Читать книгу: «Домен 2»

Глава первая

Бореол.

Вождь Рысей окинул уставшим взглядом неровное, каменистое, местами заросшее куцым кустарником поле перед замком молодого барона Ласкона. Всмотрелся в стройные шеренги нежданных противников и в гарцующего на коне небезызвестного в Свободных Землях Жорэса Маргрона. Заметил на стенах маленькие фигурки дружинников барона и соплеменников, готовых к обороне. Бореолу захотелось выругаться, как только уличные попрошайки Родхола умеют.

"Это когда-нибудь закончится или нет?" - подумал вождь Рысей и жестом подозвал к себе ближайшего молодого воина, исполняющего обязанности вестового.

- Мой вождь? - воин коротко кивнул в почтении. Измененные не требовали от своих гнуть спину, как заведено у людей. Гнущий спину воин - недостоин сего доброго звания. В представлении лесных жителей у согнувшего спину дух надломлен. А значит, какой из него может быть воин? В данный постулат измененные верили свято.

- Найди Кома Быстрого и передай - пусть со своим десятком по округе пробежится, поищет, нет ли где резервных отрядов противника? Не хватало нам в спину удар прозевать.

- Да, вождь. Я мигом, - вестовой повторно коротко кивнул и вклинился в потрепанные прошедшими битвами ряды рысей, по пути расталкивая нерасторопных единоплеменников.

- Атакуем? – поинтересовался Богур, ставший в последнее время незаменимым. Дружбы, как с Браном Хитрецом вождь с ним не водил, но к советам опытного воина и охотника прислушивался.

- Сам как думаешь? – вместо ответа спросил Бореол.

- Это хорошо, - удовлетворенно буркнул Богур и хлебнул из фляги крепкой травяной настойки, должной убрать усталость.

- Дай, - вождь нагло выхватил емкость и сделал большой глоток. Терпкая жидкость ухнула в желудок и разлилась по телу горячими ручьями. – Прикажи колдунам готовиться.

- Сделаю, - Богур отошел в сторону, чтобы отдать соответствующие распоряжения.

Бореол еще раз вгляделся в закованные в железо шеренги, отметил количество возвышающихся над головами людей големов, прикинул, сколько среди врагов может быть магов и, решил, что таковых от силы полдюжины, дружины баронов все-таки не имперская армия. Что такое полдюжины магов против почти сотни колдунов племени? Ничто. Врагов даже големы не спасут.

Вождь Рысей поднял руку. Гул от многоголосого шепота переговаривающихся рысей моментально стих. Все превратились в слух.

- В последнюю пору каждый из нас познал много горечи и вкусил немало крови врагов!!! - почти закричал Бореол, достаточно громко, чтобы его услышали даже в дальних рядах. - Мы потеряли свой Дом, но сохранили семьи! Мы потеряли Силу, но сберегли Честь. И вот мы здесь! И что же мы видим?! Видим, как жалкий, возомнивший о себе слишком многое баронишка Маргрон мешает воссоединиться нам с любимыми женами и детьми!!! Так втопчем врага в землю, и пусть на их костях взрастут деревья!!! Ибо мы - Рыси!!!

- Рыси! Рыси! Рыси!

- Рыси! Рыси! Рыси!

Клич племени, усиленный вовремя подсуетившимися колдунами, словно раскат грома пронесся над округой, поднимая перепуганных птиц со своих насестов. Над деревьями вдалеке закружили галдящие пернатые, добавляя переполоха.

- Вперед, - скомандовал Бореол уже совсем негромко. Но воины словно услышали команду, моментально замолкли. Резкий контраст шума и тишины оглушал. Войско Рысей единым организмом двинулось на врагов. Им было за кого и за что сражаться.

Бореол широко шагал в центре построения, чуть впереди остальных, готовый в любой момент сорваться на бег. Пара телохранителей, постепенно оттесняли его назад, чуть вырвавшись на шаг буквально. Вполне достаточно, чтобы не мешать Бореолу биться и заодно прикрывать от случайно пропущенных ударов.

Двести шагов.

На посохе Бореола засветились триграммы воздуха и силы. Следующая триграмма соединила их. Активация. И каркас заклинания напитался энергией. Защитное поле вспыхнуло, на миг явив себя взорам непосвященных.

Сто пятьдесят шагов.

Колдуны племени не отставали от вождя. Каждый знал без понукания, что делать. Постоянные сражения закалили и даровали бесценный опыт. Практически одновременно первые ряды Рысей оказались под защитой от магии и стрел. Как раз к месту. Буквально спустя мгновение пара сотен стрел и болтов вознамерились собрать щедрую жертву.

Сто шагов.

Всколыхнулся воздух перед телами и над головами спешащих лесных воинов. И всего лишь пара средних по силе, да парочка десятков слабеньких боевых магических ударов, расплескались по мощной комплексной защите. Щит легко выдержал. Разве это удар после того буйства энергий, что испытали на себе Рыси воюя с другими племенами? Это ничто! Многие измененные завидев столь жалкие потуги, засмеялись в предвкушении.

Пятьдесят шагов.

Колдуны измененных нанесли ответный выпад. У одаренных колдовскими силами лесовиков множество заготовок накопилось, ведь война самый лучший учитель. Отсветы напитанных мощью триграмм возникали на мгновения, чтобы мир смог лицезреть выплеснутую в колдовской ярости энергию. Огненные шары болидами пронеслись над макушками воинов племени; водные плети, опустошая подземные источники, вырастали из-под земли прямо под ногами дружинников Маргрона, разрезая незащищенные снизу податливые тела; валуны с треском вырывались из крепких объятий земли и летели во врага, производя опустошение не хуже, чем при попадании ядра выпущенного баллистой.

Мгновение и вот уже хохочуше-рычащее воинство достигло изрядно оробевших дружинников Маргрона и врезалось в ставшую редкой стену из щитов. Напор получился настолько сильным, что первая шеренга полегла почти поголовно буквально за несколько десятков ударов сердца после столкновения.

Крики боли, отчаяния, ненависти и ярости сплелись со звоном стали, треском ломаемых копий и щитов. Чавканье пробитой и рассекаемой плоти спорило по громкости с ржанием лошадей и лязганьем суставов боевых големов. Кровь щедро орошала землю.

Бореол послал импульс активации, и очередное заклинание рухнуло на головы троих солдат Маргрона. На крики обожженных врагов вождь Рысей не обратил внимания. Он принял на посох клинок закованного в сталь латника, ушел вбок, пропуская мимо себя резкий выпад, развернул посох торцом и ткнул им соперника в колено. Латник на секунду потерял равновесие, чем моментально воспользовался телохранитель Бореола. Взмах широкого лезвия короткого копья и латник забулькал кровью из пробитого горла.

- Големы, - предупредил телохранитель.

- Вижу, - прорычал Бореол и потянулся за остатками энергии, формируя попутно новый каркас для следующего заклинания.

Грав.

Я так увлекся, наблюдая со стены за разгорающейся битвой, что не заметил, как закусил почти до крови нижнюю губу. Сердце в груди стучало набатом и, казалось, сейчас выскочит. Захотелось вдруг спуститься во двор, взлететь в седло и, понукая Черныша шпорами врезаться в строй солдат Маргрона. Одновременно с желанием окунуться в сечу в душе разгорался страх непривыкшего к подобному зрелищу человека из другого мира. Но что-то делать все равно надо. Неправильно это - стоять и смотреть, как союзники рубятся вместо нас.

"Хотя… Чем меньше проблем, тем легче дышать, а как ни крути измененные – это проблема", - закралась в голову трусливая мыслишка.

- Вашмилсть, так может это... вдарить сейчас. Пока спину подставили? - влез с непрошенным советом плечистый Хома, который должен был вообще-то находиться рядом с Зуримом и следить, чтобы тот не учудил чего-нибудь этакого. А то бывали прецеденты. Зурима оставь одного и врагов не понадобится, как замок падет из-за взбесившихся големов.

