкой и смазливой мордашкой ему достался удивительный талант убеждения. А как же иначе! Уверена, даже если бы он был полный урод, эта девушка все равно была бы рада, если бы он вот так бросился за ней вслед. Захар подвел ее к машине и открыл пассажирскую дверь. Немного поразмыслив, она села внутрь.

В общем, помирились. Поэтому я отошла от окна. Достала из шкафа домашнюю одежду: короткие шорты в клетку и футболку, на которой стоял размерный ряд для девушек четырнадцати лет. Любимый прикол Захара: «Ты, наверное, в “Детском мире” одеваешься?». Это же невыносимо смешно, правда? Просто шутка на миллион! Хочется кататься по земле и дергать ножками! Сегодня он получил по заслугам.

Натянула пижаму и развалилась на компьютерном кресле. Снова вспомнила сценку в коридоре и улыбнулась уголком рта. Пусть богатые тоже немного поплачут.

Мое веселье омрачили мысли о том, что я собиралась сделать. Все же пришлось повернуться к столу и включить планшет. На голову натянула наушники и принялась рисовать свой портрет, какой я видела себя в digital-искусстве. Когда арт был готов, выложила его в свое сообщество в социальных сетях, где у меня набралось уже три тысячи подписчиков. Под портретом написала пост о том, что я рада видеть новеньких, что теперь нас стало еще больше и я благодарна каждому за проявленный интерес к моему творчеству. В конце добавила приписку, что если каждый из подписчиков задонатит мне хотя бы сто рублей, то у их покорной слуги появятся деньги на еду и вместе с ними силы на создание новых артов по их любимым фандомам. Ниже оставила реквизиты карты, закрепила сообщение наверху ленты и села ждать подачек. Мне было невыносимо стыдно попрошайничать, но я не могла ничего поделать. Пока я не нашла подработку и ждала стипендию, мне нужно было есть хоть что-нибудь. В течение часа мне пришло три тысячи, в течение следующих двух часов – еще две. Выдохнула. Взяла в работу несколько заказов. Живем!

Я была так благодарна поклонникам, что тут же растрогалась: от переполняющих меня эмоций даже затряслась нижняя губа. Настолько была удивлена тем, что небезразлична совершенно чужим, незнакомым людям. Сразу заказала себе роллы, самые недорогие – с огурцом, с омлетом и с кожей лосося – и села рисовать следующий арт, чтобы порадовать подписчиков новым контентом, на который всегда было так мало времени из-за учебы.

***

Захар пришел поздно вечером. Я уже закончила с трапезой: на моем компьютерном столе лежали пустые коробки от роллов, пахло соевым соусом и мятной жвачкой. Сама же я валялась на диване с закрытыми глазами, надувала пузыри и слушала музыку, настраиваясь на написание очередного реферата. Хорошо, что появились нейросети – на эту скукоту не уйдет много времени. И можно будет снова рисовать!

Вдруг почувствовала знакомый мужской аромат и огромные ладони под мышками. Распахнула глаза и увидела над собой Захара.

– Эй! – только и успела пискнуть я, а он уже вытащил меня из моей постельки, посадил на подоконник и придвинулся ко мне так близко, что едва не касался моего носа своим.

– Итак, – он вздернул брови.

– Выкинешь меня из окна? – промямлила я, вытаскивая изо рта шарик жвачки и выбрасывая его в открытую форточку.

Все-таки не закрыть комнату и вальяжно развалиться на территории врага было большой ошибкой.

– Может, и выкину, – он медленно облизнул губы, будто размышлял, что будет лучше: четвертовать меня или поджарить на огне. – Но для начала скажи мне, зачем ты это сделала?

– Это была шутка! – я виновато улыбнулась, но на него это не подействовало.

– Шутница, значит?

– Агась.

Он неожиданно подхватил меня, перекинул через плечо и понес в свою комнату.

– Эй, отпусти! – я била его кулаками по спине, а ему хоть бы что!

Зак сбросил меня на свою кровать и навис сверху.

– Почему ты постоянно про секс втроем говоришь, м? – он прижал мои запястья к серому велюровому покрывалу. – Посещают влажные фантазии, когда видишь меня?

– Совсем сбрендил? Что за пубертатные настроения? Когда я вообще об этом говорила? Может, сам о нем мечтаешь? – я пыталась вырваться, но куда там! – Отпусти меня, каланча! Быстро!

– Не отпущу. Я же просто играю, – он нагнулся к моему лицу угрожающе близко, что аромат его геля после бритья защекотал мои ноздри. – Ты хоть знаешь, какого труда мне стоило помириться с Настей из-за твоих шуток?! – Зак смотрел мне в глаза, и его взгляд стал таким же как обычно – полным ярости и презрения.

– Что-то я не заметила! – смело заявила я, вздернув брови. – Она сдалась очень быстро.

– Ты за нами следила? – Захар подозрительно прищурился.

– Я ждала момента, когда она влепит тебе пощечину еще раз. А то, знаешь ли, мне практически постоянно хочется тебе врезать, но сама я не дотягиваюсь, к сожалению. Было любопытно, чем все это кончится. Хотя я была уверена в твоем успехе. Твоя очаровательная улыбка не даст тебе пропасть.

Захар на мгновение задержал взгляд на моих губах, а потом перевел взгляд на глаза, разжал руки и встал с кровати.

– Вали в свою комнату!

– А где же наказание? – я потирала запястья.

– Хотела получить по заднице за свои выходки?

– Размечтался, извращенец! – я состроила вид, что меня от него тошнит, а он сел в дорогое кожаное игровое кресло и развернулся ко мне. В его глазах мелькнул дьявольский огонек.

– Это была лишь беседа по-соседски. Ты же знаешь, что месть – это блюдо, которое подают холодным.

5 глава

Бабье лето. Стояли последние теплые осенние деньки. Об этом говорил прогноз погоды, который я открыла на экране смартфона, высунувшись в окно на кухне. Мои волосы ворошил теплый ветер, пропитанный ароматами бархатцев с цветочной клумбы под окнами. Уже на следующей неделе метеорологи обещали затяжные холодные осенние дожди. Совсем скоро на смену моим коротким шортам придут длинные комбинезоны с капюшонами и плюшевые пижамы. Я последний раз втянула носом утренний воздух, оттолкнулась ладонями от подоконника и закрыла окно. Надо было собираться в университет на занятия. Повернувшись к барной стойке, вздрогнула. Там сидел Захар и, видимо, все это время наблюдал за мной, потягивая воду из стакана. Я цокнула и приложила ладонь к солнечному сплетению, прикрытому белой футболкой. Сосед остался доволен произведенным эффектом неожиданности – молча улыбнулся.

– Доброе утро, агрессор.

– Доброе, Лидия Альцгеймеровна, – протянул он лениво. – Как там погода на улице?

– Ты меня с умной колонкой перепутал?

Мой фырчок снова вызвал у Захара улыбку.

Я демонстративно одернула шорты, но это не помогло. Они все равно оставались ультракороткими, открывающими нижнюю часть упругих ягодиц.

Взглянула на стол в поисках своей кружки. Но, как оказалось, Захар снова мне назло закинул ее на самую высокую полку верхнего кухонного шкафчика, когда вечером разбирал посудомойку. Сегодня утром он явно не собирался мне помогать. Пришлось взять табурет, залезть на него и даже встать на цыпочки, чтобы дотянуться. Краем глаза заметила, как Захар с любопытством наблюдал за мной, откинувшись щекой на ладонь.

Что за мечтательный вид? Надеялся, что я навернусь и с грохотом упаду на пол, потяну за собой выдвижную полку и кружки одна за другой будут падать мне на голову, набивая на ней многочисленные гематомы?

– Что ты там себе воображаешь, Захар? – поинтересовалась я, шаря рукой в поисках бокала. – У тебя такое гадкое выражение лица!

– Размышляю о своей мести, – он вдруг встал, направился в мою сторону и остановился рядом со мной. Теперь мы были одного роста. Захар, не отрывая от меня взгляда, засунул руку в шкаф и в считанные секунды достал бокал для горячих напитков с самого верхнего яруса навесного шкафа. Зак был так пугающе близко, что я поспешила спуститься с небес на землю, пока он легким тычком указательного пальца оттуда меня не скинул.

Я думала, что он отдаст мне кружку, но сосед меня удивил:

– Чай или кофе? – поинтересовался Захар.

– Ч-чай, – медленно ответила я.

– Не угадала, – промурлыкал он. – Я собираюсь сделать для себя кофе, – и запустил машину, поставив мою чашку на стол и следом достав еще одну – свою, конечно же.

– Поганец… – еле слышно прошипела я. – Опять я попалась на его уловку!

– Что-что? – мило поинтересовался он.

Как я могла подумать, что кто-то вроде него будет делать для меня утренний кофе…

У меня едва пар из ушей не шел из-за своего фиаско.

– Чувствуешь запах, баба Лида? Кажется, у кого-то подгорают булочки, – Захар самодовольно хмыкнул, шаря в холодильнике в поисках молока.

– Явно не у меня! – я развалилась на диване.

– Какие планы на день? – спросил он уже без ноток усмешки в голосе.

– Тебе-то какое дело?

– Просто интересуюсь, – Зак пожал плечами и продолжил готовить для себя напиток.

– Пойду на собеседование, – я больше напоминала об этом себе, чем отвечала ему.

Он уже сварил кофе и хотел отпить, но замер над кружкой и внимательно посмотрел на меня.

– Будешь учиться и работать?

– Что тут такого? Ничего необычного для людей, у которых родители не владеют сетью строительных магазинов.

Он ухмыльнулся.

– И каковы будут твои обязанности? Бесить коллег?

– Надеюсь на это.

– Поверь мне, место будет твоим.

Захар быстро занялся приготовлением бутербродов. Было что-то интимное в том, как он вот так стоял на кухне и молча готовил завтрак. Я засмотрелась. Едва успела отвести взгляд на окно, как Захар развернулся и подошел с кружкой и полной тарелкой к барной стойке. И раз он освободил место у столов, я подскочила с дивана.

Как назло, он заметил лежащие на столе снимки моих простуженных почек, которые я принесла накануне от врача и забыла здесь. Зак с интересом уставился на них.

– Я смотрю, ты заказала себе фотосессию, старушка?

– Да. Никакого фотошопа. Только натуральная красота.

