Читать книгу: «Защита Центавра»

Оливия
Часть первая

Выдержки из местной Википедии об итогах реформ Оливии:

«После преобразования множества независимых государств в Единую Федерацию Оливии можно подвести итоги первого века существования этой глобальной структуры. Во главе Федерации находится Верховный Наставник Энуар Ш. Такого расцвета производительных сил за всю свою известную историю Оливия еще не знала. Роботы и андроиды составляют основную часть того, что прежде называли переменным капиталом в промышленности. Производство размещается на земле, под землей, под водой, развивается уже и на ближних планетах, где располагаются обширные колонии. Те средства, что прежде вкладывались в вооружения, направляются на колонизацию. Туда стремятся авантюристы и честолюбцы всех мастей: именно там больше возможностей для карьерного роста и обогащения.»

Но не все хорошо, как хотелось бы.

Далее Википедия:

«…но, начиная с правления V Верховного наставника жесткость определенной части уголовного и гражданского законодательства уменьшается. В частности, отменены запреты на однополые браки в Восточных Административных Штатах, а в Западных Штатах, напротив, сняты запреты на многобрачие обоих полов. А разрешение на однополые браки существует там около сотни лет. Считается, что в одном из комитетов Парламента Федерации находится проект закона об исключениях в запрете браков между родными братьями и сестрами.»

«Стремительно набирает популярность среди молодежи и избирателей в возрасте до 30 лет Либеральная партия, которая много лет топталась рядом с порогом прохода в парламент в 5 процентов, а теперь имеет почти вдвое больше. Ее лозунг: «Дать каждому то, чего он хочет, при условии, что способен и может.» здорово вывихнул мозги сотням тысяч, а то и миллионам молодых людей, которые не желали учиться, работать, творить, но иметь все до чего могут дотянуться их руки или осознать мозги.

Функционеры партии и сочувствующие стремятся проникнуть в первую очередь в сферу официальных органов информации, так как они вещают по всей территории федерации и рейтинг доверия им довольно высок. Либерализм вводит обществу вакцину от здравого смысла, а со временем расшатает или снесет все барьеры на пути к хаосу и вседозволенности…»

Айва, столица Федерации, располагалась недалеко от экватора и приходила в себя после местной сиесты. Возведение столицы в такой неоднозначной климатической зоне явилось компромиссом между севером и югом Оливии и не очень нравилось, как южанам, так и северянам. В Айве и располагалась крупнейшая в мире бюрократическая структура – Всемирное правительство, Всемирный парламент и резиденция Верховного Наставника Энуара. Центральные офисы крупнейших партий также находились в Айве.

Айва город чиновников и еще большего количества обслуживающего люда, а также тех, которые предоставляют услуги и тем и другим. Здесь не было зданий больше восьмидесяти этажей, были широкие улицы, на которых не случалось пробок; скверы, парки, водоемы, стадионы занимали незастроенные места.

Все внутригородское перемещение осуществлялось на маг- мобилях, которые использовали электромагнитные поля, создаваемые кабелями и устройствами под дорожным покрытием главных магистралей. Для различения магмобилей по назначению и особенностям к определению магмобиль добавлялась цифры. В быту, как обычно, все упрощалось – просто «маг». При езде по второстепенным улицам, использовались маги оборудованные и электромоторами. Многие междугородние магистрали также использовали электромагнитные поля. Поэтому на расстояние до тысячи километров проще добираться на маге при скорости четыреста – пятьсот километров в час.

В городе почти не было гостиниц, а в тех, что были заселиться сложно- только по предварительному бронированию от организаций. Гостиницы для туристов и других граждан, не имеющих аккредитации, располагались за городской чертой, но добраться не составляло труда и занимало десять-пятнадцать минут до центра города.

Место для проведения парадов, шествий, демонстраций также располагалось за городом и имело необходимые для этого оборудованные площади. В обычные дни место использовалось как автодром или проводились массовые соревнования по легкой атлетике для непрофессионалов. Словом, были созданы условия для продуктивного функционирования государственного аппарата.

Другой так функционально организованный город трудно отыскать в Оливии. И, тем не менее, в самом парламенте организованности не доставало. Приближались выборы в новый состав Федерального парламента. Они должны были пройти вслед за территориальными. Все зарегистрированные партии пытались показать миру способность защитить интересы своих избирателей. Это дело, в общем то, привычное, даже рутинное, но градус, совсем даже и неискусственно, был поднят фракцией Правой партии, имевшей на прошлых выборах менее шести процентов.

Главный офис партии находился на седьмой авеню, занимал два этажа делового центра и обходился недешево. Заместитель председателя партии некто Ахан Майер, менее чем за год сделал головокружительную карьеру от рядового члена партии до заместителя председателя. И так как он получил должность, которая прежде не предусматривалась штатом, постоянного кабинета в здании он не имел. По распоряжению Председателя для него арендовали апартаменты в гостинице. В них располагались и офис, и квартира, что вполне устраивало Майера.

В свое время он был выдвинут на место выбывшего депутата от партийной ячейки восточных штатов. Ему не было еще и сорока лет, высокий, статный. Смуглость выдавала примесь восточной крови. Все, что он говорил, звучало весомо и убедительно так, как будто он видел то, о чем говорит, если речь шла о событиях и ситуациях. Одевался скромно, чаще всего верх состоял из френча, а когда верхняя пуговица не застегнута, виднелась рубашка белая или серо-синих тонов.

Председатель партии Александр Вышинский, мужчина лет семидесяти, политикой занимался большую часть сознательной жизни и давно приискивал преемника, на которого мог бы положиться. Ему было достаточно оставить себе только функции контроля.

Служба безопасности партии проверяла Майера по полицейским базам, социальным сетям и прошлым местам работы. Настораживала скудость сведений. Обычно человек окутан в информационную паутину, а тут была только нитка и довольно куцая: разведен, нет детей, семьи, а родители погибли в турпоходе, когда он был еще подростком. Друзей и родственников тоже нет. Бывшие коллеги в оценках сдержанны, но никто не хулил.

Майер закончил философский факультет известного и авторитетного университета. Успел потрудиться в аппарате одной из двух основных федеральных партий Оливии.

– Почему ушел? Это место как кухня и разговоры в ней. Очень большая кухня, до зала, а тем более до трибуны оттуда не дойти. Во всяком случае, моей жизни не хватит. – Так Майер объяснил поступок.

Дружелюбный и ровный в обращении с коллегами, он не скрывал честолюбивых намерений, но, говорил так:

– По головам не пойду. Только при вашей поддержке, если окажете доверие. Председателя подсиживать или подставлять не собираюсь.

Конкуренции он не опасался:

– Пусть победит сильнейший, а я готов к встрече с таким.

А такие в партии были. Средний возраст партийцев составлял около сорока лет и в верхушку партии входили несколько человек с лидерскими амбициями. До появления Майера конкуренция явная и неявная шла между ними. С его назначением на заметный пост, главный претендент – первый заместитель Председателя почувствовал, что рано расслабился, посчитав себя наиболее вероятным преемником.

С учетом образования Майера, Вышинский возложил на него развитие идеологической базы движения правых. До территориальных выборов оставалось несколько месяцев, когда Председатель вызвал его к себе:

– Дорогой, Ахан. Идеологией прежде я занимался сам, но я не молод, мозги, наверное, окостенели в прямом и переносном смысле, поэтому ничего свежего и привлекательного для избирателя мне не предложить. Ты набросай мне тезисы со своими соображениями, а я решу, насколько они приемлемы для партии и насколько ты сам соответствуешь тому, что я тебе уготовил. Ты не первый месяц со мной, поэтому объяснять, что к чему не собираюсь. Жду тебя через две недели со стратегией.

– Я только попрошу вас, господин председатель, освободить меня на это время от текущих дел и отключить связь со мной. чтобы я полностью сосредоточился на задании.

– Не возражаю, дорогой. Предупреди моего секретаря и старшего помощника. Да, сообщи им, как при необходимости связаться с тобой. Через неделю позвони, расскажешь, что получается.

Майер не стал откладывать работу ни до понедельника, ни до другого известного дня. Вернувшись в свой офис, он отдал необходимые распоряжения.

Среди его личных помощников людей не было, только роботы и андроиды. Как только он занял пост заместителя, он уговорил Вышинского заменить роботов – помощников, полагавшихся ему по статусу, на современные модели, что последнему не очень понравилось. Требовались немалые деньги. Теперь эти помощники должны были ему реально помочь.

Он вызвал руководителя своего офиса андроида Майю. Несмотря на свое внешнее, если и неравнодушие, но сдержанное отношение к женским чарам, Майер, когда заказывал андроида, доплатил из личных средств, чтобы лицо изделия было того женского типа, что нравились ему.

Вошедшая женщина, а это была женщина и доказать обратное было бы сложно, приветствовала патрона:

– Здравствуйте, Ахан. Рада вас снова видеть. Чем могу помочь?

– Здравствуй, Майя. Это фигура речи о радости – вежливость с твоей стороны или намерение возбудить во мне положительную эмоцию?

– Это и первое, и второе, но еще есть и третье – моя положительная эмоциональная реакция на ваше появление.

– Удивила. Как это может быть эмоция у создания лишенного души?

Я очень даже готов допустить существование души, лишенной эмоций или чувств, но те люди и не используют в разговоре ссылки на эмоции, если только не хотят солгать.

– Ахан, конструкторы, которые задумывали таких как я, хотели достичь наибольшего сходства с людьми не только внешнего, физического, но и эмоционального. Когда я вижу вас, я начинаю воспринимать некоторый рост энергетического фона в себе. Я понимаю, что в это время возрастает моя работоспособность. Такой энергетический подъем сопровождается розовым подсвечиванием в моем восприятии. То же происходит и с кожным покровом, особенно на лице – он розовеет. При восприятии того, что люди считают негативным, цвета меняются и моя реакция тоже – я могу выказать негодование.

– Вы удовлетворены, Ахан?

– На данное время, да. Спасибо, Майя, я постараюсь учитывать это. А теперь о более важном. Мне нужны данные о развитии социальных потребностей населения и взглядов в области политики, семьи, свободного и рабочего времени, свобод и несвобод. Выявление населения, которое принимает все как есть. Меня интересует, каких перемен они хотели бы. Как скоро они хотели бы реализации своих предпочтений.

Эти данные должны охватить последние лет тридцать, зависит от полноты сведений. Если в этот период случались общественные катаклизмы, то о них подробнее. Показатели нужны по Западным штатам. Понадобится и другая информация, но о ней позже. Можно брать информацию из работ серьезных аналитиков.

Последнее. Здесь понадобятся твои прогностическое возможности. Исходя из полученных цифр и тенденций, попробуй описать общество, которое состоится через лет пятнадцать- двадцать.

Майя немедленно взялась за работу. Связалась с андроидом Филиппом и вместе с ним подключилась ко Всемирной сети. Майер, у себя в кабинете, устроившись в кресле, проговаривал мысли вслух, чтобы речевой сканер смог их записать и, отредактировав, поместить на универсальный носитель, в просторечии унос. Он напоминал бумажный лист, но был в несколько раз дешевле, прочнее и имел большую износостойкость, позволял проецировать текст и изображения на экран.

Андроиды показывали замечательную производительность. Майер не раз похвалил себя, что не поскупился, приобретая технику. Но технику ли? Производительность андроидов позволила не только создать приемлемое идеологическое обоснование предвыборной платформы партии, но и подготовить предложения по проведению выборной компании в органы местной власти.

Если в сжатом виде, то предложения Майера сводились к внесению поправок в Программу партии, определив генеральную линию партии как умеренно консервативную, избавляя от экстремистских поползновений.

На территориях, где предполагалось выдвигать кандидатов, установки, лозунги и цели должны были носить, если не откровенно популистский, но популярный характер в русле идей местной элиты, но избавленных от провинциальности.

«Мы знаем, где либерализм должен уступить здравому смыслу и, где здоровый консерватизм пойдет рука об руку с современными реформами» – так выглядел становой хребет программы правых.

Кроме того, Майер предлагал не распылять силы и средства, а сосредоточить их в двух- трех штатах, (он называл в каких) и добиться большинства в этих парламентах или, в крайнем случае, такого присутствия, которое позволит создать коалицию и все равно проводить свою политику. А дальше, считал он, на партию начнут работать федеральные средства информации, транслируя успехи в общественной жизни регионов. Были и другие предложения с прицелом на федеральные выборы.

Вышинский предпочитал просматривать тексты на бумажных носителях, несмотря на их относительную дороговизну. Именно на них Майер и представил информацию. Через день он получил приглашение явиться в офис к Председателю.

Вышинский был бодр и деловит:

– Проходи, дорогой. Вижу, поработал. Такой объем информации ворохнул!

Неожиданный разворот, но мысли интересные. Можно в нескольких штатах и попробовать. Я бы добавил туда еще один – столичный штат. Не догоним, так согреемся. Увидим, как на практике работают федеральные СМИ и как они сработают на нас. Согласен, с твоей мыслью, что мои остальные заместители и пара- тройка членов ЦК должны выехать на места, а первый зам., он из тех мест должен выдвинуть свою кандидатуру в депутаты и показать остальным, как надо работать. Вот так!

– Ты возглавишь здесь центральный избирательный штаб. Я назначаю тебя своим первым заместителем. Сейчас иди и готовь приказ о создании штаба. Ознакомься, как это делалось раньше, и возьми за основу. Но главное, подсчитай, сколько понадобиться денег. Потом будем думать, где их взять.

За дело, дорогой. Используем силу либералов, как собственную, а чтобы не ввергать их в шоковое состояние, заранее намекну на возможность совместной работы в парламенте.

Выйдя от председателя, Майер решил остаток дня позаниматься у себя в офисе.

Оливия. Выборы

Выборы назначены одновременно в двадцати Западных штатах. Большинство из них невелики по размерам, численности населения и экономикам. На данное время правые имели места в парламентах двух штатов и ни на что не влияли. Менее тридцати депутатов на два штата.

Видимая значимость создавалась активным информационным освещением. Стоило оно весьма недешево, но позволяло в каждом штате иметь своего известного депутата. Новая политическая линия на либерализацию давала шанс, если не укрепиться, так остаться у власти.

Регион, где Майер наметил дать генеральное сражение, относился к одному из четырех крупнейших на Северном материке. Там, по его пониманию, были две главные силы: это коренные жители, населявшие территорию многие сотни лет, и иммигранты, переселявшиеся туда в последнее столетие. И между ними наличествовал антагонизм в отношениях.

«Что в том удивительного, если даже между родителями и детьми часто не достает понимания, хотя последних воспитывают и пестуют от рождения» – думал Майер. У него имелись соображения, как использовать эту ситуацию. Еще Майеру пришла мысль, что одно дело разрабатывать стратегические планы, реалистичность которых подтвердит отдаленное будущее и, другое, когда несколько ближайших месяцев или вознесут, или втопчут.

В своей приемной, он увидел, что помощница включает чайник.

– Привет, Майя, тоже чайком хочешь побаловаться?

– Шутите, шеф. Я готовлю чай для вас, Ахан.

– Меня тут не было, и я не звонил, откуда тебе знать?

– Обижаете, в мои функции входит обязанность быть в курсе всех ваших перемещений. А у вас и в вашем транспорте достаточно гаджетов, чтобы предположить о вашем местонахождении.

– Извини, я не подумал. Слушай, Майя, я заметил, что нередко извиняюсь перед тобой. Есть ли в том необходимость. Среди людей существует этикет, которого мы придерживаемся, чтобы исключить влияние личных предпочтений. А тебе это важно?

– С вами не важно. В нашем общении, я игнорирую эту сторону взаимоотношений.

– Спасибо. Вот, вырвалось снова!

После чая – Майер предпочитал травяной, он попросил помощницу сделать подборку рекламных роликов разных этапов процесса прошлых выборов, включая встречи с избирателями, митинги, проведенные партиями, которые в итоге привели к успеху.

Он изучал их не один час. Затем отобрал около двадцати и снова пересматривал. их. Тут у него возникло понимание подхода к конкретной организации работы по выборам. Он счел мысли по этому поводу достаточно существенными, чтобы отразить их на уносе, для последующего просмотра и коррекции.

С утра, после размышлений над вчерашними тезисами, он внес несколько незначительных поправок и связался с Вышинским на предмет встречи.

– Твоей работоспособности можно позавидовать! – приветствовал Председатель Майера.

Разговор был непростой, Вышинский умерил радикализм своего заместителя.

– Майер, во многом готов согласиться с тобой, но наши партийные ветераны, те что проявили активность за время работы в парламенте, будут снова участвовать как кандидаты в выборах. Пару – тройку непопулярных мы исключим. Видишь ли, ветераны для нашей фракции, как водитель и проводник, обеспечивают движение в нужном направлении в соответствии с установленными правилами. То есть, в соответствии с нашим уставом и целями. А составь экипаж без наших людей и мы, как партия, останемся за бортом.

Председатель высказал и другие здравые поправки и, прежде чем отпустить Майера, извлек из буфета бутылку коньяка и пару бокалов:

– Я рад, что ты работаешь у меня. Если удастся прорыв, который обещает реализация нашего плана, я сочту тебя почти равным себе. Но, если удастся!

– Спасибо за оценку, господин Председатель!

– А теперь выпьем за нашу победу. – Вышинский разлил напиток в бокалы.

Пообедав, Майер вернулся в свой офис. Там он дал помощнице ряд поручений, в которых просил об аудиенциях и встречах с медийными персонами или другими заметными людьми крупнейшего штата континентального Запада.

Вечером Майя докладывала о проделанной работе.

– Шеф, удалось договориться с двадцатью одним представителем штата и двумя федерального уровня. Как вы и говорили, общественные организации и профессиональные сообщества я не затрагивала. Но эти люди, в основном, на вторых ролях. Первые лица говорят, что политикой не интересуются. График составлен так, что в десять дней уложитесь. Выходных не будет. Первые четыре встречи на завтра. Кстати, с федералами повезло, оба сейчас в столице. Встречи назначены на девять утра и семь вечера. Двое других – супруги в отпуске и совершают круиз. От нас примерно в семистах километрах. Они согласились встретиться. Сказали – для разнообразия.

Все адреса я сбросила на ваш гаджет. Вечерняя встреча – в ресторане.

– Спасибо, Майя. Мне надо, чтобы завтра весь день ты была на связи со мной.

– Я готова, шеф. Вот еще, что, Ахан. К делу это не относится, но вам должно быть интересно. Большинство секретарей и помощников, с которыми я говорила тоже андроиды или роботы. Прозвучит нескромно, но устройств моего уровня среди них нет.

– Ты хочешь сказать, Майя, что их шефы менее требовательны к помощникам, чем я?

– И это тоже, Ахан!

Министерство располагалось в двенадцатиэтажном здании на проспекте имени Первого Верховного Наставника. Заместители и сам министр обосновались на десятом этаже. Следующим утром Майер, как всегда один, хотя по рангу имел право на телохранителя, был на первом этаже и оформлял пропуск на проходной.

К назначенному времени Майер ждал аудиенции в приемной заместителя федерального министра торговли и промышленности по Северному материку. На месте помощника сидел молодой человек лет тридцати, хотя ему могло быть и сорок. За последние десятилетия внешний вид чиновников высокого ранга заметно помолодел.

Прибор перед помощником замигал зеленым глазом, и он обратился к Майеру:

– Министр ожидает Вас.

Старинные напольные часы показывали пять минут десятого.

Майер счел это за хороший знак – хозяин кабинета показывал себя искусным политиком. Министр, мужчина лет сорока, ростом оказался выше Майера. «Занимался спортом» – решил он.

Выглядел демократично. Сорочка с короткими рукавами, без галстука.

После обмена приветствиями и представления себя, Майер перешел к делу:

– Благодарю Вас, господин Шмидт, за то, что смогли найти время для тем далеких от промышленности.

– К сожалению, избежать политики не получается. Дорого станет. Я готов, господин, Майер, выслушать Вас.

– Поначалу может показаться, что речь пойдет о проблемах нашей партии, но это не совсем так. прошу Вас уделить минуту – другую внимания, пока у вас не проявится интерес или не иссякнет терпение.

Через три месяца пройдут выборы в штате, где Вы начинали свою карьеру и прекрасно знаете социальную среду и существующую обстановку. На эти выборы мы идем с новой программой и новым подходом к избирательной компании. И именно новшества привели меня сюда. – Дальше Майер изложил свое видение проблем региона и их решение.

– У нас есть предварительная договоренность с Либеральной партией о создании совместного правительстве штата, если мы, консерваторы, наберем сорок процентов.

Все время пока Майер говорил, он мог наблюдать энергетическую реакцию биополя Шмидта. Он видел усиливающийся желтый цвет в верхней части тела, что указывало на усиление мыслительной деятельности. В области грудной клетки появилось розоватое облачко, постепенно наливающееся красным цветом. Майер счел, что начали вовлекаться чувства. И это являлось хорошим знаком.

– Я понимаю, что вы, как государственный чиновник, не имеете ни прав, ни возможностей участвовать в избирательной компании, если не объявите о том официально и не отойдете от исполнения возложенных на Вас обязанностей.

Председатель партии Вышинский считает, что среди современных политиков из штата Свабия, Вы являетесь самым хариз- матичным и способны стать локомотивом нашей избирательной компании. Вы, господин министр, можете сказанное считать предложением стать кандидатом от нашей партии, и в последующем возглавить правительство штата.

Майер заметил, что цвета ауры пришли в исходное состояние. Было бы наивным думать, что с наскока получится заполучить в сети такую крупную рыбу.

– Смысла нет обмениваться любезностями, господин Майер. Исходные позиции вашей партии настолько неубедительны, что Вы сами прекрасно все понимаете.

Но некоторые мысли, высказанные Вами, безусловно, меня беспокоят. В пределах своих нынешних возможностей, я воздействую на ситуацию в штате, стремясь смягчить расовую напряженность. Но принять участие в забеге на короткую дистанцию, в третьей сотне от места старта… – Шмидт развел руками. – Вы не похожи на романтика, однако же, пытаетесь воздействовать на чувства. Я не услышал аргументов, построенных на анализе или, простите уж, ясновидении.

– Но было интересно познакомиться с восходящей политической звездой Правой партии. – Шмидт поднялся с кресла и протянул руку, прощаясь.

– Именно на ясновидение я опирался, господин Министр. В доказательство предложу пари. Вы ждете третьего ребенка, но с именем еще не решили. Так вот, жена предложит Вам назвать дочку Сивиллой. Если это случится, вы господин Министр, в пределах своих возможностей, постараетесь убедить авторитетных людей штата голосовать за нашу партию и агитировать других.

– Звучит фантастично, поэтому принимаю пари.

– Договорились. Не сочтите за труд сообщить мне о результате.

– Непременно! – Шмидт проводил гостя до двери.

Весь разговор занял менее получаса, но Майер ощущал удовлетворение.

Цель многих встреч заключалась в личном знакомстве со значимыми людьми в жизни штата. В дальнейшем, когда партия взойдет на новый уровень, эти политики и руководители будут иначе воспринимать и разговоры с ним и его самого.

В магмобиле он дал команду роботу о направлении движения.

«Какая прелесть эти магмобили!» – думал Майер, проносясь на скорости почти 400 километров в час над загородной магистралью, почти вровень с верхушками деревьев у обочины. Он достал из холодильника банку пива. Пиво он пил редко, но сейчас ему захотелось ощутить себя подростком, избавившимся от родительского контроля и получившим полную свободу. После пива он, незаметно для себя, заснул.

Скорость движения магмобиля роботом выбиралась с учетом времени, назначенного для начала переговоров. К моменту приближения к приморскому городку, где могла находиться яхта круизников, Майер проснулся. Из холодильника же достал освежающие салфетки и привел себя в надлежащий вид, разогнав остатки расслабленности.

Спустя минуту Майя приветливо махала с экрана, расположенного в салоне магмобиля:

– Приветствую, шеф! Через десять минут Барбара и Тим ждут Вас в кофейне «Морской дракон».

– Спасибо, Майя. Будь на связи.

– Как и всегда, шеф!

Барбара оказалась жизнерадостной полноватой особой лет сорока. Муж ее, Тим, напротив, худощав, высок и создавал впечатление очень мобильного человека. «несомненно, сам за штурвалом, а яхта парусник», – решил Майер.

Тим выглядел постарше супруги. После обмена общими фразами о жарком лете, когда хочется забыть политику, но высказано это было как «забить», разговор принял самый непринужденный характер, лишенный светских условностей.

Здесь Майер счел возможным сказать, что кроме политики у них могут иметь место и другие общие интересы, например, он тоже яхтсмен и лет пять назад вдвоем с партнером обогнул южный полюс на парусной яхте. Получил незабываемые впечатления и диплом Южного географического общества, который теперь украшает его кабинет.

Заметив, что выражение энергичности несколько расплылось на лице Тима, Майер смягчил удар, сказав, что яхта собственность партнера и вообще это лишь его первое серьезное плавание. При этом, сказанное не выглядело как стремление сгладить нежелательное впечатление, а произносилось очень искренне.

– Если обзаведусь собственной яхтой, то повторю поход, конечно, с надежным партнером, – заявил Майер, подводя итог увлекательной теме морских путешествий.

Тим, он же блогер и владелец сайта с многими миллионами подписчиков, одного из крупнейших в Свабии, мог сыграть серьезную роль в выборной компании партии, особенно учитывая его родственные связи и связи жены, которая являлась активным автором сайта и могла привлечь немало женщин. Среди их родственников значились банкир и несколько политиков достаточно известных в Свабии.

Дальше разговор полностью перешел к теме выборов. Майер попробовал педалировать в качестве основной идею об устранении дискриминации коренных жителей, но поддержки не встретил. Тогда он предложил супругам принять участие в выборах кандидатами от Правой партии. Естественно, по мнению Майера, финансирование их предвыборной компании полностью обеспечивается супругами. Партия присылает специалистов, которые будут решать юридические вопросы, организовывать мероприятия по встрече с избирателями, рекламу и прочие необходимые вещи в предвыборном марафоне. После регистрации их в качестве кандидатов следует оплатить в кассу Партии стоимость всего комплекса предоставляемых за время выборов услуг.

Обсуждение деталей заняло еще около получаса. Тим и Барбара с интересом вникали в новое для них дело. Видимо, предстоящее участие в политическом шоу компенсировало недостаток андреналина в повседневной жизни пары, когда отсутствовала возможность получать его в морских походах.

В конце встречи Майер оставил будущим однопартийцам, электронные варианты необходимых документов для изучения и подписания. Распрощались уже как друзья и единомышленники. На обед с новыми друзьями Майер не остался. То за чем ехал, он получил.

Обратный путь занял примерно столько же времени. Пообедав в гостиничном ресторане, Майер вернулся в свой офис. До очередной встречи оставалось менее трех часов. На этот раз его визави должен был стать руководитель федерального управления статистики по Северному материку Джан Ин.

Хотя Майер и испытывал желание отправить на встречу кого-нибудь из центрального аппарата Партии, но нашел силы избежать искушения.

Означенный ресторан оказался на параллельной улице и не требовал транспортных затрат. Спустя минут десять с пятиминутной задержкой от назначенного времени Майер входил в здание правительственного отеля, где на втором этаже располагалось помещение, отведенное для питания чиновников.

Пока он оглядывал место, куда попал, к нему подошел метрдотель и, установив имя посетителя, предложил следовать за собой.

Джан Ин. расположился в кабине, учитывая возможную конфиденциальность встречи. Джан излучал расположенность к собеседнику и готовность помочь.

Заметив оценивающий взгляд Майера, он улыбнулся и, поднявшись, представился, протягивая руку.

– Понимаю Ваш интерес, господин Майер. Да, я выходец из Свабии, коренной во втором поколении. Можете меня и моих близких зачислить к тем, кого ваша, согласно выборной Программе готова защищать. Не удивляйтесь, через нас проходят разные потоки информации и не все они цифровые, но самое существенное у нас оседает. После моего согласия на встречу с вами я собрал всю возможную информацию о Вашей партии и о Вас лично, поэтому я готов выслушать ваши предложения.

Почти предельная открытость собеседника, обезоружила наступательный настрой Майера. Ему пришлось срочно перестраивать свои аргументы и посылы.

– Я ценю, господин Джан, основательность, с которой вы подготовились к разговору. И рад вашей осведомленности в наших делах. Это упрощает наше общение. Да, мы хотим взять власть в Свабии в свои руки. Мы готовы сделать это самостоятельно или в союзе с либералами. Наша задача – избавить крупнейший штат от антагонизмов, насаждаемых экстремистами, а дальше и весь регион. Но мы небольшая партия и переход от пяти процентов до сорока для нас нелегкая задача. Поэтому для нас важно участие на нашей стороне серьезных политических, финансовых, административных фигур. Они должны иметь весомый региональный или федеральный статус. Именно они привлекут избирателя. Поэтому я здесь. Участие приветствуется в любой форме – неофициальное посильное через привлечение людей, для которых Вы авторитетны, если они смогут стать нашими кандидатами, привлечение СМИ или иной способ. Наиболее предпочтительный – это Ваше личное участие в выборах в качестве кандидата от Партии. Примерно так, господин Джан. Я тоже старался быть максимально открытым. – Майер улыбнулся.

– Я готов, господин Майер, стать кандидатом от Правой партии на парламентских выборах в Свабии и придерживаться ее программы. Я знаю несколько серьезных людей, придерживающихся такого же взгляда на ситуацию, что и я. Думаю с ними встретиться, если придем с Вами к соглашению.

Вы понимаете, что, оставив должность, но не пройдя в парламент по одномандатному округу, я могу оказаться в затруднительном материальном положении по причинам политического характера, хотя формально и будет по-другому. Я хочу услышать на этот счет Ваши предложения.

– У меня с собой электронный вариант Договора, господин Джан. После ознакомления оставьте и подпишите ту часть, которая Вас устроит. Электронный адрес моего офиса указан. После подписания Председателем партии, я Вам верну. А до Вашего увольнения нам понадобиться встретиться еще раз.

– Отлично, господин Майер. Останетесь отужинать со мной?

– Благодарю, господин Джан, но дела мои на сегодня не закончились. У нас еще будет возможность встретиться неофициально.

Пожав руку Джана, Майер, пошел к выходу. У него действительно дела еще не закончились.

В свою квартиру он решил пройти через офис. Неизменно бодрая Майя поднялась из-за компьютерного стола навстречу:

– Добрый вечер, Ахан! Без Вас скучновато, точнее сказать, грустно.

– Привет, Майя. Чем занималась?

– Делаю подборку данных по федеральным партиям, выигравшим прошлые выборы в Свабии. Программы, лозунги, обещания, и выполнение обещанного. Есть данные по структуре голосовавших. Утром смогу передать Вам.

– Замечательно, Майя. Пока отложи свою работу. Будем заниматься другим.

Я приму ванну. А ты посмотри в холодильном шкафу, что есть из продуктов на мой ужин, если нет, закажем в ресторане. Смени свой деловой костюм на одежду для семейного вечера. Приготовь одежду и мне. Пусть будет на твой вкус.

– Поняла, Ахан.

Завершая туалет, Майер принял контрастный душ и снова почувствовал себя, что называется, в форме. Невольно бросил взгляд на зеркало в рост человека. Мужчина, который смотрел на него из зеркала, в своих пропорциях вызывал уважение. Не обнаружив полотенца, он выглянул за дверь. Майя копалась в шкафах.

– Майя, дай банное полотенце, здесь его нет.

– Да, дорогой! Уже несу.

Разыгрывался очередной акт программы, который не был еще знаком Майеру.

Озабочась, Майя торопилась к Майеру.

– Давай я тебе протру спину.

– Жду. – Его одолевало любопытство.

Майя управлялась умело и мягко. Потом перешла вперед и занялась головой, грудью и всем, что ниже, как когда-то мама. На секунды Майер вернулся в свои детские годы.

В завершение Майя прижалась к нему и поцеловала в шею.

– Сейчас подам одежду, дорогой.

– Как с ужином, Майя?

– Предпочла заказать в ресторане. Вот-вот доставят.

– Отлично!

Майя подготовила ему домашний шелковый костюм свободного кроя.

– Спасибо, Майя- он был искренне ей благодарен.

Одевшись, он пошел в комнату, которую использовал для активных физических упражнений и релаксаций. Там он через пульт установил на экране во всю стену лесной пейзаж средней полосы в летний день. За кустами виднелся ручей и чуть слышалось его журчание. Он усмехнулся: «Вряд ли там встретишь нимф», – вздохнув, он отправился в столовую. Пока он ужинает, комната должна напитаться лесными запахами и стать частью леса.

Майя заканчивала сервировку стола.

– Мог бы не торопиться, дорогой. Я собиралась пригласить, как закончу.

– Спасибо, Майя. Я сделал, что хотел, а дальше понадобится твоя помощь.

– Я всегда готова, дорогой!

Пока он ел, Майя сидела напротив, пригубливая что-то из стакана.

– Что же, вкусно, Майя. Угодила.

– Я рада. Только уберу со стола и составлю тебе компанию, если хочешь.

– Хочу. У меня есть несколько минут, чтобы поболтать с тобой.

Травяной чай настоялся и имел устраивающую его терпкость. «Как в своей собственной, а не родительской семье» – пришла в голову неоригинальная мысль.

«Неважно, все равно хорошо» – подтвердил он мысленно, свое ощущение от происходящего, отрицая тем самым глубинную пародию на семейный быт.

– Я свободна и иду прямо к тебе!

– Иди! – Майер сидя на диване распахнул объятия.

Майя полулежа устроилась на его коленях и прижалась. Все в ней было женственным. На всякий случай он поводил рукой под халатом по ее телу.

– Скажи Майя как у тебя получилось сменить деловые отношения на семейные?

– Это достаточно просто. Есть сигнальные слова, фразы, поступки, которые означают переход на другой тип отношений. Или же это – прямое указание, скажем: давай займемся сексом или чем- то еще отличным от предыдущего. Все сказанное касается только наших с тобой взаимоотношений. Если инициатива будет исходить от другого человека, то не прокатит, а может и схлопотать неприятностей в той или иной форме. Мы умеем блюсти верность!

– То есть, если я скажу сейчас: давай, Майя отложим секс до лучших времен, то твое поведение изменится?

– Да, но тогда, чтобы я не ошиблась в выборе роли, ты должен мне подсказать, что эта за роль.

– То есть, если сказать сестра, ты будешь этому соответствовать и никакого секса?

– Именно, так!

– Хорошо, поцелуй меня сейчас как любовница, а секс отложим на другие времена.

Через минуту Майер перевел дыхание:

– Да, милая, это был лучший женский поцелуй, что я знал! А теперь мы с тобой родственники, Майя.

Но ему еще понадобилось время, чтобы настроится на другой тип взаимоотношений.

Майя ушла и объявилась в шортах и футболке.

– Халат больно легкомысленный, а так лучше, согласись, брат.

– Во всех отношениях лучше, – подтвердил Майер.

– Сейчас пойду в комнату для занятий. Твоя задача меня не беспокоить и не позволять это другим. Отвечаешь на звонки. Если спросят, выяснишь кто. Я в течение часа смогу ответить.

– Нет, брат. Я на работу к тебе не нанималась, так что – отвечать не собираюсь.

Майер несколько секунд удивленно смотрел на бывшую помощницу. «Программный сбой ?!»

– Сейчас мне разбираться с тобой некогда. Немедленно возвращайся в роль моего делового помощника и я, как твой абсолютный начальник и хозяин, требую от тебя беспрекословного подчинения. В какую категорию ролей отнесешь наши взаимоотношения – твое дело. Понятно, Майя?!

– Поняла, шеф!

– А теперь подойди ко мне, Майя, и наклонись.

Майер несильно шлепнул ее по ягодицам.

– Ой, больно! – Она отскочила.

– Наказание девочке за непослушание! – Майер пошел в комнату и запер за собой дверь.

Майер минут десять сидел в позе лотоса, выпрямив спину и прикрыв глаза. Губы шевелились от произношения мантры, помогающей сконцентрироваться. В лесу полуденный зной шел на убыль, но не ощущалось ни единого дуновения ветерка, не слышно и звука насекомых, только шум ручья на перекате.

Скоро он перестал воспринимать и ручей, сознание повисло на границе земного и небесного. Спустя еще какое-то время он услышал звук собственного имени. Мысленно он отозвался и ощутил, что поднимается и движется навстречу голосу. Ощутив под собой некую поверхность, он открыл глаза. Поодаль от него расположилась сущность невообразимых размеров. Ему пришлось запрокинуть голову, чтобы рассмотреть верхнюю часть существа. Лицо, если это так можно назвать, напоминало больше морду какой- то хищной птицы, имелись впалые щеки и нос очень крючковатый, но все- таки, нос, все это украшала пара глаз. Огромные и пронзительные они, кажется, своей энергией ворошили все внутренности Майера, а мозги, нагревшись, уже не имели извилин.

Что росло или нес на себе верх головы существа, Майер не знал, хотя и виделся с ним не первый раз. Тело покрывала короткая светлая растительность, какая встречается на теле некоторых мужчин. Все эта мощь восседала на скале высотой с трехэтажный дом. Босые ступни тоже впечатляли.

– Приветствую тебя, Великий наставник! – Майер произносил беззвучно, не слыша своего голоса. Мыслей тоже не было. Страх сковал все тело.

– Полно тебе, мой верный слуга. Расслабься, ты у своего господина и наставника.

Я позвал тебя, чтобы увидеть и убедиться, что ты еще способен продолжить начатое нами дело. Численность моего народа все растет. Ресурсов требуется все больше. Собственно, ты и без меня это хорошо знаешь. Но надо ускоряться. В любом обществе есть недовольные и есть подстрекатели. Ради удовлетворения амбиций и прихода к власти они дестабилизируют ситуацию, хотя, я знаю: ничего, что улучшит положение, они не сделают. Они не представляют, в каком направлении следует двигаться. А я знаю; и ты уже приступил к реализации моего плана. Ты творчески решаешь проблемы, лучше, чем твой предшественник, от услуг которого я отказался. Сейчас я выскажу некоторые соображения, и кое-что предложу. Исходя из своего видения, ты можешь соглашаться или дополнить, сказанное мной.

Первое – это рецепт напитка, который я тебе передам. Учитывая, твою занятость практическими делами, которые почти не оставляют свободного времени на занятия по саморазвитию, напиток, когда его приготовишь, тебе поможет.

Будешь пить его утром и вечером. Это поспособствует расширению твоего сознания. Окружающая действительность вос- примется полнее, естественней во всех взаимосвязях. Улучшится твой доступ к информационному пространству. Это будут не отрывочные сведения и догадки, получаемые интуитивно, а взаимосвязанные эпизоды, как из прошлого, так и будущего.

Вторая его особенность в том, что напиток укрепит твое тело и здоровье. Внутренние органы станут более защищены от физических повреждений, и увеличится их биологический ресурс. Ты уменьшишь зависимость от вашей медицины. Болезни не должны помешать достижению наших целей. Пить его в течение месяца, раз в год в течение трех лет.

Второе касается твоих дел с выборами. Расширь электорат, обопрись и на пришлых. Найди среди них адекватных, отдели от непримиримых. Смотри с дальним прицелом. Мир и гармония, которые будут достигнуты по итогам выборов, покажут всему миру, что такое возможно, и что есть человек, который способен привести общество к мировому соглашению. В дальнейшем тебя позовут, пригласят организовывать и управлять другие, в других местах. Тогда и я получу то, чего хочу в нужном количестве и ассортименте.

В свое время я поторопился, когда не дал ангелам света завершить обустройство Мира, который я назвал Донным. Теперь приходится полагаться, как у вас выражаются, на импорт. Но ошибкой, произошедшее, я не считаю. Заверши ангелы начатое, я не смог бы овладеть тем Миром. Теперь это не важно.

Третье. Не такое обязательное как первые два, но тем не менее, я считаю, для тебя имеет значение. У тебя нет ангела хранителя, нет женщины и это неправильно. Это отвлекает от основной деятельности и ослабляет тебя. Ты начал приглядываться к андроиду и, возможно, начнешь с ней половую жизнь. Согласен, она под руками и не надо отвлекаться на поиски и ухаживания. Но при этом будут потери имиджевого характера. Я хочу предложить тебе гибридный вариант того, кто станет тебе матерью, сестрой, женой, подругой и ангелом хранителем. В ней будет лучшее от этих персонажей. Она станет воплощением заботы и самоотверженности. Это будет эмоциональный двойник андроида, эквивалент души.

Андроид обретет сознание. Он, или это уже будет почти настоящая она, в максимальной степени начнет походить на женщину с определенными индивидуальными особенностями. Правда, его блестящий интеллект, может потерять в скорости и логичности, но это окажется твой выбор. Если надоест такой вариант, просто проведи процедуру изгнания беса. Можешь сам, можешь обратиться к ведьме. На этом все, Майер, рецепт я вложил в твою голову. Вернешься, запишешь.

Майер ощутил расслабление и сомкнул веки. Очнулся он в своем кресле.

Часы над дверями показывали третий час ночи. Также журчал лесной ручей, но и в лесу стояла ночь. Он встал, выключил свет и экран, а затем снова погрузился в объятия кресла, а следом и в сон.

Проснулся он от осторожного стука в дверь.

– Входи, Майя.

– Доброе утро, Ахан! Как спалось? Наверное, уснули и забыли сказать, что я могу быть свободной?

– Не думал, что для тебя важен сон, Майя. До сих пор ты вообще никогда не упоминала о том, что нуждаешься в нем.

– Да, но не теперь. Сейчас я обладаю сознанием, а оно требует отдыха для восстановления работоспособности.

– Так кто ты теперь больше? Андроид или некая неизвестная мне сущность, наделенная сознанием.

– Я из астросомов, но сознание мое очищено от многих следов прежней жизни и изменено Великим наставником до уровня пригодного для служения Вам, Ахан. Я не бессмертна, логика моя не безупречна, скорость мышления заметно ниже, чем у андроида, но я эмоциональна, могу испытывать эмпатию. В прошлой своей жизни мне исполнилось двадцать пять лет, когда я покинула свое тело после аварии из-за неисправности магмобиля. Но у меня еще много сил. Наверное, не на один десяток лет хватит. Моя Душа, когда была с телом, астрологически относилась к стихии воды, оттого вода в ручье или в океане подпитывает меня энергетически.

Я могу сидеть с Вами за столом и угощаться тем, что мне по вкусу. Ну, конечно не физически, улыбнулась Майя, заметив удивление Майера.

– И последнее, Ахан, самое интересное – секс для меня то же, что очень изысканная еда для Вас.

Андроид Майя теперь в двойном подчинении. Когда я бодрствую, все распоряжения идут через меня, но я не вмешиваюсь в деловую часть. если не могу помочь. Я реагирую, когда задеваются Ваши чувства или чувства людей, с которыми Вас связывают деловые, дружеские или родственные отношения. Так задумано, во всяком случае. Но, если говорю я, андроид умолкает. Когда я отдыхаю, но Вы обращаетесь именно ко мне, Ахан, добавьте в сказанное, что-то связанное с эмоциями, ощущениями или слово «Майра» – так меня звали в прошлой жизни.

– Что ж, Майра, жизнь покажет, насколько новшества помогут или помешают нашим планам.

Теперь о делах. Сейчас я продиктую рецепт некоего энергетика, тебе надо все запомнить. К вечеру, чтобы напиток стоял в холодильнике, а стакан с ним у меня на столе. То же самое подашь и утром. И так в течение месяца.

Ингредиенты купишь в аптеках или у травников, готовить отдашь в лабораторию Центральной клиники Айвы. А теперь запоминай, Майя.

Свабия. Новые знакомства

Когда помощница принялась за поиск информации, Майер спустился в буфет ресторана, где и позавтракал. Ему сложно было понять некоторых коллег, обходившимся по утрам чашкой энергетического тута.

Собираясь рассчитаться, он услышал трель видеофона, но ни номера, ни изображения не увидел. Включив гаджет на прием, Майер услышал голос зам. министра:

– Извините, господин, Майер, это Шмидт. Надеюсь, что не вторгся в вашу частную жизнь, время для политиков довольно раннее?

– Всегда рад Вас слышать, господин Министр. Что касается политиков, то у нас сейчас горячая пора, как у аграриев во время сбора урожая. Некогда отличать день от ночи.

– Я только хотел сказать, что Вы оказались правы относительно предложения жены. Она назвала имя будущего ребенка Сивилла и я тоже на минуту обрел славу провидца, так как сказал, что угадаю то, что она скажет. Правда, пришлось сознаться, что была подсказка с вашей стороны.

Ваши способности заинтересовали ее, и жена уполномочила меня пригласить Вас на обед. Она жаждет услышать новые прогнозы относительно будущего дочери и о своем будущем тоже.

Но на самом деле, я хотел бы вернуться к нашему разговору о перспективах вашей партии на предстоящих выборах. Если хотите, можете прийти с вашей супругой или с девушкой.

– Благодарю за приглашение, господин Шмидт. Ближайшие три – четыре недели я проведу в разъездах по Свабии. Мне необходимо понять расстановку сил и провести встречи с местными политиками до официального начала выборной компании. Поэтому прошу меня извинить.

– Я Вас понимаю, господин Майер. Но предложение остается в силе и после завершения вашей поездки. Да, вот еще что. Учитывая, что пари я проиграл, выполняю свои обязательства. В течение дня мой помощник свяжется с вашим и сообщит несколько адресов, по которым Вас будут готовы встретить мои друзья, интересующиеся политикой.

– Вы надежный партнер, господин Шмидт! Благодарю Вас. После возвращения я непременно свяжусь с Вами. До встречи.

День складывался для Майера удачно. Пока у себя в кабинете, разложив список ранее согласованных встреч в Свабии, он делал заметки, чтобы наметить шаблон проведения встреч и разговоров прошло несколько часов, и появилась Майя.

– Шеф, сделала, как Вы сказали. Напиток в холодильнике. Хотите попробовать?

– Неси, Майя.

В стакане оказалось грамм пятьдесят. Майер пригубил и порадовался, что порции были небольшие. Ощущение, что пил изначально тухлый продукт, да еще с просроченным сроком хранения. Помощница с любопытством наблюдала за реакцией шефа.

– Согласна, шеф! Так же и я среагировала в лаборатории.

– И что же в лаборатории?

– Объяснили, что биологическая масса в составе напитка должна иметь консистенцию гниющего продукта, так как в нем есть необходимые бактерии. На вкус не очень привлекательно, но бактерии полезны, и никто не отравится. Они сами и сделали его гнилым. Изначально черви были свежие.

– Все, Майя, замолчи. Обойдемся без знания технологии получения ядов. Запить или закусить чем-то можно? Что сказали в лаборатории?

– Нельзя. Пить за полчаса до еды.

– Тогда унеси в холодильник. Принесешь в назначенное время. Далее, забронируй номер в гостинице в Свабии, купи на меня и себя билеты на самолет на сегодня. Летим, недели на три, может больше. Соответственно, собери себе вещи и не забудь про напиток. Отправь Филиппа ко мне.

– Все поняла, шеф.

Второй помощник Майера пришел через минуту и поздоровался. Внешность Филиппа была типичной для андроидов технического, не представительского класса. Этакая, почти кукольная внешность Филипп ростом превосходил руководителя офиса и имел волосы, окрашенные в черный цвет. Естественно, что стоил он заметно дешевле, но на возложенных на него задачах, это не сказывалось.

– Я слушаю Вас, шеф.

– Ты остаешься старшим в офисе, Филипп, со всеми вытекающими последствиями. Кроме того, возьми у Майи имена тех, с которыми мы будем проводить встречи в Свабии и составь их психологические портреты. В дальнейшем, предупреди Майю, она должна будет отправлять тебе данные на новых людей. По мере готовности возвращай портреты Майе. Копий не оставляй. Подкрепляй свои наработки фактами из любых источников. Критерий один – достоверность. Напомни Майе о конфиденциальности. Вопросы есть, Филипп?

– Все ясно, шеф. Вопросы могут появиться в ходе работы.

– Все через Майю. Я буду занят. Если сочтешь что-то срочным или важным, тогда выходи на связь со мной.

– Я понял, шеф.

– Успехов!

Потом Майер связался с Председателем Вышинским и сообщил о своих планах.

– Отлично, Майер! Только собирался узнать, что предполагаешь делать. Это лучший вариант для работы, чем управлять процессом выборов отсюда. Считай, что штаб по выборам там, где находишься ты. Мой бывший заместитель будет баллотироваться в Свабии по одномандатному округу. В его дела не вмешивайся. По возвращении жду у себя. Надеюсь, найдешь, чем порадовать старика. Да, и по ходу своего вояжа связывайся еженедельно. Можешь и чаще, если есть, чем поделиться. Кстати, как у тебя с деньгами?

– От пополнения кошелька не откажусь.

– Я дам команду. Сегодня получишь командировочные на свой мобильник.

– Благодарю, господин Председатель!

– Лучшая благодарность та, которая имеет материальную или политическую форму.

– Несомненно, господин Председатель, до встречи!

Через два часа Майер с помощницей сидели на борту самолета на пути в Свабию. Полет занял больше трех часов и благополучно завершился в международном аэропорту столицы штата Гратце.

Майя предусмотрительно связалась с руководителем местной ячейки партии Назером Шнабелем, который и встретил гостей.

Энергичный толстяк лет пятидесяти был не один, а с помощником, принявшем вещи.

– Давно, не было у нас гостей из Центра, – сказал Шнабель, пожимая руку Майеру.

– В ближайшие месяцы еще устанете от нас, – ободрил его гость.

– Скучно без настоящей работы. В парламенте тоже накал снизился. Выборы на носу, все озабочены желанием усидеть на привычных стульях, вот и мечемся по округам.

Тем временем они вышли из здания и направились к стоянке транспорта. Первый месяц лета был в разгаре, но желанной прохлады северо-восточных штатов Майер не ощутил.

– Сегодня будете моими гостями, – заявил Шнабель. Возражения не принимаются.

Никого не обеспокоите. Дом большой. Вход на гостевую половину отдельный, но можно попасть и из хозяйской половины, не выходя во двор. Но самое большое достоинство, что дом загородный и при нем есть парк, а тишина как в деревне.

На утро завтрашнего дня я пригласил всех наших депутатов. Наверняка вы захотите пообщаться с ними.

После нескольких секунд размышлений, Майер согласился, а Майя сказала, что откажется от брони в гостинице, и взялась за мобильник.

На большей части пути магмобилю были недоступны главные его преимущества – скорость и комфорт, так как трасса не имела нужную инфраструктуру. Двигались по обычному дорожному покрытию на электротяге.

Дом находился в поселке, на въезде в который стоял шлагбаум с охраной и табличкой «частная собственность». Двое охранников машину пропустили, взяв руки под козырек.

– Однако, у вас тут дисциплина, – заметил Майер.

– И дисциплина и уважение- уточнил Шнабель.

Усадьба заняла с полгектара. И в ней был двухэтажный особняк старинной постройки и парк с вековыми деревьями.

Да, это фамильное гнездо и досталось еще от прадеда аристократа, с гордостью сказал хозяин. За домом есть и современные здания. Там они не портят внешний вид. Таких домов осталось мало, и иногда сдаем его в аренду для съемки фильмов. Кстати, платят неплохие деньги. Содержание

Шнабель слегка развел руки и пожал плечами: «женщины, что возьмешь ?!».

– Если Вы не против, господин Майер, предлагаю совершить прогулку по парку, пока накроют стол.

И дом, и хозяева понравились Майеру. Не надо было расшифровывать, что кроется за каждым словом или жестом. Нечастое явление по нынешним временам, тем более среди политиков или деловых людей.

Центральная аллея делила парк на две основные части и была вымощена каменными плитами. Боковых не было вовсе – только тропы среди травы.

– Прадед не был потомственным аристократом. Титул получил за значительный денежный вклад в государственную казну в период очередной войны, а дом построил позже, – рассказывал Шнабель.

– У вас, похоже, это семейная традиция, участие в государственном строительстве. Вот вы депутат и руководите фракцией партии в парламенте. Причем в третий раз. Завидная стабильность, говорит об уважении и авторитете среди избирателей. Есть ли кто-нибудь с такими показателями кроме вас во фракции?

– Нет. Трое по второму разу.

– Каковы Ваши соображения относительно наших перспектив на выборах?

– Если не принять более решительных мер, у нас останется примерно то же количество депутатов.

– Какие меры вы считаете более решительными?

– Прежде всего финансирование в объеме, допускаемом законом. кроме государственного финансирования. Второе, а может и первое, на самом деле, —

это подбор максимального числа кандидатов с изначально высоким выборным потенциалом, наконец, программа, которая привлечет избирателя.

– Что ж, трезвая оценка и продуктивные мысли. Вот это и ляжет в основу наших действий. До начала компании еще есть месяц, и мы в большинстве территорий

будем готовить людей, которые пойдут по партийным спискам. Один из них возглавите, конечно, Вы, господин Шнабель. Подбирайте остальных членов команды, затем обсудим. Я считаю будет правильно, если мы станем обращаться к друг другу по имени?

– Совершенно с вами согласен, Ахан.

– Замечательно. В конце- концов одно дело делаем, Назер.

– Встреча с депутатами в десять утра в столовой. Зал слишком велик и будет неуютно – нас слишком мало.

А сейчас я хочу показать Вам нечто удивительное. – Назер свернул с аллеи и пошел по тропе, которая вывела их к поляне. В середине ее находился неглубокий пруд метра три в диаметре с горбатым мостиком посередине. Майер отвлекся на писк мобильника и прочел пришедшее сообщение.

– Замечу, Ахан, естественный водоем. На дне бьет родник. Вода чистейшая. Используем для хозяйственных нужд, иногда и пьем. Дети, когда были маленькие купались. Видите, скамейки. Я прихожу сюда, когда мне надо от всего отвлечься.

И в политике лишь потому, что не хочу потерять все это. Федерация слишком глобальна, чтобы решать такие задачи. Она хороша для решения межгосударственных конфликтов, она их и решила, но то, что сейчас у нас происходит в силах решить только нам, коренным жителям совместно с пришлыми.

– Надеюсь, и решим, Назер!

– Идемте в дом. Нас ждут, Ахан.

У дома стоял еще не припаркованный магмобиль.

– Это моя дочь с семьей приехала. А вот и внуки здесь, – обрадовался Шнабель, глядя на двух юнцов, которые выбежали из распахнутых дверей виллы. Мальчик и девочка, видимо погодки, лет девяти- десяти бросились к деду.

– Дедушка, мы так по тебе скучали, – почти в один голос кричали они.

Майер оставил Шнабеля возиться с детьми и вошел в дом, уже начиная жалеть, что остановился не в гостинице.

– Господин Майер, идите сюда, в столовую мы все тут, и пьем родниковую воду, – звала Марта из соседней с холлом комнаты.

Кроме Марты на стульях расположились Майя с бокалом, рядом с ней симпатичная, как оценил Майер, женщина лет тридцати и мужчина того же возраста. «Муж», – предположил он. Увидев Майера, помощница тут же подошла к нему, протянув бокал: – Я еще не пила, Ахан, попробуйте, отличный напиток.

– Познакомьтесь, господин Майер, моя дочь Гала и ее муж Алдан Пул- представила Марта членов своей семьи.

Алдан подошел и протянул руку.

– Очень приятно, господин Майер. Вы, похоже, в личном плане сильный конкурент нашим представителям из «Алтн юрта».

– Не знаком, к сожалению, с этими господами, Алдан.

– Теперь знакомы. Буду выдвигаться по одномандатному округу столицы.

Майер пристально оглядел одного из будущих конкурентов. Ростом почти не уступающий ему, видно, что следит за физической формой, очень уверенный и со вкусом одетый: «Жена приложила руку?»

– Несомненно, Алдан, ваше занятие торговлей поможет вам преуспеть и на выборах!

Алдан такого поворота в разговоре не ожидал и смешался.

– Вероятно, мой дорогой тесть успел доложить Вам обо всем?! – Алдан слегка порозовел от сдерживаемого негодования.

– Алдан дорогой, прошу тебя, не заводись! – Гала вмешалась в разговор, стремясь увести с темы неприятной для мужа.

– Нет, Назер об этом не говорил, – вступился за Шнабеля Майер. – Но это не секрет и есть в открытых источниках. Вы успешно развиваете часть бизнеса отца, который он передал Вам. Вы закончили профильное учебное заведение. Вы три года как член партии Алтн Юрт и год как член городского совета. О вас говорят, как о перспективном политике нового поколения. Есть и другие сведения. Все как обычно. От блогеров трудно что-то скрыть. Я не хотел Вас ставить в неловкое положение. Извините.

Осознав, что погорячился и Майер прав относительно способов получения информации, Алдан пошел на попятную:

– Простите, погорячился, вижу, что был не прав.

Марта, довольная, что удалось замять скандал, позвала горничную и велела накрывать стол. Дочь пошла за отцом и детьми.

Алдан воспользовался отсутствием людей, перед которыми не хотел проявлять слабость и подошел к Майеру:

– Мне искренне жаль, господин Майер, и чтобы улучшить наше взаимопонимание я приглашаю Вас и Вашу помощницу к себе ужинать на завтрашний вечер или в другое удобное для Вас время.

– Благодарю, Вас. Думаю, завтрашний вечер вполне подходит.

Остаток дня прошел без эксцессов на мажорной ноте.

Потом, когда они остались одни в отведенной им части дома, Майер, обращаясь к помощнице поблагодарил за вовремя переданную информацию:

– Майя, ты отлично справилась со своей задачей. Какова была заслуга Майры?

– Можете обращаться к нам обеим по имени Майя и лишь в особых случаях называть Майрой. Сегодня сработала интуиция присущая ей, и я ускорила передачу полученных сведений. К сожалению, чутье андроидам не свойственно.

Теперь, Ахан, я превосхожу по прогностическим способностям многие технические устройства. Кстати, как пошел Ваш напиток?

– Жуткая вещь! Но спасибо за находчивость. Ты и теперь не хочешь спать Майя, когда не одна?

– Нет, моя половинка снижает активность, и я лишаюсь эмоциональных качеств, но мои программы всегда готовы к работе.

– Твоя энергия, никак не поддерживает эмоциональную составляющую?

– Нет, но в том нет необходимости. Когда появляется потребность, вторая половинка всегда к Вашим услугам.

– Все, спасибо, Майя. Ступай в свою комнату. Я ложусь спать.

– Спокойной ночи, Ахан!

Утро началось для Майера, как и обычно, с туалета и гимнастических упражнений, которые он проделывал много лет. Иногда он некоторые менял на другой вид, но общее время, трид- цать-сорок минут, оставалось неизменным.

По завершении им водных процедур, постучав в дверь, вошла Майя со стаканом:

– Доброе утро, Ахан. Это вам для аппетита перед завтраком.

– Учишься шутить?

– Как вы считаете, получается?

– Не без того.

Минут через двадцать горничная позвала их на завтрак. В столовой их ожидали только хозяева.

– К сожалению, дочь с семейством уехала. У нее в городе обнаружилось срочное дело, – извинительно произнес Шна- бель, – Но внуков удалось отстоять. Еще спят. Им то, что летом в городе делать?! Я понял, что вы согласились отужинать у них сегодня?

– Да, Ваш зять пригласил. Хочет сгладить впечатление от вчерашнего разговора.

– Горяч не в меру. Удивительно, что решил извиниться.

После завтрака, прогуливаясь по парку, политики коротко обсудили повестку намеченной встречи с депутатами. Разногласий у них не возникло.

– Вы погуляйте, еще, Ахан. Я пойду встречать гостей. Как соберутся, Вас позовут.

Майер охотно согласился и связался с Майей.

– Уточни, с кем у нас встречи сегодня.

– Уже, шеф. В двенадцать с руководителем спортивной федерации. Особыми успехами спортсмены года три как не могут похвастаться и на очередных выборах, скорее всего, его прокатят.

В четырнадцать часов встреча с ведущими актерами столичного драматического театра. Их двое – мужчина и женщина. Получили известность по ролям второго плана в фильме лауреате Вселенской премии за прошлый год.

В шестнадцать часов встреча с директором крупнейшего онкоцентра.

Звонил помощник министра Шмидта, назвал еще трех людей, с которыми можно встретиться.

– Сделаем так, Майя, составь график встреч на завтра и послезавтра. Потом ознакомишь.

Послышался голос Назера, зовущего гостей в дом.

В столовой людей оказалось больше, чем предполагал Майер.

– Здесь и новые кандидаты в парламент, – сделал жест в сторону отдельно стоящей группы людей Шнабель.

Майер обратился к нему с просьбой начать собрание и обрисовать ситуацию присутствующим.

– Господа, соратники. Прошу рассаживаться, не будем терять время, – обратился к собравшимся Назер. – Сегодня с нами заместитель Председателя партии господин Ахан Майер. Он будет осуществлять руководство нашей выборной компанией в Сва- бии. Задачи стоят важные и прорывные, я бы сказал. Передаю слово ему:

– Целью нашей партии является достижение большинства в парламенте. Для этого нам понадобится союзник. Анализ показал, что наилучшим вариантом будет Либеральная партия. Создадим коалицию, а затем и правительство. – Майер переждал шум голосов, который иначе как недоверчивый, нельзя было расценить.

– Именно так. После собрания вы получите проект изменений в программе партии, понятно, он еще не утвержден, но получил одобрение Председателя. В своих выступлениях будете акцентироваться на новых положениях. Если кто-то не уверен в своих силах и возможностях партии, сейчас самое время не быть балластом и выбрать иной путь.

Майер оглядел депутатов:

– Если таковых нет, с остальными будем работать. Впрочем, крайний срок – до завтра!

– Следующий пункт повестки касается непосредственных действий.

Упор будет делаться на борьбу в многомандатных округах. В течение ближайшей недели каждому из вас необходимо составить список тех, кого он хотел бы видеть в своей команде. По мере готовности списки передавайте моему помощнику Майе. После анализа, который проведет штаб, будет принято решение.

Затягивать собрание не будем. Полчаса на ваши вопросы. Прошу задавать. Майя, пожалуйста, назови уважаемому собранию адрес для передачи списков и справок.

За следующие пятнадцать минут вопросы исчерпались. Май- ер обратился к Шнабелю:

– У нас осталось несколько минут на сборы, господин Назер. Как только разместимся в гостинице, Майя сообщит Вам координаты. Надеюсь, ваш водитель доставит нас до места?

– Доставит, безусловно. Надеюсь, Ваше пребывание у меня в доме не показалось Вам тягостным?

– Напротив, господин Назер. Здесь я встретил наилучших хозяев и лучший прием.

– Тогда, настаиваю, господин Майер, на продолжении Вашего пребывания в моем доме, по крайней мере, до конца всей выборной компании. Жена тоже об этом просила передать. Транспорт и водитель для поездок в Вашем распоряжении.

– Трудно отказаться, господин Назер. Очень признателен. Назовите сумму ваших затрат, и я готов возместить ее.

– Ника ких возмещений. Считаю за честь принять вас у себя.

– Тогда мы с Майей приступаем к своим делам. Назер, нам нужно ехать на встречу в столицу.

– Водителя я сейчас вызову. Имейте в виду, что обычно обед у нас в четырнадцать, ужин в девятнадцать часов, но, если опоздаете, обратитесь к горничной. Да, пока не забыл. Возьмите у Марты гостевые жетончики для въезда через проходную поселка и входа в усадьбу.

– Благодарю, Вас! До встречи.

Добравшись до черты города, Майер отпустил водителя и магмобиль.

Здесь по адресам они ездили на беспилотных такси. По итогам встреч Майер счел их успешными. Обратно добирались также на такси.

Минут через сорок они входили через чугунную калитку на территорию усадьбы.

– Похоже, разъехались все или спят, – оглядывая двор констатировал он.

– Свяжись, Майя, с Алданом или его женой, спроси к какому времени можно подъехать.

После переговоров помощница проинформировала шефа:

– Ахан, он сказал: хоть сейчас. Сам он на работе, но через час-полтора будет дома.

Машину за нами отправит через минуту.

– У нас есть время, чтобы переодеться, а ты пока заложишь в свою головку задание на завтрашний день. Всех, с кем мы встречаемся или встречались, заносишь в списки. Видимых лидеров ставишь под первыми номерами. Потом разберемся, кто будет в группе, кто пойдет по одномандатному.

Далее, мне понадобятся карты округов. Размером с альбомный лист. Достаточно, чтобы был контур территории с номером и наименованием, и название нескольких крупных городов.

Теперь идем переодеваться. Напомни, я должен купить цветы супруге.

По пути в дом Майер поднял пожухлую веточку и хмыкнув взял с собой. В своей комнате он переоделся сообразно случаю и, не дождавшись Майи, прошел на ее половину через дверь, соединяющую две комнаты.

Она вертелась перед зеркалом как заурядная модница.

– С тобой все в порядке? – удивился он.

– Я же женщина, хочу выглядеть красивой!

– Как же ты обходилась до этого?

– Меня прежде понятие красоты не волновало. Мне тогда казалось, что важна гармония. Сейчас что-то во мне претерпело изменения.

– Ладно, разберешься, скажешь! Где лекарство?

– В холодильнике.

Майер отлил из банки раствор в стакан и выпил. Затем из графина плеснул в тот же стакан обычной воды и поставил в него подобранную веточку, что с растением ничего не происходит, он потерял к нему интерес.

В отношении Майи терпение у него оказалось короче:

– Дорогая, у тебя две минуты, если не справишься, пойдешь, как есть или можешь остаться, но это будет нарушением трудовой дисциплины.

– Вы правы, Ахан, работа для меня важнее! – Помощница скинула мини юбку и нашла другую, прикрывающую колени, – я готова!

Майер не мог не отметить безупречную форму бедер и ажурные трусики.

По пути он известил Шнабеля, что находится на пути к Алдану и ужинать тоже будет в городе.

Дом Алдана был в районе традиционном для переселенцев первой волны. Не в центре, конечно, но в благоустроенном и спокойном месте. Двухэтажный особняк с газоном и площадкой для детских игр указывал, что хозяевам присущ материальный достаток и есть перспективы для роста. Невысокий забор из металлического штакетника мог удержать катящийся мяч в пределах двора.

Высадив гостей у калитки, водитель проехал дальше и свернул во двор дома. Навстречу, улыбаясь, шел Алдан.

– Я, все-таки, сомневался, что Вы решитесь приехать после вчерашнего недоразумения. Не всякий поверил бы в искренность моих намерений!

Он обеими руками сжал протянутую для приветствия ладонь Майера.

– Господин Алдан, Вы слишком строги к себе.

– Прошу Вас, господин Майер, называйте меня просто Алдан.

– Тогда это должно быть взаимно. Мое имя Ахан.

– Ахан, Вы оказываете мне честь! Прошу, проходите в дом, а я поздороваюсь с вашей обворожительной помощницей.

Майер забрал из рук Майи букет, который купил по пути и прошел в небольшой холл дома, где навстречу спешила Гала. Она отнюдь не уступала по физическим данным Майе. Майер с видимым удовольствием протянул шикарный букет молодой женщине. Гала, видимо испытывая волнение, потянулась губами к щеке мужчины, чтобы поблагодарить, но пошатнулась, и поцелуй пришелся в губы. Случилась приятная неожиданность для обоих, которая вынудила ретироваться Галу со словами:

– Поставлю букет в воду!

«При муже не стала бы целовать и в щеку», – подумал Майер, но волнительность ее мягких губ еще не оставила его.

Подошел Алдан, сопровождая Майю.

– Гала пошла ставить цветы в воду, – упреждая вопрос, произнес Майер. Хозяева не стали изощряться в разнообразии блюд и ограничились мясом на огне и салатами, которые сопровождались красным вином. Женщины не особо налегали на еду и напитки, в отличие от мужчин, которые отдавали должное всему, что стояло на столе. Мясо и закуски готовил приглашенный повар, и дело свое знал. Разговор за столом носил общий характер и касался особенностей сервировки – это у женщин, у мужчин о том, что мясо особенно хорошо, когда его не переедать, так как потом смотришь на него как на прошедший медовый месяц. Что, разумеется, не обошлось без женских комментариев.

После еды мужчины решили продолжить общение во дворе за ароматной травяной мурсой. Пока напиток настаивался, Май- ер полюбопытствовал, на какое количество мест рассчитывает Алтн Юрт.

– Разумеется, если не секрет?

– Для Вас, Ахан, не секрет, учитывая Ваш доступ к информации. По прошлым выборам мы имеем четырех депутатов от одномандатных округов. Сейчас, с усилением конкуренции за счет федеральных партий, по самым оптимистичным прогнозам, можем увеличить до семи – восьми. Но реальные цифры – это четверо- пятеро человек. На многомандатные округа не рассчитываем – можем совсем не пройти.

– У меня есть соображения, как из ваших четырех сделать десять – пятнадцать, как минимум. Разумеется, если согласитесь на компромиссы. При этом в перспективе можете войти в первую пятерку партий. Что скажете?

– Сначала, что Вы называете компромиссом?

– Отказ от радикальных лозунгов, которые используют другие правые партии. Как бы вы ни старались, превзойти их по жесткости обещаний и тем более исполнить обещания, вы не сможете. У вас избиратель – это средний класс, мелкий и средний бизнес, госслужащие. Мирные люди, из которых пытаются сделать нарушителей закона и правил.

И второе: будущего, у так называемых, правых, нет. Федеральное правительство не допустит распространения их идей за пределы штата. Предлоги найдутся или их создадут. И не надо обманываться тем, что по числу мандатов они идут на третьем – четвертом местах в парламенте.