«Распоясались мне тут», - подумалось, но вслух ничего не сказал. На это будет еще время.

Я снова обратил внимание на происходящее подле замка.

Там творилось, как раз самое интересное. У меня аж дыхание перехватило, от лицезрения применения магии в таких масштабах. В воздухе возникали локальные атмосферные возмущения и искажения, порой в сопровождении электрических разрядов. Словно из ниоткуда на дружину барона Маргрона обрушивалось неистовство различных по-своему воздействию заклинаний. Уже упомянутые молнии выискивали металлические детали амуниции, порождая вой боли и ужаса. Багровый огонь точно живой метался по шеренгам и рядам солдат Маргрона внушительными по размерам расплавленными каплями, сжигая все и всех на своем пути. Жалкие попытки противостоять натиску лесовиков провалились изначально. Ни магия, ни арбалетчики с дорогими артефактными болтами не смогли замедлить атакующую волну измененных. Рыси точно цунами захлестнули первые шеренги армии Маргрона, и началась резня, которую могли остановить лишь големы.

«Ну вот... будто накаркал», - промелькнула мысль, когда вражеские големы зашевелились активнее. Они, повинуясь приказам своих погонщиков, быстро перестроились и приготовились внести изрядную лепту в сражение.

Я всмотрелся внимательнее к двуногим боевым машинам. Издали они походили на «громовержцев». Какая-то модификация известной мне модели? Скорее всего, так оно и есть. Со стены големы выглядели почти новыми и более опасными, благодаря странному наросту над правым плечевым суставом. У моих громовержцев ничего похожего нет.

"Хома прав, нужно бить немедленно, пока внимание Маргрона и его командиров, обращено на сдерживание напора измененных", - решился, наконец.

Уже было хотел отдать соответствующий приказ, как рядом возник Бран Хитрец, нагло отодвинув в сторону Хому. Тот послушно отошел. Все-таки кто он, а кто барон с колдуном Рысей? Между нами и простым дружинником разница по местным меркам, как между небом и землей.

- Открывай ворота, Ласкон. Если мы сейчас нанесем удар, враг побежит, - будто вторя моим собственным мыслям, протараторил Хитрец. Даже не обратил внимания на его не слишком вежливый тон, потому как происходящее вокруг не располагало к словесной изысканности. Все на взводе. Я это прекрасно осознавал и потому пропустил мимо сознания некоторую грубость.

Бран уставился нетерпеливо в ожидании ответа. Если откажу, Рыси однозначно не послушают. Тем не менее, вот это вот ожидание моего дозволения пришлось по душе. Тешило самолюбие. Не думаю, что в столь критической ситуации Хитрец проверял меня на лояльность.

Кивнув Хитрецу головой, дал согласие, после чего нашел взглядом Хому и приказал дружиннику:

- Найди десятника Фиша и Зурима. Оба пусть явятся немедленно. И поживей давай! – прикрикнул на Хому. Пусть шевелится.

- Так чего их искать-то, Вашмилсть? - Хома ткнул своим указующем перстом, больше похожим на сосиску, сначала вниз во двор, а затем на вершину Серой Башни, внутри которой находилась мастерская по ремонту големов.

Следуя взглядом за указательным пальцем, сначала заметил во дворе десятника, который криками и пинками выстраивал в колонну по трое не менее четырех десятков дружинников, наиболее обеспеченных в плане защиты и вооружения. Хотя подготовка солдат баронства пока оставляла желать лучшего, однако вместе с сотней, а то и больше, измененных представляли достаточно грозную силу по меркам Свободных Земель.

Я недовольно покосился на Хитреца. Небось, он подбил моего десятника на проявление нездоровой предприимчивости без соответствующего приказа. Ну, устрою все вам, потом… Покажу, что бывает, когда инициатива имеет инициаторов.

На вершине Серой Башни заметил фигурку механика. Тот с любопытством осматривал происходящие побоище, как полуминутой раньше делал я сам.

Совсем не по-баронски, по какому-то глупому наитию, засунул два пальца в рот и как засвистел, что показалось, будто даже на поле брани все на мгновение замерли, так громко получилось. Сам не ожидал произведенного эффекта. Зурим естественно обратил на звук внимание. Махнув тому рукой, жестом приказал спускаться.

Бран Хитрец на выходку лишь коротко хохотнул, после чего буквально в три прыжка пронесся вниз по ступеням к своим бойцам, споро готовящихся к предстоящей схватке. Лесные воины проверяли оружие, кожаные наручи, дубленые короткие куртки, многим заменяющие броню. Судя по улыбкам и смешкам, Рыси воспринимали происходящее, как некое развлечение.

В отличие от последних дружинники стояли с серьезными, а порой с откровенно кислыми лицами. Участие в бою вчерашних крестьян не вдохновляло. Одно дело ходить за жалование в караулы или сопровождать караваны, другое постичь разумом, что вот сегодня, а то и прямо сейчас деньги тебе больше не понадобятся. Такое пораженческое настроение требуется срочно поменять.

Спустившись вслед ха Хитрецом, остановился перед, в большинстве своем, недавними пахарями и пастухами. Медленно осмотрел строй, пытаясь поймать взгляды солдат, после чего набрал в грудь воздуха и громко начал:

- Вы боитесь. Это нормально. Каждый воин перед схваткой должен бояться, но при этом не терять разума, - краем глаза заметил, что измененные тоже поутихли, прислушиваясь к словам. - Не страшится лишь сумасшедший. Убогому храбрецу все одно - умрет он или останется жив, сможет защитить себя и семью или нет. Для них существует только одно желание - пролить кровь. И неважно чью. Но ведь мы не сошедшие с ума! Для нас главное не храбро погибнуть в бою, а сделать так чтобы наши враги трусливо умирали, оставив поле битвы победителям – нам. Пускай они кормят собственными телами воронов. Поэтому мы пойдем за стены и не оставим врагам ни единого шанса. Мы не одни. Боги смотрят и благоволят нам. За нами Правда!

Выкрикнув последние слова, я застучал кулаком себя по стальному нагруднику. С каждым ударом наращивал темп и силу удара, звук становился громче и призывнее, будто бью в боевой барабан. Мне начал вторить десятник Фиш. Бран Хитрец также быстро сориентировался, но бил не в грудь кулаком, а с силой опускал на камни мостовой тяжелый колдовской посох. Уже через десяток секунд каждый находящийся в замковом дворе воодушевился, а измененные, которых собралось немало, вдобавок ритмично выкрикивали:

-Ум! Ум! Ум!

От этого звука по спине пробежали мурашки, заставив невольно передернуть плечами. Надо же как получилось. Самого проняло.

Подбежал Зурим и робко втянул голову в плечи. Притянув его к себе за плечо поближе, на ухо спросил:

- Големы к выступлению готовы? И сколько?

Зурим кивнул на первый вопрос, на второй ответил:

- Ну, после недавней стычки могу поручиться, что пять точно способны полноценно участвовать в сражении.

- Раздай десятникам браслеты управление немедленно.

- А можно и мне пойти, - вдруг попросил механик.

Тут пришлось задуматься. Зурим конечно ценный кадр, однако если стану постоянно держать его на привязи, то чего доброго рано или поздно сбежит. Хома нянькой к механику приставлен, вот пусть им и остается. Прикрывает при случае. Если задача Хоме придется не по нраву, так эта проблема решается просто – стимулирующими премиальными коронами.

Заскрипели ворота, открываясь. Первыми вышли самые боеспособные и големы

Подбежал конюх и привел Черныша, но тут вмешался десятник Фиш.

- Ваша милость, позвольте отсоветовать вас участвовать в этой вылазке верхом.