– Готов поспорить, что вечером ты идешь на техно-вечеринку в аппарат МРТ.

Я показала ему средний палец, не оборачиваясь. Он ехидно захихикал. То ли из-за того, что я начала нервничать от его подколов, то ли оттого, что я боролась с бутылкой сиропа, который купила для поднятия иммунитета, и никак не могла ее открыть. Врач прописал, чтобы организм быстрее восстановился после сильной простуды.

– Что за лекарство, баба Лида? Средство от давления? – язвительно заметил Захар, жуя хлеб.

– Обезболивающее, – соврала я. – Пять минут общения с тобой равносильно пятичасовому полету с рыдающим по соседству капризным ребенком. Голова разболелась.

Зак весело фыркнул.

– Дай посмотрю, – он протянул руку к бутыльку.

– Сама справлюсь!

Но ничего не выходило.

Я обернулась, и мой взгляд тут же впился в жующую самодовольную физиономию. Немного подумав, все же отдала ему лекарство, и Захар справился с ним в два счета. Сильный же.

Тут же протянул мне сироп обратно.

С надменным видом я забрала бутылку, а он расхохотался.

– Там просто стоит защита от детей, – он покачал головой. – Надо сначала нажать на крышку, а потом повернуть ее. Это тебе на будущее.

Я нахмурилась и тут же отвернулась.

И как я этого не заметила! Все потому, что у меня слишком взбудораженное состояние, когда он рядом.

Стало неловко.

Пока я набирала в шприц сироп, Захар уже допил кофе, убрал в посудомойку кружку и стакан. Зачем-то оставил на тарелке один из своих огромных бутербродов с лососем и авокадо.

– Желаю удачи на собеседовании, – неожиданно добродушно бросил Зак напоследок, направляясь к себе. – Бутер для тебя. Тебе понадобятся силы для собеседования. Надеюсь, ты его не провалишь и тебя возьмут на работу, чтобы я видел тебя в квартире пореже.

– Не откажусь. Не пропадать же добру, – заявила я, все еще злясь на его подколы. – Я и сама буду безумно рада смотреть в рабочий монитор, а не на твое депрессивное лицо!

Он показал мне средний палец, направляясь в свою комнату. И когда Зак практически зашел туда, я крикнула ему вслед:

– Ты мог бы убавить звук и смотреть фильмы для взрослых немного потише?

– Что? – удивился он и, к сожалению, вернулся обратно.

– Видео, что сейчас идет у тебя в комнате… Оно мне мешает! Эти стоны меня с ума сведут. Это хентай?

– Минтай, – ухмыльнулся Зак, потом склонил голову набок, опасно сощурил глаза и уставился на меня. – У тебя давно не было, я не пойму? – сказал он вкрадчиво, опираясь плечом на косяк двери. – Это всего лишь теннис. Большой теннис. Я смотрю турниры знаменитых игроков, изучаю технику их игры.

– Кричат так, будто у оленей брачный сезон.

Захар расхохотался.

– Что смешного? – фыркнула я, устраиваясь за барной стойкой с тарелкой каши быстрого приготовления, взгляд снова скользнул по огромному сочному бутерброду. – Разве я не права?

– Надо же с шизы твоей порофлить… – он покачал головой, все еще улыбаясь. – Ничего не понимаешь в спорте! В теннисе крики позволяют высвободить больше энергии для удара, выжать из организма больше, выплеснуть психологическое и физическое напряжение.

– Исчерпывающе… На вашем факультете учат правильно стонать? – я положила первую ложку каши в рот.

– Да. Поверь мне, я знаю о воплях и стонах все, – он подмигнул. – У тебя, кстати, есть парень? Может быть, тебе стоит обратиться к нему за помощью, чтобы ты перестала доставать меня своими галлюцинациями?

– Нет, я ушла от него полгода назад.

Улыбка с лица Захара пропала.

– Почему?

– Он был довольно взрослый, за сорок, и постоянно меня шеймил[1] за то, что я стримила на твиче[2]. Не понимал этого. Хотел, чтобы я принадлежала только ему. Я из-за него всех подруг растеряла. Зачем мне человек, который не поддерживает меня в моих начинаниях и интересах, правильно? Поэтому пришлось отправить этого абьюзера куда подальше.

Он несколько секунд задумчиво смотрел на меня.

– Тогда найди себе другого парня, чтобы не мерещилось то, чего нет… Достала уже! – он развернулся и пошел по коридору.

– Придется тебе принять меня такой, какая я есть, и еще немного успокоительного… – небрежно бросила я, доедая кашу.

Сосед закрылся в комнате, где продолжил смотреть турнир по теннису и, наверное, собирался в университет. К моему удивлению, немного все же убавил звук. Чуть позже, когда я шла к себе, Захар, уже причесанный и аккуратно одетый, выскочил в коридор, подхватил рюкзак с банкетки и вылетел из квартиры, не прощаясь.

***

Слова Захара, что мне нужно завести новые отношения, задели меня. Во мне начало бурлить раздражение, а еще ненависть к себе за те взгляды, что я бросала на очаровательного соседа. Он их ловил иногда, и ему нравилась моя заинтересованность! Самовлюбленный дурень! Мне, и в правду, не помешало бы начать встречаться с кем-нибудь, чтобы не подпитывать его самолюбие. Надо срочно переключить внимание на другого парня: буду проводить с ним совместные стримы, записывать тик-токи, ходить в кино и не спать до утра, болтая обо всем на свете. И даже смогу позвать его в гости, загадочно подмигнув Захару и захлопнув дверь своей комнаты перед его носом. Вот тогда мне удастся стереть эти дурацкие ухмылочки с красивого лица соседа! Пусть не думает, что я никому не интересна! Он еще пожалеет о своих шутках! Осталось только найти красавчика.

Такие злодейские планы я строила, сидя на паре компьютерной графики. Дашка косилась на меня и, кажется, не понимала, почему на моем лице растянулась коварная улыбка. Я уже предвкушала шок соседа, когда он увидит, как я приведу в квартиру своего парня.

– Знаешь, тебе на пользу соседство с этим теннисистом, – заметила она, хихикнув.

– Что? – не поняла я, потому что подруга выдернула меня из грез. – Соседство с Заком? Причем здесь он?

– В прошлом году, когда ты встречалась с тем взрослым мужчиной, у тебя не было такого озорства в глазах. Искры радости из-за сальных шуточек Захара. Его вспоминаешь?

– Нет, – соврала я. – Думаю о том, сколько всего смогу купить на первую зарплату. Мы ведь сегодня идем на собеседование? Составишь мне компанию? – с трудом, но все же мне удалось перевести тему.

– Да, без проблем.

– Ты такая отзывчивая и добрая! – я потрепала ее за руку, а подруга забавно сморщила нос.

Сегодня было только две пары, поэтому по окончанию занятий мы с Дашкой направились в офис. Весь учебный день, да и сейчас меня не покидало волнение. Работа мне очень подходила: удобный график, средняя зарплата для нашего города. Нужно было произвести хорошее впечатление, чтобы получить это место. Меня могли принять сюда официально, с записью в трудовой, даже несмотря на то, что у меня пока не было диплома о высшем образовании. Для меня, как для молодого специалиста, получение опыта было очень важно.

Дашка осталась ждать меня в холле, а я направилась в кабинет собеседований, похрустывая пальцами и судорожно вздыхая. Но я зря волновалась. Мы очень быстро пообщались с директором компании, он задал мне интересующие его вопросы о системном администрировании. Я ответила на все. Проще простого! Уверенная в том, что место будет моим, довольная выпорхнула навстречу подруге. После чего мы отправились прогуляться в ближайший парк, чтобы обсудить, как все прошло.

Позже вечером мои хрустальные, заветные мечты разбились на мелкие осколки, потому что мне позвонили и отказали. Я не могла понять – почему? Несколько дней спустя знакомая Дашки сказала по секрету, что, хотя я и подходила по всем требованиям, компания приняла на это место парня, чтобы он не только занимался системным администрированием, но и время от времени таскал на себе бутылки для кулера. Это место мне не досталось только потому, что я была хрупкой девушкой!

После того как я узнала настоящую причину отказа, от несправедливости этого мира я погрузилась в апатию: пришла после пар в квартиру, бросила рюкзак на пол и, не включая свет, упала лицом в подушку.

***

Тем же вечером в игровом чате Lineage[3] всплыло сообщение.

Dashk1n: Staryxo_Эй! Старикова! Куда подевалась? Не вижу тебя.

Staryxo: Dashk1n_Я телепортировалась в Гиран[4].

Dashk1n: Staryxo_Давай выйдем из игры? Хочу в клуб! Танцевать!

Я посмотрела на наручные часы. Десять часов вечера.

Начала набирать ответ.

Staryxo: Dashk1n_Я не против. До сих пор не могу прийти в себя из-за отказа в том классном офисе… Надо развеяться!.

Staryxo: Dashk1n_Мне нужен час на сборы. Придумать, что надеть, и все такое.

Dashk1n: Staryxo_Я буду в красном, детка. В моих сегодняшних планах поймать в сети рыбу своей мечты.

Staryxo: Dashk1n_Главное, чтобы это не оказался какой-нибудь дохлый окунь. Заезжай за мной через час.

Я надела прозрачную водолазку цвета пыльной розы поверх такого же оттенка бандо, застегнула пуговицу на кожаных светло-розовых шортах. Взглянув в окно, поняла, что погода была в прямом смысле сногсшибательная: под ярким светом фонарей порывистый ветер срывал с деревьев листву и пригибал ярко-оранжевые бархатцы к земле. Пришлось накинуть пальто и замотать платок на шею. Перед выходом посмотрела на себя в зеркало: высокий хвост светло-русых волос смотрелся аккуратно. Захара дома не было, так что я закрыла квартиру на ключ и упорхнула, оставив за собой шлейф цветочно-фруктового парфюма.

Дашка уже ждала меня в такси у подъезда.

– Я позвала с собой Вероничку. Ты же не против? – спросила она, пока я устраивалась с ней рядом.

– Это та, которая вместе с тобой на английском учится?

Параллельно с основным образованием Дашка получала второе высшее, хотела быть еще и переводчиком. И как она все успевала?

– Ага, она.

– Конечно, я не против. Чем больше компания, тем веселее.

