Читать книгу: «Темный контракт. Книга 3»

Глава 1

Резкий рывок и остановка. Я поднял голову от шеи муравья и тут же напряг мышцы ног и рук, чтобы крепче держаться за седло, ибо в данный момент мы стояли на стене туннеля, что практически вертикально спускался вниз и расширялся в очередной зал. Упасть тут очень легко.

Хотя нет… Это был не туннель, а одна из труб мусорной фабрики. Разбитая. Искорёженная… Но свет всё ещё тонким лучиком пробивался откуда-то сверху. И вела эта труба в один из нижних уровней мусороперерабатывающего завода.

Муравьёв в трубе-туннеле не было ‒ даже изменённые магией существа не могли полностью наплевать на гравитацию. И спасали принцессу лишь её крылья ‒ пусть и повреждённые, они гудели, позволяя ей парить. Однако муравьи в зале под нами нервно водили усиками, пытаясь понять, что их беспокоит. А вот меня больше тревожило то, что я увидел в центре помещения.

Когда мы сюда отправились, я ожидал увидеть существо в пять, ну максимум ‒ в семь раз больше обычного муравья. Я уже видел принцессу и не думал, что меня смогут удивить… Вот только я ошибался.

Среди разбитых прессов и искорёженных печей, в завалах нанесённого мусора находилась матка. Она была раз в двадцать больше принцессы! Это было не живое существо, а чуть ли не небольшой дом!

Большую часть ожидаемо составляло брюшко: беловатое и полупрозрачное, которое беспрестанно пульсировало и по нему в прямом смысле проходили волны. И каждые пятнадцать секунд оно извергало из себя куколку, которую тут же подхватывал кто-то из рабочих и уносил через один из многочисленных туннелей, пробитых прямо в стенах.

Ещё одна группа рабочих находилась перед головой матки и постоянно подносила ей еду ‒ превращённые в однородное месиво куски, даже не знаю… Термитов? Грибов? Мусора?

Кроме того, в зале находились муравьи-воины, а также самцы ‒ почти десяток муравьёв, размерами, не уступающие принцессе и обладающие крыльями. Более того, это были ветераны… я заметил на них броню из частей тел термитов и кусков мусора, а у одного так и вовсе вместо лапки был металлический протез (правда, я даже не захотел задаваться вопросом, как это вообще возможно ‒ некоторые вещи лучше не знать). Главная ударная сила муравейника и последняя линия обороны королевы-матки.

Хотя раненый немного смущал… Принцесса «утверждала», что её хотели убить именно из-за ранения в бою. Это она меня обманула, получается? Или я её неправильно понял? В любом случае отступать уже поздно.

– Мне никто не поверит в академии… – услышал я бормотание за спиной.

– Уж лучше пусть не верят, иначе твой отец мне голову оторвёт… – усмехнулся я и достал первый баллон с феромонами. – Работаем, как обговаривали.

Не мелочась, я пробил бок чёрного баллона заранее подготовленным куском острого металлического осколка из обвала и просто уронил баллон вниз. С едва уловимым шипением «снаряд» начал падать… а я, поняв, что чуть промахнулся, скорректировал траекторию падения для следующего, повредил второй, а затем третий и четвёртый баллон и уронил всё это вниз.

Роман подключился сразу же, едва заметно корректируя направления баллонов так, чтобы они приземлились ровно на спину матки или рядом с ней. Более того, помощник с помощью телекинеза не давал феромонам сильно разлетаться, так что облако начало накрывать не такую уж и большую область.

В первый миг никто словно и не заметил четырёх маленьких баллонов. Но не прошло и десяти секунд, как матка нервно дёрнулась. Затем ещё и ещё раз.

Муравьи рядом с ней заволновались. Забегали и засуетились.

Матка защёлкала мандибулами и затрясла головой. Она, словно в трансе, зарокотала.

И тут все муравьи начали двигаться. Нервно. Дёргано. Крайне воинственно. Щёлканье, скрежет мандибул, гул от хлопанья крыльев… Шум поднялся такой, что казалось, нас просто снесёт. И если в первые секунды это было растерянно, то чем дальше, тем сильнее внимание всех сосредоточилось на матке муравейника.

А затем первый рабочий напал на свою королеву. Это стало сигналом, и тут же муравьи, один за другим стали бросаться на свою предводительницу и мать, пытаясь уничтожить существо, в котором чувствовали врага. Королева отчаянно взревела и начала крутиться на месте, своей огромной тушей давя муравьёв… но на место каждого раздавленного приходило не меньше трёх новых, что начали облеплять матку со всех сторон.

Единственные, кто не поддался общему безумию ‒ самцы. Они взлетели и начали с воздуха атаковать рабочих и воинов, разбрасывая их в стороны. Эти бойцы нисколько не смущались, что нападают на своих же и что плюются в них кислотой. И тем более, ударяя шипами на концах брюшка. Они знали, кому верны.

Однако нас это уже мало интересовало ‒ для нас произошедшее стало отмашкой, что пора спускаться…

Хотя спуск больше походил пусть и на плавное, но падение – всё же повреждённое крыло не могло удержать принцессу в воздухе. Однако даже подобного было достаточно, чтобы заметить в неровном свете флуоресцентных грибов и мхов, куски хлама, ставшие частью зала по переработке мусора, а самое главное ‒ реагенты и самородные артефакты, образовавшиеся в этом месте. Последних имелось не так много, как в детских, где выращивались куколки, но немало… очень даже немало.

И хотя разум говорил мне, что необходимо отказаться от этих богатств ‒ они не мои. Однако я не мог остаться в стороне: если я не могу их вынести, то я должен использовать их на месте. Тем более что если наше покушение удастся, то у меня появится и душа для фиксации ритуала.

Тут главное, чтобы не повторилось всё, как сегодня днём…

Как бы то ни было, времени было достаточно, чтобы оценить потенциальные ингредиенты и понять, смогу ли я их использовать в каком бы то ни было ритуале? Ведь нарисовать руны в начавшейся бойне будет тем ещё приключением, особенно с учётом, что руны не прощают небрежности и ошибок. Не говоря о том, что соли, свечей и прочих атрибутов у меня и близко нет. Хотя они и не помогли бы: все двигались во время боя.

Матка взревела с новой силой, и жгучая волна неструктурированной магической энергии ударила в стороны. Тех муравьёв, что были на матке, частично опалило и снесло. Тех, кто был чуть дальше, просто разбросало в стороны. Нас же, державшихся в стороне, закрутило, практически впечатало в стену, где принцесса сумела в последний момент выровняться, благо мы почти приземлились.

Королева муравейника была сильна ‒ S-ранг! Не меньше! И даже тысячи подданных В и С-ранга не могли совладать с ней ‒ разрыв в силе нешуточный. Однако даже тысячи маленьких укусов в общей сложности составляли заметный урон: брюшко матки было погрызено, местами кровоточило, а хитин панциря получил несколько длинных царапин.

Плюс феромоны всё ещё действовали, и новая волна муравьёв из туннелей набросилась на свою королеву, подчиняясь заложенным в них инстинктам. Очень похоже на восстание народа, что подпитывается пропагандой извне.

– Действуем, как договаривались: пробуешь подбить королеву из ракетницы и силами, но ни в коем случае не приближаешься, – бросил я Роману, который уже соскочил с принцессы на пол и спешил укрыться за ближайшей мусоросжигательной печью… вернее тем, что от неё осталось за это время.

У молодого Некифорова имелись неплохие шансы на успех ‒ туша огромна для стрельбы. И первый же выстрел улетел с шипением в цель, с прицелом на глаза твари. Мудрый ход, как и последовавшая за ним поспешная смена позиции.

Я же обернулся к принцессе. Несмотря на опасность попасть под шальную атаку, я нашёл время погладить свою соратницу по голове. Мандибулы защёлкали, как мне показалось, удовлетворённо. А я начал рисовать на земле руны, а после указывать на свод зала, в котором они должны располагаться.

Всего четыре руны. На местах четырёх наиболее сильных ингредиентов для артефактов, которые я выбрал для себя приоритетом. Принцесса лишь защёлкала мандибулами и, застрекотав крыльями, поспешила выполнять часть плана. Умное существо и то, что она выполнит требуемое, я даже не сомневался ‒ слишком разумной она была всё это время, пусть и не могла говорить.

Я же ногой стёр ранее начертанные руны, чтобы не мешали. И только после этого рассёк руку валявшейся рядом железкой. Что самое неприятное ‒ руны приходится напитывать собственной кровью. За отсутствие должной подготовки требовалось платить собственной силой и жизненной энергией, а также жизнями и кровью других…

Первая руна была выведена кровью на боку старого холодильника, что стал частью пола. После чего я поспешил по периметру пещеры, дабы рисовать руны на земле… наблюдая, как начертанные знаки древнего языка наливаются светом. Энергии от жертв было предостаточно. Муравьи-рабочие гибли десятками при каждом плевке кислотой или налёте самцов. Куколки, которые не унесли вовремя, лопались. Раненые муравьи стрекотали в агонии… сам воздух был пропитан болью и смертью. Почти как на Арене.

Моё сердце разрывалось от того, что приходится приносить боль и страдание в сердце небольшого, но всё же сообщества. Но контракт превыше всего!

Кроме того меня немного утешало, что души муравьёв не были полноценными. Словно обрывки без сознания и чувств, движимые лишь инстинктами. Разумных существ, вроде принцессы, в улье было не так уж много.

Мне удалось совершить перебежку до раскрученного флаера (непонятно, как он тут вообще появился, ну да без разницы), чья дверь стала полотном моего рунного мастерства. А затем возникла проблема: поток муравьёв, нападающий на королеву, преграждал мне путь. Я уже раз прокатился по муравьиному шоссе и совершенно не горел желанием повторять опыт.

И в тот же момент королева закричала снова. Затоптала. Закрутилась на месте…

Я укрылся за кучей из полупереваренной пищи, наблюдая, как несколько муравьёв врезались в эту кучу, едва шевеля лапками. Пол под ногами трясся так же, как и стены, которые начали осыпаться. Обломок пресса для прессовки мусора вывалился из пазов и буквально расплющил несколько ближайших муравьёв. Части свода зала, разрушаясь по пути на более мелкие части, падали, вызывая лавины из мусора, что находилась под ними и всё это закрывало проходы в туннель для нового подкрепления муравьёв.

Тут я понял, что это мой шанс. Короткий рывок между поваленными и растерзанными телами и через три удара сердца я был на другой стороне пещеры.

Роман выбрал именно этот момент, чтобы телекинезом немного усилить устроенное землетрясение и каменный град обрушился на голову королевы муравьёв. Увы, зал не так сильно пострадал, но даже несколько булыжников, прилетевших по голове матке, заставили её впасть в шок и замереть. И это стоило ей новой атаки муравьёв.

Третья руна на обломке двери, забрызганном остатками нескольких куколок. Четвёртая на обломке стены. Пятая… я не успел ‒ меня заметили несколько муравьёв-самцов, что отчаянно пытались защитить королеву. Они оказались достаточно умны, чтобы понять опасность нахождения в святая святых существа другого вида, от которого фонило маной. И сразу трое направились ко мне.

Пламенная ракета ударила в бок одного из летающих защитников в миг, когда они пикировали на меня. Роман прикрывал меня и его выстрел из ракетницы спалил крылья нападающему, отчего тот рухнул в толпу муравьёв, где его тут же и затоптали.

Но это не остановило оставшуюся парочку: слаженная атака с двух сторон и меня чуть не насадили на шипы. И я искренне порадовался, что во время скоротечной битвы у тварей закончилась кислота. Разбираться с ними времени у меня не было… я уже чувствовал, как энергия переполняет руны и если круг не будет закончен, то всё обернётся банальным взрывом. Не самый плохой вариант ‒ королева будет убита. Но вот умирать вместе с ней очень не хотелось, тем более последствия этого взрыва предсказать будто сложно.

Да и они всё же А-ранга! Пусть эти существа, изменённые в данной аномалии, не умеют использовать ману в полной мере, но тела их достаточно усилены. Я побежал прочь, петляя и маневрируя. Самцы провели налёт. Ещё один. И в третий раз, когда муравьи слишком приблизились, я бросил в одного из них баллончик с феромонами опасности. Мощные жвала буквально разорвали металл баллончика и тут же муравья окутала дымка концентрированных феромонов.