- Фиш дело говорит, - вставил веское слово, неподалеку стоящий Хитрец. - Всадников мало. Вырвитесь вперед и вас положат маги и арбалетчики первыми. Лучше сражаться в пешем строю, как остальные.

Пешим, так пешим, - не стал настаивать. Что я дурачок что ли, чтобы к советам местных рубок не прислушиваться? Жестом показал конюху, чтобы увел Черныша обратно в конюшню, вытащил из ножен клинок и занял место в крайнем правом ряду. Ворота уже открылись полностью. Мандраж захватил душу тело и сознание. Вместе с ним проснулся азарт, мне прошлому неприсущий.

- Вперед! – скомандовал коротко.

Полторы сотни воинов побежали вслед за големами. Поначалу молча, бряцая бронью, а затем не выдержали - закричал один дружинник, следующий и следующий. Им вторили измененные. Мне казалось я орал громче всех, то ли от страха, то ли от возбуждения.

А потом колона врубилась в неприятелей.

Глава вторая

Барон Белиш.

Барон Белиш больше предпочитал ездить верхом на кобылах, чем на жеребцах. Они, как правило гораздо спокойнее. Уж его Ласточка гнедой масти точно не взбрыкивала попусту, имела покладистый характер, послушна и в меру игрива. Однако если возникала необходимость, могла стать сущим зверем, готовая защитить себя и своего седока. За такой нрав и верность Ликапий Белиш любил свою лошадь сильнее чем кого бы то ни было, даже сильнее чем своих близких родственников. Единственное, что он превозносил выше своей Ласточки - полновесные золотые короны. Что-что, а деньги барон Белиш просто обожал до дрожжи в руках и готов ради обладания ими пойти на любые безумства. Приоритеты хозяина Родхола можно разместить в следующем порядке: естественно он сам, золото, лошади и лишь потом все остальное.

И сейчас барон Белиш, восседал в дорогом седле на любимой кобыле, а за спиной находились полторы сотни хорошо вооруженных, бывалых всадников; слаженная пятерка наемников-магов и пара собственных опытных и хорошо оплачиваемых одаренных. Дружину прикрывали два десятка недавно приобретенных големов модели «Росомаха» - немного устаревших, но пользующихся неизменным спросом в Свободных Землях и пограничных баронствах Арлонской Империи. Таких же он продал Граву Ласкону втридорога намедни.

Сюда, в земли молодого барона Ласкона, его привел запах денег. Больших денег. Такой шанс выпадает нечасто и Ликапий не мог позволить себе упустить возможность стать богаче и влиятельней.

Ласточка под Белишем недовольно фыркнула, когда рядом, звеня сбруей, остановился пегий конь капитана Торила Лорпа.

- Маргрон, считайте, проиграл, ваша милость. Если сейчас из замка ударят по порядкам его войска, то солдаты запаникуют и побегут, - прокомментировал происходящее на поле перед замком подъехавший капитан.

За редкими деревьями все отлично просматривалось, тем более барон Белиш и сопровождающие его рыцари находились на небольшом взгорке. Хозяин Родхола только кивнул головой, показывая, что услышал капитана Лорпа.

- Приготовьтесь встретить бегущих солдат Жорэса Маргрона, - приказал Ликапий Белиш и слегка пришпорил свою Ласточку. Лошадь прянула ушами недовольно, но пожелание седока выполнила незамедлительно, сделав несколько шагов вперед.

Вдруг баронская лошадь неожиданно дернулась, отскочила влево боком и заржала испуганно. Барон натянул поводья, удерживая кобылу на месте. Лошади под рыцарями также не остались равнодушными, заволновались и зафыркали. Белиш закрутил головой, высматривая, что вызвало страх у животных, и первым заметил стоящих в просвете редколесья четверку мутантов. Тут на гостей из-за реки Гиблая обратили внимание остальные. Потомственные воины приготовились защищать своего сюзерена. С характерным шелестом клинки покинули ножны. А парочка присутствующих доверенных дружинников моментально наложили стрелы на тетивы луков.

Мутант, стоящий на пару шагов дальше соплеменников отсалютовал посохом, и вся четверка быстро скрылась за стволами деревьев. Вот вроде лесок негустой, скрыться особо-то и негде, однако не успели воины из Родхола проморгаться, а уже никого не видать.

- Близоровы отродья, - выругался в сердцах капитан Лорп. – Как они это проделали?

- Не все ли равно? – подал голос один из рыцарей.

Капитан присмотрелся - кажется молодой Лоурен Ирп, недавно принятый господином на службу. За глухим забралом с тонкой прорезью для глаз лица не различить.

«Ага, точно он», - подумал капитан, заметив фибулу с гербом. Имперец, не нашедший себя на Родине и потому решивший поискать счастье в баронствах. Торил Лорп недолюбливал имперцев за их высокомерие. И этот Ирп не являлся исключением. Иногда казалось, что тот даже на барона Белиша смотрит свысока.

- Предупреждение от мутантов, чтобы не вмешивались в битву на стороне Маргрона получили, - констатировал хозяин Родхола и хохотнул облегченно. - Учитывая, что мы все одно, не собирались помогать нашему «старому другу» Жорэсу, - барон Белиш скривился при упоминании Маргрона, - то это предостережение нас не касается. Скорее это мутанты должны нам будут. И уж поверьте мне, капитан… Своей выгоды ни за что не упущу.

- Простите, мой господин, - один из рыцарей перебил барона и указал клинком в сторону, где сейчас происходило как раз то, что предсказывал недавно подъехавший Торил Лорп.

Ворота замка распахнулись и наружу, набирая скорость, первыми выметнулись давешние "Росомахи" и бронированные "Громовержцы". За ними, соблюдая построение, бодро выбежали дружинники молодого барона и вдвое большее количество мутантов.

Моментально перевес в живой силе оказался не на стороне Жорэса Маргрона. При тотальном превосходстве лесных воинов в магии, а оно заметно проявилось с первых минут боестолкновения, шансов у пришедших по душу молодого Ласкона изначально не имелось. И это если не принимать во внимание небольшое войско из Родхола.

Ликапий Белиш просто жаждал поживиться на костях проигравшего Маргрона. Если бы не лесное войско, то воины Родхола сами бы ударили в нужный момент. Но раз ситуация складывается так хорошо, то зачем подвергать себя, собственных рыцарей и дружинников ненужной опасности? Пусть грязную работу сделают другие, раз выпала такая удача, а земли, замок, и состояние Жорэса Маргрона барон Белиш собирался прибрать себе. Помимо всего прочего хозяин единственного города в Свободных Землях намеревался пододвинуть молодого и неопытного Ласкона от торговли с дикими племенами.

Барон Белиш годы тому назад вынашивал планы по получению контроля за контрабандой сока Молочных Деревьев, однако осуществлению задумок мешал ряд причин.

Одна из причин - небезызвестный эдикт Императора «О признании мутантов исчадиями Падших». Вторая причина, не менее важная, крайне негативное отношение храмовников к измененным и пропаганда среди населения. Зачастую слова храмовников, вкладываемые в людские умы, являлись как бы не важнее, чем какой-то там эдикт. Да большинство крестьян даже слова такого не знают, что не мешает им бояться и ненавидеть лесовиков и сдавать тех, кто с ними сотрудничает. Храмовники тщательно поддерживают в народе огонь страха и ненависти. Правда, справедливости ради, стоит отметить, что простые люди ненавидят мутантов не без основания. Рейды за чужим добром, скотиной и за молодыми девицами лесовики организуют регулярно и случаются подобные набеги довольно кровавыми.