– Ваши условия приемлемы, на мой взгляд. Только как будет выглядеть на практике?

– В ряде округов мы сделаем общие списки кандидатов. Тогда половина округов с такими списками будет представлять нашу партию, другая половина – вашу. В других округах согласуем наши программы, но люди будут представлять партию Алтн или Правую.

– А теперь можете сказать, Алдан, где будут располагаться округа со смешанными списками?

– Не уверен…Может быть вдоль фактически сложившейся границы расселения коренных жителей и пришлых?

– Совершенно верно! Нашим лозунгом должны стать Гармония и Взаимопонимание. Естественно, по вопросам, где затрагиваются интересы названных групп населения, мы будем голосовать заодно. По остальным будем стараться это делать. Как Вам такой подход?

– Я вижу рационально зерно. Но решение за Лидером партии.

– Сколько Вам надо времени, чтобы переговорить?

– Уже завтра я постараюсь встретиться с ним.

– Да, и пожалуйста, сообщите мне результат не откладывая. Кроме того, имейте в виду, если он откажется в принципе, то предложение остается в силе персонально для Вас. Если найдете несколько десятков сторонников, то депутатов от Вашей новоиспеченной партии будет избрано не меньше, чем от Алтна.

– Я тщательно обдумаю Ваши предложения! А теперь пригласим женщин, наверное, заскучали.

– Это вряд ли. – сказал Майер, зная таланты Майи как рассказчика.

Еще через полчаса магмобиль хозяина уносил гостей в резиденцию Шнабеля.

Там они не стали идти через парадный вход и воспользовались гостевым, справедливо полагая, что хозяева спят.

Уже раздевшись, Майер вспомнил о кустике, и прошел в комнату Майи.

Ночник горел, Майи в постели не было. «Вероятно, в ванной», – подумал он. Видимых перемен с кустом не случилось, это его несколько раздосадовало, но листья, что оставались на кусте, не опали. «Дам шанс до утра» – с этим он собрался уходить, когда оголенные руки обняли его бедра и заставили застыть. Майер обернулся: Майя в невесомой ночной сорочке уткнулась ему в грудь.

– Не уходи, останься.. .Ты мне нужен.

Бой часов из комнаты Майера разбудил любовников.

– Шесть часов. Скоро вставать, Майя, ты слышишь?

Майя расположилась сверху и, не отзываясь, принялась потихоньку раскачиваться.

– Мы полчаса как заснули, Майя! А впереди рабочий день.

Напоминание о рабочем дне придало энергичности верхнему

телу, и оно ускорилось. Майер замолчал, прислушиваясь к своим ощущениям, затем включился в любовную игру.

Почти через час мерный звон из соседней комнаты вмешался в какафонию звуков и возни, остановив ее.

– Все, Майя, я пошел. – Майер решительно двинулся в свою комнату.

Подруга упруго соскочила с кровати и тоже направилась в ванную.

Через полчаса Майя вошла в его комнату с двумя стаканами. Стакан с веткой она поставила на центр стола. Несколько листьев набрав силу задорно устремились вверх и вбок. Два листа лежали у стакана. Майя не поленилась принести и их для демонстрации: «Мертвых оживить нельзя».

На край стола она поставила стакан с настоем. Ее настрой на работу демонстрировал брючный костюм, но внутренний покой пока не наступил. Увидев распахивающуюся дверь ванной комнаты, она пошла к ней:

– Доброе утро, Ахан. Можно я оботру тебя?

– Можно, но быстро. Кстати, это твое эмоциональное поведение проявляется согласно программе? Я имею в виду импульсивность. Сыграть, конечно, можно, но зачем андроиду интеллектуалу прописывать необязательные тонкости?

– Ты прав. Программа не имеет подобного задания. Ты забыл, что нас теперь двое – Майя и Майра. Носитель чувственного начала Майра. Она появилась после твоего затворничества, тогда же, когда и рецепт. Она вносит, то, что делает меня неотличимой от других женщин. Разумеется, если не брать во внимание индивидуальных различий, присущих каждому. А то, что во мне можно назвать разумом, контролирует границы выплеска эмоций. Сам понимаешь, к чему приводит избыточная чувствительность.

– Спасибо. Я понял, что пока нашим планам ничего не угрожает.

Майя легонько шлепнула его по ягодице.

– Готово. Видишь, кустик ожил? Удивительно! Сейчас подам твое чудо-пойло.

Помощница со стаканом дождалась, пока Майер оденется, и протянула настойку.

Майер, устроившись на стуле отпил содержимое.

– Что мы сегодня делаем?

– С одиннадцати до пятнадцати часов встречаемся с кандидатами по предыдущим договоренностям. Вчера они подтвердили готовность. Ахан, можем объединить и провести вместо трех раздельных встреч одну общую? Не особо важные персоны. Разумеется, если согласятся. Проведем, в какой – нибудь гостинице. Сейчас договорюсь. Двухкомнатный номер нас устроит?

– Согласен, свяжись. Доложишь. Что еще?

– Жду результата от встречи нашего предпринимателя с актерами. Готовлю карты и остальное, что ты приказал вчера.

– Отлично. Ты на высоте, Майя!

– Да, Ахан, быть сверху мне нравится больше!

– Смотри. Майя, не переиграй. Дурно кончится! Пойдем в столовую.

Ты на какой день запланировала встречу с остальными кандидатами министра?

Шнабель с женой, завершая завтрак, пили тутовый напиток. Они тепло приветствовали гостей:

– С добрым утром! Будить вас мы не стали. Надеюсь, не пропускаете из-за этого никаких встреч?

Майя по очереди подошла к каждому из супругов и поцеловала в щеку.

– Доброе утро. Не беспокойтесь, у Майи все под контролем. Выедем через час.

Хозяев сильно интересовало, как встретили их в семье у дочери.

– Не поверите, но самым радушным образом. Мы даже не ожидали, – начала Майя, пригубливая тут, и в красочных подробностях донесла все впечатления от поездки. Так, что Майер мог не отвлекаться от еды, пока не утолил зверский аппетит, хотя вчера был убежден, что обойдется и без завтрака. Потом он отвел Шна- беля во двор и там, на скамье, рассказал о разговоре с Алданом. Шнабель одобрил действия Майера и подтвердил, что зять его, несмотря на горячность, человек порядочный и верить ему можно.

Пока парламент не был распущен в связи с подготовкой к выборам, в город поехал и Шнабель. Майер с помощницей сошли там, где она предложила, так как у нее проблем с ориентацией в городе не было. Небольшой сквер, примыкающий к тротуару, и оборудованный скамьями, показался ему идеальным местом после беспокойного утра.

Он подумал, что можно было часок поспать и выехать в город попозже, время позволяло. Городская суета из-за раннего времени в сквер еще не пробралась – кроме них никто не оценил здешнего уюта. «Добрался до сладкого как мальчишка. Трудновато будет собраться.» – Мысль сколь самокритичная, столь и бесполезная.

От приятной дремы отвлек голос Майи. Она сообщила, что договорилась встречи объединить к четырнадцати часам. Следом вышел на связь Алдан:

– Лидер партии согласен встретиться. Предложение его заинтересовало. Как у Вас со временем?

– Мы в городе и свободны до тринадцати часов, а потом с шестнадцати часов.

– Он рядом и слышит. Первый вариант его устраивает. Назовите место, и его маг приедет за вами.

Пока Майер пытался определиться с адресом, вертя головой, Майя взяла его за руку с мобильником и продиктовала адрес.

– Чтобы я без тебя делал?

– Точно не дремал бы, а работал. – Она сжала его ладонь. – Дорогой, я прихватила твой напиток, отпей, взбодришься. – Майя достала из сумки серебряную фляжку и, отвернув крышку, немного налила в нее. Ощутив вкус зелья, Майер окончательно пробудился.

– А теперь пойдем к дороге, отсюда нас не разглядеть.

Гратц не всемирная столица. Ждать пришлось минут пятнадцать, пока маг пробьется через запруженные улицы.

Офис располагался в современном бизнес центре на одной из главных улиц. У входа их встретил молодой человек и просил проследовать с ним. На скоростном лифте они поднялись на шестьдесят этажей и направились за своим проводником. Все шли молча. Майер впитывал информацию от Филиппа о предполагаемом визави. Ничего необычного. Андроид в приемной передал сообщение о пришедших в кабинет и тут же поднялся, чтобы открыть дверь в комнату руководителя.

Майер, вернувший способность управлять мимикой, чуть улыбаясь вошел в помещение. Лицо встречавшего мужчины ему понравилось. Лет пятидесяти, круглолицый, несуетливый и одного роста с ним. Поодаль стоял Алдан.

– Здравствуйте, очень приятно, что нашли время для встречи.

Я, Керт Доля, Лидер Алтн Юрта. С этим молодым человеком

вы знакомы.

– Я, – Майер Ахан, со мной помощник Майя Ли.

Разговор шел на свабском, которым оба хорошо владели.

Какое-то время говорили на общие темы, что позволяло приноровиться к манере разговора и поведения друг-друга, когда хочется найти общий язык с собеседником. Взаимное зондирование показалось обоим благоприятным и установило предварительную доверительность. Оба, как выяснилось, заканчивали университеты в Свабии с разницей в несколько лет. Доля учился на физико-математическом факультете и признался, что основная причина в том, что мышление в символах ему дается лучше, чем в образах и словах.

Майер сказал, что в сложных случаях больше полагается на подсознание, хотя и символы ему импонируют.

Наконец Лидер решил перейти к основной теме встречи и попросил вкратце изложить суть предложений Правой партии.

– Я думаю, что Алдан правильно передал вам смысл моих предложений. Поэтому буду краток. Если придем к согласию, оформим сотрудничество в приемлемой форме с участием юристов.

– Первое: предлагаем наиболее тесное сотрудничество в многомандатных округах. Отказ от программ с жесткими правыми лозунгами – правее экстремистов вам не быть, у них давно свой избиратель. А в ряде округов у нас будут списки с общими кандидатами, примерно поровну с каждой стороны.

Обещаю Вам увеличить количество ваших депутатов в три – пять раз. Но по важным вопросам в парламенте голосуете солидарно с нами. В сжатом виде наше сотрудничество я представляю так. Предлагаю каждой стороне изложить особенности своего подхода, а затем согласовать и создать договор между партиями о сотрудничестве.

Я сегодня поручу Секретариату нашей партии заняться договором, а мы с Вами параллельно будем готовить списки общих кандидатов. С вашими исполнителями будет работать Майя.

– Да, Ахан. С Вами приятно работать. Но все -таки, начнем с договора. Если разногласия окажутся незначительны, с нашей стороны подключится Алдан.

Еще один момент. Алдан подсказал, что его супруга работает в объединенном профсоюзе работников сферы услуг и может посодействовать в организации встреч членов профсоюза с кандидатами в депутаты.

– Благодарю, Керт. Непременно воспользуемся такой возможностью.

– Как насчет, выпить чего -нибудь прохладного или не очень?

– Думаю, что время у нас на это еще появится, господа!

Тот же молодой человек проводил Майера и помощницу до выхода из здания.

– Майя, поехали в гостиницу. Там будем дожидаться встречи. Кстати, свяжись с актерами, что там с бизнесменом?

– Не хотела отвлекать. Они звонили. Парень им понравился, но с ним надо работать. Я сказала, пусть работают. Я правильно сделала?

Майер кивнул: – правильно. Прежде чем попадем в номер, Майя, достань мне кусок белой ткани размером дец на дец.

– Придется пройтись пешком, тут недалеко есть магазин.

Метафизические практики

Минут через двадцать после магазина они добрались до гостиницы. Номер на втором этаже оказался довольно просторным. Майер взял у помощницы фляжку и попросил заняться сервировкой стола для деловой встречи. И не отвлекать по пустякам. Он заткнул раковину, и немного набрав воды, долил туда несколько капель снадобья. Ткань он погрузил в воду, пока она не пропиталась полностью и, отжав, унес с собой в комнату. Там повозился, пока не смог повесить ткань на спинку стула.

После чего раскрытую ладонь левой руки положил на колено, правую ладонь направил на ткань и сосредоточенно смотрел в пространство.

Перед ним встали образы Шнабеля и его жены. Время и место он утерял, растворяясь в пространстве. По мере истечения заданного себе срока на работу, напряженная расслабленность его оставила, и к нему вернулось обычное зрение. Он вгляделся в ткань. На ней явственно наблюдался розоватый оттенок.

Майера охватил восторг, которому он не дал излиться шумной эмоцией. Но это был лишь начальный шаг из задуманных. Он решил продолжить. Несколько минут ему понадобилось, чтобы расслабиться и вновь сосредоточиться на образах. Перед ним всплыла Майя. На левой ладони у него появилось едва ощутимое покалывание. Он попытался усилить приток энергии.

Покалывание возросло и постепенно вернулась реальность. Теперь большая часть ткани оказалась окрашенной в голубовато-серый цвет. Майер, с учетом неорганического происхождения андроида, истолковал его как холодное безразличие. До начала встречи оставалось время, и он решил продолжить упражнения.

На этот раз требуемого состояния удалось легче достичь и вызвать образы недавних собеседников из Алтн Юрта. Серый цвет исчез совсем, и большая часть ткани покрылась бледно-желтым, что он оценил, как любопытство. Чтобы добавить информации для последующего анализа, он снова погрузился в состояние измененного сознания и представил Галу. Образ получился весьма реалистичный, в отличие от прежних, которые больше походили на фотографические снимки. Угол ткани получил розовый цвет.

В дверь постучали. Майер отозвался, что сейчас выходит. Комната, где предполагалась встреча, была вполне подготовлена. На столе минеральная вода и стаканы. За ним достаточное место для размещения пяти человек.

– Замечательно, Майя, сколько у нас время до начала?

– До четырнадцати осталась минута, Ахан.

Гости оказались пунктуальными и зрелыми людьми: бывший замминистра внутренних дел Свабии, чемпион мира по борьбе, автор нашумевшего бестселлера. Майер сделал обзор политических сил, принимающих участие в выборах и изложил программу Партии и принципы, которыми надо руководствоваться. Он также призвал привлечь известных людей в качестве доверенных лиц.

В конце своего выступления он уменьшил напор и перешел почти на дружеский тон, назвав гостей соратниками. Переходя ко второй половине разговора, Майер предложил присутствующим, тут или чай. За напитками они просидели еще с полчаса, пока проясняли важные для себя вопросы. Расставались дружески, получив задания по подготовке к выборной компании.

По размышлении, Майер решил остаться в гостинице на день или два. Возможно, удасться встретиться с оставшимися кандидатами за те же пару дней.

– Майя, мы сейчас попытаемся переиграть, что намечали. Ты свяжешься с теми людьми, с которыми мы должны побеседовать и попробуешь договориться о встрече завтра или послезавтра здесь в гостинице. Если получится, забронируй на это время большее помещение в гостинице. И, конечно, сообщи Шнабе- лю, что задержимся в городе. К слову, сколько осталось моего напитка у тебя с собой? На два дня хватит?

– На три, если не будешь больше сливать в раковину. Могу заказать в лаборатории чтобы снова изготовили.

– Закажи примерно втрое больше от первого раза. Сейчас я не могу сказать точнее. Пусть отправят на адрес Шнабеля. Ты занимайся, я схожу, прогуляюсь, и может быть, куплю еще той же ткани. Потом карты, которые я просил взять, надо перенести на ткань. Последний этап – натянуть ткань на подрмник. Последовательность не имеет значения. Главное результат – карта должна находиться в подрамнике. Подрамник самый простой. Размеры два на два деца.

Выходя из гостиницы, Майер сменил свой френч на рубашку с коротким рукавом.

Рабочий день еще не кончился. На улице, которая вела к магазину тканей, людей было немного, и уворачиваться от прохожих не приходилось. Он уже и не помнил, когда просто прогуливался. И на этот раз тоже не получалось, так как через несколько минут он поймал себя на попытке оценивать прохожих, как технологический материал в своем проекте. Потом он оправдал себя, вспомнив классическую политэкономию и определение людей как рабочей силы.

В магазине по коду товара он заказал и рассчитался за ткань, указав и адрес доставки. Теперь он решил понаблюдать за жизнью города, в котором он собирался прожить несколько месяцев. Наилучшим местом для наблюдения он счел парк, до которого и добрался на такси. В парке ему показали, где ближайший фонтан, у которого он нашел свободное место на скамье. По всей водной площади купались дети под номинальным надзором мам и бабушек. Последним, внимание приходилось делить на детей и друг на друга. Иногда, возникающий легкий ветер, относил мелкие брызги в сторону сидящих, вызывая панику и сбегания в сторону. Все это представление полностью отвлекло Майера от серьезных мыслей и намочило рубашку. Спустя несколько времени заметил, что ветер нес воду преимущественно в ту сторону, где он сидел, и скорее всего, по этой причине он и нашел тут место, а состав соседей менялся, как только женщины понимали, что мокрая одежда даже летом способна доставить неприятности и нежелательное внимание.

Майер тоже решил попробовать принять участие в баловстве воды и ветра. Он прошел на противоположную сторону от места, где сидел.

Отойдя к деревьям, куда брызги не долетали, он стал вглядываться в струи воды, над фонтаном, хотя сомнения него и были, что задуманное удастся. Через несколько минут он смог разглядеть прозрачно-серебристые тела ундин, которые забавлялись, взмывая с потоками воды вверх и стремительно летевших обратно в водоем. Это были небольшие существа, наверное, с треть его роста. Ему пришлось напрячься, чтобы привлечь их внимание к себе. Когда несколько купальщиц зависли на самом верху фонтана, разглядывая его, Майер послал мыслеобраз: «Давайте поиграем вместе вы и я. Облейте меня!»

Те, кто видели и поняли его, с криком и визгом бросились вниз, и разгонялись уже с водной поверхности, стремясь подняться выше обычного, чтобы подальше метнуть подхваченную воду. После нескольких попыток задуманное стало удаваться, но Майер предусмотрительно отошел еще на пару шагов.

Шум и крики усилились, это подхватили женщины, которые повскакивали со скамеек и двинулись в сторону от фонтана, спасаясь от брызг.

Майер прошел немного вокруг водоема и вновь встал, провоцируя ундин на смену направления атаки. Увлеченные новой забавой они не сразу заметили перемещение своего партнера, но обнаружив, с возмущением бросились в его сторону. Брызги Майера не достигали и ундины решили, что это несправедливо. Они хотели играть с ним, так как этот человек видел их в отличие от остальных. Старшая подала остальным знак, и они дружно поднялись на верхушку потока. Там воздели руки вверх, и о чем-то просили, после чего с криками бросились в воду вниз.

Просьба возымела действие. Небольшой воздушный вихрь подхватил пучок водных струй и целенаправленно обрушил его на Майера. Он промок с головы до ног. Самое обидное, что других пострадавших не оказалось.

«Хорошо, что они не злопамятны» – Подумал он. Ундины забыли о происшествии и вновь резвились. Майер выжал рубашку и направился в гостиницу. Происшедшее его развлекло и показало рост его возможностей.

Майя с его приходом отложила видеофон, заметив, что по прогнозу дождя не обещали, и пошла за сухой одеждой.

– Спортивный костюм устроит, Ахан? Ты ведь никуда не пойдешь больше?

– Не пойду, неси костюм. Как прошли переговоры, удалось договориться?

– Практически, остался один из рекомендованных министром. Сбор завтра к семи часам вечера. Сейчас свяжусь с администрацией отеля насчет помещения. Принесли ткань. Куда ее так много?

– Там ткани на двадцать подрамников, размеры знаешь. Сегодня или завтра закажешь, чтобы изготовили и доставили на виллу к Шнабелю.

– Что-то еще, Ахан? Твой напиток я заказала. Послезавтра изготовят и пришлют на виллу Шнабеля.

– Спасибо, Майя, отлично работаешь!

– А ты умеешь зарядить эмоционально, чего не получишь от электричества!

– Раньше твой мир был понятней: программа, схемы и электричество.

– Да, сейчас я стала сложнее и сама себе интересней. Появился элемент вне задуманной программы. Я с ним взаимодействую. Когда в ситуации больше бытовых и эмоциональных элементов, усиливается влияние Майры. Она попросту отключает мой разум, вернее уменьшает мои аналитические способности. Когда ее сознания становится недостаточно для владения ситуацией, в игру вхожу я. Большую часть времени я доминирую. Хотя время от времени могут случаться сбои, как это бывает с людьми. Мы с Майрой недостаточно еще вместе, чтобы избежать накладок.

– Я тоже недостаточно, но как человеку мне теперь с тобой приятней, – сказал Майер, скидывая сырую одежду на пол. Помощница разыскала в гардеробе костюм и понесла к шефу.

– Позволь, дорогой, помогу тебе одеться? – Майя, присев, поочередно натянула на его ноги штанины, а поднявшись, обняла его.

– Все, Майя, дальше я сам! Дай куртку.

– Иногда ты бываешь противным, Майер!

– Ты меня отвлекаешь, а мне еще надо поговорить с Председателем, пожалуйста, чаю.

– Иду, с чем будешь? Перекусишь или со сладостями?

– Закажи сушеных фруктов и больше не отвлекай. Я сам позову тебя.

Вздохнув, Майер набрал номер Председателя. Но, против ожидания, все прошло наилучшим образом.

– Майер, ты неплохо начал. Я проникаюсь оптимизмом в нашем безнадежном деле. Насчет союза с Алтн вообще интересная придумка. Но тебе необходим лидер, который для местных будет своим. Я работаю в этом направлении.

По договору с Алтн я тебя услышал и прослежу, чтобы составили в нужном ключе и связались с Алтн. Держи в курсе своих дел! – Председатель говорил еще, но главное для себя Майер услышал. Там есть понимание всей сложности проблемы, которая перед ним стоит, и он не один.

Отключив аппарат после разговора с Председателем, он какое- то время продолжил в задумчивости держать его в руке. Получается, что в успех никто не верил, и тем сильнее становилось его желание добиться этого успеха.

– Майя, у тебя все готово? – Майер поднялся и направился к дверям.

Стол был накрыт, как ему нравилось.

– Жаль, что не способна составить мне компанию. – посетовал он на помощницу.

– Могу, ты не раз мог видеть, как у меня получается.

– Формально, да, но по существу демонстрируешь просто поглощение воды без получения вкусового удовольствия и соощу- щения единства с партнером. Такого как, например, случается в сексе.

– Думаю, если чаще будешь приглашать к совместному чаепитию, я научусь правильно воспринимать и этот обряд.

По завершении чаепития он поинтересовался, сколько у нее денег в электронном кошельке и перечислил достаточную на его взгляд сумму.

Сегодняшний вечер и часть ночи он использовал для путешествий в астральном теле и, как выяснилось потом, очень продуктивно. Из собранных сведений он понял, что замминистра Шмидт теперь не так категоричен в своем отказе от участия в выборах. Он также оценил кандидатов, с которыми должна была состояться встреча. Майер смог разыскать руководителя радикального крыла пришлых. Тот проводил вечер с любовницей, но спешил к семье. Майер решил к следующему выходу подготовиться основательней и знать всех основных соперников, так как астральное путешествие оказалось очень информативным. Когда он обратил внимание на часы, оказалось, что до утра много ближе, чем до вчерашнего вечера. Надо было успеть выспаться, учитывая бессонную прошлую ночь, и он направился в отель.

В своей комнате он поторопился и едва не забрался в чужое тело. Приглядевшись, он рассмотрел, что рядом с ним лежит Майя, свернувшаяся калачиком. Стараясь не потревожить ее, Майер разместился в своем теле.

Очевидно женщина, что-то почувствовала, и не просыпаясь, пододвинулась к нему и обняла.

«Вот и поспал!» – решил он. Тем не менее, через минуту погрузился в глубокий сон. Пробудился от щекотки. Что-то все ползало, то по лицу, то по шее. Когда открыл глаза, увидел Майю, которая лежала рядом и водила прядью своих волос по его лицу.

– Сколько время? – встревожился Майер.

– Только одиннадцать. Мы все успеем. Твой стакан я сейчас поднесу. – Майя, приподнявшись, дотянулась до стакана на тумбочке и протянула Майеру.

– У нас законных полчаса!

– Ты ошиблась, Майя. Полчаса используются порознь. У меня полчаса для утренней гимнастики и туалета, а у тебя, чтобы приготовить завтрак. За напиток спасибо!

– Каким ты бываешь несносным! Пойду, оденусь и закажу тебе поесть.

Майер вошел в свою комнату и раздевшись лег на кровать. Постепенно расслабляясь, он стал освобождаться от своего тела. Потом он прошелся по комнате и, задавшись целью, устремился в астрал.

Эпоха, куда он попал, заметно отстовала от времени, которое он оставил.

Он увидел, что помещение, где он находился, походило на кабинет влиятельного лица. На столе несколько старинных телефонов. Хозяин кабинета мужчина среднего роста в мундире защитного цвета с погонами сидел за столом накрытым зеленым сукном и что-то писал.

В дверь раздался стук. Подняв голову, мужчина разрешил войти. Вошедший был в военной форме. По расшитым золотом погонам Майер понял, что это высокопоставленный офицер, но его больше удивил хозяин кабинета. Лицо человека показалось ему знакомым.

– Разрешите доложить, господин Командующий?

Начальник сделал жест, приглашающий сесть за стол

– Операция прошла, как и планировалось. Председатель сейчас в операционной.

Задержан стрелявший. Ведется допрос. Следствие ищет заказчиков.

– Каковы перспективы и сроки раскрытия дела, полковник?

Тот удивленно вскинул глаза, но что- то поняв, продолжил:

– Резонансное преступление. Направлены лучшие оперативники и следователи. Им дан недельный срок. Не сомневаюсь, справятся. Более детально смогу сообщить через день.

– Держи меня в курсе дел по лечению Председателя и по работе следствия. По привлечению некоторых деятелей оппозиции в качестве свидетелей препятствий нет?

– Нет, господин Командующий. По каналам контрразведки допущена утечка о возможной причастности оппозиции. Полагаю, в течение недели кого -то из слабого звена можно вызвать в контрразведку, а пока пусть подождут, поволнуются.

– Что ж, неплохо. Кто еще в курсе?

– Косвенно капитан из идеологического отдела. У него списки диссидентов.

– То есть нападавший диссидент?

– Он из списка диссидентов, а на сколько он диссидент знают капитан и его коллеги.

– По состоянию на данное время считаю, что ты сработал очень хорошо.

Продолжай в том же духе. Самое сложное впереди. Ты должен упреждать любой шаг следствия и оппозиции, и как минимум, знать, что происходит в клинике на данное время.

– Главврач и следователь будут докладывать мне два раз в день, а также при непредвиденных ситуациях.

– Пока события не станут более предсказуемыми, ты тоже будешь докладывать мне дважды в день.

– Так точно, господин командующий. Разрешите идти?

– Свободен, полковник.

Отпустив подчиненного, Командующий в задумчивости пошел по кабинету.

Майер, чтобы не упасть, присел на корточки, изумленно наблюдая за ним.

То был его двойник! Конечно, не как однояйцевый близнец. Ростом заметно ни же, полнее, с более жесткими чертами. Скорее «Как старший брат», – подумалось ему. Теперь у Майера появились опасения за свое тело, оставленное в отеле.

«Вдруг оно каким- то образом переместилось сюда и ему некуда вернуться?! Влип!», – Паническая мысль захватила его, и он издал подобие стона. Ввиду того, что большая часть его воплощенной сущности осталась в отеле, здесь в кабинете звуков не возникло. Однако некоторую настороженность, Командующий проявил, взглянув в сторону, где притаился незваный гость. Майер решил, что пора подобру убираться восвояси. Долго не удавалось собраться. Но потом, влекомый тревогой, которую он ощутил от оставленного тела, понесся в знакомый мир.

У кровати сидела Майя и пыталась его привести в чувство, как он назвал процесс обретения тела. Попытка с ходу попасть в тело не удалась. Пришлось это делать в привычном ритме. Когда он открыл глаза, Майя призналась, что немного испугалась, из- за невозможности его добудиться.

Путь к вершине

Время до начала сбора оставалось, и Майер попросил ее организовать чаепитие.

Попытки понять, кто был Командующий, и какое отношение он имел или имеет к нему, который живет лет на двести позже, не удавались «разберусь со временем», – решил он. Сейчас следовало подготовиться к встрече. Все приглашенные пришли вовремя. Небольшое помещение с круглым столом посередине не проводило четкой грани между рангами присутствующих. После взаимных представлений, Майер подошел к полному крупному мужчине и что- то прошептал ему на ухо. Тот побагровел и кивнул рядом сидящей женщине:

– Пошли, мы ошиблись.

Когда они вышли, Майер, упреждая вопросы, сообщил, что по данным службы безопасности, ушедшие связаны с одной из ОПГ и предложил вернуться к повестке дня. После чего, изложил программу, с которой партия идет к выборам, и в конце резюмировал:

– Это последнее из запланированных нами собраний кандидатов в депутаты от Правой партии до начала выборной компании. Каждый из присутствующих, придя сюда, руководствовался своими соображениями. Но через несколько недель должно остаться только одно: достижение нашей общей цели. В дальнейшем связь будете осуществлять через руководителя фракции господина Шнабеля или мою помощницу Майю Ли.

А теперь вопросы, если есть.

В последующие дни Майер, вернувшись в усадьбу, провел несколько совещаний с Шнабелем и наиболее толковыми активистами партии из числа названных им. Решали, где будет городской выборный штаб партии, вопросы дежурств, охраны. Определились, кто будет отвечать за подготовку и организацию работы штаба. Были назначены ответственные за работу транспорта и связи.

С учетом экономических знаний Майи, она и была назначена главным финансистом. Смета была направлена Председателю Вышинскому, хотя Майер понимал, что такие затраты вызовут его недовольство.

Для общего ведения дел Майер назначил Шнабеля, как своего заместителя по организации избирательной кампании партии в Свабии. В назначенный срок депутатами прошлого созыва были представлены списки кандидатов. В списках Майер насчитал больше двухсот человек. Предстояло рассмотреть каждую кандидатуру и определить возможности этих людей.

Майя отправила список Филиппу для дополнения характеристик людей и сведений о них. На следующий день начали поступать досье на каждого кандидата.

Майер решил, что составит свою, независимую характеристику на каждого, потом сравнит с тем, что в документах. Для этого он приготовил диктофон и несколько подрамников обтянутых холстом и с необходимыми бумагами занял отведенную ему комнату. Связь с миром и заботу о себе возложил на Майю. Установив подрамник на тумбочку у стены, устроился на кресле. Для начала необходимо было получить тестовый материал. Майер поставил целью выявить возможных лидеров из списка, чтобы увидеть цвета, свойственные таким людям, он представил себе поочередно несколько состоявшихся персон.

Результаты оказались неоднозначными. У одних холст отобразил красно-оранжевые цвета, у других пурпурные, синие, желтые. Он всех их относил к лидерам, собственно, они таковыми и являлись в глазах большинства людей благодаря уму, силе характера или гуманистическим качествам.

Майеру понадобилось четыре дня, чтобы среди людей, представленных в списках, выявить потенциальных руководителей, исполнителей, советников и сверить свое представление с характеристиками каждого в досье.

Из своего добровольного заточения, Майер выбрался через неделю. Майя с утра уехала в город с Шнабелем решать вопросы по организации штаба и его работы. День был знойным, как и полагалось в это время года. Во дворе, примыкающем непосредственно к дому, не было ни души. Немного постояв на солнце, он вспомнил про водоем в парке и решил прогуляться, а может и искупаться.

Под сенью величественных деревьев жара не так ощущалась, но появилось чувство собственной малости и незначительности, а вкупе с пораженческими мыслями в кабинете он окончательно расстроился. В последние дни он отказался от своих утренних спортивных занятий и отсутствие активности, похоже, повлияло на него не лучшим образом. Подходя к пруду, он услышал чей-то голос – то ли детский, то ли женский.

Когда стволы деревьев открыли обзор, он увидел молодую нагую женщину, спускающуюся в воду по деревянной лестнице. Но сейчас она остановилась, пережидая, пока тело привыкнет к холодной родниковой воде, и Майер мог видеть ее идеально сложенные пропорции. Это была Гала, дочь Шнабеля, жена Алдана и мать двоих детей. После секундного размышления, он развернулся и пошел назад сначала по тротуару, потом свернул куда-то в бок. Неожиданная встреча эмоционально встряхнула его и придала бодрости. В отличие от встречи с мощью деревьев, встреча с мощью сексуальной энергии придавала сил и бодрила. В его понимании то была добрая, соразмерная с его возможностями сила.

Прогуливаясь, он обнаружил совсем глухой угол парка и старинную лавку с широкой скамьей и удобной спинкой, где и устроился. Прикрыв глаза, он отогнал все мысли и отдался дреме.

– Извините, Ахан, вы не спите? – тихий голос Галы вывел его из сонного состояния.

– Нет, Гала. Мечтаю.

– Вы последний из моих знакомых, в чью мечтательность смогу поверить! – засмеялась Гала.

– И тем не менее, и на меня, очевидно, находит.

Майер рассматривал красивую женщину, в юбке из белой светлой ткани и голубой блузке, стоящую напротив.

– Присаживайтесь, редко, кто сможет похвастаться, что сидел на скамье, которой сотня лет, с принцессой из замка. А я хотел бы!

Кинув быстрый взгляд по сторонам, Гала устроилась на другой край недлинной скамьи.

– В детстве я иногда заходила сюда, когда хотела нагнать страху на себя. Потом уже большую часть времени пришлось провести в городе: то школа, то учеба в вузе. Я мало, что видела. Из-за моей внешности парни проходу не давали. Так, что отец счел лучшим для всех нас отдать меня замуж за самого настойчивого, но способного оградить от домогательств. Вы ведь поняли какое у нас общество!

– Идеального в этой жизни мало, Гала, да и то, со временем может быть истолковано, как увиденное сквозь розовые очки.

У вас брак довольно удачный. Муж любит вас. Прекрасные дети, вы обеспечены. Вы не сидите в четырех стенах, работаете. Многие сочли бы вашу жизнь удавшейся.

– Со стороны так и кажется, Ахан. Возможно, дело в том, что в студенческие годы мне не удалось выплеснуть избыток энергии и говоря по- простому, покуролесить, повлюбляться, совершить глупостей. У меня сила характера и ум были направлены на подавлении в зародыше проявления юношеских эмоций. Вероятно, сказывалось и то, что я поздний ребенок. Относительно, конечно.

– Глупости делать никогда не поздно, Гала. У вас впереди целая вечность.

Чтобы с чего-то начать их делать, предлагаю принять участие в предвыборной гонке. Кстати, ваш муж сам подал идею о том, что, используя свои возможности в профсоюзе, вы могли бы помочь в организации моих встреч с членами вашего профсоюза. Если вы не против, я переговорю с Алданом, а потом обсудим организацию таких собраний.

– Мне это интересно! Я согласна, Ахан.

– Вот и замечательно. Отчего вы не искупались, Гала? Вы ведь со стороны пруда пришли.

– Вы, что следили за мной?! – Женщина вспыхнула, вспомнив, что была у воды нагой.

– Нет, не следил. Я не почувствовал запаха воды, обычно исходящего от тела и волос, после купания. У меня довольно острое обоняние. И сейчас я собираюсь немного поплавать. Присоединяйтесь.

– С моей стороны это было бы не глупостью, а преступлением и посягательством на брачные отношения!

– Вы правы. Я пойду, встретимся за ужином, Гала.

– До свидания. – Гала поднялась первой и пошла по направлению к дому.

Вернувшись к пруду, Майер провел там, купаясь и загорая, еще более часа. Там же он принял звонок от Майи. Она сообщила, что с Шнабелем они остаются до следующего дня, так как встречи назначены на ранний час и смысла возвращаться нет. Ужин запаздывал, и Майер с сожалением вспомнил Майю, легко решающую подобные проблемы. Стук в дверь показал, что вопрос решен. Он отозвался, что можно входить.

Горничная подкатила столик с едой и напитками к его креслу и пожелала приятного аппетита. То был голос Галлы. Майер поднял голову и увидел ее саму.

Она стояла в темном платье и передничке, лукаво улыбаясь.

– Как вы тут в одиночестве? Заждались? Мама отпустила горничную, а про вас забыли. Пришлось срочно исправлять ситуацию.

– Спасибо, Гала! Достаточно было бы вашего прихода и без тележки с едой.

– В нашем доме каннибализм не приветствуется! Страшнее голодного мужчины только разъяренная женщина.

– Тем не менее, прошу составить компанию. Здесь почему-то нет второго стула или кресла, но кровать в вашем распоряжении.

– Звучит довольно двусмысленно!

– Выберите тот, что по душе!

Дальше следовал легкий, не обязывающий разговор мужчины и женщины, который доставляет удовольствие обоим. После завершения ужина они поболтали еще, пока она не спохватилась, что надо перед сном зайти к детям. Майер, помогая собрать посуду, воспользовался близостью к женщине и поцеловал ее в щеку:

– В знак благодарности за ужин и составленную мне компанию!

– Я не разрешала этого, Ахан! Будьте в другой раз сдержанней в проявлении чувств.

– Извините, Гала. Не хотел вызвать вашего недовольства. Впредь не буду проявлять инициативу, пока не увижу готовности принять мои знаки внимания.

– Спокойной ночи, Ахан.

– До свидания.

Проводив Галу, несмотря на раннее еще время, Майер решил лечь спать, как бы продолжая период расслабления после недельных напряженных занятий. Бытовой демарш Галы немного развлек его и позабавил, но не впечатлил настолько, чтобы это повлияло на сон.

На другой день он связался с лидером союзной партии Долей и попросил списки кандидатов для сопоставления и согласования со своим, чтобы избежать ненужной конкуренции в их случае. Там оказалось около трехсот фамилий.

Кроме того, Майер попросил обеспечить содействие Галы, как члена руководства профсоюза, для составления графика его встреч с членами организации на собраниях и участия ее, или кого-то из руководителей в этих встречах.

Чтобы охватить все поля сражений, Майер, используя свой способ работы с холстами, раскрасил их все цветами симпатий и антипатий избирателей по округам и обновлял их еженедельно. Это позволяло видеть степень поддержки основных партий и вносить коррективы в борьбе за голоса избирателей.

Кроме того, он ежедневно принимал участие не менее чем на двух собраниях с избирателями-членами профсоюза или каких-то других.

Андроид Филипп был вызван в штаб и занимался отслеживанием освещения деятельности Правой партии блогерами и другими СМИ.

Один из известных продюсеров организовывал выступления известных артистов и шоуменов. Был и отдел фейковых новостей, запускавший двусмысленную информацию, но в итоге подрывавшую позиции конкурентов Правой партии.

Раз в неделю Майер собирал в штабе всех, кто организовывал, контролировал и направлял деятельность по поддержке избирательной кампании

Правой партии. Здесь он занимался координаций их деятельности исходя из информации, которую он получал из своей картинной галереи у Шнабеля.

По мере приближения завершающей стадии кампании в дело вводились все новые силы, привлекающие внимание избирателей. Это были и признанные «мисс» и «миссис» Свабии, Южного и Северного полушарий разных годов в расчете на сентиментальных и ностальгирующих; актеры и актрисы, которых удавалось привлечь «своим» актерам. Словом, Майер поддерживал всякое живое творчество, пока оно помогало. Степень полезности он оценивал своим уже испытанным методом проецирования эмпатии избирателей на холст.

Если два-три шоу или собрания не приносили положительных сдвигов, он прекращал их деятельность или вносил кардинальные изменения.

Одновременно он готовился к голографическим дебатам. В основном, если не считать компетентность по традиционным экономическим и социальным темам, наибольший успех достигался, когда имелся компромат. Именно в этом направлении Майер и копал. Кое-что в клювиках приносили осведомители.

Пользовалась популярностью красавица дочь Шнабеля Гала. Был организован конкурс «миссис Нега», в котором победила она, и теперь совершала вояж по городам Свабии. Алдан, скрепя сердце, вынужденно мирился и иногда сопровождал жену. В недальние поездки она брала и детей, чем вызывала умиление и поддержку многих молодых семей. Это пришлось на последний период кампании.

Тогда же Майер пригласил и Вышинского, который дал несколько интервью в СМИ. Старый политик в целом остался доволен тем, как организована кампания Правой партии.

– Я считаю, что, если тебе удастся заметно увеличить численность наших депутатов в парламенте, это явится успехом, пусть даже и не создашь правительства. – Заявил Вышинский в узком кругу перед отлетом в Айву.

Недели за две до дня выборов Майер из своего городского кабинета позвонил Шмидту и попросил найти немного времени для личной встречи.

– Я вам обещал, мало того, приглашал в гости. В любое время, когда сможете.

– Если я сейчас вылечу, то вечером буду у вас.

– Позвоните, я могу выслать машину.

– Лучше я найму такси. Меньше будет разговоров.

– Хорошо. Я скину вам адрес.

Затем вызвал к себе Майю, заказал нужные билеты, а также перевел все звонки на нее, пообещав вернуться завтра.

– Мы здесь без тебя, как дети без взрослых, – грустно сказала помощница.

– В тебе, что Майра заговорила?

– Или она, или я под ее влиянием. Мы столько времени не вместе, я скучаю.

– Майя, я надеюсь на тебя и Шнабеля. Его я предупредил, вы справитесь, а сейчас мне надо в аэропорт. Можешь поцеловать меня в щеку.

Деловой тон шефа магически преобразил Майю в строгую хозяйку офиса, что порадовало Майера. Для поддержания деловитости, он попросил ее поискать темы в области промышленности или торговли на Северном континенте, где может быть использована реклама с участием Галлы и сообщить ему на мобильник в течение двух часов. Еще через пять часов его самолет приземлился в аэропорту Айвы. «Маг» такси так же оперативно доставило Майера к подъезду невысокого в пятнадцать этажей элитного дома. Квартира располагалась на шестом этаже. Дверь в квартиру открыл юноша лет восемнадцати.

– Добрый вечер, молодой человек. Я, Ахан Майер, знакомый вашего отца.

– Здравствуйте, папа предупредил, что вы должны подъехать. Прошу, проходите в дом.

Замминистра с семьей жил в служебной пятикомнатной квартире для чиновников высокого ранга. Мебель, по преимуществу, тоже была федеральной собственностью. Ковры на полу, шторы и картины на стенах придавали помещениям индивидуальность и показывали эстетический вкус жильцов.

В зале ждали хозяева, сам Шмидт и его супруга. После взаимных представлений сошлись на том, что общаться будут без церемоний, по именам.

Хозяйка, примерно того же возраста, что и Шмидт, лет сорока, представилась Кэтрин, но позволила обращаться и Кэт. Хозяин назвался Робертом, Робом. Парень оказался Гором. Майер определил отношения в семье как дружеские. Центром, безусловно, была Кэтрин. Беременность, заметная на этом сроке, не мешала еще исполнению обязанностей по дому, но прибавляла внимательности у мужчин.

– Я хозяйственник по своей сути и призванию, Ахан, – признался Шмидт в разговоре, пока жена с сыном собирали на стол. – Но после встречи с вами стал наблюдать за политической жизнью. Оказалось, что некоторые экономические решения являются следствием политических процессов, а не исходят из логистики и законов экономики. А сама политика, как я понял, является больше искусством, нежели наукой. Сейчас в разгаре предвыборная кампания в Свабии, моей Родине, и я понимаю, что Правая партия достаточно успешно в ней участвует. Причем, Вас почти не упоминают в СМИ. Называют других деятелей. А вы избрали себе роль режиссера, который выходит к зрителям после окончания спектакля. Возможно, вы вообще не собираетесь появляться, Ахан?

– Вы правы, Роб. Но появиться придется. Скоро начнутся публичные дебаты. Они очень важны и я, скорее всего, приму в них участие лично.

– Как вы оцениваете ситуацию с точки зрения выполнения своих планов, Ахан?

– Думаю, что будем близки к намеченным цифрам. Только неясно, слева или справа от них расположимся. К сожалению, отрыв совершить не удалось, и три партии идут, примерно, вровень. Но для двух из них, по большому счету, это проигрыш. Они теряют много мест.

– Как вы можете делать подобные заключения? Те эксперты, мнения которых публикуют, утверждают, что да, лидеры получат меньше голосов, но не критически меньше. – У меня свой подход к оценке. А эксперты ходят угодить тем, кто платит за прогнозы.

– Ну что же, поживем-увидим. Осталось недолго. Но вы, Ахан, приехали в Айву, а теперь находитесь здесь не для того, чтобы просто поговорить о политике.

– Именно так, Роб. Вы бы оказали содействие, если найдете возможность сделать несколько рекламных роликов в интересах вашего министерства с участием моих актеров. Это некто Гала Пул, ставшая «Миссис Нега» по результатам конкурса, который мы недавно провели. Первый ролик просто информационный о ее победе. Лучше, если пройдет на федеральном или континентальном канале. Два других реклама продукции предприятий вашей отрасли, связанных, скажем с гостиничным или ресторанным бизнесом. Она сама представляет профсоюз сферы об- служиваня. Эти ролики достаточно показать на каналах Свабии. Думаю, за два дня, сможем их подготовить и выслать вам для просмотра. Хорошо, если удастся запустить их до конца недели.

– Сложней всего было бы с новостным роликом. Но вам повезло. На континентальном канале работает мой одноклассник, с которым хорошо общаемся. Я сейчас с ним свяжусь. Дайте мне контактное лицо, с которым можно решать вопрос.

Майер передал Шмидту координаты Майи и предупредил ее о предстоящей работе с рекламными роликами.

Кэтрин, завершая сервировку, с интересом поглядывала в сторону Майера.

Несомненно, ей хотелось поговорить о своем, тем более, что причиной появления Майера в ее доме было ее желание видеть его. Майер за ее спиной видел разноцветные шарики, которые часто окружают ауру женщин, находящихся в положении. На его взгляд, беременность проходила у нее хорошо, без осложнений. Рассматривая живот Кэтрин, но так, чтобы не смущать ее – он же не врач, к своему удивлению, увидел плод, – ребенка в положении, которое обычно показывают в медицинских атласах. Случившееся его так поразило, что он поспешил отвести глаза. Очевидно, что снадобье, хотя он и закончил его прием, продолжало действовать.

Ушедший в свой кабинет Шмидт вернулся с хорошими вестями: одноклассник завтра сможет показать в разных новостных выпусках процесс награждения Галлы Пул. Сейчас редакция новостей займется поиском во всемирной сети сюжета с финалом конкурса. Что касается рекламного ролика, то завтра в министерстве он сможет выяснить ситуацию в отделе маркетинга.

Поняв, что мужчины закончили деловую часть разговора, Кэтрин пригласила их к столу. По окончанию ужина, она взялась за Майера всерьез.

Потом он удивлялся тому, что мог столько рассказать о перспективах семьи и эпизодах из прошлого. Только часа через два он смог найти достаточный повод, чтобы попрощаться.

– Похоже, что и в этот раз мне не удалось с вами рассчитаться за общение с вами, – сообщил при расставании Шмидт.

– Если мы друзья, то какие расчеты между нами. Сегодня я, когда-нибудь вы. У вас замечательная супруга, Роберт.

– Да, мы двадцать лет вместе! Считаю, что нам повезло встретить друг-друга.

Они обменялись номерами мобильных телефонов, и Майер направился в аэропорт. Было поздний вечер. А ранним утром, он на такси подъехал к воротам усадьбы Шнабеля. В самолете он успел поспать и чувствовал себя сносно.

Только пожалел, что Майя сегодня в городе. Ему остро захотелось женской ласки и внимания. Но в душ он пошел, и выйдя, вспомнил, что Майя обтирала его полотенцем.

На этот раз она просто ждала, сидя на кровати, чем слегка потрясла его.

«Кажется, могу сказать, как Шмидт, что повезло, когда приобрел ее», – это было последней мыслью, которую он смог сформулировать.

Алдан Пул был удивлен, что через две недели после окончания конкурса, на котором его жена получила корону «миссис Нега», федеральный канал подал это событие как новость, еще раз царапнув по его исстрадавшемуся от ревности сердцу. За последние два месяца, когда Гала, включилась в предвыборные игры с его попустительства, она сильно изменилась. Из прилежной и скромной, хотя и красивой женщины, жены и матери двух детей она превратилась в заметного общественного деятеля, блогершу с сотнями тысяч подписчиков и кандидата в депутаты от партии Алтн Юрт. Теперь она пропадала на собраниях, митингах, встречах, презентациях. У нее появились свои деньги. В том смысле, что ей платили за участие в различных шоу и она совершенно не зависела финансово от мужа. Прямо сказать, она стала флагом и самым заметным членим партии. За последние месяцы ему только раз удалось воспользоваться супружескими обязанностями. Мешали ее головные боли и разъезды по городам и мероприятиям. В первое время она сопровождала Майера и его помощницу, но позже, по решению Лидера партии, была включена в списки кандидатов партии Алтн Юрт и стала самостоятельна в действиях.

В свое время, когда Гала организовывала собрания для встреч Майера с членами профсоюза, он предрек ей карьеру политика и сказал, что окажет содействие при условии, что она при голосовании по важным вопросам всегда поддержит Правую партию или его лично. Такой вариант обретения самостоятельности очень понравился женщине, и она старалась исполнять все указания Майера.

– Ты должна стать руководителем фракции вашей партии в парламенте, а я постараюсь, помочь обрести тебе популярность. – Сказал ей Майер в одной из поездок.

Вначале она думала, что цель его внимательности- это завлечь ее в свою постель, пока не поняла, что это, в лучшем случае, попутное, для укрепления союза. Его помощница Майя по физическим параметрам не уступала ей, а по интеллекту и знаниям превосходила. Да и по сексуальной привлекательности Гала осознавала свою недостаточную компетентность. К завершению предвыборной кампании она чувствовала себя довольно уверенным кандидатом. Во всяком случае, никакого пиетета или робости перед мужем у нее не осталось.

Показы в федеральных новостях ролика о своей победе в конкурсе «Миссис Нега», а потом себя и в рекламе холодильного оборудования сильно подняли женщину в своих глазах. Она, конечно, поняла, кого ей надо благодарить за такой рост своей популярности и вечером после первого дня показа рекламы поехала в городской штаб Правой партии.

Майя в приемной встретила ее по-родственному и расцеловав, пустила к Майеру. Он, улыбаясь, вышел из-за стола навстречу ей. И пока смелость не оставила ее, Гала, встав на носочки, обняла его и поцеловала в губы.

– Ну, вот я сама взяла и проявила инициативу. Можешь хоть сейчас или, когда пожелаешь, взять меня. Я буду счастлива быть твоей. Ты смог вернуть меня на путь, который предначертан для меня. Я только недавно поняла, насколько ужасная жизнь ожидала меня в будущем, если все осталось бы как есть или, попытайся я в будущем все поменять. Тебе удалось разгадать мою натуру, которую родители интуитивно ощущали, но боялись, что я не найду самый верный путь и подстраховались ранним моим замужеством и мужем ретроградом. – Произнося свою тираду, Гала продолжала стоять, обняв Майера и рассматривая его задрав голову.

– Ты меня слышишь, Майер?! Я сейчас понимаю, что материальное есть необходимость, но не главное. Поэтому могу предложить тебе свою преданность. Я нашла свой путь и могу ошибаться на нем, но моих сил хватит, чтобы дойти до конца или запаздывая по срокам, или опережая свое время.

А теперь, ты меня чем-нибудь угостишь? Можно тут, чай или вино. Просто я хочу повод, чтобы побыть с тобой еще несколько минут.

Через два дня Майер сидел в зале у Шнабеля, рассматривая последнюю раскраску холстов. На большинстве многомандатных округов розовый окрас, который Майер взял за основу симпатий избирателей к своей партии, не уступал, но и не превосходил по площади покрытия цвета соперников, которые он определил преимущественно как серые, светло-серые или грязно-зеленые. Нужен был некий решаюший шаг, чтобы оторваться от них, а дебаты, которые будут наблюдать на всей территории штата, давали такую возможность.

Аргументы, что припас Майер, могли дать некоторый перевес, но выступления соперников на следующий, предпоследний день легко нивелировали эффект.

Он не мог позволить себе проиграть, не достичь поставленной цели, но на данный момент его возможности практически исчерпаны.

Кульминация

Время приближалось к полуночи. Скоро забьют куранты в его комнате. Эта мысль привела Майера в свою комнату. На шум постучалась и вошла Майя.

– Шеф, вы работаете или закончили?

– Переходный период, Майя. Я сейчас подготовлюсь к сеансу, а ты как обычно, поработаешь ангелом хранителем.

Майер включил экран с лесным пейзажем и шумом ручья, насекомыми ползающими по стволам или летающими над травой и цветами, а сам пошел переоделся в спортивный костюм. Из источников света включенным остался только ночник. Майер устроился в кресле, Майя прилегла на кровати.

Через несколько минут пробили полночь часы. В наступившей тишине через какое- то время, Майер услышал тонкий свист и понял, что поднимается вверх. Сейчас он не испытывал обычного страха. Он знал, что сделал все, что было в его человеческих возможностях. Дальше требовалось вмешательство иных сил.

Он вновь увидел перед собой колосса.

– Я приветствую тебя, Великий наставник!

– Да, так будет лучше, ты не дрожишь от страха и способен лучше воспринимать, что тебе буду говорить. Я понял и знаю, что твои возможности исчерпаны. В конце концов, ты не можешь еще противостоять почти всей Свабии. Я сообщу тебе информацию, а как это подать, решишь сам.

Послезавтра в моем мире произойдут социальные потрясения. По вашему времени это начнется между одиннадцатью и тринадцатью часами. Естественно, что будут задействованы силовые структуры для противодействия анархии и будет охвачена обширная территория. В вашем мире это отразится в виде урагана. Ненастье охватит полосу моря шириной до ста пятидесяти и длиной до трехсот километров. Глубина охвата суши около двухсот километров при той же длине. Отсчет расстояния надо вести с северной оконечности дюн, если смотреть по карте. Вероятно, небольшое землетрясение. С перерывами все продлится около восьми часов. Значителен материальный ущерб.

Теперь о твоих государственных делах. Ты постепенно будешь добиваться либерализации общественной и где-то деловой жизни. На первом месте должна быть личная свобода и именно ее будет защищать государство. Но ты обязан держать под контролем все и решать, что называть свободой, а что нет. Пока ты оправдываешь мое доверие, поэтому я продолжу усиливать твои возможности. Вернувшись к себе, ты увидишь коробку с неким продуктом. Употреблять не чаще одной дольки раз в месяц, когда ожидаются важные дела. Это сильное средство, его воздействие может длиться несколько недель. Когда ты закончишь его принимать, твои способности возрастут во всех областях деятельности. Ты обнаружишь в себе способность доставлять особенное удовольствие сексуальным партнершам. Здоровье станет безупречным. Немного найдется людей способных противостоять тебе. Прежнее средство, которое ты пропил, с получением этого больше не принимай. Окажется чрезмерным.

А теперь, ступай. Скоро ты получишь заслуженный отдых.

Сознание Майера и часть его материальной оболочки медленно опустились в тело, расположенное в кресле. Помещение наполнилось живительной энергией. Майра, ощутив перемены, пробудилась и активизировала андроид Майю, которая незамедлительно подошла к Майеру и устроилась на полу возле его коленей. Он несколько минут сидел неподвижно, приходя в себя после встречи, которая, как обычно, отняла много сил. После того как Майя включила свет, Майер увидел на столе картонную коробку. Распаковав, извлек несколько плиток. Он отломил и попробовал на вкус, опасаясь гнилостного вкуса, но оказалось, что они напоминали какой-то из сухофруктов. Помня о предупреждении, он ограничился надкушенным куском.

Дебаты кандидатов проходили в два этапа, В первый день встречались аутсайдеры. Их дискуссия проходила в здании телестудии, так как особого интереса в обществе не вызывала.

Основные оппоненты встречались на другой день на стадионе. Правда, он был небольшой, тысяч на двадцать зрителей и заполнен до отказа. Майя и Гала сидели в первых рядах. Обе в брючных костюмах и привлекали пристальное внимание окружающих, большая часть которых состояла из мужчин. Алдан сидел рядом и отчаянно ревновал. Как он ни отговаривал жену от посещения стадиона, она не послушалась. Он чувствовал, что она все больше отчуждается от него, но его попытки преодолеть это состояние не удавались. Он проклял политику, когда поддался амбициям и позволил вовлечь себя в общественные страсти. Но уж больно хотелось возвыситься в глазах жены. Теперь до депутатского удостоверения рукой подать, но жена все дальше. Вот и теперь, женщины увлеченно разговаривают, игнорируя его.

Дебаты назначены на шесть вечера и должны продлиться полтора часа. «Однако, я превратился то ли в телохранителя собственной жены, то ли в евнуха при чужой наложнице», – тяжело соображал Алдан. Он хотел встать и уйти, но опасался за мать своих детей.

Тем временем шоу началось. Над чашей стадиона в столице, а также на площадях в десяти крупнейших городах штата появились голографические изображения происходящего на сцене.

Собственно, ничего нового сверх того, что уже оглашалось при очных и заочных пикировках сказано не было. Майер держался весьма достойно и не раз срывал аплодисменты. Так радетелю семейных ценностей он напомнил, от кого тот возвращался на семейный ужин июньским вечером сего года.

Лидеру ведущей парламентской партии он рассказал, сколько удалось заработать кампании его жены на отмене некоторых положений закона о конкуренции, и как эти положения снова были возвращены.

Но, когда казалось, что сенсаций не случится и ведущий объявил о завершении дебатов, и политики покинули сцену, другой ведущий объявил, что есть экстренное сообщение о погодной аномалии, с которым поделится известный политический деятель Майер. Майер вновь вышел на сцену из-за кулис и подошел к микрофону.

– То, о чем я сейчас сообщу, касается жителей, социальных объектов и производств на севере штата. Сейчас вы сами увидите на карте. Майер подошел к экрану, который служил задней стенкой сцены. – Режиссер программы подал изображение северных территорий штата и Майер указкой очертил районы, где по, его мнению, пройдет ураган, который он оценил, как 8-9 бальный.

– Источник информации- это мой небесный наставник. Если окажется, что я ввел вас в заблуждение, готов уйти с поста заместителя Председателя правой партии

Я прошу граждан и власти отнестись со всей серьезностью к моей информации. Напомню, что начало шторма примерно между одиннадцатью и тринадцатью часами и будет длиться с небольшими перерывами около восьми часов.

Следом за Майером снова вышел ведущий и сообщил, что в метеоцентре об урагане ничего не знают. Вся ответственность за истинность сообщения на Майере.

Большинство зрителей ожидаемо встретили прогноз свистом и улюлюканием. Майер совершенно спокойно направился к выходу из стадиона предназначенному для приглашенных участников.

Для Майи и ее спутников объявленная Майером информация тоже стала неожиданностью. Майя решила догнать его, чтобы возвращаться вместе. Гала кинулась за ней, но Алдан успел вовремя схватить ее за руку и повел к общему выходу. Майя прорвалась через охрану, прикрывавшую особый выход и добралась до шефа. Дойдя до стоянки, они на машине Шнабеля вернулись на его виллу. Оказывается, ни он сам, ни его супруга еще не ужинали, дожидаясь Майера.

В описании произошедших событий Майер полностью положился на помощницу. Добавив в рассказ эмоциональности своего двойника Майры, она очень красочно подала информационный материал, пока мужчины ужинали. Она в пище не нуждалась, а Марта, под впечатлением повествования, только пригубливала сок. Шнабель, который основное видел в гологра- фической трансляции, теперь впитывал эмоциональную атмосферу от участницы событий и успевал отдавать должное еде.

Позже, во время десерта, он задал вопрос, который вертелся у него на языке изначально.

– Вы, Ахан, продолжаете меня удивлять. Например, с Наставником. Неужели такое бывает не только у всемирно известных провидцев и Вы, как и они, общаетесь с высшими силами?

– В некотором смысле, да. Но я далеко, не Мессия. Я общаюсь с сущностью гораздо меньшего калибра, чем он и меньших возможностей. Но многократно превосходящих нас, обычных людей. Вы, надеюсь, понимаете, что мое общение с ним отличается от нашего с вами. В основном я слушаю, что мне говорят. Он знает, о чем я хочу его спросить и отвечает, если сочтет нужным.

– Потрясающе, Ахан. Я и до этого относился к вам с большим уважением, теперь же оно не знает границ! Ураган, как я понял, до нас не дойдет?

– Надеюсь, что контуры, которые я обозначил, не будут превзойдены. Мы достаточно отстоим от побережья.

– Знаете, я опасаюсь за дочь и внуков. Как полагаете, если я их перевезу сюда, это уменьшит угрозу от ненастья.

– Решайте сами, Назер. Дом у вас большой и крепкий. Наверняка вам будет спокойнее. Ведь это стихия. Кто с уверенность может указать границы ее буйства.

– Пойду звонить, чтобы с утра ехали. Спасибо, Ахан.

– Спокойной ночи, Назер.

Когда Майер вышел после душа, его встречала Майя с полотенцем.

– Знаешь, после страстей, о которых ты говорил, я подумала, что подле тебя мне будет спокойнее ночевать.

Следующий день принес лавину звонков. Среди них был и от Председателя партии.

– Ты чего наговорил там, Майер. В отставку захотел?!

– Давайте подождем до тринадцати часов. Потом поговорим, если у вас останутся вопросы.

– Хорошо, если ты так уверен!

Майер поручил Майе поехать в штаб и своим присутствием вселить уверенность в посетителей и сделать заявление для СМИ. о том, что новых комментариев и прогнозов относительно урагана не будет. Надо ждать и готовиться к отражению удара стихии. К одиннадцати часам в усадьбу приехала Гала с детьми.

Погода, установившаяся на большей части территории штата, тревог не вызывала. Сообщения метеослужб никак не предвещали ухудшения ее в дальнейшем. Но большая часть населения и служб, в прибрежных районах, готовилась к защите от стихии. Рыболовецкие суда спешили укрыться в бухтах.

В полдень воздух стал свежеть и с моря потянул ветер. В следующие полчаса скорость его возросла до ураганной. С моря пошли пяти – шести метровые волны. Смерчи, идя с моря, захватывали на берегу песок и уносили глубоко на сушу. Все, что было недостаточно тяжелым на земле или не закреплено, поднялось в воздух или, кувыркаясь, перемещалось. В городах и поселениях пришли в движение кровли, крыши и заборы. Раскачивались и переворачивались автомобили. Люди, сбитые с ног, могли катиться, пока не упирались в серьезную преграду. Песок и тучевые облака скрыли солнце. Вдали от побережья пошли дожди, низвергнутые ослабевающими смерчами.

Первый удар стихии стих через полтора часа. Он охватил две трети предполагаемой площади. Но дождь продолжался. Во многих местах было нарушена подача электричества. Но ремонтные службы не торопились.

Менее чем через час ураган возобновился. Ветер и волны стали сильнее. Реки пошли вспять. Местами началось наводнение. Заметно похолодало. Там, где телевидение вещало, пошли первые репортажи. Сообщалось, что местами разрушения коснулись и территорий за пределами указанных Майером.

Синоптики, реабилитируясь, и внося свою лепту в борьбу со стихией, назвали ураган Аханом, в честь первооткрывателя. Через три часа второй удар стал стихать. Над столицей полил сильный дождь, но не перешел ни во что серьезное. Через час последовал третий удар, но он оказался слабее первых двух и не продлился долго. Через час над Западным штатом вновь появилось солнце.

Прежде чем заняться восстановительными работами, звонили Майеру. Ему пришлось сделать специальное заявление для служб по чрезвычайным ситуациям о том, что, по его мнению, ураган завершился. Основной темой СМИ в этот день были тема урагана и его влияние на расклад политических симпатий избирателей. И все сходились в одном – Правая партия, благодаря Майеру, заметно пополнит ряды сторонников. Его предупреждение помогло предотвратить более крупный материальный ущерб и человеческие жертвы. Разговоры об урагане Ахан прекратились только на следующий день, последний перед голосованием, когда всякая агитация прекращалась.

Утром следующего дня все обитатели виллы Шнабеля, кроме обслуги и Майера, уехали в город. Он сказал, что будет наблюдать отсюда. Майер знал, что партия будет лидировать, не мог только сказать, сколько именно голосов избирателей наберет и просчитывал возможные варианты сотрудничества с другими партиями.

Майер сегодня чувствовал себя довольно расслаблено и, обдумывая будущие действия, временами погружался в дрему. Потом, не пытаясь отделить сон и явь, вновь оказался в кабинете командующего. «своего старшего брата», как определил его он сам. На этот раз командующий был в цивильном костюме, и серой рубашке. Он восседал во главе длинного стола, за которым также разместились десятка два мужчин. Очевидно, что проходило совещание. К нему обращались, называя «господин президент».

Завершая собрание, президент отпустил собравшихся, приказав двум участникам остаться. В одном Майер узнал человека, который в первую встречу носил полковничий мундир.

– Рассказывай, генерал, сколько ты еще можешь выявить врагов народа и других оппозиционеров, не желающих следовать путем, определенным последним съездом партии.

– В ближайший год более полумиллиона. А дальше будет зависеть от успешности нашего продвижения по генеральной линии, намеченной вами.

– Успешность, неуспешность! У вас, что нет своих методов выявления злопыхателей, уводящих народ в другую сторону от построения лучшего в мире общества?!

– Есть, конечно, такие методы, господин президент. Мы использовали, и будем использовать их.

– Теперь вы, господин министр. Как у вас с подготовкой к приему немалого числа новых работников? Бараки, кухни, лазареты, рабочие инструменты – насколько готова охрана?

– Сейчас мы имеем резерв на сто тысяч человек на случай усиленного поступления людей. А до конца года подготовим жилую площадь для размещения всего объема.

– Ну что же, подайте списки ваших отличившихся сотрудников. Они получат государственные награды. Перенимайте опыт, генерал!

Посторонний шум отвлек Майера и вернул на виллу. Оказалось, вернулась Марта и объявила, что приехала накормить его обедом. Остальные приехали поздним вечером, когда получили предварительные итоги. Правые получали двести тридцать пять мандатов из семисот. Союзники из Алтн Юрта двадцать четыре. А либералы, с которыми предполагалось создать коалицию девяносто восемь. Две крупнейшие до нынешних выборов партии теперь имели менее двухсот пятидесяти и без либералов не могли претендовать на создание правительства. Независимые набирали меньше двадцати мест и ни на что не влияли.

Небольшой банкет по этому поводу продлился до рассвета. Самой пьющей оказалась Майя, чем немало удивила Марту, но при этом совершенно не теряла головы. После окончания застолья, хрупкая помощница еще и помогла шефу подняться, хотя дошел он до своей комнаты сам.

На следующий день после выборов на вилле до самого обеда бодрствовала только Майя, отвечая на звонки из обеих столиц и отдавая распоряжения штабным работникам. Майер появился позже остальных обитателей виллы, но выглядел бодрым. Он тут же связался с Председателем партии Вышинским.

После поздравлений Председатель поинтересовался, когда Майер собирается вылетать в столицу с отчетом. и планами.

– Думаю это сделать завтра. Сегодня надо встретиться с Лидером Алтн Юрта и передать бразды правления Шнабелю, хотя он в курсе всех наших планов и особо передавать нечего. Вероятна встреча с активистами партии.

– Я понял. Буду ждать у себя.

Майер предупредил помощницу, что после обеда они едут в город на встречу с Кертом Долей. После встречи она с Филиппом возвращается в Айву, а он вернется завтра.

Доля встретил их самым сердечным образом и угостил вином. Договорились о заключении нового договора о сотрудничестве и о том, что возникающие вопросы будут решать с лидером фракции правых Шнабелем. Со стороны Алтн Юрта таким лидером становилась Гала Пул. Посмеялись, что дочь и отец таким образом укрепят семейные и политические узы. Доля посетовал, что у Галы своя семья распадается, так как она подала заявление на развод, но как политик она себя показала превосходно.

– Из нее получится сильный лидер. Думаю, со временем сделать своим первым заместителем. Ее муж останется просто моим заместителем. Он человек состоятельный. Наши избиратели уважают руководителей мужчин, особенно богатых.

Расстались друзьями. По пути забрали Филиппа, который все это время работал в штабе и поехали в аэропорт.

Во время прощания проявилась чувствительность Майры.

– Я буду скучать, Ахан. Ты же не задержишься, дорогой?

– Завтра увижусь с вами обеими, а сейчас пойду. Кажется, начинают узнавать!

На виллу Майер приехал перед сумерками. Семейство готовилось ужинать. Как оказалось, Гала с детьми тоже была здесь. Сообщила, что на период процедуры развода, поживет у родителей. И за детей спокойнее.

– Вот и отлично, что ты оказалась здесь. Я после ужина смогу переговорить с лидерами союзных фракций о наших планах в неформальной обстановке.

За ужином о политике не говорили. Тему развода тоже обошли. Марта сожалела, что гости, к которым привыкла, как к родным уезжают. Особенно она привязалась к своей постоянной собеседнице Майе. Шнабель говорил, что несмотря на свой возраст, видит в Майере наставника, решавшего все вопросы. Теперь придется снова брать на себя ответственность за происходящее.

Гала сообщила, что основное она высказала в свое время Майеру, а теперь может добавить, что видит в нем духовного наставника, но, это не означает превосходства его как носителя моральных ценностей, как толкуют их в современном обществе. Последнее утверждение несколько озадачило родителей, но спорить или задавать вопросы они не стали.

После ужина Гала пошла укладывать детей, Шнабель и Май- ер переместились в каминный зал, где разожгли топливные брикеты в камине. Вечера стали холодными. Как ни как, осень северного полушария.

