Читать книгу: «Гаэль Норд должен умереть»

Пролог

В переполненном людьми зале слышалось тревожное шушуканье. По напряжённым лицам скользили неровные блики от светильников, падавшие с потолка.

Щурясь от ярких пятен, кто-то всё же решался поднять глаза. Правда, вместо воодушевления приходил страх, скребущий ногтями по хребту. Путь, пройденный до этого, казался сложным, но то, что ждало впереди…

На помост поднялся мужчина. Пятна света больше не доставляли неудобств. Всем хотелось лично увидеть человека, чья слава шла впереди него. Стоящие позади начали вытягивать шеи, чтобы взглянуть на великого палариуса.

Парадный мундир сидел на нём безупречно. Но половину лица пересекал глубокий шрам, отчего мужчина выглядел устрашающим.

Когда он добрался до трибуны и положил руки на деревянные края, в зале повисло молчание.

Медленно обводя взглядом собравшихся, он втянул больше воздуха в лёгкие. Казалось, он смотрел в душу каждого, проверяя их решимость и готовность отдать всё ради Империи.

— Приветствую каждого санда!

На лицах только что выпустившихся расплылись улыбки. Они были достойнейшими из всех, и каждый внутри знал это.

— Вы не просто стоите здесь, чтобы служить. С этого момента ваше сердце принадлежит не только вам, но и нашей великой Империи — народу, землям и грядущим дням.

От услышанного сердца собравшихся забились чаще. Это был момент, ради которого они упорно учились, развивали потенциал и доказывали, что их старания не были напрасны.

— Вы не только защищаете, вы являетесь гордостью и нерушимой силой Юртаса. И помните: живые всегда побеждают. Всегда.

Палариус закончил речь и кивнул, позволяя залу разразиться аплодисментами. От шума в висках затрещало, но он не отвернулся, зная, что этот момент так ценен для них.

Вера — единственное, что он мог дать им сегодня. Завтра кто-то уже мог не вернуться к родным и близким. Пусть в этот час гордятся и верят его словам. Пусть лживым и пустым…

— Сейчас состоится распределение, вас приставят к арканам и назначат в отряды к скиариям. — Палариус махнул рукой, и на сцену один за другим вышли арканы.

Всего семь человек, но они заняли всё пространство на помосте. Взгляды только что выпустившихся сандов метались от одного лица к другому.

Арканы, представляющие разные подразделения, встали плечом к плечу. Пять мужчин и две женщины смотрели перед собой с гордо поднятыми головами.

По виду сложно было понять, о чём они думали, но в глазах отчётливо виднелся тот самый огонь, за которым хотелось идти, несмотря ни на что.

На фоне остальных явно выделялись две фигуры — арканы особого назначения: Мориуса и Сагариуса.

Мориусом руководил Астер — молчаливый мужчина средних лет с тёмными волосами, собранными в низкий хвост. В его подчинении находился засекреченный отряд.

Санды знали, что туда не так просто попасть, поэтому многие даже не надеялись. Поговаривали, что миссии отрядов Мориуса были очень важны для Юртаса. Но чем они конкретно занимались, оставалось только гадать.

Подразделением шпионов управляла Хэтра — высокая брюнетка с короткой стрижкой. На её губах играла безмятежная улыбка. Известная острым умом и быстрой реакцией, она руководила Сагариусом. Санды этих отрядов проникали в самые тайные уголки, чтобы добывать важные сведения для Юртаса.

Остальные пять арканов были распределены между подразделениями общей армии: на плечах одних лежала подготовка солдат, на других — формирование личного состава имперской стражи, на третьих — участие в боевых миссиях.

Каждый являлся частью слаженной системы, работающей как часовой механизм.

В руки арканов легли папки со списками новых бойцов. Кому-то из них повезло больше, кому-то — меньше, а кому-то вообще не стоило ждать ничего хорошего.

Астер скосился на молодую женщину и нахмурился. Офицер малого подразделения стояла сбоку от постамента с остальными скиариями.

— А это же… — шепнул молодой санд, проследив за взглядом Мориуса и обращаясь к товарищу.

Парни повернулись к светловолосой девушке. Её карие глаза смотрели в одну точку, казалось, даже не моргая.

— Рейна Редж, — послышался тихий ответ сбоку. — Была скиарием в отряде бывшего аркана Мориуса...

— Того самого?!

— Его звали Гаэль Норд.

По спине стоящих новобранцев пробежали мурашки. Глядя на девушку, не возникало мысли о тяжёлой судьбе и смертях.

— Не хотел бы я к ней в отряд… — пробормотал другой, но тут же замолчал, поймав холодный взгляд Рейны.

С такого расстояния она не могла слышать перешёптываний, но тем не менее смотрела прямо на парнишку, который сглотнул вязкую слюну.

Скиарий Мориуса стояла, сложив руки за спиной. Всё происходящее мало её волновало, но приказ заставил подчиниться и прийти на смотрины новых сандов.

Она ждала, что в глубине души проснётся сочувствие к этим бойцам, не подозревающим, что они станут пушечным мясом на поле боя, но ничего не дрогнуло.

Палариус взял списки и принялся распределять новобранцев по отрядам. Когда очередь дошла до Рейны, она всмотрелась в толпу, изучая эмоции тех, кто станет служить под её началом.

Кто-то сухо кивал, кто-то улыбался. Но знали ли они, что она не имела ни малейшего права брать на себя ответственность за них?

Ведь она уже давно не была способна взять ответственность даже за себя.

Глава 1

Рейна

Кабинет палариуса Рихтера Сторна пылал от величия и военной выправки его хозяина.

— Садись, скиарий Редж, — кивнул мужчина, позволяя занять кресло напротив.

Без промедления я уселась и уставилась на Сторна, ожидая. Суровое лицо с длинным шрамом привлекло внимание, как и каждый раз. В отличие от остальных бойцов на службе Империи, Рихтер оставался единственным, кто не скрывал боевые шрамы.

Я думала, что правила существовали для всех, но оказалось, что это было не так.

Он переместил папку на край стола, показывая, что не готов сразу перейти к делу. Для меня не было неожиданностью, что именно Рихтер решил передать досье. Астер старался лишний раз не обращаться ко мне, давным-давно списав со счетов.

Если бы не палариус, стоящий выше по званию, кто знает, в какой канаве я сейчас могла бы валяться.

— Как ты, Рейна? — по-отцовски мягко спросил он.

Я прекрасно понимала, о чём спрашивал Сторн, но просто дёрнула плечом. Такая опека надо мной скорее раздражала, чем радовала, но противиться воле верховного главнокомандующего стал бы только глупец.

— Получил твои анализы. Рад, что ты чиста. Сама понимаешь, отдавать командование кому-то с алкогольной зависимостью — выстрелить себе в висок.

Палариус замялся, подбирая слова, но что бы он ни произнёс, это всё равно окажется лишним.

— Надеюсь, ты понимаешь всю серьёзность, Рейна…

— Я понимаю, какая обязанность легла на меня, — перебила я и сжала руки в кулаки.

Сторн кивнул, но поджал губы.

— Итак, — Рихтер потянулся к папке, в которой хранились файлы моего отряда. — Тебе достались двенадцать прекрасных сандов, чьи способности просто поражают. Рекомендую присмотреться к Бьёрну и Накхар — крайне талантливые экземпляры. Первый боец без магического потенциала, но очень перспективный парнишка, а вторая лучшая студентка академии, которую забрали на втором курсе...

Имена не отложились в голове, но этого и не требовалось. Привязываться к сандам — верная дорога на дно бутылки, где я и без того провела последние годы жизни.

— Миссия? — не стерпев, вновь перебила я, понимая, что у меня нет такого права.

Рихтер хмуро посмотрел на меня, оттягивая момент. Будь на моём месте кто-то другой, Сторн вряд ли стал терпеть такое неповиновение, но со мной он лишь раздул ноздри в знак недовольства.

— Вы отправляетесь в земли Лостена. Разведка засекла активность… — он запнулся и придвинулся ближе. — Всплеск, как тогда…

Я понимала, о чём идёт речь и куда клонит палариус. Подобный всплеск случился два года назад, когда отряд под руководством Гаэля Норда выполнял миссию. В тот раз в Империю вернулась лишь я.

Хотя «вернулась» — это громко сказано, скорее открыла глаза уже за стенами, не помня, как очутилась в госпитале.

— Ты должна разобраться с тем, что случилось.

Я нехотя кивнула, хотя внутри всё протестовало. Тогда мы тоже думали, что это наш шанс. Нам говорили то же, что и всем: «Вы спасёте Империю». Первое время я верила, а потом поняла, что слова не останавливают смерть.

Мы надеялись, что разорвём круг боли и смерти, длившийся уже сорок лет. Но мы были молоды, упрямы и слишком самонадеянны. Никто не думал, что этот круг разорвёт нас самих.

— Я знаю, что прошлое тяготит тебя, — добавил Сторн.

Слова палариуса заставили вспомнить детали, которые я пыталась забыть. Лица, улыбки и глупые шутки. Мы смеялись, что вернёмся героями и впишем свои имена в историю. Теперь эти имена были выбиты на могильных камнях рядом с теми, кто отдал жизнь во имя службы.

Раскрыв папку, я сделала вид, что погружена в изучение потенциала сандов. Строчки расползались, а вот мысли метались из стороны в сторону.

Империя утверждала, что во всём виноват маг скверны. Человек, сломленный горем, потерял кого-то дорогого и, не справившись с утратой, вернул его из мёртвых.

По официальной версии именно тогда началось бедствие, охватившее Юртас. Мракхи восставали из могил, будто что-то тянуло их обратно в мир живых. Империя долго не могла взять ситуацию под контроль. Нападения на поселения и города стали частью жизни, превращая её в борьбу за выживание.

Из-за восстания трупов было решено изменить армию. Были введены первые разведывательные войска. Сагариус занимался новыми очагами скверны, отслеживал передвижение мракхи и возвращался с полезными сведениями.

Отряды Мориуса искали останки того самого некроманта. Говорили, что его кости могли быть источником проклятия и по сей день.

Но одной охоты за причиной было недостаточно.

Пока мы искали способ остановить бедствие, остальные удерживали Империю от гибели. Фортиус строил укрепления и превращал местность в единую линию обороны. Регариус перебрасывал гарнизоны туда, где положение становилось критическим. Урбаниус защищал ближайшие к очагам поселения, не позволяя мракхи прорваться за стены. Валиус первым встречал опасность на дальних рубежах, а Империус оставался в столице, охраняя императорскую семью.

— Слушаюсь, палариус! — Поднявшись с места, я собиралась выходить, но Рихтер окликнул меня у дверей.

— Редж, — осторожно начал Сторн. — Он хотел, чтобы ты выжила. Не спеши умереть раньше положенного.

Мне не оставалось ничего иного, как кивнуть и покинуть кабинет, чьи стены давили так же сильно, как вся жизнь в последние два года…

✠ ✠ ✠

Когда я вошла в квартиру, меня встретила привычная тишина. Раньше всё было иначе…

Жалования сандов хватало для комфортной жизни, но многие предпочитали общежития. Там было тесно, но рядом всегда находились люди, с которыми можно было разделить одиночество. В какой-то степени каждый из сандов был по-своему сломан и нуждался в поддержке. И кто, как не такой же боец, мог понять это чувство?

После академии я жила с другими сандами в общежитии, но после инцидента пришлось переехать в подаренную матерью квартиру.

Мне было проще отделиться и спрятаться. Здесь я могла быть собой, избегая взглядов, полных страха и осуждения.

Расстегнув золотые пуговицы мундира, я сбросила его на пол. Изящно вышитая буква «М» напоминала о величии, но что она могла сделать, валяясь на паркете?

Санды чтили униформу, не решаясь показаться на публике в неопрятном или невычищенном одеянии. Но со временем уважение к таким незначительным традициям меркло.

Сколько бы на нас ни цепляли деталей лоска, это не скроет шрамы, особенно те, что глубже, под самой кожей.

Подхватив папку, я прошла на кухню. Взгляд против воли скользнул на бутылки в прозрачном шкафу.

Доктор рекомендовал избавиться от источников искушения, но я считала, что настоящая слабость — избегать желаний. Я предпочитала смотреть на свою слабость, напоминая, что мне до сих пор хватало сил не сорваться.

Наполнив стакан водой из-под крана, я отодвинула стул и раскрыла папку.

Пальцы потянулись к пачке сигарет на столе. Без промедления я вытащила одну, щёлкнула зажигалкой и прикурила. Густой дым вырвался изо рта, а мелкий пепел упал прямо на досье отряда.

Пробегая глазами по строчкам, я видела лишь сухие цифры, достижения, потенциал и ничего более.

«Отряд под командованием Рейны Редж, состоящий из двенадцати исключительных бойцов. Состав отряда:

Шесть солдат без магического потенциала. Два разведчика. Два мага-истребителя. Маг поддержки. Маг преобразователь…»

Каждый из них был выдающимся по-своему. Но самое главное: они были живыми. Пока что.

Сторн не соврал, говоря, что мне достались лучшие кадры, но иначе и быть не могло. Отряды Мориуса выбирались за пределы Юртаса на сложные миссии, а потому простые маги не могли даже мечтать о том, чтобы попасть сюда. Солдат без потенциала тоже брали, но, как правило, в качестве помощников — за руль, пулемёты и турели.

«Бросай курить!» — послышался до боли знакомый голос.

— Ой, да пошёл ты… — затягиваясь в очередной раз, выдохнула я.

«Я бы и с радостью, но я в твоей голове.»

Смахнув бумаги на край стола, я легла на столешницу, прикрыв глаза.

Да, ты в моей голове, в единственном месте, где ты остался живым…

Размышления прервал звонок на домашний телефон. Мысленно выругавшись, я понимала, что теперь отключать его нельзя. Служба обязывала быть на связи — хочу я этого или нет.

Затушив сигарету, я прошла к телефону и сняла трубку.

— Рейна! — возмущение матери заставило замереть. — Я тебе с самого утра звоню, где ты пропадаешь…

— И тебе привет, мам.

— Ты снова в запое? — обеспокоенно спросила она.

Вряд ли человеку с зависимостью помогут нравоучения, но Кладин Редж это не останавливало. Ей казалось, что чем больше она будет напоминать о вреде пагубной привычки, тем лучше для нас обеих. По мнению матери, я должна быть благодарна и счастлива, что мне удалось выжить.

— Была на посвящении, — честно ответила я. — Мне дали отряд в подчинение, скоро выдвигаемся.

— Зачем?! — взвизгнула она, но тут же замолчала, переваривая услышанное. — Только не говори, что возвращаешься на службу…

— Хорошо, не скажу. — Я пожала плечами и уже собиралась класть трубку, как мама снова заговорила.

— Рейна, твой отец не хотел бы смерти единственного ребёнка!

— Слишком поздно, мам. Его решение перестало иметь значение, когда он отправил меня в академию. Жизнь санда принадлежит Империи, и ты это прекрасно знаешь.

На том конце повисла тревожная пауза. Я не держала зла на родителей за их выбор, сделанный давно. Как бы мне ни хотелось переложить ответственность за собственную жизнь на других, я не могла лицемерить. Каждый поступок в прошлом привёл меня к этой точке и к этой обязанности.

— Палариус Сторн мог бы распределить тебя куда-нибудь, где спокойнее…

Рихтер и сам не раз предлагал такой вариант, но любой разговор об этом приводил меня в бар, где я могла забыться. Напиваться мне нравилось куда больше, чем отсиживаться за стенами защищённого города.

Я прошла путь длиной в два года, полный страданий, самобичевания, алкогольной зависимости, сессий с магом, способным поправить мозги после случившегося. Увы, всё это оказалось бесполезным.

— Мама, всё будет хорошо.

Я врала, но, кроме этого, у меня не было ничего. Конечно, я знала, что «хорошо» не будет, но пусть хоть кто-то верит.

— Рейна, пожалуйста, приезжай домой, — обречённо выдохнула Кладин.

Последняя попытка повлиять на меня с треском провалилась. Дом давно перестал быть той уютной крепостью, какой был когда-то.

— Вешаю трубку, — предупредила я перед тем, как оборвать разговор.

Глава 2

Если бы этот чёртов день закончился спокойно, без происшествий и звонков, я, возможно, даже уверовала бы во Всевышнего. Но после звонка матери ко мне завалился Дрейсар Элбрайт.

«Повезло» столкнуться с ним на посвящении новобранцев, хотя это было ожидаемо. Скиарии отрядов обязаны были присутствовать, избежать этого было невозможно. На построении я заметила, как он пялится, но старалась игнорировать это.

Я уже прокляла тот день, когда связалась с ним. Элбрайту показалось, что я питаю симпатию, а на деле мне хотелось хотя бы ненадолго заполнить пустоту внутри.

— Мои поздравления, Рейни!

Мужчина без разрешения разулся и прошёл в зал, усаживаясь на диван с видом довольного кота.

— Благодарю, Элбрайт. Чем обязана?