В какой-то мере на эдикт императора можно не обращать особого внимания, все-таки Свободные Земли без малого три столетия не входят в состав Арлонской Империи. Однако влияние власть предержащих могущественного соседнего государства на местных баронов сохранялось и по сей день. Ведь владетели и купцы Свободных Земель очень сильно зависели от торговли с другими государствами. А все маршруты проходили по территории Империи. Игнорировать сей прискорбный факт никак не удалось бы. Это для крестьян необразованных и для таких нищенствующих, живущих на отшибе, владетелей вроде Грава Ласкона Свободные Земли "свободные". Действительность же далека от видимой для непосвященных людей окружающей реальности.

Подобное положение дел сохранялось довольно долго. Нынче ситуация в Империи резко изменилась. Император скончался после тяжелой болезни, оставив после себя целый ворох неразрешимых проблем. Из которых самая главная - проблема престолонаследия.

Усопший монарх имел двух сыновей с разницей в возрасте всего полтора года. Казалось бы, престол должен наследовать старший сын Антоний Ранхар. Что в данной ситуации может быть непонятного? Однако второй сын, Алин Ранхар, имел собственный взгляд на то, кто больше достоин трона отца. Что самое интересное, большая часть дворян поддерживала именно последнего. И не только они, но и правители соседних с империей государств.

По имеющейся у барона информации, особенно старались поддержать претензии на престол со стороны Алина Ранхара послы Королевства Гроз. Не удивительно. Королевство извечно соперничало с Империей по многим вопросам. Государства воевали друг с другом столько раз, что, наверное, даже историки со счета сбились. В результате одной из таких войн и возникли здешние баронства.

Скорее всего, противостояние сыновей закончится гражданской войной. Подобный исход оказался бы на руку Ликапию Белишу. В предстоящие смутные времена хозяин единственного в Свободных Землях города собирался поиметь собственную выгоду. Если учесть, что у Алина Ранхара гораздо больше весомых шансов стать властителем Арлонской Империи, и тот является ярым противником служителей Бога Изнера, чья власть прочно укоренилась в бывших имперских землях, то… То в совокупности данные два фактора: гражданская война и конфликт потенциального нового императора со жрецами даруют множество перспектив в будущем, таких как торговля с мутантами, например.

Если все сделать по уму, то потом, когда страсти в бывшей метрополии поутихнут и в противостоянии между будущим императором со жрецами Изнера наметится спад напряженности, уже никто не посмеет что-либо сделать человеку, в чьих руках окажутся все нити власти в Свободных Землях. Кто станет противиться стабильным поставкам сока Молочных Деревьев?

Естественно придется поделиться кое с кем в столице Империи. Однако Ликапий Белиш знал нужных высокопоставленных чиновников и влиятельных придворных политиков. Успел провести предварительные переговоры с ними на данную тему, получил согласие на изменение политической ситуации и договорился о протекции на поставки столь нужных ингредиентов для создания зелий сохранения здоровья и молодости. Богатым людям в Империи и не только в ней хочется жить долго и желательно подешевле.

Осталось сделать сущую малость - провернуть дело так, чтобы мутанты доверились ему. Или на худой конец сделать молодого Грава Ласкона подчиненным лицом в торговых делах. А как можно такое проделать максимально быстро? Очень просто. Помочь Ласкону и заодно, как оказывается, одному из племени дикарей. К тому же удастся поживиться за счет проигрыша барона Маргрона, что вообще хорошо. Самый могущественный противник его планам вскоре будет повержен. Ситуация складывается исключительно удачная во всех отношениях.

- Ваша милость? - вклинился в размышление барона капитан. - Переломный момент. Маргрон отступает и как раз в нашу сторону. Как вы и предсказывали.

Капитан Лорп, произнося слова, едва сдерживался, дабы не скривиться. Ведь это именно он подвел упрямого борона к мысли, что солдат и рыцарей необходимо разместить именно в этом месте - в стороне от дороги. Будучи человеком достаточно разумным Торил Лорп озвучивал собственные размышления таким образом, чтобы они выглядели идеями самого барона Белиша.

- Пора, - с важным видом кивнул хозяин Родхола.

Капитан махнул рукой, и всадники начали движение навстречу спасающимся бегством проигравшим.

«Скоро Жорэс сильно удивится, завидев мои стяги», - Ликапий Белиш удовлетворенно улыбнулся посетившим мыслям.

Грав.

Я сидел в кресле у камина с удовольствием вытянув немного гудящие ноги. Недавно принятая горячая ванна смыла кровь и усталость, а чистая одежда прибавила настроения. Никогда раньше не задумывался, что сражения могут быть настолько кровавыми и грязными. И ведь умом понимал, что это даже не ахти какая война. Так себе - мелкое столкновение по сути своей.

По завершении битвы я вернулся в замок относительно удовлетворенный ее исходом. Ни с кем не хотел разговаривать. Слишком сильное впечатление на меня произвело происходящее, особенно тела почти половины моих дружинников. Печальный результат, что немудрено. Какой опыт у вчерашних пастухов? Да никакого! Копье научили правильно держать, да бронь носить, вот и весь опыт. Эх…

Уже в замке увидел собственное отражение в зеркале, и едва не стошнило в момент, когда увидел прилипшую к наплечнику часть чьего-то уха. Вспоминаю сейчас, и снова дурно становится. Надо переключать внимание, а то кусок в горло не полезет. Ни к чему это, ведь скоро гости заявятся. Вот кстати и они.

Скрип дверей заставил оглянуться.

- Его Милость барон Ликапий Белиш и Вождь племени Рысей Бореол! - зычным голосом проорал мой личный слуга Бон. Назначил его сегодня исполнять обязанности то ли дворецкого, то ли мажордома.

По-хорошему конечно надо назначить на столь ответственный пост какого-нибудь в меру честного пронырливого мужичка и чтоб грамотой владел на должном уровне. Только вот с грамотностью в среде моих подданных как-то не сложилось. Я бы даже сказал - просто мрак. На весь замок только четверо умеющих читать и писать, причем двоих повесил не так давно. До сих пор тела предателей качаются на ветру. Остались только лекарь Корнис, да вечно попадающий в неприятности механик. Себя к грамотным пока не причислял в виду того, что местное письмо довольно архаично и сложно. Только учусь. Беру уроки у лекаря и Зурима. Естественно прогресс имеет место быть. Я все же продукт высокоразвитой цивилизации, поэтому обучаюсь достаточно быстро по сравнению с крестьянами. Однако полноценно овладеть письмом пока не получилось, а делать записи на русском языке остерегаюсь, чтобы не возникало ненужных ко мне вопросов, вдруг кто заметит. Лишь Рыси знают, кто я есть на самом деле. Пускай так и остается. Желательно навсегда.

Поднявшись с кресла, учтиво поприветствовал вошедших гостей.

- Присаживайтесь господа. Рад видеть вас в своем доме, - на этих словах Бореол слегка ухмыльнулся, но я сделал вид, что не заметил. - Надеюсь, скромное угощение снимет усталость после прошедших сегодня событий и наладит между нами добрососедские взаимоотношения.

Произнеся положенные слова, широким жестом указал на большой круглый стол, заставленный по местным небогатым меркам всяческими яствами. Пришлось изрядно постараться, чтобы накрыть его. Кладовая замка не блистала разнообразием. Поварихе Магде позже солидную премию выдам за трудовой подвиг.

Пришлось даже переступить через свою гордость и обратиться за помощью к Рысям. Точнее к вынужденному телохранителю Брану Хитрецу. Тот вошел в возникшее затруднение и буквально ограбил соплеменников, насобирав в две большущие корзины лесных деликатесов, начиная от орехов и заканчивая огромными окороками. Магда, когда увидела принесенное великолепие, лишь всплеснула руками и моментально раскомандовалась на кухне (даже мне досталось) все начали носиться словно заведенные. В результате - теперь совсем нестыдно перед сидящим напротив напыщенным бароном Белишем.