Машина покатила по вечерним улицам города. Мы с Дашкой обсуждали последнюю катку, а по прибытии в клуб устроились на высоких стульях у барной стойки. Ее одногруппницы еще не было, так что мы взяли по коктейлю для настроения.

– Ты всегда выглядишь, как куколка! – вздохнула Дашка, задумчиво подперев щеку кулаком. – Такая аккуратная и милая. Не то, что я.

Я быстро окинула взглядом ее угловатую фигуру. Дашка была достаточно высокой, с массивным носом и глубоко посаженными глазами. Объективно, не очень симпатичная, но безумно харизматичная и добрая, прямолинейная и порой жесткая. Но как по мне, пусть лучше человек позволяет себе выпалить пару крепких словечек, но будет честным с тобой, нежели сладко улыбается в лицо, а за спиной плетет интриги.

– У меня еще никогда не было серьезных отношений! – хныкала Дашка. – Парням подавай что-нибудь изящное! Они умиляются, когда видят рядом с собой хрупкое существо. Это заставляет их чувствовать себя настоящими мужчинами. Наверняка у них включается какой-то особый инстинкт защищать маленькое и нежное создание.

– Сомневаюсь, что всем нравятся крошки, – хмыкнула я. – У всех вкусы разные. Кому-то симпатичны девушки с ногами от ушей.

– Ага, – Дашка скептически хмыкнула. – Высокие, как я, нравятся всегда коренастым парням. Они ищут компенсацию.

Я пожала плечами.

– Неужели тебе для того, чтобы быть счастливой, обязательно нужен кто-то? Можно радоваться жизни, даже будучи не в отношениях.

– Можно… Но так хочется обнимашек и нежных прикосновений, – Дашка надула губы. – А тебе разве нет? Ты уже полгода одна.

– Пожалуй, я не прочь пофлиртовать с кем-нибудь, – я поиграла бровями. – Честно говоря, у меня, кажется, уже отъезжает крыша, потому что я начала засматриваться на своего соседа. Представляешь? Совсем ку-ку!

– Почему же? Судя по его профилю в соцсетях, он довольно горяч. Да, учится на факультете физической культуры, и неизвестно, что там у него на счет интеллекта, – Дашка скривила губы, – но… он красавчик. Почему ты до сих пор меня не пригласила в гости? Я бы с ним познакомилась и оценила его IQ.

– Может, потому что мы с ним до сих пор терпеть друг друга не можем? – саркастически подметила я.

– Он высокий, – мечтательно протянула Дашка. – Если бы мы с ним встречались, я могла бы носить каблуки… А у тебя, кстати, не появляются комплексы по поводу роста, когда он поблизости?

– Кажется, нет. Но хотелось бы быть повыше, конечно. Знала бы ты, сколько проблем такой рост, как у меня, доставляет! Вспомни мое последнее собеседование. Такое хорошее место не досталось! И то только потому, что я, как ты говоришь, изящная и хрупкая, не смогла бы таскать на себе огромные бутыли с водой в перерывах между основной работой. Понятное дело, что об этих требованиях не написано в должностной, и работодатель ищет, как удобнее выкрутиться, чтобы не нанимать дополнительно грузчиков. Но почему жизнь несправедлива именно со мной, когда мне так нужна работа?! Теперь надо искать что-то другое!

Снова вспомнив об обломе, я расстроилась.

– Стримы приносят деньги? – поинтересовалась Дашка.

– Подписчики иногда донатят. Но этого мало, – я отпила коктейль из трубочки и поморщила носик. – На своей страничке закрепила сообщение со сбором средств а-ля «кому-не-жалко-подайте-рублик». Так неудобно из-за этого.

– Да, я видела. Но ничего плохого в этом нет. Гости сообщества вдохновляются твоими артами, получают позитивные эмоции. Почему бы не поощрить художника, если у них есть лишняя монетка? Все сделала правильно!.. Ты, кстати, никогда не рассказывала, как давно рисуешь…

– Вообще-то всю свою жизнь, – я мечтательно улыбнулась, уставившись на бутылки с ликерами. – Но если говорить об осознанном выборе, то с двенадцати лет где-то. Как раз в этом возрасте начала ходить в художественную школу.

– Не бросай. На этом можно хорошо зарабатывать. Нейросети все равно не смогут заменить человека. Только мы, люди, можем придумывать что-то совершенно новое, потому что подключены к высшим мирам, к пространству бесконечных идей и информации. Даже сам искусственный интеллект является творчеством некого человека, который его придумал! Так что твое хобби всегда будет востребовано. В артах есть частичка твоей души.

– Я тоже так думаю. Недавно размышляла над тем, что довольно долго рисую каждый день и у меня до сих пор нет выгорания! Желание рисовать не пропадает!

– Наверное, работаешь сразу над несколькими артами? Переключаешься?

– Да. Одно и то же быстро надоедает, – я звонко перемешала лед в бокале. – С каждым новым проектом я совершенствуюсь. Причем мне нравится, что приходят запросы не просто на персонажей, а еще на сложные фоны, взаимодействия, эмоции, разный свет. Это интересно. Мне кажется, вряд ли смогу забросить это дело дольше, чем на день-два.

– Мерчем по-прежнему занимаешься?

– Нет, мерч пока не делаю, – я покачала головой. – Еще не совсем обжилась в новой квартире, чтобы заваливать ее своим барахлом. Да и Захар того и гляди выгонит меня, – я вздохнула.

– Не выгонит, – Дашка откинула волосы на спину. – У тебя подписан договор аренды с его мамочкой. Пусть терпит.

– Вдруг подстроит что-нибудь.

– Думаешь, он такой?

Я неуверенно пожала плечами.

– Если он портит тебе настроение, по возможности не общайся с ним. Сиди в своей комнате, занимайся учебой и развивай блог… – Дашка с интересом наблюдала, как бармен делает коктейль. – Вот наберешь баснословное количество подписчиков, глядишь, и донатов побольше станет.

– Спасибо, кэп. Вообще-то непросто каждый день выдавать контент, – хмыкнула я. – На это нужны душевные и физические силы, время, организованность. За одной картинкой стоят часы труда и годы работы с пэнсилом и планшетом. А еще помимо рисования и написания постов хочется поиграть в свое удовольствие, постримить. Хотя важнее всего этого – учеба, которая никак не закончится! Когда найду работу, станет еще хуже: она сожрет большую часть свободного времени.

– Все получится! Я с тобой!

– Сказал человек, который сдает две бабушкины квартиры, – скептически фыркнула я.

Дашка хитро улыбнулась.

– Зато мне приходится выслушивать капризы двух бабуль сразу. Они же теперь со мной и папой живут, после того как мамы не стало.

Ее улыбка померкла, и Дашка принялась тщательно перемешивать трубочкой остатки льда в бокале.

– А вот и Вероничка, – я повела подбородком в сторону входа, быстро переведя внимание Дашки на ее подругу.

Она подбежала к нам, и мы обнялись, разговорились втроем. Слушая, как девчонки обсуждали какого-то строгого препода, я скользила взглядом по танцполу, по гостям заведения. С каждой минутой посетителей становилось все больше, а наше настроение – лучше. Наверняка в этой толпе есть какой-нибудь одинокий классный парень. Нужно только повнимательнее присмотреться.

– Пойдемте танцевать? – спросила у нас Дашка. – Болтать, что ли, сюда пришли?

Мы вышли на танцпол и начали двигать бедрами и руками в такт музыки. Не обращали внимания ни на кого вокруг, отдавшись быстрым ритмам. Даже потенциальных ухажеров не высматривали. Только басы, классные мелодии и подбадривающие друг друга улыбки. Несколько треков мы танцевали, позабыв обо всем. Но я выдохлась первая и вернулась на высокий стул к барной стойке, чтобы перевести дыхание. Заказала «Апероль Спритц». С «вершины Эвереста» сначала наблюдала за подружками, но потом перевела взгляд на других посетителей, выискивая какого-нибудь одинокого парня, которого можно было бы пригласить на медленный танец. Взгляд остановился на черных глазах, которые уставились прямо на меня. В груди екнуло от неожиданности.

Захар?!

Рука сама потянулась, чтобы поправить волосы, уложить обратно выбившиеся из прически отдельные пряди. Сосед сидел в компании друзей и нахально смотрел на меня, усмехаясь. Уж не наблюдал ли он за мной все то время, что я дергалась на танцполе?

Парни за их столом были удивительным образом похожи друг на друга. «Они родственники?» – мелькнула у меня мысль. – «Возможно. Но Генрих вряд ли…» Пухлый что-то весело рассказывал остальным, активно жестикулируя, парни смеялись. Кто-то из них был один, а кто-то с девушкой. Например, Захар. На его коленях восседала та брюнетка, которая сбежала от него пару недель назад, когда я над ними пошутила. Надеюсь, Зак забыл про мою выходку и про обещанную месть!

Изредка девушка что-то мурлыкала ему на ухо и улыбалась. Захар сдержанно кивал и переговаривался с ней, одной рукой придерживая за талию, второй – сжимая бедро. Рядом со сладкой парочкой на мягком диване развалился еще один красавчик, с такими же как у Захара темно-карими глазами, черными бровями и черными волосами. Обеими руками он вальяжно обнимал двух близняшек. Кажется, однажды в разговоре между собой парни называли его Левой? Еще я узнала Азата: рыжий тискал какую-то девушку. С остальными из их компании я была не знакома.

Взгляд вернулся к Захару. Сейчас он оперся локтем о стол, придерживая лицо ладонью, все пальцы согнул и только средний палец положил на щеку, чтобы мне точно было видно его красноречивый жест, обращенный ко мне.

Вот козел!

Мои щеки вспыхнули, а рот возмущенно приоткрылся.

Захар развеселился, когда убедился, что я получила его послание.

Я тут же отвернулась к коктейлю и начала болтать с барменом. Сейчас такое время, что мы откровеннее и честнее с незнакомыми людьми, чем с близкими в реальной жизни: охотнее поделимся душевной болью с человеком, с которым больше никогда не увидимся, или с незнакомцем в чате за маской аватара. Поэтому и рассказывала ему о том, как полгода назад разошлась с парнем и что теперь мне одиноко. Бармен с неподдельным вниманием и сочувствием меня слушал, протирая бокал.