Дурой я никогда не была, поэтому прекрасно понимала, чего хотел скиарий. Похоже, я привлекала его ещё во время обучения в академии, но тогда ухаживания меня не волновали. Не то чтобы сейчас ситуация изменилась.

Элбрайт расстегнул пуговицы мундира и небрежно бросил его на спинку. На симпатичном лице заиграла улыбка, явившая ямочки на щеках. Голубые глаза с вызовом смотрели на меня.

Дрейсар всегда привлекал девушек-сандов, пытавшихся завладеть его вниманием. Высокий, темноволосый, с пронзительным взглядом и притягательной улыбкой, он оставался крепостью, которую не так-то просто было покорить.

Но после выпуска все быстро поняли, что жизнь коротка, и кому, как не нам, довольствоваться тем, что другие считают безрассудным.

Всё-таки хорошо, что он пришёл. Завтра я отправлюсь на задание, и кто знает, чем закончится эта история. Насладиться радостями человеческой жизни было не так-то плохо. Особенно теперь, когда алкоголь стал запретным плодом.

— Соскучился и пришёл поговорить, — ухмыляясь, ответил Дрейс.

Осторожными шагами я подошла к дивану и опустилась на мужчину. Напряжение в теле медленно уступало место другому состоянию, обволакивающему и обжигающему, но вместе с тем странно успокаивающему.

Белая ткань смялась, когда мои ладони скользнули по его груди. Пальцы потянулись к пуговицам, медленно расстёгивая.

— Хотел поймать тебя после посвящения, но ты так быстро ушла, что пришлось наведаться в гости.

Стоило мне слегка оцарапать кожу, как его взгляд потемнел. Мужские руки прошлись вдоль моих рёбер, мягко обхватив талию.

Ладони поползли вверх к широким плечам. Мне нравилось изучать Элбрайта. В такие моменты в голове не оставалось ничего лишнего. Под подушечками чувствовались выпуклые шрамы разных размеров, полученные в боях.

На моём теле тоже когда-то были отметины испытаний, через которые пришлось пройти. Шрамы запрещалось оставлять на тех местах, которые оставались открытыми: лице, шее и кистях рук.

Последняя миссия два года назад обезобразила моё лицо, шею, грудь и руку. Я узнала об этом, когда очнулась и прошла в душ, где висело зеркало. Позже мне сказали, что почти тридцать процентов тела было в ожогах.

Пока я была без сознания, лекари стёрли все следы с тела, оставив на месте слегка порозовевшую кожу. Им требовалось залечить ранения на видимых местах, но мать настояла, чтобы они убрали уродливые следы отовсюду. Наверняка, она наивно думала, что я никогда не вернусь на службу.

— О чём ты думаешь, Рейни? — тихо спросил скиарий, обхватив моё лицо.

— Ты хотел когда-нибудь избавиться от шрамов? — я переместила руки на грудь, где виднелся рваный рубец, и скользнула по выделяющейся поверхности.

— Зачем? Если бы не запрет, я бы оставил даже те, что на лице. Тебя… это как-то беспокоит?

— Конечно, нет, — я улыбнулась, расстёгивая свою рубашку и небрежно бросая её на пол.

Дрейс уставился на мою грудь, скрытую спортивным топом. От его взгляда внутри всегда откликалась предвкушающая тяжесть. Я предполагала, что этого больше не повторится, а потому сейчас хотела его, как никогда раньше.

Не дожидаясь разрешения, Элбрайт отодвинул ткань топа и припал губами к соску. Рукой он сжимал другую грудь, надавливая на навершие пальцами. Я прикусила губу, чтобы сдержать стон.

Он знал, что делает, и каждая ласка отбрасывала меня всё дальше от реальности, в которой ждали долг и опасность. Поцелуй обжёг шею, заставляя закрыть глаза и откинуть голову.

Я понимала, что утром посмотрю на себя с тем же отвращением, которое не отпускало последние два года.

Но сейчас… сейчас это не имело значения.

Я мягко оттолкнула Элбрайта, вдавливая мужское тело в диван. Его дыхание смешивалось с моим, а руки становились настойчивее, будто он тоже искал что-то в этом мгновении: утешения, понимания или избавления от собственных демонов.

Как бы я ни старалась избежать поцелуев, Дрейс в этом вопросе придерживался своего мнения. Сжав мои скулы, он нагло втолкнул свой язык мне в рот.

Я сопротивлялась, но недолго. Всё, что имело значение, — настойчивость мужского тела, поцелуи и уверенные касания, которые разрывали изнутри, заставляя почувствовать себя живой.

Язык Дрейса толкался в мой рот с нажимом и каким-то голодом, будто он сам осознавал, что этот раз может стать последним. Я отвечала с таким же рвением, то кусая его нижнюю губу, то нежно проводя по ней кончиком языка и сглаживая лёгкую боль.

Оторвавшись, Элбрайт удивлённо посмотрел на меня. Очевидно, та жадность, с которой я тянулась к нему, была неожиданной.

— Что? — поинтересовалась я, не сдерживая ухмылку.

— Ничего, продолжай. — Дрейс явно был доволен моей инициативой.

Внизу живота уже пульсировало от желания.

Устав от прелюдий, я быстро освободилась от брюк и белья, наблюдая, как скиарий занимался тем же. Натренированное тело шпиона выглядело идеально.

Хотелось изучать его подушечками пальцев и губами. Хотелось дотронуться до каждого шрама, рассказывающего его историю куда больше, чем слова.

Не сговариваясь, мы переместились в спальню. Вообще нас устраивали любые поверхности и даже стены, но на кровати заниматься сексом было намного приятнее.

Дрейсар был внимательным и осторожным, но не настолько, чтобы сдерживаться. Уложив меня на матрас, он возвысился и долго смотрел прямо в глаза. Говорить не хотелось, поэтому я просто притянула его, снова целуя и показывая, что готова.

Спускаясь ниже, он уделял особое внимание точкам, которые успел запомнить. Тот факт, что Элбрайт знал обо мне такие детали, перестал раздражать после второго раза.

Тепло его дыхания пробегало по коже, вызывая во мне едва заметную дрожь. Дрейс ловил каждое моё непроизвольное движение, будто собирая из них картину, понятную ему одному.

Первым делом скиарий довёл меня до оргазма языком, делая это крайне умело. Пока я сжимала простыни и изгибалась, он ловил мой взгляд. Уверенность, с которой он смотрел, лишила меня здравого смысла. Но не лишала дрожи удовольствия, расползающейся по телу.

Всё-таки я ошибалась, думая, что зря связалась с ним. Элбрайт был настоящей находкой. Отлично сложен, молчалив и крайне искусен в вопросах доведения до оргазма. Да, здесь он тоже был отличником, как и в академии, где мы учились.

Подхватив, он рывком усадил меня на член, заставляя чувствовать всю глубину и давление. Стараясь растянуть момент, будто только в нём оставался какой-то смысл, я двигалась медленно, царапая его плечи и тихо постанывая.

— Ты можешь не глазеть вот так? — спросила я, в который раз столкнувшись с яркими глазами.

— Как?

— Ты отвлекаешь, — заметила я, откинув голову назад, позволяя его губам вызывать мурашки.

— М-м-м… — будто издеваясь, Элбрайт снял меня и улыбнулся. — Ну, раз отвлекаю.

Я не хотела, чтобы он останавливался, а потому разочарованно вздохнула, но ненадолго. Дрейсар уложил меня обратно на простыню, развёл ноги в стороны, подхватив под коленями, и задвигался быстрее. Не сдерживаясь, я застонала под ритмичными вколачиваниями.

— Смотри на меня, — потребовал он, и я подчинилась.

Скользнув между ног пальцами, он принялся поглаживать чувствительный бугорок, в который раз приближая меня к яркому оргазму.

Да-а-а, Элбрайт Дрейсар был хорош. Слишком хорош…

✠✠✠

Уходить Дрейсар не торопился, продолжая валяться в кровати. Он напоминал мне кота, который прибился по счастливой случайности и, ощутив тепло, никуда не спешил отчаливать.

— Ты знаешь, сколько раз мы спали? — внезапно спросил он, заставляя обернуться.

— Не веду учёт.

— Это был двенадцатый, — потянувшись, Элбрайт сел и принялся натягивать бельё и рубашку.

Заканчивая наши «встречи», ни он, ни я не пытались дать происходящему какое-то объяснение. По каким-то причинам я была необходима Дрейсу так же, как он был необходим мне.

Я не стала комментировать его подсчёты, закуталась в простыню и вышла на кухню, закуривая сигарету.

Вопрос заставил удивиться. Какая разница, сколько раз мы спали, если любой из них может оказаться последним?

Дрейс подкрался сзади, и я вздрогнула от неожиданности. Скиарий Сагариуса отлично владел магией подавления, оставаясь незамеченным.

— Настоящий шпион, — хмыкнула я, предлагая ему сигарету, но он мотнул головой.

— Прости, Рейни, не хотел напугать. — Элбрайт обвил меня рукой, прижимая к горячей груди, и уткнулся носом в макушку, вдыхая запах. — В общем, я пришёл по делу…

— Я заметила, — фыркнула я.

— Не по этому делу. Это был приятный бонус, — поглаживая мои волосы, ответил он.

Обычно Дрейсар не тратил время на разговоры, предпочитая, как и я, оставаться один, но в этот раз что-то определённо отличалось.

— Слушаю.

— В земли Лостена отправляются два отряда, Рейна. Разведка обнаружила сотни мракхи в округе… Мы только сегодня узнали об этом.

— Плохо. Двух отрядов может не хватить, — потерев переносицу, сказала я.

— Мой отряд на передовой, расчищает путь.

Услышанное заставило поморщиться. Одно дело отправляться на миссию, где обнаружена активность, но совершенно другое, когда на пути поджидали сотни мракхи.

Дрейсар поймал мой взгляд и улыбнулся, будто его не страшило будущее. Ага, как же. Я знала таких же наивных глупцов, улыбающихся, отправляясь на смерть.

«Вообще-то я здесь, Рей», — прозвучало в голове, заставляя поморщиться.

— Заткнись…

— Что? — скиарий нахмурился, а я мысленно отругала себя за несдержанность.

Голос Гаэля Норда преследовал меня с того самого дня, как я открыла глаза, узнав, что никто из моего отряда не вернулся в Юртас. Мозгоправ, обладающий магией исцеления душевных травм, оказался настолько туп, что не смог понять, что я страдаю не только от посттравматического синдрома, но и от того, что слышу его.

Со временем я научилась не обращать на это внимание, но порой это было выше моих сил.

— Ничего. Я пойду к Сторну, нельзя отправлять так мало людей. — Сменив тему, я надеялась, что Элбрайт не обратит внимание.

— Палариус в курсе дел, Рейна. Если отродья отправятся к стенам города, понадобится много сандов, поэтому никто не выделит больше бойцов.

Вкус горечи во рту напомнил о прошлом, о том дне, когда мы отправлялись на задание в поисках ответов...

Скиарий уловил перемену в моём настроении. Тепло рук коснулось плеч, обволакивая и унося часть напряжения, словно тяжёлый груз сползал вниз.

Дрейс, как и другие санды, не заслуживал смерти.

— Ты что, боишься за меня? Боишься за лучшего разведчика в Империи?

— Даже лучших смерть не обходит стороной, Элбрайт, — ответила я, замечая, как он скривился.

— Гаэль был лучшим, по-твоему? — не скрывая отвращения, процедил он. — Он мёртв, Рейни, а я здесь. С тобой…

«Врежь ему!»

Без промедления я влепила пощёчину мужчине, не ожидавшему такой реакции. Ладонь обожгло.

Дрейсар потёр скулу, но лицо не выражало злости, напротив. На губах скользнула мимолётная улыбка, а в глазах сверкнул огонёк.

— Если ты думаешь, что остановишь меня, напрасно, Рейни. Я ждал, и мне хватит терпения делать это дальше, поэтому не думай, что я так легко сдамся. — Дрейс развернулся и пошёл к выходу, но остановился в проёме, обернувшись. — Живые всегда побеждают, Рейна, всегда.

Скиарий ушёл, оставив меня в одиночестве размышлять над услышанным.

Я не собиралась отговаривать его, прекрасно понимая, что мы не в том положении, чтобы спорить. Но в голове так и не сложилось, чего ждал Дрейсар и ради чего не собирался сдаваться.

В любом случае, это были не мои заботы. Я прошла в коридор, чтобы закрыть дверь. Незваных гостей больше видеть не хотелось.

Пальцы коснулись холодной рукояти пистолета, висевшего в кобуре на крючке. Металл лёг в руку, заставляя ощутить вес.

«Магия — мощное оружие, но слишком капризное. Иногда на концентрацию просто нет времени. В такие моменты именно пистолет станет вашим главным товарищем…» — в памяти всплыли слова старого профессора из академии.

Я зажмурилась, стараясь не поддаваться эмоциям, но как бы ни хотелось убежать от прошлого, оно всегда возвращалось.

В моей жизни было мало людей, которые по-настоящему в меня верили. Большинство из них уже мертвы, но их наставления до сих пор звучали в голове.

«Твоя магия обостряет каждый нерв. Но магия — это интуиция, Редж, а пистолет — реальность. Если будешь помнить это, возможно, выживешь…»

Закрепив кобуру на поясе, я проверила, что всё было на месте.

В нашем мире не было места чистой магии или чистому металлу. Лишь вместе они позволяли выжить.

✠✠✠

Построение выдалось пафосным театром, где арканы отрядов давали свои напутствия. В ушах стучало, а ладони вспотели. За себя страшно не было, но ответственность, что мне доверили сандов, неумолимо давила на плечи.

Последние часы я только и делала, что повторяла себе, что никто не умрёт. Не в этот раз.

До скрежета в зубах хотелось выпить. Хотя бы каплю алкоголя. Сейчас я бы согласилась даже просто подержать стакан в руке.

«Тебе это не нужно», — слова Гаэля успокаивали, заставляя поверить, что я справлюсь.

— Скиарий Редж в курсе всех нюансов миссии, ваша задача — следовать приказам, санды! — Астер едва заметно поморщился, говоря это.

— Есть! — выкрикнули бойцы.

После смерти Гаэля Астер Лью занял его место, но Норд был незаменим. Прошлый аркан был лучшим во всём. Он не брезговал выбираться на задания вместе с новичками, лично вводя всех в курс дела. Зато Астер, пользуясь должностью, отсиживался за стенами Юртаса.

«Слабак», — пронеслось в голове, и впервые за утро я выдавила улыбку.

Даже дух прошлого был согласен с моими мыслями. В Империи будто не нашлось кандидатов поудачнее, чем червяк Астер.

— Выполняйте стандартное построение, замены только в случае непредвиденных обстоятельств. Отряд Сагариуса на передовой, держит связь и расчищает дорогу.

Я слушала вполуха, зацепившись за тусклый фонарь. Все напутствия и так были записаны на подкорке.

— Помните, что живые всегда побеждают, санды! — Хэтра широко улыбнулась.

Посмотрев на сияющее лицо женщины, я поморщилась. Аркан Сагариуса вызывала у меня странное противоречие. С одной стороны — уважение, а с другой — раздражение. Меня удивляло, как она могла улыбаться, понимая, что далеко не все санды вернутся с этой миссии.

«Надежда, Рей. Она нужна абсолютно всем, даже тебе».

Я сдержалась, чтобы не закатить глаза. Знал ли Гаэль, что моя надежда умерла вместе с ним?

Вряд ли.

На стоянке, освещённой тусклым светом фонарей, уже ждали шесть бронемашин. На дверях сбоку были высечены гравировки подразделений.

При виде этого пафоса внутри поднималось тихое отвращение. Будто было важно, под каким гербом мы едем, если через несколько часов от нас может не остаться ничего.

Но в этом и был смысл. По таким меткам понимали, какой отряд погиб и чьи имена вбивать в холодный камень на кладбище. Технику, в отличие от людей, находили почти всегда.

Чтобы не думать о плохом, я задержала взгляд на турелях. Эти угрюмые монстры не раз спасали в столкновениях с мракхи. Благодаря им получалось держать тварей на расстоянии, не позволяя им подойти к каравану вплотную.

Астер дал команду «вольно» сандам и окликнул меня, отойдя в сторону, где уже стояли Дрейс и Хэтра.

— Надеюсь, ты не налажаешь, Элбрайт, — хлопнув по плечу, шутливо сказала аркан Сагариуса.

Разведчик серьёзно кивнул. У меня промелькнула мысль, как бы Дрейс не выкинул чего-нибудь, но, к счастью, мужчина просто стоял, сложив руки за спиной.

«Ждала, что он будет стоять с плакатом «Я трахал Рейну?»», — засмеялся голос.

Хотелось треснуть себя по голове, но я лишь надавила на пульсирующие виски. Что-то сегодня Гаэль много болтал. Видимо, из-за того, что я слишком нервничала.

«Элбрайт будет болтать о тебе, Рей…»

Пришлось прикусить язык, чтобы не ляпнуть лишнего в присутствии двух арканов. Не хватало, чтобы меня сняли с командования и в очередной раз отправили к мозгоправу.