Единственное в чем изначально не испытывал недостатков, так в наличии вина. Оно, правда, называлась по-другому, потому как делалось совсем не из винограда, но выполняло ту же функцию и успешно. Хотя по мне так редкостная гадость, но говорят мой покойный «дед» любил эту мутно-красную бурду. А раз он любил, то и другим баронам вполне подойдет.

Пока ели, изредка поддерживали разговор ни о чем. Ликапий Белиш выспрашивал у Бореола о темных тварях, тот в свою очередь интересовался лошадьми, благодаря чему, судя по всему, вырос в глазах хозяина Родхола.

Я слушал, иногда кивая или задавая уточняющие вопросы. В моей голове роились мысли по поводу Ликапия Белиша. Зачем сей прохиндей заявился сюда? Причем странным образом. Вместо того, чтобы вмешаться в ход сражения на нашей стороне в самый ответственный момент для нас. Он вступил в бой в нужный момент для себя. Конечно, его можно с какой-то стороны понять. Только не просто так барон все спланировал и осуществил именно таким образом. Что-то ему нужно и это «что-то» весьма важное.

Хотя, чего тут гадать? Сок Молочных Деревьев позарез понадобился. Сто процентов. А с учетом факта, что Белиш пленил и удерживает Маргрона, наверняка вдобавок нацелился прирасти баронством последнего.

Если соком Молочных Деревьев придется, наверное, делиться, так как основные продажи осуществляются через Родхол, являющимся основным перекрестком торговых маршрутов практически со всех баронств и Империи, то территории баронства Маргронов я так просто не отдам. В конце концов, часть контролируемых этим мерзким родом территорий, захваченные земли рода Ласконов. И я собираюсь их вернуть в родную гавань.

Заметив, что гости набили животы, отложили в сторону столовые приборы и теперь попивают из кубков «вино», откинулся на мягкую спинку кресла и заявил:

- Итак, господа. Давайте поговорим серьезно и откровенно. Всем нам друг от друга что-то нужно. Верно?

Дождавшись поощрительных, заинтересованных взглядов, продолжил:

- Для начала хотелось бы обсудить возвращение утерянных моим дедом владений.

Барон Белиш тут же в ответ высказался:

- Только как быть с фактом, что барон Жорэс Морган мой пленник?

- Деловые люди всегда между собой договорятся.

- А вы мне все больше нравитесь, молодой человек, - удовлетворился услышанным Ликапий Белиш и промокнул салфеткой губы. – Давайте обсудим.

Глава третья

Грав.

Ликапий Белиш оказался очень упрямым, порой вел себя достаточно нагло и моментами беспардонно. В прошлую нашу встречу он, в общем-то, действовал примерно также нахраписто, только тогда у меня особого выбора не имелось. В прошлую встречу ситуация сложилась аховая. Требовалось заручиться поддержкой и умаслить владетеля, чтобы нас банально выпустили из города. Поэтому особо не пререкался, улыбался и шел на уступки достаточно немалые. Видать Ликапий Белиш воспринял опыт нашего былого общения, как нечто постоянное. Наивный чукотский мальчик.

Сейчас не я в чужом доме, где сила и власть не на моей стороне, а в собственном и сила как раз мне благоволит в лице вождя племени Рысей. Но почему-то барон Белиш понимает ситуацию превратно, исключительно в личную пользу.

Судя по насмешливому взгляду Бореола я прав в своих догадках - Рыси вряд ли согласятся на условия Ликапия Белиша. Выдвинутые предложения гостя лишь на первый взгляд логичны, если судить с его колокольни. Но это лишь на первый. Если смотреть чуть дальше, на перспективу, то выдвинутые предложения сулят в будущем слишком незначительные дивиденды.

Я слушал, мелкими глоточками попивая легкое спиртное. Кивал головой в нужных местах и размышлял, выстраивая в уме достойный ответ. К тому же не все зависит от меня, естественно. Необходимо в дальнейшем выслушать мнение вождя Рысей. Только не сомневался, что тот примет мою сторону, возможно с некоторыми поправками, но не более.

Гость из Родхола замолчал, с интересом разглядывая нас и ожидая ответной реакции.

Бореол с видимым безразличием пожал плечами, предоставляя таким образом слово хозяину. Я не заставил никого ждать. Все предельно ясно и понятно. Осталось всего-навсего высказать собственное видение ситуации и настоять на своем, с учетом, конечно же, не только интересов моего баронства, но и интересов измененных.

- Вы делите шкуру неубитого медведя, - начал, осторожно подбирая слова. - Как уже говорил - хочу вернуть земли, утраченные моим дедом Диреком Ласконом. К тому же, желательно, чтобы барон Маргрон или наследники его имущества, - тут многозначительно посмотрел на барона Белиша, молча намекая, кого считаю наследником, и кто будет должен в итоге, - компенсировали мне упущенную прибыль [1], которую бюджет баронства недосчитался за прошедшие годы.

Заслышав такое Ликапий Белиш, едва не подавился глотком вина. Вряд ли провинциальный барон, которым на самом деле является владетель Родхола, когда-нибудь слышал словосочетание «упущенная прибыль». И уж тем более не ожидал, что начну настаивать вернуть деньги, которые мог бы получить, если бы земли Ласконов оставались под контролем нашего рода.

- Молодой человек вы, вероятно, не так поняли? - немного придя в себя, поинтересовался гость. - Разве я виновен в том, что род Ласконов понес территориальные потери? Нет. Ситуация следующая - я отберу у рода Маргронов земли им принадлежащие в данный момент. По всем писанным и не писаным законам, ваши бывшие территории станут принадлежать новому владельцу – мне. Таким образом, лично вам ничего не должен.

«О! Похоже, сейчас как раз начнется торговля», - с неким азартом подумал, мысленно потерев руки.

- Как вы намереваетесь что-либо у Маргронов отобрать, когда сам барон пусть у вас в плену, но до сих пор жив, а его замок находится под сильной охраной? Он не всю дружину с собой взял. Не забывайте, что внутри практически неприступной цитадели засели оба его сына, законные наследники, - я хохотнул, дабы показать собеседнику насколько его слова смешные, хотя на самом деле было абсолютно невесело. Скорее испытывал предвкушение.

- С кем вы собрались штурмовать замок? С полутора сотней всадников, големами и магами? Не спорю, по меркам Свободных Земель в ваших руках сосредоточена мощь. Только наверняка в замке имеются кроме дружинников, пусть их число невелико, как минимум один маг и какое-то количество големов. Обороняться всегда проще. Значит потеряете солдат один к пяти не в вашу пользу. Барон Жорэс Маргрон кто угодно, но далеко не дурак. Он не из тех людей, кто оставит свой дом без надлежащего присмотра и защиты. Вы это должны понимать, как никто другой, - немного польстил я барону Ликапию Белишу.

И тут же продолжил:

- Вам понадобится наша помощь. Не так ли? Следовательно, имею право претендовать на возвращение не только утраченных владений и недополученных средств, но и кое-что в качестве моральной компенсации.

- Какой еще моральной компенсации? - немного опешил владетель Родхола и едва не всплеснул руками, но вовремя вспомнил, что держит кубок и может разлить содержимое на дорогой камзол.

Я скосил взгляд на вождя Рысей и отметил, что тот наслаждается происходящим, разве что не улыбается в открытую. Бореола ситуация явно забавляла, и он получал наслаждение, слушая наши торгашеские пререкания.

- Как какой? А долгие годы нищенского существования? Я страдал. Раз испытывал душевные и телесные муки, то нужно компенсировать испытанные неудобства и желательно в звонкой монете. Ну, например, - я выдержал театральную паузу, - в размере двухсот золотых корон за каждый год моих нескончаемых мучений. Ни много ни мало почти двадцать лет полуголодного бытия. Если вы мне их выплатите, то не стану иметь претензий на остальное имущество и территории баронства Жорэса Маргрона.