Майер до прихода Галы не стал поднимать основную тему, чтобы не повторяться. Он поинтересовался, что собой представляет его кандидат на пост премьера будущего правительства штата.

– Человек компетентный и при этом, без больших амбиций. Думаю, будет поддерживать линию партии.

– А в заместители не думали назначить Галу? Сделаем приятное Доле, и свой человек наберется опыта, сможет контролировать решения.

– Признаться, думал, но у нее нет технических или экономических знаний.

– Бросьте. Будет заниматься социальными вопросами или близкой к тому сферой.

– Раз вы поддерживаете, соглашусь!

– И второе, в перспективе, я рекомендовал бы ее в премьеры. Пока просто имейте в виду такой вариант.

– В свое время я мечтал о сыне, надеясь, что делая политическую карьеру, он превзойдет меня, но вот дочь и она готова подняться выше моего уровня!

– С чем и поздравляю!

– А я ничего не пропустила, мужчины? – Спросила Гала , входя в зал. – Да у вас тут так тепло и уютно!

– Все в порядке, Гала. Твое дожидается тебя. Ты не возражаешь против кресла вице премьера?

– А я справлюсь?!

– По крайней мере, наберешься опыта. Следующая зона связана с темой сексуальной свободы. Буду краток. Решения в этой области способны смягчить напряженности во всех других областях. Хотя и могут вызвать другие, связанные с получаемой свободой.

Теперь о том, что предстоит. Надо арендовать у соседнего штата часть территории, прилегающей к Свабии и создать на ней поселение райского типа. Почему другая территория- это для обеспечения экстерриториальности. Не надо протискивать новые законы через местные парламенты и советы. Здесь должны развернуться азартные игры, пляжи, гостиницы, кинотеатры и другие зрелищные заведения. Одно из главных отличий этого города развлечений от других будет отсутствие сексуальных ограничений. По данным опросов это то, что найдет поддержку.

Я посмотрел законодательство в этой области. Во многом оно очень либерально, если сравнивать с тем, что было тридцать- пятьдесят лет назад. Осталось только внести в те документы, где говорится, что «по согласованию с органами местной власти», ввести такое согласование априори. Управляться город будет комиссаром, назначенным центральными властями. Строительство необходимо осуществлять на частные средства. Естественно, необходимо собирать налоги, которые пойдут как на развитие города, так и в казну штата.

Есть и третья точка приложения сил. Для поддержания наших намерений и действий необходимо присутствие третьей силы. Я о религии. То, что сейчас официально существует, трудно назвать хоть какой-то идеологией. Так недоразумение, привлекающее туристов, фанатов и социологов. Ну и людей, имеющих более восприимчивую психику, чем остальные. Мы нуждаемся в кардинальной переработке идеи, которая служила опорой и власти, и обществу в течение тысячелетий или в создании одного, двух, а то и трех конкурирующих между собой течений, но подконтрольных нам. Практика покажет наиболее жизнеспособную парадигму. По этому направлению я также буду ждать от вас интересных мыслей.

Вкратце это то, о чем я хотел я хотел рассказать вам, дорогие соратники и друзья. Если есть вопросы, постараюсь ответить.

– То, что вы перечислили, для нас сложно. Какое время вы нам отпускаете, Ахан? – поинтересовался Шнабель.

– По комитету, чтобы начал работу, месяца два. По поселению месяца четыре на подготовку документов, на ввод первой очереди еще четыре-пять месяцев.

Следом идет третье направление. Возможно, пять- шесть месяцев. Во всех направлениях главное-это найти специалистов и заинтересованных людей. Ваше дело сверять и контролировать на соответствие задуманному.

– Будете приезжать к нам, Ахан? – Поинтересовалась Гала. – Без вас нам будет непривычно.

– Наверное, буду, но нечасто. Жизнь покажет. Когда у вас получится построить город, непременно буду на открытии первого заведения, если, конечно, оно не окажется публичным домом. Восток пока не одобряет такое использование сексуальных возможностей.

– То есть, вы намерены расширить масштаб вашей деятельности еще на пару континентов, Ахан?

– Без комментариев, Гала! Если нальешь по глотку-другому вина, перед сном, буду благодарен.

– Схожу, принесу, у нас есть старинные запасы. Ты не возражаешь папа?

– Как я могу отказать моей любимой дочери и дорогому гостю. Но я пойду, Ахан, мне лучше не нарушать режим сна. – Заявил Шнабель, поднимаясь с кресла, а вы поговорите еще. Утром встретимся, спокойной ночи.

Майер подождал минут десять, размышляя, где Гала могла застрять, а «может дети проснулись». потом пошел к себе.

В комнате горел ночник, в свете которого он увидел Галу в халате с распущенными волосами, устроившуюся в единственном кресле за столиком с небольшой бутылкой вина и двумя бокалами.

– Наконец – то и у тебя терпение лопнуло от ожидания, дорогой! Я фактически свободна от супружеских обязательств и не хочу отпускать тебя, не познакомившись с твоей мужской плотью. Ты тоже хочешь этого знакомства, Ахан, я чувствую. Поэтому я здесь.

Майер подошел к креслу, поднял Галу и усевшись в кресло, посадил Галу к себе на колени. Потом они выпили вина, и Май- ер смог оценить букет вкусов напитка.

«Будет ли хозяйка так же хороша, как и ее вино», – подумал Майер, перенося Галу на кровать. Поначалу она держалась довольно скованно, но нашептывая нежные слова ей в ухо и лаская предполагаемые эрогенные зоны на ее красивом теле, Майер добился, что напряжение стало покидать ее. Он стал стимулировать проявление инициативы с ее стороны, давая почувствовать, что она тут главная, а он ведомый. По мере расслабления женщины, ее эмоциональная закрытость стала отступать и Май- ер начал улавливать картинки ее намерений и желаний. Так он перевел ее в положение «сверху», в котором она почувствовала себя уверенней. После нескольких часов отдыха, Гала, вполне освоившаяся в роли лидера, захотела продолжения любовной игры. На этот раз Майер лишь поначалу дал ей вольную. Потом стал все настойчивей проводить действия, о которых она не решалась попросить или намекнуть, а он не форсировал события. В конце концов, она поняла, что их желания совпадают и надо соглашаться. Это было правильным решением, потому что потом последовало нечто феноменальное и погрузило ее в экстаз.

Майер проснулся в обычное время, незадолго до боя курантов. Гала продолжала спать, обняв его. Как ни жалко было ее будить, ему пришлось это сделать. Несколько секунд она лежала, плохо понимая, где находится. Затем ее взгляд упал на Майера. Ему довелось увидеть редкую трансформацию от плавающего зрачка до сияния глаз. Оно его даже смутило, словно он предъявил фальшивку на кассе, а ее не распознали.

– Я люблю тебя, мой дорогой! Я не представляю, как буду без тебя!

– Я тоже от тебя в восторге, но надо вставать. Сейчас дети или родители начнут искать тебя.

– Не начнут, я маме сказала. Мы можем лежать здесь целый день. Никто не побеспокоит.

– Но не в этот раз. Меня в Айве ждет Вышинский.

– Я понимаю. Отстану, если сделаешь, то же, что, последний раз.

Завтракали они в одиночестве. Родители забрали детей и уехали в городскую квартиру, избавив гостя от неловкостей или возможных объяснений.

– Я отвезу тебя в аэропорт, если не возражаешь.

– Возражаю, Гала, и ты знаешь сама почему.

– Хорошо. Вызовешь такси?

– Да, довезешь до города, а там найму такси.

– За эти три месяца ты со мной проделал больше, чем родители с момента моего зачатия. Ты разбудил во мне душу и соединил ее с телом. Такого ощущения уверенности в себе я не знала еще. Если я кому-нибудь и уступлю, то причина будет не в душевной или духовной слабости. Конечно, было бы бахвальством приписывать это состояние только своему воссоединению с собой. Твое присутствие, хотя бы и далеко, дает поддержку. Вот так вот , Майер! Можешь гордиться.

– Я рад, что обрел такую милую соратницу. Надеюсь, что могу на тебя положиться. И береги себя, думаю, что у тебя большое будущее. А сейчас поцелуй меня и езжай в свою новую реальность.

Во второй половине дня, Майер входил в приемную Председателя партии. .Помощник по селектору сообщил о его приходе Вышинскому и получил одобрение на вход в кабинет. Встреча проходила в обстановке взаимопонимания. После поздравлений с успехом, Председатель перешел к деловой части встречи.

– Продолжу о приятном. Наверное, для тебя не секрет, что мы, как и многие другие пользуемся услугами разного рода аналитиков. На этот раз, я воспользовался такими сведениями, чтобы поставить на результаты выборов в Свабии. Это один из способов пополнения бюджета партии, да и признаться, личного тоже. В детали вдаваться не стану. Я ставил в самом начале кампании, когда твои шансы на успех были минимальны. Ставил в нескольких букмекерских конторах. В итоге, бюджет возрос почти втрое. Это годовое содержание аппарата партии и покрывает значительную часть других расходов.

Но я не сказал тебе главного. Аналитики предрекли тебе четвертое место. Я поставил на первое, что и произошло. У меня была уверенность, что ты добьешься намеченного. Извини, что я накричал на тебя, когда ты заявил об отставке.

Так вот, на мои личные деньги соотношение выигрыша к начальной ставке было таким же солидным. Половина прибыли твоя. Ты теперь достаточно состоятельный человек, а я обеспеченный пенсионер. В следующем году ухожу на пенсию. Силы, ясное дело, не те. Но пока ты не знаешь всех подводных камней, я с полгода- год буду в должности почетного Председателя и подстрахую тебя, пока не создашь себе команду верных людей. Даю тебе отпуск на неделю. Потом жду соображений по работе в Свабии и Северному материку в целом. После чего, совершим круиз по десятку столиц Оливии. Хочу познакомить тебя с наиболее значительными по размеру нашего присутствия штатами. Составишь свое мнение о том, где вкладываться в развитие, а где оставить как есть.

Перед уходом Майера, Вышинский достал бутылку вина, и они с Майером ее и распили не торопясь. Деловые темы они больше в этот день не поднимали.

От председателя Майер поехал в свою резиденцию, но в офис заходить не стал, а прошел в апартаменты, которые располагались в соседнем помещении и отделялись коридором от рабочего кабинета. Скоро в комнату влетела Майя, вернее сказать, это была Майра, потому что она упрекала Майю, что та ее не слушала, а ожидать хозяина следовало в комнате, как указывало ее чутье.

Майер, только покачал головой, слыша размолвку подчиненных.

– Ну, девчонки, мы в отпуске, – объявил он. После ужина я готов выслушать ваши пожелания по проведению отпуска. Что можете предложить на ужин?

Вампир

Почти год прошел с момента последней виртуальной встречи с тем, кого Майер стал называть старшим братом. И вот новая встреча. На этот раз в своих апартаментах в Айве, когда он дремал, перед ним снова появилась комната, очевидно, покои президента. Там он с очень красивой женщиной. Очевидно, что у них была близость. Теперь она голая у столика с бокалом вина. Он лежит, опираясь плечами на спинку кровати и с видимым удовольствием рассматривает ее.

– Какая же ты красивая, Белла! А видела ли ты кого-нибудь красивее себя?

Ты ведь вращаешься в богемных и артистических кругах, куда стремятся девушки, желающие самоутвердится. Ну, или подцепить богатого жениха, любовника.

– Я не волшебное зеркальце, которое может ответить на подобный вопрос, но в кино точно видела такую актрису.

– Но ты видела в одежде? Лицо не показатель всей красоты.

– На ней было две полоски ткани, считай, что голая. Можно оценить безошибочно.

– Так скажи, наконец, чем она тебя превосходит?

– Кожей. У нее кожа нежная как у ребенка. Наверное, глаже шелка, если сравнивать традиционно. Камера показала ее крупным планом.

– Значит, меня обманули, сказав, что ты лучшая или они сами некомпетенты в данном вопросе?

– Не думаю, что обманули. Среди тех, кто не в кино и не на живописных портретах, я действительно лучшая. Я не видела вживую никого краше.

– Ты знаешь, я не жадный в обычном, бытовом смысле, могу и поделиться, но ты другое дело. Жаль, что ты не картина, а я не коллекционер. Повесил бы в секретной комнате и иногда ходил бы любоваться. Нет, не любоваться, а пользоваться как женщиной.

– Не ты один такой. Подобное мне говорили и другие.

– Может и говорили. Но только я могу получить желаемое и не расплатиться за это. По крайней мере, в этом мире.

– Если такое предполагаешь всерьез, то ты страшный человек!

– Ладно, оставим пустые, пугающие тебя разговоры. Дай и мне вина и продолжим наши утехи.

Майер продолжил наблюдать за действиями пары. «Брат» был умелым любовником и виртуозно владел сексуальными приемами обольщения, добиваясь согласия для исполнения своих намерений. Но при этом, рассудительность часто оставляет самые рациональные умы.

Соитие длилось более часа, когда «Брат» впился в шею Беллы самым вампирским образом и принялся сосать солоноватую алую кровь красавицы. Какое-то время, она не осознавала, что происходит, но, когда партнер прекратил фрикции, опомнилась, и мощным пинком скинула его на пол. Следом женщина сама вскочила с кровати, и на ходу надевая поднятую с пола комбинацию, кинулась к двери. Коридор был длинным и пустым. Немного пробежав, она остановилась. Просто уйти отсюда было немыслимо, не гостиница и не квартира. Одна из резиденций главы государства.

Майер уловил что-то вроде «семь бед один ответ», и Белла снова вернулась в спальню. «Брат», кряхтя поднимался с пола, был уже немолод. Женщина подскочила к нему и подняла ногу для замаха. Нанесенный удар, несомненно, лишил бы сознания незадачливого любовника, а то и отправил на тот свет. Истошный вскрик и руки, вскинутые для защиты головы, остановили ее.

– Ну, что вампир?! Ты получил лучшее тело, лучший секс, поглумился, а теперь захотел отнять, как убийца то, что мне даровано свыше – мою жизнь! Я отсюда живой все равно не выйду, поэтому, если я тебя прикончу тут, у меня появится крохотный шанс. Понял, на каком волоске твоя бандитская жизнь? Говори, если есть, что сказать.

– По тому, что ты наговорила тут, тебя надо расстрелять, дура! Открой стеклянную дверцу шкафа, там, на полке есть карандаш и бумага. Принеси мне, напишу, чтобы тебя выпустили.

– Так я тебе и поверила! Да, б…ь, до ворот дойти не успею, как догонит пуля или твой охранник. Придумай, что-нибудь лучше, ты же у нас головастый!

«Брат» после короткого раздумья решился

– Ладно, будь по -твоему. Принеси мою одежду, я провожу тебя до машины. Водитель довезет тебя, куда скажешь.

– Уже лучше. Оружие у тебя здесь есть?

– Зачем мне оружие при таком количестве охраны?

– Если я найду что-то сейчас, пристрелю на месте! А теперь, вставай. Иди сам за одеждой.

«Брат» с усилием притворным или настоящим поднялся и направился к стулу, на который поскидывал одежду. Трусы поднял с пола.

Белла проверила наличие оружия под подушкой, потом в тумбочке у изголовья кровати. Как оказалось, интуиция или жизненный опыт не подвели. На полке лежал пистолет. «Брат», искоса наблюдавший за женщиной, понял, что она может и пристрелить.

– Я совсем забыл про него. Правда. Не стреляй. Тогда ты точно отсюда не выйдешь.

– Не сказала бы, что ты забывчив. Ни одного из бывших соратников не оставил на свободе или в живых! Штаны надел? Пиши свою записку, и поживее.

Белла рассматривала оружие, но предохранителя, про который слышала, не нашла.

– Он, что без предохранителя?

– Модель не отечественная, – проявилось подсознательное стремление Президента проявить покладистость и снизить агрессивный настрой женщины.

– Вот, написал, чтобы выпустили и довезли, куда скажешь.

– Я раздумала. Поедешь со мной, потом вернешься. Посиди пока я оденусь.

– Можно я воды попью из графина? – Президент показал на столик с фруктами и графином.

– Иди, но не вздумай шалить. Пей и позвони, пусть приготовят машину.

Президент, набрав номер, отдал кому-то распоряжение. – Машина у меня всегда готова, – с ноткой самодовольства сообщил он.

– Ладно, пошли. Пистолет у меня в кармане. Имей в виду, в упор я не промахнусь.

Белла посмотрела на часы, не было еще и полуночи. Пистолет, несмотря на небольшие размеры, немного оттопыривал правый карман пиджака. Для отвлечения внимания охраны, Белла на крыльце взялась левой рукой за ладонь президента, предплечьем правой придерживала карман с пистолетом.

Машина встала в паре метрах от крыльца, задняя дверка была открыта. Президент, демонстрирую галантность, пропустил женщину вперед, но она, распознавая возможный маневр, не отпускала его ладонь и почти втолкнула Президента в машину. Первый этап плана вполне удался, и они выехали за ворота усадьбы, направляясь в сторону города.

Майер, напряженно всматривавшийся в развитие событий, немного выдохнул, рассчитывая, что обойдется без кровопролития. Ему было жаль красивую женщину, проявившую такое самообладание. Но картина имела продолжение.

Через несколько сотен метров автомобиль встал и из распахнутой задней двери на обочину сползло женское тело. Следом вышел водитель и из кармана пиджака женщины извлек пистолет, который передал в салон. Потом машина развернулась и поехала назад.

«Когда закончат показывать мне эти картины из жизни то ли брата, то ли другого родственника»? Примерно так можно было прочитать выражение на лице Майера, после завершения череды показанных событий.

Но были в настоящее время вещи актуальнее старинной трагедии.

Снова выборы

Началась предвыборная кампания в соседнем со Свабией штате – Галнии. Закончившиеся полгода назад выборы у другого соседа Свабии, – Фрисии, оказались достаточно успешны для Правой партии. Тогда еще сохранялся отблеск эффектных действий лидеров Правой и союзных ей партий на территории Свабии, и последовавшие интересные политические и социальные инициативы после выборов. Это привлекало избирателей наглядным примером перемен и уходом от застоя последних десятилетий.

Теперь, считал Майер, удача кампании в Галнии приведет к серьезному изменению расстановки сил на всем Северном материке, так как три этих штата давали половину продукции материка. Вышинский, как и говорил, получил должность почетного председателя партии и кабинет рядом с прежним, который теперь занимал Майер. Новый председатель сделал несколько перестановок. В приемной посадил Майю. Уволил прежнюю личную охрану Председателя партии, включая начальника службы безопасности. Теперь его кабинет заняла Гера. Красивая и властная женщина, один вид которой исключал всякое желание перевести разговор из служебного русла в бытовое. На вопрос, где он сыскал такую мегеру, Майер отвечал, что пришла сама, узнав о вакансии и она вполне его устраивает. Не мог же признаться, что это подарок Великого наставника, который преподнесен по случаю успеха на выборах в Свабии. С Майером наедине она вела себя человечно и уважительно.

На предложение продемонстрировать свои боевые возможности, она пригласила его в спортивный клуб боевых искусств, где сначала поочередно уложила на ковер нескольких местных чемпионов весом превосходящих ее, а потом провела одновременный бой с тремя из них, получив тот же результат. Правда, при групповом поединке схлопотала по лицу, где образовался синяк. Внешне, кроме хорошо сложенной фигуры, ничего ее не выделяло. Ростом была выше Майи, но уступала Майеру. Предпочитала брючные костюмы.

Майер остался жить в своих апартаментах, переоборудовав офис и приемную в комнаты для Геры. Филиппа и Майю из-за образовавшейся стеснительности последней, причиной которой стала Майра, пришлось расселить.

Гера отличалась прямотой и не терпела недомолвок и уклончивости. Вскоре после вселения в апартаменты, во время совместного ужина с Майером, она сообщила, что рано или поздно вопрос о ней как о сексуальном партнере может возникнуть, поэтому говорит сразу, что она не против и особых подходов в виде каких бы то ни было ухаживаний не нужно.

Майер не стал откладывать надолго свое предложение, и в один из вечеров она пришла нему. В постели она оставалась, так же откровенна, как и во всем остальном, иногда шокируя его. Но и полученного удовольствия не скрывала.

– Здесь ты, как и в остальном, очень хорош. Мне понравилось. Зови, как приспичит. Могу и сама напомнить, не гордая, – призналась она потом.

Вот теперь, более, чем через год Майеру предстояло снова поехать на Северный материк для инспекции и помощи местным отделениям партии. С собой он брал Майю и трех умелых организаторов и агитаторов из центрального аппарата. Людей, с хорошо подвешенными языками и умеющими командовать, он искал и привлекал постоянно. Большинство из них были внештатные, только на период проведения предвыборных кампаний. Им платили хорошо, но и спрос осуществлялся по результату акций.

Вечером, накануне поездки, после ужина, Гера поинтересовалась, не может ли она быть полезней там, чем здесь.

– Без тебя, Ахан, здесь мне работы нет. Кому нужен этот офис, в котором не хранятся деньги, нет начальства, а жизнь замирает в твое отсутствие. Вышинский конечно, величина, но это скорее, музейный экспонат. Возьми меня с собой. Я тебе пригожусь, и не только потрахаться, если захочешь.

– Готов согласиться. Я уже привык видеть тебя рядом, но одной привычки, как основания, мало для дополнительных затрат. Что ты можешь, кроме умения хорошо драться и .., если сказать прямо.

– Видать большой Хозяин не сказал тебе. У меня сильная интуиция и хорошие провидческие способности. Я в большинстве случаев могу распознать сущность и намерения человека.

– Соглашусь с доводами, хотя бы для того, чтобы убедиться в твоей правоте. Собирайся, я скажу Майе, чтобы заказала билет на тебя. Да, кстати. Как насчет умения со вкусом одеваться и соблазнительно выглядеть? Возможно, где-то понадобиться проявить артистические способности. Моя работа заключается воздействии на людей словом, образом, поступком, но агрессия редка. Поэтому я хочу, чтобы ты спрятала свои когти. Не обязательно демонстрировать свою маскулинность.

– В юности я была очень сексапильна. Но с возрастом и опытом я отказалась от такого поведения. При необходимости, могу попробовать.

– Вот и начни с завтрашнего дня! Покажи, какие цветы могут расти из корней твоей удивительной сексуальности.

Сбор и отъезд намечался из партийной штаб квартиры. Опаздывающей Геру за все время работы никто не видел, но вот это случилось, так как в конференц зале, где собрались работники аппарата ее не было, но присутствовала незнакомая эффектная женщина. Впечатление от ее серьезности несколько смазывалось коротковатым, но модным платьем. Женщины перешептывались, поглядывая на нее, мужчины не скрывая любопытства, разглядывали стройные ноги.

Майер, вошедший после всех, бросил восхищенный взгляд в ее сторону.

– Коллеги, я собрал вас здесь в связи с отъездом группы наших ведущих специалистов в Галнию. Вы знаете, что там началась предвыборная кампания, важность которой для нас трудно переоценить. Сколько мы там пробудем, сказать сейчас нельзя. Все зависит от эффективности наших действий и обстоятельств.

Замещать меня будет наш Почетный председатель Вышинский. Прошу не расслабляться и быть готовыми к выезду. Полагаю, что для обретения или расширения вашего опыта командировки будут у всех. Вот вкратце то, что я хотел сказать. Прошу, ваши вопросы.

– Господин Председатель, а что служба безопасности уже отбыла в Галнию или сбежала вовсе? – Под смешки спросил один из молодых инструкторов, недолюбливавший Геру за чрезмерную педантичность.

– Нет, не отбыла. Она едет в нашей группе. Гера, пожалуйста, покажитесь.

Гера поднялась с места и оглядела присутствующих. На инструкторе ее взгляд немного остановился. По помещению пронесся выдох удивления.

По пути в аэропорт Майер сказал ей, что теперь верит и в остальные таланты.

– Это мне стоило чуть не целой ночи трудов. Заодно и Майе. Она одолжила платье, косметику и помогла с прической. Вам придется поднять мне зарплату или выделить целевые деньги на поддержание нового имиджа. Прошлый обходился дешевле.

– Посмотрим, если это себя оправдает, выделим деньги. Посоветуйся с Майей. Касса у нее.

Столица Галнии уступала остальным мегаполисам по размерам, но благодаря целым кварталам, возведенным тысячелетия назад и сохранившим первозданный вид, привлекала миллионы туристов в любое время года. Но в разгар лета их было особенно много. Гостиницы свободных мест не имели. Пришлось снимать жилье в пригороде. Группа Майера вынуждена были размещаться на одной улице, но в разных домах. Майер разместился один в двух комнатах. Ту, что побольше, определил для работы. Комнаты были обставлены очень аскетично, но он обычно не придавал значения своему быту, если присутствовал минимально необходимый антураж. Дом, где жил Майер находился на окраине в пригороде столицы. Сдавались четыре квартиры на двух этажах. Хозяева занимали центр дома и два этажа правого крыла. Небольшой сад во внутреннем дворе не разделялся и служил всем жителям дома для прогулок и праздного времяпровождения.

Местные партийцы, которые их встречали, очень извинялись, и объяснили, что в высокий сезон трудно за короткое время подобрать жилье. Оно все забронировано за много месяцев до поездок.

Задачей Майи было учет и анализ особенностей предвыборных кампаний, в которых приходилось участвовать, и она отметила этот фактор.

Основной сбор проходил в штабе, созданном в преддверии выборов. Собрались нынешние депутаты и предполагаемые кандидаты. Помещение оказалось маловато и душно для такого количества людей. Понимая, что сложно создать рабочую обстановку, Майер распустил большую часть присутствующих, оставив только наиболее авторитетных и сведущих в предстоящих делах.

После выяснения текущей обстановки и положения партии в политическом раскладе сил, Майер понял, что с тем кадровым потенциалом, которым располагает штаб, им не получится попасть в тройку лидеров. Увеличить свое присутствие во власти, да, реально, но не более.

В итоге он предложил женщинам вникнуть в то, что делается местными руководителями и вечером явиться с отчетом и предложениями к нему. Сам отправился в свою временную резиденцию, куда были доставлены подрамники с пропитанными специальным раствором холстами, о чем Майер позаботился еще дней десять назад. Исходя из опыта прошлых предвыборных кампаний, картины с изображениями предпочтений избирателей он творил только по многомандатным округам. Затем их фотокопии Майя рассылал по штабам определенных округов с комментариями и рекомендациями Майера.

Майер утверждал, что созерцание картин, порой приводит к продуктивным идеям, с чем соглашалась Майра, но пожимала плечами интеллектуал Майя, которая в разноцветных пятнах краски на всей площади холста не находила ничего, что дало бы пищу для пытливого ума. В первое время после вселения Майры в тело Майи раздвоенность чувствовалась.

Но умение андроида самообучаться и приспосабливаться постепенно нивелировали разницу. Майер же различал их с легкостью. У Майи в разговоре эмоциональный окрас почти отсутствовал.

Придя к себе, Майер принял душ и немного отдохнул, после чего успел отразить восприятие избирателей на своих полотнах, для чего ему понадобилось достичь состояния измененного сознания и направить правую ладонь на поверхность полотна. Изначально на поверхность холста была нанесена контурная карта округа с наименованиями крупнейших населенных пунктов, а появившаяся окраска территорий в зависимости от цвета указывала на симпатии избирателей к трем-четырем ведущим на данное время партиям.

Положительное отношение к своей Правой партии Майер определил розовым цветом. Получилось, что из десяти обследованных округов только в трех обозначен такой цвет, но занимает большую площадь. Другое наблюдение, вынесенное аналитиком, указывало, что эти три округа примыкают к Свабии, где год назад его Партия по итогам выборов создала коалиционное правительство.

Отсюда Майер сделал вывод, что туда следует направить пусть не самых харизматичных, но умелых агитаторов.

Полотна стали его ноу-хау еще в первую избирательную кампанию. Он смог использовать свойство энергоинформационного слоя Оливии хранить психоэмоциональные выделения людей и переносил их цветовые отражения на полотна, пропитанные особым раствором. Перед тем на полотна наносился контур избирательного округа или местности. Таким образом, он отслеживал популярность своей партии среди остальных в динамике, не тратя средства на опросы.

Отдыхая перед следующим этапом работы, он отозвался на стук в дверь. То были его сотрудницы Майя и Гера. Майер определил, что они нашли общий язык, но про себя добавил «Пока не вмешалась Майра!».

Больше того, что он понял о работе местных партийцев, рассказ женщин не прибавил. Он им предложил составить досье на выдвигаемых кандидатов для последующего анализа их деятельности. К этой же работе Майя подключила и Филиппа.

По завершении анализа политической обстановки по многомандатным округам, Майер провел анализ одномандатных.

Он связался с Гала из Свабии, которая сейчас занимала должность заместителя премьера правительства Свабии и предложил взять организацию нового конкурса «Миссис Нега» в свои руки хотя бы на начальном этапе. Для чего оформить отпуск и приехать инкогнито на неделю-две. Здесь запустить процесс и подготовить себе замену. Ей идея понравилась:

– Слушай, Ахан, работы тут так много, что у вас я смогу отдохнуть от рутины. Договорюсь с премьером, а завтра после полудня буду у тебя. А раз инкогнито, могу поселиться с тобой в одном номере. Ты же учитывай и мои потребности.

В отличие от тебя я не могу путешествовать с гаремом из красавцев! Приеду на магмобиле. Тут всего два часа езды.

– Валяй, только с маскировкой постарайся. Я- то не инкогнито!

Потом Майер позвонил помощнице и дал новую вводную об оказании помощи Гала, с которой ей завтра необходимо встретиться.

В Галнии насчитывалось триста двадцать одномандатных округов и, соответственно, в несколько раз больше кандидатов в депутаты. Майер хотел оценить их качественный состав. В первую очередь устанавливал лидерские, организаторские или иные качества, которые могли привлечь симпатии избирателей. Первичные данные он черпал из отправленных на его видеофон сведений от Майи. Ознакомившись с ними, он начинал проецировать с ладони на холст те картины, которые создавало его воображение.

Первые десятка три проходили туго и медленно, пока не удалось уловить связь между изображением и сущностью человека. Потом он понял, что характеристики бесперспективных кандидатов на холсте появляются быстро в виде глуповато выглядящих мужчин и женщин. Или они неряшливо одеты, иногда окружены кучей маленьких детей. Были персонажи с колодой игральных карт в руках. Дамочки в креслах косметических салонов. Другие грелись на пляжах дорогих курортов или гоняли на сверхдорогих магмобилях.

Несколько человек просто сидели на горках золотых монет. Фон и краски, на картинах персонажей отражал симпатии избирателей к этим людям. Если Майеру было что-то неясно он сосредоточивался на вопросе и получал нужный ответ в виде образа.

После первой сотни кандидатов, он определил десяток округов, где смело может выдвигать своего с высокими шансами на успех. Но процесс оказался небыстрым и достаточно трудоемким. Под утро он заснул в кресле уставший, но удовлетворенный.

Женщины на выборах

Майера разбудил стук в дверь и голос Майи:

– Шеф, откройте, это я, Майра. Вернее, я и Майя.

Майер усмехнулся представлению от Майры, и пошел отпирать дверь.

– Я отвыкла находиться без тебя и скучаю, когда долго не вижу. Да еще почему-то ревность проснулась. Ты не скажешь, какая тому причина?

– Майра, вместо того, чтобы предложить позавтракать, ты с утра предъявляешь необоснованные претензии, хотя и знаешь, что ты моя самая любимая девушка.

– Я знаю, Майер, но одновременно ты успеваешь ласкать и других.

Вот вчера Гера проболталась, что, если бы не твои особые отношения с ней, она ни за что не навела бы макияж и не надела платье. Она сказала: «еще никому не удавалось уговорить ее сделать то, чего она не хочет»

– Это неважно, что она говорит. Важно, что она не услышит слов, которые я говорю тебе, Майра.

– Если это правда, то пойдем, Майя нашла кафе, где вкусно и недорого кормят. Хочешь, мы принесем еду сюда?

– Нет, лучше пройдемся, Майра.

Майер вернулся к своим изысканиям. К ночи он обработал еще сто кандидатур и смог выявить еще восемь теоретических, пока что, вакансий. Стук в дверь отвлек его. На этот раз в комнате появилась Гала. Бросив сумку у дверей, она в два шага, а может, и прыжка преодолела путь до Майера и повисла у него на шее. Она молчала, что позволило Майеру ощутить биение ее сердца, которое переходило с режима более сотни ударов в минуту до нескольких десятков. Он подхватил ее и унес до кресла, где сел сам, и разместил женщину на своих коленях.

– Мы не виделись полгода, и если бы не твой звонок, я сама бы приехала хотя бы на день.

– Я очень рад тебя видеть, Гала! Ты все хорошеешь. И удачно замаскировалась.

Встреть на улице, вряд ли я тебя узнал.

– А я вряд ли встретила бы тебя, когда-нибудь на улице, из-за твоей деловитости.

– Ты вовремя появилась. Я собирался пойти ужинать. Теперь пойдем вместе.

– Ну, нет. Я предусмотрела такой вариант. Вино и ужин у меня в машине. Сходи, принеси. А я переведу дух. Ванная тут есть?

После полуночи Гала сползла с мужчины и сообщила

– Ехала, и думала, что такой момент, когда я запрошу отдыха, не случится. Такая жажда твоей плоти меня охватила! Мы поспим немного, а потом бразды правления будут у тебя. Я, кажется, испробовала все режимы, о которых мечтала.

С утра Гала отправилась в дом, где остановились сотрудники Майера.

Гера убирала постель, Майя, которая обычно не спала, давно сидела и читала новости. Она увидела Галу и приветственно подняла руку, собираясь этим и ограничиться.

Но Майра тоже увидела и, обрадованная, вынудила Майю подскочить и обнять подругу. Импульсивность соседки заставила Майю заблокировать дальнейший доступ к управлению андроидом. После чего разговор перешел в конструктивное русло.

Майя провела поиск по местным социальным сетям для обнаружения, каких- либо женских конкурсов и определения потребности в них. Ввиду схожести экономики со Свабией, оказалось, что реально проведение той же «Миссис Нега».

Дальше Гала перечислила сколько и каких специалистов ей понадобится, какие помещения нужны на первое время, а главное, кто способен и готов спонсировать дорогостоящее мероприятие. Майя принялась считать затраты и составлять смету на проведение конкурса, с учетом его длительности на основании опыта Галы.

Без Майи у Геры работа двигалась медленно. Нельзя сказать, что Филипп был медлительнее, чем женоподобный андроид, но он не имел опыта Майи и он с Герой поочередно обращались к ней. К тому же он находился с парнями в соседнем доме, что тоже не ускоряло работу.

Вновь прибывшая красотка, не очень компетентная, но ночевавшая у Майера, сильно раздражала Геру, как в плане работы, так и в личном. Она сама удивлялась своим эмоциям, которые старалась не выказывать. Несомненно, для работы, которую она делала, требовалась иная обстановка. Вечером она пошла к хозяевам дома, где остановился Майер, объяснила ситуацию и попросила за дополнительную плату оборудовать ей место для работы в саду.

На другой день еще до полудня она вместе с Филиппом перебралась в шатер из водонепроницаемой ткани в одном из углов сада. Майер инициативу одобрил и предложил пользоваться своей туалетной комнатой.

Как и в прежних кампаниях, он систематизировал работу. Днем он продолжал разбираться с одномандатными округами. После половины просмотренных кандидатов, он выявил округа, где с высокими шансами на успех, можно было выдвигать своих кандидатов. Позже он занимался многомандатными округами, а наутро, общаясь с руководителем местного отделения партии, давал указания относительно того, куда направить усилия агитаторов и рекламы.

Вечером приходила Гала, как правило не с пустыми руками, и собирала на стол ужин. Потом во время десерта, за бокалом вина, рассказывала о своих успехах. Майер на первое время дал ей денег, и она отчитывалась за расходы. Судя, по ее деятельности, набиравшей размах, деньги заканчивались, но она еще не решалась сказать об этом.

В один из дней, в конце первой недели ее пребывания, Майер, предварительно переговоривший с обязанным ему бизнесменом Болта, предложил Гала обратиться к нему и изложить ему проблему.

– Позвони ему с утра и договорись о встрече в его офисе. Обязательно возьми с собой Майю или Геру. Они не дадут ему возможность подсунуть тебе документ невыгодный для нас.

– Ты считаешь меня такой глупой или наивной?

– Я считаю, что он знает свое дело лучше, чем ты или я, и он стоит по другую сторону прилавка. Поэтому не надо дуться, хорошо воробушек?

– Наверное, ты прав, Ахан.

– Так, ты ляжешь спать, Гала?

– Да, мне надо отдохнуть. Хотя я предпочла бы повозиться с тобой.

– А я поработаю в соседней комнате, чтобы не мешать тебе.

Запах коррупции

На другой день с утра Майер вышел в сад, чтобы поговорить с Герой. Филиппа он отправил погулять по саду и поработать самостоятельно.

– Я что-то давно тебя не видел, Гера. И вид у тебя довольно утомленный.

– У меня тоже хватает работы, Ахан.

– Расскажи и покажи, что у тебя есть, а из имеющегося, что на твой взгляд самое любопытное.

– Ищу слабые места наших оппонентов, которые мы могли бы использовать.

В СМИ есть намеки на коррупционные связи в партии Согласия, но ничего более конкретного, за что можно бы зацепиться и разрабатывать. Сейчас переключилась на членов семей крупных функционеров партии.

– У тебя верный ход мыслей, Гера. Если сможем свалить или хорошо подвинуть с позиций партию Согласия, как минимум, займем третье, а то и второе место.

Подготовь свои предложения. Остальные задачи пока отложи. Обнаруженное тобой- важнейшее направление на ближайшее время. Если что-то срочное, обращайся в любое время!

– Даже, если ты тешишься с Гала?

Майер удивленно посмотрел на Геру:

– Ты ревнуешь? Мне казалось, что это тебе не свойственно.

– Мне тоже всегда так казалось, но вот нашло. Извини, не сдержалась.

– Неделю тебе хватит на размышления по партии «Согласия»?

– Не знаю, но в любом доложу о результате через неделю.

Майер вернулся к себе. Предстояло изучить около трехсот

кандидатур от других партий и самовыдвиженцев. С накоплением опыта дело пошло гораздо быстрее. Но прибавилась работа по подбору своих кандидатов. Из-за нехватки проверенных людей, местные организаторы подбрасывали Майеру на рассмотрение кадры еще более худшие, чем он выявлял. Тогда он поместил объявление о наборе на работу помощников депутатов для парламента нового созыва. Набранным объясняли, что если они готовы проявить себя на депутатской работе, им будет предоставлена такая возможность, если нет, то надо дождаться завершения выборов, когда появятся законные депутаты и обратиться к ним с рекомендацией от избирательного штаба.

Шансы у них возрастут, если поработают в течение одно- го-двух месяцев волонтерами при штабе Правой партии. Ход, как показали ближайшие две недели, оказался удачным, и все вакансии удалось заполнить, да еще заполучить несколько десятков помощников.

Через неделю Гала пришлось отпустить. Время, на которое она отпросилась, вышло. Она привела двух помощников, они оказались супругами, порекомендовав их на свое место. После общения с Герой, их утвердили на роли руководителей проекта по конкурсу «Миссис Нега». Гала отбыла в Свабию, лишив Майера сна, в свою последнюю перед отъездом ночь. Майра и Гера встретили событие с облегчением.

Из наиболее важных текущих дел оставалась тема развенчания партии «Согласия». Гера не смогла найти фактов в подтверждение своей версии о коррумпированности верхушки партии и других ветвей власти.

Майеру, используя часть астральной оболочки, которую он подсадил в тела подозреваемых, удалось отследить связи между некоторыми высокопоставленными чиновниками и банкирами. Более близкое знакомство оказалось затруднительным, так как при попытке попасть в их круг он ощущал серьезную угрозу, несмотря на свою энергетическую мощь.

Оставался еще один способ – это внедриться в чье-то тело. Для чего он выбрал наиболее замкнутого из намеченного круга участников. Человека, который больше слушает, чем говорит. Среди остальных он имел репутацию не очень умного, что Май- ера вполне устраивало, так как из-за непонимания их ролей, сам вполне мог сморозить глупость.

Ближайших своих сотрудников он предупредил, что несколько дней будет отсутствовать. В спальне работала Майя, которая наблюдала за его телом. Гера занималась в рабочей комнате Майера.

Майер исчез ранним утром, когда семья, куда он внедрялся, спала.

Муж – Гун Мартин работал заместителем министра по строительству и коммунальному хозяйству. Мартин был немного моложе Майера. Жена домохозяйка Лора и семнадцатилетний сын Арти. Дочь училась в престижном университете Айвы, а на время каникул с друзьями, участвовала в каком-то походе, и дома ее не было.

Майер не хотел воплощаться прямо сейчас, чтобы избежать участия в санитарно-гигиенических делах, а обследовал квартиру из пяти комнат, служебный стандарт для чиновника такого уровня и семьи из четырех-пяти человек. Обставлено несколько дороже, чем позволял доход, но в пределах разумного.

Вскоре после появления Майера, в квартире началось движение. Арти и вышедшая из его комнаты девушка, очевидно, его девушка, отметились в туалете и снова заперлись у себя. Лора гремела посудой на кухне. Хозяин встал последним, но, похоже, не все сделал, так как пошел обратно с тихо сопротивляющейся женой. Майер ничего особенного в ней не нашел, а потому не сожалел, что не принял участие в обмене супружескими обязанностями.

Во время завтрака, Лора сообщила, что зайдет поболтать к сестре, поскольку та в декрете и ей скучно. Мартин сказал, что может задержаться из-за совещания, но завтра они вместе пойдут погулять на набережную.

Майер решил переиграть и присоединиться к Мартину во время совещания, а пока решил лучше послушать женщин, которые часто знают больше, чем кажется их мужчинам.

Сестра жила недалеко в элитном доме. После взаимных приветствий Лора с Сарой устроились за столиком на большом балконе, в котором устроен зимний сад. Лора откупорила бутылку вина, принесенную с собой. Сара потягивала сок.

Обсудили протекание беременности. У Сары это была вторая и переносилась хорошо, если не считать временами возникающих недомоганий непонятной этимологии.

Потом переключились на мужей. Каждая выражала недовольство: беременная, тем, что он не уделяет достаточно внимания;

сестра, тем, что ее Мартин прижимист. Она то знает, что он имеет денег больше, чем сумма, за которую официально работает. На все ее просьбы отвечает, что не время пока тратить, а годы то идут. Разве бриллианты украсят старуху?

– Если знаешь, где деньги, бери потихоньку на свои нужды. Имеешь право. Ты ему родила наследника, воспитала, такой видный парень растет. Наверное, и он хотел бы жить красивее и делать подарки девушке!

Ну что Мартин может тебе сделать, даже если и узнает, что ты взяла немного?

– Деньги он хранит в загородном доме в подвале. Я не знаю кода от той двери.

– Это ж какие надо иметь деньги, чтобы держать в подземелье?!

– Не знаю сколько, но видела золотые монеты и пластинки, когда он пересчитывал в комнате, перед тем, как унести подвал. Приносит откуда-то почти каждый месяц.

– Ты бы, Лора, держала язык за зубами. Подставишь мужа и потеряешь последнее.

Майер не стал дожидаться окончания разговора и вернулся к Мартину.

Через три недели слежки за постепенно выявляемыми членами коррупционной группы, он разобрался достаточно, чтобы на основе этого материала начать свою игру.

Во главе стоял один из вице-премьеров правительства, и он же Председатель партии Согласия. Заинтересовав крупными госзаказами руководителей предприятий соответствующего профиля, он с помощью нехитрых уловок при оформлении заказа, мог заключать контракты по завышенным ценам.

Затем часть денег уходила субподрядчикам и поставщикам из дальних штатов и в итоге или выпадала из поля зрения налоговой или обкладывались минимальными размерами отчислений. Финансовые потоки шли, в основном через отделения одного банка-«Премьер». Деньги распределялись среди тех, кто принимал участие в сделке.

В Оливии в сделках абсолютно преобладал безналичный расчет. Но, учитывая, что были местности, в которых отсутствовала надежная связь, использовались золотые и платиновые монеты, и пластины небольшой толщины. Рассчитываться ими, если стоимость товара или услуги меньшая, чем одна монета или пластина допускалось с помощью терминалов, в который вставлялись монета или пластина и отрубался кусок нужного размера.

Терминал сам определял содержание драгоценного металла в пластине. Держателю было достаточно набрать цифры суммы в своем терминале и нажать кнопку, и отрубленная часть оказывалась в приемнике терминала продавца.

Благодаря небольшим размерам особых неудобств ношение терминалов не доставляло. Операции могли фиксироваться в банке, к которому привязан терминал. Естественно, что Мартин и его партнеры использовали терминалы банка «Премьер».

Майер не стремился выявить всю сеть задействованных важных лиц. Ему удалось обнаружить пять мест хранения драгоценного металла и трех хозяев, в том числе одно принадлежало вице – премьеру, одно- президенту банка. Все хранилища находились за пределами, каких бы то ни было банков. Кроме денег в металле, Майер в двух хранилищах обнаружил квантовые носители информации.

Для изъятия денег из хранилищ, специалистов со стороны Майер искать не хотел, а привлек своих подчиненных. Связался с Гала и предупредил, чтобы ждала Филиппа, который привезет к Шнабелю Геру. Она хочет день-другой отдохнуть от предвыборной суеты. Если у Гала возникнут вопросы, Гера сама объяснит.

За несколько дней до начала операции, он позвал на вечер к себе Майю и Геру. Они стали строить разные догадки по причине приглашения. Майра, которой было разрешено принять участие в разговоре двух других женщин, в расчете на ее интуицию, неслась на эмоциональной волне, радуясь встрече с Май- ером, но ничего проясняющего не высказала. Майра, опираясь на логику предположила, что шеф, как обычно в критический момент, затеял нечто необычное, чтобы перед финишем предвыборной гонки рвануть вперед.

Гера, не обладая логичностью одной, и не будучи проницательной как вторая, решила дождаться информации самого шефа. То, чем она занималась последнее время, не позволяло чувствовать себя уверенной, а она давно забыла о состояниях сомнений или проблеме выбора и утеряла иммунитет к их восприятию.

На столе в спальне у Майера их дожидалась бутылка вина и легкая закуска.

– Угощайся, Гера. А ты Майя разрешишь, наверное, Майре пригубить вина?

Майер разлил вино по бокалам.

– Встреча наша неофициальная, но по делу, девушки. Давайте выпьем по бокалу, потом я все объясню.

– А мне можно потом остаться ночевать у тебя, Ахан? – Спросила Майра. – Я очень скучаю без общений с тобой.

– Останешься, Майра, а сейчас я должен поговорить с твоими подругами.

Дальше Майер изложил основу плана по экспроприации ворованного.

– Ваша задача, наполнить схему, которую я предложил, энергией вашего интеллекта и опыта.

Гера с ходу сказала, что надо использовать угнанные машины, так как в течение суток в городе подростками угоняется десятки машин и вряд ли кто-то сразу кинется их искать. Майра согласилась, но сказала, что в зависимости от обстоятельств можно ездить и на арендованных машинах. Гера призвала не забывать о камерах, которые расставлены почти по всему городу.

Майер напомнил, что в запасе надо иметь чемоданы и рюкзаки. Не факт, что в хранилищах они есть.

Через полчаса идеи в головах иссякли. Было решено завтра иметь реальный план, с учетом всего сказанного, а потом на парочке адресов его опробовать, но без взломов и входа в хранилища.

Вино допивали Майер и Гера. Майра, возможно задремала, и признаков бодрствования не подавала. Потом женщины ушли, продолжая обсуждать детали предстоящей операции. Время было позднее и Майер, приняв душ намерился ложится, когда ощутил легкое, почти невесомое прикосновение. Некую прохладу, какая ощущается на воздухе после купания в горячей воде.

Приглядевшись, он рассмотрел Майру. Он удивился:

– У тебя получилось, Малышка?!

– Я тренировалась постоянно. Не хочу находиться у Майи за пазухой.

– Не уверен, что это лучшее решение. И ты, и она многое теряете. С тобой она ведет себя, и ее воспринимают как настоящую женщину. А я воспринимаю вас как близнецов. В ней ум, в тебе чувства. Вместе вы олицетворяете для меня личность. Тебе лучше оставаться в ней и с ней. Я буду знать, что ты защищена, – Ты мне отказываешь в возможности погулять или немного похулиганить?

– Нет, конечно, если немного. Я думаю, каждый должен имеет такую возможность и выразить себя, как не ожидают.

– Тогда сегодня я хочу хулиганить. Ты сейчас выберешься из своего тела, и мы попробуем нетрадиционную любовь. Не забывай, ты обещал!

Майер вздохнул внутренне и посмотрел на симпатичное привидение, стоящее перед ним в костюме первой женщины Лили.

– Ладно, гаси свет, я настроюсь и попробую выбраться из себя.

Ранним утром Майра отправилась к Майе, которая, наверняка, начала беспокоиться о своем замолчавшем двойнике.

Следующим вечером снова все собрались у Майера. Майя, проецируя на экран в рабочей комнате шефа карту с нанесенными точками хранилищ и предполагаемыми маршрутами передвижений со своего мобильника, давала разъяснения. Было два варианта: провести все в один день или использовать два и необязательно подряд.

Майер операцию с большим разрывом отверг. Остановились на исполнении за один день. В случае непредвиденных обстоятельств, можно было продолжить на следующий.

Два хранилища располагались в малолюдном месте. Сошлись во мнении, что их лучше брать вечером с наступлением темноты. Машину угоняла Гера в сопровождении Майи, которая в любом местности ориентировалась как в своем компьютере. Филипп на арендованной машине должен был подстраховывать и двигаться на параллельной улице или следом. Майер мог оставить свое тело только на надежных – Геру или Майю, поэтому он тоже размещался в первой машине. Именно он мог проникнуть в хранилища, зная код, а Гера с чемоданом или рюкзаком следовала за ним ориентируясь по шлейфу прохладного воздуха. Что-то переносить, пользуясь тонким телом, Майер не мог. Но прежде, чем приступить к операции, они решили с утра просто проехать по маршруту с небольшими остановками неподалеку от намеченных объектов. и закупить чемоданы, сумки или рюкзаки для переноски краденого. После завершения обсуждения операции, Гера неожиданно попросилась у Майера остаться ночевать у него.

– Какое-то беспокойство, словно перед моим первым боем на ринге. Но там не было риска оказаться за решеткой, и рядом находился тренер. Главный тренер по всем направлениям здесь ты, я хочу почувствовать себя защищенной от переживаний возле тебя.

– А спать планируешь или всю ночь собираешься переводить переживания на меня?

– Как получится.

Майя, когда Майра не встревала разговор или дела, вела себя индифферентно и спокойно пошла к себе в гостиницу. Гера, предвкушая исполнения желания стала собираться в ванную.

Рано утро, после чашки крепкого тута, в бодром расположении духа, Гера прощалась ненадолго с Майером:

– За одну твою способность удовлетворить мои потребности, я готова работать на тебя за ползарплаты, а имей я достаточно денег, то приплачивала бы.

– Оставь эти мысли, Гера. Утехи в прошлом. Сейчас соберись и помни, мы не должны засветиться. Не забудь, что товар в машине перекладывается в другой чемодан, сумку или рюкзак.

– Сейчас я собрана, как никогда, не беспокойся. Скоро подъедем за тобой.

К себе Майер вернулся около полуночи, неся в рюкзаке больше пятидесяти миллиона энуров.

Общая сумма приближалась к четыремстам миллионам. Наутро Филипп с деньгами, которые хранились ночью у него, подъехал и забрал остальные, что остались у женщин и Майера. Позже, с Герой на магмобиле, он выехал в Свабию на встречу с Гала.

Не менее важным было то, что на чипах, обнаруженных в двух хранилищах, Майер увидел название объектов и услуг, за которые поступали деньги и даты прихода.

Теперь до получения информации от детективов, он мог плотнее заняться проектами выборной кампании.

Шоу

Приближался финал «Миссис Нега», а дальше руководители готовили турне победительницы по городам Галнии, так или иначе, поддерживая одного из организаторов конкурса – Правую партию.

После изучения состава конкурсанток, Майер несколько разочаровался. Были красавицы, умницы, умельцы в своем деле, но на его взгляд, недоставало обаяния, шарма, того, что делает женщину неотразимой. По некоему наитию он вспомнил о Май- ре. Он пригласил Майю к себе и провел беседу с ее партнером Майрой. Его интересовало, чем она занималась в своей первой физической жизни.

Да, Великий наставник, не переставал удивлять. В своем воплощении Майра имела музыкальное образование, немного пела, танцевала и даже пробовала писать музыку.

Майер изложил ей свой план и обрисовал возможные перспективы, если она сможет воспользоваться телом одной из кон- курсанток и поможет ему. Он показал Майре тройку лидеров, чтобы она могла сама выбрать, в кого она хотела бы вселиться. Девушка выбрала профессиональную модель с именем Илия.

Дело происходило в балетном классе, и Майер велел Майре занять свое место немедленно, чтобы взглянуть на результат и оценить, стоит ли вообще этим заниматься. После нескольких попыток, когда конкурсантки остановились перевести дух, ей удалось совершить задуманное. После отдыха с Илией стали происходить странности. Поначалу казалось, что начались проблемы с вестибулярным аппаратом. Она теряла равновесие, хваталась за поручни, а потом и вовсе уселась на пол. Хорошо, что в зале не было руководителей, кроме Майера. Он-то и подозвал одного из танцоров и попросил его позаниматься с девушкой несколько минут, пока не пройдет это состояние. Подход сработал, и вскоре Майра приспособилась к новому телу. Обрывки мышечной памяти, сохранившиеся в ее тонком теле, постепенно связывались воедино через движения Илии. В конце занятий она вообще выдала несколько прыжков на около профессиональном уровне.

Майер перед тем как уйти решил переговорить с Майрой и подозвал ее, не уверенный на какое из имен она отзовется.

– Майра, можешь подойти ко мне? – Девушка прекратила занятия и направилась к нему.

– Как ты себя чувствуешь, как ладишь с Илией, насколько она воспринимает себя или тебя.

– Начало ты сам видел. Потом я приноровилась и освоилась с физическим телом. Я своим мышлением и энергетикой довлею над ней. Она сейчас как зомби.

– Хорошо, Майра. Я тебя оставляю и предупрежу твоих тренеров и руководителей, чтобы на твои возможные ляпы не обращали внимание. Твоя задача помнить, что ты Илия, а не Майра. Входи в роль. Завтра я тебя навещу.

Перед уходом, Майер встретился с руководителями проекта супругами Агати:

– Вы уж извините, что я вмешиваюсь в ваши творческие дела и планы. С победителем конкурса я определился, это Илия. Направьте все усилия на то, чтобы оно так и оказалось. Причем, не только формально, но и по сути. Она должна стать лучшей. Я с ней поговорил, и она готова раскрыть весь свой потенциал. Иначе все мои вложения могут оказаться напрасными. А это увеличит число моих проблем. Вы же не хотите доставить хлопоты?

– Ни в коем случае, мы уверены, что ваш прогноз оправдается!

– До финала у вас есть почти неделя, я приду через три дня, посмотрю на успехи девушки.

Майю после ухода партнерши никто не отвлекал, и она с Филиппом вела несколько блогов, казалось бы, прямого отношения к выборам не имевших, но затрагивающие исторические события, предшествовавшие данному периоду и темы ближайшего будущего в контексте исполнения либеральных воззрений.

Отдельно освещалась жизнь райского поселения, а теперь уже и города, расположенного на арендованной у Галнии территории. Сейчас он носил название Ахан. Роль властей там сводилась к минимуму: это надзор за соблюдением всенародно одобренных правил в сексуальных и социальных отношениях, азартных играх и вероисповеданиях.

Майер ежевечерне продолжал отслеживать по холстам популярность своей партии у избирателей. Сейчас получалось, что они делили третье-четвертое место с другими. Ситуация напоминала свабскую, когда все мог решить случай.

Поступили два отчета от детективов, нанятых Майером, с отснятыми сюжетами о посещении хранилищ хозяевами. По задумке Майера время еще позволяло ждать, а обнаружение краж должно ускорить проверку своих хранилищ другими членами криминального сообщества. На всякий случай он нанял еще несколько детективов, чтобы проследить за предполагаемыми коррупционерами. По итогам удалось выявить еще двоих и установить места хранения денег.

Майеру понадобилось несколько посещений к каждому из них, чтобы узнать коды замков от хранилищ. Но эти деньги он решил до поры не трогать.

Недели за две до выборов еще трое отметились в своих хранилищах и обнаружили, что они обворованы. Все это было зафиксировано и передано Майеру. Можно было приступать к завершающей фазе операции и назначать встречу.

Шантаж

Договориться и организовать встречу c членом правительства он поручил Гере. В толковищах она умела общаться и никогда не нервничала, как это случилось перед осуществлением кражи.

Майя успела сделать подсчет денег, присвоенных под руководством вице-премьера. Насколько он достоверен, Майер не знал. Но цифра получилась впечатляющей. На переговорах от каждой стороны могли участвовать два человека, т.е. руководители с помощниками. Гера в целях безопасности от прослушивания журналистами или силовыми структурами согласилась встретиться в банке «Премьер».

Комната, выделенная банком, была невелика, с плотной дверью и хорошо освещенная. Вице-премьер Майеру понравился: крупный, но не толстый мужчина с дружелюбным взглядом. Оставлял впечатление человека, с которым можно договориться, если у вас в руках надежное оружие или его признание о совершенном убийстве. Помощником у него, как и у Майера, была женщина лет тридцати пяти одеждой и повадками похожая на Геру. Очевидно, со схожими функциями.

Он на правах хозяина, как предложивший территорию, представился сам и назвал помощницу:

– Арон Биток и Мирка Гул. Вас я знаю, конечно, но услышать от вас было бы приятно.

После представлений они сели за стол напротив друг-друга. Майер решил сразу перейти к делу.

– Если вы поняли, Арон, у меня есть предложение. Оно будет воспринято правильно после того, как ознакомитесь с аргументами, – он подал сигнал Гере, чтобы та продолжила. Гера подключила мобильник к экрану на стене и включила трансляцию собранных материалов. Сведения, собранные детективами, сопровождались комментарием самой Геры. Были показаны хранилища, деньги, содержимое носителей с указанием объектов, государственных заказов, с подписью Битка. В конце четверо давали признательные показания о том, за что получали деньги. Двое из них прямо называли имя Вице премьера.

– Все очень интересно, Майер, но я при чем, и что я должен в обмен на попытку шантажа?

– Здесь не все. Продолжим просмотр. Прошу, Гера.

Дальше последовало отрывок интервью с заместителем Генерального прокурора

Галнии, в котором он оценивает представленные документы.

« – …Полагаю, что здесь информации достаточно, для начала следственных действий. Если все подтвердится, то это будет самым крупным делом о коррупции за последние десять лет. С началом следствия, с учетом того, что замешаны чиновники и предприниматели высокого ранга, мы запросим их заключения под стражу.»

– Я думаю, этого хватит. Правда, Биток?

– Если документы в Генеральной прокуратуре, зачем спектакль, который вы здесь устроили?!

– В материале, поданном в прокуратуру, мы удалили все имена и должности.

– Кто же согласился в таком виде рассматривать?

– Случай особый, к тому же этот прокурор мой приятель. Мое предложение в следующем:

Вы уходите с поста руководителя партии «Согласия» и должности вице-премьера, разваливаете предвыборную кампанию вашей партии и передаете нам половину того, что присвоили незаконным путем. Начинаете действовать сегодня, через день деньги золотом или перечислением попадают к нам. Дальше вы или скрываетесь, или идете на сделку со следствием. Глупостей лучше не делать. Ваша семья и вы под тотальной слежкой, пока не выполните все мои условия. Связь через мою помощницу, она даст номера устройств и счетов. А теперь вы свободны. Можете приступать к выполнению моих условий.

Биток уходил с другим выражением лица. На нем, странным образом, стал великоват костюм. Мирка также стерла с лица значимость и шла, словно не зная, продолжать выполнять обязанности или она уже не в команде.

Майер, заметив это, окликнул женщину. Она остановилась и увидев, что он подзывает ее, подошла.

– Слушайте, Мирка. Ваша главная задача проследить за выполнением вашим руководителем тех задач, что я поставил. После этого, я могу предложить вам работу или дать достаточно денег, чтобы вы, не торопясь, нашли себе что-то другое. Сотрудничайте с нами, Мирка, и возьмите себя в руки. Гера, обменяйся с Миркой номерами мобильников и адресами.

Заметив, что женщина еще не мобилизовалась, Майер обнял ее и легко ладонью хлопнул между ее лопаток.

– Все будет хорошо, Мирка! У вас получится.

К выходу они пошли вслед за «хозяевами» встречи и Гера заметила, что Мирка ступает вполне уверенно, а перед тем как сесть в машину, обернулась и махнула рукой Майеру.

– Ну, шеф! Все прошло блестяще! У меня остался вопрос, когда вы подружились с заместителем Генерального прокурора? – Гера облегченно выдохнула.

– Я с ним знаком, его образ в спектакле для Битка исполнял театральный актер.

– Просто нет слов, шеф!

– Дальше, пока он все не сделает, ты держишь эту парочку на контроле. Сроки ты помнишь. Подключи Филиппа, если сочтешь необходимым. Как у тебя связь с детективами?

– Они были готовы сопровождать еще до нашей с встречи с Битком.

– Гера, твоя забота детективы и Мирка. Докладываешь каждые два-три часа.

Гера отправилась к себе в гостиницу, а Майер поехал к руководителям конкурса супругам Агати. До этого он присутствовал в финале конкурса «Миссис Нега» и поздравил Майру в образе Илии с победой. В своей речи победительница была очень убедительна и мила. А Майеру на сцене шепнула на ухо, что хочет в знак своей любви доставить ему Илию, но не сегодня, чтобы не привлекать внимания.

Он их обнаружил в концертном зале, где они готовили заключительный концерт финалистов конкурса в столице.

– Как успехи, господа? – поинтересовался Майер, присаживаясь за столик у сцены, где расположились Агати.

– Благодаря выбранному вами победителю, отлично! Обычно мы подобных концертов не устраиваем. Финалисты бывают редко так артистически одарены, как Илия. Здесь же мы имеем не только королеву профессии, но и потенциальную звезду эстрады.

– Я попрошу вас составить с ней контракт, скажем, на месяц. О дальнейшем поговорим потом, по окончании выборов. В контракте пропишите маршрут тура.

На каждые два дня его будет давать вам Майя. Кроме обычных выступлений на широкой публике, подготовьте программу для корпоративных клиентов. Там должно быть больше эротики. Поэтому пригласите группу подтанцовки из мужчин и женщин. Ролик с окончательным вариантом представления отправите мне на просмотр. Он будет эталонным. В последующие корпоративные выступления будет вносить изменения и дополнения по моим замечаниям. И всегда на сцене, в костюмах или в сюжетах должна присутствовать атрибутика Правой партии. Можно стилизованную, но понятную.

То есть за оставшиеся две недели до выборов, вы делаете из Илии звезду, сами становитесь успешными востребованными продюсерами, моя партия выигрывает на выборах. Такова матрица для вас и нас.

– И не сомневайтесь! Мы сделаем все, чтобы ваша партия выиграла. Да, господин Майер, Илия хотела вас увидеть, когда придете. Она сейчас в гримерной. Если пойдете, моя супруга вас проводит.

– Не беспокойтесь, я найду.

– Майер через сцену прошел в один из коридоров и, не стучась, открыл дверь в одну из комнат. Илия стояла и смотрела на него:

– Я ждала, что ты сейчас придешь, Ахан. Я так счастлива от всего, что со мной происходит в последние недели и от того, что я могу быть для тебя полезной.

Ты меня обнимешь, наконец! Люди сюда с цветами приходят, а я звезда и все такое, сама прошу тебя обнять.

– Ну, беги ко мне, моя звездочка! – Майер распахнул обьятия.

Илия, как подросток, бросилась ему на шею, обвив руками и

ногами.

– Слушай, мне звездность не нужна, если я смогу неразлучно, как сейчас, быть с тобой!

– Таскать тебя в таком виде не очень удобно. Если, во мне, то тоже не выход, хотя когда-то можно попробовать. Но вдруг мне захочется тебя как женщину, а ты во мне?! Если я тебя и извлеку, то для меня, материального, ты будешь пустотой.

Что я тебе рассказываю? Мы уже это проходили с тобой.

– Понимаешь, Ахан, то, что я называю счастьем, не является таковым полностью пока я вне тебя. Не является полным счастьем, и то, если ты как мужчина во мне.

Максимально мы с тобой приблизились к этому состоянию, когда мы слились без физических тел. Помнишь, я сбежала от Майи?

– Я все помню, Илия. Лучше скажи, как к тебе обращаться? Майрой или Илией?

– Зови, как сочтешь нужным. Я как разведчик под прикрытием. Главное не раскрыть себя.

– Умница, но мне надо идти, а тебе работать.

– Ладно, ладно иди. До отъезда я постараюсь прибежать к тебе. А то скоро перестанешь воспринимать меня как женщину. Хотя бы шлепни меня по заднице напоследок. Мне кажется, Илии это понравится. Ой-ой-ой! Не так сильно! Пробрало до самого укромного уголка.

Из концертного зала, Майер направился в свою гостиницу. По его мнению, процессы, которые он считал важными, ему удалось взять под контроль. Вернувшись, он заказал в местную службу сервиса бутылку сухого вина, а потом, размышляя, устроился на балконе.

Пока все затеянное им, шло в поступательном направлении, включая проект с новой религией в Свабии. Во главе миссии он поставил довольно известного в религиозных кругах священника-реформатора Бодра. Правда, от ортодоксальной церкви он был отлучен за попытки привести анахронизмы древнего учения в соответствие с современными воззрениями.

Чтобы новое учение обладало признаками благословения от высших сил, а не выглядело шарлатанством, пришлось обратиться к Великому наставнику и изложить ему цели нового учения.

После недолгого размышления Великий наставник согласился с Майером и взял на себя труд по созданию нового пророка. Для первой встречи Майер решил выбрать площадь у самого высокого на Северном материке собора. Собор располагался в соседнем со столицей Свабии городке. На площади движение транспорта было запрещено. Чтобы не мешали туристы, выбрали рассветные часы и пришли с ковриками и большими сомнениями. Начавшийся день, казалось, не очень благоволил обращаемым и усиливал их беспокойство, набегавшими с моря тучами.

Священник привел с собой несколько последователей, которые расположились полукругом вокруг его. Майер встал впереди лицом к храму и мысленно обратился к Учителю. Понадобилось несколько минут, прежде чем призываемый проявил себя. Накануне Майер просил его принять образ более традиционный для восприятия последователей канонической церкви.

И вот он его увидел, обернутого в лиловую тогу с неким одеянием на голове, которое почти скрывало его лик. Он сидел на троне, и казалось, не замечал людей. По возгласам за спиной Майер понял, что его спутники тоже увидели Учителя.

– Я готов выслушать тебя, Бодр, ищущий истину. Так будет лучше для тех, с кем ты пришел. Ибо они услышат ответ на высказанные тобой мысли, а не мою проповедь.

– Величайший, позволь спросить, кто ты по иерархии Господа нашего?

– Я один из ближайших в его окружении ангелов Левой руки и один из двух наставников Северного полушария.

– Часто ли ты встречаешься с Господом нашим, дабы сверить свои воззрения с его догмами?

– Это происходит нечасто и по его желанию. Он слишком занят разрешением многого, требующего его внимания, так как оно не всегда способно разрешиться в направлении сил Света.

– Величайший, скажи, а насколько твои дела соответствуют ожиданиям сил Света?

– Увы, не всегда. Не всегда удается убедить Первого от Господа Ангела в истинности взятого пути.

– Величайший, давно ты служишь Господу нашему?

– Почти сразу после начала деяний Его.

– Величайший, все эти тысячелетия сохраняются разные подходы в ваших деяниях?

– Увы, это так.

– Скажи, Величайший, как Господь наш мирится с тем, что твои деяния отличны от его ожиданий и догматов?

– Увы, наша зрелость в вопросах водительства недостаточна в его понимании, но он проявляет снисхождение и не использует силу свою, а только убеждение.

– Насколько простирается его снисхождение? И все ли равно облагодетельствованы терпением Господа нашего?

– И не сомневайся, Бодр! Равно. Но это не означает, что все слуги и помощники Господа в полной мере обладают этими качествами. Они, как и вы, люди, стремятся к совершенству и считают, что обретут его в единении с Господом, который является выразителем всего совершенного.

Теперь, когда я ответил на важные для тебя вопросы, выслушай меня. Не зря Господь привел тебя именно ко мне. Ты есть выражение пути, по которому большинство людей следуют не одно тысячелетие. Они проходят свою жизнь, прислушиваясь к своей совести, и опираясь на чувства и разум, полагая, что и то и другое от Бога. Конечной целью этого пути является достижение баланса, который и приведет в лоно Господа. Меньшая часть людей выбрала путь Правой руки, предпочитая руководствоваться церковными догмами или их толкованием богословами. Это путь фанатов, который невероятно удлиняет путь к Богу.

Если ты выбираешь первый путь, то знай, что сейчас готовится миссия пророка, который покажет очень многим истинные ценности и позволит принять правильные решения. Начало его воплощения произойдет в ближайшие десятилетия. Возвестите об этом.