— Скиарии, вы отправляетесь на опасное задание, — начала Хэтра, переводя зелёные глаза с меня на Дрейса.

— У вас разные цели, но успех зависит от сплочённости, — добавил аркан Мориуса.

Я готова была поспорить, что на успех что-то влияло, но прерывать величественную речь, разумеется, не стала. Очевидно, дать нам напутствия было очень важно для поднятия настроения…

— Рейна, ты помнишь все детали? — Лью повернулся ко мне, сложив руки на груди.

Аркан даже не пытался скрыть, что моё присутствие здесь ничуть его не радует. Впрочем, переживания Астера меня совершенно не волновали.

— Естественно.

С момента поступления в отряд Мориуса мои планы оставались неизменными — найти источник, заставляющий мракхи оживать. У Империи была теория, что где-то погребены останки того самого мага. Кто-то считал, что если их уничтожить, то и мертвецы исчезнут.

Наивная теория, но пока ни у кого не получалось подтвердить или опровергнуть её. Потому отряды продолжали искать. И именно для обнаружения нужны были маги-скверны.

Скверна была под запретом в Империи. Но на отряды Мориуса это не распространялось. Не будь магов-скверны, кто знает, что бы стало с Юртасом.

Из всех видов магии во мне проснулась именно скверна… С того дня моя жизнь перевернулась.

Палариус называл нас «необходимым злом». Я не спорила, принимая свою роль. Мы видели то, чего не замечали другие, и это делало нас ценными. Увы, ценность не означала доверия.

А я так вообще с натяжкой могла отнести себя к ценным кадрам. Не после всего, что произошло. И всё же сейчас меня отправляли на новую миссию.

Я не разбиралась в приказах. Единственное, что было понятно — скверна меняла что-то во мне самой.

Наверное, поэтому после смерти Гаэля я слышала его в голове. Чем больше я соприкасалась с магией, тем необратимее становился процесс возвращения к обычной жизни.

Само собой, про такие вещи я не говорила никому, прекрасно понимая, что в таком случае меня ликвидировали бы на каком-нибудь задании, как это часто бывало с такими, как я. Маги-скверны не жили долго. Уверена, это была не просто случайность, а естественный процесс устранения опасных кадров.

— Дрейс, твой отряд готов, — Хэтра махнула рукой в сторону машин.

Разумеется, от взгляда женщины не ускользнуло, как Элбрайт пялился на меня.

— Слушаюсь, — скиарий кивнул, но направился прямо ко мне.

Арканы наблюдали за нами, даже не думая отвернуться или сделать вид, что заняты чем-то другим. Похоже, любопытство пересилило, заставляя их глазеть.

— Рейни, — Дрейс протянул мне рацию. — Это канал связи только для нас.

Наши пальцы соприкоснулись, и даже сквозь плотную ткань перчаток ко мне пробилось его тепло. Маг разведки развернулся, но я окликнула его, удивляясь своей смелости.

— Выживи, Дрейс!

Он обернулся и ухмыльнулся, и что-то в его лице стало откровенно самоуверенным.

— Если ты настаиваешь, — ответил скиарий и подмигнул.

Похоже, у всех здесь собравшихся настроение было куда лучше, чем у меня…

Глава 3

Сагариус отправился вперёд, а я всё слушала указания Астера. Он напоминал то, что я и так знала. Очевидно, аркан по-своему переживал, что я облажаюсь. Мне приходилось кивать на каждое его предостережение, но слова совершенно не трогали.

Я прекрасно понимала, каких результатов от меня ждут. И уж тем более не собиралась лезть на рожон. На мне лежала ответственность за новых бойцов. Для кого-то из них это была первая миссия. И тот факт, что на такое сложное задание отправляли новичков, наталкивал на мысль, что у Мориуса дела с сандами были плохи.

Тяжело вздохнув, я покосилась на свой отряд.

В академии бойцам устраивали экзамен с мракхи, но подготовка всё равно не могла сравниться с настоящим столкновением. Те, кто уверенно держался на тренировках, нередко ошибались, полагая, что в жизни всё окажется таким же предсказуемым.

Астер закончил нудную речь и махнул в сторону.

— Свободна.

Зашагав к машине, я старалась держать спину ровно и не думать о плохом. Я уже дотронулась до ручки двери, когда Лью окликнул вновь.

— Ты справишься, — неожиданно сказал он, заставляя замереть.

— Конечно, — ответила я, хотя сомнение всё равно не скрылось.

Забравшись на переднее сиденье, я оглядела собравшихся. За рулём сидел боец без магии. Бьёрн Кхаллан был на две головы выше Дрейсара и выглядел настоящим гигантом с горой мышц. Блондин смотрел на дорогу, положив две здоровенные ручищи на руль.

На втором ряду, отвернувшись к окну, сидела Накхар Хашили — маг преобразователь. Изучая досье на неё, я удивилась, что такими выдающимися способностями обладает такая хрупкая девушка. Она не просто манипулировала окружающим пространством, но ещё и искусно владела катаной.

Хотелось бы мне увидеть, как она орудует клинком. Хотя эту мысль пришлось прогнать. Уж лучше пусть я этого никогда не увижу…

Длинное лезвие в чехле Накхар положила на колени. Рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, а зелёные глаза скользили по стоянке без особого интереса.

С другой стороны развалился Трейс Пирье — маг истребитель. Худощавый парнишка явно нервничал, глядя на собственные руки и ковыряя пальцы. Он выглядел трусливым зайцем на фоне остальных, но его досье говорило о том, что первое впечатление обманчиво.

Судя по прочитанному, Пирье мог за считаные мгновения уничтожить десятки мракхи благодаря мощному потоку огня. Только такая сильная магия зачастую была недолговечна: один выброс и самому бойцу дальше придётся полагаться на оружие в руках.

— Какие указания, скиарий? — вопрос Бьёрна заставил меня наконец собраться.

— Двигаемся медленно, позволяя Сагариусу добраться как можно дальше. Как только достигнем разницы в три часа, держим темп.

— Принято.

Я сжала переносицу, понимая, что следует сказать что-то ещё. Всё же от умения скиария наладить контакт с сандами зависело многое. За последние два года я, кажется, разучилась нормально говорить с людьми. Пришлось заставить себя сосредоточиться на стандартных инструкциях.

— Магию используем в крайнем случае, когда оружие не справляется. Помните, что ваши ресурсы не безграничны, особенно в бою. Под адреналином легко поверить в собственные возможности, но это обманчивая история...

Это были не мои слова, но когда-то давно я очень хорошо их запомнила…

— Если скиарий погибнет, кто берёт на себя руководство? — спросил Пирье, оторвавшись от ковыряния пальцев.

Вопрос был неуместным, но я не стала заострять на этом внимание.

— Ты идиот? — резко бросила Накхар. — Напомнить тебе устав?

— В случае смерти обоих скиариев руководство возьмёт старший боец группы, — спокойно ответила я, игнорируя перепалку.

Наверняка Трейс и сам знал то, что в нас вдалбливали в академии. Но желание сбросить напряжение разговором было очевидным.

— Если группа лишится старшего бойца, — продолжила я, выдерживая паузу. — Командование перейдёт к одному из магов-истребителей.

— Думаешь, что это ты, Пирье? — усмехнулась преобразователь, намекая, что в нашем отряде два истребителя и столько же у Сагариуса.

Пальцы крепче вцепились в ремень. Когда-то давно я была на их месте, наблюдая за обменом колкостей людей, которых считала близкими.

— Здорово, что вы думаете о таких вещах, — призналась я, отгоняя воспоминания. — Но в критический момент вам придётся стать единым целым, чтобы выжить.

Рыжая поджала губы и кивнула, а Пирье нахмурился, обдумывая услышанное.

Моя улыбка стала чуть жёстче, когда я добавила:

— Если начнёте тянуть каждый в свою сторону, мракхи быстро решат за вас, кто станет главным.

В зеркале заднего вида отразилось бледное лицо Трейса. Накхар предпочла откинуться на спинку сиденья и закрыть глаза.

Хоть что-то должно было отрезвлять. Куда лучше, чем обещания, звучащие по радио, где жителей уверяли, что вот-вот маги найдут способ очистить мир от мертвецов…

✠✠✠

Машина выехала со стоянки, и вскоре мы покинули Юртас. Отряд Дрейсара продвигался вперёд, занимаясь расчисткой пути и предупреждая о сложностях.

К счастью, кроме препятствий, созданных проливным дождём, ничего серьёзного не встречалось очень долго. Преобразователь из отряда Сагариуса справлялся со всеми помехами на дороге, и мой отряд двигался как по маслу.

Никто из бойцов не разговаривал. Когда я была в отряде Гаэля, мы никогда не молчали. Санды рассказывали истории о своих походах в бары, шутили и громко смеялись. Это был наш способ сбросить напряжение. Сейчас напряжение было почти осязаемым.

Увы, я не могла найти в себе силы, чтобы выдавить хоть что-то. Повторять бездушные нравоучения совсем не хотелось. Отвернувшись к окну, я смотрела на проплывающие пейзажи.

Дорога тянулась бесконечной серой лентой, окружённой низкими холмами и редкими перелесками. Лёгкий туман клубился над землёй, скрывая её раны, нанесённые временем и бесконечной борьбой.

Я невольно задумалась о том, как всё изменилось. Не для меня, а для тех, кто помнил другую жизнь.

Когда-то за стенами Юртаса не было страха и бесконечных укреплений, торчащих теперь из-под земли. Люди жили, строили и радовались, не подозревая, что однажды всё изменится.

Теперь здесь была бледная тень прошлого и небольшие города, цепляющиеся за своё существование, словно утопающие за соломинку.

Многие горожане давно сбежали на безопасные территории, но позволить это могли далеко не все.

Жизнь в Империи была не такой сладкой, как могло показаться, особенно если ты был беженцем. Люди вынуждены были ютиться в крохотных общежитиях. Первый год полагалось пособие, но потом приходилось искать работу, чтобы выживать.

Кому-то удавалось начать всё заново, но у других такого шанса не было. Приходилось возвращаться надеясь, что мракхи не прорвутся.

Укрепление стен помогало, но лишь до тех пор, пока была поддержка отрядов. В остальных случаях исход был одинаковым.

Раньше мы останавливались здесь чаще, на нас смотрели с надеждой и благодарностью. Санды были символом спасения.

Но кроме пустых слов о том, что всё будет хорошо, мы не могли предложить ничего. Со временем я перестала говорить с людьми, боясь давать ложные обещания…

Рация издала шипящий звук, и через секунду послышался голос Дрейса:

— Рейна, через пять километров от вас будут пепелища на три часа. Обнаружено трое, всех ликвидировали. Двигаемся дальше.

— Принято, — коротко ответила я, поворачивая голову вправо.

Скитающиеся по земле твари, ищущие человеческую плоть, появлялись, стоило нам выбраться за пределы городов. Это было неудивительно… У стен Юртаса проводили зачистку, но дальше делать это было неразумно.

Сагариус уничтожал только тех мракхи, которые попадались на пути, разумно экономя ресурсы.

Я пыталась сосредоточиться на деталях миссии. Мы направлялись к руинам на восточной границе, где зафиксировались выбросы тёмной магии. Если нам повезёт, по дороге мы не столкнёмся с большим количеством отродий. Хотя на везение полагаться не получалось…

Не выдержав, я отпустила магию и прикрыла веки. Твари слонялись то тут, то там. Я ощущала не больше десятка, но, к счастью, они разбрелись на достаточное расстояние от нас.

Короткая слабость в виде контроля помогла выдохнуть с облегчением.

Дальше лезть я не стала, возвращая магию. Концентрация требовала много сил, которые нельзя было расходовать бездумно.

— А мракхи, — тихо начала Накхар, привлекая к себе внимание, — они отличаются от тех, которых нам показывали в академии?

Я повернулась к девушке и кивнула. Хашили впервые отправлялась на задание и наверняка задавалась этим вопросом.

— Может показаться, что они не такие уж опасные, особенно пока твари не учуют человека, — ответила я. — Вы видели тех, кто уже уловил человечину и готов был разорвать вас на куски.

— Жуткое было зрелище, — тихо произнёс Пирье и отвернулся к окну.

— Да, — согласилась я. — Теперь представьте, что вдалеке они едва шевелятся, а, заметив человека, срываются с места. Как правило, когда они добегают, их становится гораздо больше.

— Я слышала, что они сбиваются в стаи, — добавила Накхар.

— По-разному. Иногда бродят по одному, иногда группами. Но часто бывает, что если рядом есть одиночка, где-то неподалёку их уже десяток.

— Правда, что твари не нападают на зверей?

— Да, Трейс. Вроде было какое-то исследование, и выяснили, что дело в магии. Но я не особо разбиралась в этом вопросе.

— Я читала об этом, — рыжеволосая прищурилась, будто вспоминая. — Дело не совсем в магии, иначе бы мракхи нападали только на магов. Учёные сделали вывод, что у каждого человека есть магический потенциал, даже у тех, у кого магия не просыпается. И вот именно это притягивает трупаков.

— Хорошо, что вы спрашиваете, — похвалила я. — Знания из академии и прочитанные статьи — это только теория. В реальности всё очень быстро забывается. Но, надеюсь, все усвоили, что убить мракхи можно только выстрелом в голову?

— Да, надо попасть в мозг, — кивнул Пирье.

— Ага. Сначала прикончить их, а потом сжечь. Только в таком порядке…

— Десяток мракхи будет сложно прикончить в одиночку. — Трейс нахмурил брови, явно не согласный с таким заявлением.

— Поэтому мы в отряде, санд, и передвигаемся в машине с турелью и пулемётами. — Я подмигнула бойцу и отвернулась.

Разговор помог справиться с тревогой. Я была благодарна Накхар, что она начала его.

— Охренеть! — Накхар вывела меня из задумчивости, заставляя обратить внимание на столп дыма.

От сражения остались лишь дым и чёрные ожоги земли, где осквернённые обратились в пыль.

— В открытом бою с тварями всегда используйте огнестрел. Это даст время, пока истребители подоспеют. Трейс, напомни, когда тебе нужно применять способности? — Ярешила подколоть его.

— Когда опасность нападения ликвидирована и остаётся только зачистить место боя, — закатив глаза, ответил Пирье.

— Скиарий, — перебил Бьёрн, и я проследила за взглядом санда.

— Чёрт! — рявкнула я, хватаясь за рацию, нажимая на канал, соединяющий с отрядом. — Бойцы за оружие, повторяю, бойцы за оружие! Построение для атаки! Ждать моего сигнала!

— Принято!

Машины позади быстро выстроились в линию. Мы заняли центр, пулемётчики ушли на фланги. Так было проще держать толпу на расстоянии и не подпускать одиночек слишком близко.

Восемь тварей каким-то образом прорвались и теперь шатались прямо по дороге.

Настал момент для сандов, когда они смогут не просто услышать, а увидеть, как двигаются твари по-настоящему.

— Почему мы просто не раздавим их? — в голосе Трейса слышалась лёгкая паника.

— Потому что без огня истребителя они очнутся и будут преследовать нас, пока мы не остановимся. К тому моменту их может быть уже сотня!

— Остановка будет через шесть часов. Не хватало притащить туда этих тварей, — Бьёрн оставался спокойным, в отличие от остальных, не показывая волнения.

— Трейс, за работу! Снижаем скорость! — скомандовала я.

Не дожидаясь повторения, Пирье вскочил, рванул люк и высунулся наружу. Тяжёлый ствол повернулся к цели, и по корпусу пробежала дрожь. Турель с гулом ожила. Лента боеприпасов потянулась следом, сыпля огонь без пауз.

— Пирье, как там? — Накхар не удержалась от вопроса.

Кинув на девчонку предостерегающий взгляд, я заставила её захлопнуть рот и опустить глаза. В такие моменты отвлекать бойца было нельзя.

Вот и наступил момент, когда все знания, усвоенные в академии, столкнулись с реальностью. Совсем недавно Хашили подкалывала Пирье за устав, а теперь повторяла похожие ошибки.

Я должна была отчитать санда, но сейчас у нас были дела поважнее. Оставалось верить, что первая стычка с мракхи станет для бойцов уроком. И очень хотелось надеяться, что живыми они усвоят куда больше…

— Огонь!

Первый залп срезал ближайшего. Пули прошибли тело, но только попадание в голову остановило его окончательно. Череп разлетелся, как гнилой фрукт, и обездвиженное тело рухнуло на землю. Остальные твари продолжали двигаться вперёд. Их голод был сильнее страха.

Пулемётчики на соседних машинах тут же открыли огонь. Короткие очереди косили тех, кто подбирался слишком близко. Выстрелы противно били по перепонкам.

Очередной залп разнёс ещё двоих. Наша турель замолчала лишь на миг, пока Пирье проверял подачу боеприпасов.

Последняя очередь грохнула особенно резко, окончательно очистив дорогу. Трейс убрал руки с рукояток. Я заметила, как его плечи слегка дрожали от напряжения, зато на лице засветилась улыбка. И дело точно было не в радости, а в переполняющем его адреналине.