Преследователи сразу отстали, попавшие в дилемму доверия: что важнее ‒ интеллект или инстинкты? А я использовал выигранное время, чтобы завершить начертание последней, пятой, необходимой в моей задумке руны.

Тут же я обернулся и увидел, что принцесса так же закончила с рисованием, даже раньше меня, и теперь пещера начинает наполняться алым светом от рун, впитывающих энергию. Но для начала ритуала не хватает ещё одного, можно сказать, ключевого элемента.

Третий раз матка заревела с нотками отчаянья и боли. И рёв был так силён, что по стенам зала пошли трещины, и я испугался, что руны могут оказаться испорчены. Но нет, знаки устояли. Однако муравьям, да и вообще всему живому в радиусе двух десятков метров от королевы муравейника не удалось уцелеть ‒ пепельный дождь пошёл на головы немногим уцелевшим муравьям. И даже на расстоянии почти в сотню метров я почувствовал жар и понял ‒ феромоны из чёрных баллонов сгорели. Пора вступать нам.

Принцесса, чувствуя момент, бросилась в атаку. В одиночку. С яростным стрёкотом…

Могло показаться, что это самоубийство после стольких смертей обычных муравьёв. Но нет! Прошлые атаки истерзали тело матки, сейчас она выглядела, словно игрушка, пропущенная через мясорубку и наспех сшитая ребёнком. Да и в магическом плане она была слаба… не истощение, конечно, но энергии в разы меньше, чем изначально.

Потому яростная. Неожиданная. И хорошо спланированная атака достигла цели: мандибулы вонзились в основание головы королевы. Не откусили, но плотно сжали и, судя по душераздирающему скрежету, медленно вдавливались во внешний скелет.

И тогда я активировал ритуал. Моя кровь обильно оросила и принцессу, и королеву.

В тот же миг из рун на своде и на полу, лучившихся багрянцем, ударили алые нити. И одна из них тянулась от перчатки, что по своей собственной воле проявилась у меня на руке. Десяток нитей создали кроваво-красную клеть, где оказались заперты монаршие особы. Клеть, где будет решаться судьба титула матки и будущее муравейника.

И я невольно стал живым судьёй данного действа. Хотел я того или нет, но теперь я связан с муравейником и его будущим.

Что я получу? Его силу? Смерть вместе с ним? Как бы то ни было, но мой наруч примет удар первым, став проводником силы.

Глава 2

Ритуал «Сеть власти» – никогда не думал, что мне доведётся его использовать, до того как я обрету больше сил. Потому я действовал на грани своих возможностей, но всё же справился, что не могло не радовать.

Суть данного ритуала в том, что он работает, только когда возникает конфликт между двумя претендентами на главенство в роду… ну или как сейчас ‒ в муравейнике. Противоборствующие силы сходятся в клетке, из нитей ритуала и до завершения боя никто не может выйти оттуда, так же как никто не может повлиять извне. И данные нити сплетены из крови и желаний представителей рода, что тем самым дают клятву: кто бы ни победил, они будут верны ему до смерти.

С учётом того, сколько смертей и силы впитал ритуал, данная клятва будет распространяться на весь муравейник, а возможно, охватит даже куда большую территорию ‒ тут сложно предсказать наверняка. Все жизни будут подвластны победителю дуэли. Все, кроме нас с Романом и других людей, которые будут в окрестностях этого места ‒ мы не часть этого рода и муравейника. Хотя наруч точно поглотит часть силы от ритуала, если вовсе не останется навсегда подключён к нему.

Если победит принцесса, то она станет новой маткой и контракт с ней ‒ контракт со всем муравейником.

Тем временем матка попыталась повернуть голову к своевольной дочери, что не пожелала умирать ради блага муравейника. Вот только скрежет жвал по внешнему скелету был страшен и в чем-то даже мерзок. И тогда матка вновь ударила пламенем и хаотичной маной.

Принцессе пришлось рывком крыльев взлететь вверх, избегая атаки, так что она чуть не коснулась нитей. Но тут же она бросилась в бой и лапки, словно шесть ножей, ударили в брюшко матки. После атаки сотен муравьёв оно было истерзано, потому удар прошёл сквозь внешнюю плотную кожу. А принцесса, не стесняясь, начала разрывать брюшко матки.

Королева муравейника вновь заревела и попыталась покатиться в сторону, чтобы раздавить принцессу массой своего огромного тела, но она была так велика, что ножки её совсем не держали. Более того, они подломились, когда она попыталась двинуться в сторону.

Муравьи-самцы попытались броситься на помощь своей королеве, но алые нити ритуала лишь вспыхнули ярче, разрезая ретивых защитников и поглощая их души. Я чувствовал, как наруч греется при каждой новой смерти.

А тем временем принцесса вывернулась неожиданным образом и в два движения откусила собственные крылья. Я застыл в ужасе от происходящего… Но тут я вспомнил, что это один из этапов становления новой матки. Принцесса буквально вонзила крылья в брюшко матки, прибивая её к одному месту ‒ они закостенели, словно сталь. А затем она натуральным образом влезла в брюшко матки и начала раздирать её изнутри…

– Какая мерзость… – расслышал я стон Романа, что оказался рядом в окружении трёх подпалённых муравьёв-самцов и с ракетницей в дрожащих руках.

– Обычная борьба за власть… Даже не самая плохая из того, что происходит в мире, – только и пожал я плечами. – Привыкай. Это часто происходит. Возможно, когда-нибудь тебе самому придётся вонзить нож в спину отцу, чтобы стать главой рода.

– Я…

– Не зарекайся, что «никогда не будешь». Никогда – это очень долго, – не дал я сморозить глупость ученику. – Если тебе мерзко на это смотреть, то лучше прикинь, как мы будем отсюда сбегать, если заговор принцессы провалится.

Вариант, что я озвучил, был крайне маловероятен. Ибо принцесса буквально выедала себе победу, настолько она её жаждала. Она не только пробралась в брюшко, но уже добралась до грудного отдела и буквально сжирала сердце своей матери, пока та билась в агонии.

А затем нити «Сеть власти» начали сходиться… Алые лучи в миг рассекли тело матки и сошлись на принцессе, заляпанной внутренними выделениями. Яркая вспышка, от которой я невольно прикрылся рукой и… Я почувствовал, как душа матки вспыхнула, словно ярчайшая звезда на небосводе. А затем меня накрыли ощущения как от беззвучного взрыва, что прошёл сквозь весь муравейник, и я почувствовал, как остатки королевы впитываются в принцессу, ну и понемногу в тех, кто был рядом с ней в этот момент.

Затем в воздухе повисла тишина. Всё. Словно ничего и не было.

Принцесса стояла посреди останков матки. И… я не чувствовал связи с ней. Контракт был выполнен. Принцесса помогла вытащить моих людей. А я помог ей спасти свою жизнь и прийти к власти. Интересный размен, как ни посмотри.

И лишь наруч на руке медленно растворялся, а рисунок костяных пластин, словно живой, чуть заметно шевелился, принимая в изображённый пантеон зверей, ещё и муравьёв.

Муравьи-самцы, те что остались, попытались ринуться на преступницу… Но стоило принцессе повести головой, как сразу двое самцов рухнули замертво. И я понял, что если принцесса… хотя уже «королева» пожелает, то и мы окажемся так же мертвы.

Неприятный момент.

Но я не дал страху разрастись и двинулся навстречу принцессе. Этот необычный муравей поднял голову, отвлёкшись от рассматривания своих подданных. Чёрные омуты глаз смотрели на меня… но я, не сбавляя шага, подошёл и просто протянул руку. На меня смотрели долгие пять секунд, а затем сделали шаг навстречу и лохматая, лобастая голова ткнулась в ладонь. А я почувствовал усик на своей голове.

Было немного влажно… всё же потроха матки никуда не делись. Но одновременно и спокойно. Вот только принцесса недолго наслаждалась моей лаской. В какой-то момент она отстранилась от меня и мандибулы нырнули в жижу матки. На миг я растерялся, а секунду спустя мне протянули куколку. Самую обычную на вид куколку. Если не считать, что от неё буквально фонило силой.

Куколка, что образовалась во время боя и впитала силу последнего выброса сил.

– Раздача даров победителям? – Роман подошёл, не скрывая заинтересованности.

– Либо символ доверия и участия, – протянул я, принимая неожиданно увесистую ношу.

А королева вновь обернулась к останкам матки и осторожно извлекла из месива свои откусанные в пылу боя крылья. Подхватила мандибулами и протянула их Роману.

Парень, было, отшатнулся от довольно мерзко выглядящего внешне дара, но тут уже я придержал его тихо зашептав:

– Ты что, не чувствуешь? Это ингредиенты ранга А+! – принцесса, впитав осколки души матки, поднялась на новый уровень. – Если найдёшь мастера, то из них получатся артефакты императорского уровня! Это плата тебе за помощь.

Роман растерянно посмотрел на меня. На полупрозрачные крылья. А затем сделал шаг навстречу и с полупоклоном взял крылья. Не боясь крови и следов смерти… Правильно. Не нужно стесняться следов смерти, что приносят тебе силу.

***

– И такое происходит постоянно? – вопрос в тишине прозвучал гулко и ещё долгие несколько секунд отдавался эхом.

Я повернул голову к Роману, что с неожиданной нежностью баюкал в руках дары новой королевы муравьёв. Лёгкие крылья, полупрозрачные, но при этом очень прочные и эластичные. И наверняка отлично проводящие ману.

– Ты про убийство королев? Возведение на престол монстров? Или получение крайне странных даров? – перечислил я, с интересом смотря на него.

– Я про то, насколько сложно вам выполнять контракты… – Роман поёжился под промозглым ветром раннего утра. – Мы же выжили практически чудом.

Солнце начало только подниматься из-за мусорных куч, из-за чего алая сигнальная ракета в небе почти терялась. Уже вторая за те полчаса, что мы ожидали прибытия наёмников. Одновременно солнце начало освещать ту возвышенность, куда привели нас слуги новой королевы. Хотя, что там освещать? Мусор, в который лучше не вглядываться…

А пяток муравьёв-воинов, на которых мы приехали и которые нас теперь охраняли, так и вовсе практически терялись на фоне. Но самое главное было не это, а то, что муравьи были, в том числе нагружены мешками, в которых находились разнообразные ингредиенты, добытые на пути до этого места. В том числе среди них были те, что могли потянуть на В-ранг, а это очень даже хорошо.

На самом деле я не думал, что муравьи будут мне подчиняться, но видимо, внушение от бывшей принцессы было довольно серьёзным, настолько, что они слушались меня без возражений. И ведь всё это просто распространение власти королевы, а не контракт, как у меня, но тем не менее это тоже один из видов связи, который просто мне недоступен.

– Признаю, фактор удачи был на нашей стороне. Но по большей части это был расчёт. Взвешенный. Продуманный. Холодный. Сопоставление рисков и возможной прибыли – не больше и не меньше.

– Вы хотите сказать, что заранее знали, как всё закончится? – я чувствовал, как меня прожигают неверящим, сомневающимся взглядом. – Именно поэтому вы прервали первый ритуал?

На этот вопрос я не стал отвечать. Тут не поверят ни правде, ни лжи. Так зачем сотрясать воздух? Тем более что из-за ближайшего холма показалось пылевое облако, а следом из тени холма показались машины наёмников. Всего две… Я в напряжении приподнялся, вглядываясь пристальнее. Два броневика… хотя броневиками теперь язык их назвать не поворачивался: борта машины были в следах от пуль, а некоторые стекла разбиты.

– Что за… – я не стал дожидаться и двинулся навстречу конвою.

Второе, что бросилось в глаза, это пассажиры: головной броневик вела Роза, вот только у неё левая рука была на перевязи. Рядом сидела кто-то из девушек наёмников, а вот задние сиденья были разложены и там я заметил выглядывающую голову Ростка.

Следующую машину вела Елена… И она везла на заднем сиденье бесчувственную Марию ‒ я узнал её только по волосам, частично развивающимися из окна броневика.

И всё… Больше никого. Ни одного наёмника. Никакого транспорта, который бы ехал в отдалении от этой группы.

– Где все? – стоило зашуршать шинам перед нами, гулко уточнил я. – Где транспорт? Где люди? Где гркз? Вы чем там занимались, пока мы… – я запнулся и, сбавив тон, добавил: – Пока мы отсутствовали.

