Читать книгу: «Миф о «застое»»

Name: Миф о «застое»
Author: Алексей Самсонов
ISBN: 978-5-6050307-1-3

Алексей Самсонов

Шрифт:

Миф о «застое». / Самсонов А.В. – Москва Книжный мир 2023

Введение

Я сыщик. Но повторяю: история России украдена! А поэтому заниматься ею должен неучёный… Следователь! Сегодняшние переученные даже не годятся в свидетели: их обучали кривде. Поэтому они никогда не найдут правду. Нельзя найти правду в кривде. Вы задумывались когда-нибудь, почему молодёжь сегодня не хочет изучать историю? Да потому, что родовая память им подсказывает, что всё это лицемерное враньё. Мне порой кажется, что сегодняшняя молодёжь по знаниям обнуляется, дабы произошла перезагрузка. Вот только жаль будет, если её снова перезагрузят кривдой.
М. Задорнов, «Князь Рюрик. Откуда пошла земля русская»

В пятой книге серии будет рассказано о тесном сотрудничестве руководителей СССР и США во время т. и. «Холодной войны» во имя создания «Мирового правительства».

В предыдущей книге я говорил об убийстве (отравлении) Сталина его «соратниками». Затем «соратники» приплыли в Лондон, получили инструкции мировой закулисы и свернули все программы по строительству независимого государства, стали усиленно сокращать армию и флот. «Холодная война» была – нет, не проиграна, ибо Молотов, Хрущёв и др. и не думали бороться – а окончена и доклад Хрущёва на XX съезде довершил её окончание.

Сегодня можно прочитать во многих статьях, посвящённых «датам» ГКЧП¹ и Беловежья, что, мол, «советский строй потерпел поражение», «СССР проиграл в холодной войне», «социализм не выдержал конкуренции» и т. п. Всё это – ложь. Что значит «потерпел поражение»? Значит, была война между капитализмом и социализмом, значит, те же Брежнев, Хрущёв и Горбачёв делали всё возможное для укрепления СССР, но… не получилось. Но вот как раз этого ни Горбачёв, ни Андропов и не делали.

Особенно много о сотрудничестве «врагов» (в газетах) говорится в главах 6 и 7 о деятельности Ю. В. Андропова – это и ввод войск в Афганистан, и создание диссидентского движения, и т. д.

Сегодня создан миф «о застое», которого не было: страна развивалась, но «не спали» и враги русского народа.

Глава 1
Антироссийская деятельность Хрущёва

Преступные действия Хрущёва и его подручных будут иметь долговременные последствия, они приведут к перерождению, а затем и к разрушению СССР и КПСС
Мао Цзэдун и Энвер Ходжа Совместное заявление «О дне рождения И. В. Сталина», 21 декабря 1964 года

Биография Хрущёва – ложь

Сегодня публицисты и исследователи, говоря о Хрущёве, представляют его как эдакого дурачка, шута при Сталине, который умел только ботинком по трибуне стучать да обещать показать американцам «кузькину мать». Мол, шут гороховый, делал и сам себе не отдавал отчёта, что и зачем. Однако это либо ошибка, либо сознательный обман. Недалёкость и простота были всего лишь образом, своего рода прикрытием, за которым скрывалась истинная натура Хрущёва – хитрого властолюбца.

Постоянно приходиться слышать в документальных фильмах и читать, что, мол, хрущёвские реформы были непоследовательными, хаотичными, непродуманными и т. п. Это – ложь. «Реформы» Хрущёва не были хаотичны и беспорядочны, а были системны. Суть этой системы – разрушение. При всей их кажущейся сумбурности и беспорядочности, при всём широчайшем спектре хрущёвских затей всегда можно выделить одну общую закономерность: все реформы расшатывали советскую систему, ослабляли СССР и, в конечном счёте, вели к развалу Советского Союза.

Если взять его биографию, то складывается впечатление, что его «вели» другие силы и люди. Им был нужен такой человек у трона или на нём. С помощью Хрущёва можно было нанести смертельный удар по России. Это был человек-разрушитель.

В книгах о Сталине, Тито и Гитлере я писал, что их биографии были сфальсифицированы. Это же относится и к другим руководителям СССР. Даже несмотря на то, что жизнь Ленина хорошо описана – есть даже «Биографическая хроника», в которой его жизнь описана чуть ли не по часам – толком не известно, кем были его родители (не в смысле профессии), как они были связаны с Керенскими и с «кланом».

Аналогично и с Хрущёвым и его ближайшим соратником Микояном. Тоже – Суслов, Андропов, Брежнев, Горбачёв. Такая же ситуация и за границей.

Возьмём нашу «любимую» Америку. Из ниоткуда появляется некий негр Обама и люди должны радостно его встречать и толпой за него голосовать! И это – несмотря на то, что вице-президентом у него стал Джозеф Байден, тесно связанный с Уолл-стрит и ставший сенатором в 30 лет и бывший им аж 35 лет! (1973–2008). А организатором предвыборной кампании стал Давид Аксельрод. Самого же Обаму зовут Барак Хусейн, и не ясно, какую веру он исповедует. Но «почему-то» об этом не пишут.

Но вернёмся к Хрущёву. Вот его официальная биография.

Хрущёв с женой в период учёбы в Донтехникуме. 1922 год

Никита Сергеевич Хрущёв родился 3(15) апреля 1894 г. в селе Калиновка Курской губернии в семье шахтёра Сергея Никаноровича Хрущёва и Ксении Ивановны. Зимой посещал школу, а летом работал пастухом. В 1908 переехав с семьёй на Успенский рудник около Юзовки, Хрущёв стал учеником слесаря на заводе, потом работал слесарем на шахте, потом шахтёром, и как шахтёр не был взят на фронт в 1914 году. В 1918 г. Хрущёва принимают в партию. Он участвует в Гражданской войне. В 1918 возглавлял отряд Красной гвардии в Рутченково, затем политкомиссар 2 батальона 74 полка 9 стрелковой дивизии 9 Красной Армии на Царицынском фронте. Позже инструктор политотдела Кубанской армии. После окончания войны находится на хозяйственной и партийной работе. В 1922 Хрущёв возвращается в Юзовку и учится на рабфаке Донтехникума, где становится партсекретарём техникума. В июле 1925 года назначается партийным руководителем Петрово-Марьинского уезда Сталинского округа. В 1929-м поступил учиться в Промакадемию в Москве, где был избран секретарём парткома. С января 1931 года – секретарь Бауманского, а затем Краснопресненского райкомов партии, в 1932-34 гг. работал сначала вторым, потом первым секретарём МГК ВКП(б). В 1938 г. Хрущёв становится первым секретарём ЦК КП(б) Украины и кандидатом в члены Политбюро (ПБ), а ещё через год членом Политбюро.

Вот такая биография. Такая тогда и требовалась: из беднейших крестьян русского села, стал пролетарием – шахтёром, коммунист, воевал – кругом одни плюсы. Но вот беда: шахту, на которой работал Никита, до сих пор ищут… (редактор газеты «Кочегарка», выходившей в Горловке, П.И. Скубко, в 1964 г. говорил, что журналисты Донецка подготовили к семидесятилетию Хрущёва подарок – выпустили книгу о его пребывании на шахтёрской земле. Красочное, дорогое издание. Работники обкома партии повезли подарок в Москву дабы вручить юбиляру. Никита Сергеевич отобрал несколько экземпляров на память, поблагодарил, но запретил пускать книгу в продажу. Мол, нечего культ личности создавать… Но Скубко казалось странным не это, а то, что составители сборника, как ни пытались найти шахту и рудник, на которых, якобы, в поте лица трудился Хрущёв, но так и не сумели… Вспомните, как Сталин советовал «сжечь» книгу «Рассказы о детстве Сталина», см. подробнее «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе» (М.: Книжный мир, 2022) – в главе 1 в разделе «Чья биография?».

А посмотрите на фотографию. Сделана она в 1922 году. По легенде, до поступления в техникум Хрущёв работал на шахте, затем сражался с белыми… ну не похож Хрущёв ни на шахтёра, ни на бойца, который вынес тяготы войны.

Более того, рабочие и бывшие солдаты одевались по-другому, а пиджак с галстуком носили люди из другой среды. Посмотрите также на фото Хрущёва с первой женой. Пролетарии, а тем более, крестьяне, так не одевались.

Действительно, биографию Хрущёв себе придумал. После развала Советского Союза стало известно, что Никита Сергеевич родился в семье шорника, изготавливавшего для продажи хомуты, вожжи, подпруги и лямки из сыромятной кожи. Все эти изделия пользовались большим спросом в Донбассе. Их применяли при транспортировке угля и породы как в шахте, так и на поверхности. Будучи подростком, Никита стал возить все эти приспособления в Юзовку и продавать на шахтах. То есть он был из семьи мелкого предпринимателя.

Естественно, Хрущёв не мог говорить об этом открыто, ибо после революции «неправильное» происхождение не приветствовалось.

Более того, не исключено, что настоящая фамилия Никиты – не Хрущёв.

Член Русского Исторического общества Н. Селищев в газете «Русский вестник» (2010, №№ 7-11) опубликовал исследование «Хрущёв и его церковная политика», в котором нашёл много несоответствий жизненного пути Хрущёва с его официальной «биографией». Я буду ссылаться на эту статью.

«Кем же был Никита Сергеевич Хрущёв?

Официально – сын крестьянина деревни Калиновка Курской губернии. Сын крестьянина, ненавидевший Православие и влюблённый в Ватикан, и равнодушный к бедствиям русской деревни? Одно с другим не вяжется.

А что, если Хрущёв – выходец из Галиции или Польши, как и его последняя жена Нина Петровна Кухарчук, родившаяся где-то под городом Холм (по-польски Хелм)? Тогда польский корень фамилии – chrusciel “хрущель”, то есть птица “коростель”, “дергач”.

Кстати, Иоанн XXIII, папа в 1958–1963 гг., молился за Хрущёвых, подарил Раде Хрущёвой (дочери) чётки. Она вспоминала: “Когда пришло сообщение о кончине Иоанна XXIII, для меня это был удар: ушёл из жизни человек, отныне мне близкий, ставший частью моего собственного ‘я’” (см. католическая газета «Свет Евангелия», 2003, № 16 (413))».

Историк У. Таубман поясняет: «Сам Хрущёв всегда отмечал день рождения 17 апреля. Однако в книге записей гражданского состояния в Архангельской церкви его родной Калиновки дата рождения Хрущёва – 15 апреля». (Уильям Таубман, работавший на Рокфеллеров, издал книгу “Khruschev: The Man and his Era” (Нью-Йорк – Лондон, 2003). Русский перевод вышел под заголовком «Хрущёв» в издательстве «Молодая гвардия», в серии «ЖЗЛ» в 2008 г.) «Церкви – не ЗАГСы, и там были метрические книги. Что если русский крестьянин Хрущёв, записанный в метрическую книгу церкви села Калиновка 15 апреля 1894 г., и политик Н.С. Хрущёв, отмечавший свой день рождения неизменно 17 апреля, – два разных человека? (Как Коба и Сталин. – А. С.)»

Таубман ссылается на Д. Шепилова, много лет работавшего с Хрущёвым: тот «не любил говорить о своём крестьянском происхождении» (Как Гитлер, Тито и Сталин о своём детстве. – А. С.). Зато не раз публично называл себя «маленьким Пиней», «сапожником Пиней», сидевшим в тюрьме «при царизме» и ставшим «старостой» камеры (Пиня – персонаж рассказа петлюровца Винниченко).

Таубман сообщает, что дом в Калиновке, где, как принято считать, родился Хрущёв, давно снесён, и детских фотографий Никиты нет. О своём отце он не говорил, и Рада Хрущёва так и не узнала, где же находится могила её деда по отцовской линии. Хрущёв упоминал в 1958 г. «ту шахту», на которой работали в Донецке (тогда Юзовке) он и его отец, однако не уточнял, на какой именно. По Таубману, Хрущёв стал «учеником слесаря-еврея по имени Яков Кутиков на фабрике инженерной компании Боссе и Генфельда, неподалёку от шахт, в так называемом старом городе». Фирма Боссе и Генфельда была немецкой.

В 1959 г., во время визита в США, Хрущёв встречался с американской верхушкой, включая и Нельсона Рокфеллера. Рокфеллер напомнил, что около 500 тыс. выходцев из царской России эмигрировали в США в конце XIX – начале XX века. Хрущёв ответил: «Я и сам едва среди них не оказался. Я серьёзно подумывал, не уехать ли». – «Тогда сейчас вы бы руководили каким-нибудь из наших многочисленных профсоюзов», – заметил на это Рокфеллер.

А ещё до своего визита, 1 декабря 1958 года, Хрущёв принял в Кремле американского сенатора Хэмфри. После встречи Хэмфри сказал о Хрущёве: «Этот человек нам подходит».

(Помните слова Тэтчер о Горбачёве: «С этим человеком можно иметь дело»?)

(Хэмфри долгие годы входил в верхушку сената, в 1965— 69 гг. был вице-президентом США при президенте Джонсоне. С 1968 г. в США существует исследовательский центр имени Хэмфри, занимающийся и Россией.)

По словам Таубмана, в биографии Хрущёва есть «пробелы»: его близость к троцкистам в начале 1920-х, отсутствие сведений о фамилии его второй жены и тот факт, что с третьей, Ниной Кухарчук, он зарегистрировал брак «лишь в конце 1960-х годов».

Не означают ли связи с троцкистами, что Хрущёв, как и Троцкий, мог заимствовать чужие документы, взять «революционный псевдоним»?

Биография Нины Петровны Хрущёвой (Кухарчук) тоже не ясна. Считается, что она «родилась 14 апреля 1900 г. в деревне Васильево Холмского уезда Люблинской губернии. Но она, якобы крестьянка, окончила гимназию – дворянское учебное заведение; она знала французский язык.

Много для Холмщины сделал Евлогий (Георгиевский), сначала, с 1902 г., епископ Люблинский, викарий Варшавско-Холмской епархии, затем самостоятельный епископ и архиепископ Холмский. В его епархию в 1905 включили две огромные губернии – Люблинскую и Седлецкую. Юго-западом Холмщины был Белгорайский уезд. К так называемым “упорствующим”, формально православным, через австрорусскую границу из австрийской Галиции тайком приходили ксёндзы служить мессы. Через границу шла и контрабанда (Которой занимались, в основном, евреи. -Л.С.)».

Таубман называет Нину Кухарчук «этнической украинкой», но это нелепица. В Российской империи были малороссы. Миф об «украинстве» придумали ученики австрийских иезуитов типа Грушевского. Родным языком Кухарчук, по Таубману, «был украинский». Опять несуразица – такого языка не знали малороссы. «Украинскую мову» сочинили в Австро-Венгрии, однако в Российской империи «мовой» никто не пользовался. На Холмщине русский язык был языком крестьян и духовенства, польский – шляхты, ксёндзов, рабочих-католиков.

По воспоминаниям Кухарчук, её мать получила в приданое «один морг (0,25 га) земли, несколько дубов в лесу и сундук (скрыню) с одеждой и постелью». Семья её отца владела «2,5 моргами (3/4 га) земли, старой хатой, маленьким садом со сливовыми деревьями и одной черешней на огороде».

Странно, что уроженка Холмского уезда Кухарчук мерила магдебургскими моргенами по 0,25 гектара, а нехолмскими моргами по 0,56 гектара. А была ли Кухарчук в самом деле с Холмщины? Замечу, что Нина знала три языка: польский, английский и французский. Видимо, учил её сельский староста…

Видимо, Кухарчук вышла из польской или даже германо-польской среды, но, говоря «классовым языком», не из пролетариев. «Несколько дубов в лесу», «сад со сливовыми деревьями» – связь со знатью. Леса – собственность польских латифундистов. Так, Замостский уезд Люблинской губернии почти целиком принадлежал графу Замойскому, при котором были и ксёндзы.

Согласно Таубману, Н. Кухарчук в 1912 г. приехала в Люблин, где год училась в школе (какой – не указано). «Ещё год» в Холмской школе, тоже безымянной. Затем наступил 1914 год.