— Санд Остхар, приём, — я поднесла рацию ближе, дожидаясь, пока ответит истребитель из второй машины.

— Скиарий, — послышался женский голос мага.

— Можешь зачищать.

✠✠✠

Пришлось проверить территорию магией, чтобы убедиться, что мы в безопасности. На этот раз нам ничего не угрожало.

Долгая дорога изматывала, поэтому я дала команду размяться, пока Остхар занималась останками.

Маг истребитель с чёрным каре подошла ближе к трупам и выставила руки перед собой. Замерев на секунду, она прошептала что-то, известное только ей, и из ладоней вырвалось пламя. Направленное магией санда, оно бросилось точно к валяющимся останкам, целиком поглощая их.

Рация в моих руках издала звук, а следом я услышала Дрейса.

— Приём, Рейна.

— На связи.

— Вы остановились. Что случилось?

Само собой, мы могли следить за перемещением друг друга на специальном экране в машине, чтобы в случае потери связи можно было догадаться о трудностях.

— Восемь мракхи на дороге, зачищаем тела.

— Вот чёрт! — выругался скиарий. — Всё в порядке?

Я оглядела отряд. Были ли они в порядке или кто-то уже начал осознавать серьёзность всего происходящего, мне было неизвестно. По виду сандов было сложно что-то сказать: если кто-то и переживал, то тщательно скрывал это.

— Сработали отлично, — прислонившись к двери, ответила я. — Как вы?

— Почти у точки сбора, буду ждать на месте.

— Принято, — ответила я, убирая палец с кнопки.

Бьёрн стоял неподалёку, держа руки на автомате. Пирье о чём-то спорил с Накхар, остальные либо молчали, либо переговаривались о произошедшем. Для кого-то из них это была первая вылазка. Бойцов переполняли эмоции и адреналин, но нельзя было покупаться на одну победу.

Истребитель закончила работу и тяжело выдохнула, уронив руки на колени. Я подошла и коснулась её плеча.

— Молодец, Томари.

— Благодарю. Скиарий Редж, я могу идти?

Кивнув, я проследила за девушкой, надеясь, что в ближайшее время её помощь не понадобится.

Отряд справился с первым препятствием на пути.

Первым… Жаль, что не последним. Вопрос времени, когда счётчик отмотает новую цифру. В том, что это произойдёт, я не сомневалась, потому что это всегда происходило.

Солнце зашло за горизонт, меняя краски местности. Фары остались единственным, что освещало монотонную дорогу. До города оставались считанные километры, а предчувствие чего-то дурного усиливалось.

В темноте оставалось рассчитывать только на магию, но растрачивать её попусту было безрассудно.

— Дрейс, приём, — схватившись за рацию, я обратилась к скиарию, позабыв о том, что при моих сандах лучше бы использовать фамилию.

— Редж, — ответ не заставил себя ждать.

— Мы на подъезде. У вас чисто?

— Так точно. Откроем ворота, как увидим вас.

— Отбой.

Свербящее предчувствие не давало покоя и не пропало, даже когда мы добрались.

Горожане выглядывали из укрытий, наблюдая за нами из-за углов и окон. Скиарии в таких местах всегда были фигурой власти. Никто не спорил и не задавал лишних вопросов.

Нам предоставляли жильё и пищу, как того требовала традиция, а мы обеспечивали хоть какую-то безопасность и привозили часть провизии из Юртаса. Это был небольшой вклад, особенно для таких городов, где каждая единица ресурсов была на счету.

Я хотела вздохнуть с облегчением и почувствовать хотя бы малейшую уверенность в том, что мы в безопасности. Но лёгкие отказывались вдыхать полной грудью. Влажный воздух казался давящим, словно даже он знал о скрытой угрозе, которая ещё не показала себя.

Дрейсар подошёл ближе, когда я вышла из машины. На его лице расплылась улыбка, которую хотелось стереть. Как можно было радоваться в таких условиях?

— Дозорные на позициях, смена каждые четыре часа.

— Мне и добавить нечего, — разминая затёкшую шею, ответила я.

— Рад быть полезным, Рейни, — шепнул он, склоняясь ниже, но я тут же вытянулась по струнке, боясь, что нас кто-то заметит.

— Держись подальше, Элбрайт, иначе санды подумают…

— Подумают что, Редж? — с вызовом перебил разведчик, склонив голову.

— Неважно, — уклончиво ответила я, не желая вступать в перепалку.

Отношения между сандами не были запрещены, все прекрасно понимали, что этого не избежать. Важно было, чтобы такие бойцы не состояли в одном отряде. В противном случае это могло повлиять на ход операции.

Однажды санд, потерявший свою девушку, слетел с катушек и поставил под угрозу жизни остальных.

Эту историю рассказывал преподаватель в академии, как и то, что ему лично пришлось ликвидировать бойца, чтобы избежать куда больших потерь.

Мы с Элбрайтом занимались сексом, кажется, двенадцать раз, и ничего более. Я не собиралась, во-первых, продолжать, а во-вторых, давать повод для болтовни.

Определив первых сандов для караула, я велела остальным ужинать и занимать комнаты для отбоя. Для двадцати шести человек в небольшом городе не было столько номеров, поэтому некоторым приходилось спать по трое. Скиарии, в отличие от остальных, пользовались привилегией спать отдельно.

Глава 4

В гостинице, где мы остановились, давно не было постояльцев, как и работников, но местные всегда готовили для нас номера, застилая чистую кровать и заморачиваясь с горячей едой.

Закончив скромный ужин из рагу с зайчатиной, я молча направилась в выделенную комнату, стараясь отвлечься от тягостных мыслей. Закрыв за собой дверь, я скинула форму и направилась в душ.

Вода лилась едва тёплой струйкой, но это было лучше, чем ничего. Стоило сказать спасибо, что у них вообще осталось водоснабжение.

Чем дальше города находились от Империи, тем больше проблем было с функционированием. В маленьких поселениях, которые ещё каким-то чудом оставались живы, вообще не было систем очистки воды, насосов и водонапорных башен. У одних были только колодцы, у других — озёра.

Полотенца в ванной не обнаружилось, но я не расстроилась, натягивая бельё на мокрую кожу. Напряжение от поездки разливалось по телу, отзываясь пульсацией в конечностях.

«Как ты, Рей?»

Всю поездку Гаэль молчал, и вот сейчас, именно в тот момент, когда мне так необходим сон, он появился.

— Как и всегда в вылазках, — тихо ответила я, смыкая веки.

«Чего ты боишься?»

Норд всегда знал, какие вопросы задавать, смотря в ту самую глубь, куда я никогда не решалась заглянуть.

— Потерять всех, как тогда… — сглатывая болезненный ком, честно ответила я.

«Какой урок усвоила, потеряв меня?»

— Никогда не привязываться…

«Именно, Рей. Потерять можно только то, что принадлежит тебе…»

Я собиралась возразить, но неожиданно в дверь постучали. Скидывая одеяло и накидывая рубашку, я прошла ко входу.

«Прогони его, Рей!» — настойчиво отозвалось внутри, и я поняла, о чём речь, лишь увидев на пороге Дрейса.

Взгляд медленно прошёлся по моему лицу, по обнажённым ногам и вернулся обратно. Дрейсар замер, будто забыл, зачем пришёл. Пришлось щёлкнуть пальцами у лица, возвращая его в реальность.

— Чего хотел?

«Не будь дурой, Редж, ты знаешь, чего он хочет».

— Обсудить детали завтрашней вылазки, — разминая шею, ответил разведчик, и я распахнула дверь, впуская его.

Кроме кровати и стула в номере не было ничего, но скиарию Сагариуса не требовалось разрешение, чтобы устроиться на матрасе. Он опёрся на локти и уставился на меня.

— Мы выдвигаемся в четыре утра, спустя три часа отправляетесь следом. Остановка будет также ближе к вечеру. Если всё пойдёт по плану, всего четыре ночи и доберёмся до места активности. Хэтра сообщила, что из отряда, обнаружившего её, вернулись двое, — монотонно выдал Элбрайт.

Я не хотела проводить параллели, но всё равно проводила. Два года назад мой отряд уже бывал в тех местах, но в живых осталась только я.

Глядя прожигающе, Дрейс будто пытался забраться мне под кожу.

— Они… что-то помнят?

— Только толпы отродий, окружившие машины. Они пытались прорваться, но врезались в дерево, лобовое стекло треснуло. Почуяв лёгкую добычу, твари кинулись к сандам внутри. Одна машина пыталась отбиться, но не вышло. Истребитель отряда принял решение спалить всё на месте, но не рассчитал силу и поджёг собственную машину.

Он давал информацию сухо, будто зачитывая отчёт. Но за словами скрывался настоящий ужас. Тем сандам пришлось пройти через ад…

— Вы умрёте, — обречённо выдохнула я.

Дрейсар поднялся и подошёл ближе, проводя ладонями по моим окаменевшим плечам.

— Как ты можешь улыбаться, зная, что отправляешься на смерть? — вцепившись в него, зашипела я. — Ты не был там, Дрейс! Ты не знаешь, что после этого никогда не станешь прежним!

— Рейни, — нежно позвал Элбрайт, не позволяя отвернуться. — Я видел достаточно дерьма за время службы. У меня нет иллюзий, что я всемогущий и уж тем более бессмертный. Но оказывается, есть вещи пострашнее собственной смерти…

Знала ли я хоть что-то о Дрейсаре Элбрайте?

Мы вместе учились, но почти не общались в академии, разве что когда нас ставили в пару друг против друга в учебных боях. Я ненавидела это, потому что Дрейс всегда поддавался, хотя с другими никогда не проигрывал.

Однажды я не выдержала и поймала его, требуя объяснений, на что он лишь ухмыльнулся и ушёл, оставив меня без ответа.

Дрейсар был лучшим студентом, показывавшим себя идеальным во всех предметах. Эта его «идеальность» до скрежета в зубах бесила, как и то, что он закончил обучение на год раньше меня, поступив в отряд Сагариуса.

— Тебе нужно выспаться…

Я отошла к двери и распахнула её, намекая, что пора заканчивать разговор. Элбрайт подошёл ближе, касаясь большим пальцем контура губ.

«Вели ему убираться!» — потребовал Гаэль, и я отстранилась.

Дрейсар вздохнул, но ничего не сказал, послушно ступая за порог.

«Держись от него подальше, Рей. Он мне не нравится...»

— Тебе никто не нравится. Ты мёртв, — заметила я, забираясь в кровать.

Больше замечаний не было, лишь беспокойный сон, в котором я снова пыталась понять, что произошло в тот день два года назад.

✠✠✠

Я проснулась от сигнала будильника. Часы показывали шесть утра. Решив не тратить время на ленивое потягивание, я принялась собираться.

Санды моего отряда уже ждали за столами, уплетая завтрак.

Еда не лезла в горло, но я заставила себя съесть пару ложек каши, запивая всё горячим чаем.

Бьёрн поглядывал на остальных в надежде, что кто-то оставит свою порцию, и я подвинула тарелку. Неудивительно, что такому здоровяку требовалось куда больше калорий, чем остальным.

В пути у нас всегда были питательные батончики, которые утоляли голод на продолжительное время. С водой всегда было сложнее, но на остановках мы старались пополнять запасы.

Мужчина благодарно кивнул, хватаясь за ложку.

— Выдвигаемся ровно в семь.

Я вышла на улицу, вдыхая свежий утренний воздух. Достала из кармана пачку сигарет и прикурила, пуская дым по ветру. Вчерашняя тревога не утихала, заставляя снова прокручивать все детали. Пришлось пройти к машинам, чтобы проверить устройства на работоспособность.

Взгляд упал на экран, где на карте должен был перемещаться отряд Сагариуса. Три точки замерли. Остановки были нормальной практикой, но только при полной безопасности. По возможности скиарии избегали их.

Схватившись за рацию, я нажала на канал с Дрейсом. Достаточно было услышать его голос, чтобы убедиться, что всё в порядке.

— Элбрайт, приём.

Рация ответила шипением. В эфире раздавались слабые трески и короткие помехи, словно сигнал не проходил. Я не сомневалась, что Дрейс бы не стал оставлять рацию в машине.

— Твою мать!

Времени на промедление не было, я кинулась в помещение, отдавая команду выдвигаться немедленно. Сагариус за три часа ушёл не так далеко, а значит, в пути что-то произошло. Добраться до места не займёт много времени…

Я сжала руку на рации так, что костяшки побелели. Если бы Дрейс мог ответить, я бы уже услышала голос. Он бы непременно отозвался или попытался связаться сам.

В памяти вдруг вспыхнул наш вчерашний разговор. Элбрайт тянулся ко мне, а я оттолкнула. Когда он с улыбкой говорил, что не считает себя бесстрашным, вряд ли в его голове были мысли о том, как жестока реальность.

Идиот…

Но злиться всё равно не получалось. Казалось, я давно перестала что-то чувствовать, но сейчас отчётливо понимала, что боюсь за него.

Тяжело вздохнув, я опустила кнопку. Нельзя было поддаваться эмоциям.

Санды без лишних слов приняли команду и заняли позиции. Я предупредила, что отряду Сагариуса может потребоваться помощь. Какого рода помощь была нужна, никто не сомневался. Пулемёты и турели уже были направлены вперёд.

Пока мы гнали, я прощупывала территорию магией. Единичные твари шатались по местности, пока слишком далеко, чтобы представлять угрозу. Но это было временно.

Чем ближе мы подбирались, тем отчётливее я понимала: впереди нас ждало что-то ужасное.

— Скиарий Редж, приём, — послышалось в рации, заставляя вздрогнуть.

Только канал связи был не от другого отряда, а от моего собственного.

— На связи.

— В воздухе человеческая кровь, — слова Ликариуса Ноуста, мага-поддержки, опустились на мои плечи тяжёлым грузом.

Умение лекарей чувствовать кровь сейчас оказалось очень кстати. Но от услышанного кожа покрылась липким потом. Где-то неподалёку был раненый… Думать о том, что ему уже не требовалась помощь, я не хотела.

Стиснув виски, я попыталась унять боль. Если отряд Дрейса не выжил, придётся возвращаться обратно в Юртас. Разведчиков позже отправят на зачистку и возвращение тел, если от них что-то останется…

В руках снова зашипела рация. Я вздрогнула, когда услышала знакомый голос.

— Приём, Редж.

От знакомого тона я едва не разревелась. Дрейсар выжил…

— Скиарий, что случилось? Почему вы выехали раньше времени?! — рявкнул он. На фоне слышались оружейные залпы.

— Вы остановились, на связь не выходите! По уставу…

— На хер устав!

Злость разведчика слышалась даже через помехи канала. Я следовала инструкции, как и всегда. Проблемы были на стороне Дрейса.

— Оставайтесь на месте. Это приказ!

Прозвучало сдавленно, будто Элбрайт говорил между вдохами. Стискивая пальцами рацию, я пыталась успокоить раздражение. Он не имел права отдавать приказы, особенно мне. Скиарий командовал своим отрядом, и никакие обстоятельства не меняли этого.

И всё же что-то в его голосе заставило удержать гнев. Причины у него, конечно, были, я это понимала. Элбрайт бы не стал действовать так, если бы всё не было критично. Но мириться с этим раскладом я не собиралась.

Вдалеке разнеслась короткая очередь, затем ещё одна, потом всё стихло. Нужно было добраться до них, причём как можно быстрее.

Сколько там мракхи, я пока понять не могла, но ситуация явно становилась хуже.

— Принято, — сухо ответила я.

Выключив рацию, я обернулась к Бьёрну. Лицо санда оставалось непроницаемым, но нахмуренные брови всё равно выдавали напряжение.

— Вперёд.

Боец коротко ухмыльнулся, принимая мой настрой, и надавил на педаль газа. Шины заскрипели по мокрой земле, а двигатель взревел, прорезая напряжённую тишину. Я вжалась в сиденье, стараясь не думать о риске.

В голове крутилось столько ругательств, которые непременно хотелось высказать скиарию Сагариуса. Я была готова подкреплять слова кулаками, чтобы Элбрайт наверняка понял, что его геройство ни к чему.

Но злиться на Дрейса сейчас было бессмысленно. Как долго они смогут продержаться, я не имела понятия, но молилась, чтобы мы успели.

— Бьёрн, быстрее!

Магия рванулась вперёд, растекаясь по округе. Через мгновение меня накрыло чужим присутствием. Хаос, бушующий впереди, ворвался в меня и ударил так, что перехватило дыхание.

Твари облепили машины, их ауры сливались в одну густую, вязкую массу тьмы. Отродья дёргались, сотрясали воздух нелепыми, но пугающими рывками.

Я скривилась от того, что словно была частью их массы. Пусть и мысленно, но я стояла среди них, царапая скверной бока машин.

Отряд отбивался, но что-то было не так. Я услышала выстрелы, но слишком слабые для происходящего. Работали только два пулемёта. Турель молчала.