После этих слов, хотя никто не заметил, чтобы Великий наставник раскрыл рот, его гигантская фигура рассеялась в пасмурном небе.

Бодр и остальные остались стоять в ошеломлении. Вокруг них на площади лил дождь. На место, занятое ими, не упало ни капли воды. Немногие прохожие в этот ранний час тоже обратили внимание на феномен погоды, хотя сам Великий наставник им явлен не был.

С того времени Бодр и его Церковь обрели немалую популярность и через свое радио вещали на территорию трех штатов. Майер был объявлен попечителем и почетным Председателем общины Бодра.

Решающие действия

До начала перемен, ожидаемых в связи с отставкой вице-премьера правительства, Майер решил еще раз просмотреть расклад сил. Он с сожалением унес половину содержимого бутылки в буфет и взялся за холсты с ситуациями по основным округам.

Гера после возвращения в гостиничный номер, улеглась на кровать и какое -то время в прострации смотрела на потолок. Ее способность заставить Битка быстрее выполнить обязательство перед Майером была почти нулевая, но ответственность на нее была возложена. По размышлении она решила, что если у Битка не будет возможности скрыться, то ему придется сделать все, с чем он молча согласился. Так она вырисовала алгоритм своих действий и связалась по мобильнику со старшим группы детективов и после доклада попросила его информировать ее каждый час о местопребывании Битка, его жены и детей.

Следующий ее сигнал был Мирке. Оказалось, ее шеф более часа находится на приеме у Премьера.

– Постарайся, Мирка, выяснить, он оформляет отпуск или увольнение. И держи в курсе. Он постарается соскочить.

– Сразу сообщу тебе.

У Геры, как у полководца во время сражения, мысли постоянно сменяли друг-друга в попытке определить направление главного удара, противника и его упреждение. Так она пришла к выводу, что хорошо бы взять заложника, который свяжет руки Битку и вынудит его отказаться от попыток переиграть Майера.

Но, как оказалось, существовал менее криминальный, но эффективный способ держать на крючке Битка. Гера связалась с Майей и попросила взять на прослушивание мобильный Битка. Номером Геру снабдила Мирка. Теперь сеть, которой Гера оплетала Битка, становилась все более плотной. Время приближалось к одиннадцати вечера, когда пришло сообщение от Мирки, что они с шефом едут в его загородный дом, и что он уволился с работы.

Здесь Гера перевела дух. Похоже, он не собирался нарушать соглашение. Последующий разговор с Миркой подтвердил капитуляцию Битка, так как она назвала адрес, где она передаст деньги Гере. Дальнейшее было делом рутинным и закончилось перегрузкой денег в магмобиль Филиппа, который с утра собрался доставить свой груз по известному адресу в Свабию. Гера доложила Майеру и заснула в своей постели не раздеваясь.

Другая потенциальная участница операции Майра, после завершения всего, как капризная, но любимая женщина шефа, невзирая на поздний час, оказалась в номере у Майера, доставив ему, как и обещала, Илию, так же как другие хвастаются новым платьем.

Новый день продолжил развитие событий. Первой активизировалась Илия.

– Как я тебе, Ахан, понравилась больше, в Майе или в Илии? Только честно!

– Наверное, в Илии.

– Правда? Мне тоже кажется, что в Илии было лучше. Похоже, у нас вкусы с тобой начинают совпадать. Я бы вообще не уходила, но раз контракт подписан, пойду. Я очень. очень тебя люблю, Аханчик!

Следом поднялся и Майер. Для него еще многое было впереди. Он просмотрел и прослушал новости. Пока ничего неожиданного в политической жизни Галнии не происходило. Позже приехала Мирка.

– Вот и все, господин Майер. Шеф рассчитал меня и куда- то собирается с семьей.

Не сказал куда едет. Но я поняла, что далеко и, наверное, надолго.

А я к вам за первой частью обещанного.

– А я выполняю, что обещал. Вот чип с миллионом. Думаю, на первое время вам хватит. Вставьте в мобильник и проверьте.

– Все правильно. Хотя могла бы и не проверять. Просто пока некуда спешить.

– Я повторю вторую часть своего предложения. Предлагаю работу аналогичную обязанностям Геры. Зарплата будет примерно такая же. В течение недели могу подождать вашего решения.

– Благодарю, господин Майер. Недели мне хватит. У меня в Свабии родители воспитывают сына. Ему только десять лет, и я его несколько раз в год навещаю.

Приступлю к работе через неделю.

– Я установлю вам доплату, которую вы сможете отправлять на содержание сына.

– Благодарю вас. Вы увидите, я умею быть благодарной.

– У меня есть просьба. Раз мы уже заключили соглашение, я вот о чем подумал.

Биток выполнил все или почти все, о чем я говорил ему. Но осталось уточнить, лишилась ли предвыборная кампания его партии финансирования. Пока в умах ваших прежних коллег вы их человек. И ваше появление в штабе у них не вызовет никаких подозрений. Наведайтесь туда сегодня, возможно, кто-то там знает ситуацию.

– Без проблем, шеф. Рада быть полезной для вас. У меня там подруга в штабе занимается финансами, попью с нею чего-нибудь и посплетничаем. Я заходить к вам не буду, свяжусь по мобильнику. Сообщите, пожалуйста, его номер.

После ухода женщины, Майер сообщил помощнице об условиях контракта и работе Мирки и стал обдумывать складывающуюся ситуацию.

Пока ничего, влияющего на позиции партии «Согласие», не происходило, а Майер сам не хотел становиться инициатором скандала. Тем более, пришлось бы расстаться с большей частью добытых денег и не факт, что до выборов власти признали бы коррупцию, а не вели расследование негласно.

В итоге он решил встретиться с Битком еще раз и вызвал к себе Майю. Она должна была сопровождать его в необычной и для него поездке. Сначала он, выйдя из тела, определил, где находится Биток и куда едет. Затем, вернувшись в свою материальную оболочку, с Майей вылетел на частном самолете в город, ставший целью поездки бывшего вице-премьера. Они встретились через два часа в местной гостинице. Биток, несмотря на крепкие нервы, был впечатлен. Его сопровождали жена и двое детей. Очевидно, особый предмет его беспокойства. Оставив семейство вселяться в номер, он подошел к Майеру и довольно грубо спросил, что тому еще надо.

– Остался один пункт, который ты не выполнил – развалить предвыборную кампанию партии. Для этого ты передаешь мне документ с признанием своих нелегальных общественно опасных деяний. Чем громче дела, тем лучше.

Причем, должна подтверждаться та часть признания, которая тянет на превышение полномочий с наказанием на небольшой реальный или условный срок. Я не кровожадный и уверен, что у тебя приготовлена версия, и не придется ничего придумывать. У одна минута. В противном случае утром за тобой приедут из столицы и будь уверен, получишь в итоге пожизненный срок с конфискацией имущества. Я даже не уверен, что сможешь дождаться суда.

В твоем деле столько важных людей, которые просто не станут ждать суда, а проведут его сами. Если подумаешь, поймешь, я проявляю человеколюбие.

– Ты во многом прав, но все неожиданно. Дай мне час, чтоб я все взвесил и составил, как надо.

– Хорошо, но этот час ты проведешь со мной и помощницей в ресторане.

Предупреди семью. Да, я не адвокат, всех юридических уловок не могу знать, поэтому твое признание будет публичным, пройдет здесь в гостинице в присутствии прессы. Ты меня не увидишь, но я буду рядом и если окажется, что ты говоришь неправильно, то сразу почувствуешь. Но репетировать будем вдвоем, а я запишу. Через два часа, когда импровизированный брифинг завершался, был вечер.

Майер был вполне удовлетворен. От Мирки пришло сообщение, что финансирование остановлено. Остаток на счете не позволяет продолжать или начинать предусмотренные мероприятия. Кроме того, в кармане у него была запись признания Битка. Суть каяния сводилась к тому, что он использовал программный сбой андроида при проверке роботом сделок на коррупционную чистоту. Обнаружено это было случайно несколько лет назад и позволяло участвовать организациям и физическим лицам. имеющим аффилированные связи. Названа была сумма полученной выгоды в несколько сотен миллиардов энуров. Майер передал запись в прокуратуру и в одну из телестудий.

Эхо получилось настолько громким, что Биток был арестован в тот же вечер и увезен в неизвестном направлении.

Майер не позволял себе расслабляться, и продолжал держать дело на контроле. Местонахождение арестованного он выяснил обычным для себя образом и привлек Майю для наблюдения за действиями органов следствия и заинтересованных, но неофициальных лиц и организаций. Она должна была собирать сведения из всех доступных источников. Примерный перечень таких источников ей дал Майер. Гере отводилась роль исполнителя акций, если бы понадобилось их совершить.

До выборов оставалось несколько дней. Результаты опросов показывали резкое падение популярности партии «Согласия» и заметный рост рейтинга Правой партии. Проплаченные блогеры и журналисты намекали, что разоблачению могла способствовать молодая поросль Правой партии.

Майер не имел склонности читать политическую трескотню. Он старался ее формировать в нужном для себя направлении. Обычно утром или вечером обзор СМИ ему делала Майя или он давал ей конкретное поручение о том, что его интересует. За неделю до выборов, в гостинице, где остановился Майер, освободилось несколько номеров и те, кто относился к ближнему кругу андроиды и Мирка с Герой смогли туда переехать. У Майры еще продолжались гастроли по городам Галнии. Майер был готов прервать их: после крушения партии «Согласия», он считал, что траты на агитацию следует уменьшить. Но

Майра пребывала в восторге от своей новой деятельности, и к тому же ее пока занять было нечем. На всякий случай Майер распорядился, чтобы Гера и Мирка занялись изучением основ шоу бизнеса: «Возможно, после выборов, Илия продолжит концертную деятельность. Ей понадобится надежная охрана, а вы лучшие».

Грезы

Наступивший день выборов, Майер встречал с ощущением предстоящего праздника, но предпочел, чтобы оно грело сердце, как ладони греют бокал с хорошим вином, и решил на публике не появляться, а провести время в саду гостиницы. Внешний периметр – вход в гостиницу охраняла Гера, на внутреннем- вход в сад охраняла Мирка. Там же прогуливался Филипп, а Майя готовилась к брифингу по итогам выборам. Майер дал ей необходимые указания.

Сам он устроился в кресле качалке под навесом и потягивал красное вино. Постепенно он с трудом стал отделять реальность, в которой находился от реальности прошлого. Перед ним в своей спальне на кровати предстал Президент.

Очевидно, после последней встречи с Майером прошло немного времени, так как внешне он не поменялся, но он был перевязан бинтами на правом боку, и они кровоточили.

Маейеру пришла мысль, что в машине произошла схватка и Белла успела ранить Президента. У кровати высилась капельница, но из персонала никого не было. Раненый пытался встать, но рана мешала этому. С матерками он лег обратно. Постепенно он затих, вероятно, заснул или задремал. В сумерки в комнату вошла женщина, которую Майер определил, как врача. Она включила ночник и осмотрела место ранения, не поднимая рубаху. Огорченная увиденным, она вышла из комнаты.

Президент отчетливо застонал и повернулся на правый бок, скрючиваясь в позе эмбриона, но поворот только усилил болевые ощущения и он, потеряв ориентацию, повернулся еще раз в том же направлении. Кровать была невысока, но падение в этом состоянии могло оказаться фатальным.

Раненый закричал, призывая помощь. Но ожидаемого не получил. Не прибежали врачи, не появились соратники. Крики быстро прекратились и перешли в стоны. Руки у него оставались прижатыми к боку и были залиты кровью.

Когда у всемогущего прежде человека изо рта потек ручеек крови, Майер понял, что смерть рядом с ним. Человек успокоился, рана не болела и не беспокоила его больше. Через минуту он затих совсем. Майеру показалось, что от тела потянулись вверх белые облачка. Вскоре картины исчезли. Видимое пространство стремительно темнело. Показалось серое темное небо. На его фоне обрисовывались громоздкие контуры зданий. Они все были много ниже тех, стояли в современных городах и напоминали древние строения. Между ними в пространствах, напоминающих улицы, перемещались фигурки в лохмотьях или совсем голые. Они прижимались к стенам, что-то отрывали от цоколя зданий и торопливо поедали. Когда, кто-то сошел с предполагаемого тротуара, сверху на него свалилась темная масса и снова поднялась вверх, унося жертву в сторону одной из крыш. Насколько смог разобрать Майер, это была крупная птица.

Его глаза постепенно привыкали к восприятию в темноте, и в одной из фигур он признал Президента. Не по фигуре, но лицо данное крупным планом не позволяло ошибиться. Облик его напоминал заключенных из тех лагерей, которые возводились по его приказу по всей стране. Но выражение глаз оставалось беспощадно жестоким, что и было присуще диктатору при жизни.

Город не освещался небесными светилами. Только ровный серый цвет исходил от облаков, какой случается в ранние пасмурные часы после ночи. Тишина нарушалась иногда клекотом птиц-чудищ или воплем их жертв. Неожиданно наступила полная тишина. Случается, когда все живое замирает от страха. Кажется, и червь перестает извиваться от ужаса перед неведомым. Половину неба закрыл распростерший крылья ящер, который смог опуститься на ноги на городскую площадь. У Майера, билась в голове одна мысль-не попасть под раздачу, если он прилетел подкрепиться. Он опустил голову и сосредоточился на бывшем президенте. Тот сжался в клубок и спрятал голову в колени.

Откуда-то со спины или с крыльев ящера сошел Наставник, за ним выпорхнуло несколько летающих существ размерами и фигурой похожими на человеческие и начали облетать прилегающие к площади улицы.

Обнаружив президента, они ухватили его за конечности и понесли к Наставнику. Он, рассмотрев доставленного, махнул рукой, и президента поместили на место, откуда сошли несколько минут назад. Следом вскочил на ящера и Наставник. Тот сразу подпрыгнул, тяжело взмахнув крыльями, и скрылся за горизонтом. Очевидно, торопился.

Следом последовало подтверждение причин спешки в виде двух ящеров, севших на площадь со свирепым выражением на мордах и еще одного, который продолжал кружить наверху. Они были меньшего размера, чем улетевший, но вид имели устрашающий. Убедившись, что нет того, за кем прилетели, они подняли страшный гвалт и сорвались в ту сторону, куда полетел Наставник.

В вернувшейся тишине, постепенно картина начала рассеиваться, пока снова не возникли деревья, воссоздав сад.

Майер несколько минут продолжал сидеть, приходя в себя. «Скоро все прояснится и с президентом, и с наставником» – подумал он. – «Главное, не попасть на стол к кому-нибудь из них еще при этой жизни».

Ожидание

Оказалось, что времени прошло немного. До конца выборов оставалось около трех часов. Майер после увиденных картин почувствовал одиночество и даже озяб немного. Чтобы отвлечься от пережитого, он подозвал Мирку и пригласил сесть за столик.

– Захотелось компании, присаживайся, налей себе вина. Поговори о чем-нибудь со мной.

– Поговорю, шеф, но на работе не пью.

– Я тебе разрешаю, могу приказать, если надо. Несколько глотков вина не затуманят мозг, но сможешь отвлечься ненадолго от служебных обязанностей. Расскажи, как съездила к ребенку, чем он увлекается.

Майер налил в пустой бокал вина и протянул Мирке.

– Попробуй, очень вкусное вино. Не часто доводится пить такое.

– Спасибо, шеф. Я очень довольна, что удалось побыть с ребенком. С мужем, отцом ребенка прожили пять лет, а потом начались взаимные претензии и обиды. Решили, что лучше разойтись, чем травмировать ребенка. Сегодня, наверное, половина детей воспитываются одним из родителей или бабушками.

Интересуется спортом. Сейчас увлекся боксом. Разговаривала с тренером, сказал, что мальчик перспективный. Я рада такому таланту, и за себя может постоять и болтаться по улицам некогда.

– Кем же он мечтает стать?

– Чемпионом. Для начала города, а потом и штата.

– Как назвали будущего чемпиона?

– Аттик. Так решил муж. По названию горы из местности, где сам родился.

– Слушай, вот Гера не вылазит из брюк. Для ношения женской одежды ей почти всегда нужно указание. Хотя могла бы выглядеть в ней эффектно. Ты, как приступила к работе, постоянно в платье. Учитывая твои функции, не считаешь, что брючный костюм более удобен.

– Когда известно, в чем надо участвовать, я могу, по необходимости работать в брюках, если нет, то предпочитаю платья. Разумеется, если это не зимой и не на улице. Для моих функций даже удобнее. Усыпляет бдительность потенциального противника: не опасается слабой женщины.

– Очевидно, ты более гибка, чем Гера. В психологическом смысле, имею в виду.

– Я уверена, что в физическом смысле тоже. – Мирка аккуратно отставила недопитый бокал, разувшись, прошла на травяной газон, встала спиной к Майеру и стоя прогнулась назад, опершись о землю. Подол платья, скользя по бедрам, поднялся до трусиков, обнажив красивые, сильные ноги.

Майер одобрительно зааплодировал. В следующую секунду левая рука Мирки потеряла опору и тело, выворачиваясь, устремилось к земле.

Чуть опережая событие, Майер прыгнул к телу женщины, вытягивая в падении согнутую в локте руку. Мирка самым естественным образом улеглась на руку помощи. Если ушиб и случился, он пришелся на самую защищенную нижнюю часть тела. Поднимались они почти одновременно. Но Мирка, сделала это как ужаленная, озираясь, много ли свидетелей ее неловкости. Майер по инерции тоже осмотрелся. Кроме Филиппа, который стоял спиной, в саду никого не было.

– Ты не ушиблась, Мирка?

С таким телохранителем как вы, это исключено! Никогда не видела такой отменной реакции как у вас.

– Что случилось с рукой, почему оторвала от опоры?

– Забыла на мгновение, что опираюсь на нее, и потянулась поправить подол платья. Вот, дура то!

– Зато прояснили три вопроса – первый о твоей гибкости, второй о необходимости платьев на службе и третий, наиболее очевидный, о красоте твоих ног.

Допивай, Мирка, свое вино и можешь продолжать нести службу.

Майер удержал смущенную женщину, пока она в несколько глотков не освободила свой бокал.

– Позвольте, я отряхну вашу одежду от пыли. – Мирка зашла сбоку и в несколько взмахов руки прошлась по одежде шефа.

– Иди уже, забудь. Все равно не мне стирать. Спасибо.

Оставшись один, Майер скоро забыл о происшествии. И без

того есть над чем подумать. Близилось время платы по счетам Великого наставника, особенно, если Правая партия выиграет сегодня выборы. И здесь, как и в большинстве совершаемых дел, особенно, если смотреть в перспективу, было важно соблюсти баланс. Наставнику для начала требовалась тонкая энергия, очень много энергии для снабжения своего народа. Он объяснил, что нужна человеческая энергия, которая выделяется у людей при проявлении эмоций и сильных чувств.

Того, что они получали из разных источников до этого времени, было недостаточно. Наставник сравнивал стоимость этой энергии с ценой икры в Оливии, которую могли себе позволить очень состоятельные люди. Тогда как объем и цена должны бы соответствовать животным жирам в Оливии.

Чтобы не оказаться врагом северян и их кровопийцей, Май- еру следовало знать, сколько и откуда забирается энергии уже сейчас, до того, как организовывать новый отъем энергии. В конце-концов, это повлияет на нарушение энергообмена людей с внешней средой, последствия которого никто не просчитывал. Второй момент, а что он лично будет иметь с этого. То, что он имел деньгами или власть над двумя андроидами, двумя охранницами и останками чьей – то души, не уравновешивали его духовные затраты и амбиции. И вряд ли запросы Великого наставника ограничатся только энергетическими требованиями. Не зря же он с большим риском для себя полез в запретные зоны и выкрал оттуда Президента, хотя и бывшего… Вопросы и задачи, на все он должен найти правильные решения.

Тряхнув головой, Майер огляделся. Вечерело, и пришла прохлада. С окончанием выборной кампании ушел стимул выкладываться, напрягаться. Он почувствовал, как скука начинает подбираться к нему, и он теряет контроль над окружающим его миром.

Охранница о чем-то разговаривала с Филиппом, а от Майи не было информации.

Он взглянул на часы, которые показали восемь вечера. Осталось еще часа два ожидания. Скука и нетерпение Майера нарастали. Энергия требовала какого-выхода. Его взгляд снова остановился на Мирке. «Развлечься сексом?».

Он стал настраиваться на восприятие ее эмоциональной энергии: «Спокойствие и равнодушие. Никаких всплесков. Попробую раскачать, не получится, развлекусь». Продолжая сканировать ее тело, в нижней части он рассмотрел чакру в области пупочного центра. Она была открыта и демонстрировала высокую сексуальность.

Он перешел к чакре крестцового центра, которая, по его мнению, была блокирована. Майер понял, что без основательной энергетической подпитки этой области, психоэмоционального удовлетворения она не получит, а он окажется хроническим должником, так как сексуальные долги перед женщинами самые каверзные.

Задача его увлекла, и он принялся за стимуляцию чакр. Проверил работу чакры солнечного сплетения и сердца. Убедившись, что они в порядке, он направил поток энергии в крестцовый центр, для чего вытянул воображаемые руки и наложил одну в область крестца, другую на живот над лобковой костью, осуществляя переток от лобка к крестцу, постепенно усиливая его.

Он сидел боком ко входу в сад и напрямую не видел Мирку, но внутренним зрением он мог рассматривать ее как на экране. Через полчаса баланс был восстановлен. Крестцовая чакра медленно раскручивалась. В саду зажглись фонари, и он смог наблюдать, как изменилось ее поведение в общении с Филиппом. Шутливо, она подтолкнула его плечом и тут же удержала его за талию, хотя от несильного толчка его невозможно было лишить равновесия. Майер, удовлетворенный полученным эффектом, забыл про секс.

Возбужденные голоса у входа привлекли внимание. Пришла Майя и направлялась к Майеру.

– Шеф, результат лучше, чем в Свабии! Вместе с либералами имеем две трети мест.

5 лет спустя. Айва

Двадцать четыре этажа, в основном офисных помещений, представляли Западные штаты Северного материка в столице Федерации. Тут были экономисты, финансисты, торговые представители и многие другие, занятые отстаиванием и продвижением интересов региона в мировом центре. Верховный наставник Северного материка, резиденция которого находилась здесь, одновременно являлся заместителем Верховного наставника Оливии.

Вот уже пять лет, эту должность занимал Ахан Майер, он же председатель Правой партии. Его предшественник, престарелый Клинн Буркис, последние лет десять приходил в свой кабинет выпить чаю и подписывал документы, особо не вчитываясь. В приемной у него сидела помощник и секретарь, которая вместе с ним росла в должности не один десяток лет. Все оставшееся время он проводил в беседах с ней. Но когда и это стало для него обременительным, однажды он перестал ходить на работу. Тогда Верховный наставник и уволил его в связи с уходом на пенсию по собственному желанию.

Должность была пожизненной. Одновременно назначался срок референдума по выдвижению на этот пост по Северному материку.

Лучше всех оказался готов к борьбе за пост Председатель правых Ахан Майер. В большинстве западных штатов его партия находилась у власти или самостоятельно, или в коалиции с другими. Опыт его и активистов партии в выборных баталиях, позволили ему с солидным опережением занять первое место. Результат утвердил своим постановлением Верховый наставник Оливии.

Приход нового человека ощутили все чиновники резиденции. Он устроил переаттестацию персоналу, создав комиссию, и сам возглавил ее. В итоге треть работников покинули насиженные места, получив выходные пособия или без них, так как статья, по которой их увольняли, им не нравилась, и они предпочли уйти по собственному желанию. Новые работники обязательно проходили собеседование с Майером и протекции не помогали. Естественно, были зачислены два андроида и два телохранителя. Мирка, которая, несмотря на конфуз с платьем, получила должность помощника и воцарилась в приемной. Гера стала администратором здания, так как охрана всех государственных учреждений осуществлялась централизованно, и ее умения не требовались. В свободное время они спорили, чья должность престижнее.

Одновременно с должностью Майер получил квартиру, с большим количеством комнат и функциональных помещений. От услуг Геры и Мирки в качестве телохранителей он отказался и предложил им устраивать свою личную жизнь. При нем остались Майя и Филипп. Поселил он их, на всякий случай, раздельно. Они оба прошли модернизацию, и насколько они продвинулись в гендерных отношениях, он не знал.

Чрезмерная эмоциональность человеческих взаимоотношений временами его утомляла и отвлекала от более важных проблем. Илия появилась только раз в силу занятости гастролями и светской жизнью.

Майер был только рад, что Майра-Илия нашла призвание. Гала приезжала к нему дважды, и раз он побывал в Свабии, скорее с деловым визитом.

Неожиданно скончался Шнабель. Майер приехал на похороны, а перед отъездом договорился с Гала, что она сдаст ему в аренду усадьбу родителей на пятьдесят лет. Причем, она и дети могут бывать там и пользоваться всем, кроме половины, которую занимал когда-то Майер.

Сейчас он снова собрался в Свабию, но в качестве Верховного Наставника Северного материка. Он бы предпочел визит в менее заметном качестве, но положение обязывало.

Негласная цель поездки заключалась в совершенствовании системы сбора и транспортировки тонкой энергии человека, как это он называл про себя, ТЭЧ, в северо-западных областях Сва- бии. В последние годы специалисты из подземного мира Великого учителя расширили площади подземных энергосборников по территории Северного материка. Они и раньше их создавали, но из-за отсутствия достоверных сведений о местоположении эффективных источников энергии, процессы сбора ТЭЧ сильно затруднялись. Технологии и возможности не позволяли потребителям находиться на земной поверхности и, следовательно, представлять, что там происходит.

Майер смог решить задачу определения координат. Для единого географического видения с обеих сторон земной коры, от подземных специалистов требовалось создать несколько толчков земной коры с точной геолокацией, тогда на земной поверхности, они отразились бы в виде землетрясений с достоверным эпицентром. В дальнейшем, опираясь на данные расчеты, несложно находить места строительства энергопроводов с наименьшими затратами.

Когда система нахождения координат заработала, было создано множество энергосборников и энергопроводов, по которым ТЭЧ стала поступать на предприятия по первичной переработке. Технология основывалась на использовании разновидности, так называемого, морфогенетического поля, которое покрывало область жизнедеятельности людей и вбирало в себя тонкую энергию. Поле создавалось оборудованием, расположенным в местах переработки энергии в тонком Мире. Энергопровод соединял поверхностное поле с другим полем созданным в месте переработки энергии. Благодаря возникающей разности потенциалов, после начала поступления энергии в первое поле, начинался ее переток во второй сборник. Добыча и переработка энергии возросли в десятки раз, но потенциал роста мог составить и сотни раз.

Великий наставник был доволен.

– Как достигнешь потолка своего развития и роста в Оливии, я предложу тебе нечто большее в иных мирах.

– У меня нет особого желания жить в подземных мирах, хотя бы и царствовать в них, Великий учитель.

– Ты не видел лучшие из них. И они не подземные. Но о том поговорим потом.

У тебя еще много дел. И награду ты должен получить здесь. Она будет стимулировать тебя двигаться дальше.

– Первую награду тебе придется носить в руке. а вторую, ха-ха-ха, на руках…Я сейчас коснусь твоей правой руки, и она обретет способность награждать или наказывать, если ты перстом укажешь на что-нибудь и при этом выразишь вслух или про себя желание. Но не думай, что это будет глобальным. Ты никого не убьешь, но и не воскресишь. Можешь излечить или наслать хворь. Переноси предметы или сноси небольшие строения. Потренируйся на досуге. Второй подарок я готовлю, получишь через год или немного позже.

Все эти события произошли полтора года назад. Об этом он вспомнил, сидя у себя в гостиной за чаем. Компанию ему составляла Майя.

– Что нового вложили в тебя, Майя, во время модернизации?

– Прежде всего, изучили и обобщили мой опыт. Попросту говоря, сравнили приказы, которые поступали и их исполнение. Если исполнение было полнее и качественнее, чем предполагалось по программе, то оценивалось, как успешное саморазвитие.

– Как много нашлось таких оценок?

– Знаешь, Ахан, много. Естественно, расширили кругозор, добавили психоанализ, выборные технологии, приемы самообороны и усилили защиту хозяина.

Много бытовых мелочей, скажем, подать домашние тапочки, почистить яблоко, рассказать анекдот. Могу кушать десерты. Но главное это наблюдать за другими, делать выводы и учиться делать то же самой. Правда, сравнивая со своей программой: правильно или нет.

Если нет ответа, то просто в ящик «невостребованный опыт» до повтора ситуации.

– Как с эмоциями?

– Кое-что добавили, а в основном саморазвитие, через наблюдение и опыт.

– А желания. У тебя они прописаны или только приказы и саморазвитие?

– Сам уже должен понимать. не первый год вместе. Если, есть приказ, он и есть желание.

– Хочу поставить опыт на тебе. Ты сейчас отключишься на одну минуту, а я в это время помещу в тебя свое желание. Ты готова?

– Да, я отключаюсь на одну минуту.

Майер сконцентрировавшись, что-то нашептал и вытянул руку в направлении Майры.

Через минуту она ожила.

– Что ты вложил, я не ощущаю изменений?

– Само слово, которое ты использовала, может указывать на произошедшие изменения, а может быть, и нет. Посмотрим по ходу.

– Интересно, это у меня самой возник позыв заняться с тобой любовью или я отрабатываю вложенное твое желание, а Майер?

– Теперь это наше общее желание, Майра. Пошли спать.

Майер не стал говорить ей, что перед модернизацией он обратился к разработчикам, с просьбой установить в андроид датчики, воспринимающие тонкие эмоциональные энергии и дающие сигнал устройству для соответствующего реагирования.

На следующий день они вылетали в Свабию. Туда же он брал с собой человек тридцать из офиса. для ознакомления с положением дел на месте. Им предстояло там пробыть последние недели лета и объездить весь Северный континент. Впереди Северный континент ждала осень и настоящая зима. Майер рассчитывал, что полученный материал послужит для обработки и последующего применения в планах следующего года.

Он удивился, не увидев в аэропорту среди встречающих Гала. Она продолжала занимать пост заместителя премьера штата и могла участвовать во встрече.

Майя, лишенная каких-либо комплексов, поинтересовалась у премьера не заболела ли соратница.

– Напротив, взяла отпуск на время свадебного путешествия.

– И кто счастливчик? – порадовалась за подругу Майя.

– Советник в ее штате. Достойный молодой человек и перспективный.

– Надо будет поздравить ее! Обрела женское счастье.

Майер с интересом слушал диалог коллег. Майя была словно

прима в театральном спектакле. В принципе он был рад за Гала. Успешная и обеспеченная женщина должна иметь и стабильное семейное счастье, и поддержку мужского плеча. Но откуда у Майи ехидство бывалой женщины!

В здании правительства Майер провел собрание, где окончательно определил направления и график передвижений группы специалистов, прибывших с ним.

Майя, которая знала все, что требовалось осуществить чиновничьим десантом, внесла в память последние указания шефа и предупредила старших о ежедневных отчетах. После модернизации ее возможности возросли, и она могла одновременно общаться с разными контрагентами, что называется, онлайн.

Она осталась и сопровождала Майера. После переговоров с Премьером, Майер выехал в бывшее поселение «райского типа», как он когда – то его назвал. Теперь его именовали Аханом, в честь Майера. И это был город средних размеров, большинство обитателей которого приезжие. Они останавливались здесь на срок от нескольких дней до нескольких месяцев. Иные, обеспеченные и не обремененные заботами, жили и по несколько лет.

Город процветал за счет больших налогов и спонсорства. Все или большинство видов существующих развлечений можно было найти. Крупнейшие соревнования по силовым единоборствам проходили здесь. Огромные казино, отели, бордели, кварталы, населенные любовными парочками и группами с самыми разными сексуальными наклонностями, составляли основу жилищного фонда.

Учитывая существующий криминогенный фон и возможность легко попасть в категорию нарушителей, власти разработали систему предотвращения уголовных деяний. В основе лежала неотвратимость наказания. Каждый въехавший чипировался.

Если он был не один, в чипе указывались партнеры, а в дальнейшем все передвижения отслеживались как вслепую, по чипам, так и камерами, расставленными по улицам и общественным зданиям. Выезд из города был возможен только в том составе, в каком и заезжали. Или же, кто оставался, проходил новую регистрацию на таможне. Изображения кодировались и увидеть, что на них, было невозможно, если дело не принимало криминальный оборот. Тем самым слить компромат представлялось затруднительным. Не возбранялось ходить в тканевых масках.

Нарушение установленных правил и законов каралось быстро. Полицейские по улицам ходили в форме, но немалая часть в зданиях пользовались обычной одеждой, что называется, были под прикрытием.

После некоторого всплеска в начале, постепенно преступность сильно уменьшилась и не превышала теперь уровня в других регионах.

Майер проехался по улицам и остался довольным увиденным. За рулем арендованного электромобиля сидела Майя.

– Что скажешь, Майя? Как город, нравится тебе?

– Красиво, скверы фонтаны, парки. А люди как на карнавале, Ахан. Половина в масках. Интересно, что такого надо делать, чтобы скрывать лицо?

– Есть жиголо, есть достопочтенные бабушки и дедушки, есть родственники, много любовников. Можем заехать в нудистский парк. Там разрешен и публичный секс. Обмениваются напарниками. Вход за небольшую плату. У тебя с собой есть деньги, Майя?

– Вообще-то меня не очень трогает, где заниматься сексом. Что взять с андроида?

Все знают, что инициатор владелец. Хочешь, пойдем, если ты уж не способен без дополнительного стимула возбудиться. Кстати, после этого и проведешь мессу в парке для привлечения новых адептов. Но будет лучше, если проведешь нудистскую мессу с коллективным совокуплением. Кстати, есть религии, которые практикуют такой подход к своему богу.

– Откуда в тебе этот сарказм, Майя? Сегодня не в первый раз демонстрируешь.

– В меня вложили солидный потенциал саморазвития. Возможно, будет иногда заносить, поправляй, пожалуйста.

– Похоже, ты скоро сама начнешь готовить задания по своей модернизации.

– Да, у меня будут мысли по этой теме. Я их записываю.

– Насколько ты считаешь себя продвинутой среди современных андроидов, Майя?

– Со специальными мне не тягаться. А что касается универсальных, то думаю, я наиболее человекоподобный. Я это знаю по направлению моей модернизации. Да и ты ведешь разговоры и даешь задания, связанные с психологией, социологией и общением с людьми. Добавила бы еще сексологию.

Кстати, ты достаточно консервативен. Я знаю еще несколько десятков приемов, которые мы не разу не практиковали.

– А я считал, что у меня нет недостатков, особенно в сексуальной области.

– Увы, дорогой. Тебе расти и расти. Правда, даже твой скудный набор умений не всякая женщина способна поддержать. Оттого у тебя и сложилось такое самомнение.

– Ладно, соглашусь. В некоторых вопросах ты эрудированней. Но напоминай о своих умениях в соответствующих ситуациях.

За разговорами они выехали за городскую черту и сразу увидели шпиль храма общины Бодра, а за тем и все здание. По форме оно напоминало храмы одной из главных религий Свабии с витражами на окнах, но ослепительно белый цвет стен и черная кровля показывали, иную принадлежность Церкви.

К главному входу подступала обширная мощеная камнем площадь. По обе стороны дороги, приводящей к зданию, располагались автостоянки.

В основном там были припаркованы автобусы. Отдельно располагалась стоянка для важных гостей. Майя направила электромобиль туда.

Очевидно, их ждали. Из боковой двери выскочили двое молодых людей и, почтительно поздоровавшись, пригласили следовать за собой. Они вошли через боковую дверь и разместились на передней скамье. Майер, входя, окинул взглядом площадь перед алтарем, занятую народом.

«Явно будет с полтысячи», – решил он. У амвона стоял Бодр, продолжавший вещать. Майер прислушался: речь шла о реформе церкви.

– … Мы, предлагаем вернуться к истокам, к тому времени, когда проповедовал сам пророк и его ученики. Их речи и письмо были вполне доступны для десятков, сотен, а впоследствии и тысяч последователей и прихожан. Именно поэтому постулаты новой веры были успешно воспринимаемы и распространялись среди всех слоев населения. Как тогда, как и сейчас, трудно заинтересовать человека утверждением о существовании Бога, если свидетельства очевидцев или иные доказательства наивны с точки зрения человека двадцать второго века. Но, безусловно, они будут интересны, если обнаружат свою реалистичность при современных подходах, включая научный взгляд.

Что же предлагает церковь сейчас? Почти тоже самое, что и тысячи лет назад, включая трудно воспринимаемые тексты и молитвы на древних языках. В современной церкви нет реформ, нет реформаторов. Если народ еще помнит дорогу к храму, то лишь потому, что церковь хранит память о выдающихся людях, посвятивших жизнь служению Богу и людям. Я говорю о причисленных к лику святых. Заметьте, в основном, они не имели чинов и постов в церкви, так как не имели посредником между собой и Богом церковь.

Майера постепенно охватывала дрема. Пересиливая себя, он шепнул Майе, чтобы она следила за ним и не дала заснуть окончательно. Майеру не удалось закрепиться хотя бы на выбранном им уровне неполного осознания окружающего. Майя локотком чувствительно двинула по его левому боку:

– Просыпайся, лекция заканчивается.

Майер с трудом вникал в происходящее. Бодр, завершая, резюмировал:

– Уважаемые, дамы и господа, чтобы сохранить интерес к моей воскресной проповеди, я не стал говорить, что сегодня мы ждем дорогого гостя, нашего проводника к Господу, Верховного наставника Северного континента господина Ахана Майера. Он обратится ко всем нам со словом от соратника Первоангелов, которого посчастливилось и мне видеть и слышать. Вы можете слушать его, находясь здесь, в храме, но можете видеть и слышать, если выйдете на площадь. Там сейчас собираются многие сотни последователи нашей веры. Раздался гул от сотен голосов.

Распахнулись широкие двери кафедральной церкви, позволяя быстро переместиться на площадь.

Стоянка и ближнее пространство было заставлено автобусами, доставившими, наверное, тысячи людей. Все стояли рядами, не было ощущения присутствия толпы и анархии. Народ располагался полукругом, в центре, которого был воздвигнут амвон. Путь от храма к нему был обозначен лентами, привязанными к стойкам.

Когда прихожане из церкви присоединились к остальным, показались Бодр, сопровождаемый двумя священниками и Майер. Майя по пути отделилась и встала в стороне. Священники были одеты в праздничные белые костюмы, напоминавшие френч самого Майера, но темно-зеленого цвета со стоячим воротником. Амвон, также белого цвета, возвышался почти в рост человека, и позволял хорошо рассмотреть оратора с любой точки площади.

Майер, поднявшись на трибуну, оглядел, готовых внимать ему людей. Волнения он не испытывал. Скорее ощущение мастера, с удовлетворением рассматривающего изготовленное им:

– Уважаемые братья и сестры по вере, дамы и господа. Мне очень приятно общаться с вами вот так вот: глаза в глаза, видеть, вас, не давших себя оглуплять, но готовых веровать, когда с вами говорят, как с людьми зрелыми и состоявшимися. Для чего мы ищем Бога? Потому, что мы подозреваем или знаем, что есть сила невероятно превосходящая наши возможности и разрушающая наши расчеты и надежды. Нам необходимо ладить с ней, обращать к ней помыслы и надеяться на помощь. Она есть то, что вселяет в нас понимание хорошего и плохого, в надежде, что это приведет к миру и взаимопониманию между нами. Оно и привело. Вы сами видите: исчезает вражда, государственные интересы перестают быть доминирующими. Мы начинаем руководствоваться теми конституциями, которые в нас заложены до нашего рождения, но если они не работают, то потому, что наша воля недостаточна или усилия направлены в иную сторону, где, как нам кажется, мы быстрее добьемся желаемого. От того важен наш диалог с Богом, лишенный пустого преклонения и славословия, но наполненный сыновней любовью и стремлением понять.

Не всегда мы услышим прямой ответ на наш запрос, это не свод законов, в котором все прописано и разложено по параграфам. Но это повод не рубить с плеча, а еще раз соотнести желаемое и истинные потребности.

Кроме того, Господь воспринимает молитвы и обращения опосредовано, через слуг своих ангелов, апостолов и иные источники, которые могут оценить иначе, чем представляется нам. Предлагаемый новый подход позволяет лучше видеть, как строить отношения с небесными силами и Господом нашим.

Подумайте сами, если вы отец, а если еще не родитель, то возможно, начальник, а ваше дитя или подчиненный только и делает, что постоянно просит вразумлять его, хвалит вас или просит, о чем-то. Будете ли вы считать его здоровым или дееспособным?

Подытоживая, прошу вас всех пройти отрезок жизненного пути с обновленной верой и убедиться, что строительство отношений с Господом может быть иным, но не менее плодотворным. А теперь в знак благословения от высших сил, примите подарок. – Майер воздел руки, и на незнакомом для собравшихся языке, произнес несколько слов. Спустя минуту полной тишины с чистого неба к земле летели тысячи цветов. Преобладали белые и красные цвета. На руки они опускались плавно и имели приятный аромат.

Майер спустился с амвона, пожал руку Бодру и быстро направился к Майе. В руках он нес скромный букет из трех цветов.

Пока впечатленные люди, оживленно переговаривались, Май- ер увлек Майю к машине, и они быстро покинули площадь. Вернувшись в черту города, Майер с помощницей пересели в магмо- биль около часа летали над городом и его окрестностями. Майер, что-то наносил на электронную карту, а с нее на накопитель. Закончив работу, Майер распорядился ехать в усадьбу Шнабеля.

– Оценим, собственность, что досталась и отдохнем на природе. Ты как, Майя, насчет отдыха на природе?

– Ты же знаешь, Ахан, для меня понятия «отдых» не существует. Есть делание и неделание.

– Шутка, Майя. Я там хочу встретиться, сама знаешь с кем. А ты поговоришь с Мартой. Она, наверное, от скуки помирает. Шнабеля нет, дочь и внуки далеко.

Эльфийы и Лили

Дворецкий сообщил, что старая хозяйка уехала в город к внукам, но должна сегодня вернуться. Горничная, она же и кухарка, в ее отсутствие отдыхает. Майер распорядился, чтобы Майя похлопотала насчет чая или тута, сам пошел готовиться к встрече с наставником. Принял ванну и переоделся в спортивный костюм, который оставил в прошлый приезд. Майя накрыла стол в его комнате. Выпив несколько чашек ароматного напитка, он обдумал свои предложения Наставнику. Главное – он хотел заручиться поддержкой в борьбе за пост Верховного Наставника Оливии, а также передать карту с обозначениями мест для монтажа накопителей ТЭЧ.

Уходя на встречу, Майер сообщил помощнице, что сам поставит запрет на доступ к нему на один час, так что караулить его тело не надо.

Общение с Наставником прошло как обычно. От дрожи ученик давно избавился. В деловом смысле разговор шел на равных. В сотрудничестве имелся обоюдный интерес. В этот раз приязнь Наставника обернулась его предложением ознакомиться с народом, для которого он так много делает. Наставник выложил перед Майером шар и показал, что надо войти в него. Дверей Майер не обнаружил, шагнул в него и оказался окружен чем-то упругим и мягким.

Наставник повесил шар на цепочку, свисавшую с шеи, и в несколько взмахов крыльев оторвался от поверхности, где восседал. Дальше происходило плавное снижение до самого низа. Они приземлились на окраине большого города, как определил Майер. Здесь таким же способом Майер покинул шар. Солнце сюда не доставало, а светило, висевшее над ними, было багрово-красного цвета.

Чахлые деревца имели желтую или красную листву, у иных она была коричневая. Здания, как прикинул Майер, достигали несколько сотен метров, а двери выходили на крохотные балконы с небольшим ограждением.

– А сейчас я познакомлю тебя с мэром этого города. Он знает кто ты. По социальному положению ты намного выше его. Вроде вашего члена правительства. Есть еще одна особенность. Здешние люди двуполые. По желанию они могут стать мужской или женской особью. Происходит это не так как у вас, когда мужчина или женщина начинают играть роль противоположного пола, сохраняя свои половые признаки или делая операции. Здесь меняются первичные половые признаки в течение двух-трех дней, вторичные в течение двух трех месяцев после первичных. Способности забеременеть возникает через три-четыре месяца. Для начала процесса преображения достаточно принимать определенный травяной настой. Понятия брак здесь не существует.

Когда сочтешь, что пора назад, достаточно представить, куда тебе надо вернуться. Впоследствии, если захочешь, таким же образом будешь оказываться здесь. Вот и мэр города госпожа Реми. Кстати, она не перевоплощалась ни разу. Общайтесь, Меня ждут в другом месте.

Реми склонилась в глубоком поклоне, пока Великий наставник не взлетел. Майер с любопытством оглядел женщину. Из одежды на ней были две полоски материала похожего на ткань. Первая прикрывала, а скорее поддерживала грудь, вторая напоминала мини стринги.

Ростом она была заметно ниже Майера, но хорошо сложена с кожей красноватого оттенка. Короткая стрижка не скрывала лица, на котором Майер читал любопытство. Майер представился, хотя не понимал, как общаться, не зная языка.

– Не беспокойся, я понимаю, что ты говоришь, – сказала Реми.

– Тогда скажи, как я найду тебя, если снова захочу вернуться, как обещал Наставник.

– Просто назови мое имя и представь меня.

– Могу ли я остановиться здесь, если захочу побыть дольше?

– Конечно. Идем со мной, я покажу.

Они вошли в подъезд и прошли к лифту, который вознес их на десять этажей. Реми провела его по широкому коридору к одной из дверей и, открыв, ее пригласила Майера войти. По сути это была квартира-студия. Большая комната, разделенная на функциональные зоны по расположению мебели и оборудования в ее различных частях.

– Здесь живу я, Квартира по соседству – твоя, когда захочешь остановиться. Они не запираются. Мы давно отказались от замков. Все квартиры стандартно оснащены.

У значимых персон квартиры в других домах.

– Должность мэра не значимая?

– Я чиновник, менеджер. Руководствуюсь законами и инструкциями. Самостоятельно ничего не решаю. Значимы те, которые принимают решения обязательные для исполнения в непредусмотренных правилами ситуациях.

– Это значит надо знать все правила в профессии, в которой работаешь?

– Если хочешь быть хорошим специалистом, да. А у вас разве не так?

– В общем, так, но бывают ситуации, когда время мало, а дело требует быстрого решения, а нужных знаний или нет, или нет полномочий. Тогда как, Реми?

– Вот-вот, мы в таких случаях обращаемся к старшим, более сведущим.

– А если не смогли связаться, а вдруг он заболел?

– Есть служба, решающая все вопросы. Обращаемся туда, они дают ответ или направляют специалиста. Чтобы тебе было понятней, Ахан, расскажу коротко о нашей системе подготовки к профессии.

– Для начала мне хватит, пожалуй. Я обратил внимание, Реми, пока мы разговаривали, за окном часто пролетали местные жители. Причем, иные, в полете или зависая, занимались сексом. У нас тоже нравы свободные, но в меньшей степени. Это, что в порядке вещей?

– Нет проблем. Но есть один фактор. Партнер должен быть положительно оценен по гендерной шкале предпочтений. Оценки основаны на врожденной способности оценивать партнера с точки зрения рождения здорового, жизнеспособного потомства.

– Это мне знакомо. А что с любовью, она в отношениях отсутствует?

– В старинных текстах мы, иногда, встречаемся с таким чувством в отношениях эльфийцев. Но оно давно изжито, а если вдруг встречается, то стает предметом обсуждения.

– Реми, я хотел бы посмотреть, как вы осуществляете сбор энергии и ее переработку. Наставник сказал, что в вашем городе крупнейшее предприятие по производству продукции из тонкой энергии.

– Конечно. Только мне придется вызвать пару специалистов по транспортировке. Ты летать не умеешь, а у меня не хватит сил лететь с тобой. Жаль, ты смог бы оценить, каков секс в полете.

Два подлетевших эльфийца мужского пола, опустились на балкон с подобием кресла. Майер уселся в него и пристегнулся ремнем. Это был самый жуткий полет в его жизни. Кресло вслед за носильщиками то взмывало вверх, то проваливалось вниз. Когда они прибыли на место, он ощутил слабость в ногах.

То, что он увидел, напоминало скорее трансформаторную подстанцию с ее тихим гудением, чем типичное промышленное предприятие Оливии. За невысокой серебристой оградой располагались несколько крупных, овальной формы сосудов, с подходящими к ним трубами большого диаметра. Из каждого сосуда отходили трубы поменьше, которые входили в помещения без окон.

– И это все? – удивился Майер.

– Не совсем. – усмехнулась Реми. – Отсюда продукция развозится по всему материку. Трубы большого диаметра оборудованы мощными магнитами и обеспечивают доставку энергии с мест сбора, соединяющих нашу поверхность с вашей оливийской. Сбор энергии с вашей поверхности мы ведем через устройства, которые связаны с морфогенетическими полями, откуда и вбирают тонкую энергию. Собираемая энергия представляет собой ваши эмоциональные выплески независимо от происхождения – любовь, радость, страдания, гнев, страх, секс, Особенно велик приток при социальных волнениях, войнах, эпидемиях.

Здесь эту энергию в зависимости от ее происхождения, разделяем на виды и передаем по разным сферам. Скажем, гнев, преимущественно используется в силовых структурах. Любовь используется при производстве пищевых добавок матерям и детям. При этом резко снижается смертность в этих группах. Потому, что без этого компонента, нередко мать или ребенок избавляются физически друг от друга, так как считают, что мешают друг-другу жить как им хочется. Каждый обосновывает это, опираясь на свои логические построения.

Из других энергий изготавливаются добавки в напитки или продукты. У нас пища преимущественно растительная, а добавки для нас также важны, как аминокислоты в вашем рационе. Исследования показали положительное влияние некоторых энергетиков в работе, исследовательской работе, творчестве.

Как оказалось, снижение эмоционального уровня эльфийцев, длящееся не одну сотню лет ведет к постепенной деградации народа.

А откачка избыточной энергии с Оливии, способствует нормализации взаимоотношений между людьми – чем меньше выплеснутой энергии остается во внешней энергетической оболочке вашей планеты, тем меньше в последующем возвратное энергетическое воздействие. То, что иногда называют кармой я.

Майер в течение последних минут ощущал беспокойство, обычно сопутствующее, когда тело лишалось защиты, затем непреодолимая сила сорвала его с места.

Через миг Майер втискивался в свое тело, вытянувшееся на кровати.

Майя сидела на кресле и с любопытством рассматривала оживающее тело шефа.

– Как прошло путешествие, Ахан?

– Интересно и удивительно. Мне кажется, там живет родственный тебе народ. Во всяком случае, ты легко нашла бы с ними общий язык. Тебе осталось научиться летать. При следующей модернизации, возможно, технологии позволят это сделать. Хотя ты вряд ли когда-нибудь попадешь в этот подземный мир.

– Марта приехала и на кухне готовится ужин. Она сказала, что через полчаса можно идти в столовую. Кстати, у нее гости: внучка с подругой. Обе жаждут увидеть тебя. Они смотрели в новостях, что творилось на площади перед храмом и мечтают познакомиться с фокусником.

– Вот издержки профессии публичного человека. Даже у себя дома нельзя скрыться.

– Можно, Ахан. Я попрошу принести еду сюда или сама схожу.

– Отлично, Майя, сделай это.

Майер, лежа на кровати, размышлял о том, что надо бы разделить первичный поток информации через аналитическое устройство, чтобы к нему попадали выводы и рекомендации, а не обрабатывать самому на всю глубину разом. Несмотря на свою эмоциональную и интеллектуальную выносливость, он чувствовал утомление от событий этого дня. В итоге он пришел к выводу, что наилучшим образом для этого подойдет Майя, которая охватывает и оценивает всю гамму событий шире, чем Филипп.

В подтверждение этому, он незаметно для себя, задремал. Разбудил его осторожный стук в дверь. Майи рядом не было, пришлось отозваться:

– Войдите! – Подниматься он не стал.

Майя вкатила в комнату сервировочный столик, следом вошла юная девушка с бутылкой вина в плетеной корзине и фруктами.

– Здравствуйте, Ахан. Извините, что без разрешения, но у меня куча оправданий.

Я о Вас давно слышала от Гала и очень хотела познакомиться. У меня сегодня день рождения, исполняется восемнадцать лет. А третье – Майя заказала для вас на кухне кучу вкусностей, и я решила, что, если не выставите меня, это будет лучший день рождения в моей жизни. Майер после услышанной тирады повернул голову и быстро поднялся c кровати.

У порога, не решаясь пройти дальше, стояла девушка, прижимая к груди корзину с продуктами. Майер не назвал бы ее красавицей, но от нее исходил ощутимый энергетический поток, который приковывал взгляд. Гармонично сложенная фигура подчеркивалась спортивным костюмом телесного цвета. Правда, русые волосы выглядели обыденно и примиряли с буйством исходящей от нее силы.

Учитывая разницу в возрасте, Майер не стал церемониться с обращением и предложил:

– Проходи, девушка, раз пришла и представься, пожалуйста. Заодно расскажи, откуда ты и почему появляешься вечером в комнате у одинокого мужчины со спиртным.

– Звать меня Лили. Я подруга внучки тети Марты давно хотела побывать в старинной усадьбе, а сегодня Гала сделала мне подарок и позволила приехать сюда на свой день рождения. О вас я слышала и раньше и от Гала, поэтому очень рада, что могу познакомиться с вами лично.

Меня воспитали приемные родители. Таких как я у них еще семеро, поэтому они охотно отпускают из дому, если знают, что мы будем в безопасности. Своих биологических родителей я не знаю и не ищу их. Вот, как на духу все рассказала.

Теперь могу я присесть?

– Помоги Майе расставить еду и садись. Будем ужинать. Где ты взяла вино, Лили?

– Подарила тетя Марта на день рождения.

– Тогда откроем и попробуем.

После ужина поболтали еще, пока Майер не решил, что девчонке пора идти к себе спать.

– А почему вы меня отсылаете спать? Не хотели бы вы, чтобы я осталась с вами.

Гала восторженно отзывалась о ваших способностях. Нет- нет, не думайте, что она со всеми откровенна на эту тему. Я сумела ее разговорить, а она была одинока тогда. Я вполне совершеннолетняя даже по прежним законам.

– Помоги Майе собрать посуду и оставайся пока, я еще не принял решение.

Лили, завершив уборку, вышла вслед за Майей. На ее месте возникла, как бы ниоткуда женщина лет тридцати, нагая с гордой осанкой и, как признал Майер, редкой красоты. Ее особенность – невесомость и призрачность, которые указывали на отсутствие физического тела.

– А так оставишь? Я материализованный привет от Наставника. Он извиняется, что задержал презент. То, что я сказала до этого, не имеет значения. Никто ни о чем не будет спрашивать. Та Лили, что ушла, просто средство моей доставки.

Майер с помощницей и Лили вернулся в Айву почти через месяц после отъезда. Понадобилось подобрать женщину, подходящую для материализации Лили. Причем, после ее воплощения в физическом теле, оно стало удивительно походить на призрачную Лили.

В столице готовились к выборам Верховного наставника Оливии. Энуар III досиживал третий пятилетний срок, который являлся завершающим. Кроме действующих заместителей наставника штатами выдвигались еще девять кандидатов в зависимости от территории, численности и расселения рас.

Эти выборы проходили наиболее сложно, потому что представители рас должны были чередоваться. В следующем году кресло наставника должен был занять Представитель белой расы, заместителем становился кто-то из желтой или коричневой расы.

В этом году, по мнению политологов, был фаворит и лидер среди претендентов. Все соглашались, что это Ахан Майер. Этой осенью на проповеди в соборном храме Свабии, он продемонстрировал чудодействие в виде дарения от небес тысяч цветов прихожанам, о котором говорила вся Оливия. Он имел сильные организаторские способности и был лидером одной из самых успешных политических партий. У него была и программа реформ, которая осуществлялась на Северном континенте. Майер утверждал, что благодаря преобразованиям преступность на материке на двадцать процентов ниже, чем в любом другом регионе.

Были и другие сильные личности с опытом управления в экономике, юриспруденции, культуре и других сферах. Но они не предлагали ничего нового или радикального. Стабильность, преемственность, медленное, но проверенное развитие. Такие или близкие подходы демонстрировались на противоположной от Майера стороне.

На площади за пределами Айвы приступили к сооружению временного здания, где обычно проходил последний этап выборов. Заместители Верховного Наставника и вновь избранные претенденты предлагали себя или других на важный пост. Это могло длиться десять дней. При отсутствии результата, подход менялся. Начинали голосовать за вывод из состава самых неконструктивных участников и последующим переходом к голосованию за избрание.

Обычно недели за две удавалось прийти к консенсусу. Никакая информация за пределы здания не уходила. В этот раз, в дополнение к различным видам защиты от воздействия на кандидатов, с учетом способностей Майера, привлекались маги и экстрасенсы, которые также лишались обычной связи с внешним миром.

У Майера с появлением Лили забот прибавилось. Она попыталась стать кем-то вроде его правой руки, чтобы все задания и контакты шли через нее. Майю он не видел по нескольку дней. С Герой иногда он пересекался в коридорах, Мирка с приемной куда-то переехала, а там воссела красавица Лили. Через месяц ему это надоело. Он сделал ей серьезное внушение и купил салон красоты, чтобы было, чем заняться.

Благодаря возросшим способностям Майи после модернизации, Майер почти весь документооборот пропустил через ее контроль. К нему информация поступала в сжатом виде с ее комментариями и предложениями. Для большего удобства в общении с Майей был разобрана часть стены между его кабинетом и комнатой отдыха, где она и расположилась со своей аппаратурой. Все это находилось слева и чуть сзади от него, что позволяло ему слышать и видеть помощницу с обеих помещений. При необходимости звуконепроницаемая штора отсекала кабинет от комнаты отдыха. Майер даже удивился возросшей производительности своей работы.

Если при деловой встрече с кем-либо, он использовал микронаушники, Майя по ходу могла комментировать информацию собеседника. В приемную вернулась Мирка. Майер дома не любил бывать. Характер Лили как-то не позволял им сблизиться, хотя жили вместе несколько месяцев. Ей постоянно хотелось быть на виду и неважно чем, но выделиться. Причем, флирт был ей несвойственен. При всей ее красоте, высокомерие, холодность и ум отпугивали самых самоуверенных мужчин, да и репутация ее партнера устанавливала границы дозволенного.

Королеву делает окружение, поэтому она подобрала себе кампанию молодых женщин и мужчин, которые искали приятного времяпровождения и не пытались затмить ее. С интересными, на ее взгляд, женщинами, она иногда ложилась в постель, что делало их ее горячими поклонницами или они начинали избегать ее кампанию.

Майер в период отдыха от Лили не был так раскрепощен из- за своего общественного положения и демонстративных акций не совершал. Как дежурные варианты он использовал интимную связь с Герой или Миркой. Иногда практиковал секс с Майей, особенно, когда она предлагала освоить новые приемы. У женщин постоянных партнеров не было, поэтому они ждали таких встреч. Правда, на другой день им приходилось отсыпаться и не ходить на работу или появляться во второй половине дня, но это их маленький праздник: они были красивы, сексуальны, способны доставить и получить удовольствие.

В первой половине последнего месяца года строительство и подготовка к заселению кандидатами и выборщиками в Верховные наставники было завершено.

Опасные выборы

Майер и еще четырнадцать самых значимых персон Оливии въехали в самое охраняемое здание Айвы. Здесь были одноместные номера, столовая, зал для голосования, совещательные комнаты и помещение для охраны на входе.

Всякая связь с внешним миром отсутствовала. Допускалось индивидуальное прослушивание музыки. Первый день был организационный. За длинным столом в зале для голосований собрались все выборщики. По регламенту старейшего из присутствующих, Бута, избрали председательствующим на этом и последующих заседаниях. Одновременно официально из их числа назначили четверых кандидатов в Верховные наставники. Для соблюдения баланса интересов в этот раз кандидаты представляли белую расу. Многие считали такой подход анахронизмом, но с учетом стремительного падения удельного веса белого населения Оливии парламент продлил норму закона о расовом представительстве. Причем избранными могли быть и люди с другим цветом кожи, если они представляли белое население.

Майер со многими из присутствующих был знаком. Среди них были и его соперницы на пост Верховного Аза и Анна. Они представляли два южных, наименее населенных континента. Третий соперник – Астур, типичный оливиец с коричневым цветом кожи, Верховный наставник Центрального материка.

Анна женщина неопределенного возраста хорошо за семьдесят, очевидно испытывала судьбу в последний раз. Высокая, худая, с черными длинными волосами и пронзительным взглядом, вызывала желание держаться от нее подальше, что и показало расположение людей за столом. Майер не стал устраивать с ней дуэль взглядов, но призадумался, кто мог бы стоять за ней.

Аза, представительница одного из древнейших народов Оливии, женщина лет шестидесяти, улыбчивая, приятной наружности, напротив, сдвинув кресла, о чем-то перешептывалась с выборщиком от Мегаконтинента.

После официальной части на столе появились напитки. Началось знакомство и общение присутствующих друг с другом. Хорошее вино быстро снимало некоторую натянутость, и скоро послышались смех и шутки. Шестеро из избранных были еще не старые женщины, что не могло не вызвать некоторые нотки наигранного флирта в отношениях с мужчинами.

Майер с бокалом обошел тех, с кем был знаком прежде, зондируя их настрой. По крайней мере, двое однозначно дали понять, что будут голосовать за него. Четверо от Мегаконтинента, с которыми ему удалось пообщаться были уклончивы, но сказали, что если он наберет пять-шесть голосов, то поддержат его.

Когда он уселся в свое кресло, чтобы обдумать план действий, к нему подошли две представительницы Мегаконтинента.

– Наконец-то можно поговорить со всемирной знаменитостью! – заговорила с ним та, что постарше. – Я Ритика, а это моя подруга Лила.

Майеру пришлось подняться и приветствовать женщин, попутно оценивая полноватые, но все еще привлекательные фигуры.

– Я тоже рад познакомиться с очаровательными женщинами, почему-то подвергшими себя добровольному заточению.

– У нас есть вино, мы примерно на одном социальном уровне и примерно одного возраста, почему бы нам не закрепить знакомство глотком хорошего вина и дружеским поцелуем? – засияла в улыбке Лила, подступив к Майеру и целуя его в губы. То же проделала и Ритика. Переход на дружеское общение окончательно был скреплен глотком вина.

– Только не думай, что наши голоса уже у тебя в кармане! —

Ввернула поправку Лила. – У нас еще есть время подумать.

– А я и не думал о ваших голосах. Ты и твоя подруга еще не в той поре, когда женщин можно ценить только по их полезности в деловом сотрудничестве.

– Ты это серьезно и можешь доказать делом?!

– Как только покинем это здание, ты сможешь ощутить мой неделовой интерес.

Хотя если у тебя хватит смелости, то можем и не откладывать.

– Ты готов рискнуть таким постом, чтобы переспать со мной?!

– А кто сказал, что я поставил на кон пост Наставника? Но я думаю, что надо сменить тему. Сюда идут те, что возможно, решительнее. – Майер указал еще на двух женщин, которые направлялись к ним.

– Мы еще поговорим, Ахан. А эти, что идут, думаешь, согласятся? Почему нет? Ты же звезда! Я подумаю. – Лила увлекла подругу в сторону от Майера.

Следующую пару женщин составили Аза и выборщик из Центрального материка Имана Силаси.

– Хочу представить тебя, Ахан, моей подруге Имане. Она из центрального континента. Возглавляет один из округов столицы Абеды. Возможно, она тебе тоже понравится, как нравишься ей ты. В списке твоих побед, по-поему, нет смуглянок.

– Похоже, самые красивые женщины политики собрались здесь, Имана.

– Вы тоже считаете, что для успеха в политике женщине достаточно быть смазливой, Ахан?

– Зависит от того, что она считает важным для себя, но для долговременной карьеры, конечно, важен ум. Учитывая должность, которую вы занимаете и перспективы, в вас сочетается удачный симбиоз ума и красоты. Ваша карьера и счастливая семейная жизнь тому подтверждение.

– Спасибо за комплимент. Вы вероятно, интересный собеседник. Налейте, пожалуйста, вина, я хотела бы еще поговорить с вами. С бокалами как-то все естественней выглядит.

– Пожалуй, я пойду, не буду мешать вашему общению. – Аза, улыбаясь, отошла от них.

– Спасибо, Аза, за помощь. – подняла руку Имана.

Майер, тронув женщину за локоть, увлек к столу с напитками, где протянул бокал с выбранным ею напитком,

– Странно, что мы раньше нигде не пересекались с вами, Имана.

– Пересекались, Ахан, и не раз. Но тогда бывало многолюднее во-первых, а во-вторых вас часто сопровождали красивые женщины, которые давали понять, что являются не только вашими коллегами.

– Возможно, некоторые из них, скорее, демонстрировали желаемое, Имана.

– Может быть, но мне, как и многим, вы интересны не только как мужчина, но и как личность. Вы сделали грандиозную карьеру, у вас необыкновенные таланты, вы, наконец, таинственны.

– Спасибо за комплименты. Ни от кого в таком количестве никогда не выслушивал, следовательно, не имею и опыта реагирования. Судя по вашим словам, наше знакомство будет носить не ситуационный характер, поэтому предлагаю перейти на «ты» с глотком доброго вина. Если сопроводите еще и дружеским поцелуем, это будет как печать на документе.

– Заманчиво, конечно, – улыбнулась Имана, – особенно на публике и в присутствии Астура, друга моего мужа.

– Что-то юношеский романтизм взыграл, Имана. Я готов перевести сказанное в аллегорическую форму. Мы просто обмениваемся бокалами. Отпив из моего, вы получаете взамен обычного бокала цветок, но в посуде. Согласны?

– Заинтригована и соглашусь!

Глядя на Майера огромными серыми глазами поверх бокала, женщина сделала глоток. Майер смотрел на нее и видел, как любопытство переходит в растерянность, а затем в гнев. В этот самый момент в руках Иманы появился миниатюрный алый цветок, помещенный в стеклянную посуду в форме бокала, и она вдохнула его запах. Вместо готовящейся злобной тирады, Имана выдохнула и даже как-то съежилась, словно прикрывая крошечный цветок.

– Это мой любимый цветок, но он в несколько раз меньше, чем в природе и запах другой, но тот, который мне нравится.

Прости, пожалуйста, Ахан. Я тебя поцелую, но позже. Пойду, поставлю у себя в комнате.

– Имана, поливать его не надо. Он и так долго простоит.

Женщина, прикрывая цветок, пошла к коридору. Майер бросил вслед оценивающий взгляд: она ему очень понравилась.

Но надо было продолжить работу, и он пошел в сторону выборщиков из Нового континента. Было важно понять их позицию и, может быть, чем- то заинтересовать. Их было двое.

Мужчина, заметно старше Майера, недавно стал Верховным наставником континента. Учитывая его возраст говорить, что в другой раз отдаст за него свой голос, было нереальным. Второй представитель – женщина незнакомая Майеру, очевидно, не профессиональный политик.

Майер представился и, не заморачиваясь, спросил, что они ждут от вновь избранного наставника. По старшинству и жизненному опыту отвечал Наставник.

– Ничего особенного. Был бы человек хороший. Вы же знаете, наш регион самодостаточный. От отчислений центра не зависим. Свои проблемы решаем сами, как и до образования Всемирной федерации.

– Соглашусь. Но мне-то еще далеко до возраста, когда личные проблемы начинают загораживать общественные или служебные.

– Что же такого загородили мои проблемы, Майер?

– У вас же четверть территорий подпадают в зону похолодания климата, а там десятки миллионов жителей. А программ по переселению или утеплению еще не существует, господин Качи.

– Это похолодание то наступает, то отступает сотню лет, а куда повернет в итоге, никто не знает. Так что, как только наступит прояснение, сразу возьмемся за программу, Майер. Но если вам известно направление, бейте в колокол, мобилизуйте власти Федерации, а мы всегда готовы приступить к исполнению.

– Вы не обижайтесь на Наставника. В это время года у него обычно проблемы с сосудами и головные боли. Поэтому он раздражен, а не от того, что вы разоблачили его инертность в делах, – вмешалась молчавшая до этого женщина.

– Вы можете дать мне свою ладонь? – Майер обратился к Качи. Тот пожал плечами:

– Зачем вам?

– А зачем при встрече жмут друг-другу руки? Здороваются, желают здоровья.

Я тоже хочу пожелать вам выздоровления. Давайте, давайте руку. Качи протянул руку, но Майер пожал не ладонь, запястье и держал секунд десять.

– Как вы, господин Качи?

– Слышал, что вы способны на чудеса, а теперь и убедился! Отпустило. Спасибо. А надолго это?

– На несколько дней, как минимум.

– Не уверен, что протянул бы эти несколько дней без госпитализации, но уверен, что вы приобрели в мне своего сторонника, спасибо!

Майер, пожелав Наставнику окончательного выздоровления, направился к Анне. Она разговаривала с Астуром, и они оба замолчали при приближении Майера. Он поздоровался с ними и заметил, что достаточно трудно будет им найти сейчас общую тему для разговора.

– В отношении нас с Анной вы, наверное, правы. Флирт мне и Анне несвойственен, но с женщинами, господин Майер, у вас получается совсем неплохо. Вы напрасно оставили это занятие. Без вашего внимания остались еще несколько дам.

– В чем-то вы и правы, господин Астур, но не я инициатор бесед с нашими коллегами, о которых вы упомянули. Что касается уважаемой мною Анны, то у нее, возможно, иное, чем у вас отношение к флирту. У нее развивается роман с интересным, не могу сказать, что с молодым, мужчиной, из своей Администрации. Причем, это не является секретом.