Далее описаны приключения Нины. То нападают австрийцы, то русская армия «освободила деревню», но «мать Нины вместе с двумя детьми стала беженкой». Во время бегства «они встретили главу семьи и некоторое время находились при отряде, в котором служил Пётр Кухарчук».

Продолжение тоже загадочно: «Командир отряда дал Ку харчу кам письмо к епископу Холмскому, который устроил Нину в школу для девочек, эвакуированную из Холма в Одессу».

Таубман: «Закончив школу в 1919 г., Нина Петровна некоторое время работала в школе – выписывала дипломы и переписывала документы».

Возможно, и себе переписала? Ведь концы с концами не сходятся. Зато всё сойдётся, если речь вести не о православной школе, которая вызывала у Нины неприязнь (там же «дочери попов и чиновников»), а о католической. В Люблине был свой папский «бискуп». Его поддерживал граф Замойский и польские революционные активисты (жолнеры). Наконец, были торговые школы подрядчиков, не подчинявшиеся ни русским архиереям, ни ксёндзам. Разумеется, подрядчики Западного края говорили по-польски и в «скрыне» (сундуке) хранили отнюдь не номера ленинской газеты «Искра».

При Сталине существовали материалы о галицийском (польскоязычном) происхождении Хрущёва. Хрущёв на пленуме 1957 г. проговорился: «Да меня самого обзывали польским шпионом!» Но поляков не любил. Приехав в Варшаву в 1955 г., по обыкновению стал поучать. Когда одна полька вежливо напомнила, что они не невежды, Хрущёв пришёл в ярость: «Слышите?! Слышите, что они говорят?! Вот вам поляки: всегда думают, что всё знают лучше всех!»

Как и прочие «хрущеведы», Таубман не интересуется церковной политикой своего «героя». Были-де «гонения на религию». Но гонений на католиков Хрущёв, как мы знаем, почему-то не устраивал (Нет, гонения были, но не такие. – А.С.)

В ноябре 1944 года, когда Сталин ещё не принял мер против униатов, Хрущёв присутствовал на похоронах униатского митрополита Андрея Шептицкого, известного пособника Австро-Венгрии, а затем агента абвера.

Владыка Евлогий писал, что познания Шептицкого в православном богословии «не выходили за пределы самых обыкновенных учебников», но «зато в понимании жизни, политики он был драгоценнейший человек для австрийского генерального штаба. Он прекрасно разбирался в вопросах об отделении Украины, об устройстве унии».

В книгу Таубман вкрапляет, казалось бы, малозначительную подробность: первым иностранным политиком, с которым встретился Хрущёв, достигнув власти, был австрийский канцлер Юлиус Рааб. Это случилось в апреле 1955 года. Хрущёв тогда хвалился, что ориентируется в мировой политике «и без сталинских указаний». Что за встречей последовало, американский «хрущевед» не разъясняет.

А последствия таковы. К сентябрю 1955 года Хрущёв вывел войска из Австрии, забыв, как мужчины-австрийцы от 18 до 60 лет сражались на стороне Гитлера всю войну. Но советские войска могли и дальше оставаться в Австрии, разделённой на четыре зоны – три западных и советскую.

Хрущёв передал австрийцам даже права на нефтяные промыслы и нефтеперерабатывающие заводы советской оккупационной зоны в обмен на разовую поставку 10 млн тонн сырой нефти, но в 1958 г. сократил и этот объём наполовину, к радости Рааба. Согласился даже не требовать с австрийцев репараций. Отдав им 419 заводов (наша доля трофейной германской собственности), он оценил их всего в 150 миллионов долларов. Но и этих денег СССР не получил. Хрущёв согласился на «оплату» австрийским ширпотребом, скорее всего, завезённым из США по «плану Маршалла».

Рааб получил католическое образование у бенедиктинцев. В Первой Мировой войне он служил австрийским офицером-сапёром в Галиции. Во время Второй мировой войны, при нацистах, возглавлял фирму, якобы занимавшуюся «дорожным строительством», был дружен с гауляйтером Австрии. После войны возглавил католическую, так называемую «Народную» партию. Какую роль в сговоре Хрущёва с Раабом сыграл Ватикан?

Говоря языком «перестройки», это был «прорыв», сделка с Западом при сознательном попрании интересов СССР ради австрийского католицизма. Как видим, политика Хрущёва была тщательно продуманной, и его присутствие на похоронах Шептицкого – не случайно.

Другими словами, Хрущёв мог сказать, как Ким Филби. В 1973 г. Олег Горд невский купил в Копенгагене книгу «Филби. Долгий путь в Москву» и прислал её Филби через друга из Центра, Альберта Ивановича Козлова (Филби жил в Москве с 1963 г.). Филби прочёл книгу и вернул Гордиевскому с надписью: «Дорогой Олег. Не верьте ничему обо мне, что увидите в печати!» [106; с. 24].

Итак, подлинная биография и происхождение Хрущёва, как и его жены Н. Кухарчук, не известны, но, скорее всего, они были из австрофилов, униатов-западенцев. И Хрущёвых не возмущало, что их друг, папа Иоанн XXIII (Ронкалли), был папским нунцием (послом) одновременно в оккупированной фашистами Греции, а также в Турции, где посредничал в попытках заключить сепаратный мир между Третьим рейхом и Западом. Позднее, с 1944 г. он защищал «епископов»-петеновцев, прислуживавших рейху, от гнева генерала де Голля. Ронкалли дождался отставки де Голля в 1946 г., а в 1952-м за рвение получил кардинальскую шапку и был переведён в Венецию. В 1959 г., став Папой, «благословил» умиравшего в Испании «поглавника» Павелича, виновного в геноциде православных сербов».

Иоанн XXIII открыл 11 октября 1962 года 2-й Ватиканский собор, закрытый 8 декабря 1965 года уже при следующем папе Павле VI (Монтини) (1963–1978), о чьих масонофашистских и банковских связях написано на Западе немало.

Хрущёв открыто имел отношения с этими Папами, и негласно, с Пием XII (Пачелли) (1939–1958), союзником Гитлера, Муссолини, позже – США.

Пий активно поддерживал и Муссолини, и Гитлера, и… Хрущёва.

Доказательства? Карпов, председатель Совета по делам РПЦ, передал 17 января 1958 года Патриарху Алексию I текст рождественского послания папы Пия XII. А ведь считается, что у Хрущёва с Ватиканом тогда не было никаких контактов.

В феврале 1960 года Хрущёв принял президента Италии масона Гронки. Именно при нём масонство США настояло, чтобы итальянское государство отказалось от дворца на римской улице Джустиниани и вернуло его масонской ложе «Великий Восток Италии». Правда, в Италии было сразу два масонских центра, соперничавших друг с другом, – ложа «Алам» и «Великий Восток». Их надо было объединить, укрепляя единую Европу и НАТО. Для выполнения этих задач Гронки провёл в премьер-министры своего друга Тамброни, чей давний приятель, князь-сицилиец, возглавлял ложу «Алам». Правительство Тамброни получило вотум доверия в марте 1960 г. в парламенте только с помощью фракции неофашистов, тогда называвших себя «итальянским социальным движением».

Запад так любил Хрущёва, что воспринял его смерть, как утрату союзника. Примечательно, что некролог на Хрущёва в «Нью-Йорк таймс» в сентябре 1971 года насчитывал аж 10 тысяч слов.

В книге кагэбэшника Н. Зеньковича «СССР. Самые знаменитые побеги» также говорится о детстве Хрущёва: «В 1938— 39 годах, когда Хрущёв работал первым секретарём на Украине, новый глава НКВД Берия решил устроить проверку первым лицам этой республики. Напомним, что в эти годы происходила мощная чистка силового и партийного аппарата от ставленников Ежова. Хрущёв тоже входил в число друзей автора системы “ежовых рукавиц”, и потому проверка его самого, а также приближённых к нему лиц шла с особым усердием.

И тут-то с верхушки управленческого аппарата Украины начали слетать маски. Сначала выяснили, что глава днепропетровского обкома Задионченко не тот, за кого себя выдавал. Поясним, что Днепропетровская область тогда занимала треть территории Украины – в её состав также входила территория нынешней Запорожской области, части Херсонской и Донецкой областей. Ключевой регион Украины – промышленно развитый, густо населённый (В том числе хасидами – членами секты «Хабад-Любавич». – А. С.).

Так вот, Задионченко (лучший друг Хрущёва, привезённый им из Москвы) оказался не выходцем из бедной украинской семьи, как то значилось в анкетах, а евреем Зайончиком. Отец его был активистом еврейской партии «ПаолейЦион» и по совместительству – довольного богатым ремесленником.

Вторым попался ещё один из лучших друзей Хрущёва и одновременно протеже Ежова – глава НКВД Украины Успенский. Проверка показала, что он тоже был не тем, за кого себя выдавал. Считалось, что он – сын лесника из Тульской губернии. Но выяснилось, что его отец – видный черносотенец, купец 2-й гильдии. Да и сам Александр Иванович Успенский 15-летним подростком в начале 1917-го успел отметиться в погроме эвакуированных из прифронтовой полосы под Тулу евреев. Редкий случай в истории карательных органов России – но глава НКВД Украины в ноябре 1938 года бежит, инсценировав самоубийство. Больше года он, по пяти поддельным паспортам, скитался по СССР, пока, наконец, не был пойман, а затем расстрелян.

Дошла очередь и до Хрущёва. Выяснилось, что на родине Хрущёва, в селе Калиновка Курской области, все местные жители называли Никиту Сергеевича (а также его сестру) незаконнорожденным сыном местного помещика – поляка Александра Гасвицкого (старинный польский род, перешедший на службу российскому царю). Мать Никиты, Ксения (Аксинья) работала в услужении у этого помещика. Гасвицкий помогал своим детям. Помещик откупил Никиту от армии – в 1914 г. тому было 20 лет, но на Первую мировую он так и не попал. Затем Гасвицкий написал рекомендательное письмо своему знакомому в Юзовке – помещику немцу Киршу, и семейство Хрущёвых переместилось на новое место. Никита работал у Кирша в команде управляющих поместьем».

Затем Зенькович ссылается в книге на магнитофонную запись одной из бесед с Хрущёвым. В ней он косвенно говорит, что Сталин знал об истинном происхождении Хрущёва, и даже до всякой проверки НКВД. Вот эта запись:

«Однажды я приехал на заседание Политбюро. Мы сидели и подпирали стенку с Ежовым. Сталин вошёл в зал и сразу же направился к нам. Подошёл, ткнул пальцем меня в плечо и спросил:

– Ваша фамилия?

– Товарищ Сталин, я Хрущёв и всегда был Хрущёвым.

– Нет, вы не Хрущёв, – он всегда так резко говорил, – вы не Хрущёв.

И назвал какую-то польскую фамилию.

– Что вы, товарищ Сталин, моя мать ещё жива… Завод стоит, где я провёл детство и работал… Моя родина Калиновка в Курской области…

– Это говорит Ежов.

Ежов стал отрицать. Сталин сейчас же призвал в свидетели Маленкова. Он сослался, что Маленков ему рассказал о подозрениях Ежова, что Хрущёв не Хрущёв, а – поляк».

Что же касается отца Хрущёва, то, со слов Аджубея, он в 1938 г. заболел и умер в больнице от туберкулёза. Его похоронили на ближайшем кладбище. Однако Никита за все годы ни разу не побывал на могиле отца и нигде о нём никогда не упоминал. Хрущёв явно боялся разговоров об отце, чтобы люди случайно не узнали, чем он действительно занимался в Юзовке и какое у него «шахтёрское» прошлое.

Не рассказывал правды Хрущёв и о своём вступлении в партию. Сам он утверждал, что вступил в партию в 1918 году. Однако где это произошло и кто его принимал, он умалчивает, а пускается в длительные рассуждения: «Я был известен как человек активный, однако в партию не вступал до 1918 года. Когда меня спрашивают, почему я так долго тянул, я всегда отвечаю: в то время в партию вступали не так, как сейчас. Никто за тобой не бегал и не уговаривал, было множество разных движений и группировок, и разобраться в них не так-то легко. Но когда случилась революция, я сразу понял, где моё место».

Однако то, о чём говорит Хрущёв – это неправда. Правда в том, что он не принимал участия в революционном движении Донбасса. Он, видимо, продолжал продавать хомуты. Но это не могло долго продолжаться. Октябрь 1917-го взорвал старую жизнь, Юзовка оказалась в центре политической борьбы. Здесь стали образовываться Советы меньшевиков, эсеров, большевиков и других движений и партий. Эти течения захватили и Хрущёва. Он стал метаться между Советами меньшевиков, эсеров, профсоюзами.

В начале 1918 года его мобилизовали в Красную Армию. Об этом времени Хрущёв говорил, как о героической странице своей жизни: «…Мы перешли в наступление… Шли под вражеским огнём… Загнали белогвардейских бандитов в море…»

В 1920 г. Хрущёв, якобы, был политработником Девятой кубанской армии. Трудно сказать, какую пропагандистскую работу проводил Никита среди бойцов, но известно, что до конца 1924 г. он был активным сторонником Троцкого. Однако во времена правления Хрущёва об этом не говорили… Писали о нём, как о почётном шахтёре, сочиняли всякие небылицы о его трудовых подвигах в начале двадцатых годов.

Итак, что мы видим? Много совпадений с «биографией» Сталина. Например, точно не известно, когда родился Сталин – 9 (21) декабря 1879 (как написано в энциклопедиях) или 6 (18) декабря 1878 года. В книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе» я писал, что Коба и Сталин – это два разных человека. Так же нет детских фотографий Сталина. Заставляют задуматься слова: «Не означают ли связи с троцкистами, что Хрущёв, как и Троцкий, мог заимствовать чужие документы, взять “революционный псевдоним”?»

Селищев пишет, что Хрущёв и Нина, возможно, были из униатов. То, что Нина была католичкой – без сомнения, поэтому папа Иоанн XXIII и молился за Хрущёвых. А кем был сам Никита? Настоящая его фамилия – Гасвицкий? И имя он «позаимствовал» у него?

А, например, в десятитомной испанской энциклопедии “Serene” (т. 5, с. 4801) указано такое его имя – Никита Соломонович Перлмуттер (Nikita Salomon Pearlmutter). Я не видел эту энциклопедию и не знаю, на что она ссылается. Но…

Во-первых, в Москву Хрущёва притащил хасид Каганович. Во-вторых, почему Никита называл себя «сапожником Пиней», а не «сапожником Васей»? В-третьих, не просто же так энциклопедия указала именно эту фамилию.

Н. Селищев пишет: «В то время (Март 1953 года. – А.С.) единственным на Западе, кто предрёк приход к власти Хрущёва, был К. Мельник, впоследствии, в 1959-62, при президенте де Голле, куратор французских спецслужб». Но начинал Мельник в 1949 г. у иезуитов, в русском отделе ватиканской разведки при кардинале Тиссеране, «бывшем французском военном разведчике в Первую Мировую войну». Итак, разведчик знал, что после Сталина будет Хрущёв. Как тут не вспомнить слова Буша, что «вашим следующим лидером будет Горбачёв» (я буду писать в книге о «перестройке»)?

А то, что дом в Калиновке давно снесён и нет детских фотографий – это понятно: было бы удивительно, если бы они сохранились. В архивах тоже искать бесполезно: известно, что при Хрущёве архивы хорошо почистили. Считается, что по приказу Хрущёва искали документы об его участии в репрессиях (сегодня их почти нет), но, думаю, не только их.

Снова параллель со Сталиным: я писал, как его секретарь Товстуха собирал документы о жизни вождя по всей стране. Хрущёв же в молодости по стране не ездил, в ссылке не был, поэтому все документы о его юности были в двух – трёх местах и изъять их не представляло никакого труда.