Оружие могло быть повреждено, боеприпасы закончились или...

Думать о худшем я не хотела.

В голове продолжали скрести когти и щёлкать зубы. Мракхи облепили машины, как мухи покрывают гниющее мясо. Скверна доводила восприятие до предельной остроты. Этот ад был почти осязаем.

— Они держатся только на двух пулемётах... — хрипло выдохнула я.

Если они не потеряли больше бойцов, то это был лишь вопрос пары минут.

— На позиции! — выкрикнула я в рацию, отдавая команду, когда Бьёрн затормозил на приличном расстоянии от Сагариуса.

Во рту появился привкус металла. Я хотела сплюнуть, лишь бы не чувствовать скверну, но это никогда не помогало. Обращение к тёмной магии было не просто болезненным, оно будто рвало меня изнутри.

— Все помнят инструкции? — оборачиваясь на сандов, спросила я.

Бойцы неловко кивнули, предвкушая нечто ужасное. Нажав на кнопку, я заговорила ледяным тоном:

— Как только я отвлеку их, давайте залп. В Сагариус не попадите, всё ясно?

После короткого молчания послышалось неуверенное согласие. Санды смотрели удивлённо, не осознавая, что я собираюсь сделать, что неудивительно. Мало кому удавалось видеть магию скверны в реальности.

— Если я умру, командование берёт Бьёрн, — распахивая дверцу автомобиля, бросила я.

✠✠✠

«Ты рискуешь, Рей! Ради этого придурка...» — совесть в лице Гаэля проснулась не вовремя.

Вряд ли меня сейчас могло что-то остановить. Сагариусу требовалась помощь, и я не могла оставаться в стороне. Каким бы упрямым ни был Элбрайт, я обязана была вытащить его. Разумеется, чтобы мы могли добраться до источника. Причина была только в этом…

«Это глупо!»

— Ты мёртв, Гаэль Норд, а он жив...

Я вышла на дорогу, а холодный ветер тут же ударил в лицо. Сейчас было важно сосредоточиться и отбросить всё лишнее.

Скверна выжидала момента, чтобы показаться, но никогда не становилась послушной с первого раза. Я встряхнула руками, сбрасывая напряжение.

Первый отклик хлёстко ударил по сознанию. Невидимое дрожание прошло по телу, и тени, скрытые в складках реальности, начали медленно ползти ко мне.

Магия оживала, расползаясь по рукам, обвивая пальцы и впиваясь иголками под ногти. Она пробиралась дальше, стягиваясь плотнее, пока не начала сливаться с кожей, становясь её продолжением.

Скверна поглощала, и каждый раз мне требовались усилия, чтобы не потерять контроль. Губы сжались, дыхание стало тяжёлым, а руки дрожали, пока я заставляла её подчиняться.

— Ну же, — выдохнула я, вытягивая правую руку в сторону.

Тени скручивались и сопротивлялись, но я удерживала их, создавая звенья цепей. Скверна извивалась, как ленивая змея, которую посмели потревожить, но я не останавливалась. Пальцы, сжатые в кулак, ощутили вес, подсказывая, что у меня начало получаться.

— Действуй, чёрт тебя побери, — пробормотала я сквозь зубы.

Тьма дрогнула, наконец решив подчиниться. Магия теперь была моей хотя бы на время…

Без промедления я кинулась вперёд. Скверна обманчиво придавала сил и уверенности, но я понимала, что как только отпущу её, лишусь всего этого. Она всего лишь позволяла пользоваться собой, всегда забирая что-то после.

Добравшись до первых отродий, я замахнулась цепями, которые легко откликнулись. Звенья с треском влетели в толпу мракхи сбоку у первой машины.

Твари захрипели, уродливые тела отлетели в стороны, но радоваться было рано. Даже со сломанными телами они скоро поднимутся.

Заметив неладное, отродья повернули головы. Мракхи оторвались от машин, позабыв о запертых внутри бойцах. Они шли ко мне быстрее, чем казалось возможным для их изуродованных тел.

Резким выпадом я метнулась в сторону, уворачиваясь от ближайших костлявых рук. Цепи хлынули вниз, отгоняя их ещё дальше от машин.

Пулемёты наконец получили возможность работать по-настоящему. Орудия ожили, и отродья начали падать один за другим. Я слышала, как пули пробивали их тела, но не отрывалась от тварей, которые оставались на ногах.

— Сюда, — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как скверна бурлит в ответ на злость, питаясь ей.

Я сжала пальцы сильнее, направляя энергию на следующую атаку. Цепи взметнулись и ударили по ближайшим тварям. Уродливые головы с треском разлетались в стороны.

Сила внутри бурлила, требуя большего: крови, ударов и разрушений. Но я держала её в узде, несмотря на то, как сильно хотелось позволить ей взять верх.

Нужно было продержаться ещё немного и дать бойцам избавиться от большей части мракхи…

Поддавшись искушению силы, я напрочь забыла о тыле. Когда плеча коснулась неестественно сильная рука, утягивающая назад, я потеряла контроль. Стоило на секунду отпустить скверну, как она испарилась, оставляя в теле пустоту и бессилие.

Дрожащими пальцами я потянулась к кобуре, пытаясь вытащить оружие, но сил не хватило даже справиться с магнитной кнопкой.

Спина ударилась о сырую землю, и в следующий миг зловонное тело твари кинулось на меня. К счастью, только один мракхи. Остальные пытались устоять под пулемётной очередью четырёх машин.

«Ты идиотка, Рей…»

Надеюсь, кто-то сообразит быстрее, чем зубы твари вцепятся в тело. Хотя если укус будет несильным, я обзаведусь шрамом… Главное, чтобы отродье не принялось отрывать от меня куски. В таком случае пуле в лоб я обрадуюсь куда больше, чем растерзанию заживо.

«Надеюсь, он стоит твоей смерти, Рей…»

Собрав последние силы, я удерживала отродье на расстоянии, пока его челюсть клацала прямо передо мной.

«Рейна Редж, тупая идиотка, которая умерла ради возможного спасения сандов. По-моему, отличная надгробная надпись!»

Глаза начали смыкаться от нехватки сил, и через секунду я сдалась, перестав бороться. Я ожидала боли, но вместо этого услышала выстрел…

Дрейсар подлетел неожиданно, сбрасывая труп и рывком ставя меня на ноги. Он смотрел так, будто одного этого было достаточно, чтобы меня уничтожить.

— Я. Приказал. Ждать, — медленно, но очень чётко произнёс скиарий.

— Умереть захотел? — сдавленно ответила я.

— Заткнись, Редж. Просто закрой свой рот и не открывай его до конца миссии.

Мы это сделали. Смогли отбиться от тварей, которые теперь валялись на земле, дожидаясь, когда истребители упокоят их гнилые души навечно. Я спасла отряд Сагариуса, едва не пожертвовав собой.

Опрометчиво?

Совершенно точно.

Глава 5

После обращения к скверне неизбежным оставалось одно: магия требовала платы. Неприятным открытием в своё время было то, что у остальных магов дела обстояли куда лучше.

Распахнув глаза, я рывком поднялась, не понимая, где нахожусь. Узкая кровать, на которой я лежала, тут же скрипнула.

— Тебе нужно отдыхать, — произнёс Дрейс, и я прищурилась, фокусируясь на фигуре, расположившейся на стуле в углу комнаты.

Судя по обстановке, мы добрались до нового места ночлега. Что ж, не так плохо, как могло быть.

— Потери? — поднимаясь с кровати, спросила я.

Ожидаемой слабости в теле не было, и это заставило удивиться. Каждый раз после использования способностей я толком не могла передвигаться, но в этот раз всё было по-другому.

— Два бойца из моего отряда, — донеслось вслед, когда я вошла в ванную.

— Что у вас случилось? — не сомневаясь, что Дрейс двинется следом, спросила я.

Элбрайт дошёл до двери и опёрся о косяк плечом, ничуть не смутившись тому, что я сбрасывала одежду. Хотя подобное и не должно было его смущать, а вот мне было совершенно не до таких мелочей.

— Турель вышла из строя, когда выродки показались. Мы потеряли время, и они добрались слишком близко. Санд за пулемётом стушевался, но этого хватило, чтобы мракхи запрыгнул на крышу, вытаскивая его. Второй боец хотел ему помочь, наплевав на мои команды, и…

— Что?! — ошарашенно спросила я, не веря услышанному. — В смысле запрыгнул?

Твари вели себя по-разному, но, чтобы вот так взлетать... Такого ещё не было, и вряд ли нас ждало что-то менее удивительное дальше.

— Вот-вот, но это не все странности. Они как с цепи сорвались, я такого никогда не видел. Думаю, нам нужно возвращаться, Рейна. Что-то не так…

Я кивнула в подтверждение его слов. Несмотря на моё желание найти ответы, было кое-что куда важнее — жизни бойцов. Странное поведение мракхи могло помешать всем планам, кто знает, на что они ещё способны.

Дрейс не торопился уходить, а мне жизненно было необходимо принять душ, поэтому я без промедления зашла за кафельную перегородку.

Еле тёплая вода скользнула по телу, смывая остатки пота и грязи. Я схватила небольшой кусок мыла и принялась оттирать кожу, вспоминая зловонное дыхание твари, пытающейся сожрать меня.

Неожиданно руки Дрейса перехватили мыло. Я не заметила, когда он шагнул за мной. Обещала себе, что наша близость больше не повторится, но тело нуждалось в разрядке и забытье хотя бы ненадолго.

— Думаешь, я не справлюсь? — толкнув бёдра, я упёрлась в его пах.

— Очевидно, что тебе нужна помощь.

Элбрайт вплотную прижался, заставляя почувствовать возбуждение. Обернувшись через плечо, я подняла голову и замерла. В его глазах не было игривости, зато отчётливо сквозила злость.

— Ты ослушалась приказа, — проговорил скиарий, водя скользким обмылком по моей шее.

— Накажешь меня?

— Это не смешно, Редж. Ты могла умереть.

Руки переместились с плеч на лопатки, водя из стороны в сторону.

— Кто-то всегда умирает, Элбрайт, — философски заметила я, но не успела усмехнуться, как он рывком развернул меня лицом к себе.

Губы сжались в линию, он нахмурился, а меж бровей залегла глубокая складка. Зрачки расширились, голубая радужка напоминала ледяное пламя, которое, несмотря на холод, обжигало сильнее любой скверны.

— Не злись, Дрейс… — договорить я не успела, он схватил меня за горло, не больно, но ощутимо, прижимая к стенке.

«Шли его подальше, Рей!» — приказ прозвучал в голове.

Склонившись, Элбрайт скользнул губами по скуле, медленно двигаясь к мочке уха.

— Я доложу о тебе, Редж, — со злой насмешкой сказал Элбрайт.

Скиарий знал, что мне плевать на многое, но с отстранением справиться я вряд ли смогу. Слишком долго я ждала возможности стать полезной, чтобы вот так легко с ней расставаться.

— Ты не посмеешь.

Он приблизился почти вплотную так, что наши носы соприкоснулись.

— Если выбирать между твоей жизнью и глупой смертью, я выберу очевидное.

— Бессмысленной жизнью, Дрейс. Я не могу снова сидеть сложа руки.

Хватка на шее ослабла, но он не отпускал. На мгновение что-то изменилось: жёсткость в чертах дрогнула, и в этом коротком сбое промелькнуло нечто похожее на сочувствие.

«Тебе не подходит тот, кто видит в тебе слабачку…»

Меньше всего мне хотелось слушать нравоучения Гаэля.

— Рейни…

Мне не нужна была жалость. Я и так провела в ней последние годы жизни. Хотелось просто прижаться к нему, почувствовать тепло его тела, прерывистое дыхание и крепкие объятия, в которых наконец можно было перестать бороться.

У Элбрайта отменно получалось давать мне то, что помогало хотя бы на время.

«Он тебе не нужен!» — вспыхнуло внутри, но я больше не собиралась это слушать — ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Когда смерть была слишком близко, всё остальное вдруг переставало иметь значение. Оставалось лишь глупое и отчаянное желание почувствовать вкус жизни.

Я перехватила инициативу, развернув Элбрайта и меняя нас местами. Пришлось встать на носочки, чтобы обхватить его шею.

— Дрейс, ты нужен мне… — прошептала я, не понимая, чем могут обернуться мои слова.

В этот момент, с бешено колотящимся сердцем и кожей, горящей от жара, я снова жила. Хоть и знала, что это всего лишь иллюзия…

Дрейсар не сомневался, хватая ту же возможность, которую подарил этот момент. Он распахнул глаза, и его губы накрыли мои. Желание застучало в висках, требуя большего.

«Остановись, пока не поздно».

Дух мёртвого Гаэля ещё никогда не был таким разговорчивым, а потому начал порядком раздражать и сбивать настрой.

— Возьми меня жёстко, Дрейс, — велела я, ни секунды не сомневаясь, что возражений не последует.

Его пальцы сжали моё горло, заставляя откинуть голову. Вторая рука скользнула между ног, медленно вводя пальцы и растирая смазку по клитору. Он вошёл, одновременно впившись зубами мне в плечо.

Не сдерживаясь, я застонала, цепляясь за его шею, чтобы устоять под напором. Дрейс вколачивался интенсивнее, отбросив нежность, но именно это мне и было нужно. Я больше не слышала надоедливые фразы в голове, сосредоточившись на толчках и напряжении, которое постепенно собиралось внизу живота.

Кроме Дрейса Элбрайта не осталось никого другого, и это неожиданное открытие понравилось мне, пробуждая давно забытую надежду…

— Смотри на меня, Редж, — сквозь зубы велел Элбрайт, с усилием поворачивая мою голову. — Хочу, чтобы ты видела, кто доставляет тебе удовольствие.

Дрейсар поднял мою ногу, отводя её в сторону. Движения стали ещё резче и глубже, балансируя между наслаждением и болезненностью, но я бы всё отдала, лишь бы это не заканчивалось. Остаться с ним в этом мгновении казалось идеальным вариантом.

«Обо мне ты думала так же?»

— Сильнее! — почти выкрикнула я, мечтая выбить грёбаного Гаэля из головы.

Скиарий приблизился для поцелуя, но я укусила его за нижнюю губу, ощущая привкус крови. Глухое рычание предзнаменовало сорвавшихся с цепи демонов. Я понимала, что Дрейс сдерживается, боясь сделать больно, но сейчас мне нужна была жёсткость.

Мои ногти оставили глубокие следы на мужской спине, заставляя Дрейса шипеть. Он вышел только, чтобы развернуть меня и больно схватить за волосы. Шея заныла от напряжения, но Элбрайт не ослаблял хватку.

Член вошёл на всю длину, глубоко и очень резко, заставив меня вскрикнуть. Могло показаться, что от удовольствия, но на деле от боли.

Умелые пальцы Дрейса скользнули между ног, ритмично поглаживая нервный бугорок. Я старалась ухватиться хоть за что-то, но никакой опоры, кроме стены, не оказалось.

Каждый раз, когда Элбрайт входил до конца, я прикусывала губу, чтобы не застонать слишком громко. Шлепки смешивались со слабым напором воды, льющей из лейки сверху.

Ноги забились дрожью, приближая к яркому оргазму, но, предвидев это, Дрейс развернул меня. Надавив на плечи, он приказывал сесть на колени перед ним.

— Ты сама просила жёстче, Редж, — хрипло произнёс скиарий, надавив на челюсть и открывая мой рот.

Тёплая, вязкая жидкость растеклась по языку, и я, не задумываясь, сглотнула. Я не успела осознать, насколько приятным оказалось видеть его таким властным.

Как бы приятно ни было, горький осадок никуда не исчезал. Я была на самом пике, когда Элбрайт буквально сбросил меня. Тело слегка подрагивало от пережитого потрясения, но Дрейс подхватил меня на руки, унося на кровать.

Бережно уложив меня на спину, скиарий неожиданно улыбнулся.

— Не переживай, Рейни, я не оставлю тебя неудовлетворённой.

Привычный милый Дрейсар вернулся, осторожно покрывая мой живот поцелуями, медленно перемещающимися вниз.

Когда он провёл языком по рёбрам, я судорожно втянула воздух. Кончик чертил ломаные линии, уверенно двигаясь к месту, которое пульсировало так, что я могла закончить от одного прикосновения.

Пальцы обхватили бедро, отводя ногу в сторону. Дрейс любил перед тем, как погрузиться в более уверенные поцелуи, смотреть в глаза. Я не знала, что он надеется прочитать на моём лице, но очень надеялась, что намёк будет явным.

Элбрайт ухмыльнулся и опустился к клитору. Он вжимался глубже, двигал челюстью, создавая ритм, который не позволял привыкнуть. От болезненно точных касаний позвоночник свело судорогой.

Я изогнулась и схватила его за волосы, направляя именно туда, где вот-вот должно было рассыпаться удовольствие. Бёдра задрожали, спина выгнулась, а я прижалась клитором к его губам.

Оргазм, как всегда, был сокрушительным. С Дрейсом просто не могло быть иначе.