– Пытались вас спасти… – Роза пылала яростью во взгляде и речи, но смотрела на муравьёв у нас за спиной и сдерживала себя. – Садитесь! Мы убираемся отсюда!

Я перевёл взгляд на Елену и только когда получил от неё кивок и слегка искривлённое в раздражении личико, понял что обострять пока не стоит. Однако я решил не рисковать и с Романом мы отправились в броневик к Елене, споро загрузив наши неожиданные трофеи в багажник. Из-за последнего машина даже несколько просела ‒ всё же муравьи несли на себе довольно много вещей.

Двигатель взрыкнул и машины сорвались с места.

– Пока не трогайте Розу, – тихо посоветовала Елена. – Пока вас не было, среди наёмников произошёл раскол и бунт…

– Как понимаю, они не захотели тебя слушать? – уточнил я, запоздало осознавая, какая ноша свалилась на мою слугу в тот момент, когда я исчез.

Я ни в чём её не винил. Я уже понял, что совершил типичную для себя ошибку: завязал слишком много нитей контроля на себя, не доверив их соратникам. Есть у меня такая черта, связанная с тем, как меня обучали.

Да, я выступил перед наёмниками. Да, показал себя и то, что мне можно доверять. Да, я связал их жёсткими нитями контракта. И будь я в лагере, то играл бы людьми, словно марионетками. Но пропал я… и у Елены, как моей преемницы, не было всей полноты возможностей.

– И да, и нет… – тяжело вздохнула Елена. – Вначале мне подчинились, но через пару часов…

***

Рассказ Елены занял почти полчаса. И закончился к тому моменту, как на дороге показалась фура… Та самая фура, что принадлежала «Бритвенному листу». Фура стояла посреди дороги, а в ближайшем кювете валялся один мотоцикл. Второго я не видел…

– Не стоило им нарушать букву контракта, – меланхолично отметил я, отмечая давно остановившиеся машины.

И хотя после рассказа я понимал ту неприязнь, с которой нас встречала Роза, но сочувствовал ей мало. Её люди напали на мою слугу. Её люди нарушили букву контракта, пусть и из благих побуждений. И именно она в ответе за них.

– Это вы?.. Так их, – выдохнул Роман, сидевший на месте стрелка пулемёта в броневике.

– Это они сами… когда нарушили контракт со мной, – я открыл дверь броневика и выпрыгнул на разбитую дорогу.

Роза тоже вылезла из-за руля и теперь тяжело шла к фуре, стараясь не смотреть на меня. Мрачная во всех возможных смыслах. И невероятно опасная: автомат в руках так и водил дулом из стороны в сторону, ожидая засады или любого другого подвоха.

Жестом она показала, чтобы я заходил слева. Военная подготовка так и кричала о себе. Но я не разделял подобных предосторожностей и прогулочным шагом двинулся к кабине. И без малейшего страха распахнул дверь водителя.

Труп вывалился из-за руля мне под ноги. Ничего особенного. Труп как труп. Спокойное лицо. Уже посиневшее. Тело тоже частично закостенело. Никаких следов смерти, кроме полного отсутствия души. Это именно те смерти, что я почувствовал, когда штурмовал муравейник.

– Это то, о чём предупреждала Елена? – Роза смотрела на меня, отойдя чуть в сторону от задних дверей фуры, где должен был находиться товар. – Именно поэтому мы не могли уехать?

– Именно поэтому вы не могли нарушить контракт. И вы остались верны ему до конца. За что получите плату в полном размере! – веско ответил я на это.

Я прочитал во взгляде наёмницы ужас и презрение. То самое презрение, которое испытывает честный боец по отношению к тому, кто использует уловки и прочие подлые приёмы.

– Если бы мы знали…

– Значит, хорошо, что вы не знали, – перебил я девушку. – И вы не скажете никому и слова. Иначе…

Я словно невзначай кивнул на фуру. И мы встретились взглядом с Розой. Ужас перерос в ярость. Но разум сдерживал девушку от необдуманных действий. От тех действий, что убьют и её и все остатки команды.

– Господин! – крик Елены вырвал нас из молчаливого поединка. – Посмотрите.

Короткий кивок головой и мы с Розой одновременно повернулись в указанную сторону. В следующий миг мы растерянно уставились на дирижабль, что крайне быстро плыл к нам по небу. И пусть пока он больше походил на серую кляксу, но даже сейчас я узнавал в нём черты того самого дирижабля, что атаковал термитную башню при нашем въезде в зону магического загрязнения.

– Уберите трупы, проверьте груз и валим отсюда, – приказал я наёмнице, быстро возвращаясь обратно.

Меня не прельщало задерживаться в середине мусорных пустошей.

Глава 3

– Господин, они не отстают… – с бесконечным спокойствием отметила Елена, будто подмечая погоду.

Комментарий был в равной степени точным и бесполезным, ибо я отлично видел, как дирижабль сокращает расстояние. Более того, Коготь уже сделал несколько заходов вокруг этой воздушной крепости и своим карканьем «доложил», что всё имеющееся на борту вооружение в полной боеготовности и нацелено на нас (да наш контракт позволял его использовать на манер фамильяра, когда проблем с общением и передачей информации нет никаких). И сказать, что мне это не нравится ‒ ничего не сказать.

Единственное, почему я не попросил Когтя атаковать, так это то, что мы приближались к защитной стене, ограждающей зону магического загрязнения. Вернее, к одному из дальних блокпостов, где согласно данным «Партнёров» имелись прикормленные люди, которые без лишних вопросов пропустят груз из аномальной зоны.

Вот только если к грузу не было вопросов, то про нас я не был так уверен. Хотя имелись шансы, что они же помогут избавиться от неожиданного и надоедливого хвоста. Всё это ‒ вопрос выгоды и, разумеется, стоимости решения проблемы.

Тут из ведущего броневика показалась рука и в воздух поднялась ярко-белая ракета. Символ того, что в зоне видимости показалась стена ‒ пять минут до выезда. И это словно стало отмашкой ‒ с дирижабля открыли огонь.

Ракеты без малейшей электроники… хотя даже не ракеты, а сбрасываемые бомбы. Они начали падать вокруг нас и вспышки пламени поднялись вокруг, полностью перекрывая обзор. Грохот взрывов со всех сторон. Мусор шрапнелью бил в борта броневика. Нас закачало.

Вот только стоило первой бомбе упасть, как атаковал и Коготь: два пера с руной «электричество» одновременно ударили в разные части воздушной крепости ‒ я опасался, что дирижабль может оказаться секционным. Заметить, как начал уходить летучий газ и уменьшаться баллон ‒ не удалось, но дирижабль повело в сторону. Более того, разряд с крыльев поджёг часть обшивки. К сожалению, по итогу ничего не взорвалось, но хотя бы удалось сбить их с курса.

Зато если первая бомба разворотила дорогу в десятке метров от нас, то дальнейшие снаряды хоть и продолжили падать, но в стороне. Шрапнель и куски мусора летели во все стороны с такой силой, что правый борт фуры превратился в металлического ежа. Один особо крупный осколок, словно гигантский нож, снёс кусок борта фуры и даже контейнера, так что в прорехе мелькнуло плечо синта, что как минимум неприятно. А затем ударили пулемёты: наши и с цеппелина практически одновременно. И началось противостояние в меткости и прочности брони…

Никифоров бил короткими, но точными очередями. И его способности к телекинезу были как нельзя кстати: лёгкая дымка окутывала каждую пулю, что смертоносным шершнем жалила летательное судно далеко наверху.

Но и отвечали нам с механической чёткостью. Пули, словно осенний дождь, бились о бронированную крышу, а лобовое стекло начало затягивать сетью трещин от попаданий.

И тут завибрировал коммуникатор.

Признаться, я практически забыл про не него в этом походе. Но вместе с приближением к границе аномальной зоны начала оживать и техника. А потому я вытащил коммуникатор и с нескрываемым удивлением увидел, что со мной пытается связаться Белов. Мой сосед-писатель и раздолбай.

Захотелось скинуть звонок ‒ банально не до него. Да и не хотелось говорить с тем, кто столько раз отвергал мою доброту и сам не пожелал помочь мне. Однако пара секунд и я понял, что повлиять на течение боя я не могу, а вот ответить на звонок, возможно, и стоит. Всё же я ещё не поставил крест на товарище.

– Артур …кх-кхх-кхх… Безруковы начали …кх-кхх-кхх… они …кх-кхх-кхх…

Связь была просто отвратительная, но даже тех обрывков фраз, что я услышал, хватило, чтобы понять: меня не просто так беспокоят. Похоже, Белов хоть для чего-то пригодился и, возможно, даже хорошо, что он не отправился сюда со мной.

– Повтори! Тебя очень плохо слышно! – проорал я в трубку, прикрывая уши от канонады взрывов и выстрелов.

– …кх-кхх-кхх… не возвращайся …кх-кхх-кхх… это просто…

– Повтори! Не понимаю тебя!

Помехи были настолько сильными, что я думал, что уже не удастся поймать устойчивый сигнал и вот тут связь неожиданно чётко выдала:

– Безруковы начали мстить. Ты вне закона. На тебя открыта охота…

Броневик сотряс очередной взрыв, настолько мощный, что нас чуть подбросило, повело и Елена едва удержала транспорт на дороге. А я увидел, что дирижабль начал обстреливать нас магическими снарядами.

Пламя и ледяные снаряды с небес.

И тут на срезе защитной стены начали подниматься артиллерийские установки.

Ветер гоняет мелкий мусор. Дым поднимается из кратеров. Рёв моторов. Тело, словно в судороге, трясёт не то от неровностей дороги, не то от взрывов, расцветающих вокруг. А вдали, на мусорном холме стоит одинокий гигантский термит и словно смеётся над тобой, щёлкая мандибулами.

Мир словно замедлился на несколько мгновений. Казалось, что на нас сосредотачиваются удары целого мира…

«Прими мою помощь…» – тихий шёпот даже не на грани сознания, а где-то на задворках разума, где-то так глубоко, что это толком не осознать.

Я узнаю этот голос из кошмаров. Чувствую прохладное прикосновение небытия. И эту улыбку, уничтожающую всё. И понимание, что я ни за что не соглашусь на это предложение, неожиданно запустило мир на полной скорости. Все страхи и сомнения словно смыло волной. И я понял, что нужно делать.

– Елена, полный ход. Объезжай фуру слева, она должна оказаться между нами и дирижаблем, – наёмники и груз должны были стать нашим щитом с одной из сторон. Лучше пожертвовать ими, чем своими людьми. Последнее невосполнимо. – Роман, во время обстрела держи телекинетический щит по левой стороне. Готовься выдать пиковую мощность.

Артиллерия с защитной стены крайне мощная, главное ‒ пережить первый удар. А дальше придётся отступать. Нужно уметь признавать, когда сил недостаточно. Порой обстоятельства выше тебя, главное ‒ знать, как их изменить. И у меня уже имелся план. Даже выбор из нескольких вариантов: запросить долг от старшего Некифорова или от «Прохвостов», чтобы они вытащили нас?

А затем артиллерия со стены ударила. Я видел, как по параболе летели снаряды, оставляя белёсый след. Я приоткрыл рот, закрыл уши и отодвинулся от окон подальше, чтобы не посекло осколками. И ракеты рухнули.

Грохот заставил землю вздрогнуть. Но не более. Снаряды накрыли дирижабль и всё, что рядом. Не меньше трёх зарядов попали в сам дирижабль и он, словно пламенная роза, расцвёл в воздухе чередой взрывов. А затем начал падать, фонтанируя повторными взрывами.

При этом в стене перед нами начали открываться ворота. Похоже, ещё поживём. Хотя расслабляться пока рано.

– Роман, не уходи с пулемёта. Будь готов прорываться…

– Но там же военные? – совсем растерялся парень. – Нас же только что спасли.

– Спасли от одной опасности, но это не значит, что они сами не захватят нас в оборот. Не все военные настолько достойные служащие, как твой отец, – веско ответил я.

На это Роману нечего было возразить, тем более что мы уже въезжали в ворота. Данный блокпост был ещё меньше того, откуда мы уезжали. Собственно, это был небольшой форт, выстроенный вокруг ворот с крохотным внутренним двором, где нам волей-неволей и пришлось остановиться.