Или такой факт. 12 декабря 1958 года было принято совместное постановление СМ и ЦК о праздновании юбилеев; его принятие совпало (конечно, случайно) с последним днём Хануки (установлена по случаю освящения иерусалимского храма). Постановление предписывало праздновать юбилейные даты (годы), кратные 50-ти. Но ведь в Библии – слово в слово: «И освятите 50-й год, и объявите свободу на земле всем жителям её; да будет это у вас юбилей; и возвратитесь каждый во владение своё, и каждый возвратитесь в своё племя. Пятидесятый год да будет у вас юбилей» (Левит, 25). Интересно, кто предложил изготовить этот указ? Сам ли Хрущёв?

Теперь о другом соратнике Хрущёва – Михаиле Андреевиче Суслове. Он ещё со времён Сталина, с 1931-го, работал в высших органах партии. Вот его официальная биография.

Родился в крестьянской семье в селе Шаховское Хвалынского уезда Саратовской губернии. Его родители были бедными крестьянами, не имея для собственного маленького хозяйства собственной лошади. Из-за этого его отец – Андрей Андреевич Суслов подрабатывал на нефтепромыслах в Баку в 1904-м, а в 1916 г. собрал артель плотников и отправился в Архангельск. Впоследствии, отец Михаила в 1919 г. вступил в партию и работал в горсовете; умер в 1930 году.

Сам же Михаил в 1918 г. стал членом сельского Комитет бедноты. В феврале 1920 года он вступил в комсомол, а в 1921 г. – в партию. По путёвке комсомола он поступил в Пречистенский рабфак (Москва), который окончил в 1924 году. Там он познакомился с женой Молотова Полиной Жемчужиной. После рабфака он в 1928 г. окончил Московский институт народного хозяйства.

По идее, он должен был поехать назад в Саратов, но почти сразу после вуза он попадает даже не в Саратовский губком, а сразу в аппарат Центральной контрольной комиссии ВКП(б) и Наркомата Рабоче-крестьянской инспекции (ЦКК-РКИ) (1931-34). А далее он уже до конца жизни на руководящих постах.

Знаете, когда начинаешь изучать биографии «вождей», становится ясно, почему о «вождях» не публиковали статьи и книги, почему были закрыты архивы, почему их чистили… Потому, что ни один нормальный человек не поверит в то, что мальчик из Саратова (или из Калиновки), окончив рабфак тут же попадает в один из высших руководящих органов страны.

Итак, в августе 1920 года Хвалынский уком комсомола дал Суслову направление в университет им. Свердлова, но он опоздал к началу учебного года. Он устроился в Наркомат почт и телеграфа секретарём и курьером. Там он стал кандидатом в партию.

В январе 1921 года он поступает на рабфак – Пречистенские рабочие курсы, где стал уже членом партии. Он регулярно приезжает в Хвалынск на практику в качестве пропагандиста. Активно боролся с троцкистами. Окончил рабфак летом 1924 года. Но в Саратовской губернии он не остался. 10 сентября 1924 года руководство рабфака обратилось с письмом в Центральную приёмную комиссию при наркомате просвещения с просьбой зачислить Суслова в Московский институт народного хозяйства им. Г. В. Плеханова, который он окончил в 1928 году. В 1929 году поступил в аспирантуру Института экономики Коммунистической академии. Одновременно с учёбой в аспирантуре, которую окончил в 1931 г., преподавал политическую экономию в Московском государственном университете и Промышленной академии.

В 1931 г. был переведён в аппарат Центральной контрольной комиссии ВКП(б) и Народного комиссариата Рабоче-крестьянской инспекции (ЦКК-РКИ), а в 1934 г. – в Комиссию советского контроля (КСК) при Совете Народных Комиссаров СССР. А вот с этого места – поподробнее, как сказал бы Шерлок Холмс.

ЦКК возглавлял Валериан Куйбышев, но, так как товарищ часто был в запоях, то фактически руководил Ройзенман Борис Анисимович (Исаак Аншелевич), член партии с 1902 г., сидел в тюрьмах, воевал в Гражданскую, с апреля 1926 года Секретарь ЦК РКП(б). Он всегда был на стороне Сталина и помогал ему бороться с троцкистами.

А чем же занимался там Суслов? Известный выпускник комакадемии и политэмигрант Абдурахман Авторханов, лично знавший Суслова, писал: «Суслов был до войны координатором и партии сначала в аппарате ЦКК, а потом и в Комитете партконтроля при ЦК» [186; с. 28]. Как и когда он стал контактировать с НКВД – неизвестно.

В феврале 1934 года ЦКК-РКИ была разделена на две структуры – КПК при ЦК (возглавил Каганович) и Комиссия советского контроля при СНК (Куйбышев). Ройзенман и Суслов перешли в КСК. В 1936 г. он стал слушателем Экономического Института Красной профессуры, но проучился там только год. Вместе с ним учились Лев Мехлис и Борис Двинский. Двинский же был помощником Сталина. Возможно, Суслов и стал бы помощником Сталина… Но тут «вовремя» начались репрессии – чистка партийных кадров. В частности, в Ростовской области первые-вторые секретари, председатели исполкомов были арестованы (многие расстреляны). Как я писал в книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», Сталин проводил «социальную инженерию» крутыми методами.

Вместо Куйбышева руководить КСК стал Андрей Андреев, который лично выехал в Ростов «чистить». В результате, по рекомендации Двинского и Ройзенмана, «оком Кремля» в Ростов в 1937 г. был направлен Суслов, который 5 марта 1938 года стал вторым секретарём Ростовского областного комитета ВКП(б), а с февраля 1939 г. по ноябрь 1944 года он был Первым секретарём Ставропольского (Орджоникидзевского до 1943 г.) крайкома ВКП(б).

На волне репрессий всплыли со дна всякие серовы-сусловы-брежневы – запуганные и, соответственно, безынициативные «солдаты партии». Аналогично было и в армии, и в промышленности. Под «дном» я имею в виду не происхождение, а интеллект «здравствуй, дерево». После войны положение с кадрами только ухудшилось, ибо инициативные и храбрые были убиты. При Хрущёве «деревья» стали воспроизводить себе подобных, а при Брежневе они погрузились сами и опустили страну в коррупционно-блатное болото, из которого Россия до сих пор не выбралась. Результат – как минимум двадцатилетнее отставание от так не любимого «коллективного Запада».

14 ноября 1944 года Суслов был назначен на должность председателя Бюро ЦК ВКП(б) по Литовской ССР с чрезвычайными полномочиями. Бюро было уполномочено на ведение работы по ликвидации последствий войны и борьбы с многочисленными отрядами «лесных братьев». В то время в Литве шла настоящая война. Например, улица в Вильнюсе, на которой жили все советские военачальники, на ночь запиралась с двух сторон.

29 декабря 1945 года в ЦК был создан отдел внешней политики, а 18 марта 1946 года Суслов был переведён в аппарат ЦК и 13 апреля назначен на должность руководителя отдела. Почему именно он? Конечно, точного ответа нет. Но так как ещё на рабфаке он познакомился с Жемчужиной, то он также был знаком и с Молотовым. Также ранее его начальником был Борис Ройзенман, который по поручению Сталина «чистил» советские загранпредставительства и, соответственно, знал международные дела. А так как тогда активно действовал Коминтерн, который занимался созданием и финансированием компартий, ясно, что Суслов стал иметь непосредственное отношение к прохождению денег, которые шли «братским партиям».

Отдел делился на сектора (США, стран Центральной Европы, Британской империи, и т. д.).

Отделу также подчинялись: Институт № 100 (радиосвязь, иновещание, отправка курьеров, радиоцентры в Подольске и Щёлково, радиошкола в Пушкино по подготовке радистов для компартий); Институт № 99 (школа и курсы по подготовке военнопленных).

Суслов становится одним из самых информированных людей в ЦК, 24 мая 1947 года его назначают Секретарём ЦК ВКП(б).

17 сентября 1947 года он был назначен на должность начальника Управления пропаганды и агитации ЦК КПСС с сохранением прежней должности, т. е. он стал руководить двумя отделами.

С этого дня и до конца жизни он возглавлял Агитпроп (под разными названиями). Чем занимался Агитпроп ЦК (и соответствующие отделы на местах)? Кратко – недопущением правдивой информации о Европе и США. Почему? Думаю, здесь уместно привести диалог тогдашнего «идеолога» А. Жданова и Д. Шепилова (которого назначат замом Суслова): «Намерение разбить нас на поле брани провалилось. Теперь империализм будет всё настойчивей разворачивать против нас идеологическое наступление. Тут нужно держать порох сухим. И совсем неуместно маниловское прекраснодушие: мы-де победители, нам всё теперь нипочем. Трудности есть и будут. Серьёзные трудности. Наши люди проявили столько самопожертвования и героизма, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Они хотят теперь хорошо жить. Миллионы побывали за границей, во многих странах. Они видели не только плохое, но и кое-что такое, что заставило их задуматься. А многое из виденного преломилось в головах неправильно, односторонне. Но, так или иначе, люди хотят пожинать плоды своей победы, хотят жить лучше: иметь хорошие квартиры (на Западе они видели, что это такое), хорошо питаться, хорошо одеваться. И мы обязаны всё это людям дать. Среди части интеллигенции, и не только интеллигенции, бродят такие настроения: пропади она пропадом, всякая политика. Хотим просто хорошо жить. Зарабатывать. Свободно дышать. С удовольствием отдыхать. Вот и всё.

Им и невдомек, что путь к такой жизни – это правильная политика.

Не будет правильной политики, не воспримут массы политику партии как свое кровное дело – пропадем. Поэтому настроения аполитичности, безыдейности очень опасны для судеб нашей страны. Они ведут нас в трясину. А такие настроения ощутимы в последнее время. В литературе, драматургии, кино появилась какая-то плесень. Эти настроения становятся ещё опаснее, когда они дополняются угодничеством перед Западом: “Ах, Запад!”, “Ах, демократия!”, “Вот это литература!”, “Вот это урны на улицах!” Какой стыд, какое унижение национального достоинства! Одного только эти господа воздыхатели о “западном образе жизни” объяснить не могут: почему же мы Гитлера разбили, а не те, у кого урны красивые на улицах. В последнее время тов. Сталин, Политбюро ставят один идеологический вопрос за другим. А что в это время делает агитпроп: Александров и его “кумпания”? Они лишь восторгаются решениями, которые ЦК принимает, чтобы духовно мобилизовать наш народ. И никакой помощи от них ЦК не видит. И это не случайно. Ведь все эти александровы, кружковы, Федосеевы, Ильичевы, окопавшиеся на идеологическом фронте и монополизировавшие всё в своих руках, это – не революционеры и не марксисты.

В последнее время товарищ Сталин, Политбюро ставят один идеологический вопрос за другим. А что в это время делает Агитпроп: Александров и его «кумпания»? Не знаю. Они приходят ко мне и восторгаются решениями, которые ЦК принимает, чтобы духовно мобилизовать наш народ. И никакой помощи от них ЦК не видит… Вот почему в Политбюро пришли к выводу, что мы не сможем вести успешное наступление на идеологическом фронте, не почистив и не укрепив Агитпроп ЦК».

Что же получается? Правительства почти полностью разрушенных стран Европы (в том числе двух Германий) смогли в короткие сроки создать для людей нормальные условия, а советские «политики» не смогли? Но политику менять они не хотели и создавать условия – тоже. Пусть и дальше живут в бараках! А ведь в СССР была разрушена только часть европейской части. И, чтобы скрыть факт того, что «там» живут лучше, чем победители, и нужен был Агитпроп – точнее, Оболванипроп для вешания лапши на уши.

При Хрущёве, когда Суслов был ещё на вторых ролях, более-менее в СССР проникала информация с Запада, а при Брежневе Суслов полностью перекрыл её поток. Помните: во всех газетах одно и то же, идёт постоянная битва за урожай, а Запад загнивает.

Ладно – мы не знали информации о политиках, но была закрыта и информация научного характера, в СССР не поступали журналы. Результат – технологическая отсталость. Этот кокон недопущения информации был создан специально. Надо было, как писала «Правда», «воспитывать людей в духе советского патриотизма».

Пишут, Суслов, мол, был ортодоксом, марксистом, носил галоши… Нет, всё он понимал – и судьба родственников это хорошо показала – см. 4 главу «Агентов влияния не было. Были агенты ЦРУ». Также показательно, кто был его помощником (см. раздел «Помощники Брежнева и Суслова» в 3 главе «Брежневщина»).

О действительном отношении Суслова к идеологической работе говорит и такой факт. Был такой Ричард Иванович Косолапов, который в «новой России» стал известен тем, что в 1997 г. он инициировал продолжение публикации собрания сочинений Сталина, начатого в 1946 г. и прерванного в 1951 г. после выхода 13-го тома сочинений. Были выпущены 14–18 тома, предисловия к которым он написал.

В 1966–1974 годах – лектор, консультант, руководитель группы консультантов, заместитель заведующего Отделом пропаганды ЦК.

В 1974–1976 годах – первый заместитель главного редактора газеты «Правда». А с марта 1976-го по март 1986 года – главный редактор журнала «Коммунист». То есть он возглавлял главный теоретический орган ЦК. Ясно, что он как минимум раз в неделю встречался с Сусловым и Брежневым… А вот и нет. В интервью «Литературной России» (2020, № 23), отвечая на вопрос:

«– Кстати, вы сами с Брежневым когда-нибудь встречались?» он сказал:

«– Только один раз. Было это, кажется, в конце 1974 года. У Брежнева умерла мама. Зимянин – он был главным редактором “Правды” – собрался на похороны, я ему сказал, что присмотрю за газетой (я ведь был его первым замом), а он мне сообщил, что Черненко дал указание быть на похоронах нам от “Правды” вдвоём. На похоронах выстроилась очередь для выражения соболезнований. Я тоже в этой очереди был. Других личных встреч с Брежневым у меня не было.

– У вас много было встреч с Сусловым?

– Нет. Одна состоялась летом 74-го года. Я отдыхал в Крыму. Вдруг мне сообщили, что меня разыскивает Москва. Я позвонил секретарю ЦК Демичеву. Он сообщил, что меня решено назначить вместо Афанасьева первым заместителем главного редактора газеты “Правда” (Афанасьев ушёл главным в журнал “Коммунист”).

На следующий день я был уже в кабинете Суслова. Я сказал, что до этого в газетах не работал. Но это уже ничего поменять не могло. Суслов пожелал мне успехов.

А через полтора года состоялся двадцать шестой съезд². Главреда “Правды” Зимянина избрали секретарём ЦК. Я неделю после съезда вёл газету один. Было состояние неопределённости.

Но потом мне вдруг позвонил Суслов и пригласил к себе. Он сообщил, что в ЦК неделю думали о том, кого назначить вместо Зимянина. Были две кандидатуры: моя и главного редактора “Коммуниста” Афанасьева. Суслов сказал, что в ЦК посмотрели мои работы, увидели, что мне ближе теория и поэтому меня решили перевести главным в “Коммунист”, а на газету поставить Афанасьева.

Другой раз я попал к Суслову, кажется, в 80-м году. Я возглавлял делегацию советских журналистов в Варшаву и должен был посмотреть, как развивалась в Польше обстановка. По возвращении в Москву меня с докладом позвали к Суслову».

Чем это можно объяснить? Думаю, только тем, что и Брежневу, и Суслову было глубоко наплевать на «коммунизм» – и всё пустили на «косолаповых». Они выполняли задание «старших братьев». А вот правильные цитаты Суслов мог подобрать быстро.

У Суслова было одно «хобби». Трудно сказать, почему именно такое. У него была картотека с цитатами Маркса, Энгельса и Ленина на любой случай. И он мог быстро вставить нужную цитату в доклад начальникам (Хрущёву, Брежневу). Думаю, после войны в стране было только два человека, кто читал «классиков» – Сталин и Суслов.

Я приводил слова Авторханова. Не исключено, что именно в НКВД ему посоветовали завести эту картотеку – а уж они его продвинут. Интересно, жива ли сейчас эта картотека?

После убийства Сталина, Суслова, из-за конфликта с Маленковым, вывели из состава Политбюро, а в 1955-м, по той же самой причине – вернули обратно. В 1956 г. нашлись нужные цитаты для разоблачения культа Сталина, а в 61-м – для обоснования прихода коммунизма через 20 лет. То есть когда мы смеёмся над Никитой, мы целим мимо. Ибо весь этот процесс контролировал лично Суслов и только после его утверждения проекты документов уходили членам Политбюро.