✠✠✠

Ушёл Элбрайт сразу же, как я закончила. Молча одевшись и даже не попрощавшись, он закрыл за собой дверь. По виду сложно было понять, что он чувствовал, но это и не требовалось. Я получила именно то, что хотела, и ни о чём не жалела. Даже саднящая боль между ног не могла испортить моего настроения.

Теперь я знала точно, чего требовала скверна. Боль — цена за обращение к силе.

Думаю, Дрейс сдерживался, несмотря на мои просьбы. Но и приложенных усилий хватило, чтобы стало дискомфортно, как только «анестезия» прошла.

Устало откинувшись на подушку, я закрыла глаза и позволила мыслям ползать в черепной коробке.

Я не обращалась к скверне с тех пор, как погиб отряд. В рапорте о том дне было сказано, что меня без сознания нашли у городских ворот. Дошла я сама или меня кто-то принёс, неизвестно…

Скверна пугала меня, как и всех остальных. Те, кто учился со мной в академии, старались держаться подальше, будто этого было достаточно, чтобы обезопасить себя.

Но после инцидента взгляды стали ещё тяжелее. Будто тот факт, что я выжила, был не удачей, а проклятием, которое рано или поздно даст о себе знать.

Ответа на вопрос, что случилось, так и не появилось. Наверное, именно поэтому палариус пошёл на крайний шаг — ментальное воздействие. Жаль, попытки вытащить из сознания то, что я сама не могла воссоздать, не дали результата. Зато усилили тревогу у окружающих.

Пока рядом был Гаэль, я не сомневалась, что справлюсь. Он был моим ориентиром и поддержкой в самые тёмные дни, когда казалось, что я не выдержу.

В отличие от меня, замкнутой и всегда настороженной, Гаэль был душой компании, он шутил, создавая вокруг атмосферу, притягивающую людей. Никто не ощущал его тьму, даже я…

«Рад, что ты вспомнила обо мне». — Если бы у духа были эмоции, я могла сказать, что он обижен.

— Я никогда о тебе не забываю.

«Даже в тот момент, когда стонала?»

— Ты — отголосок прошлого, Норд. Прекрати вызывать чувство вины…

«Он нравится тебе?»

Определённо да, но это не больше, чем физическое влечение. Элбрайт хорош собой, умён и крайне молчалив, что делает его ценным партнёром. А ещё мы оба играли по одним правилам без обязательств, где ничего не представляло опасности.

— Это не имеет значения, Гаэль. Тебя здесь нет и больше не будет.

Перевернувшись, я уткнулась лицом в подушку.

«А если бы я был, Рей? Ты бы осталась со мной?»

Вопросы причиняли боль. Я была проклята магией скверны, внутри меня жила пустота, а человек, который был дорог, — мёртв, но продолжал играть на чувствах.

— Тебя нет… — сдавленно ответила я самой себе.

Гаэль затих, позволяя хотя бы на время забыться во сне.

Надолго уснуть не вышло, но я была рада даже нескольким часам. До рассвета ещё оставалось время, а я уже была на ногах.

На улице потемнело, город затаился, впитав в себя остатки света. Масляные светильники тускло освещали улицу, едва разгоняя тени. Стараясь не привлекать внимания, я засунула руки в карманы и подняла голову к тёмному небу.

Электричество здесь берегли, генераторы включались только в крайних случаях, поэтому тихий гул одного из них где-то вдали казался чуть ли не признаком роскоши. Казалось, город устал бороться, но продолжал держаться из последних сил.

Я поднялась на оборонительную стену, где стояли трое сандов. Они расположились на приличном расстоянии друг от друга, держа оружие крепко, не отводя глаз от тёмного горизонта.

— Отдохни, Накхар, — тихо сказала я, касаясь её плеча.

Рыжеволосая не стала спорить, коротко кивнув.

Я заняла её место, вытащив из кармана помятую пачку сигарет. Слабый огонёк осветил пальцы, когда я щёлкнула зажигалкой.

Первый горький вдох слегка успокоил нервы и выровнял дыхание. Я не заметила, как пристрастилась к сигаретам, но это было не удивительно. В последние два года о таких мелочах не приходилось думать.

Глаза медленно привыкали к темноте. На периферии уже нарастало знакомое чувство. Скверна шевельнулась, требуя внимания. Я скривилась, игнорируя её настойчивый шёпот.

Можно было отпустить магию и дать ей волю совсем на чуть-чуть. Я могла бы увидеть всё, что скрывалось в темноте… Но обращаться к магии не хотелось.

Сделав очередную затяжку, я вытравила с дымом назойливое желание.

Осталось пережить дорогу назад и как можно скорее доложить палариусу о странностях. Предчувствие не зря свербело внутри. Что-то здесь было не так.

Активность словно не пропускала нас ближе, а мы даже не преодолели половину пути. Исчадия, бродящие толпами, и их поведение — весомый повод, чтобы как минимум отправиться за подмогой.

— Не спится? — Дрейс встал рядом, вглядываясь вдаль.

Я перестала удивляться тому, насколько бесшумно он передвигался. Всё-таки в темноте Элбрайт был в своей стихии.

— Выспалась, — ответила я, кинув огарок под ноги и давя его подошвой ботинка.

— Утром свяжемся с арканами, расскажем о случившемся…

— Дрейс, — подняв на него взгляд, я вложила в голос всю нежность, на которую была способна. — Прошу, не говори, что я обращалась к скверне. Если бы не палариус, Астер никогда бы не отправил меня на вылазку. Мне важно узнать, что произошло.

Элбрайт покосился на меня с маской ледяного спокойствия.

— Рейна, твоё поведение не только вызывает вопросы, оно пугает. Твоих сандов в том числе. Они не доверяют тебе, боясь, что из-за твоей глупости все лишатся жизней.

— Я не могла позволить вам умереть там! — сжав кулаки, зло бросила я.

Надавив на глазницы, скиарий тяжело вздохнул. Я видела, как он борется с собой, чтобы не продолжить спор.

— Будь ты на моём месте, как бы поступил? Бросил отряд и вернулся в Юртас?

Дрейсар не ожидал такого вопроса, даже в темноте я видела, как напряглось его тело. Разведчик не торопился отвечать. Отправился бы он на спасение или нет, осталось загадкой, которую я не хотела разгадывать.

Я не спасительница, но терпеть новые смерти всегда было тяжело.

— Ничего страшного не случилось, я знала, что кто-то да прикроет меня, и это сработало. На мне и царапины не осталось…

— Я сделал тебе больно, Редж, — едва слышно произнёс Элбрайт. — Я почти изнасиловал тебя, разозлившись…

— Дрейс, — осторожно дотронувшись до его руки, начала я. — Скверна, к которой я обращаюсь, всегда требует платы. В этот раз она просила боль. Приятно мне было больше.

Улыбка скользнула на лице, пришлось в который раз напоминать себе, что скиарий Сагариуса слишком хорош. Он даже не осознал, что инициатором жёсткости была я.

Наши пальцы переплелись на мгновение, но, ощутив тепло его кожи, я одёрнула руку. Это было слишком обманчивое чувство… Для Элбрайта в первую очередь. Я всего лишь не хотела, чтобы он винил себя за случившееся, но и большего дать не могу.

— Твоя скверна… что она обычно просит?

— Всегда по-разному, — уклончиво ответила я, не решаясь сказать про все «странности». — В самый первый раз, когда обратилась к тьме, проспала три дня, пока организм не окреп. Как-то пришлось отказаться от еды на день, потому что в горло ничего, кроме воды, не лезло, любая пища по вкусу напоминала пепел.

— Ужасно, наверное, когда сила просит плату? — спросил Дрейс, но мне всё равно не хотелось говорить об этой части себя.

— С тех пор как я обнаружила в себе скверну, понимала, что другого пути не будет. Ты ведь знаешь, что те, у кого связь с тьмой, отправляются в Мориус. Страшно было в самом начале, когда все смотрели на меня, как на проклятую. Сейчас я просто не замечаю взглядов…

— Рейни, — тяжело вздохнув, начал скиарий. — Я ничего не скажу о случившемся. Никакого приказа не было, и это останется между нами. Но ты должна пообещать, что подобные выходки больше не повторятся.

Я смотрела на него, а внутри закипал протест. Спокойный тон, которым он будто делал одолжение, раздражал. Словно он ожидал от меня покорности и считал, что может диктовать, как мне поступать.

— Если потребуется, я сделаю это снова, — смело заявила я и дёрнула подбородком.

Наверное, правильнее было бы солгать и выдать обещание, которого он хотел. Это поставило бы точку здесь и сейчас. Но я не могла. Лгать ему почему-то не хотелось.

Мы молчали, глядя друг на друга, словно это было частью противостояния. Всё во мне кричало, что я не поддамся и не изменюсь ради чужих ожиданий. И он, чертовски упрямый, тоже это знал.

В конце концов, каждый остался при своём мнении.

Оставалось надеяться, что дорога до Империи пройдёт лучше. Всё же скверну стоило поберечь.

Глава 6

На рассвете Элбрайт решил выйти на связь с арканом своего отряда. В воздухе ещё витала прохлада, а солнце только начало пробиваться сквозь серую дымку, но я уже крутилась возле разведчика в ожидании.

Дрейс позвал меня к себе в комнату. Но, несмотря на его присутствие и то, как он невзначай задевал меня рукой, мысли были сосредоточены на делах.

Я то и дело косилась на устройство, которое видела лишь пару раз в жизни.

На столе стоял радиопередатчик, который Сагариусы всегда возили с собой. Как отряд разведки, они пользовались особой привилегией — связываться с Юртасом в экстренных ситуациях.

Насколько я знала, он работал благодаря магии скиария. Барьер обеспечивал чистоту сигнала, защищая его от помех.

Устройство было очень дорогим и выдавалось не каждому. Но, очевидно, палариус счёл разумным обеспечить Дрейса этой штуковиной.

Я наблюдала за тем, как Элбрайт активировал устройство, касаясь панелей ладонью. Мягкая, почти невидимая магия потекла тонкими линиями, запуская узлы. Панель зажглась слабым синим светом, и в тишине раздался характерный шум, сигнализирующий, что связь установлена.

— Хэтра, на связи Элбрайт, скиарий отряда Сагариуса. Сообщаю, что продолжение миссии невозможно, — отчётливо произнёс Дрейс, без колебаний, несмотря на тяжесть слов. — Турель выведена из строя. Мракхи проявляют нехарактерное поведение. Необходимы новые инструкции.

Когда сообщение отправилось, он опустил руку, а свет на панели погас, оставляя нас в тишине.

— Как скоро она ответит? — поднимая глаза, поинтересовалась я.

Дрейсар только успел взглянуть на меня, как панель вновь засветилась, но уже красным светом. Из передатчика послышался женский голос:

— Элбрайт, новых инструкций не будет, — ответ аркана заставил нас замереть. Она будто только что вынесла приговор. — Займитесь починкой оружия и двигайтесь дальше. У палариуса распоряжение: добраться до активности...

— Хэтра, это безумие!

— Это приказ, скиарий, — резко сказала аркан, но в словах слышалось сочувствие. Она прекрасно понимала, чем это может закончиться для всех нас. — Сам император отдал распоряжения.

Император Холлинс, если и отдавал приказы, то делал это через палариуса. Я видела его всего раз и с трудом могла сказать, что он хоть что-то понимает в военном деле.

Вряд ли жизнь за толстыми стенами резиденции, охраняемой лучшими сандами, способствовала реалистичному отношению ко многим вещам.

— Хэтра, мы все умрём, — обречённо вздохнул Дрейс, и его слова вывели меня из задумчивости.

Это был последний аргумент, призывающий к здравомыслию. Но и я, и он прекрасно понимали, что приказ не подлежит оспариванию. Тем более приказ Холлинса.

Аркан Сагариуса ничего больше не ответила. Огонёк на радиопередатчике погас, словно олицетворяя реальность, в которой мы оказались.

Я не могла игнорировать выражение на лице Дрейса, а потому отвернулась. Стоило вовсе уйти, но я почему-то осталась.

— Слабак, — прошипел Элбрайт, и я не сомневалась, кого он имеет в виду.

Магией Холлинс не обладал, как и его предшественники. Почему так сложилось, никто не знал. Не было логичного объяснения, только догадки и легенды.

Самую известную нам рассказывали ещё в школе. Первый император, собравший разрозненные земли и построивший город, однажды заявил, что отсутствие магии в их семье — это знак чистоты. Он утверждал, что магия оскверняет душу, делает её зависимой, а те, кто несут бремя правления, должны быть свободны от её влияния.

В итоге нашими судьбами распоряжался человек, который никогда не ощущал магию на кончиках своих пальцев.

— Им нужны ответы, — сказала я, надеясь, что Дрейс немного выдохнул и готов поговорить.

Сжав челюсть, Элбрайт повернулся к передатчику. И так было понятно, чего хочет император, не было смысла пояснять или возмущаться. Хотя я бы предпочла услышать мысли Дрейса на этот счёт. Пусть и не самые приятные.

Я вздохнула, выходя на улицу. Оставалось понять, как сообщить отряду, что нам придётся двигаться дальше, в самый ад, откуда дороги назад может и не быть.

✠✠✠

В конечном счёте пришлось провести в городке несколько дней вместо запланированного одного.

Повезло, что среди сандов Сагариуса оказался способный механик, который справился со сломанной турелью. Выяснилось, что повреждение было механическим и боеприпасы перестали поступать. Из-за такой мелочи отряд потерял двух сандов…

Накануне мы обсуждали, как лучше поступить. После долгих споров Элбрайт и я пришли к выводу, что отряды не будут разделяться. Приказ, который мы получили, подразумевал определённую свободу.

Отродья могли появиться в любое время и неизвестно в каком количестве. Противостоять им показалось разумнее вместе. Хотя ни я, ни Дрейс не сказали этого вслух, но было очевидно, что никто из нас не хотел переживать случившееся недавно.

— Я надеюсь на твоё здравомыслие, Редж, — бросил Дрейсар перед тем, как сесть в машину.

Хотелось ответить ему что-нибудь колкое, но я не успела. Последние дни мы разговаривали исключительно по делу. Элбрайт не приходил ко мне, а я не решалась отправиться к нему.

С одной стороны, я была рада, но с другой... Внутри свербело что-то настойчивое.

«Ты что-то чувствуешь к нему,» — это был не вопрос, а утверждение Гаэля, будто он знал больше, чем я.

Может, это кусочек здравомыслия или совести, который я закопала в глубине себя так давно?

Только голос в голове был не прав. Во мне не было ничего, кроме вины, и вряд ли она могла перерасти во что-то большее. Мне было неловко, что я так поступила с Дрейсом. Он не заслуживал, чтобы я использовала его…

Уверена, что при желании Элбрайт мог найти девушку, которая с радостью подарила бы ему свою любовь. Моя кандидатура на эту роль совершенно точно не подходила.

Всё, что я могла предложить Дрейсару, — одноразовые отношения, да и если быть честной, то их пора было прекращать. Я уже задумывалась о его чувствах, а что дальше? Начну изнывать от тоски, если его не будет рядом?

Караван двинулся в путь. На лицах сандов читалась тревога. Совсем недавно они поняли, что кто-то из них может умереть. Смерть двух бойцов Сагариуса очень ярко показала, что это не просто прогулка за стены.

В отличие от рядовых сандов, скиарии относились к потере бойцов иначе. Слабости не позволяли вырваться наружу. Плакать и причитать о случившемся можно было только наедине с собой, чтобы остальные не видели.

Да и вряд ли кто-то обрадуется командиру, который не скрывает от остальных, как ему больно или страшно…

Опустив магию, я по привычке принялась изучать местность. Чем ближе к активности мы были, тем больше тварей выползало навстречу. Будто кто-то намеренно защищал это место, чтобы мы не добрались туда.

— Элбрайт, приём. Примерно через пятьсот метров пятеро мракхи на пути. Повторяю, пятеро, — предупредила я и получила короткое «принято».

Я заметила, как плечи Бьёрна слегка напряглись, и перевела на него взгляд.

— Скиарий Редж, кхм, — здоровяк явно пытался подобрать слова, боясь ляпнуть лишнего. — Скажите… мы все видели вашу магию…

Я поняла, куда он клонит. Не каждому бойцу удавалось увидеть скверну в действии. Она пугала, особенно в первый раз. Но если санды будут бояться меня, ничего хорошего не выйдет.

Не хватало того, что выродки пугали до самых костей, но они снаружи, а здесь страх был внутри, с которым едешь в одной машине.

— Санды, — вдохнув поглубже, начала я, — моя магия действительно отличается от вашей, но раз я здесь — мы на одной стороне. Я не скажу, что вам стоит расслабиться, но пока я держу скверну под контролем, все в безопасности…

— А если что-то пойдёт не по плану? — спросил Трейс.

— Если что-то пойдёт не по плану, меня ликвидируют в первую очередь, вам это известно, санд Пирье.