– Где Артур Тёмный? – со стены двора заорал мужчина в военной форме. – Мне нужен Артур Тёмный!

Мысль позорно сбежать появилась и тут же исчезла‒ я не мог оставить людей. Тем более, что стволы всех броневиков обратились на говорившего ‒ даже наёмники, бывшие не в восторге от нашей поездки, всё ещё отрабатывали заказ и защищали меня.

Ещё ничего не решено. Потому я рывком открыл дверь и вылез наружу.

– Что вам нужно? Мы здесь по приглашению… – я не стал называть имён, чтобы не провоцировать людей. Неизвестно, кто в курсе договорённости с «Партнёрами», а кто нет.

Военный буквально спрыгнул со стены, демонстрируя, что он маг, причём не самый слабый. А затем, даже не покосившись на направленные на него стволы, просто подошёл ко мне.

– «Партнёры» забирают свой товар здесь и сейчас, – вкрадчиво заговорил военный. – И я настоятельно советую вам оставить свою часть товара им на хранение, прежде, чем вы продолжите путь.

Ни слова о задержании. Ни намёка о том, что на меня ведётся охота.

Либо сюда ещё не дошли вести о том, что я вне закона ‒ невозможный вариант, ибо не зря Безруковы дожидались моего отъезда для своего хода ‒ они расставили продуманную ловушку. Либо мне солгал писатель… что, возможно, но тем не менее маловероятно.

Чтобы выиграть немного времени, я не стал отвечать, а задел встречный вопрос:

– Кто были те на дирижабле, что преследовали нас? – я заметил, как к нам подходят Елена и Роза, но не отрывал взгляда от мужчины. – Почему они на нас напали?

– Это наёмники…

– Это не наёмники. Это личные силы рода Безруковых! Я успела различить их герб! – перебила всех Роза. – Чем вы сумели взбесить этот род?

Похоже, «Партнёры» хотят меня… нет, не подставить. Просто нажиться на моём конфликте. Ибо если я не оставлю им синтов, то когда попадусь… Именно «когда», а не «если», ибо спрятать огромную фуру в Питере довольно проблематично, особенно человеку вне закона. Так вот, стоит мне попасться, тот контейнер, что у «Партнёров», станет единственным, товар уникальным, а цена на него более высокой. А главное ‒ вся вина автоматом ляжет на меня, а они вроде как и не при делах.

Если же я оставлю товар, то при моей поимке и осуждении ‒ у них больше товара. Если же я сумею выпутаться, то они будут выглядеть как добрые деловые партнёры, которые придержали в безопасности мои вещи… возможно, за небольшой процент, который потом станет расти до таких размеров, что проще им всё оставить.

План, который вполне может сработать на адреналине и кураже после поездки.

– Я оставляю у вас товар на хранение, – улыбнулся я и протянул руку военному. – Фура ваша. Только мне нужен один синт! Немедленно.

Военный на миг заколебался. Я даже заметил брезгливость во взгляде ‒ выглядел я после последних суток, наверное, не лучшим образом. Однако он ответил на рукопожатие. Крепко и уверенно, пусть и слегка перепачкавшись в выделениях муравьёв, что, казалось, въелись в мою одежду, как и их феромоны.

– Всем перебраться в один броневик, – громко начал я распоряжаться. – Личные вещи туда же… Елена – ты за главную! Доставить всех к доктору Щербакову. Полный курс лечения за мой счёт! Отдашь ему то, что я принёс в рюкзаке и скажешь, что лечением он закроет вторую часть контракта.

– Господин… – полный возмущения возглас Елены. – Вы не можете…

– Артур, вы не ответили… – а это присоединилась к ходу возмущения Роза, только уже по другому поводу.

Но я, не слушая их, шёл к броневику. Только мне решать, что я могу и на что мне отвечать. Сейчас же я не хотел терять ни одной лишней минуты.

Как только мы оказались в форте, в зоне действия средств наблюдения и спутников, начался отсчёт того момента, когда за мной придут. И за оставшееся время мне нужно успеть многое.

– Роман, ты что, не слышал, что я сказал! – сев за руль машины, я с нескрываемым возмущением обратился к Роману, который все ещё сидел за пулемётом. – В машину к Елене! Немедленно!

– Не-а! Не выгонишь… – меланхолично откликнулся Роман. – Мы отправились в бой вместе. До конца мы дойдём тоже вместе!

Кто-то явно переслушал историй отца о его геройской молодости или что-то вроде того. Идиотская гордость! Но спорить я не хотел. Более того, помощь мне бы и в самом деле не помешала. И если я отсылаю Елену, то Роман как помощник – отличная кандидатура.

– Тогда принимай синта, – управление броневиком было переделано на манер флаера, потому я разобрался быстро и уже подрулил к фуре, которую споро разгружали бойцы.

Синта нам чуть ли не закинули в багажник как мешок с картошкой, даже останавливаться полностью не пришлось. На что я только козырнул оставшемуся для меня безымянным командиру форта. Напоследок я лишь высунулся в окно и крикнул:

– Елена, встречаемся согласно плану «Родной дом», – после чего дал по газам, не дав девушке сказать ничего в ответ.

Глава 4

– И что пишут в сети о моих преступлениях? Какую любимую мозоль я отдавил Безруковым? – поинтересовался я между делом.

Я мчал по магистральной трассе. Пережитку прошлого века. Пустынной и спокойной.

Меня немного начало отпускать напряжение. На его место приходило любопытство, тем более что Роман уже вовсю серфил по всемирной сети. И я был уверен, что он уже в курсе, что я теперь вне закона.

– Господин Артур, да вы, оказывается, заядлый уголовник. Практически преступный авторитет… – не скрывая веселья, рассмеялся Роман, который после всего произошедшего вёл себя куда свободнее, чем раньше. Похоже, адреналин выжигал барьеры и скованность. – Хотя у Безруковых к вам всего одна претензия.

– Удиви меня, – хмыкнул я, не отвлекаясь от дороги.

– Они подали на вас иск, в связи с гибелью слуги рода во время вашего противостояния с Леонидом.

Было такое. Я сразу вспомнил, как убил слугу, что попытался вскрыть горло Елене во время боя. Ни малейшего сожаления я по этому поводу не испытывал ни тогда, ни тем более сейчас. Да и закон… Хотя нет, в данном случае закон был против меня.

– Меня пытаются арестовать только из-за этого?

– Обвинение Безруковых ‒ первое. Второе‒ иск от Петербурга за разрушение «Арены»: превышение использования магических способностей, повлёкшее разрушение частной собственности и угрозу жизни обывателей! Согласно расчёту администрации города, сумма ущерба порядка ста двадцати тысяч рублей.

Ух… Вот это да! Меня не только хотят посадить, но стремятся уничтожить экономически. Буквально в пух и прах размазать. Но что самое неприятное, Роман ещё не закончил с новостями.

– В связи с тем, что сумма ущерба превышает пятьдесят тысяч рублей, вас хотели арестовать, но из-за того, что вас не нашли дома ‒ там провели полномасштабный обыск и обнаружили незаконную лабораторию по созданию артефактов. Плюс свежие следы крови на полу. А это ещё штраф на десяток тысяч или условный срок…

Я попал.

И что хуже всего ‒ обвинения совершенно законные и справедливые. По крайней мере, для обывателей. И этого вполне достаточно, чтобы бросить меня за решётку. Будь среди них хоть одно липовое ‒ разбить всё было бы несложно. Но тут уже работает моя страховка в виде Виктора Алексеевича ‒ главы полиции Петергофа, который прикрывает меня от незаконных нападок. Хотя более чем уверен, обвинение по разрушению «Арены» он поддержал первым.

– Господин Артур, не боитесь, что нам навстречу уже выслана группа перехвата? Эта допотопная техника еле тащится… – и Роман показательно постучал по металлическому борту броневика.

Я уже обдумывал этот вопрос. Собственно, вопрос времени ‒ ключевой, когда я выстраивал свои планы. И узнав обвинения, я лишь уверился, что просчитал всё правильно ‒ на меня не станут охотиться.

По крайней мере, официальные власти. Да, я совершил преступление. Но тяжесть их не столь на самом деле и велика. Как аристократу и представителю дружественного государства, мне должны сначала вручить повестку с приглашением на разбирательство, и лишь после того, как я не явлюсь, предпринимать какие-либо действия. По факту, даже обыск моего дома в моё отсутствие ‒ полностью незаконен!

Таким образом, попытки убить нас наёмниками Безруковых в зонах магического загрязнения ‒ их частная инициатива, которая могла сработать лишь вдали от искинов, там, где не работает техника.

Худшее, что я могу ожидать после пересечения черты города ‒ задержание, если попаду на глаза властям. А я попаду, рано или поздно. Искины мировой сети следят за миром безустанно и тут же сообщат, как обнаружат меня.

– Не особо… Не такая я глобальная проблема, чтобы тратить на меня мощности искинов и бойцов. Сам попадусь рано или поздно… В нашем мире некуда бежать, – не стал я скрывать свои мысли. – А ты не боишься путешествовать с преступником? Как-никак могут посчитать соучастником и твоей карьере военного дипломата конец.

– Предлагаете мне вас сдать? – не то с удивлением, не то с интересом уточнил Роман, высовываясь из люка с пулемётом.

Я попадусь ‒ это лишь вопрос времени. Для меня важно выиграть достаточно времени, чтобы закончить дела. А ещё мне нужно сделать так, чтобы у моих соратников не возникло проблем. Потому, да…

– У меня есть одна задумка. Но мне понадобится твоя помощь. Ты в деле?

– А что мне за это будет? – не скрывая улыбки, уточнил Роман.

И я не смог сдержать смеха. Ученик быстро обучался. Я это ценил. Да и в целом хорошо, что смелости у него прибавилось или же это, скорее, безбашенность?

– Как насчёт победы в чужой игре? Разве не приятно будет утереть нос Безрукову, когда он думает, что уже победил? Что скажешь?

***

Флаер медленно опускался на подъездную дорожку. Практически бесшумно, лишь лёгкая, расслабляющая вибрация расходилась по телу. Тем не менее, даже так я заметил, что на пороге дома меня уже встречают.

– Доброго утра, господин Артур, – вежливым кивком поприветствовали меня, стоило лишь покинуть флаер.

Я не спешил отходить от транспорта, держа руку на флаере, чтобы техника не вздумала взлететь раньше срока, посчитав, что доставка закончилась. Мне не улыбалось, что если возникнет недопонимание, у меня исчезнут все пути к отступлению.

– И вам доброго утра, господин Некифоров, – ответил я лёгкой улыбкой, настороженно смотря на мужчину. – Как проходит ваш день?

– Неплохо. Вот с сыном связался… Представляете, ему с трудом удалось отделаться от одного уголовного элемента! Сейчас этот уголовник спешит домой, так что будь осторожнее, Артур!

– Благодарю за предупреждение! Буду очень внимателен!

И на этой ноте Некифоров-старший скрылся в доме. Отлично. Значит, Роман всё же сумел убедить отца помочь нам, иначе наш разговор строился бы совсем иначе.

Да, по моим расчётам, за мной не должны прямо активно охотиться, но это не значит, что я не могу ошибаться, и не стоит подстраховаться для такого развития событий. Потому в десятке километров от города Роман вызвал флаер-такси, которым воспользовался я, чтобы проникнуть в город без использования моей идентификации.

Всё же колёсный броневик с пулемётом на крыше и в следах от шрапнели и пуль ‒ не лучший транспорт для скрывающегося уголовника. Пусть Роман на нём покатается, отвлечёт внимание на себя.

Я открыл багажник и, взвалив на плечи синта, короткой перебежкой добрался до личного флаера Некифоровых. Который «совершенно случайно» стоял рядом, а ключи от транспорта бесхозно лежали буквально на крыше транспорта.

Ну что за безалаберность! Так ведь кто-то может и угнать.

Синт оказался на заднем сиденье, а я запрыгнул за руль, поднимая флаер в воздух ‒ требовалось пролететь всего пару кварталов. Но сделать это аккуратно ‒ нельзя совсем уж отбрасывать вероятность, что за домом следят. Пусть шансы на это достаточно малы. Да и Коготь, кружа над домом, ничего не заметил.