Через пару песен почувствовала тычок в плечо. Повернувшись, увидела своего соседа. Мы смерили друг друга надменными взглядами. Зря ему достались такие красивые черные глаза, обрамленные густыми ресницами. Хуже Захара никого нет!

– Что, никак не можешь никого подцепить, бедняжка? – Зак скользнул взглядом по глубокой ложбинке моей груди и, облизнув губы, тут же перевел его на бармена.

– Так переживаешь за меня, что бросил свою сладкую за столом одну и сюда, к бару, прискакал, лишь бы поболтать со мной? Уже соскучился?

– Я пришел, чтобы заказать коктейль для любимой.

– Захар! – мой голос зазвучал игриво. – Наши отношения развиваются слишком быстро! Я к этому не готова.

– Не для тебя, – фыркнул он.

Я показательно громко расхохоталась, будто Зак сказал мне что-то очень смешное, потом приложила ладони к пылающим от алкоголя щекам, будто засмущалась от его слов.

– Ты не в себе? – он смотрел на меня, нахмурив брови. – Что ты делаешь?

– Создаю тебе проблемы этим вечером, – я улыбнулась и игриво отпихнула его от себя, будто он ко мне приставал.

Его подруга сверлила нас недовольным взглядом, сжав губы в тонкую линию. Беспокоилась, наверное, что я хочу прибрать к рукам ее лакомый кусочек.

– Отдыхай, Старикова! – он злобно сверкнул глазами и забрал свой заказ.

– Спасибо за заботу, плейбой, – я все так же очаровательно улыбалась.

В этот вечер Захар больше не смотрел на меня и не подходил. Зато я иногда с любопытством за ним наблюдала. Он снова посадил брюнетку к себе на колени и так демонстративно целовал ее, что я даже засомневалась в его адекватности. А потом проследила траекторию его взгляда и нашла ту, кому был адресован этот спектакль «безграничного счастья». В конце зала сидела компания, на которую он время от времени посматривал. Там была девушка, очень похожая на ту, что сидела у него на коленях. Но старше, красивее и эффектнее. Она не обращала на них внимания и оживленно разговаривала со своими знакомыми. И тут пазлы в моей голове сложились. Вот как! Это же его бывшая! Я вздернула брови и отвернулась к бару, заказала еще коктейль.

– Ну что? Высмотрела себе жертву для знакомства? – спросила Дашка, устроившись со мной рядом на стуле и вытирая пот со лба.

– Нет.

– Я тоже, – она состроила кислую мину.

– С каким парнем ты бы вообще хотела познакомиться? – я взглянула на нее.

– Мне подойдет любой вариант с ростом выше ста восьмидесяти, с «Бэнтли» и собственной квартирой без мамуленьки. Мне кажется, именно такие парни – очень хорошие, добрые и душевные.

Я хохотнула.

– А тебе какие нравятся? – спросила Дашка, заказав себе коктейль.

– Для меня внешность не самое главное, но мне очень нравятся яркие, выразительные глаза, которые искренне улыбаются.

– Всем нравятся глаза. Мужчина без глаз – ужасное зрелище, – она отпила из бокала. – А еще? Какой он – твой идеал?

– Дай-ка подумать, – я приложила указательный палец к подбородку и склонила голову. – Он должен классно шутить, быть добрым, умным, трудолюбивым, щедрым и заботливым.

– Неплохо. – Дашка осматривала зал. – Но сегодня здесь таких, кажется, нет… – Дашка перевела взгляд на меня. – Идем на танцпол?

С девчонками мы танцевали до двух часов ночи. Никому из нас так и не удалось подцепить симпатичного парня. Но мы не отчаивались, хохотали и ждали такси на улице, вдыхая смесь ароматов сигаретного дыма, мяты и алкоголя. Судя по приложению, наш Geely Atlas был еще на заводе в Китае. Недалеко от нас Захар помогал сесть своей «любимой» в тачку. Конечно же, галантно открыв перед ней дверь пассажирского сиденья. Он смотрел на мой красный от ветра нос с самодовольной, наглой улыбочкой, обходя машину спереди. Сел в авто, сорвался с места и уехал.

Через пятнадцать минут и наша машина была подана. Дашка расщедрилась – заказала такси комфорт-класса. Я села на пассажирское сиденье, девчонки – сзади. Сразу отметила, что в машине приятно пахло мужским парфюмом. Водитель нажал на газ, и за окном замелькали ночные городские улицы, сверкающие вывески и светофоры; мимо проносились мотоциклы и машины, по тротуарам шли хохочущие парни и девчонки. Мы довезли до дома сначала Веронику, потом Дашку. Водитель повез меня домой. Очень симпатичный парень. Я мельком взглянула на него: аккуратный темно-синий свитер, спокойное и сосредоточенное лицо. И вся энергетика вокруг него была приятная и гармоничная. На пальце кольца не было, хотя ему, кажется, было уже далеко за тридцать. Мой вариант! Мне никогда не нравились ровесники. Чем старше, тем лучше. Захотелось познакомиться с ним. И я не смогла отказать себе в этом удовольствии.

– Как тебя зовут? – я все еще смотрела на него.

Водитель откашлялся от неожиданности.

– Алексей.

– Ты симпатичный, Алексей. Меня зовут Лида. Ты свободен или в отношениях? Может, познакомимся?

Не отрывая взгляда от дороги, он слегка улыбнулся.

– Свободен.

Какой же хорошенький!

Надеюсь, он умеет поддерживать разговор на интересные темы.

– Чем ты вообще занимаешься? – спросила я. – Только не говори, что ты миллионер, который таксует для души.

– Нет, конечно, – коротко хохотнул. – Коплю на погашение ипотеки. Все равно семьи пока нет, поэтому и работаю по ночам. И деньги никогда не бывают лишними.

– Это точно, – согласилась я. – Твоя машина?

Он кивнул.

– Не жалко такую красотку по заказам гонять?

Алексей пожал плечами.

– Неплохие деньги приносит. Быстрее расплачусь за кредит… – он взглянул на меня. – А ты чем занимаешься?

– Я учусь в университете. В Институте математики и компьютерных наук.

– Серьезно? – его красивые брови на секунду вспорхнули, как две пугливые птицы. – Я тоже его окончил пятнадцать лет назад. Учился на «Компьютерной безопасности». Сейчас работаю ведущим специалистом в одной хорошей фирме, в Службе информационно-управляющих систем.

– Везу-у-унчик! – протянула я. – Тоже хотела поступить на это направление, но мне не хватило нескольких баллов до бюджета.

– Я на платном учился. Приходилось подрабатывать…

– Как на счет того, чтобы встретиться в свободное от работы время? Сходим погулять, выпьем кофе, поболтаем. Что думаешь?

Его улыбка стала шире.

– Какая ты смелая. Меня еще никто вот так не клеил, – Алексей расхохотался. – Можно попробовать встретиться.

– Тогда диктуй свой номер, – я игриво смотрела на него.

Скулы парня немного порозовели. Он ненадолго отвлекся от дороги и неловко взглянул на меня.

– Запиши.

Алексей продиктовал, и я тут же сбросила ему пропущенный.

– Если хочешь, могу пока не брать заказы. Покатаемся по городу, – его голос звучал настолько приятно, что хотелось визжать от восторга.

– Давай.

Он изменил статус Дашкиного заказа на «выполнен» и отключил приложение. Машина понеслась по ночным улицам. Мы разговорились: смеялись, обсуждали преподавателей, предметы. К середине ночи погода улучшилась, ветер стих. Алексей остановил машину на парковке возле набережной, и мы прогулялись вдоль черной реки, отражающей белые разводы от света фонарей. Когда замерзли, выпили облепиховый чай в одном из круглосуточных ресторанов, а потом Леша отвез меня домой. Вышел из машины первым, открыл пассажирскую дверь и галантно подал мне руку.

– Спасибо! Это была отличная ночь! – я улыбнулась и шагнула к нему ближе. – Напишу тебе днем, когда проснусь.

– Приятно было познакомиться, – он улыбнулся в ответ, обнял меня, а я неожиданно для себя чмокнула его в щеку. Алексей смущенно опустил взгляд и приложил ладонь к месту поцелуя.

Рядом с нами пиликнула знакомая сигнализация.

– Малыш, ну наконец-то! – послышалось за моей спиной. – Я уже начал беспокоиться! Где ты была все это время? А главное – с кем?

Мои глаза расширились в ужасе, и я обернулась.

Зак уставился на моего нового знакомого с подозрением.

– Захар? Что ты тут делаешь?

– Тебя жду, конечно! – возмутился он. – Хватит злиться, милая! Я люблю только тебя, ты же знаешь! Что за глупая ревность? Это была просто подруга… А ты улетела из клуба со скоростью межконтинентальной ракеты, не разобравшись.

– Захар, что за чушь ты несешь? Иди куда шел.

– Лида, маленькое недопонимание не разрушит наши отношения! Мы – две половинки. Я тебя никогда не брошу! Обещаю, что буду всю оставшуюся жизнь с трепетом в сердце ловить каждый твой дебильный смешок.

– Это кто? – спросил Алексей

– Это… – я судорожно подбирала варианты. – Это мой брат.

– Брат?! – возмутился Захар. – Маленькая извращенка.

Я закатила глаза.

– Зачем ты знакомишься, если у тебя есть парень? – удивился Алексей.

– Он мне не парень!

– Да! Что ты такое говоришь, Лидия! Вообще-то, я твой муж.

– Чего?! – я начала хохотать.

– Ладно. Так и быть, признаюсь. Без пяти минут муж.

– Скорее, муж на полшестого.

– Ты ошибаешься, моя перчинка. Рядом с тобой мой циферблат всегда показывает половину третьего.

Я закатила глаза.

– Захар. Заканчивай этот театр абсурда, – пришлось выставить ладони вперед в качестве защиты. – Я, конечно, всегда знала, что вы, высокие люди, слегка ку-ку, потому что верхние слои атмосферы бедны кислородом, но, чтобы настолько… Просто уйди!

– Хорошо. Дома поговорим! – издевался Захар. – Уже ухожу. Скажи только, милая, в холодильнике что-то есть перекусить? Ты готовила сегодня?

– Я так и не понял, какие у вас отношения, – Алексей озадаченно потер шею. – Вы вместе живете?

– Ладно, – сдалась я. – Это мой как бы сожитель, как бы сосед. Разве ты отреагировал бы спокойно, узнав, что я живу с парнем?