- Четыре тысячи золотых!!! Да в здравом ли вы уме, молодой человек?! - воскликнул барон Белиш. - Да вы мне обязаны за неоценимую помощь в разгроме нашего общего врага. Если бы не мои бывалые воины и рыцари, своевременно вмешавшиеся в ход битвы, то неизвестно чем бы она закончилась. Дружина Маргрона хорошо вооружена и опытна, маги сильны, а големы его армии практически новые…

- И что? Мы уже дорезали противника, когда ваша доблестная конница появилась на поле сражения, - не остался в долгу.

Барон Белиш.

Ликапий Белиш чувствовал сильное раздражение и одновременно восхищение сидящим напротив юнцом, так неожиданно умело ведущем деловые переговоры. Причем, чем дольше разговоры затягивались, тем явственнее Белиш ощущал, как его словно затягивают словесные кружева и доводы молодого Ласкона. А так хорошо начиналось. Казалось, что все под контролем и не составит особого труда отстоять беспроигрышные позиции. Приведенные доводы в пользу положительного решения выглядели бесспорными. Барон Белиш изначально не сомневался, что удастся завязать поставки сока Молочных Деревьев на себя и переманить на правильную сторону мутантов. Поэтому не ожидал, что возникнут какие-либо проблемы. Особенно с предполагаемым, как барон надеялся, захватом владений рода Маргронов.

И тем сильнее вызвало удивление Ликапия Белиша, когда наткнулся на яростный отпор, вылившийся в нахальные требования молодого союзника, которого барон совсем недавно не брал в расчет. Полагал, что придется в основном вести переговоры с вождем мутантов. И то, как красноречиво последний почти все время молчал лишь сильнее запутывало ситуацию, заставляя барона гадать - какого близора тут вообще происходит?

- Вижу, что наши обсуждения зашли в некий тупик, - неожиданно признал Грав Ласкон. - Давайте подведем предварительные итоги, к чему мы пришли или наоборот не пришли в ходе столь изумительно приятной встречи. Возможно, взглянув на происходящее, как бы со стороны получится найти иные точки соприкосновения для выработки удовлетворяющих все стороны решений.

- Действительно беседа наткнулась на некоторые трудности, - вынуждено согласился гость из Родхола, пытаясь переварить в уме длинную замысловатую фразу. Барон Белиш совсем не ожидал услышать витиеватость в изречениях от, как он недавно считал, «простой деревенщины».

- Итак, что мы имеем? Первое: вы желаете обрести доход от реализации сока Молочных Деревьев. Второе: вы хотите заполучить имущество и все контролируемые Жорэсом Маргроном территории. И третье: у вас сложилось ложное впечатление, что род Ласконов в моем лице и племя Рысей вам чем-то обязаны.

Ликапий Белиш уже было открыл рот, чтобы с долей гнева возмутиться высказанному предположению, как его начинание немедленно и беззастенчиво прервали.

- Прошу прощения. Погодите возмущаться преждевременно. Выслушайте до конца, - Грав Ласкон вздохнул, собираясь с мыслями.

- Хорошо, - Белиш согласно кивнул, и налил в кубок вина почти до краев. Его немного раздражало, что приходится обслуживать самого себя, но смирился с этим достаточно быстро, понимая, что обсуждаемые темы не для чужих ушей. А кто обычно самый болтливый? Правильно - слуги.

- В то же время мы хотим следующего. Первое: как недавно упоминал - вернуть земли своего рода. Второе: сохранить за собой реализацию и распространение интересующего всех сока. Третье: нам также нужно баронство Жорэса Маргрона, потому как несколько тысяч измененных необходимо где-то расселить и чем-то прокормить. Таким образом, по всем озвученным пунктам имеются диаметрально противоположные мнения сторон. Существующие разногласия необходимо устранить с максимальной скоростью и выгодой. Вы с высказанным согласны?

- Безусловно, - механически кивнул Ликапий Белиш, и тут до него дошло, что он только что услышал. - Погодите... Вы что?! Предлагаете, оставить мутантов жить на людском берегу Гиблой?! - почти вскричал владетель Родхола. Он настолько оказался поражен услышанным, что на миг забылся и назвал измененных жителей леса пренебрежительным «мутанты», хотя до этого придерживался куда более мягких выражений и тщательно подбирал подобающие вежливые определения.

- Да вы представляете, что в Свободных Землях начнется? Каждый барон ополчится против вас. Никто не позволит мутантам жить рядом с людьми. Это война! – Ликапий Белиш так распалился, что спонтанно приподнялся в кресле, все-таки расплескав содержимое кубка на собственный камзол и не обратив на случившееся внимания. - К тому же не забывайте об Империи и жрецах!

- Но ведь для этого мы здесь и собрались - для поиска совместного решения возникших затруднений, найти точки соприкосновения, чтобы обойти обоюдное недопонимание, - Грав Ласкон произнося это, выглядел спокойным и собранным. Барон Белиш заметил хладнокровие юноши и моментально угомонился, с неудовольствием подумав, что юнец обыграл его в данной части переговоров.

- Я конкретизируют предложения для вас обоих, - тем временем продолжал Ласкон. - Вы, мой дорогой барон, получаете половину причитающейся мне выручки от реализации сока Молочных Деревьев и других ингредиентов из леса. Вы должны понимать, господин барон, что с учетом потери Рысями собственных лесных угодий нескончаемого потока ингредиентов в ближайшее время не предвидится. Следующее - вы получаете все имущество и активы Жорэса Маргрона кроме земель и замка. Владения рода вернутся под мою руку, остальные земли по факту окажутся под Рысями. Однако формально, по документам оформим владения на меня, дабы у Империи и храмовников не возникло претензий и не имелось явного повода для вторжения или иных откровенных враждебных действий. Что касается самого нахождения племени измененных на человеческих землях, то если принципиальных возражений от Рысей не поступит, то можно обставить дело так, будто лесовики решили перейти на сторону «света». Полагаю, от такого подарка руководство храмовников не откажется, если они не совсем идиоты. В свою очередь Рыси после некоторого накопления капиталов вполне официально получат возможность приобрести вооружение в виде големов и поддержку баронов для возвращения племенных угодий. Придется, конечно же, задобрить щедрыми подношениями особо влиятельных баронов и руководство Храма Изнера, но думается мне, что особых возражений ни от первых, ни от вторых не последует.

Грава Ласкон после долгой речи хлебнул вина, скривился и закончил:

- В результате все останутся довольны. Вы получите регулярные финансовое вливания, что обеспечит вам больший простор для любой деятельности. Меня снабдит аналогичными финансовыми возможностями для развития баронства, на большее не претендую. Рыси заполучат безопасность для племени и возможность в будущем поквитаться с обидчиками и предателями.

Зурим.

Зурим сидел на полу в родной Серой Башне в окружении беспорядочно разбросанных деталей и частей от разбитых в бою големов, которые приволокли дружинники. Особо никто не стремился складывать и сортировать принесенное. Где имелось свободное место, туда и свалили груз. Сидел и плакал. Было до глубины души обидно за себя и поломанные механизмы. Он воспринимал големов, скорее, как живых людей, чем как искусственные создания. И потому глядя на завалы из частей металлических тел, сильно переживал, тем более некоторых из разбитых големов восстанавливал самолично, практически создавал заново.

Механик с детства был погружен в атмосферу механической мастерской. Со сверстниками практически не гулял и не дружил. Единственным ребенком, с кем иногда бегал по мальчишеским делам - нынешний владетель окрестных земель. Несмотря на отсутствие общения, одиноким механик себя не чувствовал. Ему вполне хватало общения с различными магическими механизмами. Если бы не возникающие регулярно проблемы, которые, казалось, сами находили механика, то он чувствовал бы себя по-настоящему счастливым.

Дверь за спиной скрипнула, впуская внутрь свежий, прохладный воздух с улицы и посетителя.