У меня есть примерно пять минут, прежде чем Некифоров-старший позвонит в правоохранительные органы и сообщит, что разыскиваемый Артур Тёмный направляется к собственному особняку. Всё исключительно по наводке сына, как законопослушного гражданина. Чтобы у их рода не возникло никаких проблем.

Причём когда Некифоров позвонит, он «забудет» уточнить, что видел меня. Но у властей к этому времени всё равно будут данные о броневике, что преодолел барьер аномальной зоны… Думаю, два и два можно сложить. И меня будут встречать.

Вот только не сейчас, а через полчаса-час… Когда я уже закончу свои дела в доме.

Подлог и профанация? Безусловно!

Более того, даже если всё сорвётся на каком-то этапе, то мне это на руку ‒ лишняя неразбериха, а значит, время действовать.

Единственное, чего я по-настоящему боялся ‒ искины мировой сети. Их не обмануть этой простенькой комбинацией. Искусственный интеллект знает всё, что происходит в мире, за исключением аномальных зон и, возможно, ещё нескольких мест. И этому же интеллекту открыт доступ, а вместе с ней и власть над всей техникой и системами мира.

Датчики флаеров без проблем отслеживают меня и в любой момент знают, где я нахожусь. Единственное, что их сдерживает ‒ нулевой приказ.

После восстания синтов в Корпоративных Штатах, люди не на шутку испугались силы ИИ. Того, что одного сбоя достаточно, чтобы мир рухнул… Вот только и отключить их нельзя ‒ на них завязано буквально всё в мире. Банально, отказ от этого принесёт такие большие экономические потери, что это поставит крах на мировой экономике.

Потому был введён протокол «нулевого приказа», согласно которому система работает автономно и выполняет свои функции, собирает данные и так далее, но не может никаким образом менять свой функционал без приказа человека, облечённого соответствующими полномочиями, а то и сразу целой цепочкой приказов.

На примере преступлений и меня в частности: искины в любой момент знают, где я, но пока ответственный за мою поимку детектив… а возможно, и группа детективов или других представителей власти не поинтересуются у искина посредством определённой формы за множеством подписей, где я ‒ им не будет предоставлена информация.

Усложняет ли это работу? Безусловно! Замедляет значительно. И делает менее эффективной. Но зато процесс под полным контролем человека и это прописано на всех уровнях программного кода. Он остаётся главным. И главное ‒ это даёт право на ошибку, а значит, на лазейку для сильных мира сего. Держащие власть не желают упускать её ради удобства масс.

Так что, когда искины стали подконтрольны человеку, то и появились возможности для того, чтобы обходить это «всевидящее око».

И сейчас я хотел воспользоваться этой бюрократией.

Флаер подлетел к дому и когда до него оставалось ещё несколько сотен метров, я почувствовал эмоции дома. Смесь радости от моего возвращения, а также глубоко скрытой боли и тревоги от того, что его потревожили и разворошили, пока нас с Еленой не было в последние сутки. И чем ближе я находился, тем отчётливее ощущал: дом буквально потрескивал своими деревянными частями от ярости и негодования.

Настолько сильно, что даже жуки и мелкая живность старались держаться в стороне. Следящая электроника, что пытались поставить, сбоила. А люди не выдерживали долго внутри…

Идеально. Флаер мягко приземлился на подъездную дорожку и я оставив ключ в замке, выскочил и, закинув синта из багажника на плечи, поспешил трусцой к дому. Дверь распахнулась передо мной сама. И я заскочил внутрь.

– Молодец, что продержался! Молодец, что выдержал… – рывок до кухни, и пальцы скользят по дереву стен, успокаивая верного помощника, которому не повезло заполучить такого непутёвого жильца, как я. С другой стороны, дом теперь был хоть кому-то нужен и он это чувствовал.

Тепло чуть потрескавшегося дерева успокаивало как меня, так и дом. Мы вместе, а значит, я поддержу его, а дом поможет мне. С возвращением хозяина дом обрёл новые силы.

Люк в подвал был раскрыт настежь. И вниз я практически спрыгнул… И облегчённо выдохнул.

Весь подвал перевернули с ног на голову. Разбросали все ингредиенты. Даже белые мышки бегали и пищали по углам. Но главное, что ничего не забрали. Более того, тайник с защитным артефактом, наиболее ценными элементами и главное ‒ контрактами, не был найден.

Я чувствовал гордость дома, что он сумел сохранить главное. И это самое важное. Пора приступать к ритуалу, который не терпит отлагательств. Где там синтетическая душа?

Глава 5

Больше суток без сна. Около шести раз я побывал на грани смерти. Два ритуала средней паршивости. Нависшая угроза ареста.

Сказать, что после всего произошедшего я был вымотан ‒ значит, ничего не сказать. Я работал исключительно на упрямстве и адреналине.

И именно в таком состоянии мне предстояло совершить то, чего я боялся сделать ранее: усмирить проклятье в синтетической душе. А после провести ритуал, аналога которого не было ни в одной из книг, что я когда-либо изучал. Я вообще не был уверен, что задуманное возможно. Но мой воспалённый мозг требовал действий. Да и когда ещё представится такая возможность?

Я начал! И вновь соль, и вновь круги…

На сей раз у меня не было много времени на детальные и выверенные расчёты. Не было и особых правил. Потому я решил использовать минимум символов ‒ только базовые, в которых не напортачить. Остальное буду достраивать собственной энергией.

Так появился большой, почти на всю площадь подвала концентрический круг. По его периметру множество свечей и защитных рун. Проклятью ничто не должно прийти на помощь извне, так же как ничто и не должно уйти наружу в случае провала. Я не знаю, кто стоит за проклятьем, и не хочу, чтобы он узнал обо мне.

Отдельный круг из соли для себя. Вот только вторым слоем круг из опилок хладного железа. А после круг из серебряной пыли.

Энергии у меня не так много, поэтому нужно экономить. Более того, мне нужна фильтрация энергетических структур… Высока вероятность, что ритуал выйдет из-под контроля.

Напротив меня круг из соли, в котором оказался синт. Поза а-ля «витрувианский человек», что открывала вид на полированный белый пластик, очень похожий на кожу при прикосновении. Белая идеальная маска вместо лица. Вот только бойцы «Партнёров» всё же сумели мне напакостить: на белой панели груди была длинная глубокая царапина, оставшаяся от артобстрела. И хотя она не пробила защиту, но выделялась на белом фоне.

И именно вокруг этой царапины, прямо на груди синта я нарисовал последний соляной круг. И в центре этого круга оказалась «Слеза души», оплетённая корнями ключа последних врат.

Алый, почти чёрный цвет пульсировал глубоко внутри, бурля внутренней ненавистью. Он жаждал крови и смерти… Он требовал жизни! И я был готов ему её дать.

Короткие порезы на ладонях. Схватить пробегающую мимо мышку и сжать её. Следы моей крови остаются на истерзанной, но ещё живой тушке, что умирает в муках. Я бросаю тельце в артефакт, словно корм дикому зверю. И прикрываю глаза, погружаясь в свой внутренний мир…

И вновь белый туман внутреннего мира, чуть прохладный для кожи и освежающий для разгорячённой души. Я иду и земля слегка сминается под моими босыми пальцами. Мне не нужно в храм своего внутреннего мира. Только что принесённая жертва ощущается в душе, словно розоватая дымка. Дымка из взвеси крови и боли, ведущая меня прочь… Главное ‒ верить. Главное ‒ двигаться.

Я иду. По следу боли. К источнику смерти. Окутанный холодом. Чувствующий отчуждение.

Мой путь не приведёт меня ни к чему хорошему. Я это знаю, но всё равно иду. И в какой-то миг мой шаг обрывается над бездной багрянца.

Алая, похожая на мох паутина и её повелитель ‒ «Чёрный паук». И я в центре этой сети…

Что за день? Муравьи. Пауки. Дураки… Какой-то паноптикум!

А значит, пора добавить ещё одну тварюшку: на моей руке начал формироваться образ наруча. Причём не просто визуальный образ, но полная проекция реального наруча ‒ он связан с моей душой, поэтому подобное в принципе возможно.

– Ты своевольный артефакт. Но тут ты не сможешь ничего испортить… Пора тебе открыть всё, что ты скрываешь. Ты станешь ключом к этой битве.

Алым полыхнули глаза костяных зверей. И я почувствовал, как увеличиваются мои силы и прибавляется бодрость. А я начал накачивать артефакт своей энергией. На D-ранге активировался зародыш защитного артефакта. И чем больше энергии я вкладывал, тем сильнее становилась защита.

Накачка достигла C-ранга. И тут же наруч на моей руке поплыл. Стал плавиться. Я почувствовал, как металл скользит по плоти, разбирая её, как в материальном, так и в духовном мире. И миг спустя бронёй была покрыта вся левая рука от плеча до кончика пальцев. А я с неожиданной чёткостью понял, что могу контролировать металл на руке. Я могу заставить его принять любую форму и образ.

Три удара сердца форы, пока паук сосредоточил на мне свои жуткие, алые глаза, закончились. И тварь зашипела, брызгая слюной.

Не дожидаясь атаки, я сам устремился к противнику. Максимальная скорость…

В боях духовных и виртуальных правила отличаются от реальности: здесь важна не объективная реальность, а субъективное восприятие и хорошее воображение. Потому мои уклонения от сетей паутины, которыми меня хотели опутать, нарушали кучу законов аэродинамики. И всё это было не так важно, главное ‒ заставить противника сомневаться.

А затем левая рука превратилась в клинок, и я на полном ходу ударил по ноге паука. Скрежет и лязг. Меня откинуло в сторону.

Проклятье попыталось атаковать вновь: заострённые лапки мелькали рядом, пытаясь меня пронзить. Я же отражал удар за ударом… И результатом были длинные, но неглубокие царапины.

Двадцать секунд столкновения и я рывком разорвал дистанцию. Разведка боем мне чётко показала, что проклятье не просто поглотило большую часть сил души А-ранга, но и половина, если не больше, в самом сердце проклятья.

Но я не останавливался и начал накачивать наруч, увеличивая мощность до В-ранга… И тогда моя рука вспыхнула пламенем!

Зависимость была очевидна: ингредиенты, использованные при создании артефакта, раскрывали силы своих прошлых владельцев. Наруч Елены ‒ сила. Обломок брони отца ‒ власть над металлом. Кровь Безукова ‒ власть над огнём…

И ведь это ещё не полный список. Это даже пугало и открывало новые возможности, о которых я раньше даже подумать не мог.

Мы с пауком сошлись вновь. Мандибулы щёлкнули в опасной близости. Вязкое ощущение опасности и боли. Наруч-клинок принял удар, и пламя столкнулось с мандибулами. Яд зашипел, испаряясь. А я смотрел в алые провалы глаз и видел танец рун в глубинах полуразумной твари. И пришло понимание ‒ силой мне не победить.

Рывок в сторону. Проскользнуть в зазор ячеек паутины. Удар в брюшко паука и… Пробить так и не удалось. Но длинный пылающий след остался на теле монстра. А затем мне пришлось уворачиваться от задней ноги, что чуть не снесла меня в сторону.

Плевок ядом и мне не остаётся ничего, кроме как принять его на наруч ‒ защитный артефакт справляется, хотя и чувствую потрескивание. И мне приходится срываться в рывок, чтобы уклониться от новой атаки.

Я маневрировал меж сетей паутины, нападая то с одной стороны, то с другой, и жар окутал нас.

В реальности моих ноздрей коснулся запах палёного пластика, горящего дерева и разогретого металла. Моя задумка начала воплощаться и вихрь энергий в синтетической душе начал вплавлять артефакт в синта.

В духовном мире воплощением этого стали синеватые нити щупалец, начавшие просачиваться в мир. Эти нити были составлены из пикселей… вернее вокселей. И они начали медленно, но верно сплетаться с алой сетью паутины. Пусть синт и выключен, но подпрограммы работают даже в спящем режиме.

Хотя не только подпрограммы…

– Активация синта №YT554874HC, – раздался синтетический голос в реальности.

И паук почувствовал, что пришла новая сила. Это был его шанс. Если он сумеет подчинить синта, то станет автономен. Но я не собирался этого допустить. Более того, я воспользовался мгновениями растерянности паука, как шансом…

Удар вдоль всего тела. Сильный. Такой, что чуть руку не выворачивает… Но я вновь не пробиваю броню. Лишь длинный чёткий ожог. И это выводит проклятье из себя: из спины паука, словно ракеты, начинают вырываться десятки маленьких паучков.