– Вот это уже ближе к правде, малышка, – улыбнулся Зак и отправил мне воздушный поцелуй. – Пойду согрею нашу постельку, как поэтесса для Есенина.

– Откуда только такие познания у физкультурника… – я обернулась на него.

– Мы с тобой два года вместе, а ты до сих пор удивляешься моей эрудиции. Приятно!

– Два года?! – нервно хохотала я. – Что за фантазии?! Зачем ты сейчас портишь мои новые отношения? Не ты ли мне советовал затащить кого-нибудь в постель?

– Значит, это он будет нашим третьим? Хорошо. Пойду схожу в душ и приведу себя в порядок. Жду вас!

– Придурок…

– Мне лучше уехать, – вздохнул Алексей. – А вам надо поговорить с глазу на глаз и выяснить отношения.

– Да нет никаких отношений! Не уезжай, пожалуйста! – умоляла я. – Тем более на таком глупом моменте разговора…

– «Я не договорила!» – изобразил женский визг Захар, доставая ключи из кармана.

– И все же… Поговорите. Пока, Лида, – было видно, что Алексей чувствовал себя лишним в этой перепалке. Он едва заметно кивнул, сел в машину и уехал.

Оставшись в тишине ночного двора, я оглянулась на дом.

– Лидия знакомится с таксистами, – Зак все еще искал в связке кнопку домофона. – Жалкое зрелище!

– Я тебя сейчас прибью! – прошипела я и угрожающе двинулась на него.

Сосед же, страшно собой довольный, быстро скрылся за тяжелой дверью подъезда, тут же позабыв обо мне.

[1] Шеймить – стыдить, осуждать кого-либо.

[2] Twitch — видеостриминговый сервис, специализирующийся на тематике компьютерных игр, в том числе трансляциях геймплея и киберспортивных турниров.

[3] Lineage – многопользовательская ролевая онлайн-игра (MMORPG) в стиле средневекового фэнтези.

[4] Гиран – город в игре Lineage.

6 глава

– Ты! – я напала на него в коридоре и начала трясти, схватившись руками за футболку, но получалось не очень эффективно: практически двухметровый Захар оставался неподвижным, вместо этого из стороны в сторону колыхалась я. – Зачем ты полез ко мне с разговорами? Я же только познакомилась с ним!

– Мне так жаль, что я лишил тебя прощального поцелуя! – притворно-расстроенным голосом сказал он. – Ушла домой с сухими трусиками? Ничего. В следующий раз повезет.

Для полноты картины его безразличия не хватало только, чтобы Зак зевал, пока я сотрясалась там внизу.

– Молись, чтобы Леша ответил на мои сообщения!

– Непременно, – он отцепил от себя мои руки и вальяжно направился в сторону кухни. – Именно этим я планировал заняться в четыре утра.

Пока я смывала макияж, меня бомбило. Слова для примирения, которые я собиралась написать Алексею, переплетались с самыми изощренными проклятиями в адрес Захара.

Как же неудобно было перед новым знакомым!

Мой пыл немного поумерило сообщение от подруги.

Дашка: Ты дома?

Нормально добралась?

Я: Да. Уже под одеялом

Я: У водителя того Geely, что нас подвез

Дашка: Ты шутишь?!

Я: Постоянно

Я: Расслабься, я одна.

На унылом диване. И уже сплю. Спок!

Вздохнула и решила написать Алексею. Не хотелось терять такое приятное знакомство. Не знаю, каким чудом в эту же ночь мне удалось вернуть его расположение. Возможно, просто повезло, что он оказался адекватным и понимающим. Я объяснила, почему не нравлюсь своему соседу и почему он старается выжить меня из квартиры. Наверное, это звучало убедительно, потому что в ответ Леша прислал огромное число ржущих смайликов. Мы договорились сходить в кино через пару дней, когда он будет посвободнее.

Следующее утро я начала с того, что сразу села лайнить[1] заказы. После вчерашних коктейлей баланс на карте заметно пострадал, а еще жутко болела голова и хотелось пить.

Когда я научусь экономить? Видимо, никогда. Хочется жить красиво…

Потянулась к чашке, но она оказалась пуста. Мученически вздохнув, я отъехала от стола и направилась на кухню. Скинула наушники на шею, щелкнула кнопку чайника и оперлась ладонями о подоконник. На улице была мрачная осень, шел дождь. Темно-серый асфальт пузырился от тяжелых капель дождя, падающих в прозрачные лужи; почва на клумбах раскисла. По такой грязи только в чулках от костюма РХБЗ ходить!

Глядя на уныние за окном, я вспомнила, что мне нужны новые ботинки, джинсы и более теплое пальто. Разочарованно цыкнула и удрученно вздохнула. Опять траты!

За моей спиной щелкнул дверной замок ванной, и я обернулась. Захар вышел в коридор в повязанном на бедрах синем полотенце. Редкие капли воды до сих пор срывались с его смуглых плеч, катились по играющим от движения спины мышцам и впитывались в мягкую ткань.

– Какой взгляд! – прохрипел Захар, зачесывая пятерней влажные волосы. – Я выгляжу горячее свежесваренного кофе?

– Не надо выдавать желаемое за действительное, Зак. Хотя, чему я удивляюсь? У тебя же самооценка высокомерного деда-консьержа из элитного ЖК, – мой голос звучал надменно.

Он хохотнул. Ему точно понравилось, как жадно я смотрела на него.

– Лида-Лида… Лучше бы тебе отвернуться и снова лицезреть унылую погоду за окном, чтобы прийти в себя. Боюсь, если продолжишь пялиться на меня, у нас в квартире тоже потоп начнется.

– Я не пялюсь!

Он отвернулся и заржал, уходя в свою комнату.

Чайник издал предупреждающий писк. Плеснув в кружку кипятка, бросила в него пакетик и вернулась в комнату. До обеда планировала закончить один из заказов, а потом выдвинуться вместе с Дашкой за покупками.

***

– Хочешь прогуляться? – спросила я у подруги, позвонив ей немного погодя по видеосвязи.

– Там так холодно и мокро, – она лежала в кровати, укрывшись одеялом с головой. – Не очень хочется. Но мне тоже нужно купить кое-что… Кстати, почему вчера не написала мне сама, что добралась до дома. Я переживала!

– Была занята.

– Занята? – ее брови удивленно подпрыгнули. – Обжиманиями с Захаром?

– Нет, я его била, – фыркнула я и откинулась на спинку компьютерного кресла. – Но, к сожалению, он этого не заметил.

– За что? – в глазах Дашки мелькнули любопытство и азарт.

– Ты помнишь таксиста, который нас подвозил?

– Не-а.

– Короче, я с ним познакомилась.

– Зачем? – лицо подруги выражало полное непонимание.

– Он такой хорошенький! – я мечтательно закатила глаза и улыбнулась. – Не удержалась.

– По-моему, он был взрослый. Ему было за тридцать, да?

– Да, как я люблю.

– Высокий?

– Где-то 185.

– И как я его не рассмотрела?! – разочарованно цыкнула подруга. – Тебе как обычно везет. Зачем тебе такой шкаф? Оставь его для таких, как я.

– Ну уж нет. Кто будет для меня чашки доставать с верхних полок?

Дашка вздохнула.

– И что потом?

– Захар подстерег меня у подъезда и все испортил! Сказал Алексею, что он мой муж.

Дашка расхохоталась.

– Я надеюсь, «без длинных предисловий: мужчина умер»?

– К сожалению, пока нет. Я не смогла достать до его шеи, чтобы придушить. Пока бегала за табуретом, он уже закрылся в комнате! Клянусь, если однажды я сяду за причинение тяжелых телесных повреждений, причиной этому будет Захар, так и знай.

– Неужели пришлось попрощаться с новым знакомым?

– Нет. Он, вроде бы, отнесся к ситуации с юмором. Мы помирились. Так что на днях пойдем в кино.

– Везет! Я тоже хочу отношения! – захныкала Дашка. – Почему парни летят на тебя, как мотыльки на огонь!

– Вообще-то я сама с ним познакомилась, – я закатила глаза. – Так что не стесняйся проявлять инициативу. Не жди, пока к тебе подойдут. Выбирай всегда сама: подмигни, улыбнись, предложи выпить вместе кофе. Намекни, что парень тебе интересен, а дальше пусть действует он. Так парень будет думать, что самостоятельно проявил инициативу, что он охотник.

– Для этого смелость нужна. Не знаю, смогу ли я прикинуться добычей… – подруга задумчиво почесала затылок. – Ладно, рассказывай давай, что вообще за Алексей?

В коридоре что-то скрипнуло, поэтому я поспешила попрощаться с Дашкой. Наверняка Захар хотел нас подслушать! Я бы точно не смогла вынести из квартиры огромное бесчувственное тело своего соседа, погибшего от любопытства. Надо было его спугнуть.

– Давай обсудим при встрече? Через два часа на первом этаже «Галереи». Ок?

– Интриганка!

Я улыбнулась и нажала на сброс. Нужно было срочно выйти в коридор, чтобы проверить обстановку возле моей комнаты, а потом быстро дорисовать Невилетта[2] и собираться на шоппинг.

***

Мы с Дашкой приехали уже в третий торговый центр и нигде не могли найти пальто моего размера: чтобы оно сидело идеально и при этом не стоило как личный самолет президента. Мы прошли по сетевым магазинам. Все, что было по демократичным ценам, мне не подходило: либо плохое качество, либо я утопала в них.

– Я не понимаю, что за дурацкая закономерность? – ворчала я, застегивая пуговицы. – Если пальто мне подходит, то оно стоит очень дорого? А в дешевых магазинах моего размера нет.

– Вот интересная модель, – прервала нас консультант, которая принесла в мою кабинку что-то невообразимого фасона. – Вообще-то это женская куртка большого размера, но если вы ее наденете и подвяжетесь пояском, то на вас она будет смотреться как пальто – летучая мышь.

Эти слова звучали как насмешка. Дашка сочувственно посмотрела на меня. Я все же примерила предлагаемую вещь, но она выглядела на мне просто чудовищно.

– Понимаешь, о чем я говорю? – обратилась я к подруге и повернулась к продавцу. – Может быть, еще что-то есть?

– На вас, к сожалению, ничего нет, – она покачала головой, сочувственно сжав губы.