Став официально при Брежневе главным идеологом, Суслов взвалил на себя огромный объём работы. В ЦК он контролировал деятельность отдела культуры, отделов агитации и пропаганды, науки, школ и вузов, отдел информации, отдел молодёжных организаций, а также два международных отдела. «Серый кардинал» курировал Политуправление Советской армии, Министерство культуры, Государственный комитет СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли, Государственный комитет по кинематографии, Гостелерадио, Главлит, ТАСС, связи КПСС с другими коммунистическими и рабочими партиями. Он курировал и творческие союзы: писателей, журналистов, театральных деятелей, художников, архитекторов… Театры, эстрада тоже находились под его присмотром. При Брежневе он вёл Секретариат ЦК. То есть он занимался всем и был в курсе всего.

В результате такого идеологического пресса, когда все статьи, фильмы и книги согласовывались с ЦК, появилось двоемыслие, когда с трибун говорили одно, а между собой, на кухнях – другое, прямо противоположное. И всё это – на фоне дефицита и «колбасных электричек» и воровства. Интересно, что это двоемыслие и эта действительность не замалчивались – посмотрите фильмы тех лет.

Сегодня уже забыто, что другой «главный идеолог», но теперь уже «перестройки», Александр Яковлев, был в прямом смысле учеником Суслова. С 60-х годов они работали вместе в отделе. Вот такая преемственность в деле разрушения страны.

Теперь о фамилии «Зюсс» – якобы, его «настоящей» фамилии. Я не знаю первоисточник данных о том, что он – еврей. Так же, как и Громыко – «Кац». Это – андроповская пропаганда. См. раздел «Деятельность Андропова на посту председателя КГБ» в главе 6 «Андроповский детектив».

Кто такие Хрущёв и Микоян

Анастас Иванович Микоян входил в ближайшее окружение Сталина ещё с 20-х годов, а знакомы они были ещё до революции. Он был членом ЦК с 1923 г., кандидатом в члены Политбюро с 1926-го, а членом – с 1935-го; с 1926-го он занимал разные министерские посты, был зампредом правительства. Микоян был во власти при всех режимах: членом ЦК он был до 1976-го, а членом Политбюро – до 1966-го. И если о Сталине и репрессиях написаны десятки книг, о Хрущёве – немного меньше, то о Микояне – ничего. (В 2010 г. вышла книга М. Павлова «Анастас Микоян. Политический портрет на фоне советской эпохи» [178]. В целом книга интересная, но описываются в ней, в основном, известные события и роль в них Микояна: революция, нарком, организация эвакуации, Карибский кризис. О юности Микояна автор пишет: «Мы не станет подробно описывать насыщенную жизнь и деятельность Микояна вплоть до его перевода в Москву. Домосковский период его биографии детально изложен в его собственных мемуарах, выходивших в свет ещё начиная с 70-х годов XX столетия». А с чего это Павлов решил, что всё, написанное Микояном – правда? Ведь все авторы мемуаров стараются скрыть свои грехи и приукрасить действительность.)

Историки пишут только о тех, кто, якобы, в тот мартовский вечер 53-го года был на даче у Сталина: Хрущёв, Берия, Булганин. Упоминается также Игнатьев, так как ему подчинялась охрана.

Но почему делают непричастными к заговору Микояна, Молотова, Маленкова и Кагановича? Ведь они, после XIX съезда ВКП(б), имели все основания ждать от хозяина чего угодно. Если бы тот же Молотов был сталинистом, то он бы на заседании остановил Берию и предложил назначить Маленкова и. о. Председателя Совмина. Но все «соратники» согласились назначить Маленкова именно Председателем. Да и все вместе делили посты.

Так что план убийства Сталина возник, скорее всего, вскоре после Пленума, но его инициаторами были не Берия с Игнатьевым, см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”» (М.: «Книжный мир», 2023).

Итак, Хрущёв и Микоян. Сразу обращает на себя внимание, что эти люди не были репрессированы и жёны у них не сидели. Хрущёв в 1938 г. был Первым секретарём КП (б) Украины и посылал в Москву на утверждение много расстрельных списков. Но ведь и «жертвы репрессий» Эйхе, Постышев, и другие Первые списков посылали не меньше.

Или вот такой вопрос: Сталин, согласно Мухину и Кремлёву – человек Дела, а Берия – это «лучший менеджер XX века». Тогда почему же этот умный человек доверял высшие посты не очень умному (т. е. идиоту) Никите? Почему он его не снял с должности и не отправил куда-нибудь председателем колхоза? Наоборот, Первым секретарём КП(б)У он был с 1938-го по 1949-й (одновременно в 1944-47-м – Председатель СНК УССР), а в 49-м стал Секретарём ЦК и Первым секретарём МК.

И за организованное им поражение войск под Харьковом (1942 г.) никакого наказания Хрущёв не понёс. Почему?

Потому, что Сталину нравилось, как он гопак на даче танцевал? Это не ответ. Ответ, думаю, может быть только один: значит, «всесильному диктатору» не давали убрать Хрущёва. (Здесь напрашивается параллель с Чубайсом. Я несколько раз слышал не очень лестные высказывания Путина о нём; читал, что Чубайса должны «вот-вот» снять… Но его перемещают из одного министерского кресла в другое, но не увольняют и «дел» не возбуждают. Значит, его Путину – Медведеву – Путину снять не давали. Кто? Угадайте с первого раза. Сейчас он уехал в Англию – и его выпустили. Значит, онто не просто так…).

Но кто не давал Сталину снять Хрущёва?

Считается, что Анастас Иванович Микоян родился в 1895 г. в Армении в селе Санаин в семье сельского плотника (обращаю на это внимание) Ованеса Нерсесовича и Тамары Отаровны. По окончании сельской начальной школы он поступил в духовную семинарию в Тифлисе.

В конце 1914 г. Анастас записался в армянскую добровольческую дружину, после чего воевал на Турецком фронте вплоть до весны 1915 г., но из-за заболевания малярией оставил армию.

В Духовную академию в Эчмиадзине он поступил в 1916 г., а в следующем году уже вёл партийную работу в Тифлисе и в Баку.

Итак, сын плотника поступил в семинарию, а затем – и в академию. Но Российская империя была сословной и в ней, соответственно, и образование было сословным. Поэтому не мог сын крестьянина поступить в гимназию, в реальное училище или в духовное училище. А в семинарию принимали только детей священников или дворян. И, конечно, не мог крестьянин поступить в академию.

Так что Ованес Микоян был, скорее всего, сельским священником. Если вообще был такой человек.

Обращаю внимание, что именно духовные семинарии дали России множество революционеров. В духовных семинариях учились Чернышевский, Добролюбов…

Аналогично было и у Сталина (см. книгу «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе»). После 17-го все стали «рабоче-крестьянского происхождения».

Одним из друзей Микояна в семинарии был Георг Алиханян, один из основателей Советской Армении, крупный деятель Коминтерна (расстрелянный в конце 30-х). Дочь Алиханяна Елена Георгиевна стала женой академика А. Д. Сахарова.

Микоян стал членом социал-демократического кружка ещё когда учился в семинарии. В 1915 г. он вступил в партию большевиков. В этом же году Микоян окончил семинарию и в 1916 г. был принят на первый курс Армянской Духовной Академии, которая находилась в Эчмиадзине – религиозном центре Армении. Микоян не окончил Академии и не стал священником: началась февральская революция, и именно он был одним из организаторов Совета солдатских депутатов в Эчмиадзине.

Знал ли Микоян Сталина? Конечно, знал, ибо в те годы в Закавказье было не так много социал-демократов и все они друг друга знали. Знал он, видимо, и Сталина, и Джугашвили (это два разных человека – см. книгу «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», глава 1, раздел «Чья биография?»).

Вскоре после Октябрьской революции Микоян – на партийной работе в Баку. В Бакинский Совет входили большевики, меньшевики, дашнаки, эсеры и члены других партий. Незначительное преимущество было у большевиков и они создали в апреле 1918 г. Совет Народных Комиссаров во главе со Степаном Шаумяном, членом ЦК РСДРП(б), которого Советское правительство, по предложению Ленина, назначило в декабре 1917 Чрезвычайным комиссаром по делам Кавказа.

Микоян командовал боевой дружиной большевиков, участвовал в подавлении восстания мусаватистов, которые были в союзе с турецкими войсками, наступавшими на город. Затем его послали на фронт как комиссара бригады.

Часть Средней Азии (Закаспийская область) была оккупирована англичанами, гражданская власть здесь оказалась в руках правых эсеров. Лишь морем через Астрахань бакинские большевики могли получать помощь из Советской России. В этой ситуации эсеры и меньшевики предложили пригласить в Баку английские войска. Но большевики были против. Однако бурное голосование бакинского Совета не принесло успеха большевикам: 258 голосов против 236 было подано за приглашение английских войск и создание коалиционного правительства из всех советских партий. Часть народных комиссаров предлагала сохранить Совнарком и провести перевыборы Совета, но Шаумян не пошёл на это. Большевики передали власть новому правительству, и скоро в Баку вошли немногочисленные английские отряды. Впрочем, и новая власть – так называемая диктатура Центро-каспия – продержалась в Баку лишь до середины сентября.

«Как известно», 26 бакинских комиссаров были расстреляны англичанами и «диктатурой Центрокаспия» на туркменском берегу. Так вот, эта «диктатура» была единственным в тогдашней России правительством, состоящим полностью из рабочих! Председатель Центрокаспия Фунтиков был машинистом паровоза, а в его правительстве был лишь один не-пролетарий – учитель Зимин, ставший министром иностранных дел. Это рабочее правительство возникло в результате восстания в Ашхабаде, свергнувшего власть большевистского комиссара Фролова. Именно фунтиковцы расстреляли сперва девять ашхабадских, а затем и заплывших в Красноводск 26 бакинских комиссаров. Именно правительство Фунтикова пригласило британцев помочь им в деле охраны железнодорожной линии Красноводск – Мерв (Мары) – Ашхабад. Вот так: истинно рабочее правительство не хотело власти большевиков!

Теперь – о численности «интервентов». В Туркмению, по приглашению Фунтикова, вступила одна бригада англичан под командованием генерала Молессона. И рассредоточена эта бригада была на большом расстоянии от Красноводска до Мерва. Масштаб «интервенции» ясен… А в Закавказье, уже после ухода турок, появилось шесть бригад. В 1920 г., когда 11-я Красная Армия свергала тамошние правительства, эти шесть бригад куда-то испарились – во всяком случае, командарм М. Левандовский ни одного британца против себя не увидел. И это понятно: Запад поддерживал большевиков.

Узнав о перевороте, Микоян поспешил в город. Но здесь он узнал, что большинство деятелей Бакинской коммуны было арестовано. Англичане не сумели приостановить турецкое наступление, так как их было мало. (Турки ворвались в Баку и убили 30 тысяч армян. Впоследствии, уже после разгрома турок в Сирии и Палестине в августе-сентябре 1918 г., англичане вытеснили их и из Азербайджана.) Началась поспешная эвакуация.

А дальше – очень интересно. Считается, что в день вторжения турецких войск в Баку Микоян сумел освободить Степана Шаумяна и других большевиков из тюрьмы. С помощью командира небольшого отряда т. Амирова все они успели сесть на пароход «Туркмен», переполненный беженцами и солдатами. Корабль отплыл в Астрахань. Однако ни группа дашнакских и английских офицеров, ни многие из солдат не хотели плыть в советскую Астрахань. Они сумели взбунтовать команду корабля и увести его в Красноводск, оккупированный англичанами. Эсеровские власти в этом городе арестовали всех большевиков. Все они были увезены из Красноводска, якобы, для суда в Ашхабад. Но вагон с арестованными не дошёл до Ашхабада. В ночь на 20 сентября 1918 г. на 207-м километре Красноводской железной дороги все двадцать шесть арестованных были расстреляны. Остались в живых только два члена Бакинской коммуны – С. Канделаки и Э. Гигоян.

Турки скоро покинули Азербайджан. Мусаватистское правительство вступило в сговор с англичанами. Рабочие Баку объявили забастовку, требуя возвращения Шаумяна и его товарищей. Но в Баку вернулись в феврале 1919 г. только Микоян, Канделаки и ещё несколько большевиков. Лишь через полтора года, уже после восстановления Советской власти в Баку, были перевезены и торжественно захоронены на одной из центральных площадей города останки расстрелянных бакинских комиссаров.

Как видим, Микоян чудесным образом освободил товарищей из охраняемой тюрьмы. Допустим. Но каким же образом эти заключённые проникли под видом беженцев на пароход? Что, бакинские власти не знали, что все беженцы садятся на пароход? Почему они не устроили досмотр? Ответ один: властям надо было, чтобы большевики бежали и сели на пароход, который потом уйдёт в Туркмению и т. д.

Следовательно, Микояну освободить узников помогли. Кто? Напомню, в это же время в мусаватистской контрразведке служил Берия. Якобы, по поручению большевиков. Позже Микоян и Орджоникидзе уверяли Сталина, что Берия работал по заданию большевиков [274; с. 384]. Но «уверения» Микояна не подтвердились [с. 386]. Кстати, сам Микоян был 27-м комиссаром Бакинской коммуны: 26 комиссаров расстреляли, а Микоян почему-то казни избежал… Более того, вернулся в мусаватистский Баку! Но ведь его могли арестовать и расстрелять, не так ли?

Это как раз тот случай, когда уместен вопрос: а почему тебя не расстреляли? Ведь в то время в Баку у большевиков не было выхода – только смерть.

Неизвестно, что на этот вопрос Микоян ответил Ленину и Сталину. Но, судя по биографиям «соратников», почти у всех были «чёрные пятна»; например, тот же прокурор, а затем министр иностранных дел А. Я. Вышинский был меньшевиком, Хрущёв – троцкистом, и т. п. Сталин держал Микояна «на крючке»? Видимо, да.

Вот, например, Орджоникидзе, который пытался защитить своих подчинённых, был доведён в начале 1937 г. до самоубийства. Микоян был его другом и решил расследовать это дело… И, выступая через двадцать лет на партийном собрании завода «Красный пролетарий», он сам рассказал, что вскоре после смерти Орджоникидзе Сталин вызвал его к себе и сказал ему с угрозой: «История о том, как были расстреляны 26 бакинских комиссаров и только один из них – Микоян – остался в живых, темна и запутанна. И ты, Анастас, не заставляй нас распутывать эту историю».

Но не только Сталин держал «на крючке» Микояна.

Как я говорил, Микоян знал Сталина ещё по Тифлису. Сам Микоян долго работал в подполье в Закавказье. Куда Сталин, вопреки безопасности и логике, возвращался после каждой ссылки. В книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», в главе 1, в разделе «Чья биография?» я задал вопрос: сколько раз сидел Сталин? Бесспорно, Микоян знал ответ на этот вопрос. Поэтому ещё вопрос – кто кого держал «на крючке».

Весной 1920 г. Красная Армия вступила в Баку, и здесь была провозглашена Советская власть. Но Микоян не долго оставался на Кавказе, его вызвали в Москву и направили с мандатом ЦК РКП (б) на работу в Нижегородский губком.

Летом 1922 г. по рекомендации Сталина Микоян был назначен секретарём Юго-Восточного бюро ЦК. Вскоре он возглавил Северо-Кавказский краевой комитет РКП(б) с центром в Ростове-на-Дону. В край входили территории казачьих областей – Кубанской, Терской и Войска Донского, Ставропольской, Астраханской и Черноморской губерний, а так же семь национальных округов.

Показательно, что во время различных «дискуссий» Микоян всегда занимал сторону Сталина.