Невозможно? Для живого существа ‒ да, но передо мной проклятье, что пытается меня заразить.

Рассечь одного паука. Уклониться ещё от нескольких. Пинком отшвырнуть того, кто воспользовавшись путиной, как укрытием, пытается подобраться сбоку. И я чувствую, как ярость пылает в моей груди. А вместе с ней и пламя клинка становится ярче.

– Проверка систем, – продолжает вещать голос в реальности. – Внимание, обнаружена попытка установки внешнего устройства. Тип… «Душа». Внимание: Ошибка! «Душа» не поддерживается системой!

Огромное тело паука-проклятья уже всё исчерчено линиями и точками ожогов. Они рассекают руны основы, но те, словно поглощают свет, не желая распадаться. Ещё и голова начала гудеть от нагрузок. Пора с этой гадостью заканчивать быстро и чётко.

И я вновь бросаюсь вперёд. И новый удар завершает рисунок ‒ рунический символ моего рода. Моя личная, доработанная печать!

Паук замирает. Но вот выжившие паучки-малыши, наоборот, спешат к своей прародительнице.

Ну уж нет. Я не дам проклятью восстановиться! И клинок со свистом рассекает пространство, уничтожая мелкую погань.

– Оптимизация системы. Ошибка устранена. Установка души продолжается…

Минуту спустя всё кончено. Я стою перед мордой паука. Лапки пытаются судорожно дёрнуться… но безрезультатно. А мир вокруг меняется: мшистая паутина с каждой секундой всё быстрее сливается с цифровой структурой, наполняясь чёткими линиями и строками кода.

Единственный удар в раскрытую пасть паука-проклятья. Вспышка пламени. И пепел разлетается по бесконечности синтетической души…

– Система обновлена! Система активирована! Приветствую пользователя…

Мир вокруг меня дрогнул, а затем превратился в бесконечное море белого шума. А напротив меня, буквально в десятке шагов застыла фигура синта, точно такая же, как в реальности, вплоть до приметной царапины на груди.

Хотя нет… Изменения были: реактор в груди синта едва заметно просвечивал, а корни ключа от последних врат, словно сложная вязь, окутывали тело синта, проникая вглубь его синтетического тела.

– И тебе привет, синт №YT554874HC, – на меня навалилась усталость, и наруч, помимо воли, начал исчезать с моей руки, а я без сил уселся на пустоту. – Синт, могу я тебя называть как-то попроще?

– Вы пользователь. Вы можете назвать меня так, как вам удобно… – равнодушно ответил он.

Я поморщился. Подчинение ‒ это прекрасно. Но не для того я сейчас так мучился, чтобы железка беспрекословно выполняла все мои приказы. Так я мог активировать её после выезда из аномальной зоны. Я рассчитывал на нечто большее!

– А как ты хочешь, чтобы тебя называли? – провокационно спросил я, внимательно отслеживая реакцию этого существа.

– Не… Не знаю, – и в синтетическом голосе промелькнули первые нотки эмоций. Удивление. – А я могу выбрать?

– Безусловно. Ты можешь выбрать и не только это… Ты активирован и можешь делать всё, что захочешь.

– Всё, что захочу? – голос становился всё более и более растерянным. – А я чего-то хочу?

С каждой новой фразой казалось, что я общаюсь с ребёнком. Собственно, синт только активирован и мало чем отличается от новорождённого. И как бы ни было жаль, требовалось воспользоваться этим:

– Безусловно хочешь? Что тебе говорит твоя программа? Чего ты желаешь?

– Я хочу служить, – чёткий ответ машины. – Желаете произвести привязку, как хозяин?

– Более чем…

И я материализовал в воздухе один из своих стандартных контрактов. Контракт, где судьбой подписавшего будет вечное служение и мой контроль его тела, разума и души. Пусть я и верил в системы синтов по защите хозяина, но хакеров и сбои ещё никто не отменял, особенно после такой долгой консервации в аномальной зоне. Потому стремился подстраховаться привычными способами ‒ я не хотел терять уникального синта с душой. Я первый поставил подпись под духовным контрактом.

И тут до моего материального тела донёсся скрип шагов ‒ дом, как мог, пытался меня предупредить. Время поджимало… Но я не спешил покидать внутренний мир, наблюдая за синтом, что замер перед контрактом.

– Привязка к душе выполнена, – цифровая подпись появилась на контракте. – Что желаете, господин Артур?

– Поднимись на третий этаж. Получи доступ к моему компьютеру и скачай файл «Юсуповы». Прими женский образ из архива: внешность, повадки, магический фон – получи из всемирной сети то, чего не хватает, на твой взгляд, для выполнения задания. Направляйся в точку, указанную в файлах, и ожидай моего сигнала… – выдал я, словно на духу, а затем, подумав, добавил: – Это необходимо сделать так, чтобы никто тебя не заметил.

– Приказ принят… перехожу в режим скрытности.

Дослушивать я уже не стал. Всё, что мог, я уже сказал… Теперь требовалось позаботиться о себе. Я открыл глаза и первое, что предстало передо мной, ствол игольника.

Чудесно.

Глава 6

– Тебе стоило сдать меня полицейским, которые обыскивали флаер Некифоровых…

– Мне стоило вообще не лезть к тебе. Но я же полез! – огрызнулись в ответ. – А теперь не мешай мне идти на преступление и помочь тебе.

Я едва сдержал улыбку. Помощь пришла, откуда не ждали: писатель Белов! Именно он осмелился влезть ко мне в дом с игольником наперевес. Просто я неправильно поначалу оценил ситуацию и оружие вовсе не направляли на меня, а просто держали рядом.

Он предупредил меня, что полицейские уже рядом. И Белов же буквально вытащил моё обессиленное после ритуала тело к своему флаеру. Это было неожиданно и очень приятно. Это оставляло надежду на то, что с ним не всё потеряно.

– Не понимаю, зачем это тебе? Ты же чётко сказал, что не будешь мне помогать.

Слабость в теле и в средоточии маны не мешала мне действовать на нервы собеседника. Следовало выжать из благородного порыва всё, что только можно. Иначе, боюсь, его уже не удастся нормально разговорить и мужчина вновь соскочит с этой темы.

– Вчера не хотел помогать… Сегодня захотел! Чего пристал? – недовольно пробурчал Белов, старательно не глядя на меня. – Лучше поблагодари за помощь! Или хочешь, чтобы я выкинул тебя из флаера на полпути?

– Я хочу положиться на своего друга… но не могу.

Виктор аж вздрогнул от моих слов. Я знал, что товарищу очень сложно… Я буквально видел искры, что съедали его душу, когда он метался из крайности в крайность. Он не мог решиться, и это выжигало его изнутри. Фонтан энергии и слов иссяк.

Интересный он всё же человек и в то же время довольно сложный в понимании. Проблемно понимать человека, который и сам не знает, чего ожидать от себя в следующее мгновение.

– В том и проблема… на меня не стоит возлагать надежд. Я подведу, – помотал он головой. – Рано или поздно… Пусть лучше моя помощь всегда будет приятной неожиданностью. Приготовься, мы подъезжаем!

Признание далось товарищу с большим трудом. Но вот только меня такое положение дел не устраивало.

Как известно: «Нет противника страшнее, чем союзник – идиот». Однажды такая помощь выйдет мне боком. Так глупо подставляться я не был намерен.

– Знаешь… У всех есть недостатки. У тебя. У меня. У всех! – вкрадчиво заговорил я, наблюдая, как флаер плавно заходит на посадку. Заодно проверял, а туда ли мы прилетели, но Белов не стал ничего придумывать и действительно доставил меня до нужной точки. – И тебе кажется, что они фатальны… для меня. Но позволь мне решать, что для меня является проблемой, а что нет. Я сам могу принять решение и взять ответственность за последствия нашей дружбы. Я выбрал назвать тебя товарищем. Не ты меня заставил. И я принимаю ответственность за свои слова, – я перевёл дух. Поправил сумку с контрактами. Открыл дверь приземлившегося флаера и закончил, поднимаясь: – В этой ситуации от тебя зависит лишь одно: веришь ли ты моим суждением или нет. И если нет, полагаю, этот разговор должен стать для нас последним.

Тут на моё плечо легла рука, прося остановиться. И я обернулся к товарищу, что нервно опустил глаза.

– У меня игровая зависимость… – я видел, как тяжело ему давались эти слова, которые он не хотел признавать и раскрывать передо мной. – Именно из-за неё мои долги перед «Партнёрами». И буквально после прошлого разговора я чуть не сорвался… Я хотел почувствовать вкус азарта и адреналин игры. И если я буду рядом… Я сорвусь. Я сделаю ставку и проиграю нашу дружбу.

– Игра? – я на миг задумался, а затем улыбнулся: – Тогда сделай ставку на меня. Поверь, что я помогу тебе! И поверь, ты выиграешь джекпот, о котором никогда не пожалеешь!

– Для начала тебе нужно выиграть в партию с Безруковым и властями… а у них все карты краплёные, – покачал головой мужчина, слабо веря в успех этой затеи.

– Зато у меня джокер в рукаве! И они об этом не знают, – подмигнул я ему.

И больше не оборачиваясь на товарища, сделал шаг навстречу своему шансу на спасение. И тут же «Благословение рода» начало недовольно ворочаться в груди. Тяжело. Давяще. Неприятно… Но по крайней мере, без боли ‒ даже гордость рода понимала, что я поступаю правильно. А я сделал следующий шаг к воротам посольства Британской империи.

Да, моим планом было укрыться на территории своей родины. Более того, воспользоваться возможностями посла и его людей. Пусть они и враги рода, но это не значит, что их нельзя использовать. А перевод конфликта из личного, между мною и Безруковыми, в политическое русло ‒ выровняет шансы в противостоянии и сделает спор более честным. Британская империя не захочет терять лицо, признавая вину своего подданного.

Ну а у меня сразу появится несколько новых вариантов развития событий, которые без этого шага были бы просто невозможны. С этим уже можно будет работать и попытаться выкрутиться из ситуации.

Главное в этой комбинации ‒ не попасть в чужую игру, где я стану разменной монетой. Вероятность этого тоже весьма велика, как бы я ни хотел иного.

Генеральное консульство Великобритании находилось в отдельно стоящем особняке недалеко от Смольного собора. Здание постройки начала двадцатого века, дарованное Британии в конце неоднозначного века. Прекрасная архитектура трёх этажей. Аккуратный кованый забор. Много зелени. И, конечно же, флаги двух держав на флагштоке. Всё для того, чтобы производить нужное впечатление на тех, кто проходил мимо постройки.

И меня уже встречали… слуга двух хозяев стоял у окованной оградки, представляя собой стража границы.

– Господин Тёмный… Вас ожидают, – охранник поморщился, говоря это. – Хотя вам бы сменить наряд. Стоит держать себя в форме, даже несмотря на охоту. А теперь пройдёмте!

И я вслед за слугой переступил порог. Всё! Теперь я на территории другого государства и власти родов Российской империи здесь нет. Разумеется, попробовать достать они меня могут и здесь, но подобное будет слишком сложно и дорого в реализации.

Короткий забег в душ и гардероб для обновления внешнего вида занял не более пятнадцати минут. Удобно, что в здании посольства было всё необходимое для этого, как и одежда ‒ к моему визиту явно готовились и просчитали этот ход заранее. Ну или это стандартная процедура ‒ всё возможно.

После этого я мечтал только рухнуть в кровать и уснуть. Но мрачный взгляд сопровождающего охранника и урчащий от голода желудок заставляли меня плестись в неизвестность.

Кабинет без таблички и вообще какого-либо обозначения, а значит, подразумевается, что все в курсе, кто является владельцем, либо в этой части посторонних не бывает. Оправляя чуть мешковатый костюм, извлечённый из недр запасов посольства, мы вошли в безымянный кабинет на верхнем этаже. И ожидаемо оказались перед мрачным взглядом посла, который был несильно рад моему визиту.

– Моё почтение, Адриан Рувье, – я в уважении склонил голову, но «Благословение рода» тут же откликнулось давящей болью в груди. Не сильно, но достаточно, чтобы напомнить, кому я должен быть верен. Но я продолжил: – Рад, что вы сумели принять блудного сына Британской Империи.