Механик первым делом подумал, что снова дядька Фиша заявился. Мало кто из челяди или дружинников заходил в Серую Башню, если не имелось настоятельной необходимости. Необразованные люди зачастую боялись големов и старались держаться от мастерской подальше. Иногда механику чудилось, что люди не столько големов боятся, а его. В какой-то степени так оно и было, если вспомнить сколько раз по рассеянности Зурим совершал непростительные ошибки при ремонте механизмов. В лучшем случае приходилось заниматься ремонтом заново, но порой дело заканчивалось причинением ущерба, как имуществу владетеля, так и членовредительством для оказавшихся рядом. Некоторые дружинники до сих пор злятся на механика за то, что в недавнем прошлом им пришлось успокаивать вышедшего из-под контроля Громовержца.

- Я сейчас, дядька Фиш, - не оглядываясь, пробормотал Зурим, украдкой вытирая слезы.

- Добрый день. Хотя, пожалуй, правильнее сказать вечер, - послышался за спиной чужой голос.

Механик моментально оглянулся посмотреть, кого сюда принесло? Гостем оказался плененный маг Дайрин Орбон, по какому-то капризу молодого хозяина, оставленного на свободе.

- Чем могу услужить? - поинтересовался механик, поднимаясь с пола. Негоже сидеть, тем более на полу, когда перед тобой стоит человек по статусу куда выше, чем у какого-то деревенского механика.

Пришедший маг ответил:

- Просто всегда интересовался всевозможными механизмами и артефактами. Если бы не имел магического Дара, то посвятил бы дальнейшую жизнь големам. И пусть мне некогда заниматься интересными исследованиями в области магомеханики, однако неизменно хотел осуществить детскую мечту – собрать собственноручно личного голема. Ты позволишь? - спросил маг, подойдя к верстаку с наваленными в кучу, как всегда у Зурима, различными мелочами непонятного непосвященным назначения.

Завязался разговор. Маг долго со знанием дела расспрашивал Зурима о работе, механик очень быстро оттаял, найдя в лице гостя достойного собеседника и главное слушателя. Зурим с воодушевлением рассказывал об особенностях тех или иных големов. И так подробно и увлеченно, что даже не заметил сразу, как Дайрин Орбон сменил тему.

- Что? - не понял сразу Зурим.

- Давно знаком с молодым бароном? – повторил маг.

- Так с самого детства, - ответил механик, немного опешив от резкой смены разговора. - А что?

- Ничего. Просто поинтересовался. Занимательная личность твой господин. Он ведь тоже маг. И думается непростой?

Тут Зурим растерялся, не понимая можно ли говорить, что у Грава Ласкона есть родовой Дар или лучше уйти от ответа. Но пришедшему магу хватило его красноречивого молчания.

[1] Упущенная прибыль (выгода) – доходы предприятия или физического лица, которые могли быть обретены, но не были получены в результате нарушения его прав.

Глава четвертая

Грав.

Не считая самого Жорэса Маргрона, в плену у барона Белиша оказались семь рыцарей, все маги и всего двадцать пять солдат. Моими пленниками считались более сотни дружинников, большинство из которых были ранены, а девятнадцать тяжело и находились в критическом состоянии после, как сказали бы земные врачи, травматической ампутации конечностей. Войны вообще, здешние в особенности, априори предполагают потерю рук и ног. Мечи и боевые топоры как бы жирно намекают на подобный исход. Другое меня неприятно поразило. Почти взбесило. Тяжело раненных врагов собирались прикончить, чтобы не тратить на них время. Хотя мог заранее догадаться, что так будет, учитывая, где оказался. Едва успел запретить, в буквальном смысле резать, увечных. Чем многих немало удивил, включая самих покалеченных. Некоторые даже просили покончить с ними, лишь бы мучения прекратились. Как так можно относится к собственной жизни? Не получается принять подобное. Возможно, понимание придет с годами, прожитыми в новом мире, но сейчас к таким поворотам не готов, поэтому остался непреклонен - однозначно запретить добивать.

Спустившись по лестнице во двор, направился посмотреть, как устроили пленных. Раньше не до них как-то было. Эти посиделки «высоких договаривающихся сторон» изрядно утомили и вымотали нервы.

М-да… Печальное зрелище. Ранеными никто так и не занялся. Пока пальцем не ткнешь, никто не почешется. Дружинники Маргрона сами друг другу сделали перевязки из подручных материалов. То есть из собственных рубах, разорванных на тряпицы. Бинтами эти лоскуты при всем желании назвать невозможно. А это значит, что даже у легкораненых имеется немалый шанс вскоре покинуть ряды живых и лично засвидетельствовать почтение местному богу Изнеру.

Запашок вокруг стоял непередаваемый. Воздух казалось, состоит из смеси вони экскрементов, пота, крови и черт знает из чего еще. С трудом заставил себя удержать рвотные позывы. Захотелось развернуться и побыстрей уйти подальше. Туда, где свежий ветерок позволит вздохнуть полной грудью. Усилием воли заставил остановиться и осмотреться.

К немалому удивлению не заметил во взглядах пленных ненависти, как того подспудно ожидал. Вспомнились статьи на исторические темы, в прошлом изредка почитываемые в интернете, где историки и околоисторики утверждали, что в средние века для людей важнее была не национальная идентичность, а вера и личная преданность сюзерену. Сопоставив положение крестьян в нынешнем мире с родной Землей, пришел к выводу, что ситуация примерно схожая, разве что между обычными людьми и мутантами пролегла красная линия. Да и то она скорее искусственного происхождения, являющееся результатом преднамеренного внушения, как со стороны власть имущих, так и всевозможных проповедников для лучшего обеспечения контроля за населением. Общий враг сплачивает. В целом не ново. Все как везде, что тут, что на Земле.

Результатом моих размышлений во время прогулки среди раненных солдат противника явилось решение привлечь их на свою сторону. То есть предложить перейти ко мне на службу. Почему бы нет? Вряд ли дружинники являются «патриотами» баронства Маргронов. Какой теперь смысл служить проигравшему? Вероятность, что рядовые воины предпочтут блюсти верность своему барону до конца дней, мне видится сомнительной. Они же не рыцари, которым с младых лет в голову вбивают всяческие кодексы. Да и рыцари тоже люди, и попадаются среди них всякие персонажи. Кто-то может, предпочтет пойти на плаху вместе с господином ради сохранения чести и верности слову, а для кого-то жизнь и деньги важнее. Конечно, опасно таких нанимать и тем более приближать к себе. Но с другой стороны - какой у меня имеется выбор? Опытные вояки на дороге не валяются, и если поведу себя правильно, то вполне получится в будущем завоевать и верность, и уважение. Да что там говорить... Даже сейчас это вполне получится сделать, причем без обременительных денежных вливаний. Благо финансовый вопрос постепенно перестает быть острым. Так что, банально предложу то, что местные никогда не имели и не слышали о подобном. Мои дружинники уже получают зарплату по введенным мной стандартам и вполне довольны. И эти, уверен, не откажутся.

Помимо привычных земельных наделов за выслугу, предложить разнообразные льготы, фиксированные отпуска, возможность трудоустроить и дать образование детям, пообещать рассмотреть чуть позднее возможность выплаты пенсий. В конце концов, подарить надежду вырваться из круга низшего сословия, не притесняя воинов при распределении званий, а там кто знает… Вдруг, кто и до рыцарского титула дослужится со всеми вытекающими из новоприобретенного социального положения бонусами. Да многие в лепешку разобьются ради такого шанса.

Скажите, собираюсь подкупить обещаниями людей? Ага. Так и есть. Обещания раздавать земные политики умеют лучше всех. Вот прямо сейчас и проверим, как это работает. Чего тянуть? Мне с каждым собеседование проводить не с руки. Некогда, да и народ кругом, не избалованный равноправием, свободой слова и выборами. Хлеб, кусок баранины, одежда и крыша над головой есть - уже несказанное счастье.

