Цитаты из книги «Правила боя. Исток», страница 2
– А-а! – протянул государь, выпучивая и без того круглые навыкате глаза. – И тут заговор! Значит, еще и Яриний! Кто еще? Кухарка пытается меня отравить, стражник на воротах на тебя странно косится, первый советник ночами точит кинжалы, а второй тайком подмешивает слабительное в компот первого?
– Нет, ваша милость! Кухарка ворует мясо, но ровно столько, сколько ей положено, стражник на воротах, тот, который дежурит по нечетным числам, спит с женой дежурящего по четным. Первый советник ночами пишет трактат об управлении государством и надеется через месяц-другой вам его показать, а второй страдает лунатизмом, отчего гуляет по ночам. И да, он пытается подсидеть первого советника, но у того, несмотря на написание трактата, хватает времени, чтобы мешать злодейским помыслам, умудряясь воровать все неглупые идеи второго.
– Хм… Какая осведомленность, вы забыли, что второй советник состоит в любовной связи с княгиней…
Подготовка любой серьезной операции требует кропотливой и долгой работы. Во-первых, важно произвести расчеты, которые сопровождаются вычерчиванием хитрых схем и таблиц. Во-вторых, собрать достаточно подробные сведения, внедрить их в расчеты и откорректировать последние. В-третьих, расписать, самое меньшее, пять возможных вариантов поворота событий, рассчитать вероятность каждого, распределить полученное в порядке возрастающей вероятности. Следом начать практическую подготовку, где собрать все нужное, набрать команду, подходящую к выполнению данного задания, раздать указания и амуницию. После этого стратегу полагалось взять небольшой отпуск, открыть бутылку красного грионского и, потягивая вино, предаться увеселениям.
Человек наделен разумом, что же мешает ему думать? Нам дано даже больше, чем мы можем использовать, так куда рваться постичь неведомое, когда и ведомое не постигнуто?
Как могут жить в одном мире такие разные люди? – подумала она, наблюдая за своими спутниками. – Ведь мы все чем-то похожи. Наши желания, мысли очень схожи, так отчего мы не можем договориться? Найти ту точку равновесия, баланса, которая есть у хорошего клинка. Такую, что он легко держится на ладони. Мы все живем под одними звездами и под одним солнцем. Любим, верим, разочаровываемся. Так зачем все это? Химеры, мертвые дети… Неужели, просыпаясь, тот человек, который это затеял, видит то же, что и я? Разве такое возможно?
Всегда все новое прививалось кровью.
Выбор – привилегия людей образованных и знатных, людей, способных мыслить.
– Как тебе понравилась Бромира из Бэздена, которая приносила жертвы на каждом открытом ею источнике?
– Чудесная женщина. Принесла в жертву всего-навсего двадцать человек, по пути убила чуть больше. Вы ее давно переплюнули.
– Про другие двадцать я не знал. Слышала раньше?
– Проходили в Инессе. Нас тоже кое-чему учат.
– Например, читать на бараалле?
– Я на нем еще и ругаться могу… Хотите, выругаюсь?
Настоящее приключение издевательски улыбалось из-за приоткрытой двери, суля странствия и прекрасные дали и умалчивая о тяготах, вроде холодных ночевок, бурчащего от голода живота и сбитой задницы.
– Давай рубашку высушу хоть, – сердобольно предложила эльфийка.
– А я в чем буду?
– В запасной.
– А у меня нет.
Чтобы посмотреть на эдакого идиота, даже Майорин выглянул из кокона.
Троица за его спиной увлеченно продолжала наблюдать за спектаклем. Велор так вообще бы не отказался принять участие, но эльфийская спесь пока заставляла его мирно сидеть на лошади и ждать подходящего момента, впрочем, эльфийское шило уже жгло зад.