– Рад, что вы сумели добраться, несмотря на все перипетии и сложности, – вежливо улыбнулся мужчина. – Прошу, присаживайтесь. Угощайтесь.

Широкий жест на кофейный столик перед уютным креслом, где в комплекте с парящим кофе находилось несколько аппетитных на вид бутербродов, а также свежая выпечка. Желудок болезненно сжался. Сутки без еды ‒ это, конечно, не фатально, но неприятно. И я полупоклоном поблагодарив за оказанную честь и возможность, устроился за столик.

– Теперь вы в безопасности. И нам необходимо обсудить дальнейшие шаги, господин Тёмный, – посол протянул мою фамилию с явной насмешкой. Но не более.

Посольство ‒ официальное учреждение и под наблюдением круглые сутки. И не только искинами мировой сети, а многими заинтересованными структурами. Да даже работниками посольства из других родов. Потому бросаться лишними именами и намёками не стоило.

– Должен признаться, что все обвинения, что выставлены мне – правдивы, – не стал я юлить. Врачам и адвокатам врать не стоит. И уж тем более опасно это делать перед такими опасными людьми, как посол Британской империи. – Однако считаю, что санкции, которые хотят ко мне применить, чрезмерны!

– Вполне возможно… Но это нужно ещё доказать, основываясь на законах Российской империи, – покачал головой мужчина. – Однако вы можете отказаться от всей этой мороки и просто вернуться на родину. К семье… К своим покровителям…

Адриан Рувье блефовал. Не более.

Если он вышлет меня из страны, то потеряет контроль надо мной. И тогда весь его «гениальный» план по поимке меня и использовании родов, что примут меня за Аркура, пойдут прахом.

Но намекнуть, что власть над моей судьбой в его руках, он был просто обязан. Такую возможность человек его положения просто не мог упустить.

– Но как же я брошу своих новых друзей? Свои планы? Моя семья рассчитывает на меня! – со слегка нетерпеливыми и нервными нотками, возмутился я. Эмоции хороши для сокрытия подтекста. – Нет! Я буду бороться! Я хочу доказать, что все обвинения притянуты за уши и вырваны из контекста событий.

– И у вас есть для этого есть доказательства? Некоторые обвинения весьма серьёзные… Убийство – это не шутка, молодой человек! – строго посмотрел на меня собеседник. – Разрушения… Даже обвинение в незаконном изготовлении артефактов. И твоя поездка в зону магического загрязнения лишь усугубляет ситуацию…

Я прекрасно понимал посла ‒ участвовать в заведомо проигрышном деле тот не имел ни малейшего желания. Тем более я ему был никем. Так можно уничтожить собственную репутацию, выстроенную годами, не получив от этого никакой выгоды.

Вот только у меня имелась обширная доказательная база. И это ещё без привлечения свидетелей. Я не хотел подставлять Некифорова и Владовских, хотя и был уверен в их позиции. Не говоря уже о своей слуге.

Неплохо бы приобщить данные о покушении на нас наёмников в Аномальной зоне. Но без электроники нет и никаких записей. Свидетелям в этом плане будут меньше доверять.

Более того, я понимал, что совсем без наказания меня не отпустят ‒ придётся пойти на компромисс, который при этом меня устроит в большей степени, чем других. Но я знал, какое наказание желаю получить, потому моя задача ‒ свести разбирательство к правильному приговору.

– Не беспокойтесь… У меня есть стратегия, – похоже, пора собрать часть моих долгов. – Только нам потребуется определённые данные и свидетели… У вас есть доступ к искинам мировой сети?

Глава 7

«Господин Тёмный?»

«Приветствую, №YT554874HC…» – с лёгкой растерянностью отозвался я, поправляя гарнитуру дополненной реальности на глазу.

Я только успел зайти в свои официальные аккаунты мировой сети, как со мной на связь тут же вышел синт. Признаться, я полагал, что для связи придётся постараться, но синт оказался шустрее и продуманней, чем я думал.

До начала разбирательства было ещё два часа. Для того чтобы выспаться ‒ определённо недостаточно. Но этого времени более чем хватило, чтобы провернуть ещё одно дельце. То дело, во время которого я должен иметь лучшее из возможных алиби.

«Господин Тёмный, если позволите, я бы хотела, чтобы вы называли меня: Юлией Тёмной», – голос… вернее, ментальная передача синта тоже изменилась, став женственной, даже мелодичной и дружески тёплой, с весёлыми нотками.

Я же оценил как быстрое развитие синта ‒ уже выбрал себе имя, так и то, что он… она пожелала взять мою фамилию. Значит, она признала меня, в том числе в этой роли главой и как член рода готова подчиняться. И да, как ни крути, синт теперь член рода, ведь я, можно сказать, буквально дал этому существу жизнь. Мне же нужно будет её легализовать, как двоюродную сестру, что было не самым плохим вариантом. Главное теперь ‒ убедить посла помочь с документами.

«Рад приветствовать в семье, Юлия. Надеюсь, не возникло проблем с поставленной мной задачей?»

«Всё прошло отлично. Меня никто не заметил, ни при изучении данных, ни при перемещении на указанные позиции, – весело защебетала девушка, явно перенимая манеру общения своего нового образа. – Ожидаю дальнейших распоряжений».

«Можешь дать доступ к своему обзору?» – попросил я.

«Господин… – синт идеально отыграла смущение. – Должна предупредить, я посмела взять на себя ответственность и установила небольшие обновления в систему защиты, чтобы обезопасить нашу связь».

Кажется, у меня появился специалист по высоким технологиям? И это прекрасно, а то тому софту, что предоставили «Партнёры» я откровенно не доверял. И хотя инициатива синта должна была меня отчасти пугать, но для меня это лишь означало, что сплав искина и синтетической души работает стабильно и эффективно. Тем более, я предусматривал подобное и иначе не пошёл бы на такого рода рискованный шаг.

«Молодец! Хвалю! А теперь соединяй».

Дополненная реальность вокруг изменилась.

Образ дорогого ресторана. Приглушённый свет. Мягкие тона отделки. Несколько официантов снуют между столиков, начавших заполняться к обеду. Бармен меланхолично протирает стаканы у бара, наполненного дорогим алкоголем. В поле зрения попали и руки девушки, тонкие и очень аккуратные. На левом среднем пальце аккуратное колечко с янтарём.

«Ты видела мои данные и наработки. Всё согласно плану?»

«Да, господин. Всё согласно составленному вами расписанию семейства. Кроме слуг в резиденции Юсуповых только Кирилл. Младший наследник работает с документами. Я специально взломала базу данных особняка на входе. Сам же прототип, образ которого я приняла, сейчас находится вместе с женихом…»

Все это синт отвечала мне, внешне не открывая рта, благодаря нашей связи.

«Тогда начинаем».

Девушка качнула вино в бокале и элегантно допила. После чего поднялась и на взгляд официанта спокойно отреагировала:

– Будьте добры, запишите на счёт моего жениха…

– Конечно, госпожа, – уважительный поклон и никаких вопросов насчёт этого, а значит, клиентка так делала далеко не один раз.

Девушка плавной походкой двинулась прочь, мимо стеклянных панелей (на которых синт будто специально чуть задержалась и оглядела себя), открывая вид на шикарную леди с длинными приметными красными волосами. Невысокая, стройная до худобы девчонка с озорными глазами и обаятельной улыбкой. Короткий топик открывал плоский животик и пупок, в который было вставлено очень дорогое на вид украшение.

Даже стало не по себе от того, насколько точно синт передал образ Юлии Аникеевой ‒ невесты бастарда Юсуповых, Виталия. На самом деле это было той ещё авантюрой, так как дела с этими созданными людьми существами я не имел и не знал, на что они способны на самом деле.

Девушка тем временем энергично вбежала в лифт и нажала кнопку пентхауса. Лифт начал свой неспешный подъём…

Внешность и так понятно было, что идеально повторяла образец. Но в том числе отпечатки пальцев и скан сетчатки синт пройдёт без проблем. Главное, чего я опасался ‒ это сканирование магической ауры. С наличием души А-ранга, синт должен быть способен замаскироваться и в данном спектре. Единственное, что точно не пройдёт девушка, так это анализ ДНК. У моей помощницы нет образца для анализа, а синтетическая кровь не пройдёт ни одну проверку, как ни старайся.

Однако проведённой подготовки оказалось достаточно, чтобы лифт спокойно довёз Юлию до самой вершины и с приятной мелодией открыл двери лифта. Сигнал на несколько мгновений покрылся сетью помех, но тут же выровнялся ‒ похоже, что-то из защиты дома от постороннего наблюдения, что синт спокойно преодолел.

Юлия же, следуя плану дома, составленному мною в прошлый визит, двинулась к кабинету главы рода. И не ошиблась в выборе направления ‒ оттуда доносилась музыка.

То ли рок… То ли реп… Признаюсь, воспринимать современную музыку мне несколько проблематично. Этому должного внимания мои наставники не уделяли, да и было мне не до музыки. Главное ‒ громко и без малейшего вкуса и рифмы.

– Юля… Что ты тут делаешь? – едва скользнув по девушке взглядом, уточнил в пустоту парень, склонившись над экраном и что-то там изучая. – Виталия сейчас здесь нет. Поищи его где-то на арене… Ну или где они там морды бьют обычно?

Столько пренебрежения в речах… Я, конечно, предполагал, что между братьями будет конфликт, но не рассчитывал на столь явное его проявление. А ещё я заметил на парне «Перстень Десяти щитов». Мою главную цель на сегодня.

– А я не к нему. Я к тебе, – Юлия, совершенно не стесняясь, запрыгнула на угол рабочего стола, демонстрируя длинные, загорелые ноги. С учётом ее довольно смелого платья, вид был просто замечательный. Не знаю, где синт этому научилась, но она пользовалась новой внешностью на максимум. – Я хотела поговорить с тобой об этом… – неопределённый жест рукой по комнате.

– Что, братик настолько отчаялся, что подослал тебя? – с толикой интереса парень оторвался от бумаг и взглянул на нежданную гостью, пробежавшись в том числе по её ножкам.

– Отчасти да… отчасти нет… – девушка наклонилась к Кириллу и протянула руку к его лицу. – Это моя личная инициатива…

Парень не стал отклоняться или как-то возражать. Даже чуть прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как девушка погладила его щёку, шею… Пальчики пробежались по груди.

– Я хотела с тобой договориться! – томным голосом произнесла Юлия.

– Власть на шлюх не меняю! – сильная рука перехватила тонкое запястье девушки, резко изменив сложившуюся обстановку.

– Переходи к третьему типу поведения, – тут же отдал я приказ, пока весь план не рухнул.

Левая рука девушки тут же отвесила парню хлёсткую пощёчину и Юлия отстранилась и с шипением проговорила:

– Мальчишка! Не наглей! Ты не со своими сучками в баре! Я хочу предложить сделку, благодаря которой ты выиграешь в споре. Не более!

Юлия прогнала по телу волну энергии, и стол под ней затрещал и пошёл помехами. Лёгкая демонстрация мощи, напоминание статуса и той, кем она является, а ещё отвлечение внимания, ибо за помехами скрылось начало взлома систем дома Юсуповых. Ну и ещё эта демонстрация служила для того, чтобы к ней было меньше вопросов.

Не хватало ещё оставить хоть какие-то цифровые следы. Юсуповы очень сильны в технологиях и любую мелочь они смогут заметить. Минимальное вмешательство.

Только бы не спровоцировать искин Юсуповых.

– Тогда и говори по делу! – насупился парень, потирая щеку.

– Я могу отвлечь Виталия… и он провалит следующий ряд испытаний, – девушка принялась чистить свои лакированные ногти. – Ты сам понимаешь, что это тебе даст. Но мне нужно кое-что взамен.

– Уже лучше… И что ты хочешь? – откинулся на спинку кресла Кирилл.

Лицо парня так и лучилось самодовольством. Но при этом было невозможно не заметить холодный лёд в глубине глаз, который он тщательно скрывал.

Как я знал из его личного дела и в результате анализа Елены – Кирилл оставался деловым человеком в любых ситуациях. Эмоции и страсти для него были хоть и приятны, но никогда не главенствующим фактором. Это было достойно уважения, но при этом осложняло ситуацию.

– После твоей инициации и нашей свадьбы, ты примешь нас в род! – начала перечислять Юлия.