Анна зло сверкнула глазами:

– А это не твое дело, молокосос! Не рассчитывай, что тебе удастся взять верх надо мной. Порву и тебя, и твоих баб! – Анна резко развернулась и пошла из зала.

– Это правда, насчет Анны? – Удивился Астур.

– Дело может завершиться свадьбой. Особенно, если Анна возглавит Оливию.

Как вы, Астур, оцениваете шансы участников нашей группы.

– Если навскидку, без учета подводных камней, фаворит вы, дальше я. А женщины, особенно после вашей информации об Анне, для меня загадка.

– Предлагаю сделку, Астур. Если выяснится, что я лидирую по голосам, но не набрал требуемого количества, вы голосуете за меня. То же делаю я.

– Не возражаю, хотя и сомневаюсь, что дойдет дело до меня. У меня есть дополнительное условие. Не трогай Иману. Я дружу с ее мужем и вхож в семью.

И я не дам разрушить их отношения.

– Я тебя услышал. Обещаю, что из спортивного интереса тащить Иману в постель не собираюсь. Устраивает? Если получится иначе, то решать не мужчинам, даже если один из них муж.

Астур внимательно посмотрел на Майера, но промолчал, не стал развивать дискуссию. Текущий день можно было считать завершенным. Первое голосование назначено на следующий день. Майер не отнесся легкомысленно к словам Анны и войдя в отведенный ему номер, ручкой нанес магические знаки на двери, потолок и стены. Ночь прошла спокойно, не считая сильного удара в дверь ранним утром, от которого Майер подскочил на кровати. Осмотр показал, что замок выбит из гнезда и уже не запирает. Следов от удара тяжелым предметом он не обнаружил.

У него появились основания считать, что не только он имеет потусторонних покровителей.

«Кто бы там ни был, ему придется повозиться со мной», – решил Майер. После завтрака, он связался с администратором здания и показал дверь.

Администратор пообещал заменить дверь, провести расследование и обо всем доложить Майеру. Новость быстро распространилась среди выборщиков и на какое-то время стала темой номер один.

Всех любопытствующих Майер отсылал к администратору. После принятия большинством версии о хулиганстве и ненадежной охране смогли приступить к работе. Хотя были и конспиро- логические теории с предположениями о том, что все устроил Майер, чтобы привлечь к себе внимание.

Поочередно заслушали всех кандидатов и их программы. Задали множество вопросов, нередко личного характера. Анна на вопрос о возможных брачных отношениях реагировала адекватно и вызвала одобрение. Ничего сенсационного не случилось. После обеда и перерыва собрались снова на первое голосование.

Голосовали по старинке за ширмой. Каждый шел туда со списком, и отметив кандидата, опускал бюллетень в ящик.

Как и предполагалось, после подсчета лидерство захватил Майер.

По итогам голосования выборщики остались в зале, обсуждая результаты. Как и накануне, на столе были расставлены напитки и легкие закуски. Майер подошел к делегатам из Мега- континента. Старший по возрасту и положению среди них Пак Сен поздравил Майера с первым успехом:

– Хорошее начало, господин Майер. Я помню свое обещание и выполню его.

Завтра второй этап и мы отдадим за вас два голоса.

– Вы обещали четыре, господин Пак!

– Я помню. Завтра будет два, а если всего наберете восемь, то послезавтра вы получите от нас еще два голоса и станете победителем. Так вас устраивает?

– Вполне, господин Пак.

– Будьте осторожны, господин Майер. Мы не считаем, что дверь выбили хулиганы. Один из наших товарищей чемпион по боевым искусствам Континента, он может подежурить ночь в вашем номере, если согласитесь.

– Я ценю вашу заботу и внимание, господин Пак, и непременно воспользуюсь вашей помощью, когда возникнет потребность. А сейчас я хотел бы поговорить с администратором здания поэтому же вопросу. Спасибо за содействие.

Майер направился в кабинет чиновника. Здесь он не стал уделять время церемониям и попросил рассказать о предпринятых им действиях.

– Первое, дверь мы заменили и поставили стальную. Хотя по виду она мало отличается от остальных.

– Второе. Я опросил охрану, проверил записи с камер. Никого посторонних не было. К двери никто не подходил. Но, в разговоре с магами выяснил, что в указанное вами время они заметили движение неких энергетических сущностей.

По форме они напоминали кого-то из хищных животных с копытами на задних лапах. Маги сказали, что они не воины и не были готовы противостоять двум призракам. Поэтому они просто зафиксировали факт их присутствия.

– Поэтому дверь стальная?

– Да. Но как они проникли в само здание без шума, я не знаю. Третье. Я не знаю, что делать с выборами. Объявить о переносе, ввести вооруженную охрану, или собираться здесь только на период непосредственного голосования. Пока все здесь, они могут не ограничиться запугиванием или покушением вас. Они способны изменить весь ход голосования, воздействуя на более впечатлительных, чем вы. Вы согласны?

– Вы правы в выводах. Охрана не поможет. Доложите Председателю собрания. Если понадоблюсь, я буду в зале.

Майер оставил администратора и пошел в зал, где нашел свободное кресло. Взглядом он пробежал по окружающим, разыскивая Анну, но не обнаружил. Организатором нападения он назначил ее, хотя кроме общей угрозы «порвать», он пока ничего не мог предъявить. Как бы ни сложилось дальше, ему стало очевидно, что ему надо держаться от нее подальше. Обдумывая план противодействия, Майер не заметил, как к нему подошла Имана.

– У тебя от страха горло разве не пересохло после произошедшего? Почему сидишь без бокала? Привет, Ахан! – Женщина протянула ему бокал с вином и уселась на подлокотник его кресла.

– Зато у тебя смелость зашкаливает, Имана. На глазах у Асту- ра садишься чуть не на колени чужого мужика. Спасибо за вино.

– Не тащить же свободное кресло с другого конца зала. Поздравляю с первым серьезным результатом на выборах! С такими темпами набора популярности весь этот цирк долго не продлится. Кстати, цветок светится немного в темноте и поворачивает голову вслед за мной. Удивительно. И аромат чувствуется, в той половине комнаты, где он стоит.

– Ничего удивительного, если учесть, что я тоже поворачиваю голову вслед, когда вижу тебя. Правда, аромат не источаю, но впитываю твой, что меня устраивает.

– Но ты тоже нагловат, если учесть срок нашего знакомства.

– Дело не в сроках физического знакомства, а в возможном родстве душ.

– Да ты еще, тот ловелас, господин Майер!

– Извини, Имана. Видишь, администратор меня зовет. Деловой разговор.

– Расскажешь потом!

Председатель Бут, который тоже находился в кабинете администратора, сказал, что хотел бы выслушать соображения Майе- ра относительно дальнейшего проведения выборов.

– Считаю, что господин администратор прав, предлагая распустить выборщиков на ночь. А утром прийти и продолжить в обычном порядке. Причем, чтобы не привлекать внимание не оглашать случившееся и не сообщать прессе об изменении режима. Расселять выборщиков подальше от их знакомых.

Я останусь здесь. Все равно они меня разыщут. Здесь со мной останутся маги и предупредят, если они появятся. Желательно, чтобы поблизости находился магмобиль скорой помощи. Других сил не надо. Даже, если ввести сюда вооруженный отряд, они не смогут помочь. Убить меня они не смогут. У них недостаточно сил. А я физически и духовно подготовлен. Примерно так.

Бут, выслушав Майера, задумался, но потом согласился.

– Все, что вы сказали, господин Майер, в высшей степени самоотверженно. Я с вами соглашусь, но разговор должен остаться между нами, также как ваше намерение остаться здесь. Администратор предупредит магов и договорится о дежурстве медиков. Я проведу сейчас собрание и сообщу о своем решении. Я рад, что судьба свела меня с таким необыкновенным человеком как вы.

– Благодарю за вашу высокую оценку и доверие, господин Бут.

Выйдя из кабинета, Майер направился к Имане, которая расположилась в кресле.

– Сейчас, Имана, узнаешь все новости от Бута.

– А от тебя я не услышу комментариев?

– Лучше будет, если послушаем его.

Бут, встав на место председательствующего, сообщил об изменении режима работы выборщиков для обеспечения безопасности и необходимости оставить у администратора номера мобильников.

Еще, какое- то время пообсуждав новости, выборщики начали разъезжаться.

Имана, не отходившая от Майера, полюбопытствовала, куда он поедет.

– Возможно, домой. Там нет никого, кто мог бы, кому-то проболтаться.

– Это, конечно, покажется навязчивостью с моей стороны, но не могу не спросить: ты пригласишь меня в гости?

– Только не сегодня, Имана. Они охотятся на меня, и не знаю, чем это закончится, но то, что со мной ты можешь пострадать, это точно! Предполагаю, что завтра это будет безопасно.

– Я была готова услышать именно такой ответ!

– Если хочешь, мы можем где-нибудь поужинать, Имана?

– Спасибо, нет. Я поужинаю с Астуром. Он стоит, дожидается. До завтра, Ахан.

Майер по привычке посмотрел вслед Имане, но сожаления не почувствовал. На кону стояли его здоровье, жизнь и карьера, наряду с обязательствами перед Великим наставником.

Он успел поужинать в местном кафе до того, как оно закрылось, а затем вернулся в свой номер. Время было не позднее, но он почувствовал позыв ко сну и не стал противиться.

Разбудил его короткий звонок на мобильник. Шел третий час ночи. Майер несколько секунд полежал в постели, приходя в себя после сна, а затем совершил выход из тела и перебрался под потолок, оставив физическое тело внизу.

Ночник на стене продолжал гореть и Майер разглядел вплывающие в комнату фигуры. Их было две. Внешность соответствовала описанию, данному магами. Повозившись, они открыли дверь. Третья, в черном платье с капюшоном, походила на Анну и зашла после них в отворенную дверь,

Анна на мгновение нависла над телом Майера, а затем резко навалилась сверху и впилась зубами в его шею, придерживая руками за уши голову.

Одна из козлообразных сущностей стала погружаться сбоку в его тело. Боль пронзила всего Майера. Он никогда не думал, что зубы могут быть так опасны. Старуха тоже решила, что есть приемы опаснее укусов и извлекла из складок платья небольшой нож. Злоба ее переполняла. Будь она адекватнее, могла бы решить исход схватки резом по шее. Анна принялась наносить удары в область грудной клетки беспомощно лежащего тела. Астральный Майер взвыл и вцепился в «козла». Извлек его из своего тела и швырнул на стену. Следующим движением занял его положение сбоку и протиснулся на свое привычное место. В бешенстве от боли и унижения, что старуха может проделывать с ним такие вещи, он сбросил ее с себя и, поднявшись с кровати, встал на нее.

Следующим движением он поднял ее швырнул в сторону полуприкрытой входной двери, которая от удара издала глухой звук, задержав тело у порога снаружи.

Оставались два других противника. Один наскакивал с пинками и ляганиями копыт, ощущая которые Майер только охал. Другой снова стал втискиваться вовнутрь, добираясь до тонких тел. Майер от ужаса буквально выкатился из тела астральной формой наружу и теперь смог ухватить того, что вновь пытался проникнуть в его внутренности. Он рвал его на части, пока энергетические лоскуты не рассеялись в пространстве.

Вторая сущность была более искушенным бойцом, чем Май- ер и продолжала молотить теперь его распростертое физическое тело. Он понимал, что из этого месилова ему будет проблематично выбраться, несмотря на свое превосходство в весе и силе. Он истекал кровью, и каждая секунда забирала силы. Подручные Анны, как минимум, намеревались сделать его инвалидом. Астральный Майер направился в сторону второго «козла», надеясь, что тот смог сконцентрировать только конечности, чтобы наносить удары по физической поверхности. Тогда ему удалось бы повторить то, что он проделал с первым. Он пошел вперед, стараясь зажать сущность в углу. Когда ему это удалось, он бросился в ноги противнику и сумел ухватить за них. Прием получился, так как «козел» успел расслабиться и вернуться к варианту с астральным телом, собираясь одолеть человека. Но Майер был проворнее. Он издал победный вопль, дернул «козла» за ноги и повалил на пол. Не отпуская лягающих ног противника, он поднялся и раскрутил тело твари вокруг себя, как спортсмен молот, попутно задевая его головой стены, пока не приложил ее о стальной косяк двери, после чего тело окончательно обмякло.

Отшвырнув ноги от себя, Майер огляделся, разыскивая Анну. Не обнаружив, он поволок одного поверженного к выходу из здания. На улице, при свете фонаря, он осмотрел тело. Сущность, очевидно, сдохла. Анну, выбравшуюся наружу, он приподнял одной рукой и, не раздумывая, нанес сокрушительный удар в голову и отбросил её в сторону.

Вернувшись в здание, он занял свое физическое тело, и, превозмогая боль, позвонил старшему магу: узнал, сколько было нападавших и куда делся один из них.

Подтвердилось, что было трое, один сбежал, а двое повержены. Последней просьбой Майера было направить к нему медиков, после чего он потерял сознание. Очнулся он в больничной палате с ощущением, что на нем нет живого места. Любое движение доставляло боль.

Сиделка, заметив, что он очнулся, сказала, что ему лучше не двигаться, так как у него переломано много ребер и многочисленные раны и гематомы. А также пришлось пришивать оторванное ухо. Проспал он больше суток.

Майер осмотрел палату, насколько позволяли его двигательные возможности. Она не показалось ему достаточно безопасным местом после случившегося.

«Но кто, кроме его самого мог помочь себе?» – Вздохнув, через минуту он снова погрузился в сон.

Проснулся он от разговора рядом с собой. У его кровати стоял председатель их собрания Бут и мужчина в медицинской одежде.

– Вот и проснулся ваш герой, господин Бут! Можете поговорить, но недолго, раны болезненные, а я распоряжусь насчет обезболивающих инъекций.

После короткого разговора, Майер сумел убедить собеседника, что через два дня он будет достаточно здоров, чтобы участвовать в выборах.

– Господин Бут, если не считать моего недомогания, то обстановка сейчас самая благоприятная для быстрого завершения выборов. До нападения за меня были готовы проголосовать еще трое или четверо на следующем этапе. Надеюсь, они не передумали и не образовали новую коалицию. Если не воспользоваться моментом, то возможно создание очередной оппозиции.

– Мысли здравые. Я готов согласиться с вами. Завтра к вечеру вы сообщите мне о своем состоянии, а я приму решение. До свидания, господин Майер.

Майер расслабился после разговора с Бутом и вновь ощутил боль в теле и состояние беспомощности. Спустя несколько минут, в палату вошел какой-то медик, и сделал обещанную инъекцию, что привело Майера в бодрое расположение духа и уверенность, что все будет хорошо. Потом он снова отключился и с перерывами проспал до следующего дня. К руке был подключен аппарат для подачи физраствора.

Свое состояние он оценил, как у вполне здорового человека. Попробовав пошевелиться, он никаких болей в теле не ощутил. Майер подумал, что предстоит второй этап схватки. На этот раз с медиками, чтобы убедить их в своем выздоровлении и необходимости в выписке из больницы. Но, воевать не пришлось. Лечащий врач назначил несколько процедур, по результатам которых, к своему удивлению, признал Майера достаточно здоровым для долечивания за пределами стационара. Там, где были раны, остались розовые шрамы, на ребрах исчезли переломы и трещины. Гематомы приобрели желтоватый цвет и при нажатии побаливали, но это было не поводом для удерживания в больнице. После оформления выписки, Майера на служебной машине учреждения, доставили домой.

Первым делом он по мобильнику проинформировал Бута, о том, что он дома, а завтра прибудет к месту сбора. Тот был немало удивлен, но обрадован.

Теперь, устроившись в своем кресле, за столиком накрытом Майей для чаепития, Майер глубоко вздохнул, подумав, не заняться ли менее беспокойным делом, чем карьера в политике. Майя, которая как обычно сидела напротив, сообщила, что его спрашивает Имана.

Прямой номер Майера мало кто знал. Все звонки по любым адресам шли через Майю. Он несколько секунд раздумывал, потом взял трубку, протянутую помощницей.

– Ну, наконец-то, дорогой! Никто не знает, где ты находишься, или не говорят. Ты, что выздоровел?! Бут говорил, что у тебя переломаны все ребра, а ты снова в деле. Это правда?

– Ну, более или менее, Имана. Насколько и к чему именно готов, я еще не могу сказать. Если обычные бытовые и житейские дела, я с ними справляюсь. Вот сижу, пью чай, разговариваю с тобой. Причем и то, и другое не без удовольствия.

– А как ты отнесешься к очному разговору. Я хочу увидеть тебя. Завтра ты можешь сделаться знаменитостью, небожителем, тем из людей, которых знают все. Поэтому хочу перехватить тебя хотя бы в переходный период, пока не вознесся.

– А как Астур, а может и другие земляки?

– Пусть это тебя не заботит. Ты свои проблемы смог решить, а я решаю свои.

– Ладно, я отправлю за тобой своего помощника Филиппа. Сейчас сообщи Майе свои координаты.

Минут через сорок Имана сидела в кресле напротив, рассматривая Майера.

– Бледноватый только. А в целом, неплохо выглядишь. Шрам на шее даже украшает. Ты не хочешь рассказать, что произошло?

– Пытались устранить как конкурента. Физически или психологически, как получится.

– Ты знаешь, кто?

– Их было трое. Двое – это сущности параллельного мира, с третьей ты знакома. Очевидно, она их наняла.

– Ты не скажешь, кто она?

– Пока не скажу. Так безопасней для тебя. Давай-ка сменим тему на более приятную. Ты останешься сегодня у меня?

– Да, если приглашаешь. Впрочем, если и не приглашаешь, но не выпроваживаешь, я тоже останусь. Так ведь тоже бывает в жизни, Ахан, когда женщина готова проявить сексуальную агрессию? Извини, но я такое несу, что от себя не ожидала.

– И можешь показать, насколько эффектна физическая составляющая твоей агрессии.

– Мало, чего стоит слово, не подкрепленное делом, так дорогой? – Женщина быстро скинула с себя то немногое, что прикрывало тело.

– Туфли я, пожалуй, оставлю.

Светло коричневая кожа Иманы скрыла румянец от крови, прилившей к лицу, но Майер по розовато-желтому цвету ауры видел, обуревавшие ее чувства стыда и решительности. Правильные черты лица и полноватые губы, вьющиеся волосы, ниспадающие на плечи, а главное – это выражение лица и глаз, сочетающее волю и женственность, слегка вздернутый подбородок произвели впечатление на Майера. Естественно, он отметил красоту сорокалетнего тела.

Он поднялся с места и подошел к женщине. Коснулся ее правой рукой и мысленно представил одетой. Через секунду мысль материализовалась.

– Мы сначала поужинаем, – предложил Майер, – если ты не возражаешь. А сейчас присядь, возьми пульт заказов ресторана и сделай выбор.

– Я что-то, как девчонка погорячилась, извини, Ахан. – Растерянно поглаживая и одергивая на себе платье, говорила Имана. – Белье тоже на месте!

– Не будем терять время, дорогая. Утром-то на работу! – напомнил Майер.

К месту сбора ехали врозь с небольшим интервалом. Когда в зал заседаний входил Майер, раздались дружные аплодисменты. Выборщики, ставшие полукругом, приветствовали его. Встречали как родственника или друга. Мужчины жали руки, женщины обнимали. Глаза, подошедшей Иманы, лучились любовью, вызвав у Майе- ра сбой сердечного ритма. Обнимая он успел шепнуть ей в ухо

– Прячь глаза. Все выдашь!

После короткой вступительной речи, председатель Бут, предложил приступить к голосованию. Из делегатов отсутствовала только Анна. Было сказано, что по уважительной причине.

В итоге за Майера проголосовало одиннадцать человек при двух воздержавшихся и одном голосе против. После короткого банкета, довольные, что процедура завершилась, делегаты разъехались по своим делам, готовясь отбыть на места службы.

Через два часа Майера ждали на пресс конференции в одном из престижных отелей столицы. Инаугурация предполагалась после Нового года через месяц после выборов.

Поздним вечером Майер принял весть о том, что Великий Наставник хочет встретиться с ним. После бурных во всех отношениях суток, Майер меньше всего желал общения с ним, но не мог не подчиниться.

Встреча проходила в традиционном месте. У тела в квартире остались Майя и Филипп. Майер подумал, что надо бы решить с Наставником вопрос об охране из тонкого мира, учитывая, с каким трудом ему удалось взять верх в поединке.

– Ты оправдал все мои надежды, – заговорил наставник, возвышаясь над фигуркой ученика, – ты достиг большего, чем я мог предположить, учитывая мои возможности в оказании помощи. Теперь ты под надзором и моего Наставника, но его воля будет доводиться через меня. Твой вес в божественной среде возрос неимоверно. И только твой статус не богорожденного, а богосо- творенного мешает занять тебе соответствующее место у трона сына Божьего.

Теперь вопрос, который тебя беспокоил – о твоей защищенности. Того, что было, когда ты получил увечья, больше не повторится. То, что раны на тебе быстро зажили, это результат действия тех биологических добавок, которые ты получил от меня. Теперь ткани твоего тела в корне поменяются, а повредить их будет трудно любым оружием. Восстановление будет очень быстрым.

Теперь о других твоих возможностях. Твой физический рост на планете будет зависеть от твоего желания и необходимости. Там ты можешь стать до двух раз выше или ниже своего обычного роста, не теряя обычной подвижности. Так же могут стать длиннее руки, ноги, или другая часть тела. Ты можешь воздействовать на физические параметры других людей. Тебе нравится секс. Теперь обретешь неутомимость, и партнеры твои будут впадать в экстаз и восторг. Здесь в тонком мире ты будешь примерно одного роста со мной. Дальше мы станем скорее партнерами. Не буду перечислять все дарованное тебе. Скажу только, что в тебе разносторонний потенциал, а тебе предстоит его выявить и развить, чтобы не быть нищим, сидя на сундуке с драгоценностями.

Все это придет тебе в течение месяца. И еще одно. Все, что было в твоих видениях о главнокомандующем и президенте относится к твоей прошлой жизни. Как ты понял, она была не очень богоугодной, но в тебе была воля и умение достигать цели. Поэтому я тебя избавил от чистилища. Но в этот раз твоя цель, как и возможности, глобальные. Ты организуешь переселение моего народа на поверхность. Это будут не те эльфийцы, которых ты видел, а их слегка измененные потомки, способные жить и воспринимать поверхность Оливии. Праэльфийцы этого не могут, поэтому останутся, где обитают сейчас.

Кстати, ты уже начал воплощать в жизнь мой план. Лили, красавица, с которой ты жил, беременна от тебя. Она эльфийка, со слегка измененной ДНК с элементами вашей расы.

От тебя будет использоваться только геном, влияющий на пол ребенка, что позволит ее потомству прижиться на планете, и постепенно освоить ее всю, так как эльфийцы очень плодовиты, а через сотню лет станут заметной политической и экономической силой. Ты даже станешь свидетелем этой экспансии. Детали тебе расскажет сама Лили.

Твоя задача создать условия для роста и развития вашего потомства. Эта миссия секретна, ее преждевременное обнародование для нас с тобой обернется катастрофой.

А теперь возвращайся и празднуй. Ты заслужил награды и отдых.

Через полгода

Майер, став Верховным наставником Оливии, переселился в предоставленный ему особняк. Он не ожидал, что в таком мегаполисе могут быть такие уютные, полные зеленых насаждений районы. Ему предлагали другие, более скромные служебные виллы, но приглянулась эта. Именно в силу дороговизны участка земли под ним и цены обслуживания дома, ему пришлось взять на себя половину всех расходов. Два этажа, небольшой парк, площадки для авиатранспорта и занятий спортом, бассейн и другие удобства, скрашивающие быт важных и богатых людей, позволили Майеру осознать уровень, на который он поднялся. Сейчас он занимался только делами Федерации, если не считать заданий Наставника. Председательство в Правой партии он давно уступил одному из талантливых и преданных молодых людей.

С ним на вилле постоянно пребывали только Майя с Филиппом, не считая прислуги. Раз в месяц приезжала Имана. От общества Мирки и Геры он также не отказывался. Арендованное им у Шнабелей имение стало играть важную роль на первом этапе воплощения плана Великого наставника. Воспользовавшись ухудшением здоровья вдовы Шнабеля, он уговорил ее дочь Гала, забрать ее к себе в город.

Месяц назад он поселил на виллу Лили, которая принесла первое потомство новой расы. Тогда он и выяснил особенности детей и родов.

Детей было шестеро. По трое мальчиков и девочек. Дети были симпатичны и не отличались от других. Неприятным для Майера сюрпризом стало признание Лили о том, что вновь беременна. Ответ ее на вопрос, как это возможно, если она еще не могла зачать после родов, по настоящему огорчил его. Оказалось, что семя, которым он наделил, никуда не делось, а после родов в течение двух-трех месяцев вновь оплодотворит ее. Разозленный Майер решил тогда выяснить вопрос до конца:

– Скольких ты родишь на второй раз? И сколько времени это будет продолжаться вообще?

– Второй раз, скорее всего, детей будет восьмеро, так как первый раз прошло без осложнений. Процесс мог бы продолжаться почти бесконечно, но меня физически не хватит на всех. Я или рассеюсь, или меня ожидает физическая смерть.

Как мне сказали, я могу производить детей восемь-десять лет подряд. Или, в случае социальных, биологических кризисов перерыв может составить до восьми лет, но роды будут последние. Для новых детей мужчин или семени мне не надо. Рожать я буду каждый год. Из них три месяца на выкармливание младенцев, три месяца ожидание беременности и уход за детьми, шесть месяцев займет вынашивание. Тебе надо знать, что рожать я буду равное количество мальчиков и девочек. Другая особенность в том, что, повзрослев, они могут и должны вступать в половые отношения только друг с другом. Никаких изъянов в их потомстве не будет. Они будут физически развиваться очень быстро.

В десять-двенадцать лет им необходимо создавать семьи или жить общиной там, где это допустимо. Короче, дорогой, теперь ты знаешь все и все сделаешь, чтобы наши дети выросли и сами плодоносили. Забыла тебе сказать. Не пытайся вырастить гениев или искать среди них вундеркиндов. Это примитивная почва, из которой, когда- нибудь и прорастет что-то неординарное.

– Слушай, мать, ты среди других детей сможешь отличить своих?

– Я думала над этим. Смогу по запаху. Сам принюхайся, и ты поймешь. Есть, что-то, навозное. Хотя и не хочется говорить такое о собственных детях. Думаю, с возрастом исчезнет или изменится.

Майер после разговора понял, что на вилле детей надолго оставлять нельзя. Через несколько месяцев они должны попасть в другую семью.

Вернувшись в столицу, он в один из вечеров пригласил к себе Мирку. Он ее и Геру устроил на работу в аппарат Верховного наставника Оливии или, как привыкли называть его должность «ВНО», а его самого узнали под именем Ахан I

– Я постоянно о тебе скучаю, дорогой! – с чувством произнесла женщина, войдя в кабинет Майера и садясь к нему в кресло.

За эти годы Мирка только похорошела. Благодаря материальному достатку, она много средств и времени уделяла косметическим салонам и спортзалам. Майер знал, что ее привязывает не столько высокая оплата, которую он установил ей, но и искреннее чувство, которое он назвал бы любовью. Она была одним из немногих людей, которым он доверял.

Он распорядился, чтобы в столовой накрыли стол для ужина. Время было довольно поздним, но, несмотря на высокую продуктивность его работы, раньше он не мог освободиться.

Ахана I через несколько месяцев после вступления в должность считали самым эффективным Наставником за последние пятьдесят лет. Многочисленные связи с прекрасным полом только прибавляли ему популярности. Женщины, которых связывали с ним, становились знамениты и мелькали в светской хронике.

Можно было не сомневаться, что назавтра Мирка получит публичное подтверждение своего завидного для многих статуса.

– У тебя все хорошо, Мирка? – поинтересовался Майер после ужина за десертным вином.

– Настолько, что даже боюсь, Ахан. У меня есть ты, есть сын, я обеспечена. Я счастлива! Сегодня я с тобой! Все кажется невероятным!

– Тебя не беспокоит ревность к другим женщинам, которые бывают со мной?

– Почти нет. Я люблю тебя, и это принадлежит мне, кто может помешать любить тебя. Я догадываюсь, что ты не любишь меня, но также не испытываешь любви и к другим женщинам, которые есть у тебя. Так что я счастлива вполне.

– Я рад за тебя и за себя, что у меня есть такая умная женщина. Я расскажу, что хочу от тебя, а ты, о том никому не передашь.

Майер изложил свой план, по которому Мирка должна была организовать взращивание потомства Лили. На первом этапе это передача годовалых младенцев на воспитание в приемные семьи группами по шесть-восемь детей.

На втором этапе, достигшие десяти-двенадцати лет дети, а по меркам эльфийцев – молодые люди, из семей перемещались в преимущественно двухкомнатные квартиры на территории Райского города Ахан. Задачей Мирки было организовать строительство там нескольких домов для проживания эльфийцев. Майер предполагал, что они сами будут там зарабатывать на жизнь. Для удержания молодежи в рамках общепринятой морали, он планировал подключить к их воспитанию церковь Бодра. Именно в тех краях она была наиболее популярна.

Естественно, в их среде необходимы как формальные, так и не формальные лидеры, которых придется подбирать. К концу разговора Мирка приуныла.

– Я не справлюсь, скажу сразу и честно. Не хочу подводить тебя. Скажи мне: «пожертвуй собой, Мирка. Это надо для меня.» Я готова на это! Но то, что ты просишь. Не знаю с какого конца браться. Там такие деньги требуются. Надо уметь управлять людьми и организовывать какие-то процессы. Я с трудом справляюсь с сыном, а тут такое.

– Не разочаровывай меня, Мирка. Ты будешь не одна. Ты знакома с Гала. Она в тех краях член правительства и поможет тебе. Твое дело слушать специалистов. Мне нужен именно преданный, а не знающий человек. Знающих много. С тобой поедет Филипп. Он знает о строительстве все.

Я скажу ему, что нам нужно. Дело, которое я затеваю долговременное. У тебя повысится доход, так как после окончания строительства, займешься коммерцией. Будешь сдавать в аренду квартиры. А если смотреть шире, то сможешь передать этот бизнес сыну. Не вечно же ему заниматься мордобоем. Что скажешь?

– Ты меня не бросишь, если поначалу не все получится, Ахан?

– Посмотрю, как убедительна будешь в оправданиях.

– Ну, тогда я начну прямо сейчас, авансом!

Офис Верховного наставника находился в самом центре города и располагался в одном из красивейших зданий. Понятно, что это не был дешевый типовой проект. На двадцати этажах были представлены отделы, охватывавшие деятельностью основные направления экономики политики и культуры. Но так как всем известно, что бюрократия имеет обыкновение разрастаться, в городе было еще несколько зданий наполненных федеральными чиновниками. На другой день Майер из своего кабинета связался со знакомым бизнесменом Болта и попросил дать гарантии банку под кредит на строительство своей сотруднице.

Далее он переговорил с Гала и попросил приехать в ближайшее время на денек в гости.

– Похоже, я снова начинаю котироваться в твоих глазах, Ахан? Полугода не прошло, как вспомнил, – съязвила Гала, – или там всех баб перетоптал?!

– Тебя я не забывал и всегда помню. Не забывай, что сейчас у меня свободного времени совсем мало. Работаю с утра до десяти вечера. Кстати, что за упреки. Могла бы и сама позвонить.

– До тебя дозвонишься! В лучшем случае до Майи, если пользоваться номером председателя правительства. А эта стерва заявляет, что твой график расписан на недели вперед.

– Открою секрет. Отправляй письменное сообщение. Я ей скажу, чтобы она передавала мне его в первый же день. Как возьмешь билет, сообщи Майе, она отправит за тобой в аэропорт машину. Я предупрежу. До встречи.

На следующий день Майеру предстояло принять участие в заседании нижней Федеральной палаты. Он решил послушать, как будет проходить презентация нового законопроекта о развитии Райских городов. Один такой функционировал на границе Свабии и Галнии более пяти лет и обрел большую популярность.

Название «Ахан» первый город получил по имени своего духовного отца Майера и служил образцом реализации замыслов либералов о свободе от опеки государства.

С точки зрения Майера, который кроме службы интересам Федерации в целом, был вынужден неявным образом защищать общество эльфийцев, проект оказался универсален и выгоден всем. Эльфийцы получали необходимую им тонкую энергию человека, а люди свободу, о которой так пеклись.

Теперь он хотел добиться государственной поддержки этого проекта и узаконить основные положения по организации деятельности таких городов.

Майер еще раз перечитал законопроект и внес правки. Взгляд в правый угол компьютера показал, что его ожидает еще более пятидесяти документов. В течение остального дня могло поступить еще столько же. Десяток из ожидающих срочные, подлежащие немедленному рассмотрению. Он мысленно поблагодарил Майю за ее умение предварительно вникнуть в получаемые документы: завернуть сырые, а по остальным составить заключения с рекомендациями. Причем ее заключения были написаны языком понятным дилетанту в экономике, каким он себя считал.

Ее действия откладывались в памяти у Филиппа, поэтому при необходимости он мог ее подменять. Такое случалось, когда у нее случались небольшие неполадки, или возникала необходимость в профилактике.

Личные приемы у него были редки. Только тогда, когда он сам приглашал.

Разнообразили его жизнь многочисленные поездки, которые он совершал по всему миру, участвуя во всевозможных торжествах или, напротив, в траурных мероприятиях. Непременной участницей становилась Майя. Она и составляла тексты речей его выступлений.

За эти годы они научились понимать друг друга с полуслова, как бы странно это не звучало в характеристике отношений андроида и человека. Она его совершенно перестала стеснять, как это случилось бы в отношениях близких супругов. Окружающие знали, что Майя андроид и несколько опасались ее.

Она не щадила самолюбия окружающих и говорила в глаза все, что думает. Они не сомневались об осведомленности ее шефа об уровне их компетентности в делах, которые вели. Особенно после серии увольнений.

Гера продолжила работать и здесь в должности администратора и спуску никому не давала. Перекуры, чаепития, компьютерные игры в рабочее время сошли на нет. Мирка стала ее заместителем, завершив, таким образом, их старый спор о том, чья должность выше.

Женщины считали, что новый Наставник знает толк в женщинах, если привел с собой таких красоток.

Майер, полагая, что следующий рабочий день сократит, проработал в офисе до полуночи, а потом поинтересовался у Майи, ехать ли им домой или уже заночевать здесь, в комнате отдыха. Майя не раздумывала и сказала:

– Я увезу тебя домой. Там лучше отдохнешь. Посиди, я предупрежу водителя мага, чтобы готовился в дорогу.

Дороги оказались свободны, хотя это роли не играло, в сопровождении полиции им пробки не грозили. На вилле Майя организовала ему ванну, сделала массаж и, несмотря на поздний час, накрыла стол с легким ужином.

– Ты лучшая из мам, Майя!

– Хочешь, я останусь с тобой и стану, если не лучшей, то хорошей любовницей?

– Спасибо. Воспользуюсь сонливостью и отключусь. Я все же не на батарейках.

Майя пошла в свою комнату и раздевшись, чтобы не мять одежду, легла, поставив аккумуляторы на режим экономии.

Рассмотрение по проекту Райский город проходило в парламенте в первой половине дня. Майер, как обычно, с помощницей, по приезду занял место Наставника. Объявление об его присутствии было встречено аплодисментами и вставанием депутатов с мест.

С речью выступил представитель Наставника в парламенте и перечислив все достоинства проекта, попросил принять его.

Майер вообще мог приехать после дебатов, чтобы высказать свое мнение, но ему хотелось услышать отзывы о законопроекте от депутатов, а не публикаций.

Как ни странно, выступления оказались толковыми и по существу. Не было речей с целью самопиара. Поэтому Майер не стал дожидаться окончания всех выступлений записавшихся, а попросил у председательствующего слова. Он не пошел к трибуне, а выступил с места.

– Я стоял у истоков создания первого города такого типа. Он неофициально носит название Райский город именно потому, что порядки и жизнь в городе в наибольшей степени соответствует либеральным воззрениям современности. Эта оценка касается работы, отдыха граждан и того, что относится к взаимоотношению полов и семейной жизни. Важнейшее место там занимает регулирование сексуальных отношений. Можно сказать, имеет место отсутствие всякого их нормирования. При этом осуществляется жесткий контроль за возможным насилием и неотвратимое наказание. Это город с одним из самых низких в мире уровней преступности.

Город растет и процветает, не требуя бюджетных расходов. Налоги разных уровней поступают в казну города и обеспечивают все социальные потребности.

Туда стремятся люди всех возрастов со всего Северного полушария. Менее чем за пять лет постоянная численность населения перевалила за восемьдесят тысяч человек. Избегая хаотичной застройки, мэрия города приняла решение развивать строительство только по генеральному плану, в ущерб стремительному, но беспорядочному росту. Поэтому очередь туристов для недельного посещения достигла нескольких десятков тысяч человек. Сейчас для удовлетворения спроса строятся временные быстровозводимые модули. Но боюсь, что это приведет только к увеличению спроса.

Таким образом, предлагаемый законопроект вберет весь накопленный практический опыт и даст юридическое обоснование шагам в развитии либерализма и свободы. – Завершив выступление, Майер поблагодарил за поддержку и понимание.

Возвратившись в свой офис, он остался доволен настроем депутатов, очевидно, готовых поддержать его законопроект. Получалось, что одним ударом он расширял свою политическую базу и решал проблемы эльфийцев рассчитывая использовать новые города, как источник тонкой энергии для них.

К вечеру Майя доложила, что машина ушла в аэропорт, а Гала через час прибудет на виллу. При этом Майеру послышалось, что в ее голосе были нотки недовольства. Тем не менее, он предупредил, что уезжает на виллу, а она должна вернуться в обычное время.

Дома он успел до ее приезда принять душ и заказать ужин исходя из ее прежних предпочтений. Он решил встретить ее в шортах и майке, вошедшей в моду в этом году. Ее подарила Мирка. Позже спохватился, что придется объясняться, как он услышал крик моды, и сменил ее на традиционную для себя рубашку.

Гала вошла без стука в дверь с дамской сумочкой через плечо. Одетая в костюм деловой женщины, она имела отпугивающе серьезный вид, но сохраняла идеальную для своего возраста фигуру, с в меру полными бедрами, обтянутыми юбкой из легкой ткани.

Майер пошел к ней раскрыв объятия, но она, проигнорировав, подставила щеку для поцелуя.

– Я так устала от дороги, дорогой!

Раздосадованный Майер чуть коснулся губами ее щеки.

– Проходи, Гала, присядь потом пойдешь в ванную с дороги.

– Ой, что это?! – Женщина уставилась на юбку, оказавшуюся на полу, у ее ног. На ней оставались пиджак и полоска ткани, прикрывающая промежность.

Майер улыбался:

– Слушай, а так привлекательней: пиджак и трусы!

– Не смешно! Пуговица отлетела. Хорошо не на улице.

– Теперь точно ступай в ванную, там есть халат.

Раздражительность Гала прошла не скоро. Ужин, где были ее

любимые блюда и редкие вина из погреба виллы смягчили ее. Да и пуговица на юбке оказалась цела и невредима. Майер не стал признаваться, что это была его шутка, чтобы заставить ее сменить капризные повадки.

Дело, ради которого он пригласил Гала, он решил перенести на следующий день.

Иногда досаду, связанную с одной областью деятельности, когда нельзя или не получается отквитать там же, переносят на другую ситуацию, где возможно это сделать, хотя и не будет найдено связи, отчего бы это.

Майер устроил Гала вечер, а затем и ночь секса, демонстрируя высвобождение страсти. Утром, во время завтрака, когда она нашла в себе сил сконцентрироваться, объяснил, чего он хочет от нее.

– Я, конечно, помогу, и Мирка получит землю, а с чего вдруг, она решила сделаться предпринимателем?

– Пока секрет, но тебе приоткрою. Есть проект по получению людей будущего. Первая группа сейчас на твоей вилле.

Чтобы они не ассимилировались, не начав толком размножаться, они будут жить пока в тех местах. Кроме обычной школы воспитанием, займется и церковь Бодра.

Вкратце это все. Получится там, значит, проект может иметь продолжение.

– Кто затевает проект и финансирует?

– Финансов пока нет, все в кредит, но дело, как минимум, должно окупиться, с людьми будущего или без них. За проектом очень влиятельные личности.

– Будут ли акции?

– Со временем это возможно.

– Ладно, если от старости еще не помру, скажешь, когда их пустят в продажу.

– Не сомневайся!

– Ты был великолепен этой ночью, Ахан! Временами, я кажется, вовсе была в отключке. Ты не забывай меня, устраивай время от времени такую встряску для души и тела.

– Ты уверена, что выдержишь?

– Пока еще могу, если не каждый день.

– Если не секрет, почему твой второй брак быстро рухнул?

– Знаешь, поначалу муж показался похож на тебя и внешне, и характером.

Потом из него полезло то, что мне не понравилось. Секс изначально особо не радовал.

Когда родила сына, решила, что хватит терпеть. Отношения с тобой и на расстоянии устраивают больше, чем совместная жизнь с ним. Сам посуди.

Я далеко не профессионалка в своем деле, есть лучше, но меня не трогают, потому что знают, кто за мной стоит. Вот ты пригласил меня к себе, и все догадались, а сегодня и будут знать, что за мной по-прежнему стена. Знаешь, как слухи ходят?!

Иногда ты устраиваешь для меня такие вот ночи или дни. Впечатления от них у меня остаются надолго. Когда я рассказываю о них подругам, они не верят и завидуют. Может, устроим как-нибудь для них презентацию?!

– Возможно, а сейчас мне пора на работу, Гала. Считай на ближайшее время задачей номер один содействие Мирке. А через месяц, если у вас будет получаться, приеду с проверкой, заодно устрою и смотрины твоим друзьям.

Оливия. 12 лет спустя

Майер появился в парламенте на слушаниях законопроекта о поселениях, не объявляясь. Шли дебаты. Сам закон, в силу небольших трат на его реализацию, споров не вызывал. Но вот проблема снижения рождаемости, на решение которой рассчитывали с принятием его, стимулировала небывалую активность депутатов.

Тенденция в сторону старения наметилась давно и последние лет двадцать только усиливалась.

Смысл предлагаемых мер по инициативе Майера заключался в строительстве поселений, на манер перинатальных центров, в которых бы селили преимущественно женщин и трансгенде- ров готовых рожать за определенную плату. Там должны были создать оптимальные условия для экстракорпорального оплодотворения и последующего вынашивания детей. Там же стояли бы цеха с аппаратами для внематочного выращивания детей. Собственно, все это практиковалось во многих штатах Оливии. Строительство поселений позволяло поднять качество получаемого потомства и давало начало новой отрасли экономики.

В последующем детей передавали бы в приемные семьи. Желающих избавиться от нежелательных беременностей также предполагалось принимать там же, сохраняя и выкармливая плод. Был предусмотрен ряд и других мер.

Майера, по сути, не интересовали общие проблемы рождаемости. Его беспокоила плодовитость эльфийцев. Сейчас, через двенадцать лет после появления в свет первых младенцев новой расы, эти самые первые начали сами рожать. Их было более тридцати пар, и они из сотни особей через десять, двенадцать лет могли достичь численности в сотни пар. Что касается Лили, Майер с облегчением встретил сообщение о том, что она пропала. Вилла Шнабеля снова обрела значение старинного семейного гнезда, а Марта, его вдова смогла переселиться в свои покои.

Под руководством Мирки в городе Ахан для приема и расселения эльфийцев было построено несколько домов, но этого хватило бы только на несколько лет. Да и плодовитость непонятно откуда взявшихся молодых людей вызывала бы вопросы.

С появлением перинатальных поселений часть вопросов и задач снималась.

В последующем, эльфийцев можно было расселить по всем штатам и континентам.

Посидев с часок в парламенте, Майер также тихо покинул зал заседаний. Он понял, что законопроект пройдет и избавит его на какое время от головной боли. Оттуда он направился в офис, чтобы поработать еще. Назавтра он ждал Иману с дочерью и хотел сделать себе полдня, а то и день выходным.

Сегодня в офисе на месте Майи сидел Филипп. Майя проходила очередную модернизацию, хотя Майера ее функциональность вполне устраивала. По интеллектуальным возможностям она превосходила большую часть современных андроидов. Специалисты объяснили, что со времени последней модернизации прошло больше десяти лет. Появилась более совершенные датчики и приборы для роботов, что позволит улучшить ее потребительские качества с учетом новых профессиональных и бытовых требований к ней. Майеру пришлось составить перечень таких требований и качеств. Соответственно, требовалась разработка новых программ. Увлекшись, в процессе этой работы, он задумал вернуться к опыту, когда Великий наставник к Майе подселил душу молодой женщины, погибшей в дорожной аварии.

Но та сущность давно обрела свой путь, отделившись от андроида, и без ее участия в деятельности Майи, было скучновато. Не хватало элемента непредсказуемости.

Майер даже подготовил несколько вариантов одушевления Майи теперь ждал ее возвращения. Один из вариантов заключался в использовании кого-то из эльфийцев.

С целью лучше узнать их психические и физические способности, Майер пару таких особей разместил на вилле для несения охранных функций. Правда, им пришлось пройти обучение, а теперь они дежурили на территории виллы.

Каждый вечер он принимал их доклады. Когда он выслушал парня и девушку впервые, он больше внимания уделил внешности эльфийцев. Он попросил их раздеться донага и убедился, что по сложению они не отличаются от других людей. Майер ощупал их кожу и мышцы, откуда пришел к заключению, что телесная ткань более плотная и грубая и скорее походят на его собственную, чем на присущую остальным людям.

На свой вопрос о половой жизни он получил утвердительный ответ и признание, что они предохраняются для предотвращения беременности, так как не готовы к несению тягот по воспитанию детей. Внешний вид эльфийцев соответствовал двенадцати, тринадцатилетнему возрасту.

Майер был немало удивлен зрелостью суждений молодых людей. Но оказалось, что преждевременно. Они сообщили, что почти все остальные соплеменники готовы рожать, а многие беременны. Он взял этих себе на заметку и узнал, что девушку звать Лиса, а партнер Марти.

Майер привычно обратил внимание на женское тело. Оно производило впечатление заряженности энергией для любых действий, будь то схватка, секс, рождение детей или лазание по деревьям. Ему понравилось и ее красивое лицо, чем-то напомнившее Лили. От обоих он взял биоматериал, для получения ДНК и сравнения со своим. Он решил проверить слова Лили о том, что он не отец представителей новой расы.

Майер не хотел иметь сомнительную славу такого родоначальника.

Позже, когда молодые люди освоились с жизнью вне привычной среды, вдали от соплеменников, он стал привлекать их в качестве посыльных для частных дел. Вот и завтра встречать Иман ехал Марти в качестве водителя магмобиля.

В отсутствие Майи часть ее функций была возложена на официальную приемную.

С учетом режима его работы там каждый день поочередно сидела пара секретарей. Зайдя в приемную, он распорядился, чтобы на следующую неделю подготовили его поездку на северный континент и собрали бы все вопросы и задач, которые надо решать на месте.

Среди дел, которые его ждали, основным он считал встречу и разговор с главой новой церкви Бодром. Менее чем через три года Майер должен был покинуть пост Верховного наставника Оливии, но публичную деятельность он прекращать не собирался. Руководить Правой партией ему казалось недостаточным, чтобы иметь значимость политика в планетарном масштабе. Одним из возможных вариантов оставалось духовное лидерство. Стать неформальным главой новой церкви. Бодр превосходный администратор и проповедник. Пусть он им и остается. Божества нуждаются в глашатаях и пророках.

За годы обладания невероятной властью и влиянием Майер так привык к роли вседержателя, что любое другое занятие, за исключением, может быть, божественного, казалось ему недостаточно значимым. Положение Наставника в отставке позволяло сохранять ему знаки внимания и блага, которыми он обладал, например, обращения по прежней должности «Наставник», но лишало главного для него – власти. За эти годы ему удалось развить многое из потенциала, которым его наделили высшие силы. Сейчас ему трудно было представить на своем месте иного, пусть и достойного в глазах других, но незначительного в сравнении с ним.

Утро следующего дня для Майера началось, как обычно, около половины седьмого утра. После гимнастики он перешел к практикам. Ввиду отсутствия регулярных занятий, нередко приходилось утро уделять магии. Первым упражнением стала телепортация из одной точки территории двора в другую. Для этого ему пока требовалось видеть эту другую точку. Куда-то дальше он не решался, боясь не попасть по адресу и вовсе не вернуться. Закончив, на его взгляд, самую рискованную часть тренировок, он приступил к следующему этапу.

После чтения короткого заклинания он раздвоился и, оставив тела под магической защитой, переместился двумя фантомами в разные края Оливии. Один фантом побывал на Центральном материке, где смог убедиться, что Имана и дочь направляются в аэропорт. Другой, в это время переместился в Ахан. Мирка спала, но охрана отелей была начеку.

Потом он облетел город, большая часть которого еще погружена в сон. Первый фантом в это время перемещался по городам Нового континента. Там был вечер, и ночные приключения только набирали силу. Ему удалось предотвратить одно такое, когда смог остановить попытку ограбления прохожего, столкнув преступников лбами и отправив их в нокаут.

Через короткое время оба фантома вернулись в исходную точку и прошлись по городу и его окрестностям. Один особое внимание уделил офису Майера, проинспектировав его сверху донизу. Ничего серьезного он не обнаружил, если не считать нескольких разнородных мелких паразитических сущностей, питавшихся энергией чиновников, устраивая разборки между ними. Запомнив, где они гнездятся, он прошелся по адресам людей, записавшихся ему на прием. У командированного из Мегаконтинента, он увидел, что одно из его внешних энергетических полей не обладает нужной однородностью, и заподозрил, что тот является носителем некого искусственно подсаженного организма. Майер решил вовремя приема протестировать феномен.

Второй фантом исследовал специалистов, занятых программированием Майи. Она находилась в кибернетическом центре Северного континента. Майер исследовал лабораторию, где обнаружил свой андроид. Он был гол и недвижим на кушетке под простыней. «Как покойник» – пришла Майеру мысль. Показалось даже, что-то накатило изнутри. Они столько лет были вместе. Майер, подойдя отвернул простынь и присел от неожиданности, когда оттуда выскочило нечто превосходящее его ростом и впилось в него всеми конечностями. Майер опрокинулся, изо всех сил пытаясь оторвать от себя тварь. Но это было бесполезно. Пальцы, а может крючья, на конечностях впились в него намертво. И конечностей было даже не четыре, но пять или шесть. «Кажется, конец!» – мелькнула мысль. Майер издал вопль, который не был услышан в материальном мире, а в тонком никто не мог помочь.

В невероятно огромных мирах по его человеческим масштабам он был одинок. Он боролся со смертью, когда пробирался на свет по родовому каналу. Теперь боролся, чтобы остаться на этом свете, но во втором случае, похоже, акушеров нет.

Силы стремительно покидали его, когда он ощутил ослабление хватки. В следующую минуту нечто расположившееся на нем было удалено, а сам он с благодарностью взирал на своего двойника, стоящего возле него. Рядом лежало тело эфирного хищника, почти перерубленное пополам.

Оба фантома рассматривали его поворачивая из стороны в сторону. Голова напоминала морду хищного зверя, какие бегали по заповедным лесам. Вряд ли в таком теле гнездился сильный интеллект. Типичный убийца, но способный поддаться дрессировке.

Таково было заключение фантомов. Направление мышления у них совпадало. Оба почувствовали необходимость отдохнуть и прийти в себя. Позже, за утренним тутом, Майер соображал, почему его первое тело оказалось неготово противостоять хищнику, хотя у него также был энергетический меч. «Конечно, элемент неожиданности. Хотя знал, что не прогулку совершаю» – решил Майер. Но теперь он убедился, что не так одинок, как показалось, когда доживал последние секунды.

Очевидно, что кто-то готовит киллера и неизвестно, чем все бы закончилось не будь его двойника. Сейчас все больше убеждался, что нуждается в охране из тонкого мира.

Обращаться к Великому наставнику не хотелось. Он чувствовал, что может справиться сам. Следовало обдумать и связать охранные функции с Майей. Тем более, что в этот раз источником смертельной угрозы стала она. В итоге он решил начать подготовку после отъезда Иман. С момента первого покушения на него прошло больше двенадцати лет.

С тех пор ничего подобного не повторялось до сегодняшнего утра. Организатор предыдущего инцидента Анна умерла от полученных травм вскоре после нападения. Теперь, получается, появился новый враг.

Майер решил подключить свою службу безопасности. Он вызвал начальника охраны и рассказал о случившемся. А чтобы не выглядеть в его глазах шизофреником, вспомнил свою схватку с киллерами Анны.

– Случай не рядовой и оригинальный, Рудис. Даю вам две недели, чтобы разобраться и разыскать виновных. Чтобы вы быстрее поняли, с чем столкнулись, я бы советовал встретиться с магами. Они могут подсказать, что это была за сущность и может ли подготовленный человек подчинить ее себе, для последующего использования.

Через два дня жду вас с обоснованными версиями. Понятно, что услышанное и ваши действия не подлежат огласке. Анализы для определения ДНК молодых людей и свой на предмет отцовства он также передал ему. Как позже выяснилось, опасения его по поводу ДНК не оправдались.

Закончив разговор с Рудисом, Майер пошел переодеваться, скоро должны приехать его гости. Свою дочь, которую Имана назвала в честь матери Нефрис, он не видел несколько месяцев, и очень хотел встретиться, даже не будучи сентиментальным.

Он прошел и проверил комнату, предназначенную для девочки, и остался доволен работой дизайнера и рабочих. Горничная поставила на стол кувшин со свежими цветами.

Майер озаботился и распорядился, чтобы и в его комнате, где расположится Имана, тоже были цветы. Во дворе раздался гудок магмобиля, и он стремительно пошел из помещений, досадуя, что прозевал момент приезда.

Его шоколадные девушки в сопровождении Лисы направлялись к дому, ему навстречу и через секунду оказались в его объятиях. Покружив их немного, Иману он поставил на землю, а с дочерью на руках двинулся по коридорам виллы в сторону зала.

Весь остаток дня Майер не расставался с гостьями. Они побывали у него на работе, в парке и зоопарке, в бассейне. На следующий день у Нефрис были намечены встречи с известными магами. У нее обнаружились способности в этой области. Имана утверждала, что ее мать – бабушка девочки занимается колдовством и ее способности передались внучке. Она хотела понять, насколько перспективен ее потенциал, чтобы тратить время на его развитие.

Вечером утомленная Нефрис рано отправилась спать, освободив родителей от их обязанностей.

– Ты мне меньше времени уделял, чем Нефрис! – заявила Имана, устроившись на коленях у Майера в его комнате.

– Оно и понятно. Девочка бывает у меня раза два-три в год, а ты ежемесячно.

– Да, но у нее есть бабушка, у нее есть дедушка, у нее куча всего, чем она может заниматься и занимается в свое удовольствие. А у меня из удовольствий осталось только твое внимание, а ты еще и скупишься.

– Зато теперь весь вечер и ночь я не дам тебе повода для жалоб.

– Приступай и подтверди, пожалуйста, делом. А ты придумал, что-нибудь новенькое или будет повторение пройденного материала?

Майер встал на час позже обычного времени. Немного полюбовавшись на него, Имана заснула на полуслове. Он настроил будильник для нее и пошел проведать дочь. Та пока не проснулась.

Майер объяснил Лисе, что ей делать, когда гости поднимутся. Следом он проинструктировал Марти, чтобы оставил их на машине, куда скажут. Выпив чашку тута, Майер отправился в офис. Пока помещения не наполнились служивым людом, он, оставив свое тело в кабинете, с мечом прошелся по помещениям, где видел энергетических паразитов. Он не стал их рассекать, как сделал это в лаборатории, а переведя оружие с постоянной номинальной мощности на мощный импульс попросту рассеивал их в пространство.

Майер вернулся в свой кабинет к началу рабочего дня. В приемной он предупредил, что должен появиться некто из Мегакон- тинента и попросил выяснить о нем все до того, как он войдет к нему в кабинет. Второе его распоряжение содержало указание провести приезжего через комнату ожидания. Далее день пошел в обычном ритме. На чашку тута позже пришла Гера, поделилась услышанными в офисе разговорами посетовала, что старовата, видно, стала для некоторых друзей. Майер подумал, если подойти творчески, то можно не отрываясь от работы, отправить фантом в гости к Гере, но вслух обнадежил, что надо бы и встретиться.

Следом вышла на связь Мирка. У нее тоже было все в порядке. По мере роста численности детей в семьях, она переводит их в квартиры с большей площадью.

– Сейчас их около ста человек, если можно так их назвать. Каждый месяц или полтора кто-то ложится в роддом.

– Как с деньгами?

– Доходы стабильные. Часть, как ты и говорил, трачу на поддержку Новой церкви и эльфийцев. Мужики у них, кто проходит по возрасту, все работают. Похоже, что часть занята на секс услугах у возрастных дам. Получается, что ночью трудятся на своих грядках, днем по найму.

– Я скоро буду в тех краях. Увидимся, Мирка.

Эти женщины нечасто отвлекали Майера от того, что он считал делом, но были преданы и служили верой и правдой. Он же избавлял их от забот о хлебе насущном и делал защищенным их будущее.

После обеда ему доставили сведения, о которых он просил, по приезжему из Мегаконтинента. Оказался президентом консорциума крупнейшего штата континента с проектом по возведению многомиллиардного предприятия по добыче ископаемых на ближайшей планете. Никакой политики. Тем не менее, в себе он нес нечто подозрительное.

Майер обдумывал, как поступить. Если отдать в руки службы безопасности, смогут ли они получить сведения и понять, кто за этим стоит, не показав, что задуманное кем-то раскрыто. За это говорило то, что вещь имела искусственное происхождение и специалисты смогут лучше понять ее назначение. Но оставался вопрос, получится ли разговорить его. Майер связался с техническим отделом службы безопасности и изложил проблему.

Ввиду разнообразия технических устройств к Майеру в назначенное время пришли трое специалистов. Сначала они должны были исследовать подозреваемого бесконтактно в комнате ожидания и сообщить о результатах Наставнику, после чего пропустить к нему в кабинет.

В момент, когда Свонг входил в кабинет Майера, последний уже знал, что приборы ничего необычного на Свонге или в нем не обнаружили. Это отнюдь не означало, что он ничего не внес. До того, как приступить к воздействию на него, Майер с большим интересом выслушал его доклад о предполагаемых производствах и пользе от этого для всей Оливии. Свонг показался ему хорошим специалистом и неглупым человеком. Он хотел ускорения заключения экспертного отдела по проекту, чтобы избежать длительного замораживания средств.

Майер с помощью небольшой манипуляции руками ввел ходатая в транс и вынудил раздеться по пояс. Затем, перейдя на зрение, которое он сам называл глубинным, принялся рассматривать его тело под разными углами. Эфирное тело Свонга просматривалось плохо. Казалось, оно было закрыто тенью чего-то, а вот того, что создавало тень, Майер не мог понять. Тогда он приступил к исследованию, используя свои эфирные руки, запустив их в те места тела, где отсутствовала тень.

Этот прием оказался успешным и позволил нащупать и снять нечто сверхтонкое, по форме напоминавшее майку. Не придумав ничего лучше, Майер рискнул надеть «майку» на Филиппа. Все же безопасней, чем на себя. Он сейчас располагался на месте Майи в затемненном углу кабинета, где его трудно было рассмотреть.

Потом, когда Свонг оделся, и был под гипнозом, Майер попробовал его разговорить, но те, кто надевали на него эту «майку», очевидно, предусмотрели и такой вариант.

Он или молчал, или нес околесицу. Внушив ему, что он выполнил задание и теперь кроме беседы о работе ничего не помнит, Майер отпустил его. Вызвав позже начальника службы безопасности, он попросил организовать за Свонгом негласную слежку, как здесь в столице, так и по месту работы и проживания.

За всеми делами, Майер смог все же спохватиться. Этой ночью он провожал Иману с дочерью домой. Поэтому собирался уйти пораньше. Имана и Нефрис отдыхали после езды и ходьбы по городу. Они расположились у бассейна под навесом и потягивали какой-то напиток. Увидев его, дочь с радостным воплем кинулась Майеру на шею.

– Все, папа. Я колдунья, бабушка тоже, ты – само собой. Мама отказалась ею быть. Так, что она будет под нашей защитой. Представляешь, какую виртуальную крепость мы можем выстроить?

Майер обратился к Имане:

– Что реально из сказанного, а что виртуально?

Глаза Иманы снова лучились, глядя на Нефрис и Майера:

– Это правда. Сказали, что со временем она станет сильной колдуньей. Надо учиться. Пусть сначала бабушка займется, потом наймем кого-нибудь. Разумеется, школу бросать не придется, как она мечтает.

– Ну, и ладно, сейчас мы будем купаться, – не выпуская дочь из рук, Майер с разбега прыгнул в бассейн.

Вечером Имана, поддавшись своим желаниям, отправила Нефрис пораньше в постель поспать перед дорогой. Сама забралась к Майеру на колени и жалобно попросила, чтобы он ее пожалел: мама давно ее не ласкает, дочери некогда, последняя надежда на мужа. «Муж» жалел, насколько у него хватило терпения, но скоро перевел ласки в другую плоскость, против чего Имана не возражала.

Через несколько часов, Майер проводил сонных гостей до магмобиля. Обычно, чтобы не вызывать ажиотаж у зевак и напряжения службы охраны, он избегал встреч и проводов.

Перед отъездом в Свабию Майер, так и не разобравшись в назначении «майки» решил, обратиться в Академию наук. Он, изложив проблему, попросил Президента прислать толкового ученого, который поможет ему разобраться со всем.

Кир, так звали ученого, внимательно выслушал Майера и сказал, что, скорее всего, это результат новейших исследования в области создания новых носителей информации.

Точнее он может сказать после проверки своего предположения, а «майку» он заберет с собой.

Филипп, как хранитель вещи, отправился с ним в лабораторию, где немало повозившись, сумели избавить его от таинственной ноши.

На другой день, взяв андроида, Майер с двумя руководителями отделов и несколькими специалистами, вылетел на Северный континент. Там они разделились. Руководители и специалисты должны были проинспектировать работу ряда крупных проблемных предприятий вследствии их убыточности и расходования все больших денег на субсидирование. Майер планировал встречу с несколькими руководителями штатов, но главным было, конечно, подготовка будущего плацдарма для продолжения своей политической деятельности.

Поездка не афишировалась, поэтому торжественных встреч и мероприятий не предусматривалось, и проходила почти инкогнито. С аэропорта Майер направился в резиденцию губернатора Свабии, где пробыл несколько часов, включая время на обед.

Гала уже давно не входила в правительство, занималась бизнесом. Отношения с ней у Майера давно охладели, чему он был рад. С возрастом она стала капризной и нетерпимой, а этого он не переносил.

Вечером он связался с Бодром и предупредил, что хочет завтра с ним встретиться.

Назавтра Майер слетал в Галнию, где провел несколько переговоров с губернатором и крупнейшими предпринимателями. Проблемы были схожие с соседними штатами, но отражались в большей степени из-за возрастного населения. Много пенсионеров, своего пенсионного фонда не хватает, а федеральный центр все менее охотно покрывает дефицит. Майер уходил оттуда с пессимистичным настроем, хотя, как мог, взбодрил чиновников.

После обеда он поехал на встречу с Бодром. Ввиду неофициальности встречи, Филипп арендовал магмобиль. Дом Бодра находился недалеко от монастыря Новой церкви. Это был двухэтажный коттедж, окруженный небольшим садом, и мало отличался от многих других в этой местности. Стояла осень, и часть деревьев потеряла листву. Майер, отвыкший на юге от подобных картин, какое-то время постоял во дворе, любуясь пейзажем. Хозяин, заметивший появление гостей, вышел и тепло приветствовал Майера.

За время знакомства у них сложились дружеские отношения, которые не мешали им относиться друг к другу очень уважительно. Религия, исповедуемая Бодром, не запрещала заводить семью не только рядовым служителям церкви, но и иерархам, за исключением тех, кто жил в монастырях, избрав отречение от мирской жизни. Поэтому Майер с удовольствием приветствовал жену

Бодра, Анну. В неброском платье, не подчеркивающем формы женского тела, она имела привлекательное лицо, без признаков макияжа и умные внимательные глаза.

Детей у пары не было, хотя по своему возрасту, они могли себе позволить их иметь.

Майер не задавал вопросов личного характера, полагая, что, если сочтут нужным, расскажут. Готовила Анна отменно, и Майер рассчитывал, что так будет и в этот раз.

– У вас, Иоахим, как всегда уютно и всегда жалею, что не женат. Женщина, когда она хозяйка, придает смысл дому и очагу. А по отдельности, это не так привлекательно. Здесь все удачно сошлось.

– При вашей работе, мне кажется, образ жизни, который вы ведете, вам подходит также как мой мне. Так что, каждый из нас живет в гармонии с тем, что стремится осуществить, поэтому оно и получается, – заметил хозяин.

– Похоже, что так. Хотя время от времени хотелось бы провести отпуск в иной реальности.

– Считайте, что пока вы у меня, вам удалось это сделать. А сейчас мы можем подняться в мой кабинет и переговорить по интересующему вас вопросу.

Рабочее место хозяина комнаты располагалось так, что в поле зрения оказывались и окно, выходящее во двор и входная дверь.

– Не люблю, когда кто-то подходит со спины, – сообщил Бодр, усаживаясь в кресло и приглашая то же сделать Майера.

– Аналогично, – откликнулся гость. Но расскажите, как ваши церковные заботы. Вижу, что семейные дела, слава Богу, в порядке.

– Знаете, неплохо. Особенно в Свабии, Галнии и ряде небольших штатов. Если исходить из численности в начале, помните историю с цветами, сейчас нас раз в сто больше.

Причем это не пассивные прихожане, которые появляются в праздники, а те, кто ходит достаточно регулярно. Вместе, скажем так, с сочувствующими, нас более четырехсот тысяч. Что важно, так это география. Наши приходы есть на всех материках. Правда, не во всех штатах. Но штаты, где они есть, насчитывают не по одному приходу.

Важна экономическая составляющая. Я вам отправлял справку по суммам. Мы на полном самообеспечении: зарплаты священнослужителей, содержание приходов, ремонты, содержим воскресные школы, да и многое другое. Причем жертвуют не только рядовые прихожане. Немало бизнесменов и людей из шоу бизнеса. Есть такая певица, Илия.

Она регулярно перечисляет немалые суммы. Другие женщина из бизнеса: Мирка Булл и Гала Шнабель. Их помню из-за регулярности пожертвований. О ваших взносах я уже не говорю.

Да, мы возродили миссионерство. Оно приняло у нас своеобразную форму, но действенно.

Приглашаем людей с подвешенным языком, обучаем какое-то время и командируем в места, где, по нашему мнению, могут проявить интерес. В последнее время организуем им музыкальное сопровождение с песнями на религиозную тематику. И срабатывает.

Люди видят, что кроме наркотиков, секса и бизнеса есть другое, не изнуряющее тело и душу, но доступное всем времяпровождение. К сожалению, мы не можем показать им то, чему сами были свидетелями. Я говорю о встрече с Великим наставником. Это многократно увеличило бы число наших приверженцев.

Но мы можем ссылаться на нашу встречу и приводить слова Наставника. Было бы славно, если он согласился встретиться с народом.

Конечно, он не должен делать нашу работу, это один из Первых Божьих слуг, а не священник и не миссионер. Даже сам Господь наш немало труда положил, разъясняя основы нового учения. Но я слишком нетерпелив в своем желании осуществить миссию Новой церкви. Единственное, о чем надо просить Господа, это чтобы дал сил и здоровья продолжить начатое. Извините, Ахан, если я оказался слишком многословен.

– Спасибо, Иоахим за откровенность. Считаю, что вы достигли максимума за такое короткое время. Срок моего наставничества в Оливии подходит к концу.

Но я, как и вы, не считаю, что достиг за это время желаемого. Главным образом из-за неудовлетворительного служения своему Наставнику. Что касается долга перед избравшим меня народом Оливии, то думаю, что выполнил программу, которую я разработал после избрания и подтвердил Всемирный референдум. Хотя и вы это понимаете, Иоахим, любой итог несет проблемы для будущего. А я хотел бы поучаствовать в их решении, что невозможно в качестве Наставника. Я думал о проведении референдума по продлению полномочий Верховного наставника или о допуске к участию в новых выборах, но анализ показал, что сложно получить положительный результат в обоих случаях. Главная причина-это негативное восприятие идеи большинством правительств Мегаконтинента.

На следующих выборах должен избираться их представитель. После размышлений я пришел к выводу, что наилучший путь получения влияния – это лидерство в общественном, а точнее, в религиозном движении. Но не занятие поста в церковной иерархии, а скорее духовное лидерство. Я мог бы стать первым среди ваших миссионеров с подвешенным языком. Нес бы только ваши идеи и установки. Благодаря использованию ваших организаторских способностей и моих мистических, мы сделали бы учение Новой церкви первым среди мировых религиозных течений. Если затронуть детали, то кроме денег нам понадобятся талантливые журналисты и лояльность СМИ. Таково мое видение нашего сотрудничества, оно же и мое предложение. Что до организации встречи с Великим Наставником, то я должен переговорить с ним. А теперь, я хочу услышать ваше мнение, Иоахим.