– Пойдем дальше, – я расстроено взглянула на подругу.

Стоило нам только зайти в дорогой бутик, как тут же на манекене я увидела светло-голубое пальто своего размера, которое могло идеально подчеркнуть цвет моих глаз. Схватила ценник: кашемир и натуральный мех норки. От цены захватывало дух.

– Примерь, – подмигнула Дашка.

– Только душу травить, – вздохнула я, но все же отдала ей пакет с новыми ботинками и надела пальто.

Вещь села на мне идеально, будто шили специально для меня.

– Ну? Что я тебе говорила? – я смотрела на Дашку через зеркало. – Мне подходят вещи только из жутко дорогих магазинов.

– Может, это знак Вселенной, что ты достойна большего, чем одежда из сетевых? – весело хмыкнула она.

Я умоляюще посмотрела на нее.

Дашка взяла болтающийся на шелковой ленте ценник.

– Если не покупать, то не дорого.

– Очень смешно.

Дашка хохотнула.

– Будем надеяться, что это чей-то номер телефона.

– Ага! Еще скажи артикул!

– Зато этот аутфит можно смело назвать «билетом в богатую жизнь». Ты выглядишь в нем как принцесса! Просто вылитая жена масика или дочь мажора.

Я улыбнулась. Пальто снимать очень не хотелось! Все крутилась перед зеркалом и думала, где бы взять столько денег.

– Вы можете оформить рассрочку на полгода, – подсказала продавец.

Мне это подходило. И тем не менее все равно было дорого! Я еще раз взглянула на свое отражение и решила, что главное в жизни – это правильно расставленные приоритеты. Еще Сократ писал, что без еды человек может прожить месяц, а без нового пальто и сумочки – ни минутой больше!

– Ладно, возьму, – вздохнула я. – Все равно больше нигде не найду свой размер. И оно подходит под ботинки, которые мы с тобой сегодня купили.

Дашка кивнула.

Осталось подобрать джинсы. Мы зашли в ближайший сетевой магазин. Я выбрала несколько моделей и зашла в кабинку. Когда Дашка заглянула ко мне, она не удержалась и весело хмыкнула.

– Да тут каждую штанину нужно подшивать сантиметров на двадцать!

– Угу… И тратить на это деньги дополнительно, – я цыкнула. – Эта модель явно на девушек ростом метр семьдесят пять. На тебя… Хочешь примерить?

– Не-а. У меня шкаф забит джинсами. Никогда не думала, что купить штаны может быть проблемой… – Дашка озадаченно смотрела, как я подгибаю штанины внутрь. – Ты просто обязана найти себе либо богатого мужа, либо высокооплачиваемую работу!

– Стремлюсь к этому.

– Так вот почему у тебя красный диплом маячит? У тебя просто бешеная мотивация.

– Ага.

– Зато на пятой точке смотрятся отлично, – она повела подбородком в мою сторону, когда я закончила нехитрые манипуляции. Плотная ткань обхватывала изгибы моей фигуры.

Следом за нами в примерочную пришла консультант, чтобы уточнить, не нужно ли принести другой размер. Она держала в руках что-то несуразное.

– Вот! – сказала она с восторгом. – Посмотрите, что нашла для вас. Это женские бриджи большого размера, но вы можете их носить как широкие штаны. И подшивать не надо будет.

– И так каждый раз, – я измученно посмотрела на Дашку.

Оплатив покупки, мы немного послонялись по магазинам, подобрали Дашке шапку и шарф. Она расспрашивала про Алексея и напомнила мне, что за последние полгода за мной ухаживали три состоятельных парня и что я ни с кого не стрясла хоть сколько-нибудь на свои хотелки.

– Почему ты их не удержала? – возмущалась она. – Не нужно было бы сейчас искать подработку.

– Я хочу быть самодостаточной. Зависеть от кого-то финансово – это значит отказаться от своей свободы. В таких отношениях надо постоянно прогибаться и подстраиваться. Мне такое не нравится… Те парни были приятным увлечением.

– Почему вокруг тебя постоянно столько парней! Все тебе намекают на отношения. Расскажи свой секрет!

– Начинается… Откуда ж мне знать? Может быть, я чем-то похожа на их матерей? – хохотнула я, потом серьезно добавила. – Не знаю! Правда! Мне кажется, тебе не хватает немного легкости. Ты зациклена на том, чтобы найти себе кого-нибудь. Перестань так остервенело желать вступить в отношения. Расслабься. Когда чего-то очень сильно хочешь, Вселенная этого не дает. Работает какой-то странный закон равновесия. Бабочка прилетает к тебе, когда перестаешь за ней бегать. Для начала полюби себя и прекрати искать счастье в другом человеке.

Дашка задумчиво шагала рядом. Мы вышли из торгового центра и дошли до автобусной остановки. Обнялись и попрощались. Она уехала, а я поспешила домой, где планировала снова примерить пальто.

После дефиле по комнате повесила обновку в шкаф. Села на диван и уставилась в экран телефона, который отображал баланс на банковской карте, стремящийся в минус. Настроение тут же испортилось. Нужно было срочно найти подработку, раз уж меня снова угораздило попасть на деньги. От осознания этого в носу предательски закололо, глаза наполнились слезами. Необходимость постоянно выкручиваться расстраивала. Платяной шкаф плыл перед глазами, губы задрожали, голову сдавило… Количеству пролитых мною слез позавидовала бы Плакса Миртл.

Через полчаса я надоела сама себе с этой дурацкой жалостью! Надо было что-то делать, а не страдать в бездействии. Я подскочила с дивана, вытерла влажные щеки и направилась на кухню, чтобы выпить воды. Там, как назло, заседал Захар. Он взглянул на мой опухший малиновый нос и красные глаза. На мгновение мне даже почудилась тревога в его глазах. Скорее всего, показалось.

– Кто успел обидеть до меня? Никакого праздника! – он изобразил непринужденный вид.

Я промолчала, наливая воду в кружку. На мой игнор он фыркнул и продолжил проталкивать палочками в рот азиатскую еду из картонной коробки, следя за мной внимательным взглядом.

– Пошел ты, Зак, – сказала тихо и обессиленно. Взяла кружку и вернулась в комнату. Села за компьютер, открыла сайт с вакансиями и, прокручивая предложения работодателей, занялась поиском работы.

***

Вечером этого же дня я сидела в кухне-гостиной с ноутбуком, отправляя свое куцее резюме без опыта работы в компании, которые мне более-менее приглянулись. Я уже и не мечтала работать системным администратором. Меня устраивал даже вариант секретаря а-ля «принеси-подай-иди отсюда-не мешай». Что угодно, где меня могли бы взять на неполный рабочий день и пока без диплома о высшем образовании. Закинув резюме в десяток компаний, я немного успокоилась от мысли, что я делаю хоть что-то. Может, что-нибудь и получится. Я задумалась о том, что, возможно, стоит посмотреть какие-то варианты дистанционки. После пандемии коронавируса такой метод работы стал популярен. Вдруг подвернется что-то подходящее? Я изменила фильтр запроса, приготовилась изучать результаты поиска. Но вздрогнула оттого, что по квартире прокатилась трель дверного звонка. Мне даже не пришлось подскакивать: было слышно, как Захар громко скинул игровые наушники на стол и пошлепал открывать.

Это пришли Генрих и Азат.

– Привет, – пухлый друг Захара махнул мне.

– Привет, – кивнула я и поспешила к себе, чтобы не смущать их своим присутствием. Заку ведь не нравится, когда я мелькаю перед глазами.

– Лидка, куда побежала? Останься! – добродушно улыбнулся Азат. – Или ты все еще прислушиваешься к мнению этого хамла? – он указал на недовольного Захара. – Забей!

– Эй! Сейчас кто-то отправится домой! – фыркнул Зак в его сторону.

– Да все в порядке, – улыбнулась я Азату в ответ. – Располагайтесь. У меня все равно есть дела в своей комнате, – и вошла в нее, прикрыв за собой дверь.

Парни шуршали ветровками и кроссовками в коридоре и переговаривались о какой-то вечеринке.

– Давай собирайся, Зак, – говорил Азат по пути на кухню. – Там будут все наши – Лева, Эмиль и Ильяс. А еще, – Азат заговорщически понизил голос, – в честь открытия нового клуба вход для девушек будет свободный. Только представь, сколько там краших будет! Леди, миледи, императрицы, царицы, принцессы, стюардессы… Я их еще не увидел, а у меня уже руки разбегаются!

– Если Настя узнает, она мне вынесет мозг, – страдальчески объявил Зак.

– Так возьми ее с собой, – судя по звуку, Генрих развалился на диване.

Повисло какое-то непонятное молчание.

И я подумала, что, если бы у них были настоящие доверительные отношения, Захар ни секунды не сомневался бы и пригласил новую подружку с собой.

– Не знаю… – задумчиво выдал он.

– Зато я знаю, – хохотнул Азат. – Настюха сегодня остается дома. Так?

– Похоже на то, – Зак готовил кофе. – Мы поссорились, не хочу пока с ней разговаривать, – добавил он тихо, но я все равно смогла это разобрать.

– И правильно, – согласился Азат. – Ничего страшного, если она один вечер посидит дома. Зак, сделай мне тоже кофе.

– И мне! – сказал Генрих. – Только без сахара и с пенкой!

– Да раз плюнуть…

– Эй!

Зак хохотнул и забренчал чашками. Мой желудок голодно заурчал: тоже захотелось кофе с бутербродом. Я вспомнила, что у меня остался пакетик быстрорастворимого напитка, поэтому и выбралась из своей норы, ведомая кофейным ароматом.

– Да пошутил я! Тебе капучино или глиссе? – уточнил Захар у Пухлого.

– Глиссе – это шаг в танце, а кофе с мороженым – это глясе, – высокомерно заметила я, заходя на кухню с кружкой.

– Знаешь, почему у тебя до сих пор нет парня? – поинтересовался Захар.

– Потому что ты отваживаешь их от меня? – я показала ему средний палец.

Парни расхохотались.

– Меня не интересуешь ни ты, ни твои старперы!

– Ему было чуть больше тридцати! – пикировала я.

Захар проигнорировал меня и обернулся к Генриху:

– Какой кофе сделать?

– Давай капучино, – ответил он, закинув руки за голову. – А что это за история про то, что ты отпугиваешь поклонников от Лиды?

