Читать книгу: «Бастион Леонида»

Бастион Леонида.

                                                      Марку.

БТР выплюнул в серое летнее небо клок сизого дыма, вильнул с дороги в лесопосадку, хрюкнул движком и затих. Младший сержант Леонид, сапер, позывной – Браво, отпустил скобу позади башенки, за которую держался. Несколько секунд он внимательно изучал небо в поисках вражеских дронов. Солнце стояло высоко и должно было скоро рассеять хмарь.

Вроде пусто.

Браво заправил под каску потный рыжий чуб, глянул вперед. Пухляш что-то тихо говорил мехводу Джеки в открытый люк. Джеки высунулся и, зло оскалившись, оглядел дубок, под кроной которого припарковал «бэтэр». Из люка башенки выглянул Змей и вопросительно покосился на Пухляша. Тени на тощих щеках Змея недовольно вытянулись. Змей – лейтенант, Пухляш – старший прапорщик, но группу на задачу вел именно Пухляш.

УР-77 «Змей Горыныч» объехала БТР, заглушив разговор лейтенанта и прапорщика. Те проводили «урку» долгим взглядом.

Но саперы, Браво и его напарник Фугас, продолжали вертеть головами, высматривали в небе украинские коптеры.

Мехвод «урки» Фил завел свою невысокую машину разминирования под упавшую лещину. Июньской листвы укрыть «урку» хватило.

Едва двигатель второй машины умолк, Пухляш пожевал губами, дернул толстым подбородком в сторону дороги и обратился сразу ко всем:

– Поживимся!?

Браво взглянул на часы – 14.30, до сумерек время есть, и первым спрыгнул с брони. Фугас последовал за ним и оказался невысоким, щуплым, пожилым бойцом, на голову ниже напарника.

Змей, Джеки и Пухляш спрыгнули с бронетранспортера с другой стороны.

– А? – спросил Фугас.

– Старый укроповский опорник, – объяснил Браво.

Опорник тянулся метров на двести в лесопосадке под прямым углом к дороге и той посадке, где укрылись обе машины. Браво и Фугас первыми перешли через дорогу.

– Ты чего нос повесил, – Браво не спрашивал Фугаса, он делал замечание.

Едва достававший до его плеча Фугас взглянул на молодого товарища исподлобья и с недоумением:

– Нас как учили? Разбиться по секторам и смотреть под ноги! Мы ж саперы!?

Ветерану обеих чеченских Фугасу шел 61 год, но на украинскую войну он попал впервые, потому внимательно слушал Браво, набирался опыта.

– Теперь главный враг – не мины, а беспилотники, – с серьезным видом заявил Браво, – двадцать процентов времени смотришь под ноги, восемьдесят процентов – в небо!

Они синхронно шмыгнули носами и одинаково поморщились. От бывшей позиции хохлов веяло тяжелым трупным запахом.

Браво и Фугас остановились, обернулись – Пухляш, Джеки и Змей переходили дорогу. Фил и Манчестер – экипаж «урки» – остались с машинами.

– Разделимся! Лёнчик! – Пухляш указал Браво стволом автомата в дальний конец искореженной артиллерией лесопосадки.

Браво скривился от фамильярности и ускорился.

– Что-то не так? – от Фугаса не ускользнула гримаса товарища.

– Я ему не Лёнчик, я – Леонид.

– Как Брежнев?

– Как спартанский царь, – Браво понизил голос.

– Ладно-ладно! Шучу! Помню! – Фугас развеселился. – Царь Леонид. Древняя Греция. Фермопилы, персы и все такое. В школе, чай, обучены.

Трупов, конечно, не как на картине Васнецова, но … много. Разбросанные в беспорядке, в тех позах, где их настигла смерть, изломанные большими калибрами тела и побуревшие от времени лица казались обожженными. Хотя? Такое вполне могло быть.

– Понял теперь, почему наши не стали тут закрепляться? – спросил Браво.

Фугас стиснул зубы и не ответил.

До основной линии нашей обороны было метров 800, а до «нуля» около двух километров.