– Я предполагал, что с вашей стороны поступит подобная инициатива. Я понимаю, что в вашем мировоззрении, вера имеет скорее прикладное значение, хотя и не сомневаюсь, что в иерархической лестнице ваше место гораздо ближе к Господу, чем мое. Это не моя оценка, а скорее, воспринимаемая мной оценка приближенных к Господу ангельских чинов. Я готов согласиться с основными положениями, которые вы назвали.

Лучше будет, если перед тем как мы предпримем действия, мы изложим наши обязанности в письменной форме, чтобы избежать недоразумений, а потом уничтожим этот документ.

– Замечательно! До своей отставки я приложу усилия для роста пожертвований. Они нам понадобятся, особенно на первых порах.

Снизу раздался веселый голос Анны:

– Мужчины, пора садиться за стол. Поговорите, наконец, и со мной. Убедитесь, что я заслужила внимание!

Женщина преувеличила свое затворничество. Филипп, следуя за хозяйкой на кухню и столовую, травил анекдоты на тему попа и попадьи, вызывая у нее смех, а иногда и смущение.

Дела, намеченные Майером на день, закончились, и он решил заночевать в доме у Бодров.

Следующим утром Майер, после короткого общения с гостеприимными хозяевами и чашки ароматного тута, выехал по запланированному официальному маршруту. Наибольшее внимание при прощании Анна уделила Филиппу, чем вызвала недоумение Бодра.

Выехав на трассу, оборудованную для движения магмобилей, Филипп поднял машину в воздушный коридор. Ему хватило двух часов, чтобы добраться до столицы очередного штата.

Этот день Майер использовал также продуктивно, как и предыдущий. Он успел побывать в двух штатах, а к вечеру попал в Ахан, где наметил встречу с Миркой.

Они не виделись с год, и Майер почувствовал, что ее обаяние все еще волнует его.

Ее небольшой коттедж фактически располагался на территории отведенной под многоквартирный дом. От соседних домов отделялся достаточно плотной зеленой изгородью. Когда они подъехали уже были сумерки, накрапывал дождь, и во дворе никого не было видно. Филипп посигналил, и почти тотчас дверь распахнулась.

По фигуре в коротком платье, появившейся в проеме, Майер узнал Мирку. Она не стала выходить под дождь, а замахала рукой. Филипп остался парковать машину, Майер пошел к дому.

Мирка встретила его к прихожей, но не кинулась к нему, как обычно, а обняла по- родственному. Она слегка пополнела, но не утеряла обаяния и привлекательности.

– Я так рада, Ахан. Давно не виделись. Вот последовала твоему давнему совету. Хочу познакомить тебя с моим мужем. Выходи, Богород, знакомься с нашим именитым гостем.

Майер был слегка разочарован, случившемся, но все же больше рад, что она устроила женскую судьбу.

В этом доме пришлось сначала поужинать, а потом приступить к деловой части. Майер не собирался обсуждать тему в присутствии постороннего, а уединяться с чужой женой – это создать возможные недоразумения. Когда со стола было убрано, они перешли в гостиную, где Майер, недолго думая, усыпил Бо- города на диване. Дав знак Филиппу, чтобы присматривал, он с Миркой вернулся в столовую.

Здесь он попросил женщину рассказать о состоянии бизнеса и ситуации с эльфийцами.

– Ты что такой деловой, Ахан?! Год не виделись, а ведешь себя как чужой. Сразу о работе, потом, наверное, уедешь?

– Ты думала, что я тебя буду тискать при муже?

– Ну, все равно ведешь себя отстраненно.

– Короче, Мирка, рассказывай о деле, потом о личном.

– О состоянии финансов ты знаешь. Недавно последний отчет отправила.

Первый дом пока меньше чем наполовину занят эльфийцами. Поступают по мере того как возникает конфликт с приемными родителями из-за их поведения. Лет с десяти или двенадцати у них спадает интерес к учебе в школе, зато наблюдается, рост тестостерона. Начинают, почти не скрываясь заниматься сексом. В основном друг с другом: мальчики и девочки. Их брали как братьев и сестер, чтобы не разбивать семьи.

А тут идет неадекватное поведение. Если их начинают разлучать, сбегают. Ими начинают заниматься социальные службы. Далее, Новая церковь Бодра берет таких под свое покровительство. Поступает денежная помощь из мэрии. Семьи молодых размещаю вперемежку с гостями, чтобы не бросалось в глаза их количество. Правда, тех, что с детьми, селю на верхних этажах. Внизу устроены классы, где их до обеда учат по школьной программе. После обеда многие идут работать. Здесь подключаются компании по трудоустройству. Для них установлен сокращенный рабочий день: длится не больше двух часов. Дальше свободный график. Занимаются, чем хотят. Ну, у них есть свой старший, да и от Бодра ходят наставники.

Но с их неуемным сексом ни наставники, ни социальные службы справиться не могут. Водили на исследование к специалистам. Те дали заключение, что биологически они вполне зрелые и вреда не нашли. Поначалу их смущало, что секс связан с инцестом, но после проверки новорожденных детей от необычных родителей, признали потомство здоровым. Потом все махнули на них рукой. Понимаешь еще что, по уровню развития они не то чтобы тупые, но взгляды у них вроде тех, что были в каменном веке.

Основаны, кажется, больше на инстинктах. Их трудно сбить с толку или смутить. Не все, конечно, но большинство таковы. Не помню, говорила тебе или нет, но многие зарабатывают на секс услугах. К тем, кто промышляет этим, запись на многие недели вперед. Я отвела для них десяток квартир.

Старший от них руководит и ведет учет. Платят налоги, стоят на учете в медицинских пунктах. Ко мне прислушиваются, но чаще делают по-своему. У них свои охранники. Короче, если не принять меры, то скоро ни наставники, ни полиция с ними не справятся. Или запугают или закупят. Но если власть возьмется всерьез, то всему клану придет конец. А это случится скорее.

Вот еще, Ахан. Как ты и советовал, я привлекла к управлению и сына. Он стал моим заместителем. Живет недалеко от меня, но в многоквартирном элитном доме. Женат.

Детей еще нет. Если останешься, завтра увидишь его. Я на него могу положиться.

С Богорадом живу с полгода. Я поняла, что вернусь на свое прежнее место не скоро, а может и не получится. Не люблю его, но одной вечерами или в свободные дни тоскливо. Но он говорит, что у него ко мне любовь. Я ему верю. Внимателен, заботлив.

Не строит из себя хозяина и главного в доме. Если не считать секса, в котором ты недосягаем, он вполне меня устраивает, и я его ценю.

– Я рад за тебя, Мирка. Скажи, когда мне лучше встретиться для разговора с эльфийцами. Хочу прочитать небольшую лекцию о пользе хорошего поведения. Если сможешь организовать, то лучше сейчас.

– Да, я бы хотела призвать их к порядку. Сейчас свяжусь со старшим, чтобы собрал всех в спортзале.

Через минуту Мирка сообщила, что на сбор уйдет полчаса.

– Думаю, надо будить твоего мужа. Может, захочет пойти на собрание. – Предложил Майер.

– Дорогой, мой! Пусть поспит. Подари мне последний вечер, а лучше ночь!

Майер оглядел замершую в ожидании женщину.

– Давай решим после собрания и не здесь.

Мирка оживилась, покончив с минорным настроением, в котором пребывала вечер.

Когда они втроем, включая Филиппа, вошли в зал, в нем находилось более полусотни молодых людей обоих полов. Старший, Марк, на лицо сущий подросток, стоял напротив собравшихся. Не было гула голосов, какой сопровождает такое собрание людей.

Мирка обратилась к залу:

– Узнав о вас, необычных людях, с вами захотел встретиться еще более необычный, великий человек. Это вождь всех людей планеты, земли на которой живете вы и живет все человечество. Он явился к вам, несмотря на свою занятость делами и судьбами многих народов. Он хочет обратиться к вам с пожеланием. Это верховный наставник Оливии Ахан 1.

Майер был в классической для себя одежде – френче со стоящим воротом и брюках защитного цвета.

– Я знаю вас с момента вашего рождения. Я знал вашу мать, вашего отца и вашего духовного наставника, который и явился инициатором и причиной вашего появления на этой прекрасной планете. Мир, в котором продолжают пребывать ваши предки и возможно, родственники далек от вас и жизнь там тяжела и гнетуща. Сейчас вы его увидите и сравните. – Майер взмахнул рукой по направлению стены за своей спиной.

От пола до потолка пространство заполнилось красноватым тусклым светом. На полях виднелись жухлые невысокие деревья с редкими ветвями и листвой. Над землей пролетали небольшие существа, похожие на людей. Иногда они спаривались. Поодаль стояли высокие, в сотни этажей дома, на балконы которых они приземлялись.

Потом к Майеру подлетела одна из обитательниц красного мира и помахав рукой, что-то прокричала.

– Она приветствует меня и вас, дальних родственников. – Перевел Майер.

Он снова махнул рукой, и картина исчезла. Вы сами увидели Мир, откуда вы родом и откуда с невероятным трудом удалось организовать переселение вашему духовному наставнику. И дело не только в том, что выживать там тяжелее, но и в том, что ваши сородичи вымирают. Пройдет время, и весь ваш народ должен будет населить эту землю.

От вас зависит, случится ли это. Вы первые. Прежде всего, от вас не должно исходить противостояние местным жителям, где бы вы ни жили. Неважно скрытное оно или явное. Вы должны быть очень дружелюбны. Не подчеркивать свое отличие, не выпячивать свою инородность, а привлекать на свою сторону. Избегать конфликтов, а если случились, сглаживать. Если не будете следовать этим правилам, я не смогу вас защищать или же мне сложно будет это делать, несмотря на мои большие возможности. Я не буду лично наказывать кого-то из вас, но прямо сейчас покажу, что может произойти с теми из вас, кто не способен услышать меня.

Марк, подзови к себе несколько братьев и сестер, склонных не подчиняться установленным правилам. Не бойся, сейчас наказывать никого не буду. Я хочу показать, как это легко и быстро может произойти.

Через минуту, озираясь, к Марку присоединились двое парней и девушка.

Майер продолжил:

– Теперь смотрите. Сейчас они окажутся в местах, по сравнению с которыми их прежняя родина покажется раем.

Майер махнул рукой, и вся четверка исчезла из помещения. По залу прошел легкий гул.

Следующий взмах снова отразился перед глазами молодых людей картиной, где Марк и девушка стоят среди скал на снегу. Поодаль, у опушки леса, на них смотрит крупный хищный зверь.

– Сейчас мы снова к ним вернемся. А теперь, взгляните на двух других ваших товарищей.

Майер взмахом руки представил двух парней растерянно озирающихся вокруг у подножия высокого бархана. Видно была, что небольшой ветер, поднимает песчинки у их ног. Зал, подавленно, молчал.

– Оливия велика. Не можете жить среди людей, вам будет обеспечено недолгое существование в иных местах, со своими дерзкими друзьями. А теперь, если они еще живы, я верну их сюда.

Майер повел рукой, и группа снова оказалась перед своими родственниками в зале. Следующим жестом он переместил молодых людей на места, которые они занимали до демонстраций.

Майер обратился к Марку, который еще не пришел в себя и смотрел на Майера с ужасом и благоговением.

– Ты хорошо все понял?

Марк, потерявший дар речи, просто опустился на колени и закивал головой.

У остальных молодых людей тоже возникло желание стать ниже и незаметнее. Несколько секунд спустя все они опустились на пол.

– Я покидаю вас, но с вами остается Мирка Булл, ваша хозяйка, которой вы обязаны подчинятся. – Майер обернулся к ней, она стояла немного в стороне, но ему пришлось перевести взгляд ниже. Она тоже была на коленях.

– Ты чего?! Изумился Майер, помогая ей подняться.

– Не знаю, как это вышло, у меня подкосились колени, и захотелось подползти к тебе.

Мирка, держась за плечи Майера, привалилась к его груди.

– У меня до сих пор слабость в ногах.

– Тогда пойдем отсюда. Я отведу тебя домой.

Он подал сигнал собравшимся, чтобы расходились. Зал стремительно опустел. Следом пошли и инициаторы собрания. Филипп направился к машине, чтобы подогнать ее к дому. Майер, проводив Мирку в дом, сказал, что будить ее мужа не станет. Она сделает это сама.

– Я увижу тебя еще, мой дорогой повелитель?

– Увидишь и не раз, соратница.

– У меня чувство, что моя душа отделилась и принадлежит тебе, а тело как марионетка, веревочки, которой у тебя. Скажи, домработница тебе не нужна?

– Ты мой друг, Мирка. Сердечный друг. Так что забудь о домработницах.

Майер еще день занимался делами Федерации в Северных штатах, после чего вылетел в Айву.

В кабинете он включил голограф, где ознакомился с рядом сообщений. В том числе из Академии наук по отданной на исследование «майке». Оказалось, что это не новое техническое устройство, а некая антикольчуга. Кольчуги прежде служили защитой от поражения режущим или колющим оружием, а «майка» напротив, изолировала чакры от сообщения с внешним энергетическим полем, нарушая знергообмен и работу желез. Через несколько месяцев ношения такой «одежды» ожидался летальный исход. Словом, Майер спас бизнесмена от неминуемой смерти. Майер переслал сообщение начальнику службы безопасности с требованием расследовать покушение и наказать виновных.

Затем обдумал сказанное Бодром о новой встрече с Великим наставником и пришел к заключению, что такая встреча нужна и что у него самого достаточно сил для роли божественного посланника. Но его не должны узнать. Для него сейчас важно оставаться Наставником Оливии. Другой момент, сдерживающий его решение – это необходимость согласования с Великим наставником. Слишком ответственный поступок, чтобы идти на него без одобрения, может быть и благословения.

Майер наметил встречу на вечер, так как не любил откладывать исполнение важных дел.

Для бесед с Духовником на вилле имелась комната без окон. Тем не менее, он у входа поставил Марти, а в комнате его сестру Лису. Последним средством безопасности стал энергетический замок, который он воздвиг над креслом, где оставалось его физическое тело. Этой паре эльфийцев он вполне доверял. Он для них был неким божеством из мифов. До своего исчезновения из этого мира, Лили, их мать рассказывала детям о жизни древних эльфийцев.

После завершения подготовки через минуту, тонкое тело Майера отделилось от тела. Встреча происходила там, где и много лет. Наставник восседал на огромном камне.

– Ты уже не тот, кто был раньше, Майер. Ты почти равен мне по заслугам, но уступаешь по рангу. Мне трудно сейчас заглядывать в твои мысли. Ты умеешь закрываться. Поэтому мой наставник решил, что в сложных вопросах ты должен обращаться к нему. Ты для него открытая книга. Подчиненный должен быть открыт перед наставником.

Сейчас ты примешь тот образ, которого ты достиг, служа мне и Всевышнему, и мы отправимся к Наставнику. Майер вспомнил его слова о своем росте и напрягся, вытягиваясь. Оказалось, что он не уступает в размерах Наставнику. В плечах, возможно, шире.

В следующие несколько мгновений они перенеслись к великолепному храму. Что поразило Майера, храм был белый с черной крышей. «Бодр провидец?!» – изумился он, вспоминая наивный фанатизм Бодра. Со стороны храма к ним двигался некто голый в кобальтово-синем окрасе. Ростом он превосходил их на треть. Сам Наставник, а вслед и Майер упали на колени.

– Подымись, Сатун. Твои заслуги велики, и ты будешь отмечен. А теперь ступай.

Майер краем глаза наблюдал за происходящим. После слов, «Главного», как о нем подумал Майер, наставник Сатун мгновенно исчез.

– А теперь о тебе, наш верный слуга. Я знаю, с каким вопросом ты здесь. Ты правильно сделал, что сначала обратился к нам. Сделанное тобой без одобрения нами стало бы шарлатанством в наших глазах, а ты наказан самым жестким образом. Но за крамольную мысль ты все равно понесешь наказание. Для кое-кого из твоего окружения оно станет фатальным. Запомни, все, что выходит за пределы человеческих личных или общественных отношений, а также касается отношений с Богом, определяется нами.

Но, когда намерения согласованы или есть высочайшая санкция, твои мысли и поступки наполнятся особенной силой и действенностью. В этот миг я наделяю тебя всеми способностями, которыми обладает Сатун. Ты будешь иметь способность менять свой облик. Я благословляю тебя на действия, укрепляющие веру. У тебя получится все, что не вредит церкви. Ты, как и хотел, становишься духовным лидером Новой церкви.

Можешь называть меня Великий Сату. В дальнейшем обращайся ко мне. Наставник Сатун отныне для тебя просто Сатун, с которым можешь советоваться, если пожелаешь этого. Что касается храма, что у меня за спиной, то в дальнейшем строители должны руководствоваться этим проектом. Я вложил его в твою память. Передашь Главе церкви. А теперь, ступай.

Майер ощутил себя в кресле. Лиса с изумлением наблюдала сначала за неожиданным засыпанием, а теперь за пробуждением хозяина.

Спустя несколько минут, Майер окончательно пришел в себя и попросил Лису накрыть стол для ужина. Позже он сожалел, что не спросил Сату о том, кого постигнет наказание, за его ошибку.

Утром следующего дня Майер получил уведомление, что модернизация Майи завершена и в сопровождении специалиста, она прибудет в Айву.

Майер искренне обрадовался, что возвращается универсальный помощник, к которому он за много лет привязался. Он отдал распоряжение Филиппу, чтобы он встретил Майю с сопровождающим и доставил в офис.

По этому поводу он отложил совещание, назначенное на предполагаемое время прибытия андроида и руководителя отдела модернизации роботехники фирмы.

– Мы выполнили все, что мы намечали по модернизации. Появилось много новых материалов и технологий, которые как вы и просили, максимально приблизили качество кожного покрытия, эластичность мышц и их форму к тем показателям, что имеются у людей, – докладывал специалист Майеру. – При этом андроид сохранил присущую ему нечеловеческую силу, скорость и сноровку. Знания, которые в него вложены позволят ему самому проводить профилактические и некапитальные ремонтные работы.

Теперь о том, что нам удалось привить андроиду в поведенческом плане. Это оказалось довольно трудоемким, но интересным делом. Сейчас я буду называть аппарат с учетом гендерных особенностей и по имени. Так вот, Майя научилась или, вернее сильно расширила диапазон эмоциональных реакций на окружающий мир и ситуации.

В ее памяти сотни эпизодов, находя подобие которых в реальности, она начинает вести себя так, как научена. Когда встречается то, чего нет в памяти, она заносит новый опыт в свой банк данных. Мы, господин Майер, в начальном период вашего нового знакомства с Майей, установили мягкий режим реагирования. Если опыт покажет, что вы удовлетворены ее поведением, то можете перевести на нормальный режим реагирования. Достаточно ей сказать об этом, и она сама установит, как надо.

Мне кажется, других инструкций вам не нужно. Майя – саморегулирующийся андроид. Она сама проводит проверку своих систем и доложит о неисправностях. Мы будем регулярно выходить на связь с вами и с ней. Да, еще одно. Мы вмонтировали в тело устройство, позволяющее, как нам кажется, воспринимать астральный энергоинформационный материал. Так как такой структуры у нас нет, испытать мы не смогли. Это устройство самообучающееся. Понаблюдайте, если захотите поэкспериментировать.

Майер остался доволен услышанным, и ощутил детское нетерпение и желание испытать новую игрушку. Однако надо было готовиться к грандиозному спектаклю, а самому к главной роли. Правда, сценарий отсутствовал, но он надеялся, что модернизированная Майя сумеет его написать.

Майер ее же и отправил к Бодру для осуществления подготовки к явлению Ангела пред верующими у собора Новой церкви в Свабии. Время было выбрано сумеречное. Благо осенью сумерки наступают рано. Посередине площади установили пятиметровый постамент. Специально для прессы не устраивали пресс конференций. Представили, как сугубо церковную процедуру. Но все постоянные прихожане были извещены.

Для избегания давки всю площадь разметили, установили светильники по периметру. Народ начал собираться сразу после обеда в назначенный день. К вечеру началась служба. На постамент взошли Бодр, его помощники и известный дирижер, который объяснил, когда надо подхватывать гимн, начатый здесь, на подиуме.

Сначала Бодр прочел короткое вступление-молитву. Затем заступил дьякон, обладающий красивым, мощным голосом. По сигналу дирижера песнопение подхватывалось людьми на площади, которое у них сводилось к словам, славящим Бога.

Когда пение, казалось, перешло на мажорный лад, площадь, прежде слабо освещенная фонарями, вдруг начала светлеть. Над ней показался некий овальный контур света. Голос читающего окреп, хор внизу с энтузиазмом подхватывал слова молитвы «радуйся!» и «славься!». Еще через несколько минут стало светло как днем. От здания собора плыла величественная, в несколько десятков метров высотой фигура, от которой исходил свет. Лицо было трудно различимо, вокруг головы сиял нимб. Одежда на фигуре напоминала одеяние священнослужителей.

Ангел правой рукой в воздухе размашисто нарисовал крест, который тотчас запылал. В левой руке у него появился собор в половину его роста, похожий на тот, что стоял на площади. После этого фигура стала растворяться в воздухе, пока не исчезла. Огненный крест остался и продолжал пылать еще несколько минут, собор растаял в воздухе. Тишина, которая установилась после появления Ангела, с его уходом взорвалась восторженными криками людей. Последние из них разошлись спустя несколько часов.

Оливия
Часть вторая. Пролог

На одной из вилл древнего заповедника Оливии, мира более тонкого и продвинутого чем Земля, собрались старшие духовные наставники и инспекторы. Произошло ЧП, и надо было исправлять положение.

Душа, поступающая в рамках обмена с очень продвинутой звездной системой, должна была попасть в область обитания высшего человечества – Оливию и способствовала бы выходу из глубокого общественного кризиса, грозящего самому существованию этой цивилизации.

То, что Душа оказалась на ином уровне, планете Земля, означало, что ее возможности будут использованы не в полной мере, а может и совсем не будет. Такое уже случалось, и все виновные были примерно наказаны. Обмен мнениями показал, что извлечь и переправить Душу из низшего уровня, не умертвив физически, и не подготовив ее к новому воплощению, не получится. Это сорвет сроки пребывания Души в Оливии, а это уже была политика и др. уровень принятия решений, выражаясь на земном жаргоне.

После обсуждения последствий такого поворота событий, был утвержден ряд последовательных шагов, которые позволяли несколько исправить ситуацию:

– составлена комиссия для оперативного контроля над миссией Души

– даны рекомендации по подбору Душ для содействия Посланнику.

– определен новый жизненный план для Главной Души и духовные наставники.

– срок для оказания необходимой помощи, консультаций и связи установлен, как «МГНОВЕННО».

То, что по меркам Земли заняло бы день, здесь завершилось за час.

Земля

Александр час как сидел в приемной родильного отделения районной больницы. Приехал на скорой помощи, сопровождая жену, и решил подождать. Порядки тут были консервативные, вовнутрь к Наталье не пустили. В семье это был второй ребенок и такого беспокойства как с первым – была девочка, он не испытывал. Те роды были легкие для жены.

– Вы Александр? – Вошла в приемную медсестра

– Да, – подскочил он

– Поздравляю, вы отец. У вас мальчик!

А в родильном зале ребенка, по виду вполне здорового и нормального мальчика, после всех измерений дали матери для очного знакомства.

После волнений и переживаний, причастных к процессу, а был уже глубокий вечер, родильное отделение тоже погрузилось в сон.

Следующий день начался с заявления матери новорожденного, что ребенок не просит и не берет материнскую грудь, не пьет. Эта новость придала оживление расслабленным после родов мамочкам, отвлекла от тревожных ожиданий беременных и позволила сотрудницам учреждения включить профессиональный опыт для поиска решений. Назревала легкая паника.

Вообще, жизнь в многих местах лишена течения времени в обычном понимании и ее движение можно определить только по образованию событий или началу и окончанию каких бы то ни было процессов.

Связались с областным центром, оттуда последовала рекомендация: каждые 2-3 часа слушать сердце, легкие, измерять давление.

На другой день с утра собрали у главврача совещание, т.к. младенец не ест, но спит как положено. Заведующая родильным отделением предлагает не брать на душу греха и отправить новорожденного в областной центр, там оборудование и опытные специалисты, а она не собирается в тюрьму – у самой осиротеют при живой матери двое детей.

Тут в дверь заглянула секретарь:

– Медсестра Матвеева просится, по ребенку у нее информация.

– Пусть заходит.

Медсестра не заходит, врывается.

– Ест, ест он, схватил грудь как мужик и не отпускает! Совещание зашумело, расслабилось, раздались даже аплодисменты. Главврач, мелко крестясь:

– Все товарищи, расходимся по рабочим местам. Мандры- кин, без меня обход не начинай!

Другие интересанты. Эгрегор рода

У эгрегора Урта 4, – энергоинформационной сущности средней величины, сейчас были не лучшие времена. Местом его преимущественного обитания была южная Сибирь. Род, который он представлял, в основном проживал в местах, которые теперь относились к депрессивным. Эгрегор будучи энергетическим следом многих поколений крепкой семьи со всеми ее ветвями неплохо существовал, когда родственники плодились, завоевывали положение и авторитет, богатели, поддерживали связь и умели бороться за выживание. Но сейчас этот процесс пошел вспять: народ болел, деградировал, переезжал или вымирал. Урта, лет 50 назад, можно сказать, числился в середнячках в своей местности, но времена изменились, многие из его рода покинули родные места и давно не давали знать о себе. Урта знал, конечно, кто есть где, но не обладал ресурсами, чтобы сплотить подопечных.

Урта – скромное, но достойное имя для Эгрегора в 4 поколении, которое он получил, когда «отец», если использовать принятые у людей обращения к родителям, отрекся от имени Урта и назначил его.

Он выбрал преемника среди наиболее энергичных и жизнеспособных клонов своего энергетического поля, а сам рассеялся в нем.

Наследник неистово взялся за дело. Не гнушался сбором информации из любых источников, включая шпионаж у других коллег. Интриги с переманиванием заметных, перспективных членов других родов тоже стали инструментом укрепления рода.

Он стремился быстрее спровадить в Астрал спивавшихся или неспособных поддержать род материально, деторождением, воспитанием, а то и просто позоривших семью и родственников. Причем, часть людей отправлялась туда еще до того, как их невостребованные качества стали заметны всем. Понятное дело, подобная ретивость вызывала негативную реакцию среди других коллег – эгрегоров, но конкуренцию еще никто не отменял.

Информация о ребенке, родившемся на периферии рода и вызвавшем всеобщий интерес в масштабе райцентра, привлекла его внимание. Урта решил копнуть поглубже, так как сила энергетического поля младенца заметно превосходила показатели известных ему детей более старшего возраста. После некоторых размышлений, он пришел к выводу, что наилучший способ собрать нужное, это подобраться к верхнему Астралу. Чем ближе к источнику трансляции всяческой информации, тем меньше посредников, способных исказить ее и меньше издержки.

Был, конечно, и риск объясняться с пограничниками из службы безопасности и, в итоге, оказаться рассеянным в просторах астрала, а то и попасть на нулевой или отрицательный уровень. Но Урта решился. Сконцентрировавшись, он смог подобраться к нижнему порогу Верхнего астрала. Дальше, со своим избыточно материальным обличьем, проникнуть не мог. Рассчитывая, что все же соберет, кое какую информацию, он медленно передвигался вдоль границы.

Сновавшие астросомы транслировали в никуда или другим сущностям свои впечатления и мысли. Эти источники не могли снабдить его требуемым, но и пассивно ждать дольше он не мог себе позволить. Медленно преобразившись в гигантское веретено, он стал вытягивать его концы вдоль границ астрала. Спустя некоторое время через все видимое пространство протянулся след, напоминавший инверсионный, после самолетов.

Подумав, он сделал его менее плотным и почти невидимым. Это, конечно, влияло на качество приема и обработки информации, но делало операцию менее рискованной. Урта не хотел привлекать внимание структур безопасности.

Подобие гигантской антенны улавливало все отклонения от обычного информационного фона, интеллектуальные и энергетические всплески, образы, несвойственные астральным архетипам и стихиям.

Итогом всей деятельности стало понимание, что произошло весьма значительное, а то и конспирологическое, событие, в масштабе Астрала, и младенец может иметь к тому определенное отношение.

Он поспешил убраться с занимаемой позиции. Предстояло наилучшим образом использовать ценные сведения. Напряжение энергетического поля Эгрегора возросло, что драматично сказалось на всех членах рода. Самые слабые, а ими были больные, престарелые или просто, метеозависимые, слегли, другие, не имевшие проблем со здоровьем, напротив, преуспели в своих делах, даже тех, которые считали безнадежными.

Урта создал мобильную и целеустремленную энергоинформационную микроструктуру для наблюдения за семьей младенца, используя энергии стихий огня и воздуха. Структуру он назвал Давидом, так как в его видении перспективы представлялись грандиозными, а другое имя не отражало амбициозности целей. Для усиления мобильности структуры Давид, он сформировал в ней группу клонов – разведчиков.

В зависимости от поставленных задач клоны могли преобразиться в единое целое, то есть стать Давидом или действовать поодиночке. Координацией занимался Давид. Его интеллект был достаточен для организации оперативных действий.

Урта определил общее направление и последовательность операций, а начал со встречи с ангелом хранителем младенца. Их оказалось трое. Не имей Урта представления о значимости младенца, он заметил бы только одного. Двое других конспирировались и были выходцами из высших слоев Астрала. Тела имели не такую пеструю окраску и отливали синевой, когда концентрировались, а так едва отсвечивали тонкой паутинкой.

Урта не стал делать вид, что имеет дело с рядовым случаем и он здесь случайно. Напротив, он транслировал, что польщен таким вниманием и милостью к его роду и сделает все для успешного выполнения миссии воплощенной Души. Подход, на его взгляд, был оправдан и показывал его информированность, понимание серьезности происходящего и готовность всячески содействовать.

Старший Ангел был из молодых, но «ранний», добавил бы Урта. Ему не было и тысячи лет, а задание весьма ответственное. Не иначе кто-то продвигал.

– Мы благодарны тебе за понимание, но справимся сами, – заявил молодой, – твоя задача – не мешать. Твой род укрепится и наберет силу благодаря его пребыванию в твоем поле,

Но ты должен отказаться от своей навязчивости и притязаний. Ты должен понимать, что в противном случае руководить Родом будет другой, с большим пониманием и более ответственный.

Общался Ангел на языке Рода, а не в образах, как в основном общаются Ангелы. Тем самым эгрегору было указана его при- земленность и недостаточно высокое происхождение.

– В дальнейшем, если захочешь что-то сообщить, делай это обычным способом через канцелярию архангела. Это не будет привлекать лишнего внимания, – добавил Ангел.

Эгрегору пришлось живо откланяться, тем самым, выразив полное согласие с доведенным до него пожеланием. Приходилось вносить коррективы в первоначальный план плотной опеки подопечного ребенка.

Дальше Урта связался с Давидом и сообщил о необходимости внести изменения в план действий и держаться в наименее плотной форме, стараясь не выдавать своего присутствия. «Первый этап завершился», – подумал Эгрегор. Он сбросил напряжение, владевшее им последнее время. Несмотря на относительную неудачу, понял, что в накладе никак не останется: он ощутил рост потенциала своего поля и соотнес это со встречей с Ангелом.

Высшие силы наделяли его энергиями с тем, чтобы он мог успешно противостоять негативным влияниям. Состояние повышенного жизненного тонуса перетекло и членам рода. Проблемы перестали казаться непреодолимыми, появилось чувство надежды, а у кого-то и уверенности.

На короткое время эгрегор расслабился, появились мысли, свойственные некоторым его подопечным, типа: «на мой век хватит».

«Какого дьявола!», – спохватился Урта. Постоянное общение с Родом здорово обогатило его лексикон за последние десятилетия. Если плестись в хвосте событий, а не упреждать их, никогда не попасть в первую сотню сильнейших и известнейших Родов, когда имя начнет работать на Род, а не наоборот.

Теперь, когда его энергетические подпитка обрела стабильность, и не будет влиять на качество принимаемых планов и решений, он мог рассмотреть несколько возможных вариантов развития событий.

Вне всяких сомнений, младенца, теперь, когда он получил ангелов хранителей и духовного наставника, следовало называть по данному при крещении имени.

Ясно было и то, что пока Илья социально пассивен и занят младенческими интересами, самое время начать извлекать пользу своими средствами. Для этого, считал Урта, придется заняться пиаром, используя врожденные способности Ильи.

Необходимы ситуации, привлекающие интерес окружающих к его личности. Важна естественность протекания событий. При этом истинные цели пребывания Ильи оставались бы сокрытыми. О том, что случится, если ангелы прознают обо всем,Урта старался не думать.

Как и у других эгрегоров у него было древнее, но модифицированное энергетическое оружие. Себя он считал неплохим специалистом в данной области и имел запас энергоэмоциональных патронов. Их он научился готовить еще в бытность рядовым клоном. В зависимости от мощи объекта, подлежащего воздействию, создавались заряды из ранее вобранных и накопленных эмоций, выплеснутых людьми.

Положительные и отрицательные хранились отдельно и использовались чаще всего тоже раздельно. Мастерство заключалось в умении точно подобрать силу заряда и нужный информационный посыл. При выборе использовался окрас эмоции, с которым она поступала в соответствующий аккумулятор. Такие аккумуляторы представляли большую ценность и нередко подвергались разграблению. Кстати, они весьма успешно применялись и в дуэлях между эгрегорами, если разрешение на них выдавались третейскими судами при разборе претензий эгрего- ров друг-другу. При точном поражении таким зарядом ущерб случался немалый и в итоге делал противника недееспособным для выполнения функций родоводителя. Тогда его место занимал самый сильный клон энергетического поля, а предыдущий эгрегор рассеивался в поле. Но до крайностей доходило редко. Старались решать проблемы в переговорах. Да и аккумуляторы имели ограниченную емкость. В прежние времена энергетические всплески в родах не обладали длительной и большой силой и хранить было где. В случае же социальных волнений или других массовых выплесков энергий и тогда, и теперь сбор осуществляли совсем другие структуры, попутно грабя и эгрегоров.

Детство

После волнений первых дней жизнь для родителей вошла в обычную колею. Не мудрствуя, с учетом успешного преодоления младенцем первых испытаний, назвали его Ильей. Хлопот малец не доставлял: впитывал все, что могла предложить мама, спал, отправлял нужду, воплями не истязал семью по ночам. Когда ему исполнилось полгода, Наталье иногда стало казаться, что он чересчур внимательно осматривается вокруг и так же заглядывается на нее, словно пытаясь понять, где он и кто она. Потом она почти убедилась в этом, так как большую часть времени он все же смотрел и вел себя соответственно своему возрасту. Кстати, сосал грудь в качестве младенца. Если же взгляд взрослел, то ограничивался исследованием груди ручонками, чем приводил Наталью в смущение.

На ноги стал почти в годик и неугомонно после этого исследовал всю квартиру. Сестра Надя была старше брата на четыре года и ответственно, в меру своего понимания этого, возилась с ним.

Назначена была и ходила в дом патронажная сестра вплоть до достижения года не реже одного раза в неделю, хотя по регламенту того и не требовалось. Словом, жизнь удалась, мог бы сказать Илья, если бы понимал.

Александру хозяин автопредприятия неожиданно прибавил зарплату:

– Ценю, типа, как хорошего механика. – Но просил, не распространятся.

Наталья тоже не была обойдена вниманием. После полугода пребывания с ребенком, позвонила директор школы и предложила, если хочет, конечно, позаниматься с учениками дистанционно по компьютеру. Есть такая потребность.

Наталья воспряла духом. Материнство, понятно, важно и уважаемо всеми, но есть и интересы самой матери.

На втором году жизни Ильи снова поступило приятное известие от директора школы по телефону:

– Наташа, ты как насчет поработать очно в школе?

– Вы же знаете, Татьяна Ивановна. На кого я оставлю сыночка? Я-то с радостью.

– Вопрос решен. Сегодня звонила заведующая детским садом. Появилось место в ясельной группе, и подошла твоя очередь. Так что, готовь документы и веди сына, а сама на свое место в школу.

Вечером Наташа пересказала новость мужу.

– Не сглазить бы, с появлением Ильи словно объявился влиятельный родственник у тебя зарплата выросла, у меня и работа, и деньги появились, а теперь вот в яслях место освободилось, хотя изначально сказали, что скорее в группу детсада попадет, чем в ясли.

– Да, милая. И с Надей больших хлопот не имели, и тут как по маслу все идет. Ты не думала, что, если заведем третьего, вовсе забот не останется?!

– Может и заведем, дорогой, а пока давай-ка поглядим, что такое из Ильи получится. С первого дня загадки загадывает.

Что получится, стало проявляться в старшей группе детсада, когда воспитательница сообщила Наталье, что ее сын одолел программу 2 класса.

Наталья не сильно удивилась, так как при домашнем обучении английскому языку, который она преподавала и в школе, Илья сносно на нем изъяснялся.

Так, все, как бы само собой и образовывалось в нужном направлении, пока в конце лета, августовским днем перед школой, Илья с двумя близнецами – братом и сестрой – детьми соседей по дому, не исчез со двора. Детский сад был недалеко от дома, и нередко эта троица отпрашивалась пораньше, чтобы успеть поиграть во дворе.

Воспитательница, обычно переговорив по телефону с родителями, их отпускала. Так было и в этот раз.

Наталья, придя с работы, не обнаружила ни сына, ни его друзей. Звонок в детсад ясности не прибавил. Она обегала прилегающие кварталы и позвонила мужу. В течение часа к поискам присоединились соседи, друзья, знакомые и полиция.

Тагарск, город относительно небольшой, и в течение следующего часа многие знали о случившемся и, кроме увлеченного обсуждения, тоже вовлеклись в поиски. Был создан штаб, и было объявлено об этом. Туда стекалась вся информация по результатам поиска. Почти одновременно в дежурную часть поступило заявление об угоне автомобиля.

Так как ГИБДД тоже полиция, наряду с поисками детей они занимались розыском угнанного жигуля 5 модели белого цвета. По заявлению потерпевшего выходило, что автомобиль был припаркован недалеко от предполагаемого места пропажи детей. Начальник инспекции выдвинул версию об угоне автомашины разыскиваемыми малолетками. Звучало экзотично, но другие подходы тоже пока не дали результата.

Была оглашена новая вводная, что дети, возможно, были похищены на Жигулях белого цвета с госномером.. .Когда искомые Жигули въехали в черт города, машина не сразу привлекла внимание- искали то, что могло выезжать, но ближе к центру города подход был иной – высматривали все авто белого цвета независимо от направления движения. Автомобиль ехал небыстро, погони не получилось. Три машины, в том числе и встречная, самоотверженно и неосмотрительно подставившая бок, заблокировали дорогу.

Из Жигулей никто не спешил появляться. Вышедшие из блокирующих машин также не торопились освобождать возможных пленников. Стекла Жигулей были затонированы и, кто его знает, что могла за ними крыться. Посоветовались, сошлись на том, что в остальном должна разбираться полиция. Те приехали быстро. Происходящее стало напоминать сцену из боевиков: Звуковые и световые сигналы полицейских машин, сотрудники ДПС с автоматами. Подъехали корреспонденты местного телеканала.

Набежали зеваки, которых начали оттеснять полицейские. Всем прибывшим нашлось занятие. Заместитель начальника ГОВД через динамик стал убеждать засевших в автомобиле отпустить детей, а самим сдаться.

Наталья рвалась к Жигулям. Александр удерживал жену и просил подождать немного, чтобы не было хуже. Время шло, но дети, если они удерживались, еще не выходили, а киднепперы, если таковые имелись, сдаваться не торопились.

– Я не могу больше так! – Вскричала Наташа, вырываясь из рук мужа, и побежала к Жигулям. В оцеплении не успели отреагировать и пропустили женщину к машине. Сообразив, или уже ничего не соображая, Наташа рванула ручку задней двери и молча кинулась вовнутрь.

Первым из салона она извлекла мальчика – соседа, следом девочку, его сестру, третьим был ее ненаглядный Илья!

Все происходило быстро и заняло, может, две-три секунды. После освобождения третьего ребенка из машины, какие-то мгновения полицейские еще медлили, словно ожидая, что женщина в своем порыве сделает и их работу – выдерет из салона и преступника, а потом кинулись к водительскому месту.

Тем временем близнецам тоже нашлось место в объятиях их родителей. В Жигулях больше никого не было. Полицейские заглянули и в багажник на всякий случай. Начальник дорожной инспекции, начиная понимать происходящее, что-то нашептал начальнику полиции на ухо. Тот согласно покивал. По его распоряжению оба счастливых семейства на служебных машинах развезли по домам, а главный инспектор поехал к хозяину угнанного автомобиля.

Тот отпираться не стал и признался, что оставил ключи зажигания в машине, а второпях и дверь машины не захлопнул «на минутку заскочил домой, чтобы оставить пакет с продуктами, а то потом далеко из гаража обратно тащиться»

В вечерних новостях сообщение о происшествии было сдержанным:

Дети нашлись и переданы родителям. Горожане проявили самоотверженность в поисках и, во многом благодаря их стараниям, все закончилось благополучно.

Вечером того же дня, когда детей уложили спать, Александр сказал жене:

– Наташа, до школы еще есть время, надо занять пацана чем – то интересным, и при этом, чтобы был надзор. Нам дико повезло, что Илья не создал ДТП.

– Чем детсад не устраивает- и интересно, и надзор есть? Я скажу там, что отпускать его без взрослых не надо. – Наташа все еще оставалась раздражена случившимся.

– Ты же понимаешь, что детсад не его уровень. Он едва ли не сам может работать в нем воспитателем.

– Так предложи! С учетом вундеркинизма и зарплату попроси для него повышенную!

– Я вот о чем подумал, Наташа. – Гнул свое Александр, не замечая настроения жены. – В Ивановке живет твоя двоюродная сестра Катя. Муж у нее работает все лето на прииске. У них трое детей. Давай и наших до школы туда отвезем. Скучно им не будет. Отпросись, в школе – занятий сейчас нет, отпустят, я думаю. А я отвезу и привезу вас. Ты же сама говорила, что редко видитесь с Катей. Лес там рядом, ягоды пособираете, грибы. В Усолке поплаваете.

– Поплаваешь в Усолке. Там курицам по колено!

По инерции Наташа еще сердилась, но предложение, видно, понравилось.

Через день, ранним утром, семейство погрузилось в, довольно представительного вида, японский праворульный внедорожник. Дорога могла занять около часа. Спустя пятнадцать минут езды, кроме Александра, все спали.

Илья в деревне еще не бывал. Все у него вызывало любопытство. Куры, бродившие по двору и находившие, что клевать на земле и в траве. Петух крупный и важный, временами подминавший какую-то из куриц. Илья не мог понять только, за что он их наказывает.

Серьезные опасения у него вызывали гуси. Они пару раз его атаковали и даже ущипнули. Познакомился он и с псом Кара. Как ему объяснили, кличка от прежних хозяев – татар, они переезжали в другие края. Пришлось им собаку оставить. Полное имя Карабай, только выговаривать лень. Но пес реагирует нормально. Илья пару раз подкормил его объедками и костью, укрепив намечавшуюся дружбу.

Конечно, знакомство началось с маминой сестры Кати, которой Илья очень понравился, ее старших детей Володи – первенца, на шесть лет старше Ильи, и Маши, которой минуло восемь лет.

Самый младший член семейства Захар недавно только начал ходить и не возбудил у Ильи никакого интереса. Зато мама Наташа пришла в восторг от него и часами возилась с ним.

«Ну, что возьмешь, женщина!», – вздыхал Илья. Он немного ревновал. Сестра Надя больше времени проводила с Машей. С утра организовывали школу для кукол, куда приводили и Захара. После обеда школу переоборудовали в больницу тоже с непременным участием Захара. Правда, на этот раз, спящий Захар, по разумению девочек, больше подходил для уготованной роли.

Мама Наташа тогда или помогала Кате по хозяйству, или, о чем о чем- то все разговаривала, что тоже можно расценить как помощь, так как тем для разговора хватало, а вот обсудить это Кате, за отсутствием собеседников, удавалось нечасто.

Володя, которому было поручено приглядывать за юными гостями, взялся за дело ответственно. Уже в день приезда он позвал обоих ребят, а заодно и свою сестру на экскурсию по деревне. В деревне стояло домов пятьдесят в три нитки вдоль реки Усолки.

В центре располагались здание сельской администрации, начальная школа, куда привозили детей и из соседнего поселения, продуктовый магазинчик, работающий три дня в неделю по полдня, а за третьей грядой домов, через пустырь, начинался лес.

– Не бойтесь, не заблудитесь, авторитетно пообещал Володя. – Это вроде большой рощи. Можно идти в любую сторону и все равно выйдешь к реке, полям и ли к домам. А сотовая связь неустойчивая и не от любого оператора.

Зато есть и ягоды, и грибы. Городские сюда не едут, считают, что мы все обираем. Так и сохраняется.

Володя показал и, где в реке можно купаться.

– Не утонете даже, если не умеете плавать. Тебе Илья и то будет не глубже этого. – он указал на область шеи. – Пацаны тут и вовсе обходятся без плавок, все больше в трусах. Девочки, правда, в купальниках, вольностей себе не позволяют.

Обход деревни, включая купание, занял не больше получаса. Кара держался поблизости, охотно перебрехиваясь с собаками, подававшими голос из-за заборов.

Илье, все, что он увидел и узнал здесь, показалось занимательным, но простым. Он как-то попривык, что всякое знание требует определенных усилий. Несомненно, здесь самое интересное оставалось еще сокрытым. Хотелось понять, чем это могло быть и как подступиться к тайне, если она, конечно, была. Река мала, в ней трудно спрятать или спрятаться. В поле и по пустырю гуляет ветер. Тоже ничего не скрыть.

Оставался лес. Тот, что случалось ему видеть в кино или по телевизору, но там к концу фильма все таинственное извлекалось и оказывалось часто не родом из леса, а занесенным или завезенным из города. Здесь, в Ивановке, он мог сам попытаться раскрыть таинственное. Пусть даже оно и окажется занесенным со стороны.

Одного, понятно, его не отпустят погулять в лес. Оставалось уговорить маму. На другой день с утра Илья подступил к матери.

– Мама, пойдем в лес сходим.

– Что ты там хочешь?

– Погуляем, ягоду или грибы будем собирать. Мы ведь с тобой не заблудимся, а меня одного ты не отпустишь.

– Еще чего, сынок!? Я еще от городских твоих подвигов не отошла.

– Мы пойдем, мама? И Наде будет интересно.

– Насчет Нади я сомневаюсь. Они с Машей собрались в гости к соседским девочкам. Прически друг другу делать будут. У них соревнование. Может, и ты поучаствуешь.

– Мама, я серьезно. Пойдем в лес.

– Ну ладно, уговорил, Иля. Сделаю пару бутербродов, вдруг проголодаемся, возьму ведро для грибов, а тебе баночку под ягоду. А пока погуляй недалеко, если хочешь.

Через полчаса они вышли со двора. Кара идти с ними, почему-то не захотел.

Пробежался рядом до начала пустыря, потом отстал. Видно, в деревне интересней. Так даже лучше, отметил Илья, не придется искать, если собака заблудится.

Минут через десять они вышли к опушке леса. К счастью, комаров не было, не пришлось мазаться «Дэтой».

– Иля, от меня не отходи, собирай вот такую ягоду. – Наташа сорвала землянику и бросила в банку сына- если увидишь гриб, зови меня, я срежу ножом, надо корешок оставить в земле.

После переданных и полученных наставлений мать и сын принялись исследовать угодья. Лесок был негуст и литровая баночка Ильи, шнурками закрепленная на теле, потихоньку наполнялась. Но все выше поднимавшееся солнце гасило его энтузиазм и утомление брало свое. Мать не удалялась за пределы видимости от сына и заметила, что тот норовит присесть в месте, где попрохладней.

– Иля, устал, сынок?

– Да, мама, немного.

– Я сейчас подойду. – Наташа, поискав взглядом, нашла подходящее тенистое место, где она хотела поместить сына. На траву она расстелила свою куртку

– Иди сюда, сынок, полежи. Можешь и поспать. Я тут пособираю еще маленько. Никуда отсюда не уходи, хочешь, засеки время. Сейчас одиннадцать утра, не позже чем через час я вернусь к тебе.

Наташа на ствол дерева повязала свою косынку, чтобы увидеть издали.

Улегшись, Илья еще поворочался немного, устраиваясь поудобнее, а потом задремал. Очнулся он от прикосновения.

– Мама, это ты? – Илья открыл глаза и огляделся. Мамы не видно, а рядом сидел крупный бородатый человек в рубашке, какую носили богатыри в мультиках. Из белых штанин торчали крупные, корявые ступни.

– Нет, малец. Мама твоя заблудилась. А я Леший. Лес этот – часть моих владений.

– Так мне надо идти искать ее!

– Ты и пойдешь, меня она испугается. Ты вот встанешь сейчас и медленно повернись вокруг места, где стоишь. А как почувствуешь тепло в животе выше пупка, так в ту сторону и иди. Там мамку и найдешь. Обратную дорогу выбирай также – животиком, только подумай, куда тебе надо.

Илья поднялся и сделал, как говорил Леший, пока не ощутил тепло в солнечном сплетении.

– Я нашел, дядя Леший! Спасибо. – Обрадовался Илья. Он огляделся – никого и не было! Но надо идти спасать маму!

Подняв куртку, он двинулся в направлении, указанном компасом Лешего. Часы на телефоне показывали второй час дня. Свою баночку и мамину косынку он тоже прихватил.

Идти далеко на пришлось. Возможно, минут десять. Мама сидела под осиной, обхватив руками ноги и опустив голову на колени. До этого Наташа ходила, бегала, кричала, пока не поняла, что заблудилась. Телефон ожидаемо молчал: «Что натворила? Как теперь Иля?!»

– Мамочка! Я нашел тебя, не плачь!

Изумленная Наташа смотрела на сына, который подбегал к ней.

В последний раз Илья, наверное, еще младенцем принял такое количество поцелуев.

Когда шли в деревню, Наташа, все еще ошеломленная, крепко держала сына за ладонь и продолжала допытываться, что за мужчина показал дорогу к ней и не обижал ли Илью. Версию сына о Лешем она всерьез не восприняла.

Подходя к дому, Наташа попросила сына никому не рассказывать об их приключениях: «Не поверят, а то и засмеют».

– А мы еще пойдем в лес, мама. Теперь я знаю, как не заблудиться и даже набрать грибов.

– Посмотрим, Илья, посмотрим.

До отъезда они еще несколько раз ходили в лес со старшими детьми Кати, и без грибов не возвращались. Чем удивляли местных: «в тех местах отродясь грибов не собирали».

Илью больше интересовал Леший, с которым ему всякий раз удавалось пообщаться, пока остальные рыскали в соревновательном азарте. Он и объяснил, где можно увидеть русалок на Усолке.

Один идти на реку Илья не решился. Мама ответила отказом: «Не фантазируй, Иля, а с меня и лешего довольно». На этой ноте исследовательский позыв Ильи в деревне и завершился. За несколько дней до начала учебного года Александр утром приехал за семьей. Обратную дорогу семейство, за исключением его главы снова проспало.

С началом учебного года Илье пришлось сильно сократить дворовые забавы. Когда после сдачи всех экзаменов, его перевели в третий класс, вместо зачисления, как положено, в первый, у многих это вызвало настоящий шок.

Были комиссии и проблемы чиновников от образования. Илью суета тоже затронула. Пришлось еще раз сдавать экзамены с участием в комиссии и наиболее активных родителей.

Другой экзамен пришлось выдержать от одноклассников. Большинство на полголовы, а то и больше превосходило его, а независимая манера поведения, считай, детсадовца – шестилетнего пацана, сильно раздражала классного лидера.

После нескольких предупреждений о том, что надо вести себя скромней, Григорий, главный подстрекатель, решил самостоятельно откорректировать поведение строптивца. После занятий его приятели нашли повод и уговорили Илью пойти в район новостроек. Там их и встретил Гриша.

– Я тебя предупреждал, что плохо будет, если не будешь уважать старших и слушаться?

– Ты драться хочешь?

– Что с тобой драться, отвешу подзатыльников и пойдешь к папе с мамой!

– Попробуй.

С высоты своего роста, Гриша положил ладонь на голову Ильи и оттянув средний палец с усилием, отпустил его. Звук шлепка оказался громким и вызвал смех мальчишек.

Это был последний осознанный поступок Гриши. В следующий момент получив удар в область подбородка, который нанес головой Илья, он оказался на земле. Илья на этом не остановился. Усевшись на неприятеля верхом, он вернул тот же шлепок по голове. Поднявшись, он оглядел приятелей потерпевшего.

– Еще кто-нибудь хочет?

Деморализованные подростки молчали. История продолжения не имела. Илья же обрел авторитет и неприкасаемость.

Занятия в школе, а еще больше вне школы – дома, в спортивных секциях мало оставляли свободного времени.

Это приносило свои плоды – в десять лет он закончил седьмой класс, а в четырнадцать и школу, одновременно со старшей сестрой. Тина, подруга детства и его увлечение, к этому времени закончила только восьмой класс. После сдачи выпускных экзаменов и получения детьми документов, Александр с Натальей решили устроить небольшое семейное празднество.

Было выбрано небольшое кафе на берегу реки. Вечер оказался душным после жаркого дня и свежий воздух с реки взбадривал. Путем компромиссов старшего и младшего поколений удалось согласовать сервировку стола. Символом торжества стало, конечно, шампанское в ведерке со льдом.

– Давай, отец, слово за тобой. Мое прозвучало, когда они появились на свет и то, что они слышали, как бы они его тогда не восприняли, явилось приветствием, так же, как и теперь. Нужно напутствие, – сказала Наташа с бокалом в руке.

Илье налили на два-три глотка, чтобы прочувствовал важность момента. Надежде поменьше, чем маме – она хотела еще погулять с подругами.

– Мы с матерью знакомы с вами немного дольше, чем вы с нами, улыбнулся Александр, поднимаясь с места:

– Ты, Наденька, старшая. Не знаю, как жизнь к тебе повернется, но уверен, что на ближайшие четыре-пять лет все, что зависит от тебя, ты выполнишь наилучшим образом. Если вдруг случится непредвиденное, мы с матерью всегда поддержим, а твоя комната всегда за тобой. А может в школе рядом с мамой придется работать после института.

– Ты, Илья, ни в мать, ни в отца, и про удалых проезжих молодцов я тоже не слышал. В городе таких тоже не было последние лет сто. Специально в городском архиве интересовался. Так, что и путь у тебя будет необычным.

В твоем уме и способностях я не сомневаюсь. И везуч ты, как я пониманию. При твоем потенциале тебя может остановить только то, что называется рукой судьбы. И она отмерила и твой путь, и его направление, и , следовательно, охрану на всем протяжении. Хорошо, что мы тебя крестили: будешь знать, кого благодарить и где его найти, когда доберешься до финиша.

Если коротко, это то, что я и собирался сказать. Спасибо, за внимание.

Александр шутливо поклонился и протянул бокал, к которому двинулось еще три.

Через час родители остались одни. Дети умчались к друзьям.

– Не представляю, как я, – как мы, – поправилась Наталья, – будем без них.

– Не драматизируй, Наташа. Надя в областном центре, может каждую неделю бывать у нас или мы у нее. Всего то двести километров, не говоря о том, что можно звонить. С Ильей сложней, но если все будет, как обещал Дмитрий, то и тут расстояние пять часов полета плюс час на дорогу с аэропорта. Есть и скайп. Главное, они выбрали свой путь и сделали свой выбор, а мы выполнили свои обязанности и помогли им, дальше они сами. А нам нужно подумать, не повторить ли курс молодой семьи?

Месяцем ранее. Дмитрий

Дмитрий Кишишев владелец израильского паспорта и дома в Вифлееме, постоянного места жительства не имел. Израильский, российский и еще пара паспортов позволяли беспрепятственно ездить почти по половине мира, не прибегая к визам.

Сейчас Дмитрий, в очередной свой приезд на историческую родину, думал, что интересно бы поглядеть на каком этапе ску- коживания остановится город, в котором он несколько десятков лет назад родился. Капитализм аттестовал и оставил райцентру реальную значимость, избавив от деревообрабатывающего комбината, завода металлоконструкций, автопредприятия и еще десятка существенных при прежней жизни организаций.

Он жил у родителей, ради которых, собственно, и приехал. На уговоры Дмитрия перебраться ближе к столице, а еще лучше, на юг, они пока не поддавались.

«Здесь большая часть жизни прошла, друзья пока еще живы, а там с кем общаться? У внуков давно своя взрослая жизнь. У тебя, Дима, дом есть, а семьи нет. Сам по миру бродишь», – аргументы матери. Отец с ней солидарен.

Сейчас им неплохо. Несколько лет назад Дмитрий уговорил их отдохнуть на курорте, подлечиться. Затем организовал морской круиз по Европе и Африке.

Пока они набирались сил, он заключил договор с местными строителями на возведение нового дома, который решил поставить на месте старого брусового. Оплату предусмотрел щедрую при условии, что нареканий не будет, и двухлетней гарантии на качество работ. Теперь на участке стоял комплекс сооружений из дома, бани, сарая, гаража, теплиц и крытых переходов.

Майские дни не лучшее время для отдыха. На третий день он заскучал. Деятельная натура требовала активности и работы. «Ну все, поеду через пару дней». – решил Дмитрий

С бывшими одноклассниками он встреч не искал. В прошлый свой приезд он как-то организовал такую коллективную встречу, но интересной ее не счел, если не считать пополнения интимного опыта одновременно с двумя партнершами.

Сегодня он совершал прогулку по бывшим окраинам города, где теперь развернулось жилищное строительство. Из теленовостей он знал, что мэру удалось добиться, чтобы для жителей северных территорий области при завершении работы на Севере, жилье возводилось здесь, где они могли приобретать его на жилищные сертификаты. Это был хороший, а может быть и лучший ход из возможных, чтобы придать городу второе дыхание на несколько десятилетий.

– Эй, Кишиш, это ты, что ли?! – Дмитрий услышал возглас со стороны бетоновоза, мимо которого только прошел. Обернувшись увидел, как от машины к нему движется один из мужчин, что перед тем стояли и разговаривали.

– Ба, это ты Каша?! – Дмитрий признал в нем соседа и друга детства, с которым учился в начальной школе. Правда, среднюю школу они заканчивали в разных местах. Потом они еще не раз пересекались, пока судьба окончательно их не развела.

После самых сердечных объятий Каша, он же Александр Кашин, сказал, что сейчас ему некогда – сломался бетоновоз, а он механик и обязан принять меры. А ждать его будет вечером, в гости, и оставил адрес.

Квартира Кашиных в обычной пятиэтажке Дмитрию понравилась. Чувствовался достаток и уют. Не было тяжеловесной старой мебели и коричневых расцветок. Три комнаты на четверых, показывали, что лишних денег у хозяев нет.

Уже за столом, после того как Александр представил гостю жену и детей, Дмитрий сделал комплимент супруге хозяина:

– Дизайн квартиры наверняка ваша заслуга, Наташа, или я ошибаюсь, и это дочь постаралась?

– Ошибаетесь, не моя и не дочери, мы только помогали. Это Илья!

Дмитрий не смог скрыть удивление:

– Я не специалист, но видел работу профессионалов и скажу, что здесь сделано на приличном уровне, особенно, для любителя. У тебя талант, Илья. —

Дмитрий по-другому смотрел то ли на подростка, то ли уже на юношу. Ясное открытое лицо, умные, проницательные глаза, вынуждали переоценить первое впечатление.

– Спасибо, Дмитрий Михайлович. Я старался.

Дмитрий перевел внимание на дочь Надежду. То же открытое лицо и умные, но без видимой проницательности глаза. Дальше он вернулся к лицам родителей и увидел то же выражение открытости и силы.

– Мне кажется, в хорошем, конечно, смысле, что все вы из одного замеса небесной кухни!

– Не смущай, Дима, молодежь, да и Наташу. Расскажи о себе, мы лет пятнадцать не виделись.

– Если коротко, то после химфака института пошел в аспирантуру. Отец сказал: «Учись, о деньгах не думай, вытянем. Ты наша единственная материальная и духовная ценность. Других детей нам Бог не дал». Шли девяностые, сами знаете, какое это было время. Но, с другой стороны и требования к учебе и защите были не то, что прежде.

Так что, кандидатскую я смог защитить меньше, чем за три года. А за это время я определил для себя несколько направлений для бизнеса после учебы.

Тогда слабые предприятия тонули, но еще барахтались, сильные старались укрепиться через диверсификацию. Но все были согласны с тем, что современная техника позволит усилить конкурентоспособность. Я понял, что той техникой была компьютерная.

В Москве и Питере ее хватало, а в нашу глубинку, как обычно, все доходило позже. Кроме оборудования требовались еще и специалисты. Короче, через московских знакомых я вышел на надежные фирмы, нашел специалистов согласных работать вахтовым методом за двойную московскую зарплату. Пришлось покрутиться и здесь. Вот тут, кстати оказался диплом кандидата наук.

Авторитет выше, доверия больше. Тогда у многих деньги имелись, советская еще доверчивость тоже была. Я начал с малого – десятка полтора аппаратов плюс два специалиста. Дальше – больше. Короче, лет через десять я заработал денег достаточно, чтобы не задумываться о них. Сейчас активную деятельность я свернул. Остались пара – тройка консалтинговых фирм и Интернет-магазин. А я живу своими эгоистичными интересами, путешествую. Недавно развелся, дети постарше ваших и остались с матерью, а у меня бывают в гостях. Живут и учатся в Лондоне, как это принято теперь у состоятельных. В общих чертах теперь вы все знаете.

Излагай, Саша, свой эпос.

– Давай- ка, Дима, сначала выпьем за встречу, поужинаем и отпустим молодых, им готовиться надо, скоро выпускные.

Дмитрий чувствовал себя вполне в своей среде, как давно не случалось. С родителями такого не было из-за вольной или невольной их опеки, что часто вынуждало его оправдываться по разным поводам. Ну, разве что, когда жил своей семьей в окружении детей и жены.

После ужина мужчины спустились во двор. Вечер оказался по майскому свеж и быстро перевел градус разговора в реальную плоскость. Александр рассказал о беспокойствах и планах, связанных с сыном.

– Илья, конечно, умница и реалист, но ему всего четырнадцать. В области его обучать нет смысла, не его уровень. В Москву или Питер отправлять боязно. По жизненному опыту он еще ребенок и к самостоятельной жизни, считаю, не готов.

Дмитрий, которому юноша приглянулся, предложил:

– Саша, вот, что я думаю. Завтра, уже на ясную голову, я приду и переговорю с твоим сыном. Я думаю, что смогу тебе помочь. Вопрос только в чем и как. На это я дам ответ.

– Ладно, а теперь пойдем, попьем чайку или чего покрепче. Лучше, если начнем с крепкого.

На другой день Дмитрий пошел в школу, где учился Илья. Там он разыскал Наталью и попросил организовать ему встречу с преподавателями, которые учили и знали ее сына. Он побывал и на уроках в его классе. К концу школьных занятий он знал о способностях лучшего ученика все, что было известно его учителям.

Оставалось пообщаться с самим Ильей. После занятий он дождался его и предложил где- нибудь посидеть, так как хотел бы послушать и о его планах.

– Недалеко тут кафе, где есть чай, кофе и мороженное. Кстати и пироги тоже есть, можем подкрепиться.

Дмитрий сказал, что устоять перед этим трудно и принимает предложение.

Заказанная еда и напитки оказались по-домашнему вкусными, и собеседники быстро со всем справились.

– Тут мне и мама и остальные сказали, Дмитрий Михайлович, что вы все справки наводили обо мне. Для чего это вам

– Ты талантлив, я хотел понять, в чем или в какой области, чтобы помочь тебе в самореализации. Мне в свое время немало помогли, и я многого добился. Ты способнее чем я, и естественно, тебе нужна большая помощь. Для себя я не ищу никаких выгод, разве что морального удовлетворения, потому что материально я давно обеспечил и себя, и всех родственников, кто в этом нуждался.

– Дмитрий Михайлович, я сейчас изложу, чего я хочу. Свое предназначение я примерно знаю. На этом этапе, в течение 4-5 лет я должен изучать философию, социологию, политологию, социальную психологию и не только. Меня интересует физика тонкого мира и его социальное устройство.

То есть то, что официальная наука не склонна признавать, так как ее инструменты не могут ни подтвердить, ни опровергнуть известные факты. Тех, кто занимается изучением такого мира, всерьез не воспринимают. Я хочу, как минимум, знать все, что знают эти первопроходцы.

В подтверждение обоснованности своих интересов скажу, что в течение примерно трех лет вы снова женитесь, обоснуетесь с семьей в Швейцарии или на севере Италии. Ваша будущая жена пока замужем, но она скоро разводится и у нее есть ребенок – дочь. И, кажется, вы будете счастливы.

Дмитрий был слегка ошарашен. Для такого короткого срока программа показалась ему впечатляюще сильна, если не сказать, самоуверенна, особенно для 14 летнего подростка.

Прогноз относительно женитьбы заставил его улыбнуться. Женитьба в его планы не входила.

– За прогноз спасибо, а по поводу всего остального я предложу следующее: У меня в Лондоне есть дом, где живут бывшая жена и мои дети. Она британка, я не специально, так получилось. На территории двора есть и флигель, там две комнаты, и никто не живет. Так что выбирай. Дом большой – два этажа и десяток комнат. Считаю, в доме тебе будет лучше. Языком владеешь как англичанин, верю твоей маме, воспитан, проблем никому не доставишь. В доме есть повар, горничная, другая прислуга. Тебе не придется отвлекаться от учебы. А хочешь, можешь и скомбинировать: в доме только питаться, а жить во флигеле. Если согласен, то детали по приезду.

Я открою доступ для тебя на своем специальном счете. Сумма будет достаточной для жизнедеятельности в течение пяти лет, включая поездки в Россию или куда -либо на отдых. Лимитироваться будет по годовому интервалу. Если не хватит, свяжешься со мной.

Как ты предрекал, я буду не дальше Италии. Если согласен, я займусь подготовкой к переезду. К июлю, думаю, получишь аттестат?

– По моим сведениям, Дмитрий Михайлович, в этом году мне туда в ВУЗ не попасть – аттестат то российский. Для поступления нужен британский или пара лет обучения в английской школе. К тому же я несовершеннолетний, короче проблем много.

И терять время не хочется. Московский университет вполне устроит. Покажется мало -тогда можно перевестись в зарубежье.

– Об этом я не подумал, Илья! Но и при таком раскладе могу помочь. У меня в Москве есть квартира в пределах Садового кольца. Оформлю ее в аренду на имя твоего отца и живи на здоровье. На тебя сделаю вклад в сбербанке. Как соберешься ехать, оформишь здесь карту. Так удобнее.

Через день Дмитрий с копиями необходимых документов, номерами телефонов друзей и Ильи вылетел в Москву.

Рыбалка

Как и ожидалось, Илья закончил с золотой медалью и с учетом диплома призера всероссийской олимпиады, он по правилам зачислялся вне конкурса.

Сестра готовила документы в университет на факультет восточных языков. Сказала, что будет переводчиком, но жизнь покажет – ее ли это.

Илья не философствовал, а готовил документы пока, наконец, не отправил нужно заказным письмом по почте в Москву в приемную комиссию. Дождавшись ответа о том, что документы приняты, он перевел дух и принялся за организацию последнего этапа своего пребывания на малой родине.

Договоренность об организации похода на Бирюсу с двоюродным братом Володей из Ивановки у Ильи была давно. Тот окончил строительный техникум, а до призыва в армию устроился лесником. Так что мог совместить приятное с полезным. Сразу условились, что девчонок не будут брать. Предстояло преодолеть около пятидесяти километров, из которых часть по тайге, другой отрезок по реке.

Необходимые припасы и снасти уместились в рюкзаке. Для такого маршрута пришлось купить походный костюм с обязательным капюшоном и сеткой от комаров. Отцовский оказался велик.

Естественно, все это время сопровождала и давала советы Тина. Илья сразу предупредил, чтобы она и не мечтала о совместной поездке на рыбалку.

Девушке было сказано, что не поможет даже письменное разрешение от родителей. Ее брат близнец, который не пылал желанием кормить комаров, безуспешно пытался отговорить ее от участия в авантюре. Не помогало и сообщение МЧС о начавшихся в тех местах пожарах. Мать Ильи тоже засомневалась после информации о пожарах. Илья, на полголовы переросший мать, обнял ее за плечи одной рукой и поинтересовался лукаво, кто кого спасал восемь лет назад в деревне. А в заключение обещал не рисковать и звонить, когда будет действовать сотовая связь.

На вопрос Тины, когда Илья поедет на свою рыбалку, следовал стандартный ответ:

– Как только, так сразу.

У нее шла параллельная подготовка. Ноздря в ноздрю, как сказали бы любители скачек. Продукты, палатка, походная одежда ждали своего часа, а Тина своего.

Родители поехали навестить бабушку с дедом и вот-вот должны вернуться. По телефону от них поступило указание без них ничего не предпринимать. Инструкция от них в виде СМС поступила и на телефон другого близнеца – Игоря: «ЕСЛИ УЕДЕТ, СПРОС С ТЕБЯ!» Теперь Тина караулила Илью, Игорь – сестру. Как-то проснувшись, Игорь по привычке пошел к окну: соседского джипа на месте не было. Он молча ринулся в комнату сестры: застеленная кровать, и ее нет!