И в августе 1926 года, когда один из лидеров «левой оппозиции», Каменев, был освобождён с поста наркома внешней и внутренней торговли и назначен послом в Италию, новым наркомом был назначен тридцатилетний Микоян. Самый молодой в составе Политбюро, он стал и самым молодым наркомом СССР. В результате его деятельности к 29-му вся система торговли в стране пришла в полное расстройство. Хлебозаготовки приняли характер продразвёрстки, ибо закупочные цены уже не соответствовали себестоимости сельскохозяйственной продукции. Началась инфляция, деньги быстро обесценивались, Из-за недостатка продуктов в городах было введено строгое нормирование и карточная система, для рабочих и служащих вводились пайки различных категорий в зависимости от работы, занимаемой должности и т. п. Торговля опять стала уступать место продуктообмену, снова появились «мешочники».

Такая деятельность наркома, видимо, была признана успешной, и он остался наркомом до 1946-го (одновременно с 1937-го зампред СНК). Его деятельность была оценена и народом: в 1930 г. наркомат был реорганизован в Наркомат снабжения СССР, но для подавляющего большинства населения страны это снабжение в 30-х годах было крайне скудным, и тогда родился стишок: «Нет мяса, нет масла, нет молока, нет муки, нет мыла, но зато есть Микоян». И вот в это время в СССР по инициативе Микояна была издана «Книга о вкусной и здоровой пище». К каждому из её разделов было подобрано в качестве эпиграфа какое-либо из высказываний Микояна или Сталина. Так, например, перед разделом «Рыба»: «Раньше торговля живой рыбой у нас вовсе отсутствовала, но в 1933 г. однажды товарищ Сталин задал мне вопрос: “А продают ли у нас где-нибудь живую рыбу?” “Не знаю, – говорю, – наверное, не продают”. Товарищ Сталин продолжает допытываться: “А почему не продают? Раньше бывало”.

После этого мы на это дело нажали и теперь имеем прекрасные магазины, главным образом в Москве и Ленинграде, где продают до 19 сортов живой рыбы». А в Подольске? А в Туле?

Перед разделом «Холодные блюда и закуски»: «Некоторые могут подумать, что товарищ Сталин, загруженный большими вопросами международной и внутренней политики, не в состоянии уделять внимание таким делам, как производство сосисок. Это неверно. Случается, что нарком пищевой промышленности кое о чём забывает, а товарищ Сталин ему напоминает. Я как-то сказал товарищу Сталину, что хочу раздуть производство сосисок; товарищ Сталин одобрил это решение, заметив при этом, что в Америке фабриканты сосисок разбогатели от этого дела, в частности от продажи горячих сосисок на стадионах и в других местах скопления публики. Миллионерами, “сосисочными королями” стали. Конечно, товарищи, нам королей не надо, но сосиски делать надо вовсю».

Перед разделом «Горячие и холодные напитки» Микоян обошёлся без ссылки на Сталина, а привёл отрывок из собственной речи: «Но почему же до сих пор шла слава о русском пьянстве? Потому, что при царе народ нищенствовал, и тогда пили не от веселья, а от горя, от нищеты. Пили именно, чтобы напиться и забыть про свою проклятую жизнь… Теперь веселее стало жить. От хорошей и сытой жизни пьяным не напьёшься. Весело стало жить, значит, и выпить можно, но выпить так, чтобы рассудок не терять и не во вред здоровью». Отлично сказано! Зачем Микоян врал?

В 1936 г. Микоян поехал в США, где закупил промышленные линии, заводы по консервированию продуктов, мясные и молочные комбинаты. То есть помогал Америке пережить последствия экономической депрессии за наши деньги – ведь те же заводы можно было бы купить и в Европе – было бы и ближе и дешевле.

Микоян в 37–38 не только подписывал расстрельные списки («лимиты»), но и сам ездил по стране с «наведением порядка». Вместе с Маленковым, тогда ещё не членом ЦК, Микоян выезжал осенью 1937 года в Армению для проведения чистки партийных и государственных органов от «врагов народа». Там их встретил Берия. В результате погибли тысячи ни в чём не повинных людей. Республиканская газета «Коммунист» в конце 1937 писала: «По указанию великого Сталина товарищ Микоян оказал громадную помощь большевикам Армении в разоблачении и выкорчёвывании врагов армянского народа, пробравшихся к руководству и стремившихся отдать армянский народ в кабалу помещикам и капиталистам, презренных бандитов Аматуни, Гулояна, Акопова и других»; «Страстно ненавидя всех врагов социализма, тов. Микоян оказал огромную помощь армянскому народу и на основе указаний великого Сталина лично помог рабочим и крестьянам Армении разоблачить и разгромить подлых врагов, троцкистско-бухаринских, дашнакско-националистических шпионов, вредивших рабочей и крестьянской Армении»; «…Микоян, который по указанию великого Сталина выявил и вышвырнул заклятых врагов трудящихся троцкистов, дашнаков Аматуни, Акопова, Гулояна, Мугдуси и других мерзавцев».

И как это Микояну было виднее, чем местным руководителям?

Во время войны Микоян был членом ГКО. После войны Микоян продолжал оставаться заместителем Председателя Совмина СССР, одновременно занимая и пост министра внешней торговли.

Напомню, что на XIX съезде ВКП(б) Микоян был избран в ЦК и стал членом расширенного состава Президиума ЦК. Но не вошёл в более узкий состав Президиума ЦК.

Вот такая биография… Читатель может подумать, что из неё следует, что Сталин держал Микояна «на крючке». И Микоян также держал Сталина «на крючке». Но такое взаимное держание возможно только в течение очень короткого времени: Сталин обязательно нашёл бы способ убрать Микояна.

И здесь снова возникает тема масонства. Как я писал в книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», почти все кавказские революционеры были членами общества «Месаме даси». Сам Сталин говорил 8 июня 1926 года на митинге в железнодорожных мастерских Тифлиса о том, что свои посвящения получил в Тифлисе и в Баку: «…От звания ученика (Тифлис), через звание подмастерья (Баку), к званию одного из мастеров нашей революции (Ленинград) – вот такова, товарищи, школа моего революционного ученичества».

Будучи наркомом, Микоян имел многочисленные контакты с иностранными представителями, особенно в связи с распродажей культурных ценностей. Думаю, не случайно именно его назначили на эту должность, которую он занимал много лет.

Видимо, Микоян, как и Каганович, был одним из контролёров Сталина. А когда тот сменил курс, то был организован заговор. По каким каналам? «Руководящие указания» могли идти и через «дипломата» Гарри Гопкинса.

Поэтому ни он, ни члены его семьи не были расстреляны.

Аналогично – и Хрущёв, который был в 20-х троцкистом, но которого продвигал Каганович.

Принято считать, что Хрущёв был идиотом и, как говорили в годы «застоя» – волюнтаристом. Это – «имидж» Хруща, его игра на публику. И этот «имидж» и сегодня поддерживается. И получается, что страной 10 лет руководил придурок – недоучка и карьерист, который ради кресла был готов и гопак танцевать… А руководили им некие умные идеологи типа Суслова и Микояна.

Это неверно, ибо и Микоян, и Хрущёв, и Суслов вместе делали политику. Не был Хрущёв этакой говорящей куклой. Нет, он знал, что делал. Например, не было среди его соратников такого хитрого человека, который смог бы перехитрить Хрущева и манипулировать им. Если Фёдор Бурлацкий и внёс в проект новой Программы КПСС пункт об отказе от диктатуры пролетариата, то только потому, что Хрущёв давно уже об этом думал. Сам Бурлацкий раскрывает кухню подготовки речей и других документов Хрущёва: Хрущёв говорил, что нужно в докладе отразить, а «спичрайтеры» потом это оформляли. Ничто, не отвечавшее замыслу Хрущёва, в окончательный документ попасть не могло. Так что все свои действия Хрущёв тщательно планировал. Или сверял с планом?

Конечно, документов в архивах о масонстве Микояна нет и никогда не будет, но вполне достаточно косвенных доказательств.

О том, что именно Микоян был основным двигателем (но не инициатором) заговора, говорил Энвер Ходжа: 24 мая 1964 года он заявил, что ему сказал Микоян о том, что они тайно готовили заговор с целью убрать Сталина: «Советские лидеры – заговорщики, которые имеют наглость открыто рассказывать, как это делает Микоян, что они тайно подготовили заговор, чтобы убить Сталина» [186; с. 96 и 190; с. 192]. К великому сожалению, Ходжа не сказал, что именно говорил ему Микоян. Если бы Ходжа рассказал всё, то сегодня не возникал бы вопрос: как убивали Сталина. Слова Хрущёва о топоре я приводил (см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”»).

Микоян приказал, а Игнатьев, через Хрусталёва, исполнил. Что же касается других «вождей», то они одобрили действия Микояна.

Через несколько месяцев был убит Берия, снят Маленков, Хрущёв стал Первым секретарём, а Микоян – фактически серым кардиналом. На пленуме 57-го были удалены оставшиеся «соратники».

Так что выиграли в результате заговора только два человека. Не считая Уолл-стрит.

И ещё. Но это рассказ не о биографии Микояна, а, если так можно сказать, о психологической атмосфере в его семье. И не только в его – в семьях всех высших руководителей страны, в том числе и тех, кого нет в этом списке.

Этот рассказ показывает, что в семьях «вождей» говорили о социализме – совсем не то, о чём те же «вожди» говорили на митингах и на собраниях, о чём писали в газетах. Результат таких разговоров дома – шпионаж сына Хрущёва, отъезд дочери секретаря ЦК по идеологии (!) М. Суслова – Майи Михайловны Сумароковой вместе с мужем и двумя сыновьями в 1990 г. в Австрию.

Этот рассказ – как бы продолжение разговора Сталина и Кирова, который приводит приёмный сын Сталина Артём Сергеев – см. книгу «“Сталинизм”: Правда о Сталине и миф о Кобе», главу 3, раздел «Надувной вождь». Это значит, что сами «вожди» не хотели никакого «блага» для народа, а просто выполняли задание.

В 60-80-е в СССР сложилось двоемыслие: на собраниях говорили одно, а между собой, дома – другое, режим критиковали. В результате в годы «перестройки» эта критика прорвалась наружу, её оседлали «демократы» во главе с Ельциным, который и завёл страну…

Итак, 3 июня 1943 года Владимир Шахурин на романтической почве убил из револьвера, принадлежавшего Вано Микояну, свою знакомую ученицу той же школы Нину Уманскую, после чего застрелился сам. Началось следствие – и оно выяснило удивительные вещи. Уверен, следователи – обычные советские граждане – были в шоке.

Под следствие попали:

Вано и Серго Микояны – дети Анастаса Микояна, члена Политбюро и одного из ближайших сподвижников Сталина. Микоян входил в состав Государственного комитета обороны;

Артём Хмельницкий – сын генерал-лейтенанта Рафаила Хмельницкого, друга Ворошилова. Сестра Артёма была подружкой дочери Сталина Светланы;

Леонид Редене – родственник самого Сталина. Его отцом был чекист Станислав Редене, расстрелян, а мать – Анна Аллилуева – сестра Надежды Аллилуевой;

Феликс Кирпичников – сын Петра Кирпичникова, заместителя председателя Госплана, а затем члена ГКО Вознесенского. Кирпичников также занимал должность начальника управления оборонной промышленности Госплана, то есть фактически контролировал всю производимую в СССР продукцию для армии;

Пётр Бакулев – сын Александра Бакулева, начальника московских госпиталей, друга секретаря Сталина Поскрёбышева;

Арманд Хаммер – племянник бизнесмена Арманда Хаммера, который на протяжении всего существования Советского Союза был посредником в торговле с западными странами и сам реализовывал ряд крупных проектов в СССР;

Леонид Барабанов – сын секретаря Микояна Александра Барабанова.

При обыске у Шахуриных нашли дневник Володи, протоколы тайной организации, книги Ницше и Гитлера. Найденная уже после трагедии в квартире Шахуриных книга Гитлера «Майн Кампф» появилась там у самого наркома Шахурина по особой рассылке для ознакомления высокопоставленных работников, с грифом «для служебного пользования». Интересный факт. Семья Шахуриных заняла квартиру Якова Джугашвили. После того, как он попал в плен, его жену Юлию Джугашвили объявили «врагом народа» как члена семьи изменника Родины. Внучку Сталина Галину, по малолетству, в ссылку не отправили. Приставив няню-чекистку, Евдокию Ивановну, её определили жить к тётке – Светлане Сталиной.

Рейхсфюрером этой тайной организации был единогласно избран Владимир Шахурин – сын народного комиссара авиации Алексея Шахурина. Ребята составляли протоколы своих собраний. (Очень профессионально, очевидно, что они были знакомы с ведением секретной документации.) Процитирую один из них.

Строго секретно.

«___» мая 1943 года

Экземпляров: 1.

Копий не снимать.

Прокол № 5 заседания «Тайной организации».

Присутствовали: Лидер организации Шахурин Владимир, члены организации Редене Леонид, Хмельницкий Артём, Бакулев Пётр, Микоян Серго, Кирпичников Феликс, Барабанов Леонид и Хаммер Арманд.

Повестка дня:

1. О присвоении названия «Тайной организации».

2. О присвоении звания лидеру Шахурину Владимиру.

Слушали Шахурина Владимира: Учитывая, что победа Советского государства на всей земле неизбежна к моменту, когда участники организации вырастут, получат образование и займут руководящие посты, работая под руководством товарища Сталина, считаю, что организация будет всемирной и предлагаю изменить её название и именовать впредь: «Четвёртая Империя (Рейх)». Предлагается также присвоить лидеру организации звание «Рейхсфюрер» с правами единоличного руководителя.

Постановили: Наименовать с «___» мая 1943 тайную

организацию «Четвёртой Империей (Рейхом)». Присвоить лидеру организации Шахурину Владимиру звание «Рейхсфюрер». Уполномочить рейхсфюрера Шахурина Владимира присвоить соответствующие звания другим членам организации. (Единогласно.)

Подписи лидера и участников организации

Печать»

8 школьников были арестованы, на них завели уголовное дело № 17371/43-ОВ. В заключении их продержали полгода, Влодзимирский по шесть-семь раз допросил каждого. Школьники сознались, что организация существовала, но отказались признать антисоветский умысел. Кроме того, дружно утверждали, что их никто не направлял. Кстати, следствие взрослых так и не выявило. Следователи составили «Заключение» о результатах расследования с нейтральным текстом, по сути, предварительно согласованным с Меркуловым. Всё, связанное с тайной организацией, назвали «игрой», позорящей честь «советских детей». Указали на халатность Вано Микояна, передавшего оружие Владимиру Шахурину, что повлекло за собой тяжкие последствия. В выводах указали на несовершеннолетие обвиняемых, что по «закону» смягчало вину и разрешало закрыть уголовное дело. Однако Влодзимирский не говорил об этом прямо – меру запрашиваемого наказания предлагалось определить вышестоящей инстанции.

Подлинный текст «Заключения» процитирован в книге «Сталинъюгенд» (М., «Вече», 2008, с. 306–311), написанной Кирпичниковым Алексеем Феликсовичем, сыном одного из участников этой истории:

Заключение

1943 года, декабря 18 дня, мы, Народный Комиссар Государственной Безопасности Союза ССР тов. Меркулов и Прокурор Союза ССР тов. Горшенин, рассмотрев материалы расследования в отношении арестованных МИКОЯНА Вано, МИКОЯНА Серго, БАРАБАНОВА Леонида, ХАММЕРА Арманда, БАКУЛЕВА Петра, РЕДЕНСА Леонида, ХМЕЛЬНИЦКОГО Артема и КИРПИЧНИКОВА Феликса,

НАШЛИ:

В конце 1942 года и в начале 1943 года ученик Его класса 175-й школы гор. Москвы Шахурин Владимир предложил некоторым из своих товарищей по школе создать тайную организацию, в которую разновременно вошли ученики 7-го класса упомянутой выше школы БАРАБАНОВ Леонид, БАКУЛЕВ Пётр, РЕДЕНС Леонид, ХМЕЛЬНИЦКИЙ Артем, ХАММЕР Арманд, КИРПИЧНИКОВ Феликс и ученик 6-го класса МИКОЯН Серго. МИКОЯН Вано, ученик 8-го класса, считался «шефом» организации и был в курсе всех её дел.