Ну и вонь! Тысячи мух кружились над разбитым опорником и жужжанием могли заглушить любой коптер.

Вонь! Привыкнуть к ней невозможно. Браво разглядел темную складку входа в блиндаж и направился туда. Опорник разрушили еще весной, но жизнь брала свое – переломанные деревья пустили листву и, как могли, норовили укрыть погибших.

– Лёнь! Так-то ж наш? – чуть не споткнулся о тело Фугас.

На локте мертвеца краснела грязная повязка.

– Ну да, наш, – равнодушно согласился Браво, – опорник заняли «зетовцы», а потом хохлы размотали их артой.

– Разве ж не люди? – Фугас проглотил замечание о необходимости похоронить.

Браво не ответил. Они осмотрели вход в оплывший блиндаж, мин не обнаружили, Фугас полез внутрь. Браво остался снаружи.

Фугас вынес из блиндажа коробку сникерсов и улыбнулся, демонстрируя плохие зубы. С коробки соскользнули в песок несколько пожухлых открыток с надписями на английском. Фугас посторонился, Браво наклонился и пошарил стволом автомата в темной щели, вырытой в стенке окопа. Ствол зацепился за что-то мягкое – начатая упаковка зеленых натовских носков.

– О! Как раз мой размер! – обрадовался Браво.

Первая мина ударила в 80 метрах от них. Фугас упал на дно траншеи, а Браво помедлил. Уж больно далеко легла мина для пристрелянной позиции. Мухи исчезли, но жужжание в небе не прекратилось, это летал мавик-корректировщик. Проглядели!

Пухляш бежал по дороге к БТР, бежал тупо – не петляя. «Пугливый алкаш» по-своему расшифровал позывной прапорщика Браво и поморщился – он слышал вторую мину, снова «не наша».

Мина легла в старую воронку на краю лесопосадки и вынесла в воздух двухметровое бревно. Бревно, кувыркаясь, вылетело на дорогу и сшибло с ног прапорщика. Ни Джеки, ни Змей ошибку перепуганного командира не повторили. Браво нырнул на дно траншеи и начал считать мины.

Восьмая мина легла ближе всех, разнесла старый труп, и чудовищная вонь усилилась. Браво все-таки вырвало. Не могу я к этому привыкнуть! Он высунулся из окопа и увидел белое лицо Фугаса. Дым от разрывов мин еще стелился полосой 20 на 30 метров, но обстрел прекратился.

Браво взглянул на часы. Прошло 40 минут. Мухи возвращались, а вот мавика над лесопосадкой слышно не было. Видимо, ушел на перезарядку.

Браво потянулся, расправил плечи… и ощутил чей-то взгляд. Чужой взгляд. Он перенес автомат на грудь, Фугас встал рядом и сделал тоже самое.

– Вон он! – Фугас указал в дальний конец опорника.

Сморщенное, черное от загара лицо незнакомца и… камуфляж с квадратным пикселем. НАТОвский камуфляж! Хохол? Здесь? В двух километрах от «нуля»? Один?

Браво положил руку на ствол автомата Фугаса, напарник готов был стрелять.

– Мужики, курить есть? – голос из окопа с еле уловимым акцентом.

– Ты кто, человек? – спросил Браво.

– Горловские мы.

– Ополченец значит?

– Угу!

– А куртка?..

– Здесь нашел.

– Фартовый ты, – ухмыльнулся Фугас, – я чуть было не пальнул. На! Кури!

Он бросил пачку сигарет ополченцу, тот поймал ее на лету.

Браво направился вдоль посадки назад и, едва он увидел лицо лейтенанта Змея, мелькнувшее в листве, услышал в небе треск. Ничего крикнуть Фугасу Браво не успел, рухнул на землю. «Три топора». Но разрыва не последовало.

Друг за другом последовали пять прилетов, и ни одного разрыва.

– Что за? – у Браво проснулся интерес профессионального сапера.

Вспоминая, какие мины могут дистанционно разбрасывать американские гаубицы, он поднялся и двинулся в сторону БТР. Его бегом обогнал Змей.

– Нас от техники отсекают! Машины отжать хотят! – крикнул лейтенант.