– Капец!! – Он, как был, в трусах, побежал во двор дома. Естественно, картина, виденная из окна, не поменялась: ни машины, ни сестры!

Тогда, не теряя времени и темпа, направился к улице. Озираясь по обе стороны дороги, он никого не обнаруживал.

– Эй, хлопчик, ты чего потерял? Не меня ли, часом, ищешь?

Услышав голос Тины, Игорь подскочил от неожиданности.

Она сидела на своем рюкзаке у тротуара на газоне, с насмешливой улыбкой.

– Опоздала, они затемно с отцом уехали. Может он и прав – пожары там. Он говорит, видение ему было нехорошее. Оттого и не взял с собой. Бери рюкзак, Игорь, пошли домой! Ну ты и везунчик. даже не представляю, что устроила бы тебе мама!

Игорь действительно почувствовал огромное облегчение оттого, что сестра рядом.

С рассветом джип въезжал в Ивановку. В окнах дома родственников света не было, но после того как Александр заглушил мотор, стало слышно движение в дворе, а затем распахнулась калитка.

– Входите, с приездом! Как доехали? – Володя стаскивал в кучу то, что планировал взять с собой. Но объяснил, что это не все его, а надо оставить на кордоне, для егеря. Там и они будут базироваться.

– Завтракать будете? Глазунья и соленое сало? Ехать долго, проголодаемся.

Александр, не смог заставить себя отказаться от деревенского угощения.

– Пошли, Илья. Мне в городе будет некогда. Сразу на работу надо.

Управились с едой быстро. Александр, поочередно обняв сына

и племянника, сел за руль джипа и под лай собак покинул деревню.

Володя завел и подогнал УАЗ «буханку», куда они с Ильей погрузили вещи и ящики. Выгнав машину за ворота, и сев за руль он перекрестился: «С Богом!».

– А ты чего не крестишься, Илья? Не веруешь?

– Я про себя, за нас обоих. Оружие есть?

– Да, припрятал в машине. В железном ящике в салоне.

– А ехать далеко?

– Километров тридцать по дороге. Дальше по бездорожью в тайге еще пятнадцать- двадцать. Последний этап по реке, наверное, километров тридцать, а может и меньше. Там я не знаю.

После поворота на таежную дорогу Илья скоро почувствовал разницу между привычным и не очень качественным состоянием дороги и состоянием, плохо поддающимся описанию. Пришлось держаться обеими руками вместе или поочередно за панель или дверную ручку, чтобы не приложиться головой обо что-нибудь. Лес то подступал к самой машине, то раскрывался поляной. Порой Илья думал, что пешком было бы комфортней добираться. Перемещение по мукам продолжалось около полутора часов.

На берегу реки братья сначала разгрузили машину, потом загнали ее в лес. Там Володя использовал свои секретки от угона машины. Илья прошелся вдоль берега, прислушиваясь к звукам, но ничего похожего на гул мотора не доносилось. Зато надвигался мало-помалу туман, причем преимущественно со стороны, куда они направлялись. Правда, запаха гари не ощущалось. Подошел Володя с ружьем за спиной:

– Слышишь, идет!

Действительно, над невеселой тишиной появился стрекот, а минут через пять они начали погрузку на потрепанную лодку «казанку». Хозяин лодки, как понял Илья, был из староверов, но канонов не придерживался и курил на берегу, пока парни грузили вещи. Небольшая бородка и одежда современного кроя делали его неотличимым от многих сверстников горожан.

– Довезет нас до кордона, там и выгрузимся. Андрей пойдет вниз по реке в свою деревню. Недалеко от нас будет. Если не дозвонится, приплывет за нами через неделю, объяснил Володя.

С началом движения парням пришлось надеть куртки и капюшоны. Солнца не появлялось, и утренний воздух был довольно свеж. Лодка, нагруженная до паспортного предела, а то и больше, шла тяжело, хотя и вниз по течению.

Илья с любопытством рассматривал берега. Оголенные местами, после пожаров прошлых лет, они навевали грусть. Илья не чувствовал в прибрежном лесу движения живого. Похоже, кто мог, переместились подальше от наступающего огня. Добрались меньше, чем за полтора часа, ко всеобщему облегчению, любая волна могла потопить груженую лодку.

Когда все перетаскали в дом, парни ощутили изрядный голод. Володя, как обладающий большей сноровкой в этом деле взялся растапливать печь и греть чай. Илья сходил за водой и стал накрывать на стол во дворе.

После еды повеселело на душе, и небо просветлело: то ли ветер изменил направление, то ли огонь удалось погасить.

– Предлагай, брат, куда двинем: вверх, вниз? – Илья посмотрел на Володю.

– Пошли вверх по течению. Посмотрим на клев, а там будем решать.

Где позволял рельеф шли вдоль берега, обходя скалы. К тому времени, когда почувствовали утомление, у них на двоих было пара хариусов и голец, которых удалось поймать на протоке. Володя, посмотрев на часы, объявил, что на сегодня хватит. Хорошо еще недалеко ушли. После всех дневных забот и раннего подъема, Илья почувствовал желание уже никуда не идти, а лечь и выспаться. Но возвращаться пришлось.

Решили снова растопить печку, так как ночь могла оказаться прохладной. На печи и пожарили рыбу в найденной здесь сковородке. Для голодных парней этой еды много не показалось. Спать устроились в своих спальных мешках.

Утро выдалось смесью тумана и запаха дыма. Парни были несколько встревожены этим обстоятельством. Володя, упреждая вопрос брата, предложил, что сегодня будут ловить там, где укажет Илья. Он не хотел оказаться вновь крайним, если не получиться поймать. Илья охотно согласился, но поставил условие, что пойманную рыбу понесет Володя. Позавтракали быстро. Ружье припрятали в подполье. Парней начал охватывал азарт от предстоящей рыбалки. Место Илья присмотрел еще вчера, но говорить не стал, так как предстояло перебираться на остров на другой берег протоки. До предполагаемой переправы добрались быстро, правда, пришлось побродить по берегу, пока он не выбрал место, где следовало перейти.

Обувь решено было припрятать здесь же, а идти босиком и в трусах. Получилось удачно – глубже, чем по пояс нигде не промокли. Одежда разместилась на плечах. Клев начался через несколько минут после закидывания лесок с наживками. Поначалу Володя каждую удачную подсечку встречал громким возгласом. Позже, сдержанно, как профессионал. Пойманную рыбу не складывали в определенное место, а бросали в траву подальше от берега.

Через часок Илья взял мешок и пошел собирать рыбу. Судя по весу улова, процесс следовало приостановить. Набиралось килограмм пятнадцать.

– Володя, заканчивай, иди сюда, – Илья помахал брату, а когда тот подошел, протянул ему мешок, – попробуй, подними.

Посовещавшись, решили выпотрошить рыбу здесь, чтобы легче было нести и порыбачить еще немного.

На обратном пути мешок пришлось нести по очереди. Но большую часть дороги нес мешок все-таки старший брат. По возвращении взялись срочно солить рыбу, а после поместили ее в погреб, там оказалось прохладнее, чем в воде.

Видимость против утра ухудшилась еще сильнее. Ветер слабый, почти неощутимый продолжал подгонять новые порции дыма.

– Что скажешь, Володя? Надо бы связаться с Андреем, сможет он отвезти назад, если продолжит гореть? Сотовой связи нет, я пробовал.

– Пойдем к нему в деревню. Дым оттуда, может и сами горят. Давай перекусим и сразу пойдем. Каша из хлопьев и чай не отняли много времени. Старший взял свое ружье, младший охотничий нож и они двинулись вниз по реке. Дошли за полчаса. Улица из домов в два ряда, и обычно немноголюдная, вовсе была пуста. Ни коров, ни лая собак. Дым ощущался довольно сильно. Дошли до дома, который описывал Андрей. Покричали у палисадника. Не дождавшись отклика, вошли во двор и стучали в дверь.

– Кто там? – отозвался кто-то, судя по голосу, ребенок. А потом и сам вышел.

Оказалась девочка лет восьми. Из разговора удалось выяснить, что все взрослые с лопатами, топорами и ведрами пошли туда, где горит. Будут тушить. Два трактора тоже поехали. Братья, поразмыслив немного, решили не ждать здесь, а посмотреть на месте, что происходит. До опушки было недалеко. По дороге встретили молодого, высокого парня. Борода наличествовала, но вид имел несколько театральный – в белой косоворотке с вышивкой, опоясанный бечевкой и шляпой на голове. Поздоровались. Сказал, сделали, что могли: полосу вспахали, если повезет, то огонь там остановится. Остальные идут следом.

Парни пошли дальше, пока не встретились с остальными жителями деревни.

– Вы куда это, жить надоело?! – махали руками селяне. Многие перевязали лица мокрыми кусками марли. По мере подхода к очагу становилось тяжелее дышать.

Высмотрели Андрея. Поговорили. Рыбалка принимала совсем иной оборот. Он отказался их вывозить. Сказал, что пока здесь ситуация не прояснится, никуда не поедет. Вдруг придется спасать семью.

Братья переглянулись и присоединились к возвращающимся в деревню жителям.

– Им мы вряд ли чем поможем, так же, как и они нам. Поэтому есть вариант пешего марш броска к машине. Часть рыбы придется оставить, чтобы легче было.

Ты что скажешь, Илья?

– Годится, если не получится по-иному. Есть у меня задумка.

– МЧС вызвать не получится. А других способов нет. Только, если как я сказал добраться, а там сообщить спасателям.

– Ладно, Володя, ты меня пока не отвлекай. Спрячься на берегу за кустами, а я попробую позвать другого спасателя.

Илья нашел небольшую площадку на скале, образовавшей высокий речной берег и перешел на нее. Он всматривался куда то, поворачиваясь, время от времени по часовой стрелке.

«Интересно, что можно увидеть, когда меньше чем за десять метров стена дыма»-соображал Володя.

– Бо-о-ор! подал голос Илья, когда, наконец, выбрал направление. Он повторил слово несколько раз и поднял руки, раскрыв ладони в том же направлении.

Хотя дым и гасил голос, но звук был достаточно громок и разносился на всю деревню. Спустя некоторое время потянуло ветерком и недалеко от Ильи появился бородатый мужик, в белой косоворотке, босиком.

– Помоги людям, Бор. Видишь, какой огонь, может и спасутся, да нажитого трудом добра лишатся! Ведь лес и твое добро.

– Мог и не кричать. У меня со слухом все в порядке. Давно не виделись, вырос то как! А чего мне людям помогать? Сами подожгли, пусть сами и гасят.

– Так то, наверное, другие!

Сегодня другие, завтра они! Какая разница. Я от молний прикрываю. А это людские дела.

– Тебе ли не знать, Бор, безумцев и дураков везде хватает. Благодаря им люди всегда держатся начеку и ждут подвоха. Без дураков люди теряли бы больше.

– Здесь твоя правда, малец. Вот брат у меня. Старше меня лет на сто, а во всем бабу слушает. Запылал как- то лес недалеко от их берлоги, отправила с наказом погасить, запрудив речушку неподалеку. Запрудил – навалил в нее деревьев, да кустов, а сам пошел дальше наводить порядок. Вернулся – пожара нет, берлога под водой. Достал бабу, еле откачал. Ну, она потом его отмутузила.

– Вот, видишь сам, каково с дураками. Поможешь?

– Кабы не ты не стал бы я ввязываться в это дело. Сделаем так. Я в реку и начну воду подавать, а ты будь рядом с водой.

Куда ты, туда и я гоню воду. Мне из реки не видно, а тебя я чувствую. Если решишь, что нет опасности, дашь знать.

Леший с короткого разбега прыгнул в воду. Брызг не возникло. На соревнованиях по прыжкам в воду гарантированно получил бы медаль!

Илья побежал к лесу. Чуть опережая его по скорости, подул попутный ветерок и оттого он перестал ощущать запах дыма. С приближением и последующим входом на территорию, охваченную пламенем, Илья ощутил страх. Такого обилия огня на большой территории ему встречать не приходилось.

В чувство реальности привел его ливень, начавшийся рядом с ним. Дождь происходил на площади диаметром метра три и продвигался вместе и по направлению движения Ильи. Он прибавил шагу, рассчитывая ускорить процесс тушения, но пришлось снизить темп, так как местами ветви вверху деревьев не успевали затухать. Ветер продолжал дуть в сторону стены огня, возвращая дым, туда, откуда он поступал.

Огонь отступал, но по мнению Ильи, медленно. Приходило понимание, что его сил может и не хватить на то, чтобы несколько часов волочить столб воды.

Он спросил у Бора, может ли тот прибавить подачу воды. Ответ был отрицательный. Спустя минуту Бор сообщил, что вызвал брата, и воды теперь точно хватит. Постепенно поток воды стал нарастать и в конце концов более чем удвоился, затем и утроился – то к братьям присоединилась лещичиха. Через часа 3 огонь был погашен. Воздух над землей сделался прозрачным, но влажным от испарений. Развернувшись к реке, Илья поднял руки вверх и замахал, сооружая кресты. Водная стена немедленно исчезла, окатив напоследок его с ног до головы.

«Шутники», – проворчал про себя Илья. Вроде бы и не сам таскал воду и дышал относительно чистым воздухом, но ощущение усталости у него таково, как после целого дня физической работы. «Все, вымыться и спать, а завтра домой. Рыбалка удалась!» – успел подумать Илья, опускаясь на сырую землю и смыкая глаза.

Очнулся он от прямых лучей солнца через окно светивших в глаза. С минуту Илья пытался понять, где он находится. Ясно, что это чья- то спальня, так как кроме его кровати напротив стояла еще одна, но пустая. Он не чувствовал себя отдохнувшим, болела голова. «Пора подниматься и выяснить, что произошло» – подумал он, откидывая простынь. Но на нем, как выясняется, не было нижнего белья. После короткого раздумья, Илья обмотал простынь вокруг бедер и вышел из спальни в коридор. Безлюдье сподвигло его на дальнейшие шаги, пока он не оказался во дворе деревенской усадьбы.

Блуждания подвели его к огороду, на котором он увидел женщину, видно, хозяйку, возившуюся у грядки.

– Здравствуйте, скажите, пожалуйста, где я, и что с моей одеждой.

– Здравствуй, Илюша. Мы думали, что до утра проспишь после своих подвигов.

Сейчас проверю твою одежду. Постирала, должна высохнуть. Там и сажа на ней, и грязь была.

Женщина, в обычной одежде без намеков на старину, с пучком сорванного лука направилась к Илье. Возрастом она походила на его маму.

– Меня звать Валентина Ивановна, и ты у меня в гостях. Из лесу тебя твой брат вынес, а мы там всей деревней ждали, чем все закончится. Дальше мужики понесли. Мой дом ближний к лесу, я и попросила их занести ко мне, пока не поправишься. Я сейчас подтоплю баню, помоешься. У меня самой двое пацанов растут. Правда, не такие удалые, как ты. Муж сегодня в райцентре, завтра подъедет. Что-то заболталась я. Оденешься, накормлю.

Позже пришел Володя с новостями. Показал видео сражения с огнем, снятое старовером в косоворотке, которого они встретили по дороге в лес во время пожара. Оказалось, американец, приехал в гости к родственникам, а тут такое!

Видео смотрелось как блокбастер. В тумане возникает смерч, движущийся от реки дугой по направлению к лесу и исторгающий из себя поток воды.

По мере приближения камеры к водопаду, становится видно, что вода устремляется к вершинам горящих деревьев и гасит пламя. Внизу видно небольшую фигурку, которая сопровождает низвергающуюся воду и показывает направление, где следует поливать.

Следующий план снова из-за пределов леса выхватывает еще два смерча несущих воду в том же направлении, что и первый. Человек рядом с ливнем продолжает управлять потоками воды. Видно, что это совсем молодой человек, лицо с налетом копоти и очень усталое. Потом фигура скрывается за деревьями.

В третьей части видео идет панорамный обзор выгоревшего леса с падающими с уцелевших деревьев каплями воды. Ливень прекратился.

На финишных кадрах парень выносит чье-то тело из леса. На опушке их встречает толпа.

– Его зовут Петром. Сказал, что может на этом заработать кучу денег в Штатах-заключил Володя.

– Володя, сам скажи или приведи его ко мне. Если он это покажет, до того, как я попаду домой, то ему здорово придется пожалеть! Засужу так, что не заработает, а должен останется.

– Да не беспокойся, я его дяде, у которого живет, передам. И сам скажу. Кстати, староста или старший у них сказал, что вечером накроют столы в честь спасения деревни и ты должен быть.

К счастью для Ильи, кавказского размаха не случилось. Возле одного из дворов действительно были накрыты столы, за которыми сели представители каждого дома по одному или по два человека. Остальные, главным образом, дети бегали вокруг. Никакого освещения не предполагалось, что порадовало Илью – мероприятие не затянется. Старший взял слово, обращаясь к Илье:

– Дорогой наш гость! Илья, вчера мы тебя еще не знали и не были знакомы, а сегодня ты самый уважаемый среди нас человек. Я, например, да и остальные согласятся, всегда полагались на Бога, рассчитывали на себя и держались подальше от государства. Твое явление, иначе не скажу, то ли от Бога, то ли от иной доброй силы показало, что молитвы наши услышаны и они не лепет младенца, который тешится звуками, что издает сам, а имеют смысл и на другом уровне. Понимаю, что нет у нас возможностей отблагодарить тебя материально.

Да и вряд ли нуждаешься в материальных благах. Твой путь пролегает к иным, нам не ведомым, ценностям. Почему я так говорю? Ты показал силу подвластную тебе, но она такова, что недоступна и зрелым мужам! Боюсь и представить с чем или кем тебе предстоит встретиться, когда ты будешь к этому готов.

Успехов тебе, Илья, в твоих теперешних и грядущих делах. А здесь о твоих делах будет напоминать памятник, который мы соорудим с мужиками.

В твоей кружке, Илья, медовуха. Отведай, уважь. Выпьем за твое здоровье и твои добрые дела! Если не считать речи старосты, которая смутила Илью, остальное понравилось.

Были и песни. Девушки побойчее увлекали его в сторону от старших и просили американца фотографировать их с Ильей. К концу вечера они настолько освоились, что фотографироваться желали только в обнимку с ним.Между фотосессиями Илья разыскал брата, который пытался уединиться с одной из девиц и предупредил, что будет собираться на кордон, пока не стемнело, только попрощается со старостой.

Как и следовало ожидать, на что втайне надеялся Володя, староста не отпустил героя, и оставил ночевать их у себя. Илья тут же воспользовался предложением и уснул, едва добравшись до кровати.

Другой день складывался совсем иначе, чем накануне. После плотного завтрака у старосты, тот поручил сыну доставить братьев до места, где они оставили машину. Несмотря на возражения, им доставили немало местных гостинцев из копченостей и солений.

На проводы вышли все, кто был свободен. В основном это оказались женщины и дети. Мужчины ушли раньше осматривать то, что осталось от леса.

Оттого прощание вышло особенно эмоциональным и шумным, а поцелуи и объятия очень сердечны и искренни. Остановились у кордона. Забрали вещи и посоленную рыбу. Обратный путь вверх по реке занял больше времени, но солнечная погода создавала совсем иное настроение, и путь не показался длинным.

«Буханка» ждала на месте, где оставили. Предстоял позвон- ководробильный путь до шоссе. Илья предупредил брата насчет разговоров о подробностях пожаротушения. Ни к чему волновать родителей. Хотя ему не показалось, что Володя, что-то услышал. Тот приходил в реальность лишь когда особо высоко подкидывало.

О появлении связи известил звонок матери. Несколько минут взволнованных упреков и угроз отвлекли от размышлений о дороге. Следом звонок от Тины с язвительным и уязвленным выговором. Далее отметилась сестра, которая беспокоилась, что к его приезду в доме не окажется мази от ожогов.

С интервалом позвонил отец. Сообщил, что после работы, а получится и раньше, выедет в Ивановку. В Ивановке было тихо и жарко. Володя у дома посигналил. Никто не торопился открывать ворота. Чертыхнувшись, он вылез из кабины. К тому времени ворота медленно стали отворяться. В проеме показалась Маша.

– Вы что, спите все?!

Илья не стал дожидаться конца разборок и выйдя из машины сказал, что сходит искупается.

– Не задерживайся, обедать будем.

Вода в Усолке благодарно встретила Илью. Других пловцов не было, и тихое течение совсем встало, можно и поплескаться. Пискнула недовольно задремавшая русалка, перебираясь подальше в траву и тину. Глубоко нырнуть здесь не получалось. Со времени первого приезда Ильи дно не опустилось ниже. Несколько взмахов руками в одну сторону и несколько в другую, вот и все пределы, позволяющие еще плавать.

Когда Илья вернулся в дом, разбуженная Володей жизнь отовсюду являла себя. Маша ставила тарелки на стол, тетя Катя готовила салат. Захар, которому было почти восемь лет, искал младшую сестру, неизвестно куда подевавшуюся.

День женского внимания продолжился, когда поочередно родственницы одарили Илью поцелуями. С Захаром он поздоровался за руку, подчеркивая его самостоятельность. Глава семейства привычно отсутствовал, зарабатывал сезонные деньги.

За столом Илья пересказал все семейные новости, про здоровье, про планы. Выслушал, что нового в семействе тети. Про вероятный переезд в город, про предполагаемую учебу Маруси в медучилище.

После обеда, воспользовавшись свободными кроватями и приятной прохладой дома лег и проспал, пока не разбудил отец. По дороге домой Илья рассказал о своих приключениях, не упоминая лешего. Лесной пожар погасил сильный короткий ливень после молитв старообрядцев.

Отец рассказал, что пришел договор на аренду квартиры в Москве от Дмитрия. Квартира недалеко от университета, можно добираться пешком меньше, чем за полчаса. Квартира не его, он сам арендовал ее у знакомых. Своя в одной из сталинских высоток и сильно обветшала. Надо приводить в порядок. На счет Ильи Дмитрий перечислил полмиллиона рублей из расчета на год учебы. На карте небольшая сумма на текущие расходы, которая постоянно будет поддерживаться.

После зачисления Ильи, они с мамой решили, что вместе с ним поедут в Москву и помогут с обустройством. Возражения не принимаются. А еще, это по секрету, чтобы не проболтался, они с мамой приняли еще одно решение – заводят ребеночка.

– А не поздновато?! – удивился Илья. – Как со здоровьем?

– Пройдем максимальную проверку, и дальше тоже будем наблюдаться.

Понимаешь, вас с Надей рядом не будет. О ком заботиться?

– Папа, ты себя слышишь? Наблюдаться будете! А зачем столько проблем? Вместо того, чтобы ездить в турпоездки в Турцию, Таиланд или куда хотите. Так живите для себя. О друг – друге заботьтесь. Ко мне или к сестре в гости будете ездить. Выдохните, наконец. Детей почти вырастили. Кстати, меня еще не вырастили, я то – несовершеннолетний. Лучше обо мне беспокойтесь, если других поводов нет.

А то смотри, могу учудить и сделаю вас дедом и бабушкой. Вот и появится забота. Кстати, очень интересная мысль насчет внуков, не находишь. Если поделюсь с мамой, она очень впечат- лится и забудет о своих прожектах.

Ты извини, папа, решайте, конечно, сами. Главное, не основываться только на эмоциях.

Москва

Через неделю, заняв три кресла на борту самолета, Илья с родителями летел в столицу. Последние дни до отъезда ему не показались легче, чем были во время пожара, если не физически, так психологически. Поначалу после приезда с рыбалки все было просто замечательно. Он отнес часть рыбы домой к Тине. Каким- то образом вся ее семья оказалась дома, но она, не смущаясь родителей, бросилась ему на шею и повисела некоторое время, и только потом открыла доступ остальным. Доступ, впрочем, долго не продлился. Позволив брату и родителям, поздороваться с ним, принялась расспрашивать о поездке, пока не вмешался отец и не отправил ее на кухню накрыть на стол.

И дальше, все дни она проводила с ним, нехотя оставляя на ночь. Но в аэропорт провожать не поехала, заявив:

– Жди, через три года приеду!

Дом и квартира в Москве понравились всем. Две комнаты, новая планировка, от дома до университета можно пешком за двадцать минут добраться, что и было сделано, когда пошли сдавать оригиналы документов.

Там он подтвердил, что не передумал и остается на философском факультете по специальности политология. Девушка, которая принимала документы с откровенным любопытством рассматривала Илью. «Наверное, старшекурсница», – решил он. Выяснив детали организации учебы и получив информацию, что он третий очень молодой человек, который в этом году поступил, они пошли выполнять остальные пункты намеченного плана. Его огорчил факт, что занятия не будут проходить в главном здании Университета.

Еще пара дней ушла на шопинг по вещевым рынкам. Последнюю неделю пребывания в столице родители посвятили музеям и остальным столичным достопримечательностям.

В Домодедово Илья поехал с родителями, несмотря на их возражения. Сейчас он расставался не с только с ними, он это чувствовал, но и с детством, родительской заботой, защитой. Ему казалось, что теперь они нуждаются в его опеке и покровительстве. Дожидаться объявления посадки в самолет он не стал. После регистрации он обнял родителей, попросив, чтобы по прибытии сразу сообщили о приземлении. Из объятий матери Илья освободился не без труда, отвлекши ее предложением остаться с ним, а проводить уже папу. На какой -то миг мать повелась и посмотрела на мужа, но спохватившись, отпустила сына и взяла Александра за руку.

– Лучше ты к нам приезжай! Всегда будем ждать.

Илья протянул отцу руку:

– До свидания, папа! – Затем быстро развернулся и пошел к выходу из здания аэропорта.

Оставшееся время до начала занятий Илья посвятил изучению расположения кампуса университета и окрестностей. После вручения студенческих билетов первокурсникам их еще ожидала общая лекция, где предполагалось выступление ректора. Но до того председательствующий выступил с кратким анонсом о выступлении еще одного уважаемого оратора из другого ведомства – МЧС.

Видимо, место, где проходило собрание, повлияло на уровень представительства- на сцену поднялся заместитель министра:

– Мне особенно приятно выступить перед аудиторией, из которой часто выходят специалисты, будущее элиты нашей науки, управления и политики, и показать неразрывную связь верхов с народом. Вы знаете, что несколько недель назад сильные пожары бушевали в южной Сибири. Горели не только леса, но и населенные пункты, есть жертвы среди людей. При таком охвате огнем часто не хватает людей и техники для пожаротушения. И тогда нередко на помощь приходят обычные, но неравнодушные люди. Один из них сейчас находится среди вас. Будучи со своими друзьями на рыбалке в тайге, он стал свидетелям пожара, охватившего несколько десятков гектаров леса. Казалось бы, что такое три – пять гектаров, когда пылают тысячи?

Все дело в том, что рядом расположена деревня старообрядцев, где жили люди, где был их скот и другое имущество. Наш герой, пора назвать его имя, пока он не сбежал. – В зале раздался смех, – Илья Кашин, тогда школьник, а теперь студент, смог организовать тушение за самое короткое время. Кроме участников события и спасенных никто бы об этом не знал, не окажись там блогер, к слову сказать, старообрядец, из США. Вернувшись на Родину, он запустил ролик в сеть. Сейчас видео насчитывает несколько миллионов просмотров. Нам удалось установить имя сибиряка, и я приглашаю его на сцену для вручения наград и ценного подарка от министра. Илье не приходилось еще стоять перед такой большой аудиторией и испытывать ее энергетическое воздействие. Кроме заместителя министра поздравить его захотели и другие из президиума.

«Не знаю, как насчет друзей, а завистников я получил достаточно», – подумалось Илье. В ответ он смог найти несколько проникновенных слов и поблагодарить за высокую оценку его скромных усилий.

Вечером происшествие с участием старосты деревни было показано в местных теленовостях. На другой день то же могли видеть его земляки. Кроме того, RT и ряд зарубежных телекомпаний, показывали пожаротушение с его участием еще несколько дней.

Звонила мать и пригрозила, если он не уймется, переехать с отцом в Москву и жить у него пока не закончит учебу, но у нее есть и запасной вариант, худший для него, по ее мнению.

Весь этот чрезмерный интерес к своей персоне с постепенным затуханием Илья ощущал еще несколько месяцев. Но не тушевался, вел себя естественно и отшучивался, когда это было возможно. Первый месяц обучения оказался хлопотным- это и нахождение оптимального маршрута от дома до кампуса, получение учебников и сближение с сокурсниками. Рациональное распределение времени тоже оказалось непростым делом. Еда, которая всегда была и дожидалась, когда он придет с учебы или спортивных занятий, здесь нуждалась в обработке, прежде чем он мог ее съесть или надо было добраться до места, где она предлагалась готовой, но за другие деньги.

Таких открытий пришлось сделать немало пока Илья смог приспособиться к новой жизни. Немного освоившись с основными требованиями и потребностями студенческой жизни, он решил записаться в секцию бокса. Город большой, люди разные, а вдруг где-то придется постоять за себя.

Ему не повезло. В зале было полно парней, колотивших по грушам, или занимавшихся с партнерами. На кафедре его предупредили, что дадут разрешение на занятия, если договорится с тренером, так как сейчас наплыв новичков и вакансий не осталось. Немного оглядевшись, он спросил, у какого-то паренька, как найти тренера и, руководствуясь указаниями, нашел его. «Возрастом с моего отца. Можно и посмелее.» – решил он.

Поздоровавшись, Илья изложил просьбу. Тренер внимательно оглядел Илью.

– Как со здоровьем? С виду вроде крепок. Какой курс?

– Курс первый. А на здоровье я не жалуюсь!

– Хотя и не врач, если не боишься, я тебя продиагностирую. Пройдешь проверку, наверное, возьму. До этого занимался боксом?

– Боксом нет, но драться случалось.

– Если хочешь научиться драться, то ты пришел не по адресу!

– Извините, я не то имел в виду. Хочу закалить тело и характер.

– Хорошо сказано. Сейчас проверим, каков ты в деле.

Тренер повертел головой, и увидев кого-то крикнул, стараясь

перекрыть гул в зале:

– Гена, иди сюда! – и для понятливости помахал рукой.

Гена оказался ростом не выше Ильи, но мышцы были заметны и рельефны.

– Короче, парень, две минуты выстоишь, считай себя зачисленным. Снимай рубашку, майку и обувь. Останешься в джинсах и забирайся на ринг. Одежду сложи с краю рядом с канатами.

Тренер отвел Гену в сторону и проинструктировал, как показалось Илье. Он услышал слова «красиво» и «.. .аккуратно.»

В ринге он сам обмотал кисти Ильи бинтами и надел принесенные кем-то перчатки. Роль рефери он также взял на себя. Из спортивных брюк извлек секундомер и засек время. Подведя парней к центру ринга, он объяснил им, главным образом, Илье, что по затылку, ниже пояса и открытой перчаткой не бить и слушать его команды. К этому времени вокруг ринга собиралась толпа, бросивших тренировку парней. Некоторые заключали пари на «Простоит новенький минуту или нет.»

Илья был ошеломлен стремительным развитием событий и почувствовал себя ребенком в лесу без взрослых. Он регулярно смотрел по телевизору боксерские поединки и представлял, как принять стойку, как защищаться, а если получится, то и увертываться. В соответствии с этим пониманием он и занял позицию.

Ровно через пару секунд после начала поединка кулак противника разомкнул защиту головы, которую он пытался поставить, выставив согнутые в локтях руки, и болезненно ткнул в верхнюю часть лица.

Пока он решал, как действовать дальше, Гена той же левой нанес еще несколько ударов. Сейчас Илья был уже даже не ребенком в лесу, а щенком, которого наказывают непонятно за что. Чтобы спасти на некоторое время лицо от чувствительных ударов Илья быстро отступил на несколько шагов и перестроился, выставив вперед левое плечо и прижав подбородок к груди, что сделало затруднительным для Гены проводить эффективные удары левой. Тогда Гена стал наносить удары, что называется «двойкой» и снова стал доставать до цели, но правой и больше в лоб.

«секунд пятнадцать продержался», – думал Илья, снова отступая. – «А пусть погоняется. Я новичок, не зазорно, имею право спасаться как могу».

В соответствии с выработанной стратегией он принялся стремительно перемещаться по рингу. Геннадию пришлось всаживать удары не в неподвижную мишень, а почти бежать, догоняя противника, чтобы в итоге зацепить перчаткой вскользь или вовсе промазать. Болельщики развеселились и советовали Гене быстрее загнать пацана в угол, пока он вовсе не сбежал с ринга. – Тренер старался не попасть под ноги боксеров и ловко уворачивался. Пока он не решил, дать им добегать отпущенные две минуты или свернуть аттракцион.

На какое- то время он отвлекся от сражающейся пары и не сразу понял, что произошло, когда увидел Геннадия падающим на бок. «Споткнулся!» – решил он, подходя к бойцу. Но, увидев плавающие зрачки, он резким движением указал Илье на угол, куда следовало отойти.

Болельщики, окружившие ринг, смолкли. В зале наступила тишина, если не считать звука ударов по груше. Тренер не стал отчитывать секунды, а помог Геннадию подняться.

– Ты как, Гена. Будешь продолжать? – Но сам видел, что удар или падение после удара потрясли боксера и он не готов продолжать поединок.

– Мне надо отсидеться, Валерий Иванович, увлекся я погоней и прозевал. Не ожидал.

Тренер довел его до канатов и помог перебраться через них. Потом подошел к Илье.

– Ты молодец! Но и везунчик. Оформляйся и приходи на занятия. Расписание посмотри. Будешь заниматься у меня в группе. Только вот еще что. Как тебя звать? .. .Илья, ты смотри, не возгордись. Он работал вполсилы и от того не уложил тебя на первой минуте, а дальше потерял бдительность. Но, тем не менее, ты молодец! Дальше посмотрю, будет с тебя толк или просто фарт помогает.

На следующем занятии Гена подошел к тренеру:

– Валерий Иванович, организуйте мне встречу с новичком, хочу провести мастер класс. Случайности больше не допущу. Возомнит еще о себе!

– Я тебя понимаю, Гена. Но тот бой был, что-то вроде учебного, так что реванша в этом смысле не будет. А через год, думаю, проведем полноценный встречу. Будешь рубиться в полную силу. Если осуществить твое желание сейчас, то все равно придется ставить ограничения. Ты без пяти минут кандидат в мастера, а он первый раз в ринге. Но если охота подраться, то это без меня, но я не советую.

На этом возможные последствия двухминутного раунда для Ильи завершились. Но он понимал, что встречи с Геной на ринге, а может и не только на ринге, не избежать и тренировался с полной отдачей и в зале и дома. Удары, защита, передвижения – он старался довести все до автоматизма.

На занятия по английскому языку, месяца через два учебы, преподаватель разрешил свободное посещение. Вообще- то, поначалу он лелеял честолюбивую мысль о том, что получит такую же свободу и по истории, которой увлекался и знания выходили далеко за пределы школьной программы. Однако, через месяц увлекся новым способом получения знаний не из компьютера, а вживую, иногда от авторов тех самых статей и исследований.

Случалось, и подискутировать на семинарах. Да и в целом учеба в университете оказалась увлекательней, чем в школе, где нередко Илья по знаниям превосходил учителей. В течение первого семестра он вполне освоился с тем, как складывается его студенческая жизнь. Свободное от лекций время занимал бокс, который ему нравился все больше, возможно оттого, что делал успехи. Сходил в Третьяковку, в Большой театр – сюда больше из любопытства, и два – три дня в неделю непременно библиотека, что позволяло находить информацию отличную от предлагаемой в Интернете.

К конспектированию лекций он готовился еще до поступления в университет, обучившись на дистанционных курсах по стенографии, и вполне поспевал за лектором. Девушки, которых было немало в группе, ограничивались легким флиртом. Видимо, выяснили, что несовершеннолетний и не москвич, и смысла сокращать дистанцию в общении не находили. Да и сложно было бы общаться, так как несколько раз в неделю звонили родители, Тина или сестра.

Вопрос с питанием разрешился наилучшим образом: это были столовая или буфет в университете с демократичными ценами плюс морозильник дома с полуфабрикатами. Основная задача, которую Илья себе поставил – это по итогам 1 семестра получить повышенную стипендию, а к весне иметь разряд по боксу.

В феврале ему исполнялось 15лет, и он законно мог претендовать на высокий юношеский разряд.

Поняв, что способен без особых затруднений справиться с усвоением учебных материалов, он взялся за темы, которые его давно интересовали. Общая психология, психология личности, социальная психология – это то, что вызывало его неподдельный интерес. На кафедре психологии ему помогли подобрать лучших авторов и заботливо поинтересовались, как он будет справляться с текущей работой. По мере освоения знаний по психологии, пришло понимание, что в деятельности, не связанной с работой профессионального психолога, в области иррационального этого недостаточно. Книги не давали ответа на то, откуда взялся и, что представляет собой Леший с его родственниками с их неимоверной для человека силой. Дочитывал книги Илья уже без особого интереса.

Дальнейшие шаги он сделал в сайтах Интернета, где среди мифов и сочинений дилетантов он все же кое – что почерпнул, включая работы Грофа, Бреннан, современную хиромантию и нумерологию. Благодаря первым двум он понял, что тонкий мир материален достаточно, чтобы влиять на людей и среду их обитания. Опираясь на описание американкой тонких материй, вечерами, когда не было ни тренировок, ни университетских заданий, он работал над совершенствованием своего восприятия. Проще всего для него оказалось увидеть ауру человека. Для восприятия многослойного энергетического слоя ему хорошо помогли снимки, сделанные прибором петербуржских исследователей. Когда знаешь, что ищешь, задача облегчается. Постепенно он стал видеть энергетические блоки, которыми полны тела большинства людей, их цвета и перемещения. Когда лекции казались ему скучными, он развлекался тем, что пытался проникнуть в мысли студентов, занимавших места за передними столами. Задача облегчалась, когда у тех доминировала какая – то мысль или бурлила эмоци я. Правда, попытки рассмотреть план текущей жизни или события прошлой пока не удавались.

За всеми этими занятиями он не заметил и начала зимней сессии. Не заметил – не означало для него «Не готов». Как и планировал, сессию сдал на отлично, причем зачеты поставили на автомате, по итогу семинаров. После завершения всех дел, связанных с учебой, Илья внезапно почувствовал себя на какое-то время никому не нужным, словно стал человеком – невидимкой. Никто его не ждал, не звал, не обращался к нему, никуда не надо было идти или ехать. Все потребности и связи, к которым он привык за пять месяцев, волшебным образом исчезли.

Это состояние продлилось ровно до вечера, когда раздался телефонный звонок из дома. Мама интересовалась, когда он прилетит, на какое число взял билет.

Пустота и безвременье исчезли. Он снова ощутил путы родства и мощный источник любви и поддержки. Жизнь снова наполнилась смыслом и предлагала перелистнуть страницу.

На другой день Илья купил билет на самолет на поздний рейс с тем, чтобы успеть купить гостинцы. В бутики, конечно, он соваться не стал, а прошелся по павильонам в торговых центрах. Отцу взял джинсы, маме кофту, девушкам духи и конфеты. Вот теперь он был готов к встрече с близкими.

С учетом сдвига по часовым поясам в свой областной центр он прилетел ранним утром. На выходе из здания его ждал отец и, кто бы сомневался, Тина. День выдался морозным, и раскрасневшаяся девушка с детским восторгом и непосредственностью кинулась Илье на шею. Он едва устоял на ногах.

«Да она и выросла и в весе прибавила!» – определил он, обнимая ее.

– А я так по тебе скучала! – шепнула Тина ему.

Отец стоял в стороне улыбаясь, и не мешая детям. Потом они пошли к машине. В салоне автомобиля было тепло. Отец, предупреждая вопрос, ответил

– Недавно прогревал. Приехали рано. Тина с вечера проконтролировала, стоит ли машина на прогреве и установили ли будильник. Пыталась предложить услуги по прогреву машины ночью, если бы вдруг оказалось, что автоматика отказала.

– Да ладно, дядя Саша, я хотела, как лучше!

Машин на трассе было немного, ехали быстро. Расслабившаяся в тепле и после переживаний, Тина скинула дубленку, и прижавшись к плечу Ильи незаметно для себя заснула.

«Ну, вот я и дома» – подумал Илья. Вслед за этой мыслью, а может, были и другие, он и сам уснул.

Старший Кашин заехал во двор дома и обнаружил, что его стояночное место не успели занять, и порадовался, что не придется оставлять в соседнем дворе, где обычно свободных мест бывало больше.

– Приехали, молодежь! Высаживаемся. – провозгласил Кашин, припарковавшись.

Этого оказалось недостаточно. Обернувшись, пошевелил сына за руку. Помогло. Проснувшийся Илья принялся будить Тину.

Когда все вышли из машины, Илья вопросительно обратился к девушке.

– Пойдем к нам? Мы все будем рады.

– Нет уже, Илюша. Теперь ты к нам. Приходи как дома наоб- нимаешься и наговоришься. Я буду тебя ждать. – Она клюнула его губами в щеку и побежала в свой подъезд.

– Пошли, сын. Мама ждет. Видишь, свет горит!

Через пару дней домашнего безделья, Илья заскучал и сел за компьютер. Погода установилась морозная, и проводить время на лыжах или коньках желания не было. Отец и мать работали, сестра вернулась в город на учебу, Тина тоже училась. Видя, как сын мается, Наташа договорилась в школе, что ему разрешат заниматься в спортзале, когда там нет школьников. Теперь с семи и до половины девятого утра, и в такое же время вечером он мог заниматься в зале. Почти каждый день ему составляли компанию Тина, которой нравилась спортивная гимнастика и отец в качестве спарринг партнера. Правда, серьезные удары запрещались. В зале были и другие люди, как школьники, так и взрослые, как это бывает в провинциальных городах. Александр мало смыслил в боксе, но ему нравилось наблюдать и участвовать в занятиях сына. Передвижения, нырки и уклоны, которые тот демонстрировал, уходя от ударов Александра, показывали, что тот за четыре месяца кое чего смог добиться.

Тина иногда после спортзала шла не домой, а в гости к Каши- ным. А там после совместного ужина уходила в комнату к Илье, где всегда находились темы для обсуждений и споров. Могли смотреть телепередачи, а чаще целовались. Если свидание затягивалось, Наташа стучалась и возвещала о позднем времени.

На взгляд родителей, Тина считалась хорошей партией для Ильи. Неиспорченная, без вредных привычек, да и любит, видимо, парня. Конечно, Наташа ревновала к сыну, как это нередко бывает у матерей, но виду старалась не показывать.

Потом Илья шел провожать Тину. Хотя пути там было на пять минут, менее чем получасами не обходилось. Через десять дней тихая прелесть провинциальных каникул закончилась. Илье позвонил тренер Валерий Иванович:

– Как здоровье, пацан? Готов биться? Я как-то упоминал про соревнования по центральному федеральному округу, что пройдут зимой в Москве. Так вот, от нас должны были выйти двое.

Кстати, один из них Гена, но он в Таиланде, а там случились проблемы с вылетом. Что-то с самолетом, он на пару дней опоздает. Другой в городе, но загрипповал. Я тут поговорил, в виде исключения тебя допустят. Тут, правда, ниже первого разряда никого нет. Если чувствуешь готовность, прилетай, жду тебя завтра. Послезавтра первая встреча. Думаю, с ними сумеешь драться на равных. К тому же, ты везунчик. Что скажешь?

– Постараюсь не опоздать. Пойду общаться с отцом. Мать, наверняка, будет против.

– Короче, позвони потом, скажи, что и как!

Разговоры прошли ожидаемо вязко. Даже отец, который втянулся в новый для себя распорядок, встретил новость неодобрительно и прохладно. Мать, для которой долгожданное свидание с любимцем неожиданно завершалось, пребывала в эмоциональном нокдауне, но нашла в себе сил для заявления о том, что вечер он должен посвятить только семье, а с подругами пусть ищет другое время для прощания.

Связавшись со справочной, выяснили, что с билетами нет проблем и можно пробрести их в аэропорту. Оставалось сказать об отъезде Тине. Он позвонил ей и сообщил о том, что утром уезжает, так как надо быть на соревнованиях. Она с полминуты молчала так, что пришлось переспрашивать, на связи ли она. Потом поинтересовалась, может ли он через час встретиться с ней. Увиделись рядом с ее подъездом. Несмотря на раннее еще время, было по- зимнему темно. Прошли в сторону скверика рядом с домом. Потом Тина заговорила:

– Ладно, не буду тебя долго морозить, а то простынешь и не сможешь участвовать в мордобое. Знай, я никому не говорила это: я люблю тебя. Просто наваждение какое- то! Мне никого и ничего не надо. Есть ты, и мир для меня полон, он в цвете. Я существую для тебя. Не буду говорить, «А ты создан для меня», наверное, это будет неправильно и неправда. Но я хочу быть всегда рядом с тобой, а может быть и при тебе. Помни, я всегда жду тебя. Никто не ждет тебя как я. Ты скажешь -мама». Может быть. Твоя мама единственная моя соперница. Но ее ожидание иное, по-другому.

Пойду уже. Тебе надо домой. До свидания, милый! – Тина мягко поцеловала его в губы и быстро пошла к своему дому.

Эгрегор, Давид и другие

Жизнь налаживалась, и не только у семейства Кашиных. Эгре- гор Урта, благодаря чудесному стечению обстоятельств, энергетически процветал. Созданная им микроструктура Давид успешно справлялась с обязанностями по укреплению рода Кашиных. Он постоянно тестировал Тину на верность Илье. Когда возникали сомнения, на ночь запускал в ее комнату заряды с любовной энергией, что напоминало ворожбу или ведьминский приворот.

Потом во время ревизии выяснился большой перерасход энергоэмоциональных патронов, и Давид получил выговор. Новое указание призывало присмотреть более зрелую подружку для Ильи. Сейчас он далеко от дома и испытывает большое нервное и физическое напряжение. Необходима периодическая разрядка во всех смыслах.

Снова Москва

В полдень следующего дня Илья созвонился и встретился с тренером в спортзале университета.

– Ну, молодец, Илья, не подвел! Для тебя соревнования в идеале продлятся четыре дня. Каждая встреча – на выбывание. Дойдешь до призовых мест, заработаешь первый разряд. Мог бы и КМСа, но возраст не подходит. Да и так еле проходишь в категорию «юноши». Хорошо, что выглядишь лет на семнадцать. Самое главное – получишь опыт, которого не наработаешь в зале и, что важно, поспособствуешь престижу альма – матер. Если на следующий год – будешь КМСа, выхлопочу повышенную стипендию. Как самочувствие?

– Постараюсь дойти до финала. Если получится, порадую родных. А то сорвался неожиданно с места, все и оказались в нокдауне.

– Хорошо, что боевой настрой. Там он тебе пригодится. Мастеров и КМСов нет, одни перворазрядники. Так, что будет попроще, хотя и не факт. Этих будет честолюбие гнать. А сейчас переодевайся. Отработаем бой со спойлером. Один такой точно будет.

Поединки его возраста и весовой категории начинались в одиннадцать утра следующего дня. Так, что в десять часов Илья ждал тренера у входа в спортзал Горного института. Особого волнения он не испытывал. За время занятий он провел десятки поединков со спарринг партнерами, среди которых было немало перворазрядников и в нокауте побывать не довелось. Он обладал стойкостью к ударам, но опасался случайности, которая может положить на пол ринга.

В этот ранний час зрителей собралось немного, да и те, скорее, свободные от поединков спортсмены или специально пришедшие для поддержки конкретного боксера. Словом, обстановка привычная по университету, и это его окончательно успокоило.

Начало затягивалось и Илья, прикрыв глаза, несмотря на шум и сутолоку в раздевалке, пытался то ли вздремнуть, то настроить себя на бой, когда тренер обратил на него внимание, и заставил подняться и как следует размяться. И сделал это вовремя, так как прозвучало приглашение проследовать на ринг.

Красный угол занимал высокий, сутуловатый, как ему показалось, парень. Теперь предварительная тактика для него прояснилась. Коррективы должен был вносить бой. Валерий Иванович обнял Илью за плечи и шепнул:

– Ты знаешь, как начать.

Волнения совершенно не осталось. Выйдя на центр площадки, и ожидая команды начать поединок, Илья понял, что в этой встрече спойлером придется стать ему. Он подумал, что его визави так же определился с тем как ему вести себя с низкорослым соперником. Шанс был в большей скорости исполнения решений. Поэтому после команды не задерживаясь, но укрыв голову на время прохождения дистанции соответствующе длине его рук, он стремительно стал сокращать расстояние до парня. Противник, хотя и ожидал нечто подобное, среагировал с опозданием.

Нанеся несколько ударов по корпусу и в голову, почти не защищенные соперником, Илья прижался к нему, пытаясь избежать ответных действий. Но, похоже, что клинч не потребуется. Тело Виктора, так звали боксера, потеряло жесткость, и он стал опускаться на пол ринга. Пока Илья соображал, что произошло, рефери подскочил и оттолкнул его, указывая на дальний угол ринга, затем начал отсчет.

При счете «восемь» Виктор покачал головой, показывая, что готов продолжить. Не теряя времени, Илья повторил маневр. На этот раз противник встретил его прямым ударом в голову левой и пустил в ход правый кулак. Нырок вниз и уход в сторону, несомненно спасли Илью от сокрушительной силы ударов, но не избавили совсем от последствий. В свою очередь, удар его левой пришелся по печени противника, и заставил Виктора скорчиться. Завершающий удар в голову Илья сделать не успел. Рефери вновь остановил бой и отправил Илью в угол. Нокаут и в этот раз не случился, но противник Ильи стал очень осторожным и скрылся за глухой защитой. Попытка провести еще одну атаку, оказалась малоэффективной и почти все удары пришлись по рукам, локтям и перчаткам Виктора.

Илья сменил тактику, чтобы спровоцировать соперника на атаку, и опустив руки ниже уровня груди, стал совершать обманные действия, имитируя атаку. С обеих сторон преобладали одиночные удары или «двойки». Что и продлилось до самого гонга по окончании первого раунда.

– Молодец, все правильно сделал. Пробуй повторить во втором пару наскоков, пока он не готов к защите. Когда сам вызываешь атаку, держись чуть на большем расстоянии от длины его рук, чтобы не мог достать с места, а вынуди передвинуться. Это будет тебе шансом дотянуться до него двойкой или серией.

Главное не опоздать с началом. Валерий Иванович, обмахивая Илью полотенцем, одновременно снабжал его инструкциями. Как это ни удивительно, но Виктор все- таки не ожидал такой безапелляционной наглости от соперника, бросившегося на первой секунде в атаку. Видя надвигающуюся спереди опасность, он инстинктивно сдвинул руки, прикрывая уязвимое лицо, но получилось, что излишне открыл висок и скулу, куда и получил сильный удар. Всякая координация тела и мысли покинули боксера. Он оказался на полу.

Илья, не дожидаясь команды, пошел в угол ринга. На этот раз рефери досчитал до десяти и поединок был завершен. Валерий Иванович в восторге выскочил на ринг и поднял своего боксера с возгласом «Молодец!». Он явно не ожидал такого радикального результата от подопечного. После боя Валерий Иванович остался в зале, чтобы собрать больше информации о будущих соперниках.

Илья нанял такси, чтобы доехать до дома. И только там напряжение, которое он перестал замечать в зале, отпустило его. Он бросил покрывало на пол и раздевшись до трусов, вытянулся на нем. Через минуту вернулся мыслями и чувствами в зал, снова пережил каждый момент боя, напрягаясь и расслабляясь по ходу поединка. Это он проделал несколько раз, пока не получилось пройти от начала до конца встречи на ринге в спокойном состоянии. Потом Илья заснул. Проспал, как оказалось недолго. В микроволновке приготовил себе обед из закупленных ранее запасов полуфабрикатов и с аппетитом поел. Теперь он ощутил себя снова в деле, как нередко можно услышать от американских киногероев в фильмах. Позвонил домой и Тине с докладом об успехах. Остаток дня провел у компьютора.

На следующий день до спортзала поехал на общественном транспорте. Решил, что поможет отвлечься от мыслей о предстоящей схватке.

В шестом часу Илья вновь был в отведенном углу ринга и рассматривал боксера напротив.

– Это нормальный парнишка, по моим сведениям. Из Смоленска. Занимается второй год. Осенью получил первый разряд. Ярких особенностей нет. Упорный, а кто в боксе неупорный? Работай спокойно, в своем стиле. Думаю, что помешать не сможет. К выигрышу нокаутом не стремись, если откровенно не подставится.

Поиграй, будет хорошим спарринг партнером для тебя. Набирай очки. Он должен тебя опасаться после первого твоего боя. Только чрезмерно не расслабляйся. Так завершил тренер свое информационное напутствие.

Илья повел бой на средней дистанции. Временами сокращал ее, чередуя с быстрыми отходами. Использовал весь свой арсенал защиты и избежал многих болезненных неприятностей. Что неприятности болезненны, понял по эпизодам, когда не удавалось уйти или увернуться от кулака.

К концу второго раунда он уверенно лидировал по очкам, а как оказался на полу не понял. Потом, во время перерыва тренер объяснил, что он обнаглел- пошел вперед с открытым забралом, наткнулся на удар в лоб и сел на зад. Видимо, вообразил себя то ли Тайсоном, то ли еще кем-то из великих.

– Смотри, в третьем не начуди. Растеряешь весь запас или снова он завалит тебя! – Предупредил Валерий Иванович в перерыве.

Нокдаун подействовал отрезвляюще. Илья провел несколько удачных атак и доминировал на последнем отрезке раунда. Победу он воспринял спокойно, как нечто заслуженное и ожидаемое. Валерий Иванович хотя и волновался, но по итогу боя восторга не выражал, а вел себя как наставник, опекавший явного фаворита. Расстались до завтра на очень дружеской ноге. Тренер снова остался в зале.

Вечером Илья не стал ограничивать себя полуфабрикатами, а зашел в кафе и угостился стейком, салатом и запил это великолепие кофе.

Дома поставил телефон на автоответчик с сообщением, что все хорошо, а звонить будет через сутки, после чего установил будильник и лег спать, хотя не было и восьми вечера.

К десяти утра Илья снова пришел в зал. В раздевалке, а потом в коридоре размялся в течение получаса, а дальше тренер помог намотать бинты и рассказал о сегодняшнем противнике.

– Типичный спойлер. Наверное, самый сложный из тех, с кем встречался. Сплошные клинчи, захваты, тычки. Если поведешься, считай, проиграл.

– А что делать? Отвечать тем же, говорите, нельзя! Я и сам пониманию, что этим очки не набрать.

– Я же его и сам на ринге не видел, особенностей и слабых мест назвать не могу, Илья. Придется знакомиться и находить решение в процессе боя.

Пока одно: избегай объятий. Может два раунда обнимать, повисеть на тебе, измотать, а в третьем провести пару удачных атак и победить.

Пробуй ловить, когда пойдет вперед наносить удар и входить в клинч. Если сможешь упреждать эти моменты, считай – выиграл. Другими тактиками они владеют плохо. Не застаивайся, постоянное движение ключ к успеху.

Собственно, весь бой – это шесть минут. Можешь колотить его как грушу все шесть минут. Выносливость у тебя хорошая, выдержишь. Бей и отходи!

Кстати еще один твой козырь: руки у тебя длиннее. Так, что используй левую. Держи на вытянутой.

До начала встречи, Илья, исходя из услышанного, и построил начальную тактику боя. Но в первом раунде он решил прощупать сначала крепость его обороны и совершил короткий наскок на его позицию. Ему удалось провести короткую серию ударов по корпусу и голове боксера. Как оказалось, не все было плотно закрыто: один – два удара достигли цели. Стремительный отход вбок и назад не позволили спойлеру дотянутся.

Чтобы убедиться в правильности выбранного способа действий, Илья следом повторил рейд и нанес град ударов. Большая часть пришлась в защиту, но были и попадания. Он сквозь перчатки ощутил погружение в плоть.

В этот раз он не спешил с отходом и позволил сопернику войти в клинч, из которого сам не делал активных попыток вырваться. Просто поднял руки, демонстрируя, что виновник не он.

Дальше Илья не старался придумать новое, а раз за разом совершал налеты, причем теперь и защиту не просто осыпал ударами, а бил в конкретные места левого и правого плеча. К концу второго раунда плечи противника были багрово красные и видимо ощутимо болели, так как он изменил тактику и вел поединок нормальным способом без клинчей и уходом в глухую защиту.

После перерыва перед началом третьего раунда тренер из синего угла бросил на пол ринга белое полотенце.

Валерий Иванович исторгал энтузиазм.

– Отлично, отлично, Илья! Мы это сделали! Ты в финале! Как бы ни сложилось дальше, в твоей категории мы давно ничего не добивались.

Илья реагировал более сдержано. Впереди ждала встреча, которая выводила его из массы любителей в заметную фигуру, и он не хотел распылять силы на эмоции. И сегодня он поступил ровно так, как и вчера – поехал отдыхать домой. Тренер сказал, что перекусит, где – нибудь поблизости и снова займется сбором информации.

В четыре часа пополудни следующего дня Илья входил в зал. Валерий Иванович был собран и краток:

– Твоего соперника зовут Слава Кузнецов. Достаточно известен в узких кругах. Занимается третий год. Рвется в КМС. Хороший боец, панчер. Универсал, добавлю. Учится в МГИМО, если интересно. Тренируется в своем спортзале. Называется «Клуб панчер». Владеет залом его мать. Шикарная женщина, доложу тебе.

Уровень его подготовки, наверное, высок. В его клуб захаживают или занимаются в нем известные спортсмены. Так что будь очень внимателен. Думаю, что в выборе тактики его наставники сильны. Он безусловный фаворит.

В первом раунде прощупай, постарайся понять его намерения на бой. Запоминай то, что ему удается лучше всего, то и будет использовать в дальнейшем. Но не дрейфь. Справишься.

Слушая наставника, Илья не стоял на месте, руки и ноги находились в постоянном движении. Когда подозвал рефери, он подошел очень энергично. Судье пришлось даже протянуть руку, чтобы спортсмен вдруг не прошел мимо.

Слава даже улыбнулся понимающе: я и сам такой! Перед схваткой они коснулись перчатками, и отошли на исходную позицию.

Телосложением и ростом они были похожи. Где-то прослеживалось сходство и в некоторых чертах лица. Но с началом боя все это отходило на второй план. Оба провели несколько легких атак, не особо вкладываясь в удары. Оба успешно защищались.

Илья решил рискнуть и понять силу его ударов, а если удастся, то и соперника проверить на стойкость. Во время одной из атак противника он позволил загнать себя в угол и принял хорошую порцию ударов. Понятно, что большая часть пришлось в блок. Чтобы выйти из угла, воспользовался клинчем.

Надо было восстанавливать статус кво. Илья снова подвел партнера к углу, но на этот раз ловко ушел из него, загнав туда парой ударов Славу. А дальше повторилась зеркально предыдущая ситуация, но пострадавшим на этот раз оказался его противник, которому тоже пришлось воспользоваться клинчем.

В перерыве Валерий Иванович выговорил Илье за легкомысленные действия.

– Парень, это не товарищеская встреча, а он тебе не спарринг партнер. Ты, что, мазохист?! Здоровье лишнее? Зачем дал себя избивать?

Я и так сказал тебе, что это нокаутер. Будь осмотрителен. Второй раунд в этом бою важнейший. Он обязан его выиграть и, скорее всего, выиграет. Вопрос в цене. Сколько он потратит сил и сколько получит ударов в ответ.

Береги голову и печень. Твое оружие контратака. Свое ты возьмешь. Понятно, если зарвется и подставится, вали его раньше!

Тренер был прав. В основном Илье пришлось защищаться. Где не удавались нырки, уклоны и не помогали блоки, он не стеснялся входить в клинч.

Он максимально старался снизить КПД атак Славы. Он чувствовал, что противник к концу раунда не так свеж, а самое главное тот не ощущает своего превосходства по итогам своих атак. Понимает, что противник не надломлен.

Валерий Иванович был вполне удовлетворен вторым раундом.

– Все идет, как я и предполагал. Формально он выиграл раунд, но велики шансы, что бой он проиграет.

Слушая наставника, Илья наблюдал за противоположным углом ринга. Красивая молодая женщина обтирала Славу полотенцем. Спортивный костюм темно-красного цвета подчеркивал безупречную, на взгляд Ильи, фигуру секунданта.

«Мне бы такого помощника» – подумалось ему.

Чувствовал он себя очень бодро. Оставалось применить это в деле. С началом раунда Илья ничего на потом откладывать не стал и провел несколько серий ударов. По реакции партнера понял, что удары доходят по назначению, а тот ничего нового ни в обороне, ни в атаке не показывает. Илья интуитивно угадывал направление действий, которые готовит Слава, и на доли секунды упреждал. Концовка раунда прошла при его доминировании на ринге.

После поединка ни тот, ни другой не вскидывали победно рук. Поблагодарили друг друга за проведенный бой. Илья подошел к главному секунданту противника -к той самой красивой женщине с пепельными волосами и коснулся руками в перчатках ее протянутой руки. В ее взгляде кроме легкого любопытства было еще нечто, всколыхнувшее как цунами, самые сокровенные и оттого не понятые им самим чувства. В смущении он вернулся в свой угол.

Вынесение решения затягивалось.

– Микроскопическая разница… – услышал Илья от судейского столика.

«Все понятно», – решил Илья. Хотя он как бы и не стремился обязательно стать первым в округе, чемпионство оказалось бы приятным сюрпризом. Вздохнув, он переключился на более реальные темы, связанные с учебой. Занятия начинались через три дня. Надо находить новые стимулы для участия в гонках по вертикали.

Еще через несколько минут рефери призвал боксеров к себе для выслушивания вердикта. Да, подслушанное Илья интерпретировал верно победу одержал Кузнецов. Он краем глаза увидел женщину – секунданта, стремительно перекинувшую тело через канаты навстречу Кузнецову.

К нему подошел Валерий Иванович:

– Не огорчайся, такому не стыдно и проиграть. Он три года занимается, заслужил. Сейчас будут вручать медали. и грамоты.

Доставили пьедестал. Призеры заняли свои места. тренеры и секунданты встали полукругом. Какая бы ни была медаль, получить ее на глазах десятков, может и сотни зрителей, оказалось приятным событием. В числе других поздравлявших подошла и секундант Кузнецова. Без перчаток он ощутил, что руки ее прохладны, а может, это все еще он разгорячен. Одновременно она вложила ему в руку небольшую бумагу и сказала: «Позвони». Что за конспирация?

Тем не менее, серебряную медаль дополнил, на его взгляд, существенный бонус. Бумагу он сунул за пояс спортивных трусов. Валерия Ивановича не заметил таинственной бумаги и порадовался, что парень после награды вновь повеселел.

Прощаясь до понедельника, тренер вновь от души похлопал Илью по плечу, добавив к полученным ушибам свою лепту.

В троллейбусе Илья извлек свернутый вчетверо лист из блокнота и, развернув, увидел номер сотового телефона и имя Маргарита Сергеевна. Детективный жанр был ему близок, и он обнюхал бумагу. Не духи, но определенно, запах крема присутствовал. То есть бумага была не обезличена, а имела происхождение. Тем самым устанавливалась материальная связь, а где есть связь, можно добыть информацию. С этими мыслями он сунул листок поглубже, во внутренний карман.

Для ужина в кафе, недалеко от дома был существенный повод, даже два. Правда, второй не понравился бы никому из близких, даже тренеру.

Из дому он позвонил родителям, сестре и Тине. Ему очень хотелось, чтобы их огорчения по поводу его неожиданного отъезда были, как-то окуплены полученной им наградой. Отец пришел в восторг, мама, хотя внутренне и не считала медаль за избиение поводом для радости, но радовалась радости сына и мужа. Тина же сказала, что и не сомневалась, что он заработает, какую- ни- будь награду и, вообще, само его участие в любом деле должно отмечаться медалью или грамотой. Илья был обескуражен рассуждениями Тины, но сестра Надя, сама игрок баскетбольной команды, оценивала его достижения адекватно и высоко.

Волнения и дела сегодняшнего дня изрядно укатали Илью, никаких положительных эмоциональных вливаний не предвиделось и его потянуло в сон. Проснулся он поздно и с тревогой посмотрел на часы: нет и десяти утра.

Перебрав события и возможные обязательства, возникшие накануне, он остановился на записке. Это то, что следует реализовать после завтрака.

Илья извлек записку и внимательно рассмотрел листок из откидного блокнота, какой иногда бывает у секундантов. Снова обнюхал. Да, это не крем, а вазелин на основе арники для смягчения кожи лица у боксеров. Илья был разочарован. Он включил воображение и увидел момент, когда Маргарита Сергеевна наносит вазелин Славе. Потом уловил на ее лице признаки скрываемого беспокойства.

Она что-то ему говорит. Если по губам, то, что -то вроде все идет хорошо, ты впереди. Если устал, отсидись на контратаках, так как это делал он. Славе не нравится сравнение, обрывает, сам с усами, разберусь, что делать.

Секундант смолкает. Она огорчена. Она хочет, как лучше. Непонятно, почему боксер так груб. Начался третий раунд. Илья, кажется, временами погружается в ее мысли и чувства. Теперь он смотрит бой ее глазами. Идут ситуации, когда Илья полностью захватил инициативу. Славе сполна возвращается должок за второй раунд.

У Маргариты кулаки плотно сжаты. Она хотела бы выскочить и помочь подопечному. Во время контратак Славы, она тоже размахивает руками. Вот момент, когда Илья попадает ему по печени. На лице у Славы гримаса. То же у Маргариты. Она в тихом ужасе. Сейчас будут добивать. У нее в мыслях только одно «Господи, спаси и сохрани! Пусть выстоит, пусть его не бьет больше, Господи!»

Илья вспомнил этот момент. Тогда ему стало жалко бойца. Он полсекунды промедлил, и оказалось достаточно, чтобы Слава в спасительном клинче дождался, пока их разведут. А дальше опять Маргарита: «Спасибо, Господи! Услышал»

Ничего себе, какие беззвучные страсти кипят в головах за канатами!

А когда Маргарита составила записку?

Вот завершился бой. Объявление победителя задерживается. Она успокоилась. Ей почти безразлично, кто победит. Может быть она хотела бы привлечь на свою сторону того, кто может сделать больно.кому больно? Сыну! Это ее сын! Да, тренер упоминал, про хозяйку зала, а Слава из этого клуба. Правильно, не станет тренер так, по- матерински, переживать за спортсмена.

Илья закончил изучение записки и позвонил Маргарите Сергеевне. Она была приветлива и попросила приехать часам к двенадцати, если сможет, назвала адрес. Он сказал, «до встречи», так как в этой фразе, на его взгляд скрывалось неформальное, личное отношение. Потом сообразил, что его слова, наверное, вызвали у нее улыбку. Сборы не заняли у него много времени. Поехал на общественном транспорте, так как успевал.

Здание, находившееся по указанному адресу, с колоннами по фасаду, ошарашило монументальностью. Уже, попав вовнутрь, он понял, что фасад – это то, что осталось от бывшего административного помещения или кинотеатра. Охранник на входе требовал документ, затем сверил предъявленный студенческий со списком на столе. Далее протянул ему бейджик, порекомендовав не снимать, пока в пределах здания. Последнее, что он сделал, это доложил по телефону о госте.

Зал и оборудование впечатлили Илью размером и насыщенностью спортивными тренажерами. Но людей было немного, и никто не выглядел праздным, никто ничего не обсуждал. Время – деньги, здесь этот девиз был в действии.

– Здравствуй, Илья еще раз и добро пожаловать! – Илья обернулся на голос.

Маргарита Сергеевна была сегодня в брючном деловом костюме, и шла от лестничного марша второго этажа. Ростом немного ниже Ильи, спортивная, а может быть, модельная выправка. Правильные черты лица и уверенность в себе.

Женщина, которая знает себе цену.

– Как тебе зал? Нравится? Это один из лучших в городе. А сколько чемпионов здесь выковано! – Хозяйка радушно улыбалась.

Подойдя, она протянула руку для пожатия. Илья бережно взял ее ладонь в обе руки и подержал, сколько позволяли приличия.

– Да Маргарита Сергеевна, мне очень нравится. И практически не ощущается запах пота.

– У нас хорошая вентиляция и кондиционеры работают. Автоматика поддерживает нужный уровень влажности. Пойдем, покажу раздевалки, душевые, комнаты отдыха. Обход с комментариями хозяйки занял около часа.

Чувствовалось, что труда и забот на содержание зала и подсобных помещений здесь не жалеют.

– Соловья баснями не кормят, Илья. Пойдем, напою чаем с пирогами, а хочешь, это будет кофе- Маргарита пригласила его подняться на второй этаж по лестничному маршу. Сама пошла следом. И правильно. Илья и так с трудом удерживал в равновесии путающиеся мысли и чувства, искренне надеясь, что не выдал себя. В приемной сидела женщина средних лет. «Зубр канцелярский!» – определил вид и профессию женщины Илья, но был приветлив и поздоровался.

– Я для всех занята, Зинаида Николаевна- Обратилась к секретарю Маргарита.

– Да, Маргарита Сергеевна.

Они прошли в кабинет, каких Илье не приходилось видеть по богатству обстановки и, не задерживаясь, в следующую комнату. «Комната отдыха» – соображал Илья.

– Куртку вешай в шкаф и устраивайся на диван или в кресло, как удобнее, а я приготовлю чай. Против зеленого не возражаешь?

– Спасибо, не возражаю.