Все замолчали, обдумывая мои слова. Одно дело убивать тварей, не имеющих сознания, но совершенно другое — убить себе подобного, своего товарища, человека…

— Убийство бойца не являлось чем-то необычным. Каждый может проявить слабость, но надо понимать, что цена некоторых ошибок — жизнь товарищей.

Я скривилась, вновь вспоминая времена в академии. Это было одно из правил, которое должен не только выучить, но и принять каждый студент академии.

— Но пока я в здравом уме, командование по-прежнему за мной, как и право ликвидировать того, кто начнёт сомневаться во мне, — слова прозвучали жестоко, но отрезвляюще.

Когда-то Гаэль Норд сказал их, заставляя запомнить всё услышанное. Аркан Мориуса не был жестоким, он был справедливым и рассудительным. Бойцы легко проникались уважением к нему, и это было не безосновательно.

— Что, Пирье, наделал в штаны? — засмеялась Накхар, которая либо делала вид, что её ничего не страшит, либо реально была бесстрашной.

— Пошла на хер, Хашили!

— Отставить, санды, — я надавила на виски, пытаясь приглушить подступающую боль.

Магию пришлось возвращать. Силы ещё не восстановились, и это по-настоящему напрягало. Если мы столкнёмся с мракхи, я буду бесполезной. Обращусь к скверне в таком состоянии — рискую потерять контроль над собой.

— Приём, Редж. Построение для атаки, — оповестил Дрейс, и я передала команду своему отряду.

Машины с турелями поравнялись. Я взглянула в сосредоточенное лицо Элбрайта. Он кивнул, и в ту же секунду огонь обрушился на мракхи впереди.

Всё прошло удивительно гладко, вселяя надежду, которая была очень обманчива.

Когда истребители завершили зачистку останков, наш отряд двинулся дальше.

Обычно такие места кишели отродьями. Мракхи шатались плотными группами, ища людей, которыми можно было полакомиться. Но сейчас... сейчас их становилось всё меньше. И это не радовало, а пугало…

Во рту появился привкус гнили с металлическим оттенком. Меня начало тошнить. Пришлось закрыть глаза, делая короткие вдохи. Увы, это не помогало. Вместо воздуха в лёгких оседала магия.

✠✠✠

Место, где мы остановились, выглядело угнетающе. Будто нам было мало отчаяния и тревоги за последние дни…

Когда-то здесь было маленькое поселение. Сейчас мы стояли посреди кладбища чьих-то жизней.

Очевидно, городок покидали в спешке. Об этом явно говорили сломанные ставни, брошенная мебель, ржавеющие каркасы машин и заросшие сорняками дворы.

Мы замерли у центральной площади, где когда-то был рынок. Теперь от него сохранились лишь покосившиеся деревянные стойки и прогнившие прилавки.

— Ну и мерзость, — пробормотал Пирье, зажимая нос рукой.

Я покосилась на место, которое вызвало у санда такое отвращение. Останки какого-то мелкого зверя не успели разложиться до конца.

Вздохнув, я продолжила оценивать, насколько были велики наши шансы на выживание.

К счастью, стены у поселения частично сохранились. Старые кирпичные укрепления, кое-где обвалившиеся, ещё могли сдерживать небольшую угрозу. Кто-то до нас тоже надеялся здесь выжить.

Тварей поблизости не было, я убедилась в этом, отпустив скверну. Этого хватило, чтобы остаться.

Бьёрн опёрся на кузов машины и начал разминать шею. Хашили пошла ко второму преобразователю и протянула ей питательный батончик. Все выглядели уставшими и вымотанными.

Пока часть отряда устраивалась, остальные занялись едой. Кто-то начал таскать доски для костра. Кто-то перебирал провизию.

Генераторы никто даже не пытался запускать, их берегли для техники.

За водой к колодцам никто даже не пошёл. Было очевидно, что мы не найдём там запасов свежей воды.

До темноты оставалось чуть меньше часа, и я очень надеялась, что ночь пройдёт спокойно…

— Санды, делимся на три группы, шестнадцать человек выходят на дежурство первыми, остальные отдыхают. Через три с половиной часа отдыхавшие сменят часть дежурных. — Дрейс облокотился на капот машины и выдал указания для всех. — Преобразователи, укрепите все слабые места, чтобы через них никто не мог пробраться.

Не знаю, как остальные, но сна у меня не было ни в одном глазу. Тревога так плотно засела внутри, что никаких мыслей о том, чтобы расслабиться, быть не могло.

— Редж, ты отдыхаешь, — вновь обратился скиарий, но уже персонально ко мне.

— Можно тебя на пару слов, Элбрайт? — моё терпение висело на волоске.

Сагариус не стоял выше Мориуса. Мы с ним были в одинаковом положении, но он в который раз позволял отдавать команды, подрывая мой и без того шаткий авторитет.

Покинув импровизированный лагерь, мы завернули за полуразрушенное строение. Я остановилась в тёмном переулке и сложила руки на груди.

— Ты слишком много себе позволяешь, Дрейс. Не нужно делать из себя скиария обоих отрядов, во всяком случае пока я ещё жива…

— Рейни… — он тяжело выдохнул. — Сейчас все на взводе…

— Все видят, что даже ты не на моей стороне!

Его руки легли на мои плечи, притягивая. Я собиралась отстраниться и запротестовать, но Элбрайт поспешил сказать, что скрыл нас от любопытных глаз своей магией.

— Я не хотел тебя обидеть, Рейни, — шепнул Дрейс, крепче прижимая меня к своей груди.

Вся злость куда-то улетучилась, и я уже не могла понять, отчего вообще вспылила. Тепло от тела Дрейса рассеивало тревогу. Неожиданно я уловила, что именно этого мне так давно не хватало — поддержки, заботы и внимания. Элбрайт, несмотря ни на что, пробивался сквозь стену, выстроенную мной.

— Сходишь со мной на свидание, когда мы вернёмся в Юртас? — неожиданно спросил разведчик, мягко водя рукой между лопаток.

— Это глупо, Дрейс, мы спали… напомни, сколько раз? Давай оставим всё как есть…

Элбрайт повернул моё лицо, не позволяя уклониться от пристального взгляда.

— А если я хочу большего?

— Дрейс, нам пора…

— Помогите!!!

Я увидела в глазах Дрейса отражение собственного страха. Мы позволили себе глупость, отвлеклись ненадолго и…

Но винить себя уже не было смысла.

Грохот выстрелов я услышала ещё до того, как добежала до первых машин. Металл скрежетал под ударами когтей, твари хрипели, а вокруг раздавались крики раненых. Какофония звуков накрыла куполом, но ужаснее было другое…

Отряды отчаянно сражались, но это выглядело как попытка удержать наводнение голыми руками. Мракхи накатывали один за другим, заполняя всё вокруг смрадом гниющей плоти.

Бойцы прятались за машинами и почти вслепую палили. Я видела, как один за другим пустели магазины и с каким отчаянием санды тянулись к патронам.

Краем глаза я заметила Накхар и Бьёрна, затаившихся в укрытии. Здоровяк отстреливался, а рыжеволосая размахивала катаной, ловко срезая отвратительные головы с плеч.

Вот и настал тот день, когда я увидела её в деле… Но отточенность в движениях и грация, с которыми она двигалась, не вызывали восхищения. Оружие в её руках было тяжёлым, и кто знает, сколько ещё она сможет им размахивать.

Лекарь из моего отряда был мёртв, как и истребитель Томари. Над её телом склонились несколько отродий, отрывающих куски плоти зубами.

Не было времени разбираться, кто ещё сражается, а кто уже погиб. Я видела трупы, но намеренно сосредоточилась на тех, кому помощь была нужнее.

— Зачищаем их, затем выходим! — прокричал Дрейс, хватаясь за оружие.

Мы должны были выжить и исправить этот чёртов провал.

Я отпустила магию, приручая скверну. Мне нужны были силы, пусть и тёмные, но ради спасения тех, кто ещё оставался на ногах, я готова была рискнуть состоянием.

— Пирье, не пали! — крикнула я, заметив истребителя.

Трейс выставил руки вперёд, испепеляя тварей, но его паника мешала мыслить здраво. Тратить магию в таких условиях было очень опасно.

— Сначала оружие… — я попыталась напомнить ему простые истины.

— Пошла на хер! — грубо выкрикнул санд.

Истребитель не заметил, как сзади подкрался мракхи, намеревающийся напасть. Ему повезло, что я успела выхватить ствол и остановить тварь. Когда я навела оружие, он испуганно округлил глаза, думая, что собираюсь прикончить его за нарушение субординации.

Но устраивать разбор было не время. Да и злиться на Пирье я не собиралась. Мы и без того были на грани…

— В машины, бегом! — громкий приказ Дрейса заставил сандов отступать, пытаясь прочистить проход к спасению.

Я видела, как несколько бойцов пытались забраться в машины. Один из них почти успел. Его ноги ещё касались земли, а руки тянулись к дверной ручке. Но выродки оказались быстрее.

Когти вцепились в спину, разрывая плоть, он закричал, пытаясь подтянуться, но твари вытащили его обратно. Тело билось в конвульсиях, но быстро затихло, наполовину оставшись висеть на пороге машины, изуродованное и мёртвое. Второго ждала та же участь…

Заметив Элбрайта, точными выстрелами сносящего башки мракхи, я сосредоточилась.

— Я прикрою!

Скверна завибрировала на кончиках пальцев, не желая подчиняться, но я знала, что смогу удержать её.

Дрейс оказался рядом, хватая меня и утягивая в сторону машины.

— Ты не обратишься к магии, Редж, — прорычал он, выставив оружие и попутно отстреливаясь от тварей.

— Мы умрём здесь, Элбрайт!

Упрямство сейчас было не к месту, а у меня не оставалось времени на уговоры.

Я схватила его за руку и вцепилась зубами в кисть. Он вздрогнул и выругался, но этого было достаточно, чтобы сбить его с толку. На мгновение пальцы ослабли, и я вырвалась, отступив на несколько шагов.

Скверна рвалась наружу, умоляя рвать тела: мёртвые или живые.

Я вытянула руки, собирая тени к пальцам. Они сплелись в плотные тёмные цепи и едва заметно задрожали. Кожа тут же покрылась потом, остывающим на холодном воздухе.

— Назад, держитесь ближе к машинам! — выкрикнула я.

Первая цепь ударила по мракхи, разрубив его пополам. Куски сгнившей плоти разлетелись по земле. Не давая тварям опомниться, я тут же ударила снова. Ещё один мракхи рухнул, захлёбываясь хрипом, но продолжал дёргаться, пока следующий удар не раздробил ему голову.

Скверна требовала большего. Она шептала в голове, что мы обязаны поглотить здесь всё. Стиснув зубы, я развернулась, бросив одну цепь в сторону машин. Обезображенные руки тянулись к людям, но тьма успевала разорвать их раньше, чем они добирались до сандов.

— Быстро! В машины!

Бойцы один за другим пробирались, прикрывая друг друга. Бьёрн тащил раненого, перепачканного кровью, санда. Накхар помогала Трейсу, оставшемуся почти без сил из-за использования магии.

Это казалось невыносимым. Но мысль, что кто-то из стоящих на ногах через пару минут будет валяться на земле, придала сил. Отправляясь на миссию, я клялась, что никто не пострадает. Я молилась, чтобы мне не пришлось переживать потери снова.

Дрейсар продолжал прикрывать, оттесняя мракхи, но постоянно бросал на меня обеспокоенные взгляды.

В отчаянии я закричала, сорвавшись на приказ:

— Тебе нужно координировать отряд, чёрт возьми! Нужна поддержка пулемётов!

Дрейсар задержался на мне, будто проверяя, справлюсь ли я, а затем рванул вперёд. Я почувствовала, как на плечи легло что-то непривычное, и поняла, что Элбрайт накинул на меня свои тени. Теперь я была невидима для тварей и могла наносить удары, не боясь, что они бросятся меня разрывать.

Я повторяла про себя, что у нас есть шанс. Все были вымотаны, но на кону стояла собственная жизнь. Если мы правильно всё рассчитаем, то сможем отбиться.

«Не сможете, Рей.»

— Не сейчас, Норд. Отвали.

Тьма рвалась наружу. Казалось, скверна только и ждёт, когда я наконец ошибусь. Но я не могла позволить себе такую роскошь.

Пот стекал по вискам, хотелось смахнуть его, но я не могла отвлечься. Оказывается, чтобы противостоять чему-то неживому, нужно отбросить всё лишнее и самой стать ходячим трупом.

«Рей… сдавайся».

Стиснув зубы, я мысленно послала Гаэля. Опять он решил напомнить о себе в самый неподходящий момент.

— Замолчи, чёрт тебя побери!

Я почти нащупала ритм, в котором успевала отбиваться от тварей, когда заметила нечто необычное. Среди окружающего меня безумия выделялась фигура. Прямо мне навстречу шёл высокий незнакомец. Это точно был не санд. Да и не житель городка, ни один из них не смог бы пройти здесь живым.

Глубокий капюшон не позволял разглядеть его лица, но походка была уверенной. Совершенно не соответствующей панике среди бойцов.

Мракхи не бросались на него, будто игнорируя. Они словно не видели перед собой человека, которого можно было разорвать… или принимали за своего.

Я замерла, а время вдруг остановилось. Скверна, бурлящая в теле, неожиданно схлынула. Это было так резко, будто из меня вырвали часть души.

Ноги подкосились, и я рухнула на землю, хватаясь за грудь. Вокруг всё застыло, а я не могла оторваться от незнакомца.

— Рей, я же сказал, сдавайся.

Услышанное звучало не в голове, а совсем рядом, словно Гаэль Норд стоял прямо возле меня…

Глава 7

Пять лет назад

На ступенях у входа в Академию сандов стоял парень. Он снова открыл папку, бегло просматривая строки с личными данными о некой Рейне Редж.

На фотографии красовалась миловидная девушка с длинными пшеничными волосами и глазами цвета мёда. Она была хороша собой, но её, даже на снимке, надменное выражение лица не нравилось парню.

Гаэль нехотя стал «счастливчиком», которому доверили роль провожатого. Ректор сказал, что такую миссию можно поручить не каждому, потому что академия удостоилась чести принять дочь одного из богатейших людей Юртаса — Вэлиуса Реджа.

Недавно у юной девушки обнаружились способности к магии, и это заставило Гаэля задуматься.

Магия никогда не просыпалась после шестнадцати лет. Она могла долго не проявляться, но её признаки всегда замечали раньше. Для этого в Империи существовали провидцы, способные почувствовать дар ещё до его пробуждения.

Как только зачатки были обнаружены, будущего мага тут же ставили на учёт. Как правило, многие с юношества знали, кем станут. Правда, для этого требовалось отучиться в академии.

Здесь изучали способности студентов и разбирались, где они пригодятся. Для одних магия открывала дорогу в науку, исследования или технологии. А для других — на поле боя.

Это было известно каждому, и поэтому новость о том, что дар у Рейны появился только сейчас, никак не укладывалась у Гаэля в голове.

Парень в который раз пролистал досье и нахмурился. Рейне уже было восемнадцать, значит, её способности либо скрывали, либо они проявились гораздо позже, чем обычно.

Такое тоже случалось, но Гаэль подумал, что с такой влиятельной семьёй, скорее всего, они просто до последнего умалчивали о магии дочери.

Наконец на территорию въехал чёрный автомобиль, затормозивший у входа. Гаэль облегчённо выдохнул, устав торчать на ступенях.

Услужливый водитель в строгом костюме вышел и открыл заднюю дверцу, выпуская ту самую девушку.

В реальности она показалась Гаэлю ещё красивее. Волосы, в отличие от фотографии, оказались длиной до плеч, а глаза — пронзительными, но такими же высокомерными.

Она брезгливо огляделась, стряхнув пылинки со своего тёмного пиджака.

Парень сразу подметил, что она наверняка привыкла жить в роскоши. Каково же будет её удивление, когда ей выделят комнату на четверых и заставят трапезничать в общей столовой без личного повара и деликатесов.

Спустившись, он встал напротив и протянул ей руку для приветствия, но Рейна лишь склонила голову в непонимании.

— Рейна Редж? — на всякий случай спросил он, хотя прекрасно знал, что это именно она. — Ректор отправил меня встретить тебя и показать здесь всё…

— А сам он что?

Норд не ошибся насчёт характера девушки. Зазнавшаяся и избалованная девчонка, привыкшая к обходительному отношению к своей персоне.

— Он уехал по делам, — ответил Гаэль, но улыбку с лица не убрал. В его голове родилась мысль вывести эту зазнобу из себя, чего бы это ни стоило. Он хотел видеть, как маска презрения сползёт с красивого лица.

Академия меняла людей — это всем было известно. И, упаси её Всевышний, от участи попасть к сандам. Но Норд подумал, что со связями отца вряд ли девушку ждёт такая жестокая судьба.

— Хорошо, — фыркнула блондинка и махнула водителю, чтобы тот достал вещи из багажника.

Девчонка, определённо, перепутала заведение. Её огромный чемодан мог занять половину комнаты в общежитии. Гаэль смекнул, что конфликта с соседками ей не избежать. Будет здорово, если они выставят её за дверь жить в этом чемодане.