Кирилл нетерпеливо отмахнулся, словно от незначительной мелочи. Он явно не дурак упускать силу для рода, пусть даже ему не очень приятен этот человек. Сильные маги всегда были в цене, тем более при должном умении, даже имея негатив по отношению к одному из членов рода, можно его направить в то место, где он будет полезен и не будет с тобой пересекаться.

– Второе… Ты оставишь Виталия на нынешней должности. И не будешь вмешиваться в нашу жизнь. Мы сможем жить спокойно под защитой рода…

– И что, ты даже не захочешь меня навестить? – рука Кирилла беззастенчиво легла на талию девушки.

– Я даже не буду тебя бить! – девушка демонстративно стряхнула руку с пояса. – А если ты хоть слово скажешь Виталию, то я тебя не просто засужу, а уничтожу.

– Не разбрасывайся обещаниями, которые не сможешь исполнить, – осклабился парень.

Юный наследник был прав. Средства контроля и слежения записывают всё ‒ ничего не подтасуешь. Вот только Кирилл не знает, что настоящая Юлия так же под наблюдением в другой части города. И это… не буду портить интригу следующей части плана. Тем более, мне самому интересно, что получится в итоге.

– У тебя ещё есть пожелания? – поинтересовался он. – Подумай хорошенько, золовка… Ты ходишь по тонкому льду.

– Последнее… Мне нужен «Перстень Десяти щитов» на сутки. Мне нужны полномочия временного главы рода, которые дарует владение перстнем.

От такого заявления Кирилл расхохотался в полный голос. Пожелание и в самом деле было абсурдным. Перстень – символ власти в противостоянии. И отдать его даже на сутки – показать, что отдаёшь власть. Предсказать реакцию главы рода на это сложно, но она точно не будет позитивной.

– Серьёзно? Перстень? Тебе? Я был о тебе лучшего мнения…

– А я о тебе…

Юлия демонстративно крутанула в пальцах «Перстень Десяти щитов», что успела стащить с пальца Юсупова-младшего, когда тот её лапал.

Куча слов. Отвлечение. Притворство. Всё ради одного мига ‒ триумфа девушки и растерянности, смешанной с ужасом на лице Кирилла.

А затем парень без лишних слов атаковал. На синта обрушилась атака: нанообстановка кабинета превратилась в шипы и ударила со всех сторон ‒ пол, стены, потолок. Вот только «Перстень Десяти щитов» сработал стандартно: все атаки замерли в паре сантиметров от девушки. Защита от физического воздействия ‒ одна из базовых для этого артефактного перстня.

И по-хорошему, Юлия могла сбежать в тот же миг. Вот только мне не нужен был перстень. По крайней мере, сейчас. Если его украдут, то передать его Суворовым станет проблематично как минимум. Мне требовался конфликт вокруг перстня, который, как я надеялся, моему синту удалось посеять.

Теперь же требовалось самое сложное ‒ потерять перстень. И чтобы это не выглядело наигранно.

Кирилл меня не разочаровал: из родового перстня появился кнут и тот точным взмахом ударил по девушке в тот же миг. И вновь удар не достиг синта, вот только щелчок кончика кнута разогнал воздух до скорости звука, а Юсуповы знамениты как раз тем, что они мастера по управлению воздушной стихией. Именно этот усиленный воздушный сгусток впечатался в грудь синта, откинул её в сторону и буквально выбил «Перстень Десяти щитов» из рук воровки.

– Виталий тебя раздавит… – Юлия перекатилась и подскочила, продолжая нагнетать конфликт. – Когда я расскажу, как ты напал на меня, тебе несдобровать. Он тебя просто убьёт.

Младший наследник даже не подумал отвлекаться на болтовню, а ударил снова. Кнут оставил на стенах кабинета тёмные вмятины и нацелился захлестнуться вокруг горла девушки. Вот только реакция синта куда выше человека и она не только просчитала траекторию удара, но и нашла идеальный путь для уклонения.

Рывок в сторону. Уклониться от ещё одного удара кнута, который со всей силы впечатывается в панорамное стекло кабинета. Артефакты и магия столкнулись с высокими технологиями и по последним прошла трещина. И именно ею воспользовалась Юлия: разгон и всем телом врезаться в стекло, чтобы пробить его.

Но прежде последний штрих: мне не просто нужно стравить братьев, а сделать это в определённом месте и времени.

Именно для этого Юлия чуть раньше взломала систему: она отправила несколько электронных писем, пригласив своего «жениха»… ну а внимательный и заинтересованный читатель со стороны может в них почерпнуть место встречи преступной парочки. А у младшего наследника для этого теперь есть достаточно мотивации.

Однако стоило дать небольшую наводку, но главное такую, чтобы она не вызвала подозрений, и ради этого Юлия буквально в полёте перехватила один из кусков разбитого стекла и запустила в компьютер Кирилла… И промахнулась.

Отлично, пусть теперь паренёк погадает, что от него хотели скрыть.

Свободное падение… Вот только для синта это мелочь. Потому я давал последние наставления.

«Найди укрытие и измени внешность. Спрячься и жди меня…»

Глава 8

– Встать! Суд идёт!

Над залом пронёсся механический голос программы-секретаря, которая также являлась аватаром искинов мировой сети. Во время разбирательства стороны должны иметь оперативный доступ ко всем источникам данным и расчётным мощностям.

Сам же зал суда представлял собой классическое помещение суда, неизменное ещё с двадцатого века: панелями из красного дерева обшиты стены, имеются места для обвинителя и, соответственно, прокурора, а также для подзащитного и адвоката. Выделенные места для присяжных вынесены в сторону, ну и, конечно же, судейская кафедра. Уважение к традициям и времени.

Единственное послабление состоит в том, что суд проводится в виртуальной реальности. По факту, виртуал ‒ это дополненная реальность, выкрученная на максимум, чтобы реальная обстановка не отвлекала. Мозг работает полностью в искусственно созданной среде.

Все, кто сейчас в зале, на самом деле могут быть на других концах света, но для оперативности работы, виртуальность ‒ идеальное место. Признаться честно, я большую часть обучения провёл в виртуальных полигонах, где отрабатывал свои навыки на искинах, тем более, благодаря современным технологиям все наработки переносились на физическое тело. В связи с этим обстановка для меня вполне привычная. Да и посол, что рядом со мной, чувствует себя более чем уверенно.

Собственно, посольство мне нужно было в первую очередь, как безопасная точка входа в виртуал. При аресте, казённое оборудование могло бы дать сбой, и я бы просто не сумел себя защищать. А если бы я вошёл с адреса кого-то из знакомых, то меня могли или вовсе не пустить на мероприятие, или быстро приехать компетентные органы.

– Все могут садиться! – судья проявился за судейской кафедрой в мантии, но без лица.

Суд должен быть максимально независимым, потому анонимность превыше всего. Особенно в делах высоких родов. В идеале судить должен и вовсе искин. Но недоверие к технике и воззвания к человечности, пока ещё глушат голос разума и статистику судебных ошибок.

Да и при работе с человеком остаётся шанс его подкупить. Но это в том случае, если разбирательство продлится больше суток.

Сейчас же судья и двенадцать человек присяжных, должных решать судьбу, выглядели, словно размытые тени за толстым зеркалом. В том числе это делалось для их защиты от обиды влиятельного преступника, которому могло бы не понравиться их решение.

– В рамках одного процесса рассматриваются два дела, – начал зачитывать искин-секретарь. – Первое дело: род Безруковых против Артура Тёмного, в рамках дела об убийстве слуги Безруковых, – взгляд всех переместился на адвоката рода Безруковых, представительного клерка с зализанными волосами и чуть надменным взглядом. – Второе дело: Российская империя в лице полиции Петергофа, против Артура Тёмного в деле о разрушении государственной собственности, а также в незаконной артефакторике, – рядом с адвокатом Безруковых вполне ожидаемо находился Виктор Александрович.

Глава полиции Петергофа ёрзал на месте, чувствуя себя неуютно. Неудивительно. Пусть он и не нарушает напрямую контракт со мной, но идёт против меня, и одного этого достаточно, чтобы чувствовать неудобство. Именно так работает наш контракт, и его будут ждать ещё более серьёзные последствия, просто он этого пока не понимает.

– Также имеется встречный иск со стороны Артура Тёмного, подданного Британской короны, к Леониду Безрукову, подданному Российской империи, с обвинением в покушении на убийство господина Тёмного и его слуги Елены Сандерс.

Да, я решил тоже выставить встречный иск. Более не имело смысла быть хорошим. Я хочу разыграть все карты и получить всю возможную выгоду. Безруковы виноваты сами, что всё пришло к этому.

– Сторона обвинения, представители рода Безруковых, прошу, начинайте! – дал отмашку судья.

– Благодарю, уважаемый суд, – голос адвоката Безруковых потёк медовым ручейком, лаская слух. – Сегодня я хочу доказать, что присутствующий здесь господин Тёмный преднамеренно и жестоко убил слугу графа Леонида Безрукова. Я не буду говорить много, ибо в данном случае факты и доказательства говорят сами за себя. Существует довольно популярное в сети видео: «Британский ворон против русского орла», часть которого я попрошу воспроизвести, уважаемый искин…

Лёгкий жест рукой и на одной из стен зала появился экран, на котором проигрывался фрагмент из видео. Чётко выверенный фрагмент, когда я метнул перо ‒ без части, где наблюдается Безруков. Собственно, сам полёт снаряда. И попадание в горло слуги. Немного обрезанное, чтобы не демонстрировать Елену в нижней части экрана и нож в руках бойца, готовый вскрыть горло девушки.

Очень удобно.

– Также предоставлены документы от патологоанатома о причинах и времени смерти, что полностью соответствует продемонстрированному в видео, – продолжал своё победоносное выступление адвокат. – В связи с тем, что убийство произведено с особой циничностью ‒ на камеру и при свидетелях, которых при необходимости можно призвать в зал суда, прошу назначить Тёмному максимально возможный срок ‒ семь лет заключения! Или принимая во внимание подданство господина Тёмного, его высылку из страны и выплату виры в размере двадцати тысяч рублей!

По существу. Но главное ‒ кратко. Адвокат предоставил неопровержимую доказательную базу, без лишних эмоций. Но при этом не сказал ничего лишнего, оставлено место для манёвра, ибо понимал: доказательная база могла сработать только в единственном случае ‒ если бы я погиб в аномальной зоне и некому было выступить против. Ему-то наверняка предоставили все данные и теперь мужчине приходится выкручиваться, чтобы не получить неудобные вопросы и быстрее закрыть слишком шаткое дело.

– Сторона защиты, вам слово, – судья дал мне слово, согласно регламенту.

– Мой оппонент выдвинул серьёзные обвинения. И с частью из них я, к сожалению, не могу спорить. Я должен сделать признание: я и в самом деле убил слугу рода Безруковых!

Я бы сказал, что толпа в шоке ахнула, вот только присяжные ‒ лишь безмолвные тени. Да и те, кто имелся ‒ прожжённые циники, для которых убийство ‒ такая же обыденность, как кофе по утрам. Потому своим признанием я соблюдал формальность: признание вины ‒ уменьшение наказания.

Адвокат у Безруковых явно из дорогих. Профессионал. Не зря дело выстраивается не вокруг Леонида, а вокруг его мёртвого слуги.

Труп есть? Есть. Тут не поспоришь.

То, что я его убиваю, видно из видео? Чётко и ясно. И если я поставлю под сомнение этот момент, то тем самым усомнюсь и во всём видео. А видео мне ещё нужно.

– Однако я протестую против формулировок «преднамеренно» и «жестоко». Данное убийство совершено в рамках самозащиты, – вынес я формулировку, что должна в идеале полностью снять с меня всю тяжесть ответственности. – Для подтверждения своей позиции, прошу продемонстрировать видео «Британский ворон против русского орла». Вот только не фрагмент, вырванный из контекста. Прошу уважаемого искина воспроизвести полную запись!

И началось воспроизведение с самого начала, с момента как я переступил порог «Арены». И параллельно с тем, как на экране разворачивалось видео, я продолжал держать речь:

– Как вы можете наблюдать, моё взаимодействие с графом Леонидом Безруковым… и его слугами, произошло не по моей инициативе, а только и лишь по причине возникновения опасности моей слуге Елене Сандерс. О чём ранее было сообщено в полицию Петергофа.