– Да, расскажи им, – поддакнула я.

– Никого я не отпугиваю. Это была маленькая месть. И ты, – Зак ткнул пальцем в мою сторону, – знаешь об этом.

Нажимая на кнопки, Захар проследил за тем, как я в растворимый кофе положила пару ложек сгущенки.

– Извращенка детектед, – фыркнул он. – За такое ты заслуживаешь немедленной эвакуации не только из моей квартиры, но и с планеты Земля без права возвращения.

– Если в кофе не добавлять сладенькое – это какая-то невыносимая горечь бытия, – я пожала плечами.

– В растворимый? Давай я тебе нормальный напиток сделаю.

– Не надо! – я задрала нос и направилась на выход из кухни.

– Лидка, – крикнул мне вслед Генрих, забирая у Захара чашку с густой пеной, – пойдем сегодня с нами в клуб?

Где-то там наверху снова раздалось презрительное фырканье. Это Захар скрестил руки на груди и уставился на кофейные струи, стекающие в чашку. У него было такое надменное лицо, что мне тут же захотелось составить им компанию, однако я сказала:

– У меня пока напряг с деньгами. Может, в следующий раз.

– Нет проблем! Угощу тебя, – предложил Генрих.

Я задумалась.

– Если только как друзья, потому что совсем недавно я познакомилась с парнем.

– Почему тогда он не пригласил тебя гулять сегодня вечером? – поинтересовался Азат.

– Работает.

Леша сегодня таксовал, поэтому мы перенесли нашу встречу на будни.

– Договорились. Друзья так друзья, – невозмутимо ответил Генрих. – Мне не привыкать тусоваться во френдзоне. Эти, – он указал на друзей, – как зацепятся языками со своими девушками, так мне и поговорить не с кем.

– Час на сборы, – недовольно пробубнил Захар.

После рыданий мне пришлось потратить приличное количество времени, чтобы превратить себя в форму жизни, способную существовать на этой планете. Когда я вышла из ванной, где заканчивала делать прическу, Захар и Генрих уже надевали кроссовки, а Азат выливал на себя половину флакона дорогущего парфюма моего соседа, тем самым уничтожая все живое в радиусе пяти километров.

– О, ты такая красивая! – присвистнул Азат.

– Спасибо, – я улыбнулась.

– Поставь одеколон на место! – огрызнулся Захар, увидел меня и тоже заинтересованно скользнул взглядом по бежевому кружевному платью, открывающему плечи, по волосам до талии, уложенным крупными волнами, и по мерцающим меж локонами длинным сережкам.

– Классно выглядишь, – вдруг заметил он. – Дорого, богато… Как фарфоровый сервиз в бабкином серванте, – и ехидно улыбнулся.

– Ты тоже неотразим, Захар, в этом total black. Такой обтягивающий у тебя джемпер! – вкрадчиво заметила я. – Кроссовки только вот подкачали: их как будто сгрыз чей-то пес, хозяин их выкинул за ненадобностью, а ты нашел, надел и даже не почистил.

– Баба Лида, ты таблетки забыла выпить? – Зак не отрывал взгляд от экрана телефона, но я все равно заметила блеск веселья в его глазах. – Это лимитированная коллекция с эффектом потертости, дубина.

– Да знаю я, красавчик, – сдалась я, потому что мне стало лень с ним препираться.

– Вот это правильный ответ.

Он убрал телефон в карман джинсов и начал надевать куртку. Генрих и Азат уже вышли в подъезд и болтали на лестничной площадке, а Захар все еще ждал, пока я застегну новое пальто.

– И сколько сантиметров твои каблучища? – поинтересовался Зак, глядя, как я натягиваю высокие сапоги на шпильке.

– Всего лишь девять, – ответила я, невинно хлопая глазами. – Но, если говорить на мужском языке – все двадцать!

На лице Захара снова появилась ехидная улыбочка.

– Надеюсь, ты упадешь на них вслед за своим давлением.

– Конечно, нет. Меня придержит Генрих.

Сложив руки на груди и перекатывая во рту мятную жвачку, Захар наблюдал, как я брызгаю духи на шею и запястья.

– Все. Я готова, терпила, – и проскользнула мимо него на лестничную площадку.

– Не прошло и ста лет! – шипел он, закрывая дверь на ключ.

Когда мы зашли в клуб, нас уже ждали за забронированным столиком два парня, похожие друг на друга – высокие, зеленоглазые, со светлыми волосами и бледной кожей, похожие на Азата. Здесь же был и их друг – темноволосый, похожий на Захара, красавчик Лев, он обнимался с близняшками.

– Они родственники? – шепнула я Генриху, когда мы устроились за столом.

Он кивнул.

– Азат, Эмиль и Ильяс одной национальности. Казанские татары.

– Серьезно? – спросила я в замешательстве. – Я думала, татары выглядят по-другому. Невысокие, с узким разрезом темных глаз и с выпирающими скулами.

– Нет, ты говоришь о сибирских татарах. У них лица монголоидного типа: темноглазые, темноволосые, скуластые. А эти казанские, они другие – светловолосые и светлоглазые. Ты разве не знаешь, что к нашему родному городку примыкают две небольшие татарские деревни: в одной живут сибирские, а в другой вот эти – казанские?

– Что-то такое слышала, но не интересовалась раньше. Каких только у нас национальностей в стране нет!

Генрих улыбнулся, листая меню.

– Да ладно в стране, – махнул он рукой. – У Захара в семье два его старших брата ходят с полумесяцами, а два младших, в том числе и он, – с крестиками. И не ссорятся! Всех все устраивает. У него отец русский, а мать – казанская татарка. Ты же знаешь Камиллу Эмильевну?

– Представляешь, нет. Она знакомая моей мамы. Так что подписание бумажек на аренду комнаты прошло мимо меня.

– Значит, познакомишься. Тетя Камилла, бывает, заходит к Заку в гости, когда приезжает в город по делам.

– А ты кем ему приходишься?

– Мы учились в одном классе и до сих пор дружим.

– А! Вот почему ты один так не похож на них.

– Да, я просто друг. Как, впрочем, и Лева, – он кивнул на парня, которому одна из близняшек шептала что-то на ухо. – Он тоже им не родственник. А вот остальные – Азат, Эмиль и Ильяс – приходятся Заку двоюродными братьями.

– Я этих троих никогда раньше не видела в нашем маленьком городке.

– Потому что они всегда жили в этом городе. Их семьи никогда не проживали в татарской деревне, где находится коттедж родителей Захара. Но там живет их бабушка, и они ездят к ней в гости.

– Семья Захара переехала из этого города, когда Зак был маленьким?

– Да. Он пришел к нам в шестом классе. А после окончания школы вернулся обратно сюда, так и живет в родительской квартире. С тех пор его двоюродные братья и я постоянно торчим у него. Думаю, ты заметила.

– Такие красивые парни! – задумчиво протянула я, а потом закрыла рот ладонью. – Ой… Я это вслух сказала?

Генрих расхохотался.

К счастью, остальные не услышали моих слов, так как громко играла музыка. Однако Зак подозрительно покосился на меня. Наверное, я его бесила одним своим присутствием и хорошим настроением.

Я уставилась в меню.

– Генрих, у тебя довольно редкое имя для нашего региона, – заметила я, изучая раздел с салатами.

– И фамилия тоже, – подмигнул он. – Вайцель, – он протянул мне ладонь, будто знакомился со мной. – Генрих Вайцель.

– Ты немец, что ли?

– По крови да, но в душе – русский… У нас же в городке очень много немцев.

– Точно, – хмыкнула я и только сейчас задумалась об этом. – Почему, кстати? Откуда их столько взялось в Сибири?

– О! Это очень долгая история… – Генрих откинулся на спинку дивана, положив на нее руку позади меня. – Если в двух словах, немцы начали массово переселяться в Россию еще во времена правления Екатерины II. Она издала манифест, позволяющий иностранцам осваивать степи Поволжья. У них там были целые поселения. Прошло много лет, они обжили эту местность и стали советскими людьми. Но когда началась Вторая мировая война между СССР и Германией, всех, кто родился в немецких семьях, заподозрили в шпионаже и сослали в Сибирь. Сталинские репрессии, короче. Так мои предки и оказались тут…

К нам пододвинулся Азат:

– Что вы там трещите без умолку? Лида, что он тебе такое рассказывает, что ты совсем о нас забыла?

– Ничего особенного. Про то, как немцев переселили в Сибирь во времена Великой Отечественной.

– Нашли о чем разговаривать на вечеринке! – Азат состроил смешную рожицу и отодвинулся от нас подальше.

Захар окинул нас недовольным взглядом и вернулся к изучению карты бара. Красивые темные брови нахмурились, а смуглые скулы подрагивали, пока он раздумывал, что же заказать. И вдруг снова посмотрел на меня. Внутри что-то екнуло от неожиданности, и я тут же отвела взгляд.

– Выбрала что-нибудь? – спросил Генрих.

– Стакан сока.

– Сока?! – возмутился он. – Кто не курит и не пьет – очень нудный, просто жесть.

Я засмеялась и сдалась:

– Ладно. Один бокал сухого белого вина для настроения. Пожалуй, это именно то, в чем нуждается моя последняя нервная клетка.

– Давай хотя бы возьмем к вину сырную тарелку? И пиццу! Я вообще люблю покушать.

Мы улыбнулись друг другу. С Генрихом было так легко болтать обо всем.

– Ты учишься или работаешь? – спросила я у него.

– Окончил бакалавриат. Сейчас работаю в нефтедобывающей фирме, а еще веду Telegram-канал Захара. Ему самому некогда, он же постоянно на тренировках. Кстати, подписывайся, оставляй комментарии и ставь лайки.

– Ставить лайки этому зазнайке? Ни за что! – я скользнула взглядом по высокомерной физиономии Захара. – Уж лучше сотру себе большой палец до мозолей, тыкая на кнопку «добавить в избранное» на страницах любимых интернет-магазинов со шмотками.

Генрих расхохотался.

– Между вами точно пролетела искра!

– Тебе кажется, – весело хмыкнула я. – Ты, кстати, в магистратуру не собираешься? Начитанный такой.

– Пока не думал об этом… Народ, что будем пить? – спросил он у всех.

– Давайте возьмем бутылку виски, – предложил Ильяс.