Он ухмыльнулся своим мыслям, заставляя Рейну хмуриться сильнее.

— Раз тебя приставили, как собачонку, неси вещи, — девушка махнула рукой на багаж и пошла к главному входу.

Высокие ступени, выточенные из серого гранита, казались бесконечными, но Рейна стоически держала спину ровно, боясь показать парню свою слабость.

Девушка обернулась лишь один раз, чтобы убедиться, что парень с трудом тащит тяжеленный чемодан. Только это было не так. Он подхватил ручку и не волок багаж по ступеням, а с лёгкостью нёс его в руке, словно тот и веса не имел.

Про себя Рейна закатила глаза, подумав, что он выделывается. Ей было не привыкать наблюдать такое поведение со стороны мужчин, пытающихся привлечь внимание. Сама Рейна интересовала их мало, а состояние семьи Реджей весьма манило.

Массивные дубовые двери, обрамлённые тяжёлым металлом с позолотой, возвышались над ступенями. На их створках красовался герб Юртаса — внушительный щит на фоне вырезанного с ювелирной точностью города. Башни, стены и крыши домов были изображены так детально, что казалось, можно рассмотреть каждую улицу.

Арочный проём над дверями украшала резьба, изображающая потоки магии, сплетающиеся в сложные узоры. Над проёмом были высечены слова на древнем языке, которые гласили:

«Сила без чести — разрушение, знание без цели — пустота».

— Я, кстати, Гаэль Норд, — поравнявшись с девушкой, оповестил парень.

— Мне, кстати, плевать, — резко ответила она, но тут же прикусила язык.

Парень явно был старшекурсником: высокий, худощавый, с добрыми карими глазами, у которых собирались морщинки от улыбки.

Мать говорила, что такие появляются только у тех, кто улыбается искренне — не губами, а по-настоящему.

Неожиданностью стали выцветшие, почти седые волосы Гаэля. Редж видела такой цвет у пожилых людей, но никак не у молодых. Из-за этого парень выглядел старше своих лет.

Слова Рейны не произвели должного впечатления, заставив Норда ухмыльнуться ещё шире. У девушки и так не было настроения, но она не ожидала, что чужая улыбка так сильно выведет её из себя.

✠✠✠

Вопреки ожиданиям Гаэля, выяснилось, что девчонку определили не в общую комнату. Зазнавшейся особе досталась отдельная спальня, предназначенная для старост групп.

Очевидно, что папочка позаботился, чтобы дочь жила в комфорте отдельно от бедной массы.

— Можешь располагаться, я подожду здесь. Нужно показать тебе, где здесь всё находится…

Рейна не ответила, захлопнув дверь прямо перед его лицом. В жизни Гаэля было мало моментов, когда он выходил из себя, но она… Эта девчонка сумела лишить его контроля за считанные минуты.

Впервые за всё время парень не сдержался, выпустив магию за стены комнаты, где расположилась Рейна. Ему хотелось напугать её и привести в чувство, но то, что он увидел, заставило его остановиться.

Редж сидела на краю кровати, закрыв лицо руками. Её плечи подрагивали от слёз, которые она не смогла сдержать. Гаэль поймал нелепую мысль, что она плачет из-за того, что комната оказалась не такой роскошной, как ей бы хотелось.

Он вернул магию, тяжело вздохнул и опёрся спиной о стену.

Слёзы катились по щекам, но девушка не собиралась останавливаться. Вся жизнь пошла под откос с того дня, когда у неё обнаружили предрасположенность к магии. Это было в пятнадцать.

Рейне казалось, что её состояние связано с первой менструацией, но тело болело почти две недели, и это заставило родителей вызвать лекаря. Обычный маг поддержки развёл руками, предлагая обратиться к провидцу.

Рейна помнила тот момент, когда седой мужчина со страхом взглянул на отца и мать. Семейство Редж не обладало способностями, а потому дочь оказалась не просто белой вороной. Провидец заявил, что Рейна обладает самой тёмной магией из всех существующих — магией скверны.

Вэлиус Редж не поверил, отрицая очевидное. Пришлось заплатить целое состояние, чтобы скрыть правду.

Отец Рейны был умным человеком, он прекрасно понимал, что для людей с такой тёмной магией не существует других путей, кроме службы в рядах сандов. А ещё он знал, что долго такие маги не живут.

Империя боялась тех, кто связан со скверной, ведь один из них стал причиной того ужаса, что свалился на их головы.

Вот только дочь росла, а скверна в ней вырывалась наружу, стоило ей потерять контроль над эмоциями. Пришлось перевести её на домашнее обучение, чтобы подобный срыв не случился в скоплении людей.

Три года семейству удавалось скрывать магию Рейны, пока не произошёл ужасающий момент. Девушка часто ходила во сне, теряя контроль над собой, и в ту ночь она вновь вышла из комнаты.

Блуждая по коридорам особняка, она внезапно остановилась у кабинета отца, который задержался за работой до поздней ночи. Что двигало скверной в тот момент, неизвестно, но вряд ли девушка отдавала отчёт тому, что делает.

Вэлиус впервые увидел такую устрашающую магию. Родная дочь, выросшая в любви и заботе, выставила руки вперёд, и к ней устремились тени, сплетающиеся в единое целое.

Мужчина сумел сориентироваться и начал кричать, зовя на помощь. Если бы по счастливой случайности мать Рейны не оказалась рядом со шприцем успокоительного, то кто знает, чем могла закончиться эта история.

— Не переживай, Вэл, мы позаботимся о Рейне, — ректор академии лично прибыл в поместье Реджей, чтобы поговорить с отцом семейства.

Девушка сидела на стуле в кабинете отца и переводила взгляд с родителя на Пилара Бэверроуза — низкого полного мужчину с круглой оправой очков, балансирующей на носу.

Он не выглядел как великий маг, но это и не требовалось. Достаточно было того, что он был влиятельным человеком, по мнению Вэлиуса.

— Поселим тебя в отдельную комнату во избежание неприятных ситуаций, — подмигнул Пилар.

— Когда она сможет контролировать эту… свою магию? — На лице отца скользнуло отвращение, но девушка не подала виду, что её это задело.

— О, на это уйдёт время, Вэл! Но уверяю тебя, я буду приглядывать за Рейной.

С того дня Рейна замкнулась и не произнесла ни слова. Она жила в постоянном страхе, и не существовало ничего ужаснее того, что сидело внутри неё, ожидая своего часа…

— Эй, побыстрее можно! — настойчивый стук в дверь вывел её из задумчивости, заставив оглядеться.

Девушка забыла, где находилась и что рядом был парнишка, приставленный к ней. Рейна поднялась, обтёрла остатки невысохших слёз и вышла. Чем быстрее избавиться от него, тем быстрее сможет всё обдумать.

В конце концов, если здесь ей помогут, то глупо отказываться от такого шанса.

Створка противно скрипнула, когда она медленно распахнула её. Смотреть на Норда не хотелось. Наверняка припухшее от слёз лицо говорило само за себя.

Неожиданно Гаэль подошёл ближе и коснулся её подбородка, вынуждая посмотреть на него. Она хотела возмутиться или даже ударить, но обезоруживающая улыбка парня заставила её передумать.

— Скверна не проклятие, Рейна, — тихо произнёс Норд.

Редж подумала, что ей послышалось. Она мысленно принялась соображать, где он мог услышать о её способностях. Может, ректор проболтался…

— Откуда ты знаешь?! — возмущённо выпалила Редж, косясь в сторону.

— Потому что я чувствую, — пожав плечами, ответил парень и махнул на длинный коридор.

Больше Гаэль не сказал ничего особенного, но Рейна всё равно опасливо поглядывала на его спину.

Коридоры академии казались бесконечными. Гаэль уверенно шёл впереди, с улыбкой рассказывая об укладе и распорядке учебных дней.

Но внимание студентки уплывало куда-то в сторону, мысли не хотели фокусироваться на словах спутника. Она всё пыталась понять, откуда этому простаку удалось узнать о ней такой секрет. Вновь спрашивать она почему-то не стала.

Гаэль остановился у высоких дверей, ведущих в столовую. Он рассказал про расписание и по каким дням дают самые вкусные блюда.

Рейна удивлённо посмотрела на него, не понимая, как он умудрился затронуть такую важную для неё тему, но после сделал вид, что ничего не случилось.

Двигаясь дальше, Норд провёл её через проход, связывающий главное здание с библиотекой. Это место выглядело особенно величественно. Редж на мгновение перестала волноваться, разглядывая тёмное дерево стеллажей и высокие окна, через которые пробивался мягкий свет.

Гаэль говорил без остановки, поделившись даже своим достижением — успешным окончанием третьего курса. Будущее манило его, как ясная цель, и, судя по всему, он мог закончить обучение раньше срока. Аркан Мориуса лично отметила его способности.

— Бывает, что сандов посвящают раньше, — пояснил парень. — Бойцы нужны всегда, тем более одарённые.

Рейна вновь непонимающе уставилась в его спину, а он обернулся, словно почувствовав её взгляд.

— Будешь учиться прилежно, показывать хорошие результаты, и тебя тоже могут забрать раньше. Всё-таки с такими способностями…

— Ш-ш-ш, — зашипела девушка, оглядываясь по сторонам.

Она не хотела, чтобы кто-то знал о её тёмной магии. Только Гаэль не убрал улыбку с лица, лишь пожал плечами.

Всё время он говорил с энтузиазмом, но ни одно слово о расположении аудиторий не осталось в памяти.

Мысли девушки крутились вокруг другого: как он мог знать больше, чем она сама? Этот юноша обладал таким спокойствием, что даже скверна в её сознании притихла.

Рейна привыкла держаться подальше от остальных. С тех пор как в ней обнаружили скверну, многое изменилось. Что и говорить, даже родители опасались дочь. Ей приходилось всё больше молчать и чаще проводить время в одиночестве. Казалось, что это спасёт, если и не её, то хотя бы тех, кто не хотел соприкасаться с тьмой.

Но Гаэль... он был другим. Она не видела страха или сомнений в его словах и движениях. Норд улыбался ей, как и остальным. Он открыто смотрел на неё, не боялся говорить и даже шутить.

Шаги по коридору становились медленными, а мысли кружились вокруг вопросов: кто он на самом деле и почему не отстранился?

✠✠✠

С того дня началось обучение в академии. С Гаэлем девушка почти не виделась, за исключением тех моментов, когда они сталкивались в коридорах и столовой. Случайные встречи почему-то отзывались в ней приятным трепетом, будто только он по-настоящему знал и понимал природу её способностей.

На первом курсе обучение Рейны шло легко, по крайней мере, в теории. Основные предметы не вызывали трудностей: основы тактики, дисциплина и история Империи. Девушка усердно читала книги, окунаясь в мир, понятный пока лишь на бумаге.

И всё же кое-что невозможно было узнать из книг. Редж понимала, что она не прочитает о скверне в учебниках и не найдёт справочник по тому, как управлять тёмной силой. С этой задачей ей придётся справляться самой…

На первых занятиях студентов погружали в бесконечные тексты и схемы, объясняющие природу способностей.

Цель заключалась в том, чтобы почувствовать её зачатки внутри себя. Преподаватели говорили, что важно отыскать магию, как голос в шумной комнате.

Многие из её однокурсников уже знали, какими способностями обладали. Кто-то говорил про лёгкий свет — намёк на магию исцеления. Кто-то называл тепло — пробуждающее пламя.

Неудивительно, многих из них не скрывали от мира. Наверняка им удалось узнать о своей магии больше. Для этого у них была вся жизнь. А у Рейны жалкие несколько лет взаперти…

Редж всё чаще заглядывалась на одногруппников, которые, не стесняясь, хвастались своей магией. Преподавателям приходилось ставить их на место. Студентов учили, что почувствовать магию — лишь первый шаг.

Будущие истребители владели огнём, способным уничтожать мракхи, но одного пробуждения дара было мало. Даже те, кто ощущал в ладони тепло, далеко не всегда могли создать что-то больше слабой искры.

Вскоре хвастовство многих поубавилось.

Рейна тоже чувствовала магию, но иначе. Скверна была тёмной и всегда непредсказуемой. Она не приносила ни радости, ни гордости, как у других студентов, только тень чего-то неправильного. После обращения к магии на её коже всегда оставалось что-то липкое, что непременно хотелось оттереть мочалкой. Увы, сделать этого не получалось.

Редж держалась в стороне. Даже когда студенты начали сбиваться в группы, находить друзей и объединяться для совместных тренировок, она оставалась одна.

На лекциях преподаватели могли часами рассказывать о способностях разных магов. Студентам объясняли, как истребители управляют огнём, как преобразователи меняют пространство, как маги-поддержки затягивают раны, а разведчики скрываются в тенях.

Из информации было понятно, что для каждого дара находилось своё место. Но только сила способностей влияла на то, окажется ли будущий маг за стенами.

Для Рейны не было открытием, что кто-то из студентов предпочёл бы не обнаружить в себе выдающийся потенциал.

О скверне в академии говорили вскользь. И когда это впервые произошло, Рейна предпочла бы провалиться сквозь землю.

Тема лекции звучала просто: «Как мракхи появились в Империи». Преподаватель подавал информацию сухо, вряд ли ожидая, что внутри у одной его студентки от услышанного будет всё сжиматься.

«Причиной кошмара стал санд, чья магия была поглощена скверной. Он потерял контроль и обратил свою силу на создание нежити, заражая мир вокруг…»

— Мы в дерьме из-за одного грёбаного мага-скверны, — пробормотал молодой парень, сидевший на заднем ряду.

Сказанное не должно было коснуться ничьих ушей, но в этот момент в аудитории повисло молчание, и каждый прекрасно разобрал бормотание.

— Почему этих магов вообще не истребят? — поддержала девушка, расположившаяся спереди.

Рейна втянула голову в плечи, боясь оказаться замеченной. Никто наверняка не знал, что она обладательница скверны. Редж не заявляла о своих способностях, хотя и понимала, что рано или поздно об этом узнают.

История захватила аудиторию, но Рейна слышала, как некоторые студенты шептались и кивали в её сторону. Пока кто-то открыто показывал свою магию, она оставалась в стороне, думая, что убережёт себя. Оказалось, от этого у одногруппников появилось больше вопросов к ней.

— Пока вы только обучаетесь, и это кажется неправильным, но поверьте: когда кто-то из вас окажется на поле боя, станет ясно, почему такие способности крайне ценны для Империи, — поспешил вмешаться преподаватель.

Профессора, в отличие от обучающихся, знали о способностях студентов. Очевидно, мужчина решил снять нарастающее напряжение.

— Хрен там! Не хочу сражаться плечом к плечу с кем-то подобным, кто знает, что в голове у этих…

— Тебе напомнить, Торсон, что истребители погубили не меньше отрядов, чем маги-скверны?

Голос незнакомца прозвучал откуда-то сверху, и Рейна обернулась. В конце зала сидел парень с тёмными коротко стриженными волосами. Он вытянул руки на парту и посмотрел на Редж яркими голубыми глазами. Она поспешила отвернуться, потому что успела заметить его лёгкую улыбку.

— Впереди у вас достаточно времени, чтобы понять, что каждый маг необходим Юртасу как никогда!

Для Рейны это был момент окончательного отчуждения. Она не знала, была ли такой же, как тот маг, о котором говорилось в истории, но тишина и одиночество стали её неизменными спутниками.

Первый курс пролетел незаметно. Удивительно, но Рейну не беспокоила бессонница и ночные похождения. Она догадывалась, что дело было в какой-то подавляющей магии, чтобы новоиспечённые студенты в порыве не уничтожили академию.

Девушка прилежно училась, занималась больше отведённого времени и даже засиживалась в библиотеке до самого её закрытия. Рейна изучала всё, что только можно, про скверну, но это было лишь теорией. На практике она до сих пор боялась соприкоснуться с ней.

— Ты всё учишься, — послышалось за спиной, заставляя её вздрогнуть.

Гаэль Норд по обыкновению обаятельно улыбался, но в этот раз у Рейны не возникло раздражения. Напротив, она попыталась выдать нечто подобное, но губы скривились в подобие полуухмылки.

— Что читаешь? — Парень отодвинул стул и без позволения сел рядом, слегка касаясь коленкой ноги девушки.

Неловко поёрзав на стуле, она попыталась отодвинуться, но замерла, когда он удивлённо посмотрел на неё.

— Про мага-скверны, который начал всё это…

— Хм. — Норд потянулся к учебнику и быстро пробежался по строчкам. — Занятная сказка.

— Почему сказка? Ты не веришь в то, что это правда? Что всё из-за скверны, которая вышла из-под контроля?

Парень не ответил, захлопнул книгу и развернулся к ней.

— Хочешь прогуляться? — заговорщически поинтересовался он, протягивая руку.

Гаэль оказался единственным человеком, с которым по-настоящему хотелось говорить. В нём было нечто особенное, притягивающее, и она, изголодавшись по нормальному общению без осуждения, согласилась.