Вначале организация носила характер игры, но затем под влиянием ШАХУРИНА Владимира, начитавшегося переводов некоторых фашистских книжек, выродилась в явно антисоветскую организацию. Участники организации в своих беседах восхваляли немецко-фашистскую армию и немецко-фашистских лидеров.

По предложению ШАХУРИНА Владимира, участникам организации были присвоены различные звания, заимствованные у немецких фашистов, «рейхсфюрер», «фельдфюрер», и «фельдмаршал», а сама организация была названа «Четвертая Империя» Владимир ШАХУРИН, как руководитель организации, присвоил себе звание «рейхсфюрера».

Среди участников организации отсутствовало стремление сделать из себя преданных и полезных своему народу и советскому государству людей. Их настроения были чужды патриотическим настроениям советской молодежи, всей душой связанной со своим народом, борющимся против немецких захватчиков.

Напротив, в беседах между собой участники организации обсуждали вопросы о способах ведения пропаганды, направленной к подрыву советского строя, о свержении после войны советской власти.

Участники организации неоднократно собирались на «заседания», на которых зачитывались различные «указы» и «приказы» о назначениях и присвоениях званий участникам организации. Был случай сбора членских взносов по 10 рублей с каждого участника организации.

Среди участников организации поощрялись хулиганские поступки, выходки против девочек в школе, пренебрежение к школьным занятиям.

Некоторые из участников организации предавались любовным развлечениям, заводя «романы» с девочками. Никакого интереса к организации пионеров или комсомола участники организации не проявляли.

В итоге всей этой уголовщины и морального разложения участников антисоветской организации создалась обстановка, приведшая к тому, что 3 июня т.г. руководитель организации Владимир ШАХУРИН на романтической почве убил из револьвера, принадлежавшего Вано Микояну, свою знакомую ученицу той же школы УМАНСКУЮ Нину, после чего застрелился сам.

Сообщники ШАХУРИНА Владимира, понимая антисоветский характер организации «Четвертая Империя», никому не сигнализировали о существовании организации и сохраняли ее в тайне, а МИКОЯН Вано не сообщил о факте убийства ШАХУРИНЫМ Нины УМАНСКОЙ.

Будучи арестованы МИКОЯН Вано, РЕДЕНС, ХМЕЛЬ-НЩКИЙ, БАРАБАНОВ, ХАММЕР, БАКУЛЕВ, МИКОЯН Серго и КИРПИЧНИКОВ дали следствию подробные показания о своем участии в указанной выше организации.

Антисоветская деятельность организации подтверждается также свидетельскими показаниями и различными документами, изъятыми у участников.

Поведение участников организации тем более преступно, что оно имело место в условиях Великой Отечественной войны, когда весь советский народ напрягает свои силы в борьбе с немецким фашизмом.

Однако, принимая во внимание, что арестованные являются несовершеннолетними и, учитывая, что все они признали свою вину, -

СЧИТАЕМ НЕОБХОДИМЫМ:

1. МИКОЯНА Вано Анастасовича, 16 лет, ученика 8 класса 175-й школы, арестованного 23 июля т.г.; учеников 7-го класса той же школы: ХМЕЛЬНИП,КОГО Артема Рафаиловича, 16 лет, арестованного 23 июля т.г.; РЕДЕНСА Леонида Станиславовича, 15 лет, арестованного 23 июля т.г.; БАРАБАНОВА Леонида Александровича, 15 лет, арестованного 23 июля т.г.; ХАММЕРА Арманда Викторовича, 16 лет, арестованного 23 июля т.г.; БАКУЛЕВА Петра Алексеевича, 16 лет, арестованного 23 июля т.г.; КИРПИЧНИКОВА Феликса Петровича, 15 лет, арестованного 23 июля т.г. и МИКОЯНА Серго Анастасовича, 15 лет [18] ученика 6-го класса той же школы, арестованного 23 июля т.г., -

выслать из гор. Москвы в разные города Сибири, Урала и Средней Азии сроком на один год под поручительство родителей, отобрав от последних, а также от самих высылаемых, соответствующую подписку.

2. Срок высылки считать со дня освобождения арестованных из-под стражи.

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СОЮЗА ССР (МЕРКУЛОВ) ПРОКУРОР СОЮЗА ССР (ГОРШЕНИН)

«Бритишюгенд»

Прочитав это, я вспомнил об известной скандальной фотографии принца Гарри. Известно, что Англия активно помогала Гитлеру прийти к власти. Так что – для публики одно, для себя – другое.

Поэтому Сталин решил (вы понимаете, что судьбы ТАКИХ людей решал только он) всего лишь на год выслать из Москвы в провинцию. Уверен, что если бы это были дети рабочих, то их бы отдали в детские дома, а их родителей – на Колыму: дело же было во время войны! А эти отделались лёгким испугом. Интересно, о чём и как Микоян говорил со Сталиным?

А в это время дети рабочих, патриоты страны, организовывали «Молодую гвардию», чтобы сражаться с фашистами. Подвергались пыткам, были убиты. «Молодая гвардия» насчитывала семьдесят одного человека: сорок семь юношей и двадцать четыре девушки. Самому младшему было четырнадцать лет, а пятидесяти пяти из них так и не исполнилось девятнадцати, так как они погибли. Что тут можно сказать…

Кстати, сам нарком авиационной промышленности (1940-46) Алексей Шахурин вскоре оказался под судом. 10–11 мая 1946 г. Военная коллегия Верховного Суда СССР под председательством В. В. Ульриха осудила его на 7 лет по обвинению в «превышении власти» и «выпуске нестандартной, недоброкачественной и некомплектной продукции». В приговоре Шахурин обвинялся в следующем: «на протяжении длительного времени выпускал самолёты и моторы с большими конструктивно-производственными недоделками и по сговору с командованием Военно-Воздушных Сил поставлял их на вооружение ВВС, в результате чего в авиационных частях произошло большое количество аварий и катастроф, гибли лётчики, а также скапливалось много бракованных самолётов, которые нельзя было использовать в боях с немцами…» На фоне «дела» подростков просто сама собой напрашивается мысль о вредительстве и шпионаже. И вот тому подтверждение.

Авиаконструктор Александр Яковлевв своей книге «Цель жизни» так описывает визит в кабинет Сталина в Кремле 3 июня 1943 года в 22.30: «Меня и заместителя наркома П.В. Дементьева, ведавшего вопросами серийного производства, вызвали в Ставку Верховного главнокомандования. В кабинете, кроме Сталина, находились маршалы Василевский и Воронов. Мы сразу заметили на столе куски потрескавшейся полотняной обшивки крыла самолета и поняли, в чем дело. Предстоял неприятный разговор». Суть происшествия, в изложении Яковлева, такова. Производственный брак, не обнаруженный на авиационном заводе, дал о себе знать в процессе эксплуатации, то есть в зоне боевых действий истребительной авиации. Что же конкретно произошло истребителями? «Дело в том, что на выпущенных одним из восточных заводов истребителях ЯК-9 обшивка крыльев стала растрескиваться и отставать. Произошло несколько случаев срыва полотна с крыльев самолёта в полёте. Причиной этому явилось плохое качество нитрокраски, поставляемой одним из уральских химических предприятий, где применили наспех проверенные заменители». Брак химиков поставил под удар производственников, т. е. предприятия авиационной промышленности (по версии Яковлева дефект был связан только с одним из «восточных заводов» по производству истребителей Як). Хотя Яковлев старается принизить количество выявленного брака, но Сталин был осведомлён о случившемся. И это – накануне Курской битвы! «Никогда не приходилось видеть Сталина в таком негодовании.

– Значит, на заводе это не было известно?

– Да, это не было известно.

– Значит, это выявилось на фронте только перед лицом противника?

– Да, это так.

– Да знаете ли вы, что так мог поступить только самый коварный враг?! Именно так и поступил бы, – выпустив на заводе годные самолеты, чтобы они на фронте оказались негодными! Враг не нанес бы нам большего ущерба, не придумал бы ничего худшего. Это работа на Гитлера!

Он несколько раз повторил, что самый коварный враг не мог бы нанести большего вреда.

– Вы знаете, что вывели из строя истребительную авиацию? Вы знаете, какую услугу оказали Гитлеру?! Вы гитлеровцы!

Трудно себе представить наше состояние в тот момент. Я чувствовал, что холодею. А Дементьев стоял весь красный и нервно теребил в руках кусок злополучной обшивки».

В дальнейшем, из рассказа Яковлева, выясняется, что речь шла не об отдельных дефектных самолётах, а о нескольких сотнях, поэтому и становится понятной резкость Сталина. Он (вместе с Дементьевым) знал, в чём дело. Как видим, Сталин поругал и… всё? Нет. «Срок был принят. Однако Сталин приказал военной прокуратуре немедленно расследовать обстоятельства дела, выяснить, каким образом некачественные нитролаки и клеи попали на авиационный завод, почему в лабораторных условиях не проверили в достаточной степени качество лаков. Тут же было дано указание отправить две комиссии для расследования: на уральский завод лаков и красок и на серийный завод, производивший Яки». (Это касалось заводов № 166 в Омске, автосборочного завода № 6 и эвакуированных московских авиазаводов № 156 и № 81, а также авиамастерских ГВФ.)

«Проведённая работа оказалась ко времени. Буквально через два-три дня началось знаменитое сражение на Орловско-Курском направлении». Какое «совпадение» с дефектами у самолётов!

Мы видим, что этот вызов в Кремль двух специалистов НКАП произошел 3-го июня в 22.30, т. е. через несколько часов после выстрелов на Каменном мосту в наших «героев-подростков». Если бы не трагедия с сыном, то вместе с Яковлевым, должен был бы стоять и Шахурин.

Обратимся к книге Виталия Горбача «Авиация в Курской битве»: «Количество дефектных машин оказалось велико, составляя 358 единиц (100 Як-7/9, 97 Як-1, 27 Ла-5, 125 Ил-2 и 9 других машин других типов). В частности, на истребителях Ла-5 были отмечены массовые случаи отставания обшивки и срыва полотна с плоскостей центроплана в полете и на земле, а также коробление фанеры, трещины шпона обшивки фюзеляжа вследствие плохой просушки и оклейки», «к 10 июля в районе Курского выступа удалось отремонтировать 577 самолётов. Эта работа продолжалась и во время напряженных боевых действий, по мере поступления из запасных полков новых машин».

И далее: «Некачественная сборка и нарушение технологии на авиазаводах, использовавших недостаточно квалифицированную рабочую силу, приводили не только к снижению летных данных вновь выпущенных машин, но также к авариям и катастрофам… На многих штурмовиках и истребителях, выпущенных в январе – марте 1943 года, было обнаружено растрескивание и отставание обшивки, ставшие причиной нескольких катастроф и аварий в строевых частях. Причина крылась как в плохом качестве клея и лакокрасочных покрытий, так и порой в низком качестве используемой древесины»; «Благодаря экстренным мерам, принятым наркоматом, действительно удалось в течение двух-трех недель на многих сотнях самолётов укрепить обшивку крыла, полностью устранить опаснейший дефект, который в критический момент войны мог обречь нашу истребительную авиацию на бездействие и лишить воздушного прикрытия наши войска».

И вот – самое главное: «Все дефектные самолеты принадлежали сериям, выпущенным в феврале – марте 1943 года. Аналогичная ситуация сложилась во 2-й воздушной армии, где осмотр нескольких десятков машин выявил недостаточно прочное крепление обшивки к поверхности крыла у Як-1 и Як-7б, выпушенных в марте 1943 года. На ранее построенных истребителях подобных дефектов обнаружено не было». То есть под Курском готовилось поражение Красной Армии. Не потому ли началось расследование в 1946 г. против начальника главного управления заказов ВВС Селезнёва, главного инженера ВВС Репина, и члена военного совета ВВС Шиманова? (Также примеры вредительства я приводил в книге «Кто выиграл Вторую мировую войну?» (М.: Книжный мир», 2022).

29 мая 1953 года Шахурин был реабилитирован и освобождён, а 2 июня были возвращены все награды и звания. Обратите внимание: почти сразу после убийства Сталина. Умер он в 1975 году. Отсюда вывод: историю надо изучать, а не переписывать у «авторитетов».

«Оттепель»

В историю период правления Хрущёва вошёл под названием «оттепель». Это название закрепилось за эпохой после опубликования повести масона Ильи Эренбурга с таким названием (см. раздел «Хрущёв и его окружение – масоны»).

Кем был Эренбург? Этот человек в 30-е годы под видом журналиста ездил по Европе и выполнял секретные поручения. Сотрудничал с ЕАК, но никакие репрессии его не коснулись (а куда смотрел «антисемит Сталин»?) В своих статьях он славил великого Сталина (лауреат Сталинских премий 1942, 1948, 1951 гг.). И вдруг – почти сразу после убийства Сталина – в апреле 1954 года в журнале «Знамя» – он публикует повесть «Оттепель».

Что такое оттепель в природе? Это – ранняя весна, когда тает снег, уходит зима, расцветают первые цветы, оживает природа. По аналогии – политическая оттепель. То есть была суровая зима, всё было мертво, а теперь – лёд должен растаять, станет хорошо и весело. Подтекст был ясен: мол, при Сталине стоял лютый мороз, всё было плохо, а сейчас – растаял лёд сталинизма и т. д. Но ведь руку к созданию этого «льда» приложил и сам Эренбург!

Да, по такой логике в 90-е у нас наступило жаркое лето и все стали счастливы. Только вот лето наступило для 10 % населения, а остальные еле сводят концы с концами и вымирают по 1 млн в год.

Хрущёв и его окружение – масоны

Был ли масоном сам Хрущёв (Гасвицкий, Перлмуттер?)? Да, был. Доказательства, конечно, все косвенные; прямые если и будут, то лет через сто. Во-первых, масонское окружение Хрущёва. Не может быть такого, что «все в говне», а Никита «в белом». Не подходит и традиционное: «вождь не знал». Микоян писал: «Это был настоящий самородок, которого можно сравнить с неотёсанным, необработанным алмазом. При своём весьма ограниченном образовании он быстро схватывал, быстро учился. У него был характер лидера: настойчивость, упрямство в достижении цели и готовность идти против сложившихся стереотипов». Никаких намёков, всё сказано: Хрущёв был хорошим учеником, быстро учился. В роли учителя выступал, понятно, «вольный каменщик» Микоян. Он же обрабатывал «неотёсанный камень», как папа Карло – неотёсанное полено.

Энвер Ходжа писал: «Тито ставит Хрущёву ряд условий. Во-первых, Тито требовал, чтобы советская сторона сняла препятствия, способствовавшие разрыву 48-го года и, понятно, этим “мастер” из Белграда открыто требовал ревизии всей правильной линии, проводившейся Сталиным и Информбюро». И далее: «Подобное решение не могло быть принято Хрущёвым в одностороннем порядке. Остальные партии подчинились решению Хрущёва и желанию Тито, руководители этих партий съездили в Белград и поцеловали руку Тито, прося у него прощения»; «Лидеры этих партий один за другим совершали паломничество и поцеловали у него руку, принесли повинную голову и заявили ему, что он – “настоящий ленинец”, тогда как Сталин – “антиленинец, преступник, диктатор”» (см. подробнее книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”», гл. 4, раздел «Хрущёв и Тито»). Ясно, почему Хрущёв первым поехал «целовать руку» Тито.

Рассмотрим теперь его окружение. В 1976 г. в Стамбуле вышла книга «Масонство в мире и Турции». Её автор прикрылся псевдонимом «Хасан Джем». А в 1980 г., сразу после переворота генерала Эврена, остатки тиража книги были уничтожены. Есть в книге список и советских масонов:

Президиум ЦК: Каганович, Коротченко (с 1947 г. – Председатель СМ УССР, с 1954 г. – Председатель Президиума ВС УССР), Первухин (в 1957-59 гг. – министр среднего машиностроения (атомная промышленность), затем Председатель Госкомитета СССР по внешним связям), Пономаренко (с 1942 г. – начальник Центрального штаба партизанского движения, в 1952-53 гг. – зампред СМ СССР, затем – посол в разных странах), Сабуров (в 1949-56 гг. – Председатель Госплана), Шверник (Председатель ВЦСПС), Суслов (Секретарь ЦК).