Я в очередной раз поморщился и огляделся. Позади бугай Хома и незаменимый Фиш, ставший недавно полусотником официально, чем тот неприкрыто гордился. Выписал ему патент на гербовой бумаге с вензелями. Так он этому документу обрадовался сильнее, чем званию и должности. Кажется, мне, или Фиш усы начал причесывать? Хм… Как самоуважение способна поднять всего лишь одна бумажка. Я таких бумаг могу раздать гору. Хватило бы бумаги. Главное, чтоб характер у новоиспеченного полусотника не испортился. Мне Фиш другим не нужен.

Пара големов под контролем сержантов и десяток, грозных на вид, измененных охраняют пленников, которых расположили за конюшней, наскоро накидав соломы и сколотив навес. Ну, а куда их? Не в подвалы же замка? Это место одолжил на пару дней барон Белиш для высокопоставленных узников – рыцарей, магов и самого Жорэса Маргрона. Бывшие противники из числа простолюдинов все находятся здесь.

- Полусотник Фиш, - начал не так чтоб громко, но достаточно, чтобы меня услышали, - прикажи найти лекаря Корниса и передай ему мой наказ, как закончит с нашими ранеными пускай займется пленными. Тоже самое касается знахарки Марши. Не дело это, когда воины умирают от загнивающих ран. Воину если суждено погибнуть, то непременно в бою, а не так, - я обвел пространство широким жестом, показывая, где и в каких условиях умирать не следует. Потом перефразировал известную на Земле фразу:

- Ибо сказано: воин душу вверяет Богам, сердце женщинам, долг служения господину, а честь никому. Так и надо жить, и помирать, - отовсюду послышался тихий гул одобрения. Понравился пафос. Это могу, этого у меня сколько угодно.

Вдохнув противный воздух, продолжил, закрепляя достигнутый небольшой успех:

- Внимание, воины, - я поднял руку с раскрытой ладонью, призывая к тишине, - все вы попали в беду и не по своей вине, а по воле своего нанимателя и господина барона Жорэса Маргрона. Жадность в итоге его подвела. За что тот вскоре расплатится. Однако, как ваша судьба сложится дальше...

- Нас отдадут на съедение исчадиям?! - кто-то выкрикнул, перебивая. Тут же поднялся новый гул, по нарастающей и с изрядными нотками возмущения. Услышал, как некто в толпе ляпнул, что я продался мутантам. Нет, так никуда не годится.

Ну, что ж... Лишний раз убеждаюсь, что мягкие подходы не всегда работают в здешнем обществе, привыкшем к единоначалию почти во всех сферах жизни.

- Молча сидеть и слушать! - рявкнул значительно громче, старясь придать сказанному стальные интонации. Похоже, получилось. Краем глаза отметил, как Фиш глаза вытаращил. Не ожидал такого.

- Пока вы находитесь в моем замке, вы в безопасности, вас кормят, лечат и я, барон Грав Ласкон даю вам слово, что вскоре отпущу всех МОИХ пленников. Отпущу на четыре стороны. Идите куда хотите. Мне все равно, лишь бы простых людей не грабили. А узнаю о преступных проделках, пеняйте на себя. Поймаю, виселицей не отделаетесь. Прикажу казнить самым болезненным способом, фантазия у меня богатая. Зарубите себе это на носу. Однако! Подумайте вот о чем. Куда вы направитесь? Что станете делать дальше? Овец пасти? Хорошее занятие и нужное. Только этого ли вы хотите? Предлагаю вам службу. Жалованье положу щедрое...

Барон Белиш.

- Чем это занят ваш господин? - Ликапий Белиш спросил у пробегавшего мимо дворового слуги.

Сопровождающий барона рыцарь Лоурен Ирп бесцеремонно схватил служку за плечо, останавливая.

Невзрачный патлатый мужичок в застиранном сером кафтане, но зато с недавно вышитым, явно искусной рукой, на левой стороне груди гербом рода Ласконов с недостаточным почтением буркнул:

- Мне почем знать, ваша милость, - служка оглянулся на столпотворение у конюшни и разоткровенничался. - Наш барон везде в последнее время поспевает. За ним разве углядишь? Но не зря там стоит, точно говорю, ваша милость, - тут слуга внезапно спохватился и наконец, удосужился отвесить соответствующий уважительный поклон уважаемым гостям.

- Свободен, - отпустил мужичка барон Белиш.

Слуга моментально растворился среди снующих туда-сюда челяди и заполонивших внутренне пространство двора Рысей. Находившийся рядом имперец недовольно сказал:

- Совсем обнаглели простолюдины. В Империи его бы давно запороли до полусмерти за подобное непочтение к знатным.

- Вы, не в Арлонской Империи, Лоурен. В Свободных Землях люди чувствую себя чуть посвободнее, - Ликапий Белиш негромко хохотнул. Тавтология в данном случае показалась ему забавной. Посерьезнев, барон продолжил. – Здесь все зависит от конкретного владетеля, а не законов Империи. Однако в некоторой степени нахожу правоту ваших слов. Слишком распустил Ласкон подчиненных людей. Ничем хорошим такое попустительство закончиться не может по определению. Низшим сословиям спуска давать нельзя, но и гнобить простолюдинов, как в Империи попусту не следует, ибо опасно. Загнанная в угол чернь королей на кол сажала. Напомнить вам историю?

- В лекции отсутствует необходимость. Благодаря настойчивости матушки и щедрости отца меня обучал хороший гувернер, выписанный из столицы, - то ли оправдался, то ли похвалился рыцарь.

- Рад за вас, - Ликапий Белиш указал подбородком на прибывающих и прибывающих послушать, что там вещает барон Ласкон простолюдинов, рысей и нескольких дружинников самого хозяина Родхола. – Подойдем поближе. Хочу понять, что происходит не из вторых уст.

Пока подходили, молодой владетель замка успел залезть на телегу и с одухотворением, что-то рассказывал окружающим. Речь получалась такой пылкой, что невооруженным взглядом стало заметно, как народ слушает и поддакивает с возрастающим воодушевлением. У многих лица источали счастье, словно им только что истина открылась. Все внимание обратили на Грава Ласкона. Некоторые внимающие просто не услышали требований рыцаря посторониться. Пришлось буквально применять грубую силу, расталкивая толпу локтями, дабы протиснуться в первые ряды.

Оказавшись в десятке шагов от ораторствовавшего Ласкона, барон Белиш прислушался, одновременно стараясь определить настроения вокруг. Будучи крупным владетелем самого густонаселенного края в баронствах, Ликапий Белиш чутко улавливал изменения в поведении и отношении жителей к властям. Это другим баронам, «деревенским», как он остальных за глаза называл, кровавые и разрушительные восстания особо не грозили. Городские жители совсем другие. Что такое бунт в городе Ликапий знал не понаслышке. Сгоревшую и разоренную деревню отстроить несложно, крестьяне и сами справятся, а ты попробуй город отстроить. Это громадные средства и усилия. Тратить деньги Белиш не любил, поэтому ненавидел бунтарей едва ли не больше всех на свете.

Значительную часть выступления юного барона владетель Родхола конечно пропустил, однако ему вполне хватило части услышанного, чтобы начать осознавать, чем грозят лично для него прямо сейчас щедро раздаваемые обещания. Особенно если они хотя бы частично воплотятся в жизнь. Ситуация настораживающая. Правда реализовать озвученные планы молодому Ласкону получится только за счет ограничения личного финансового состояния в угоду увеличения достатка подданных. Так что есть надежда, что тому попросту надоест раздавать короны слугам и крестьянам и ничего в итоге не получится. Грав Ласкон лишь выставит себя на посмешище, впоследствии отказавшись от собственных слов.