– Отличная идея! – выкрикнул Азат и начал напевать и пританцовывать. – После бутылки виски все крокодилы – киски.

– Аза-ат! – голос Генриха звучал предупреждающе. – Здесь же дамы.

Все за столом расхохотались. Никто точно не считал себя крокодилом.

– Айм сорри, – на всякий случай бросил Азат.

– Я буду ром, – сказал Зак и захлопнул меню, отбросив его на стол.

Через некоторое время стала проявляться геометрическая прогрессия выпитого парнями: они развеселились и даже выходили танцевать. Я наблюдала за ними с диванчиков. Какие же они были все красивые! Высокие, статные, в меру подкачанные. Среди них выделялся только Генрих, да и он нашел какую-то пышку, начал болтать с ней у барной стойки. Мне стало одиноко. Даже подумывала о том, чтобы взять такси и смыться домой. К тому же за стол только что вернулся Захар. Кажется, он был не из тех, кто любит дергаться на танцполе. Он достал телефон из джинсов и начал листать шортсы со скучающим видом. Я тоже периодически клацала на экран: проверяла, есть ли сообщения от Леши. Полчаса назад написала ему, в каком клубе нахожусь и что была бы рада, если он заберет меня на прогулку. Но его все не было, и я продолжала глазеть по сторонам, высматривая его в толпе, болтая ногой в такт музыки, иногда задевая тонким каблуком ножку стола.

– Почему не танцуешь? – Захар пододвинулся ближе.

– Не хочется. А ты что такой кислый? Не рад, что я увязалась за вами?

– Раскусила.

– Рекомендую разобраться со своими друзьями, которые меня пригласили, – я показала ему язык. – И вообще, заканчивай злиться на меня. Я же не виновата, что твоя мать решила сдать часть квартиры в аренду. Не я, так какой-нибудь другой человек потеснил бы тебя своим присутствием.

Он нахмурился.

– Что? Я не права? В конце концов, это ее квартира, и ей решать, кто в ней будет жить. Не так ли? Расслабься. Только мигрени себе заработаешь от нервного перенапряжения. Просто смирись: я буду жить с тобой до конца этого учебного года.

– Это мы еще посмотрим, – в его глазах блеснуло что-то опасное. – Я придумаю что-нибудь, что заставит тебя сбежать.

– Вот же упрямец! Я тебе настолько не нравлюсь?

Он убрал телефон в карман джинсов и поднял на меня взгляд.

– Твое присутствие… будет всегда мне мешать.

– Любишь ходить по квартире в латексе и на каблуках, но стесняешься передо мной показывать свою настоящую натуру? – я взяла виноградину с сырной тарелки и закинула себе в рот. – Я не буду тебя осуждать, так что не стесняйся.

– Поразительная проницательность!

– Ну так! Я же мелкая, мне постоянно приходится быть настороже, чтобы кто-нибудь вроде тебя на меня не наступил и не обидел. Я уже научилась мгновенно считывать намерения окружающих. Это вам, огромным людям, можно быть вальяжными и расслабленными. Вы уже на вид опасные. Вам не надо прилагать много усилий, чтобы выжить в этом жестоком мире. Оттого, как вы нависаете над людьми поменьше, уже можно обложиться кирпичами от страха.

– Вот так?

Он подсел ко мне ближе и навис надо мной.

– Так достаточно страшно?

– Очень, – саркастично произнесла я. – Уже бегу собирать чемодан, чтобы съехать от тебя.

– Надо было раньше рассказать о своих фобиях. Я бы давно испробовал этот метод.

– Отодвинься, ты нарушаешь мои личные границы, – весело хмыкнула я и отпила вино.

Зак уставился куда-то поверх моей головы.

– Давай двигай, Захар, – нетерпеливо повторила я, облизнув губы и убирая бокал ото рта. – Что расселся?

– Не-а.

Вместо того, чтобы отсесть от меня подальше, он протянул ко мне ладонь и коснулся кончиками пальцев моего подбородка. Я думала, что он хочет меня придушить, поэтому вжалась в спинку дивана. Но нет. Его взгляд переместился с моих глаз на губы. А потом Зак медленно приблизил свое лицо к моему. Он был настолько близко, что я могла уловить аромат рома с нотами горького шоколада, карамели и ванили.

– Ты что делаешь? – испуганно просипела я, хлопая глазами. – У тебя биполярка?

– Помоги мне.

– Че…

Я не успела спросить, чем ему помочь, потому что он коснулся моих губ своими. В нос ударил аромат лосьона после бритья и парфюма Захара. Его поцелуй был такой нежный и медленный, что у меня даже не возникло желания сопротивляться. Он опустил одну руку мне на талию, а пальцы второй запустил в мои волосы и положил большую ладонь на затылок. Мягкие губы Зака скользили по моим, делясь сладким вкусом напитка, который он недавно выпил. Его язык скользнул между моих губ, и поцелуй стал более чувственным и волнующим. Это было совершенно крышесносно, ласкающе и дразняще. Когда Зак отстранился и взглянул на меня потемневшими глазами, я еще некоторое время не могла прийти в себя, тяжело дышала и пыталась вернуть себе самообладание. Но потом увидела через его плечо, как недалеко от нас, буквально через несколько столов, села девушка, которую я уже видела в баре в прошлый раз. Она мельком взглянула на Зака, потом на меня и отвернулась, начала болтать со своим спутником и друзьями. Кроме того, я увидела Алексея, который наблюдал за происходящим от барной стойки. Мои глаза чуть не выскочили из орбит, а он, дождавшись, когда я его замечу, просто развернулся и ушел. Тут уже никакие объяснения не помогут.

– Ты что творишь?! – со злостью прошипела я и попыталась отпихнуть Захара от себя. Но он не отодвинулся и на сантиметр. – Слишком много храброй воды выпил?

– Прости, баба Лида. Не было времени объяснять.

– Слышишь ты, длинный! – нахмурила брови и метала в него одну молнию за другой. – Я тебе не разрешаю пользоваться мной!

Он же в свою очередь сделал мне «пуньк», ткнув указательным пальцем в кончик носа, будто я была котиком. Играл на публику. Я откинула его руку и снова злобно уставилась на него.

– Может, тебе пора перестать заниматься ерундой? По-моему, эта девушка счастлива в новых отношениях. Ей явно все равно, что происходит сейчас за нашим столом.

Мне хотелось добавить, что со стороны его попытки задеть бывшую выглядели жалко, но я не стала обижать его. Уж слишком хорош был поцелуй.

– Может, я сам решу, когда мне перестать этим заниматься?

– Решай. Только не за мой счет!

– Что ты хочешь взамен того, чтобы подыграть мне сейчас?

Он снова протянул руку к моему лицу и большим пальцем провел по нижней губе. На секунду это ввело меня в замешательство, к низу живота прилило тепло.

– Прекрати это делать! Иначе я тебе откушу палец!

– Пожалуйста, – сказал он тихо, уже поглаживая меня по щеке.

Как вообще ему можно было отказать? Этот поцелуй и прикосновения… Я, кажется, до сих пор не мыслила ясно. Но была точно уверена в одном: ни в коем случае нельзя дать ему понять, что мне понравилось с ним целоваться! У него и так слишком часто бывает довольное лицо, когда он замечает, как я пялюсь на него.

– Идиот! – прошептала я. – Этот спектакль будет тебе дорого стоить!

– Сколько? – он снова провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

Решение о цене пришло само собой.

– Я сегодня взяла пальто в рассрочку. Доплати оставшуюся часть, – я разблокировала телефон и ввела на калькуляторе сумму.

– Не вопрос.

У него даже бровь не дернулась!

– У тебя есть полчаса, Зак. После чего я уеду домой. И без пошлостей! Не хочу чувствовать себя продажной шкурой. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе.

– Идет. Прыгай ко мне на колени.

– Чего-о?! – просипела я.

– Давай быстрее! – нетерпеливо фыркнул он.

Я мученически выдохнула.

– На что я только подписалась?! – процедила сквозь зубы.

Встала с дивана, поставила бокал на стол, одернула обтягивающее платье и оказалась на коленях у Захара. Было жутко непривычно. Однако справившись с неловкостью, я положила ногу на ногу, а правую руку закинула ему за шею, сжала пальцами плечо.

– На твою бывшую это не подействует, – промурлыкала я, натянуто улыбаясь. – Я более чем уверена. Зато нас увидел Алексей. Он опять ушел и опять из-за тебя! Это несправедливо по отношению к нему!

– Серьезно? – у Захара был притворно сладкий вид, он освобождал длинную сережку, запутавшуюся в прядях. – Прости, подруга. Мне очень жаль, что так вышло.

– Что-то по тебе незаметно!

– Потому что я играю роль счастливого человека, – он совершенно очаровательно улыбался.

– Надо быть, а не казаться, – я приторно-сладко улыбнулась в ответ.

– Когда-нибудь… А пока мое сердце разбито после пяти лет отношений.

– Пять гребаных лет?! – моя отпавшая челюсть чуть не пробила пол.

– Угу, – он зарылся носом в мои волосы и начал целовать шею, по моим рукам побежали мурашки; хорошо, что у платья были длинные рукава. – Мы начали встречаться еще в школе.

– И что ты натворил?

– Я не знаю. Она просто ушла от меня. А я до сих пор ее люблю.

– Заметно. Ведешь себя как полный кретин!

Он вынырнул из моих волос и посмотрел в глаза.

– А что мне остается делать?

– Забить и забыть.

– Не могу. Я хочу ей сделать больно, как она поступила со мной!

Что это он так со мной разоткровенничался? Алкоголь так развязал его язык? Я думала, что все секреты достаются Генриху.

– Хм… Если ты правда любишь, тебе нужно ее отпустить.

Он стрельнул глазами через мое плечо и весело фыркнул.

– Что за довольная рожа? – мой голос сквозил пренебрежением. – Твой план работает?

– Кажется, да. То и дело Танька бомбардирует нас любопытными взглядами.

– Надеюсь, она не вырвет мне волосы. Я буду все отрицать!

– Что же тут отрицать? Все очевидно.

Захар положил по-хозяйски руку на мое колено и медленно повел вверх до бедра. Кончики пальцев уже скрылись под кружевным подолом.

– Еще пара сантиметров, – я улыбнулась и взяла его лицо в ладони, – и точно отломлю тебе руку, лопата с глазами.