Пироги оказались замечательны. Чай ароматен. Хозяйка доброжелательна и красива. Но к пирогам не притронулась. Илья, заметив, тоже с сожалением прекратил чревоугодие, объяснив, что скоро обед и перебивать аппетит не хотелось бы. Маргарита Сергеевна удивилась гастрономической предусмотрительности студента, но уговаривать не стала.

– Илья, теперь, когда ты увидел все своими глазами, знаешь в каких условиях занимается мой сын. Я не сказала еще, кто его тренирует. Ты понял, наверное, что в финале он боксировал с тобой. Он третий год в боксе. И буду откровенна с тобой, достиг меньшего, чем хотелось бы. Есть разница – два года занятий против твоих четырех неполных месяцев… – Маргарита Сергеевна замолчала.

– А чего вы от меня хотите, чем я могу помочь.?

– Идея занятий боксом Славы исходила еще от его отца – моего мужа, когда он приобрел этот зал. Пока он был жив, Слава охотно занимался, а после его гибели в аварии год назад, как обрезало. Так, отрабатывает, чтобы не огорчать меня.

Перед этими соревнованиями заявил, что они последние, в которых он участвует. Да и то лишь потому, что хотел получить звание кандидата в мастера спорта. Но из-за отказа в последний момент, двух боксеров КМС из трех от участия в соревнованиях, необходимый качественный состав не получился. И естественно, желаемого звания он не получил.

Это предыстория. Сейчас мне в зале нужен боксер близкой возрастной категории.

Не секрет, что чем выше качественный состав спортсменов, тем привлекательнее клуб, тем больше прибыль. Я поговорила с тренерами, они поддержали твою кандидатуру. Платить не придется, расходы за счет клуба, включая экипировку.

Тренер опытный. В послужном списке несколько чемпионов России. Есть и победители международных турниров. Вот в общих чертах то, что я хотела тебе предложить. Я готова выслушать любой твой ответ. Только откровенно, пожалуйста.

– Постараюсь, Маргарита Сергеевна. Вот аргументы, которые создают препятствия. Первое: карьера профессионального боксера меня не привлекает. У меня другие цели и связаны они с моей учебой по специальности политология. Примерно с третьего курса планирую больше времени изучать на практике организацию работы госорганов, отдельных политиков и разных СМИ. Соответственно, меньше останется времени на занятия боксом и меньше шансов на призовые места. Кроме того, может случиться конфликт интересов между спортивными и учебными обязанностями, и я не уверен, что возобладают спортивные. Еще один момент связано с дорогой. От меня или университета до клуба надо добираться от часа до полутора. Мои тренировки могут заканчиваться поздно. Домой доберусь после полуночи. Тоже не вдохновляет.

Второе: если бы вы не просили об откровенности, я не стал бы говорить о личном. Может показаться наивным и детским, что я скажу, но для меня сейчас это важно. Я сейчас влюблен в одну женщину. Она очень красива, деловита и старше меня. У меня нет возможности видеть ее каждый день. Но если я перейду в клуб, смогу видеть ее, встречаться, общаться, по крайней мере, несколько раз в месяц и это в радость. Но есть и то, что будет огорчать. Ведь мои встречи и общение будут в деловом формате, в связи со спортом, а она, как руководитель или не как руководитель, будет встречаться и с другими мужчинами. А это повод для ревности и огорчений. Я же буду в зале и смогу видеть это лично, или придется слышать всякие разговоры. Мужики бывают изрядными сплетниками.

Это основное, на мой взгляд.

Маргарита Сергеевна первую часть аргументов восприняла серьезно, и что- то писала, взяв блокнотик. Когда Илья начал излагать личное, выражение ее лица поменялось от внимательного и деловитого на дружеское и даже материнское.

Дальше мелькнуло недоумение, потом растерянность и смущение.

– Позволь спросить, Илья, о какой женщине ты говоришь? Я ее знаю?

– Несомненно, знаете, потому что, это Вы. Я не собирался делать признания, но ситуация такова, что лучше сказать об этом.

Маргарита не ожидала, что деловой, по сути, разговор примет такой оборот. Выслушивание подобных объяснений в любви она считала законченными еще в восемнадцать лет, когда вышла замуж после призового места на конкурсе областных красавиц. Она испытывала противоречивые ощущения. Глубоко внутри – радость от того, что ее можно любить, как женщину, не связывая это с ее материальным и общественным положением. Но это был и тупик, из-за невозможности разделить это чувство. Долго ждала подобный эмоциональный подарок, да получилось, как в басне, зелен еще виноград.

Тем не менее, когда она заговорила, голос был самым теплым и дружеским.

– Ты и сам понимаешь, Илья, взаимности быть не может. Будем друзьями. Но мы будем знать, что за этим кроется не просто приязнь, а и сердечность, какая есть между матерью и сыном. Спасибо за откровенность. Мой телефон знаешь. Я сброшу и личный, для близких, телефон. Звони, если захочешь пообщаться. Будешь еще чаю или кофе?

– Спасибо, Маргарита Сергеевна. Я пойду. У меня будет одна просьба. Если мы друзья и отношения близки, как у матери с сыном, можно будет мне при неофициальном общении обращаться к вам на «ты»? Вы выглядите как студентка! Почему два студента не могут говорить друг другу «ты»?

– Я знаю семью, где дети обращаются к родителям на «вы».

– То есть, вы говорите «нет»?

– Я сказала, что есть альтернатива. Но попробуй, если тебе очень хочется. Посмотрю, как это будет выглядеть. А теперь ступай, пока не выпросил еще какую-нибудь привилегию.

– Спасибо, за все Маргарита .. .Сергеевна!

Илья, перед тем как подняться с места, взял руку Маргариты Сергеевны и с чувством поцеловал. Затем быстро встал и достав куртку, не оглядываясь, пошел к дверям.

Маргарита пребывала в легком шоке от стремительно изменившейся ситуации. Илья, напротив, был удовлетворен, как курица снесшая яйцо и испытывал тихий восторг. Главное, что он высказался о своем чувстве. Дальше он мог баюкать его и носиться с ним, испытывая вдохновение, пока, скажем, не получит весточку, что его чувства неуместны или, напротив, их разделяют.

В привычную колею, Илья вошел только через неделю после начала занятий. Всю неделю порциями поступали поздравления от товарищей по спортзалу и администрации университета за серебро первенства округа.

Маргариту тоже слегка пошатывало в психологическом плане, после неожиданного разговора, но необходимость принимать решения, как на работе, так и в семье, быстро придала воле и мыслям реалистичное направление. Поэтому, не дождавшись звонка в первые три дня после разговора, стала забывать о случившемся, отнеся к категории «Есть многое на свете, друг Горацио .. .что и не снилось.».

Но оказалась неправа. Илья позвонил и сказал, что давно не видел и немного соскучился. Маргарита и сама не ожидала, что его звонок окажется ей приятен.

– Маргарита Сергеевна, как насчет свободного времени завтра или послезавтра?

Приглашаю покататься на коньках на ВДНХ, Измайловский парк, Таганку или куда пожелаете. День обещают не морозный.

– Спасибо, Илья. Но к сожалению, я не умею на коньках. В детстве были попытки научиться, но поддержать в прямом и переносном смысле оказалось не кому.

– Не проблема, Маргарита Сергеевна. Я не мастер, но на коньках стою уверенно. Поддержу и помогу. Там отличный заряд энергии можно получить и призы разные разыгрывают. Не пожалеете.

– Даже не знаю.. .Давай попробуем. Воскресенье у меня свободно. Где встретимся?

– У главного входа на ВДНХ, я там буду ждать вас. Каток с 10 утра. Форма одежды – спортивный костюм. Можно в джинсах и куртке. Там есть раздевалка.

В назначенный день за полчаса до времени встречи, Илья стоял у ворот. Людей проходило много, как Илья ни всматривался, приход Маргариты не заметил. Вернее, не узнал ее. В недлинной куртке, искусственно порванных джинсах, сквозь которые проглядывали колготки телесного цвета и спортивной шапочке на голове, признать, улыбающуюся Маргариту было невозможно.

Видя изумление, написанное на лице Ильи, она взяла его за руку и увлекла в сторону входа:

– Не узнал?!

– Да вы моложе меня выглядите! Я, то ждал моложавую женщину, а здесь юная девушка, почти подросток! Как вам удалось преобразиться?

– Когда идешь на свидание с очень молодым человеком, надо и выглядеть подстать!

Очередь за билетами продвигалась, на взгляд Ильи, быстро. Он держал Маргариту за руку и упивался этим, никуда не торопясь. Болтали о пустяках и смеялись. В конце, у самой кассы, он не удержался и поцеловал ее в улыбающиеся губы. Маргарита попыталась отойти, чтобы исключить подобные публичные поползновения. Но Илья не выпустил ее руку.

– То, чего я и опасалась! – сказала женщина.

– Извините, не смог отказать себе в счастье! – Шепнул ей Илья.

Потом пошли получать амуницию и обуваться. Хорошее настроение вновь вернулось к Маргарите.

Выйдя на лед, на котором людей было еще не много, Илья сначала объяснил ей азы катания.

– Ноги держите слегка согнутыми в коленях, корпус не откидывайте назад. Это для большей устойчивости. При торможении правая нога слегка выдвигается вперед и вбок. Теперь о том, как падать: только вбок или вперед.

Потом показал елочку шагов для движения на коньках. Следующий час они отрабатывали эти и другие приемы для начинающих.

– Давай прервемся, я кажется, вся мокрая от усталости и напряжения.

– Минералку будете? – Илья достал овальную бутылку.

– Спасибо, какой ты молодец, что догадался! А могу всю выпить?

– Конечно, только кататься мы еше не закончили, немного оставьте, пригодится.

Маргарита, отпив, с сожалением:

– Ну ладно. Я отдохнула, думаю, на часок меня хватит.

– Сейчас поедем, как паровоз с вагончиком. Я спереди, вы сзади держитесь за меня и повторяете все движения за мной, потом меняемся местами. ведущей будете вы.

Так они покатались и в сцепке, и другими способами. Потом Маргарита несколько кругов сделала самостоятельно, Илья только страховал.

– Все, Илья. Выдохлась. Сворачиваемся.

– Поехали. Я вас довезу до выхода. Как поедете? Прицепным вагончиком, на руках, или на шее?

– На шее, боюсь, не усижу.

Илья подхватил ее на руки и стараясь не задеть никого ее коньками покатил в сторону раздевалки.

Воду он так и не дал ей допить. Зашли в одно из десятков кафе и попили чаю с пончиками и джемом. Немного погуляли, пока Маргарита не сказала, что начинает замерзать.

– Поехали ко мне на работу в мой кабинет. Не беспокойся, там есть отдельный вход с улицы, – добавила она в ответ на его безмолвный вопрос.

Доехали на такси. Маргарита рассчиталась: «моя инициатива».

Входили через охраняемую, соседнюю с залом территорию и далее, через ее бокс и лестницу на второй этаж. А оттуда в комнату отдыха при кабинете. Пока она принимала душ и переодевалась, Илья, скинув куртку, обосновался на диване, где незаметно для себя, и заснул.

Маргарита появилась из душевой в колготках и блузке. Увидев спящего Илью посмотрела на часы: шел третий час. Зевнула, пододвинула кресло к дивану и устроилась на нем , закинув ноги на кресло. Куртку Ильи набросила на свои бедра. Через минуту спала и она.

Проснулись почти одновременно. В комнате стоял сумрак. Илья, какое-то время соображал, где находится. Увидел рядом контуры головы и плеч. Сообразил «

Рита». Сполз на пол и заглянул ей в лицо. Глаза были открыты и внимательно наблюдали за ним. Он погладил Маргариту по голове. Вот иногда язык выразительнее в передаче чувств, скажем, как у животных. Облизал бы лицо, и не только. Сейчас оставалось только целовать. Однако поцелуи, если продолжить, сравнивать, более радикальный инструмент, чем облизывание. Можно натолкнуться на непонимание и нарушить равновесие. Боязно, но словно черт подталкивает делать что-то. А как не сделать? Рядом то к чему стремился, то, что считаешь аватаром, важнее которого сейчас нет ничего. «О-о-о! Нашел!» мысленный возглас, конечно, руки, ее руки. Здесь нет антагонизма, руки всегда информативны. У животных язык, у людей руки. По ним всегда ясны чувства и даже мысли. Илья дотянулся и взял ее ладонь в свою. Она всегда прохладная, сейчас тепла, потому что была у ее тела, под курткой. Теперь он может целовать эту ладонь, вкладывая чувство. Наверняка не будет отвергнуто. Вполне безопасное взаимодействие для обоих. От ладони он перешел к нежному запястью. Рука Маргариты оставалась инертна. Короткий рукав блузки позволил подняться без помех до плеча и до губ, когда она обняла его.

Но потом, что-то произошло с Маргаритой, и она отстранилась.

– Извини, Илья, какой- то тормоз во мне срабатывает. Давай пока на этом остановимся. Сейчас я возьму машину, и мы поедем. Я тебя завезу домой.

– Я , молодой , но не маленький, Маргарита. Сам доеду.

На другой день Илья позвонил Маргарите, чтобы узнать, все ли в порядке.

Хотя по своим ощущениям и знал, что заметных отклонений от привычных дел и действий у нее нет. Попросил ее, чтобы кто- то из ее тренеров два три раз в месяц приглашал его на спарринг с опытными боксерами. У него во время первенства округа появились кое какие, мысли и он решил их проверить. В разговоре он уловил в ее голосе извинительные нотки. Стараясь сгладить негативное завершение предыдущей встречи, она предложила встретиться в следующие выходные. Но получилось, как в коммерческой рекламе лотереи: она всегда сулит шанс, а удастся ли выиграть, зависит от других факторов. Свидание, как планировали, не состоялось. Несколько боксеров из ее клуба пригласили на турнир в Германию. Она возглавила делегацию.

Встречу опять пришлось отменить.

Первый спарринг пришелся на время ее отъезда. Боксер был той же весовой категории. Повыше, сухощавый. Минут двадцать Илья разминался, стараясь разогреть мышцы. Думал о Маргарите. Жаль, что ее нет, но и хорошо – не будет видеть, как ему достанется.

Выдали шлем, большие спарринговые перчатки. Тренер предупредил, что придется выходить на ринг против двух разных бойцов по два раунда с каждым по 3 минуты.

– Вообще ты как себя чувствуешь, раньше выходил на ринг?

– Конечно.

– Да уж больно беспокоилась Маргарита Сергеевна. Она и сына против равных по силе просит не выпускать.

Короче. Первый боец с тобой отрабатывает поединок с подвижным соперником, скорость передвижения. Твое дело не застаиваться. Уходы, уклоны активная защита. Не стоять. Два раунда порхаешь по рингу, как говорил Али. Знаешь кто это?

– Да кто не знает!

– Тогда вперед!

Противник ценил время и обрушил град ударов с длинной и средних дистанций. Илья включил мышечную память, настраиваясь на один из ключевых поединков на первенстве округа. Почти не помогло. Здесь скорости были иные. Да и парню лет восемнадцать. Другой уровень. «Забьет, нахрен, насмерть!», – мелькнула мысль. Однако, мягкие перчатки и шлем гасили силу ударов, а Илья в глухой защите, стараясь, при этом не упускать наступающего боксера из виду, вертелся как мог. За полминуты он сам не смог нанести ни одного удара. Создав безопасный для себя отрыв, он неотрывно смотрел на боксера, ожидая начала очередной атаки. И за долю секунды до ее реализации, когда атакующий начал тянуть левую руку, нанося джеб, Илья кинулся навстречу, нырнув под его руку.

Удар вполне удался. Голова партнера дернулась, он остановился. Будь он в боевых перчатках, как минимум, мог случиться нокдаун.

Шла вторая минута боя. Тренер взмахом руки остановил Илью.

– Как себя чувствуешь, Саша? Можешь продолжить?

– Вполне. Нормально. Увлекся, сам виноват. Удар то несильный, но точный.

Тренер вывел боксеров на середину ринга.

– Бокс!

Дальше Илья сосредоточился на угадывании начала атак или отдельных ударов. Поединок закончился без агрессии, которая чувствовалась в первом раунде. Тренер похвалил обоих: «молодцы!».

– Илья, минут десять для отдыха тебе хватит? Могу дать больше, но остынешь.

– Вполне, Николай Николаевич.

Дальше тренер объяснил его роль во втором поединке.

– Здесь, напротив. Будешь жестко противостоять. Главное защита, блоки, нырки, наклоны. Контратаки, когда наверняка знаешь, что попадешь. Если случатся серьезные попадания, не терпи, подай знак. Он тяжелее тебя. Другого партнера не нашлось.

При этих словах, Ангелы за плечами Ильи переглянулись. Сильных травм они не могли допустить. Один из них извлек из рюкзака подобие шлема, но надевать на Илью не стал: «Подождем, как начнет складываться бой».

Противник, не теряя времени и нанося удары, пошел вперед. Бил в голову, в корпус, метил в печень. От большей части ударов Илья уклонялся или они попадали в защиту. Но сила ударов была велика, и они или вынуждали его отходить, или попросту откидывали в сторону. Щель, сквозь которую он мог наблюдать, напоминала обзор из танка Т-З4, когда по нему лупят немецкие тигры.

Во всяком случае, он так это себе представлял. Илья сосредоточился в себе, стараясь отключиться от восприятия внешних воздействий. У кого из животных шкура и кости толще им и надо стать: бизон, слон, носорог? Да, пусть это бизон.

Пусть пробует пробить его. Интеллект оставил Илью. Остались инстинкты. Он то уворачивался, то подставлял под удар плечи и руки, которые от ударов немели и не слушались. Голова сотрясалась от ударов. В один из моментов всплыла картина, которую он наблюдал несколько раз, во время атаки противника. Это открытый подбородок, на который боксер не обращал внимания из-за увлеченности атакой. Илья взбодрился, ожидая, когда соперник даст шанс, перестраиваясь или нацеливаясь на другое направление. Дождался, наконец, и выпрямляясь, направил правый кулак снизу- вверх, к подбородку боксера. Руки того безвольно опустились, и он сел на колени на полу ринга.

И тренер, и немногие зрители не сразу поняли, что произошло. Все ждали, что результатом длительной атаки может стать, если не нокаут, то прекращение боя за явным преимуществом. Хотя такой исход и не приветствовался бы тренером, который дал установку боксеру, что и как делать со спарринг партнером, но был бы принят как данность. Заканчивалась вторая минута раунда.

Тренер махнул Илье, отправляя в сторону угла, а сам занялся его противником.

– Ты то как?!

Тот, приходя в себя, слабо махнул рукой, мол, все в порядке.

– Ладно, иди на скамейку, посиди. Парни, кто-нибудь, помогите ему.

Подошел к Илье.

– Ты за десять минут двоих нокаутировал?! Как это возможно! Ты даже не тяжеловес, чтобы за счет силы уронить противника.

– Просто бьюсь. Набираю очки. Слежу за противником. Если допускает системную ошибку, стараюсь воспользоваться, пока ему тренеры не подсказали. Отыскиваю слабое место. Жду момента, когда наверняка попаду.

– Выходит, тебе и тренер не нужен?

– Тренеру виднее со стороны, он и подсказывает.

– Я понимаю, что тебе сейчас досталось, но, может, проведешь пару раундов нормального безнокаутного боя.

– Массажист есть у вас? Он мне руки и плечи отбил.

– Сейчас скажу, пригласят.

Последующий десятиминутный массаж настроил Илью на мажорный лад, и он провел два полноценных раунда, как хотел тренер.

– Спасибо, пацан. Ты вроде с университета? А к нам не хочешь? Там не встретишь таких бойцов как у нас. У тебя здесь будут хорошие перспективы. Могу поговорить с Маргаритой Сергеевной.

– Спасибо. Но я пока не хочу ничего менять.

– Дело твое. Ты готов продолжить спарринги?

– Звоните, приеду, как смогу?

После этого, Илье приезжал в клуб еще несколько раз. В этих поединках он научился выстраивать свою тактику защиты и атаки, подключать в экстремальных ситуациях интуицию. Хорошо обогатил опыт, встречаясь с боксерами, исповедующими разные стили ведения боев.

После возвращения из Германии позвонила Маргарита.

– Я горжусь, тобой! Тренер и ребята такое наговорили про тебя. Двоих в первом раунде нокаутировал! Если хочешь, в эти выходные встретимся. Конкретнее переговорим в субботу или пятницу. Я соскучилась, дорогой!

Илья тоже ждал этой встречи, но из за гриппа, который подхватила Маргарита, пришлось все отложить.

Пока она болела, Илья успел отметить день рождения. Ему пошел шестнадцатый год. С малой Родины, учитывая разницу во времени, звонки пошли со второй половины дня. Мама, сестра, отец и Тина. Она звонила часов в одиннадцать тагарского времени перед сном.

– Сегодня я звоню, а обычно представляю, что разговариваю с тобой по телефону. Спросишь, почему по телефону? Да потому, что я говорю якобы в трубку те вещи, что не решусь никогда сказать при личной встрече. Мне будет очень стыдно. Хотя мне кажется, по телевизору говорят, а то показывают и худшее.

Не знаю. Наверное, когда-нибудь и решусь сказать. Правда, это все равно будет телефонная трубка. Сегодня, удивительно, почему именно сегодня, мальчик из десятого класса признался в любви. Слушай, это так интересно со стороны!

Мямлил, мямлил. Говорил про дружбу, про то, что постоянно наблюдает за мной. Думает обо мне. Вообще, я думаю, не врет. За мной такое тоже водится. В отношении тебя, конечно.

Жду лета. Ты ведь приедешь на каникулы? Если нет, то жди меня с визитом! Паспорт я буду получать в марте и стану вольной птицей. Смогу полететь куда хочу. Иля, я болтаю, а ты все молчишь и молчишь!

– Я слушаю тебя, кто-то должен слушать. И кое-что, таки, понял из того, что ты говоришь в свой телефон. Сказать?

– Знаю, что соврешь или сочинишь, Илья. Но все равно, скажи!

– Держись крепче за свою кровать, Тинка! Ты сказала в одном из разговоров с трубкой «Илья, я очень хочу, чтобы ты как следует . меня».

Илья не очень удивился, гудкам, которые пошли из телефона после его слов. Посмеявшись, он вернулся к своим делам.

У него появились мысли относительно доклада, который неплохо бы подготовить на семинар по политической социологии ближе к весенней сессии. Если будет нормально воспринято, его же можно использовать в будущем, при подготовке курсовых или дипломной работе, так как будут наработаны методы и собраны какие- то материалы.

Илья вздохнул и посмотрел на стопки книг и журналов на рабочем столе. Теперь придется выписывать материал не только для текущих занятий, но и запасать на перспективу. Про себя решил, что по окончании весенней сессии, выяснит, с кем можно согласовать тему будущей дипломной работы.

Благодарю умению определить основную мысль или идею работ, которые он изучал, сначала пробегал по текстам со скоростью большей, чем при чтении художественной литературы, делая карандашом легкие пометки, потом возвращался и выписывал, что считал важным.

На сегодняшний вечер, может и на полночи, он наметил учебную жертву. Хотя, возможно, этой жертвой будет сам, если заснет.

Из-за того, что он сам загрузил себя учебными, спортивными, а теперь и любовными заботами, времени на общение с сокурсниками не оставалось.

Там уже сложились отношения по общим интересам, по месту проживания – общежитие, квартира или местные, т.е. городские. Он оказался за бортом этого судна. Конечно, в начале мешал возраст. В отличие от Маргариты, они-то точно знали, что он подросток. Правду сказать, его не очень волновало отсутствие близких дружеских отношений. За время учебы в школе, привык быть в стороне он общих интересов. Да и как их создавать, когда за год проходил двухлетнюю программу и новый учебный год начинал со все более рослыми одноклассниками.

Прежде чем погрузиться в социологию, Илья в мыслях перебрал дела на завтра. Снова на спарринг. Интересно, Маргарита приехала или нет, с очередной командировки? В целях конспирации созванивались они редко, но увидеть ее хотелось.

Зазвенел телефон. «Маргарита!» определил по номеру Илья.

– Привет, боец! Ты как без меня? У меня ощущение, что мы виделись то ли во сне, то ли в прошлой жизни!

– То же самое! Сегодня, думаю, поздно?

– Мне так не кажется, но раз ты сомневаешься, давай на завтра. В зале не встречаемся, чтобы не привлекать внимание. Подожду в своем кабинете, поработаю. А ты после спарринга поднимешься с улицы по пожарной лестнице. Увидишь, там одна лестница и железная дверь. Целую! Пока.

Поток позитивной энергии захватил и поднял Илью. Чтобы вернуться за стол, пришлось ополоснуться холодной водой.

После лекций, которые с перерывом тянулись до шести часов, он едва успел к назначенному времени в клуб.

В спарринге, как он понимал, главное выполнять установку тренера, поэтому был внимателен и пока готовился, продумывал тактику боя. Он, как приглашенный, в основном служил боксерским мешком, способным уворачиваться, а то и нанести неожиданный удар.

На этот раз прошло ровно. Боксер отрабатывал джебы, крюки и другое, чему его учили, а Илья старался минимизировать ущерб от его ударов, направляя свой кулак туда, где тело бойца наиболее уязвимо. Бой ему доставил удовольствие, напоминая партию в шахматы. Темп был средним, и усталости после поединка он не ощутил. Да и близость встречи с Маргаритой придавала сил.

Было еще не поздно, люди шли по улице по своим делам и он, забирающийся по пожарному маршу к железной серой двери на втором этаже, не привлекал внимания. Из коридора за дверью Илья проследовал в приемную, а дальше путь ему был знаком.

В комнате у Маргариты светил только настенный бра и царила атмосфера уюта и спокойствия. Сама хозяйка, сидя на диване просматривала какие-то бумаги. На ней один из деловых костюмов. Покрой и цвет очень шли ей, подчеркивая, что деловитое выражение лица не случайно и иных толкований быть не должно.

Илья зашел тихо – шаги приглушались ковром, поэтому смог захватить ее за работой, пока она не увидела его. Он ощутил на долю секунды то ли испуг, то ли растерянность. Разве может такая красивая, но зрелая, в общем то, в сравнении с ним – подростком, женщина, любить его?!

Илья робко кашлянул:

– Не помешал? Мы сегодня быстро все закончили, и я освободился.

– Ты и помешал?! Это нам весь мир мешает! – Маргарита отбросила в сторону листы бумаги и пошла, а то и побежала навстречу Илье. Выражение лица у нее стало девичьим.

– Держи меня! – Туфли на каблуках остались у дивана. Она повисла на шее у Ильи, вынудила его покачнутся, и опустилась с ним на ковер.

Затем оторвалась от него и принялась снимать свой костюм, и все, что под ним, попутно дернув за свитер Ильи.

– Нет, не будем превращать роскошный ужин в ресторане на перекус в «Макдональдсе». – Объявила Маргарита, стянув с себя лифчик.

– Иди в душ, а я соберу что ни будь на стол. Ты же голоден!

Илья, несколько ошеломленный суматохой, созданной встречающей стороной, собрал свои вещи и пошел в ванную комнату.

Маргарита в веселом возбуждении стаскивала на стол еду, закупленную в какой-то точке быстрого питания. Достала из буфета начатую бутылку красного сухого вина и разлила по бокалам. Она успела переодеться и встречала Илью в шелковом халате темно-синего цвета с пояском. Тот вышел, обернув бедра банным полотенцем.

– Чем тут угостят голодного странника, хозяйка? Надеюсь, это не разговоры о благом, или не только о благом?

– Нет, дорогой, разговоры будут, но я совмещу в себе и слушательницу и кормилицу.

– Тогда не будем откладывать. С утра почти ничего не вкушал. Так червячка заморил. К слову, а дома ты готовишь?

– Если ты про супы, котлеты, пирожки, то нет, не готовлю. Днем ни меня, ни Славы нет, а утром или вечером, когда мы вместе, что-нибудь легкое. Ты, что это озаботился? Думаешь, какой буду женой, если возьмешь?

– Ближайшие лет пять пока учусь, меня это не будет волновать!

– Ну и ладно, я спокойна!

Разговаривая, Илья не забывал управляться и с содержимым пакетиков. Маргарита потягивала вино, но скоро придала импульс своей свободной руке, извлекая подоткнутый край набедренного полотенца с поясницы любимца.

– Подождать не хочешь, Рита?

– Нет, но ты ешь, ешь, я тоже займу себя, чем- нибудь увлекательным.

– Уговорила. – Илья сделал несколько глотков вина.

– Разбираем диван! А ты еще в халате?!

Первый соитие не было ни провальным, ни успешным. Пока он соображал, как приступить к действиям, почерпнутым из литературы, кусочек его плоти с помощью руки Маргариты, начал погружение в вожделенные глубины, а ее таз стал совершать фрикции, захватывая все большую часть вбираемой плоти. Когда для любовника все интересное завершилось, Маргарита по инерции продолжила было свою партию, но Илья не дал, прижав к матрацу.

– Подожди, я, кажется, закончил!

Маргарита с досадой подтвердила:

– Не скромничай, так оно и есть!

Позже, когда эмоции обоих улеглись, Маргарита утешила обескураженного любовника:

– Если секс в первый раз, я читала, такое случается. Отдохнешь, и попробуем еще. Я схожу в ванную. Ты все залил.

– Я тоже пойду.

– Только позже, дружок. После меня.

Вторая попытка оказалась продуктивной. Хотя партнеру и не удалось пустить в ход теоретические знания, энтузиазм одного и сексуальный голод у другой позволили обойтись без изысков. Маргарита, освоившись с манерой партнера получила больше, чем рассчитывала.

– Кстати, Ритуля, как у тебя со временем сегодня?

– Часов до одиннадцати спокойно могу оставаться. Если хочешь, могу и до утра, но придется вставать рано, чтобы успеть дома привести себя в порядок.

– Одиннадцать меня тоже устроит. У тебя получится меня подвезти? Если проблемно, то не напрягайся, возьму такси.

– Конечно, довезу, милый! Спрашиваешь! Давай по бокалу винца.

– А ты не боишься, что остановят?

– Во-первых, вино сухое, во-вторых, на улицах в основном, телекамеры, если не нарушать, то как узнают, что выпила. У нас в запасе почти полтора часа.

Скромный свет бра был достаточен, чтобы оценить упругие полушария грудей Маргариты, нависшие рядом с лицом Ильи. Она лежала на боку, опершись на локоть.

– У тебя, Ритуля, такая красивая грудь! Поддерживать не надо. Можешь без лифчика обходиться!

– От природы. Без лифчика заметны соски, когда в блузке или в рубашке. Хвалить хвалишь, а почему не ласкал, раз нравятся?!

– У тебя почти по Чехову, все прекрасно. Не успел. Не помнишь, что называют сахарными, груди или губы у женщины?

– Не боясь показаться нескромной, скажу, что у меня все сахарное, если тебе нравится такое сравнение.

– Не спорю, давай по глотку. Ты замечательна, Маргарита!

Через час они выезжали из гаража Маргариты. Доставив

Илью до дому, Маргарита проводила его в квартиру, а потом уже Илье пришлось провожать ее до машины.

– Вообще не хочу расставаться с тобой, гори все ясным пламенем! Доеду, позвоню!

Маргарита не испытывала прежде чувств подобных тем, что возникли к Илье. Внутренний задор, присутствовавший в нем и замеченный ею с первой встречи вкупе с открытостью миру, вызывали желание быть с ним или, по крайней мере, не терять с ним связи.

Странная смесь сначала некой материнской заботы, потом девчоночьего озорства, перешедшего в девчоночье увлечение с таким же безрассудством, продолжились в совершенно невероятной сексуальной связи. Внутренне Маргарита махнула рукой на все приличия. Внешне то же сделать, мешали опасения осложнить свое общественное положение и взаимоотношения с сыном. От того же она оберегала и любовника.

Дома было темно и стояла тишина. Неудивительно – первый час ночи. Чтобы не разбудить невзначай сына, Маргарита тихо пробралась в свою комнату и, раздевшись, проскользнула под одеяло. От ощущения полноты жизни она глубоко вздохнула и немного поворочавшись, заснула.

Через месяц тренер Валерий Иванович после очередного занятия поинтересовался у Ильи хочет ли он принять участие в первенстве Москвы по боксу.

– Есть шанс заработать КМС. Система выбывания такая же, как была зимой. Этот раз все жестче. Много кандидатов и пара мастеров спорта. Есть призовые. Для пацанов неплохие: за первое место пятьдесят тысяч.

– Конечно, Валерий Иванович, использую шанс. Не получу одно, наберу опыт в другом.

Дальше тренер расписал календарь занятий. Получалась, что через день и имелась пара совпадений со свиданиями. Илья сообщил, что иногда участвует в спаррингах в боксерском клубе. Так что, отчего то надо отказаться по некоторым дням. Но тренера известие даже порадовало.

– Здесь я тебе не могу предложить боксера твоего веса, возраста и уровня, так что это и к лучшему. Удачно.

Илья тоже порадовался, что придется отказаться только от одного свидания.

Этот раз поединки будут через день. И с Кузнецовым встретиться не придется.

Ему семнадцать. Конфликта интересов у Маргариты не будет, если Слава вдруг надумает участвовать.

Так оно и вышло. Кузнецов решил все-таки не уходить из бокса без звания и примет участие в первенстве. Об этом Илья узнал, когда пришел в клуб.

Один из тренеров обратился к нему:

– Выручай, Илья. Твой бывший обидчик по финалу тоже участвует в первенстве. Вы с ним в этот раз не пересечетесь. Я прошу провести с ним пару раундов. Посмотрю, что ему подтянуть. Он после чемпионства на ринг на выходил. Да я его и не тренировал. Трудно судить, что он может, а что нет. Выручишь? Маргарита Сергеевна просила за него.

– Кого просила? Меня что ли?!

– Да нет, меня. А я прошу тебя! Хочешь двойную оплату?

Сошлись на том, что второй бой будет с Кузнецовым. В ринге сошлись вполне дружески. Улыбнулись друг другу. Первый раунд прошел очень корректно. Илья щадил, Слава опасался, на рожон никто не лез.

В перерыве тренер оттянул обоих, сказал или деретесь, или будет третий раунд. Пришлось постараться, чтобы угодить тренеру. Слава от души поблагодарили и сказал, что Илья заметно прибавил.

Позже к нему подошла и Маргарита:

– Спасибо, все было красиво. Но у нас сегодня вряд ли получится. Поедем с сыном домой. Дай хоть руку пожму, дорогой! Созвонимся.

Третий бой Илья проводил безо всякого интереса и схлопотал на этой почве.

Соревнования начинались в субботу и должны были длиться неделю. По своему эмоциональному состоянию Илья ощущал себя очень уверенно. Последнее слово, конечно, за судьями, но он был уверен, что кто бы ни был его противником, спуску он ему не даст.

– Я буду разрываться между вами, но финал, если вы оба будете в них, и время совпадет, я буду со Славой! – Заявила Маргарита в одном из телефонных разговоров.

– А я тебе сочувствую, Ритуля. Но мой главный приз это – ты. И я его получу при любом исходе боя.

Неожиданно в пятницу позвонил отец. Интересовался, участвует ли сын в первенстве.

– У нас нет московского спортивного канала. Поищу в интернете. Слушай, может мне звонить тебе?

– Ни в коем случае! Позвоню, как все закончится. Маме не говори, сестре тоже.

Так обезопасив свои тылы, Илья почувствовал себя более защищенным.

Валерий Иванович был на высоте и перед боем сообщил, что удалось узнать о противнике. Оказался перворазрядником. Скорее драчун, чем боксер. «Чем быстрее его положишь, тем лучше для всех. Для судей, в том числе. Так что помоги им, они помогут тебе!»

Илья позволил ему провести первую атаку, а скорее навал, пока тот не повис на нем, мешая освободиться. После разведения по сторонам, Илья постарался не дать ему больше шанса. Не нанес ни одного удара по воздуху. Бил целенаправленно по рукам, «суша» их, или туда, где показывалось незащищенное место головы или тела. В конце раунда, понял, что придется менять тактику. Боец оказался стойким к восприятию ударов.

В перерыве тренер подтвердил, что досрочно вряд ли получиться победить. Оставшееся время Илья провел, используя джебы в голову и по корпусу, стараясь избегать приступов с его стороны.

По очкам победу присудили Илье. Но радости она не доставила.

Дальше на его долю остались только кандидаты в мастера спорта с приличным опытом любительских боев. Но и при равном количестве выбрасываемых ударов с противником, он набирал большее количество очков за счет точных ударов.

Одно дело точное попадание, когда совершается серия из двух, редко, трех ударов и другое, когда выбрасываешь более трех. Получаются удары по площадям с малой эффективностью. Но у него мозг вполне координировал направление, и промахов почти не случалось.

Второй и третий поединки ему понравились больше. Противники оказались умелыми бойцами. Умели защищаться и нападать. Но в финал вышел Илья.

Первый раунд с обеих сторон носил разведывательный характер. Илья быстро ощутил такое миролюбие противника и смог воспользоваться этим. За несколько секунд до конца раунда, когда у боксера появился настрой на завершение, Илья обрушил на того град точных ударов.

Во втором раунде, по согласованию с тренером, момент начала основной атаки он также собирался определить, полагаясь на интуицию. Партнер с самого начала раунда показал, что намерен вернуть должок, и доказывал это, осыпая ударами.

Но нет худа без добра. Илье удалось продемонстрировать, что умеет строить защиту адекватно средствам нападения. А когда парень чрезмерно увлекся в самом конце, Илья провел хук со средней дистанции по печени после своего очередного уклона от удара противника. А следом направил кулак справа через руку. Этого оказалось достаточно, чтобы соперник, скрючившись, присел на пол.

По сигналу рефери Илья отошел в угол. На этом бой завершился.

Его переполняли эмоции. Это другой уровень. Он всего добился своим трудом. Он один из лучших в учебе, лучший боксер города в своей категории у него самая красивая женщина города. Наверное, так не бывает! И тем не менее, вечер ему предстояло провести одному. По дороге домой, Илья зашел в магазин. Захотелось взять сухого красного вина, каким его угощала Маргарита. У кассы наткнулся на испытующий взгляд продавца.

– Беру домой. Это не по моему карману. Вы же видите, она дороже тысячи стоит, можно без сдачи.

Оглядевшись, женщина его рассчитала.

Наверное, сработал эффект синхроничности Юнга: последовал звонок Маргариты на мобильник.

– Узнала из новостей, дорогой мой! Поздравляю! Я сейчас с сыном. Не знаю то ли поздравлять его, то ли посочувствовать. Стал КМС, но с «серебром». Понимает, виноват сам. Два месяца не тренировался. Ну, ладно, пока. Еще раз поздравляю!

Илья решил добираться автобусом. Торопиться некуда, а народ еще не хлынул с работы и учебы на улицы. Удалось даже найти свободное место.

Снова звонок. На этот раз отец.

– Сынок, поздравлю! Финал ты провел просто классно! Высший уровень! Я горжусь тобой! Теперь могу сообщить маме и сестре. Так, что готовься принимать упреки и поздравления. А мы тут будем праздновать! Да, тебя дома ждет сюрприз от нас.

– Что еще за сюрприз?! – Ответа не последовало, пошли гудки.

«Посылку с кем – нибудь отправили и оставили у соседей?» В прихожей удивил шум со стороны кухни. Точно, кто-то из хороших знакомых. Что бы не создавать неловкостей при неожиданном появлении, Илья громко поздоровался. Звуки немного затихли, но возобновились/ Он прошел по коридору и заглянул на кухню. «Бабулька, наверное, глуховатая.»

Пару секунд вглядывался в женскую фигуру.

– Тинка?! Ты как здесь?!

Тина в новом фартучке сервировала стол. Увидев его зарделась, обойдя стол, бросилась к нему и укрыла лицо на его груди.

– Ты с кем приехала? С братом, родителями?

– Сама. Я и так скучала, да еще накосячила в разговоре с тобой, так вовсе не жизнь пошла, а мрак. Вот и решила поехать посмотреть, как ты тут. Может, завел кого.

– Может, и завел, так, что с того? У тебя спрашивать разрешение?

Тина, встрепенулась было, но тут же притихла, памятуя о своей прошлой ошибке.

– Извини, я так, для порядка.

– Короче, Тина, рассказывай все как есть, чтобы я из тебя не вытягивал.

– Ладно. Деньги я начала собирать давно на поездку. До лета скопила бы. А тут казус телефонный с тобой. До каникул ждать не стала. Решила, нужно встретиться лично и прояснить ситуацию. Родители уехали в деревню к бабушке, взяли отгул на пятницу. Брат дома сидит, отмазку на всякий случай придумывает. А я заняла немного денег у твоего отца, попросила московский ключ и сделала дубликат. Даже немного гостинцев привезла.

– Когда назад?

– Думаю, завтра вечером, тогда в воскресенье буду дома.

– Тина, ты могла и два месяца подождать. Куда б я делся?

– Такая уж я. Не переделать. С возрастом исправлюсь. На обратную дорогу займешь?

– Не займу, а дам. Добавлю, хватит и с моим отцом рассчитаться. Заработал сегодня. Тысяч пятьдесят. Поздравь, выиграл городские соревнования, стал чемпионом!

– Поздравляю. Хотя, я скорее удивилась бы, если бы ты их не выиграл!

– Ладно. Корми. Ты, смотрю, успела накрыть стол. А я вина принес. Отметим.

Глядя, как уписывает вкусности Тина, Илья понял, что она не ела со вчерашнего дня, не считая бортового питания. После ужина, он перебрался в зал и включил музыку, пытаясь сообразить, как избежать отчаянности Тины. Она не собиралась уезжать, не получив свое.

Тина за эти полгода избавилась от подростковой угловатости. Что должно было приобрести округлую форму, ее и имело. На ней надето ее лучшее платье. Вернее, оно было таковым в прошлом году, сейчас грудь и плечи в нем в обтяжку. Явно размер надо пересмотреть.

– Можно мне взять полотенце. Я хочу в душ?

– Посмотри в шкафу. Там есть и халаты. Мой серый. Остальное в ванной.

После девушки пошел в ванную Илья. План на завтрашний день он обдумал. Оставалось провести незапланированную ночь.

Расчет, что за время его отсутствия, девушка заснет, не оправдался. Тина была бодра и желала сидеть рядом с ним. Из магнитолы лилась красивая и спокойная мелодия.

– Потанцуем, мой дорогой? Мы никогда не танцевали. Только, спасибо мне, целовались. Пошли, вставай. – Тина потянула за собой и сомкнула руки на его плечах. На полпути она останавливаться не любила, и скоро танец продолжался без халатов.

– Ты же слышишь мои мысли, милый? Ты понимаешь, что они те же, что и зимой. Я хочу, чтобы ты занялся мною как следует. Ты должен стать моим первым и единственным мужчиной!

Перед тем как лечь, Илья установил звонок на будильнике, что и помогло не проспать весь следующий день.Подругу разбудил после того, как приготовил нехитрый завтрак. Ее возмущение ранним, по ее мнению, подъемом, удалось погасить приглашением пройтись по магазинам одежды и выбрать ей платье и что-нибудь еще.

По итогам похода они купили билеты на самолет, пару платьев, джинсы, футболки и мобильный телефон.

На рынке и пообедали.

– Хотела бы тоже жить в Москве! – заявила Тина, пообедав.

– Чем Тагарск не устраивает?

– Всем! Хотя, если с тобой или при тебе, то годится и наш город.

– Что означает «при тебе», произносишь не в первый раз?

– Ну, если сразу не возьмешь замуж это и будет «при тебе». То есть у тебя в доме или рядом, во флигеле. Даже по соседству, в крайнем случае. Так тебе понятно? Скажем, как раньше были на Западе рыцари при дворах королей или там герцогов. А если будем жить вместе без регистрации, то это все равно будет «с тобой».

– С этим прояснили, Тина. Вариант, когда женой или сожительницей будет другая женщина, ты не рассматривала?

– Рассматривала. Жизнь есть жизнь, всякое случается. Других женщин как соперниц, я не воспринимаю всерьез. Во мне есть все, что требуется женщине, чтобы ее любили: преданность, ум, красота. Чего нет, приобрету. Мне только четырнадцать. Так что, какое-то время я буду уступать по тем или другим качествам конкуренткам, но потом, поймешь, что я лучшая. Поэтому, если у тебя появится или есть женщина, особо ревновать не собираюсь. Значит на данный момент она лучше меня. Возможно, со временем, я изменю точку зрения.

– Тина, ты говоришь, что-то не свойственное женщинам или даже человечеству как биологическому виду!

– А кто сказал, что я из homo sapiens?

– Ладно. Поговорим об этом позже, когда подрастешь. Знаешь ли, для полного желудка тяжеловатые темы. Поехали домой, отдохнешь перед дорогой.

В квартире Тина и не думала отдыхать, как это принято, а занялась примеркой обновок. Спохватилась, что не укорочены джинсы и побежала в ближайшее ателье укорачивать. Вернулась довольная, в тех самых джинсах. Остальную одежду сложила, как есть.

Пока подруга бегала по делам, Илья успел вздремнуть, раз выдался день свободный от занятий.

– Слушай, Илья, для тебя хлопоты закончатся, когда посадишь меня на самолет. Ты рановато ласты склеил. Я соскучилась по тебе. Мне жаль времени, потраченного на рынке. Я бы вообще не пошла, просто не хотела огорчать тебя.

За подарки спасибо, но главный ты! И я сама приехала за подарком. Перебирайся на кровать! Можем просто полежать вместе. Пожалуйста.

В аэропорт они приехали, когда шла регистрация.

– Ну, Тинка! Еще бы чуть-чуть и опоздали!

– Меня бы мало огорчило!

– Кто б сомневался, что будет иначе!

Тина оказалась последней, кто прошел в зал предполетного досмотра.

Отзвонилась, что доехала, уже московским утром. Илья оценил ее тактичность – не стала будить.

Оставшиеся два месяца он решил усерднее готовиться к сессии. Интенсивность занятий боксом снизил. Для него это стало прошлым вплоть до нового учебного года. Сейчас он занялся докладом по политической социологии относительно влияния экономического кризиса в России на отношение граждан к власти и действию политико – экономических институтов государства.

Когда от теоретических познаний переходишь к собственным исследованиям, хотя бы и не очень глубоким, получаешь гораздо больше, в том числе практическое овладение методами исследований. Через пару недель Илья полностью был вовлечен в учебу и сопутствующую ей работу. Спорт отошел на второй, а то и третий план.

Свиданий не было. Маргарита не звонила. На пару своих звонков, Илья ответа не дождался. Чтобы занять свободное время, которое все-таки образовывалось, он сходил с девушкой из своей группы в кафе мороженое и в кино, где от скуки они потискались, но домой ее приглашать он не стал.

Маргарита позвонила через месяц после их последней встречи и сказала, что может приехать к нему, если можно. Голос ему показался отличным от обычного, но большого значения не придал. Обрадованный Илья воспринял ее появление в целом, без нюансов. Да и потом, когда она вошла в прихожую, все было как обычно. Маргарита, сняв верхнюю одежду, повлекла его в спальню.

– Ты не представляешь, милый, как я соскучилась! Вопросов не задавай. Потом я расскажу.

Время разговоров пришло часа через два, когда она утомленная, притихла на его груди.

– У меня начались проблемы с моим спортзалом. Его хотят, говоря по-простому, отжать. Депутат городского уровня подал документы в суд, где доказывает, что зал куплен моим покойным мужем на деньги, которые он занял у депутата, но не вернул. Муж вернул деньги. Но половину возвращенной суммы, как и всю занятую, оформили через нотариуса, а на оставшуюся, депутат составил расписку.

Теперь утверждает, что расписку писал не он, и она подделана. Есть экспертиза, которая подтверждает, что там не его рука. Было два свидетеля, но теперь оба отказываются. То ли боятся, то ли подкуплены. Формально, даже при таком подходе, мы имеем равные права на зал, но он требует деньги немедленно плюс проценты за просрочку, а мне их не с чего отдавать. Да и обидно. А он получает зал за тридцать процентов стоимости! Представляешь! Я банкрот. Надо искать работу. По этим делам я и пробегала три недели. Еще и адвокату платить.

Если не предпринять, что-нибудь радикальное, то зал я потеряю.

– Расскажи все, что знаешь о депутате. Возраст, семья в чем бизнес, на кого оформляет. С чего поднялся, связи.

– Ты действительно сможешь помочь?!

– Сделай, что я прошу. Потом прояснится ситуация с моими возможностями.

– Ты немного взбодрил меня, дорогой. Может сначала поедим, а потом я изложу все, что мне известно?

Позже, проводив Маргариту, Илья погрузился в размышления.

В итоге разработанный вариант был прям и бесхитростен, так же, как и рейдерский план по отъему собственности Маргариты. Главным специалистом, приглашаемым со стороны должен стать Леший. Первым помощником руководителя проекта – Маргарита. Местом действия подмосковные леса. Корректировки плана – по ходу действия.

Маргарите раскрывать весь сценарий он не стал.

– Легче будет отпираться, когда не знаешь. Да и передачи будет кому носить. Шутка. – Добавил Илья, увидев удивленные глаза подруги.

Ей он поручил достать телогрейку, ушанку, кирзовые сапоги, парик и прочее для вхождения в киношный образ обитателя деревни. Список оказался немаленький, а в связи со сменой эпохи, Маргарите потребовалось время, чтобы все найти и купить. У нее появились и поручения детективного характера по отслеживанию передвижений депутата и его семейства.

Вместе они объездили район проведения операции – районы Подмосковья в пределах, примерно, сотни верст от столицы.

До всех этих приготовлений, Илья решил встретиться с Лешим. Маргарита вывезла его в одно из укромных лесных мест недалеко от города, так как встреча планировалась краткой.

Эгрегор и ангелы

– Куда это он собрался? – транслировал один из ангелов- хранителей Ильи, обращаясь к другому.

Мгновенный образный ответ в виде тропинки упирающейся в Лешего, разъяснил ситуацию. По результатам такого диалога, они решили подключить Эгрегора Урта. Было ясно, что своего знакомого лешего их подопечному увидеть не удасться. Из своих сибирских чащоб тот не в состоянии принять слабые сигналы из Подмосковья.

Эгрегор понял, что настало время показать, что не зря подпи- тывается дармовой энергией. Распустив антенны щупальца на десятки километров, он принялся исследовать леса и рощи. Поиски длились около часа, но среди сотен лесных обитателей, ему удалось одного идентифицировать с требуемым существом.

Давид, которого он туда отправил, обнаружил лешего в медвежьей берлоге, где тот спал, разбудил и вынудил выйти на поверхность.

Сам Эгрегор занялся внушением лешему правил общения с Ильей. Но для подстраховки подсадил в него Давида.

Илья и леший Батог

– Ты такой весь таинственный, милый, что мне захотелось тебя еще больше! – заявила Маргарита, высаживая его на проселочной дороге рядом с лесом.

– Отъедешь, Рита, отсюда километров пять и жди там. Я позвоню. Целее будешь. Тот, с кем я встречаюсь, мужик непредсказуемый и шутник. Но не всякий оценит его юмор.

Маргарита посерьезнела и поехала вперед. Потом остановилась и смотрела, как Илья скрылся в лесу: «Похоже, втравила я близкого человека в опасное дело», – примерно таково ощущение, в котором она пребывала.

С этим она отъехала на указанное расстояние. Реакции Ильи на отход от плана она опасалась не меньше неведомой угрозы.

Послав несколько раз сигнал вызова, Илья, засомневался, слышит ли Леший, так как никаких перемещений не происходило.

– Здорово, малец! Не ожидал?! – Илья от неожиданности подскочил.

За спиной раздался грубый хохот.

– Ты извиняй, малец. Не хотел напугать. Бора здесь нет. Тебя он не слышит. Далеко до Сибири! А я местный. Батогом кличут. Ты, говорят, дружбу водишь с Бором. Авторитетный хозяин. Это я по имени сужу. Он постарше меня будет.

Ладно, излагай. Помогу, если надо. Может, слово замолвишь. Окажусь в те краях, и мне помогут.

Вот брожу, проверяю свои угодья: не забрались ли чужаки.

Илья с интересом смотрел на Батога. Повыше Бора, но сухощавый и заметно моложе. Сверху рубахи надет, несколько коротковатый для его роста, брезентовый плащ с капюшоном.

– А если забрались, что делаешь?

– Зверя пугаю и гоню подальше. Ежели сосед-леший заберется, то на испуг тут не возьмешь! Схватываемся! Выясняем, чья возьмет. Машемся: когда на кулаках, когда хватаем, что под руку попадется. Ор стоит, что медведи за версту обделываются!

– Что бывает с проигравшим?

Да ничего, каждый идет к себе, синяки сводить или иной ущерб залечивать.

– То есть никто территорию не захватывает?

– На кой ляд она нужна?! Со своей бы управиться. А, впрочем, может и забрать, если сосед ноги протянет по возрасту или случится рана серьезная.

А ты чего так заинтересовался? Али кто твое имущество присвоил?

– Не мое, но хочу помочь. – Илья рассказал историю Маргариты и свой план.

Леший сначала почесал затылок. Потом взялся за бороду и потеребил.

– Не влезал бы ты в чужие дела. Молод еще за них браться.

– Согласен. Молод. Но тут вот, что получается. Люба она мне. Встречаемся. Она мне как жена. Спим, бывает, вместе. Хотя и живем врозь.

– Я понимаю, что «спим» это ты ее .?

– Правильно, понимаешь. Не могу отсидеться в стороне, если есть шанс помочь.

– Ладно, попробую подсобить. Коли старшой прознает, накостыляет мне по шее.

Не лезем мы в людские дела. Короче, обсказывай, с чего и когда начнем.

Маргарита подогнала машину к месту, где высадила Илью и нетерпеливо ходила вокруг, поглядывая в сторону леса. Его появление на опушке восприняла, как фанатка звездного артиста, и заторопилась навстречу.

– Дура я, стареющая. Втянула тебя в эту историю. Да хрен с ним, с залом, если не получится выиграть суд. Зато у меня есть сын и останешься ты. Целый и невредимый! – Маргарита обняла и не отпускала его.

Она успокоилась только, когда они сели в машину. Илья удивился ее такой бурной реакции. Пока ехали, прокрутил в голове намеченное и решил, что изменит план, и Маргарита никаким образом не будет в нем участвовать.

Реализация плана и достижение результата затягивались, но измененная мотивировка действий стала носить более убедительный характер. Теперь он сосредоточился на детальном изучении образа жизни депутата и его семьи.

В свободное от занятий время, пару раз для рекогносцировки ездил на такси в загородный поселок, где проживало семейство депутата. В полусотне метров от его дома начинался лесок. Смог договориться, и заплатив немалые деньги, на электрической опоре напротив дома установил видеокамеру, поместив ее в распределительный шкаф, который не вызывал подозрений.

Но главный упор сделал на попытках покопаться в мыслях депутата. Разложив несколько его фотографий, полученных, в том числе, из видеокамеры, медитировал над ними. Недели через две, когда Илье стала ближе его сущность, привычки, темы разговоров, он стал угадывать, что тот скажет в той или другой ситуации или как поступит. Этот подход он отрабатывал, рассматривая отснятое видеокамерой. Нанимать частного не стал, не только потому, что дорого, но и из опасения, что сыщик может предложить свою продукцию и другой стороне. Илья иногда стал следить за ним на автомобиле. Для исключения утечек информации водителем была Маргарита. Депутату не был свойственен ковбойский стиль вождения, и Илья мог держаться на безопасном для себя расстоянии от него. Так он начал угадывать, куда повернет объект или даже куда он едет. Втайне надеялся, что, если депутат имеет любовницу, то это стало бы весомым аргументом в его деле.

Но или ее не было или он очень хорошо шифровался. Следующим достижением Ильи стало умение с большей или меньшей точностью определять местонахождение объекта. Это не была точность, с которой пеленгуют по телефонному звонку, но район города, улицу или квартал, он определить мог.

Приближалось время, назначенное для рассмотрения дела в аппеляционном арбитражном суде. Илья не был готов вмешаться в дело так, чтобы оно решилось, в нужном ключе. Поэтому пытался оттянуть время с максимальным ущербом для рейдера. За день до начала процесса он позвонил Маргарите и объяснил, что им надо сопроводить депутата по пути в суд. Машина должна быть самая простая, но исправная, при условии, что водитель умелый.

– Да, дорогой, я услышала. Такая техника есть, а умелый водитель это я.

Договорились встретиться на следующий день недалеко от ее офиса.

Сосредоточившись, Илья определил, что депутат еще не выезжал из дому и решил дожидаться его у въезда в город недалеко от расположения парочки лежачих полицейских, где легче будет пристроиться к нему.

Из-за уверенности в том, что последует решение в его пользу, депутат отказался от услуг адвоката и собирался на заседание ехать вдвоем с женой, так как собственность оформлялась на нее. Настроение обоих с утра было бодрым.

Завершался судебный марафон. Предполагаемое заседание, по сути, оказывалось формальным. Оппонентка серьезных аргументов не готовила. Одни эмоции.

– Боря, похоже, я зря сомневалась в твоей затее с залом! – говорила жена депутата, когда они въезжали в город. – А когда решение суда дадут на руки?

– В принципе, в течение недели. Постараюсь ускорить.

– Давай назначим директора и съездим на недельку в тропики, отдохнем. Ты и я!

– Надо подумать. Если в помощь гувернантке подогнать твоих или моих предков.

– Боря, ты что-то слишком прижался к заду мерса, куда нам торопиться. Не обгоняй.

– Сейчас приторможу, что-то задумался…Твою мать! Ну попал!..

От придавленной педали акселератора, джип резко пошел вперед, врезавшись в «Мерседес», который из-за неожиданного ускорения повернул вправо, чтобы избежать столкновения с передней машиной. Правая полоса оказалась частично заблокированной.

Мастерство Маргариты позволило ее автомобилю влиться в левую полосу движения и избежать столкновений.

За минуту до того, Илья на пассажирском сидении «Лады» рядом с Маргаритой, подготавливал ситуацию, которая привела к ДТП. По его команде, расстояние между их машиной и передней, с Борисом за рулем, Маргарита увеличила, постепенно притормаживая. Дальше Илья наблюдал за движением глазами Бориса, а в нужный момент дал команду «Газ!». Тогда Борис вместо тормоза и нажал на соседнюю педаль. То же сделала и Маргарита, только вполне осознанно, так как готовилась к маневру.

Потом они проехали вперед, пока не нашли место, где смогли припарковаться. Оттуда Илья вернулся на место происшествия, а Маргарита продолжила движение к зданию суда.

У места аварии скопилась грандиозная пробка, усиливая привычный затор в утренние часы. Под джипом депутата и рядом растеклась лужа технической жидкости. Фары, крылья, капот смяты. Озабоченный Борис разговаривал с владельцем Мерседеса на месте столкновения, посматривая на часы. Жена стояла у другого края полосы, вслушиваясь в диалог.

Минут за пять до начала судебного заседания, на трубку депутата позвонили.

Илья наблюдал за происходящим из толпы зевак и предположил, что звонок из суда. Депутат несколько минут объяснялся, затем в сердцах швырнул телефон. Жена, что-то импульсивно выговаривала ему.

Илья стал выбираться из окруживших людей и направился к автобусной остановке.

Услышав трель своего телефона, он нажал на прием:

– Не знаю, как ты сделал, Илья, но суд перенесли почти на два месяца!

– Отлично, Рита, у нас будет время подготовить решение в твою пользу.

Шел предпоследний месяц занятий в университете. Семинары, доклады, первые зачеты. Чтобы депутат не расслаблялся, пока Илья не переключился на взаимодействие с ним, Батог направлял на него тяжеловесные шалости. Ночью навалил во дворе усадьбы навоз и содержимое нескольких выгребных ям вместе с туалетными будками.

Обращение в полицию не помогло обнаружить злоумышленников. Отношения с соседями заметно ухудшились. За очистку двора и срочность пришлось выложить круглую сумму. После последних несчастий депутату позвонили и предложили встретиться. Голос говорившего был настолько груб, что он захотел тут же позвонить в полицию, но последовавший за этим второй звонок и другой голос предупредил, что этого делать не следует, и надо помнить, что он человек семейный, публичный и зажиточный. Может пострадать какая- то из этих функций. Встречу назначили на вечер, недалеко от поселка, где в землю был врыт в незапамятные времена стол и имелись скамьи.

Это его успокоило немного. Но на всякий случай он отправил жену с биноклем и фотоаппаратом на окраину. Она тоже подстраховалась и взяла с собой их немецкую овчарку.

Он пришел первым и огляделся. Жена удачно замаскировалась. Не разглядеть.

В нескольких сотнях метров крутился слабый столб смерча, вид которого окончательно испортил ему настроение. «Что за напасть, где живем, в Штатах или России!».

– Здорово, Борис! – Позади депутата стояли две фигуры в театральных, как ему показалось, костюмах. Один настоящий гигант за два метра ростом, другой не выше, чем он сам.

Гигант был в брезентовом плаще с капюшоном, из- под которого торчали всклокченные волосы неопределенного цвета, на ногах невероятного размера калоши. Он сел было на скамью, но не получилось, так как та с хрустом переломилась.

– Руки бы обломать умельцам! – Голос был знаком, но оттого не менее страшен.

Борису захотелось оправдаться и поддержать незнакомца.

– Согласен с Вами!

Второй – противоположность первому. Что-то карикатурное, в телогрейке, ушанке, кирзовых сапогах и лицом, измазанным в саже.

– Борис, у нас очень простая к тебе просьба. Ты, как депутат, лучше других понимаешь людей. Так вот, какая- то сволочь задумала лишить Кузнецову Маргариту ее собственности – спорт зала. Она говорит, что сволочь это ты? Ты подтверждаешь?

– Да, но…

– Значит ты! А ты не думал, что лишаешь дохода и работы не только ее, но и нас охраняющих и защищающих ее бизнес. Она сказала, что по решению суда зал твой. Так это?

– Да, но.

– Значит, подтверждаешь. Тогда будешь платить нам в два раза больше, чем она. Пока. Наверняка ты думаешь зарабатывать на зале больше ее. Иначе к чему весь этот сыр-бор? Согласен?!

– Да.

– Второе. Ты собираешься заплатить ей около тридцати процентов от реальной цены зала. Остальные семьдесят ты и, по твоему наущению, двое- трое твоих подельников назвали долгом ее мужа, по которому он не рассчитался. Так это?

– Она не доказала, что он рассчитался!

– Мы с Батогом знаем, что рассчитался! И есть запись встречи, где происходит передача денег!

– Нет никакой записи!

– Есть. Ты вел ее у себя в кабинете. Почему ты ее сохранил, не знаю, но сейчас я попрошу твою жену принести флешку из сейфа в твоем доме. Батог, позови Ирину, потом продолжим разговор.

Леший неторопливо направился к кустам, за которыми пряталась жена Бориса. Ирина, увидев исполина, уселась в полуобморочном состоянии. Пес, тявкнув, отбежал в сторону поселка. Взяв ее как малого ребенка на руки, леший вернулся к Илье, который не без труда растолковал женщине, что от нее требуется. А чтобы все сделала правильно, решил сам сопроводить. Все обошлось без сюрпризов.

На всякий случай он забрал ноутбук, а из сейфа еще пару обнаруженных там накопителей.

Батог и Борис сидели молча. Ни тот, ни другой к показу записи интереса не проявили. Из записи стало видно, что передавалось и сколько. Шло и комментирование происходящего. Борис подумал, что надо попробовать обратиться к Волку.

– Боря, твои шансы получить зал упали до нуля, но зато возросли до ста процентов шансы сесть за мошенничество. Но я не злопамятный. Ты передаешь те тридцать процентов стоимости мне, как компенсацию за мои хлопоты. Пару миллионов отдаешь Кузнецовой за судебные издержки и моральный ущерб.

Завтра к концу рабочего дня оформишь отказ от своих всех претензий на зал и принесешь бумагу из суда. Кроме того, принесешь бумагу от нотариуса, о возврате долга Кузнецовым. Передашь сам в офис лично Маргарите Сергеевне.

Адрес, куда перечислить тридцать процентов получишь от меня. Ты все понял?

– За день я не успею.

– Постарайся. И лучше не лукавь. Я тебя насквозь вижу. Не вздумай обращаться к авторитетам, даже через, как ты его назвал, Волка?! Это тебе обойдется дорого во всех смыслах. Не забывай про Интернет. Могу разместить. Это будет быстрая слава.

Домой Борис с женой шли молча. А там ее прорвало. Подавляемый страх и стресс полезли наружу. Половина слов были непечатными. Выдохнувшись, она спросила:

– Что надумал? Только, если услышу речь идиота, уйду, или сама пришибу тебя!

– Что ты хочешь услышать?! Что пойду отдавать деньги или в суд?

– Ладно, кретин! Забираю детей и еду в город.

Борис включил зазвеневший сотовый телефон и услышал недавнего собеседника.

– Включи громкую связь. – Борис не стал противоречить. —

– Твоя жена права, ты кретин, но у тебя до утра еще есть время одуматься, а пока наслаждайся заработанным. Выйди во двор.

Борис выскочил на крыльцо. Дорожка до калитки была засыпана навозом. Следом вышла жена, оттолкнув застывшего безмолвного мужа в сторону. Она то молчать не стала и выдала охватившие ее ощущения в словесной форме.

После преодоления эмоционального запора у Ирины наступило прояснение в понимании происходящего, и она переключилась на мужа,

– Слушай сюда, Борик! Ты совсем нить потерял? Ты попал в ДТП по дороге в суд. С кем не бывает, скажешь? Соглашусь, бывает. А ты обратил внимание на обстоятельства? Какого хрена ты нажал на газ вместо тормоза! У нас, что форс – мажор?! Повел себя как институтка!

Суд откладывают на два месяца, а что я сказала, когда звонили из суда? Пусть рассматривают без тебя! У нас беспроигрышная ситуация была! Сидел бы сейчас за этим решением суда как за броней! Ты поосторожничал, мало ли что.

То есть, кто бы ни стоял за этим, они добились отсрочки и имели время подготовиться. Дальше стали давить на тебя морально и не только. Завалили двор говном. Но у них и тогда не было еще аргументов. Они появились буквально сегодня или вчера. Эта видеозапись. Только кретин стал бы ее делать, да еще и сохранять! Но ты это сделал! А звонок от него, который ты только принял?!

Ты даже мне не говорил, что собираешься привлечь Волкова на помощь, а он уже знает! Он знает, что я тебя назвала кретином. У нас нет подслушивающих устройств, я уверена в этом. А он все знает!

Я думаю, что ты зомбирован. Может не на всю голову, но это присутствует. Кто – то шарится в твоей голове, как в собственной кухне.

Пока он не добрался и до меня, слушай, что я скажу:

– Сделай, как он сказал. Мы теряем только деньги, причем, не очень большие для нас. Мы сможем их быстро вернуть. Если будешь упрямиться, уже будет не до бизнеса. Разборки в горсовете, разборки в полиции. Если свяжешься с Волковым, платить все равно придется. На этот раз ему. Продолжение судебного разбирательства. И кто знает, что нароют на тебя еще! Если разместят в Интернете, твоя репутация пострадает как этот тротуар! И самое страшное – они ведут тебя. Твоя голова уже не сейф, она принадлежит не только тебе. Если вдруг внушат публично покаяться?!

Понимание и просветление пришло Борису позже, когда Ирина на супружеском ложе помогла ему снять стресс, а позже вид ее груди помог вернуть, почти младенческую безмятежность и защищенность.

В делах случаются проколы, которые можно назвать и по-другому, когда «Иммодиума» не оказывается рядом.

На другой день к вечеру, когда Маргарита получила документы и денежную компенсацию от Бориса, Илья позвонил по мобильному Дмитрию

Кишишеву и рассказал о создавшейся ситуации. В частности, его интересовало, что делать с сорока миллионами рублей штрафных санкций, наложенных им на депутата.

Дмитрий был краток:

– Я отправлю на его адрес договор об оказании его фирме консалтинговых услуг, за которые он перечислит эти деньги. Когда они придут на указанный счет, распоряжаться ими будешь ты. Соответствующее распоряжение я отдам. Номер телефона, куда надо звонить ты тоже получишь. Возможно, когда-нибудь они тебе понадобятся. Можешь забирать частями, а можешь все сразу.

Ты не со своего звонишь? Интересный номер.

– Нет. Мой в ремонте.

– Правильно, что не стал откладывать сообщение о сделке. Да и впредь, если что срочное, не откладывай. Привет родителям и девушкам.

– Каким таким девушкам?! У меня пока еще одна.

– Я и сказал – девушке! Наверное, послышалось, «по Фрейду».

Через час Илья сбросил депутату телефон фирмы, куда следовало перечислить деньги и сказал, что завтра ждет уведомление Бориса о платежном поручении. Следом позвонила Маргарита.

– Илья, не представляешь, что ты для меня сделал! Кроме того, что не дал обобрать меня материально, у меня вырос невероятно авторитет.

Считают, что моя «крыша», а вернее, любовник, вытер ноги о Бориса. Многие видели, что Боря приходил ко мне в офис вместе с женой. Кстати, приятная женщина.

– Не заблуждайся, она настоящая тигрица и змея вдобавок! Держись от нее подальше. А насчет любовника – близкое к истине мнение.

– Как у тебя со временем, дорогой? Я хочу тебя видеть, мой рыцарь!

– Ваше величество, если можно, то на следующей неделе. График турниров очень плотный. Завтра история. Я позвоню сам.

– Но имей в виду, ты у меня на мушке. Если вдруг забудешь, устрою похищение из аудитории.