Кандидаты в члены Президиума: Зверев (министр финансов), Юдин (философ, писал работы по научному коммунизму, т. е. вешал лапшу на уши).

Члены ЦК: Байбаков (Председатель Госплана с 1955 по 1985 г.), Ванников (замминистра среднего машиностроения), Кириленко (Первый секретарь ЦК КП Украины), Корнейчук (писатель Корней Чуковский), Митин (философ – марксист, т. е. также специалист по лапше), Круглов (министр МВД, вспомните его одну из главных ролей в убийстве Берии), Поспелов (Фогельсон, секретарь ЦК, редактор «Правды»).

Кандидаты в члены ЦК: Горшенин (министр юстиции), Даниялов, Двинский, Жимерин, Корниец, Лацис (Председатель СМ Латвии), Малик (замминистра иностранных дел, посол при ООН, в др. странах), Носенко (работник министерства иностранных дел – МИД, перебежчик), Райзер, К. Симонов (писатель), секретарь ЦК Н. Шаталин (родной дядя советника Горбачёва академика Станислава Шаталина).

А так же: Лихачёв (министр автомобильного транспорта), Горкин (секретарь Президиума ВС СССР), Александров (зав. отделом пропаганды ЦК), Эренбург (писатель и журналист), Громыко (министр МИД), Якобсон (Председатель Президиума ВС Эстонии), Кафтанов (Председатель Гостелерадио), Зейдин (пом. Председателя Верховного Суда), Фомин (министр госресурсов), Сидоров (директор издательства ЦК ВЛКСМ), Ромм (режиссёр), Штейн (ректор дипшколы при МИД), Варга (соратник Белы Куна, директор Института мирового хозяйства и мировой политики), Лозовский (директор Совинформбюро) и некоторые другие, всего около ста человек [90; с. 262–264 и 166; с. 82]. Список опровергнут не был.

Надо отметить и такого товарища, как Отто Вильгельмович Куусинен. Он, как и Микоян, был «серым кардиналом» при Хрущёве.

Он родился в 1881 г. в Финляндии, которая тогда была частью Российской империи. Окончил Гельсингфорсский университет, в 1904 г. вступил в Финскую социал-демократическую партию, с 1905 г. стал большевиком. В 1911-17 гг. был председателем исполкома Финской социал-демократической партии. Участвовал в революции 1905-07 годов, был одним из организаторов КП Финляндии и одним из руководителей Финской революции 1918 года. В 1921-39 гг. – член Президиума и Секретарь Коминтерна. В 1940-56 гг. – на руководящих постах в Карело-Финской ССР. С 1957 г. – Секретарь ЦК КПСС. Умер в 1964, похоронен в Кремлёвской стене.

Куусинен участвовал в Конгрессах ещё II Интернационала, неоднократно встречался с Лениным.

Был ли он масоном? Конечно, письменных документов нет и не будет. Но, исходя из политической ситуации начала века, можно сделать вывод, что Куусинен не мог не быть масоном. И вот почему.

Известно, что все руководители как II Интернационала, так и большевиков, были масонами. X Съезд партии и II Конгресс Коминтерна приняли резолюции, запрещающие состоять коммунистам в ложах. Но «вожди» остались масонами, в том числе и Куусинен – иначе его бы просто не назначили руководить новой республикой.

Академик Георгий Арбатов писал: «О. В. Куусинен был прекрасным учителем (А Хрущёв, Андропов и Арбатов – учениками? – Л.С.). Вопреки возрасту, это был человек со светлой памятью, открытым для нового умом, тогда очень непривычными для нас гибкостью мысли, готовностью к смелому поиску… При общении с ним всё становились чуточку умнее – в присутствии сильного интеллекта, взаимодействуя с ним, сам невольно мобилизуешь свои резервы и возможности… И ещё одно открытие, которое ожидало каждого, кто работал с Куусиненом, – новое представление о политике, новое для нас, чьи умы были притуплены долгими годами сталинизма. В общении с этим человеком открывалось понимание политики как сложного творческого процесса, сочетающего ясное представление о цели с постоянно выверяемым (С кем? – А.С.) поиском методов и средств, стратегию с тактикой, науку с искусством (поясняя последнее, Куусинен точно замечал: «В политике нужно не только знать, но и уметь»). Словом то, о чём мы иногда читали, но воспринимали как теоретическую абстракцию, в разговорах с Куусиненом обретало плоть.

Куусинен был носителем очень хороших, но ставших для нас к тому времени далёкими, традиций европейского рабочего движения, ранней социал-демократии, зрелого ленинизма, лучших периодов Коминтерна» [256; с. 32].

Итак, Куусинен олицетворял «лучшие периоды социал-демократии и Коминтерна». В переводе с «арбатского иврита» на русский – это период 20-30-х годов, период «разрушения старого мира» масонами. А «традиции социал-демократии» – это масонские традиции, идущие ещё от «Высшей Римской венты» и Маркса. Это же относится и к «новым представлениям о политике». Видимо, Куусинен рассказывал о том, о чём не писали в учебниках.

По воспоминаниям его жены Айно Куусинен, Отто похвалялся, что «за свою жизнь менял шкуру, как змея, семь раз». «Это был политик, теоретик, работа его проходила за кулисами», – писала Айно.

В 1957 г. он был одним из редакторов нового учебника «Основы марксизма-ленинизма», который писался по поручению XX съезда. Именно он заменил понятие «государство диктатуры пролетариата» понятием «общенародное государство». Куусинену, в числе прочих, помогали Г. Арбатов и Ф. Бурлацкий.

Он также «вывел» и Андропова – см. в главе 6 «Андроповский детектив».

Итак, мы видим, что после убийства Сталина к власти в стране пришли масоны, которые начали проводить политику, направленную на разрушение страны.

Но – какие масоны? И здесь надо обратиться к Пастернаку. Напомню: отвечая на вопрос профессора Бельгийского университета А. Демана, Пастернак писал 9 апреля 1959 года: «Ни в каких новых ложах я не принимал никакого участия». Значит, по логике, он принимал участие в ложах «старых»? Что обозначает это деление? Сам Пастернак не конкретизирует, так как, видимо, Деман был в курсе дел и не нуждался в расшифровке, с. Буров предполагает, что «старые» – это ложи до 1917 года. Нет, так как и в 1930-е годы Пастернак был масоном. В свете всего вышеизложенного можно сделать вывод, что под «новыми» ложами следует понимать ложи, возникшие после убийства Сталина. А также ложи, возникшие после войны втайне от Сталина. В них писатель «не принимал никакого участия»³ (см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”», гл. 3, раздел «Что это значит?»).

В книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе» я приводил известные слова Сталина из выступления в железнодорожных мастерских Тифлиса 8 июня 1926 года.

А к какому направлению масонства принадлежали Пастернаки – отец и сын? К розенкрейцерам. Это следует из того, что он почти цитирует Блока, да и Сталину (розенкрейцеру?) посвящает стихотворение, пишет ему письма со смыслом – см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”», гл. 3, раздел «Что это значит?».

Розенкрейцерству поэта есть и ещё два подтверждения.

Незадолго до смерти Сталина он написал стихотворение «Дурные дни» (1949), в котором есть такие слова:

И тёмными силами храма
Он отдан подонкам на суд,
И с пылкостью тою же самой,
Как славили прежде, клянут.

Какой храм имел в виду? «Тёмными силами храма» он называл рыцарей Ордена Храма, от которых, по легенде, произошло масонство. Они же – «строители Храма Соломона».

В свете всего вышеизложенного можно сделать вывод, что под «новыми» ложами следует понимать ложи, возникшие после убийства Сталина. А также ложи, возникшие после войны втайне от Сталина. В них писатель «не принимал никакого участия». Следовательно, он принимал участие в «старых». Эти «старые» ложи после убийства Сталина, скорее всего, не были ликвидированы, но их члены были отодвинуты на задний план. Как видно из дальнейших событий, Пастернак не смирился с тем, что оказался, фигурально выражаясь, «в Переделкино». В этом свете следует рассматривать и конфликт Пастернака с Хрущёвым. Далее я буду говорить о его романе.

Не исключено, что здесь мы видим некий конфликт между масонскими направлениями, хотя, конечно, последней каплей было решение Сталина отказаться от доллара.

Сталин был розенкрейцером [76; с. 678]. А, например, существовавший в 20-30-е годы «Орден Света» (отделение «Ордена тамплиеров») во главе с А. Карелиным (ум. в 1926 г.) был ликвидирован. Многие из его членов умерли либо были расстреляны или арестованы.

Троцкий же имел 97-ю степень ордена «Мемфис-Мицраим» [39; с. 52]. Так же он состоял во французской ложе «Ар э травай» («Искусство и труд»), был связан и с «Великим Востоком Франции» [76; с. 51].

Рузвельт был масоном 32-й степени, рыцарем-тамплиером [76; с. 678].

Николас Хаггер пишет, что у ротшильдовского «Совета Пяти» есть конкурент – Орден Храма (Орден тамплиеров), его возглавляет рокфеллеровский «Совет Девяти» («Тайное братство» или «Совет Мудрецов») [76; с. 727]. Микоян и Хрущёв в США так же встречались именно с Дэвидом Рокфеллером, будущим основателем Трёхсторонней комиссии.

Видимо, эти ложи Пастернак и назвал «новыми». (Позже в «рокфеллеровский» «Совет Девяти» войдут Дж. Буш-старший, Киссинджер и Горбачёв) [76; с. 727].

Что же касается «списка Джема», то в нём, видимо, указаны просто «масоны», без деления на направления.

В начале 60-х, Хрущёв получил от «Великого Востока Франции» предложение официально разрешить создание лож. Хрущёв отверг это предложение, сказав: «Я не хочу запускать вшей под рубашку» [90; с. 264]. Видимо, Хрущёву хватало «своих».

Под разными вывесками начинают действовать кружки, близкие к масонским. В конце 50-х возрождаются т. н. «никитинские субботники». Основателями этих субботников ещё в 1914 г. стали присяжный поверенный масон А. Никитин (министр МВД во Временном правительстве) и его жена писательница Е. Никитина. После революции в субботниках участвовали Луначарский («Великий Восток Франции»), Зубакин (глава российских розенкрейцеров) и др. В 20-х Никитин был расстрелян (или уехал под видом «расстрела»?) и «субботники» были вынуждены прекратить свою деятельность и уйти в подполье. Но сейчас цель у них была иная – привлечь молодёжь и воспитать её в масонском духе. Салоны эти проходили в Газетном переулке, в них участвовали «властители дум» 60-х, такие как «писатели» Борис Абрамович Слуцкий, Владимир Моисеевич Луговой, критик Нея Марковна Зоркая [320; с. 47].

В 1994 г. журналу «Молодая гвардия» дал интервью мастер Кемеровской ложи. Он, в частности, сказал, что при Сталине масоны «были почти полностью уничтожены (Подчёркиваю: «почти». – А. С.). А уже после его смерти масонство стало возрождаться и истоки его возрождения следует искать в МГУ. Мало кто знает, что когда здание на Ленинских горах только строилось, то уже тогда в его архитектуру были введены элементы масонского символизма. И сегодня (1994) там проходят заседания московской ложи» [238; с. 109]. (Новое здание МГУ построено в 1949–1953 гг. по проекту архитектора Бориса Михайловича Иофана (родился в Одессе в еврейской семье). Он построил Дом на набережной и проектировал Дворец Советов.)

Иофан, отбыв военную службу, отправился в Петербург, где работал помощником у ряда известных архитекторов и своего брата Дмитрия. Последний и подтолкнул его к дальнейшему обучению в Италии, спонсировав все сопутствовавшие расходы. Так в 1914 г. Иофан оказался в Италии, в которой пробыл 10 лет. Учился в Римском институте изящных искусств у архитектора Армандо Бразини, окончил институт в 1916 г. Его жена Ольга Сассо-Руффо – дочь итальянского герцога и русской княжны. Были членами КП Италии.

В 1924 г. в Италию на лечение после перенесённого инсульта приехал председатель Совнаркома Алексей Рыков с женой (хороший фон для его выступлений в Москве). По его приглашению, в 1924 г. Борис Иофан вернулся в Россию уже опытным мастером – видимо, «мастером» во всех смыслах. Поэтому первой большой работой был правительственный санаторий в Барвихе в 1929 году. Бесспорно, об этих «архитектурных излишествах» знали Сталин и Молотов.

На этих «дрожжах» возникло новое духовное движение-т. н. шестидесятничество. Шестидесятники апеллировали к, как они говорили, «лучшим годам, золотой эре» советской власти – двадцатым годам, когда антирусский погром был в самом разгаре. Стали сниматься фильмы, в которых революционное время представало как нечто романтическое. Писались романы на революционные темы. Окуджава пел «ностальгические» песни. Шестидесятники должны были возродить «великий план», который был «запорот».

Наблюдая в СССР хозяйственно-экономическую неразбериху, читая какие-то идиотские «постановления» об «укреплении и усилении» и в то же время видя, как всё делается с точностью до наоборот, сплошной дефицит и бардак, мы все задумывались над вопросом: неужели «там», в Кремле, сидят полные идиоты и ничего не видят и не слышат? Многих из нас заставили уверовать в то, что «у нас, в России, правят дураки». Пущенная в шестидесятые и семидесятые годы легенда о «стране дураков» быстро стала популярной. Но всё шло по плану.

Интересен и такой факт. В 1956 г. в Калужской области, недалеко от Москвы, был основан город Обнинск. Город строился как один из наукоградов, окружающих столицу, там была построена АЭС (кстати, ранее самого города), много НИИ.

Как известно, большевики переименовывали старые города в честь выдающихся революционеров, а новые называли «соответствующими» именами. Только вот что это были за имена? Новый город был назван в честь Виктора Петровича Обнинского. Кем он был?

Обнинский родился в 1867 г. в селе Белкино под Малоярославцем (сегодня там и находится Обнинск), из дворян, был депутатом Государственной Думы, кадетом. Но большевиком он никогда не был. Однако был видным масоном. Написал книгу со странным названием.

В начале 1910-х германским издательством “Eberhard Frowein Verlag” была выпущена книга под русским названием «Последній Самодержецъ. Очеркъ жизни и царствованія императора Россіи Николая II-го». Текст написан в жанре популярного повествования о истории России с конца царствования императора Александра III до 1912-го года, с добавлением личных характеристик (в подавляющем большинстве крайне негативных, кроме лево-радикальных деятелей Думы) всех тогдашних государственных и политических деятелей России; книга не содержит каких-либо указаний на источники сведений или суждений и представляет компиляцию политических сплетен, анекдотов и лозунгов либерально-демократической – т. е. масонской – среды того времени. Книга была издана без указания автора или года; её текст был переиздан в Петрограде в 1917 г. несколькими выпусками с указанием автора Обнинского, с аннотацией на 2-й странице обложки «Книга эта была издана в 1913 году».

Книга с пророческим названием содержала слухи и сплетни, в том числе о Распутине и о царице-немке. Сам собой напрашивается вопрос: откуда Обнинский знал, что Николай – последний император? Не «последний» в смысле «по времени»…

В феврале 1916 г. был избран в ЦК партии кадетов, а 21 марта покончил жизнь самоубийством; в предсмертных письмах писал о тяжёлом душевном состоянии.

Несколько лет назад одна из обнинских газет опубликовала сделанный с вертолёта снимок «обкомовского» жилого района. На нём видно, что жилые дома в нём чётко выстраиваются в число 666 [ «Московские ворота». – 2005. – № 22]. Может, это случайность? Но «верные ленинцы» просто так города не называли.

Возможно, некоторые читатели скажут: ерунда, не может такого быть. Это, к сожалению, так. Вспомните: перед Февралём 17-го публиковались списки масонов, входивших в думские фракции. Тогда тоже говорили, что эти списки – плод больного воображения «черносотенцев»… А сегодня людей, упоминаемых в этих списках, открыто называют масонами. И, более того, сегодня невозможно представить себе действия этих людей вне связи с масонством. Рассекречено много документов, доказывающих их принадлежность к масонству. И я не сомневаюсь, что в будущем сведения, содержащиеся в списке Джема и др. источниках, подтвердятся.

В 1961 г. на Ангаре была построена Братская ГЭС и заложен город Братск. Я не имею ничего против ГЭС, но довольно странное название…

Не забыл Хрущёв и своих «братьев» в Восточной Европе. Как я говорил, в 1945 г. советскими войсками были вывезены трофейные документы масонских лож, которые собрал Гитлер (после запрещения лож). На их основе был создан Особый архив. И в 1957 г., по личной просьбе руководителя ГДР Вальтера Ульбрихта, из архива были переданы сотни документов немецких лож. Как тут не вспомнить циркуль на гербе «первого на немецкой земле рабочего государства»?!

В 1961-63 гг. чехам был передан архив «Великой ложи Чехословакии» и чешского отделения ордена «Бнай-Брит» [192; с. 46].

В 1958 г., принимая итальянскую делегацию, Хрущёв прервал беседу с двумя министрами и подошёл к президенту ФИАТа – масону и одному из основателей Бильдербергского клуба Джованни Аньелли: «Вот с вами я хочу говорить. Эти клоуны исчезнут, а вы будете всегда. Вы – настоящая власть» [90; с. 265].

В 1960 г. был сбит американский самолёт-шпион У-2. Казалось, более-менее нормальные отношения испортились навсегда, завтра война… Но нет. Эйзенхауэр сказал: «Лично я с Советами говорить не могу, но кто-то другой из наших говорить с ними должен». То есть: я продолжаю «для народа» играть в «холодную войну». В Москве, видимо, решили так же. И тогда состоялась встреча на нейтральной территории Дартмутского колледжа в штате Нью-Гемпшир. Впоследствии эти «Дартмутские встречи» (известные так же как «встречи Восток – Запад») проводились до 1991-го года. В самый разгар «холодной войны»!

С американской стороны наиболее известными их участниками были Норман Казинс, миллиардеры Сайрус Итон и Дэвид Рокфеллер, а с советской – Георгий Арбатов и Евгений Примаков. Принимали в них участие Збигнев Бжезинский, Генри Киссинджер, Роберт Макнамара, Дэвид Рокфек-ллер, директор ЦРУ Джордж Буш.

С. Итон, в знак признания его вклада во «взаимопонимание», получил в подарок от Хрущёва тройку лошадей [175; с. 106].

Эти встречи проходили поочерёдно в США и в СССР. Всего их было 17. Первая была в Дартмутском колледже в 1960 году. Я отмечу только те, которые проводились в СССР: Дартмут II – Нижняя Ореанда, май 1961 года; Дартмут IV – Ленинград, июль 1964 года; Дартмут VI – Киев, июль 1971 года; Дартмут VIII – Тбилиси, апрель 1974 года; Дартмут IX-Москва, июнь 1975 года; Дартмут XI – Юрмала, июль 1977 года; Дартмут XIII-Москва, ноябрь 1981 года; Дартмут XV – Баку, май 1986 года; Дартмут XVII – Ленинград, июль 1990 года. (В 2014 г. эти встречи возобновились.) Ясно, что советским людям о них не сообщали.

О чём говорили на этих встречах? Это, конечно, неизвестно, но их результатом была политика Горбачёва и развал СССР.

В июле 1964 года Рокфеллер, по приглашению Хрущёва, приехал в Москву. Он сказал: «Хрущёву нужны более долгосрочные и большие кредиты от США» [243; с. 88]. Зачем? Ведь любой кредит – это кабала. Этот визит имел и другие последствия для Хрущёва, о чём ниже.

Эти действия советского руководства свидетельствуют о тесной его связи с мировым масонством. Это к вопросу о «противниках» в «холодной войне».

«Мирное сосуществование» и «конвергенция»: идеологический туман для прикрытия реставрации капитализма

XX съезд КПСС, наряду с «развенчанием культа личности», решил, что фатальной неизбежности войны между капиталистическими и социалистическими странами нет. Хотя Ленин говорил, что мирное сосуществование с капитализмом есть только мирная передышка для восстановления хозяйства и сбора сил.

1956 год стал отправной точкой реставрации капитализма в СССР изнутри. Эта реставрация прошла через два этапа. Сначала нужно было сменить надстройку, т. е. руководящие идеи и принципы (ревизия марксизма и отмена лозунга диктатуры пролетариата). А затем стали постепенно заменять и экономический базис – преобразовывать социалистическую экономику в капиталистическую.

Что такое «мирное сосуществование государств с различным общественным строем»? Вроде, идея хорошая… Эта идея была предложена Хрущёвым. Сам он до неё додуматься не мог, следовательно, она была подсказана «идеологами» – Поспеловым и Сусловым. Явно с подачи Запада. Вспомним, Фогельсон был тесно связан с США. Мол, чтобы инициатива исходила от Советского Союза. В чём был смысл этой поистине гениальной идеи? Фактически хрущёвцы предлагали перестать спорить из-за идей, доказывать преимущества социализма. «По умолчанию», они признавали негодность социалистической идеи и идеологическую победу Запада. Что ж, логичный шаг после капитуляции в Лондоне и Женеве (см. книгу «Убийство Сталина и начало “Холодной войны”, главу 3, раздел «Капитуляция Советского правительства в “Холодной войне”. Визиты в Великобританию, Швейцарию и США»). Это был ещё один шаг к развалу СССР.

Зачем же Запад предложил эти теории «конвергенции» и «мирного сосуществования»? Ясно, почему: Запад воевать не хотел, это дорого и убыточно, во время войны гибнут люди и разрушаются материальные ценности. После войны Сталин создал систему, которую извне разрушить было нельзя. Но можно было разрушить путём прямого предательства верхов. Зачем Западу идти на нас войной, когда «козлы – провокаторы» сделают всё своими руками? Более того, авторы теории «конвергенции» как бы говорили руководителям партии: примите эту теорию – и заживёте хорошо и беззаботно.

Начало воровства

В принципе, в России воровали и до Хрущёва. Но, как говорится, всё зависит от масштабов. До 1954 г. секретари обкомов и председатели Советов и исполкомов контролировались аппаратом уполномоченных Госплана СССР, назначаемых постановлениями СМ СССР за подписью Предсовмина Сталина. Так же за их деятельностью осуществляло контроль НКВД – МГБ. При такой системе контроля было практически невозможно возникновение подпольных предприятий и, следовательно, теневой экономики. Данные о взятках тут же поступали в соответствующие органы. Я, конечно, не хочу сказать, что взяток вообще не брали, но системы коррупции не было.

Для того чтобы получить большинство в ЦК, состоящем, в основном, из секретарей обкомов, Хрущёв пообещал упразднение контроля за их деятельностью.

Ведь именно Первым секретарям Хрущёв обязан своим возвышением. Напомню, 5 июля 1952 года Политбюро (по инициативе Сталина) приняло постановление о снижении зарплат ответственным работникам, а в мае 1953 года Совмин под председательством Маленкова принял постановление об упразднении доплат в конвертах для Первых секретарей. Понятно, что они этим были недовольны. Но в августе секретарь ЦК Хрущёв (который, согласно решениям пленума ЦК от 5 марта 1953 года, ведал партийными делами) заплатил долги из партийной кассы за три месяца Первым секретарям и увеличил премиальные (в конвертах). А перед сентябрьским (1953) пленумом восстановил в полном объёме упразднённые Сталиным и Маленковым привилегии. Интересно, знал ли об этих действиях Хрущёва Маленков? Судя по всему, нет.

Так Хрущёв заручился поддержкой партноменклатуры. И на сентябрьском пленуме они, из благодарности, единодушно избрали Хрущёва Первым секретарём. Предложил его на этот пост Маленков, но, видимо, не ожидал такого единодушия. Конечно, он ведь не знал, почему…

Отстранив Маленкова, Хрущёв стал единоличным правителем. Он обеспечил свободу слою высшей номенклатуры – абсолютно паразитарному партийному аппарату, который не выполнял абсолютно никакой положительной роли в жизни страны – а лишь «руководил» и давал «ценные указания», типа «есть мнение…».

Упразднение контроля над обкомами, безграничная власть первых секретарей создали благоприятные условия для развития блата, местничества, круговой поруки, сращивания преступности и власти и возникновения теневой экономики. Увеличилось количество хищений, взяточничества. Расцвет же этой вседозволенности пришёлся на годы «застоя».

Из Конституции Хрущёв изымает 131-ю статью, гласящую: «Каждый гражданин СССР обязан беречь и укреплять общественную социалистическую собственность, как основу советского строя… Лица, покусившиеся на общественную собственность, являются врагами народа».

И буквально через несколько лет эта либерализация в отношении секретарей обкомов привела к плачевным результатам. Например, двухлетняя выручка от нефтяного экспорта пропала без следа. Выяснилось, что деньги были положены на подставное лицо в швейцарский банк. Начались аресты «стрелочников», которые мало что знали – начальников главков и их замов. Но Хрущёв решил добраться до «шишек». Он провёл через Верховный Совет закон о смертной казни за хищения и получение взяток в особо крупных размерах. Этот закон развязал языки арестованным и они дали показания, которые привели к самоубийствам (либо убийствам с целью заметания следов, что более правдоподобно) первых секретарей Рязанского, Кемеровского и Ростовского обкомов. Работники прокуратуры выгребали из личных сейфов, замурованных в стены шикарных особняков, пачки долларов, золотые слитки, алмазы, чековые книжки крупнейших банков мира, иностранные паспорта. В «деле» были замешаны Брежнев, Подгорный, Шелест, Кириченко, и много нижестоящих чиновников [113; с. 176].

Хрущёв отменил для магазинов ассортиментный минимум – обязательный перечень товаров, которые должны быть в магазине. Результат: торговать дешёвым товаром стало невыгодно, особенно по госценам. Это был мощный стимул к развитию чёрного рынка. А из магазинов стало исчезать и то немногое, что там было.

Отцом губительной для страны коррупции стал «дорогой Никита Сергеевич». Во времена «оттепели» началось срастание власти и организованной преступности, т. е. началось образование мафии. Например, писатель Э. Хруцкий в ежемесячнике «Совершенно секретно» (2003, № 2), писал: «Фестиваль молодёжи и студентов прошёл на редкость благополучно. Почему? Руководство МУРа, собрав всех московских воров в законе, державших Москву, серьёзно предупредило их – если что, пеняйте на себя. Во время фестиваля преступность была почти нулевой, блатари отыгрались позднее… Уже в то время в Москве расцветал рэкет. Когда я после увольнения из армии остался без работы, мне предложили занятие за большие деньги – 3,5 тыс. рублей (министр тогда получал 5 тыс.). Нужно было грузить товар и выбивать долги. Назывались эти люди тогда отбойщиками. Я отказался… Расцветал и такой бизнес – начали воровать детей, пока не отдашь долг. Но долги были не личные. Например, ты получил партию левого хлопка. Открываешь подпольные цеха – отсюда и слово “цеховики”. Случались и заказные убийства… А на страницах газет появлялись материалы, в которых рассказывалось о борьбе хорошего с лучшим. Бесспорно, масштабы были не те, в отличие от “застоя” и “перестройки”. Но начало было положено. Но что удивительно: вся милиция всё знала, все имена воров, всё. И, вместо того, чтобы арестовывать, их предупреждала».

В середине 60-х годов сформировались кланы, напоминающие средневековые феодальные, появились союзы подпольных миллионеров, дельцов теневой экономики.

В одной из передач А. Караулова «Момент истины» в конце 2002 года, один руководитель областного УВД говорил: мы всех воров и воров – чиновников знаем, но у нас, во-первых, мало доказательств, но, главное, нет политической воли Москвы по наведению порядка. Значит, такое срастание власти и бизнеса выгодно власти. (Для примера: в Туркмении у Ниязова тоже не было доказательств, что данные люди – воры. Но об этом все знали. Тогда эти несколько десятков человек были арестованы и расстреляны. А остальные уехали в Россию).

Развал сельского хозяйства. Освоение целины – диверсия

Вопрос расширения сельхозплощадей за счёт распашки степей Оренуржья и Казахстана встал сразу после войны: пол-России и вся Украина лежали в руинах и сельхозпродуктов, понятно, не хватало.

В 1946-47 годах ряду сельскохозяйственных НИИ было поручено выработать предложения по повышению урожайности. В конце 1946 года была создана межведомственная комиссия по контролю за выполнением данного поручения под руководством академиков Лысенко и Немчинова. Комиссия работала до марта 1954 года. Пленум ЦК признал её работу неудовлетворительной, так как комиссия отрицательно отнеслась к инициативе Хрущёва по освоению целины.

Выдвинули идею ускоренного освоения целины учёные Шмальгаузен, Завадовский и Жуковский и «заразили» ею Хрущёва. Ранее, на пленуме в июле 1953 года, они уже выступали со своей идеей, но получили отпор со стороны Молотова, Маленкова, Ворошилова и Андреева (которому непосредственно подчинялась комиссия Лысенко).

В представленных комиссией докладах, говорилось, что распашка под пашню примерно 40 млн га целинных земель, существенно отличающихся по своим свойствам от сельхозугодий в центре страны, приведёт к постепенной и неподдающейся предотвращению деформации и эрозии этих земель, к изменению экологической ситуации и, соответственно, к резкому увеличению затрат на поддержание плодородия целины. Лысенко подчёркивал, что эффект от целины будет в течение 2–3 лет. А затем, с помощью химических средств, можно лишь поддерживать урожайность, но не увеличивать её. В виду особенностей климата и почв, средняя урожайность там будет в 2–3 раза ниже, чем в европейской части страны. Искусственное же поднятие урожайности за счёт химикатов приведёт к загрязнению и засолению почв, к эрозии. Это приведёт к ликвидации животноводства в районе от Волги до Алтая. В первые 5–6 лет плодородный слой (гумус) на целине сократится на 10–15 %, а в дальнейшем достигнет 35 % от «доцелинного» уровня. Потом песчаные бури станут обычным явлением.

Было рекомендовано вкладывать больше средств в развитие традиционных сельхозрайонов в центре России. Поэтому 20 октября 1948 года было принято совместное постановление СМ СССР и ЦК «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР».

В соответствии с этим документом предстояло в 1948— 65 гг. создать лесополосы общей протяженностью около 5400 км, чтобы навсегда преградить дорогу суховеям и эрозии почв на площади 120 млн га, равной территориям Великобритании, Франции, Италии, Бельгии и Нидерландов вместе взятых. Центральное место в этом плане занимали полезащитное лесоразведение и орошение, причём с максимальным использованием (а не осушением!) водоресурсов лесных территорий – озёр, болот и т. п. А затем, в 1963-69 гг., то же планировалось в ряде районов Казахстана и Средней Азии.

Только за 1948-53-й годы, благодаря реализации упомянутого плана, в Европейском регионе СССР продуктивность сельхозрастениеводства повысилась почти на треть; продуктивность же почв увеличилась в том же регионе примерно на 40 %. В то же самое время объём почвенной эрозии сократился в этом регионе более чем на 20 %. Проведена посадка лесополос площадью 1,4 млн га, а количество оросительных каналов и водохранилищ выросло в 2,5 раза по сравнению с 47-м годом. В регионах, охваченных этими мерами, урожайность сельского хозяйства и продуктивность животноводства к 58-му году выросли более чем в 2 раза по сравнению с 48-м годом. Обращает на себя внимание, что озеленялись, прежде всего, исконно русские и украинские области. То есть на первый план выходило развитие сельского хозяйства Центральной России. А Средняя Азия и Казахстан рассматривались в качестве вспомогательных зерновых баз СССР.

Но уже с мая 1953 года реализация сельхозреформы была прекращена. Почему? Из всего вышесказанного о Хрущёве и его окружении можно сделать вывод, что он и его соратники действовали по согласованию с Западом. Это сегодня только и пишут: Никита – дурачок, «хрущёвская слякоть», целина – не продуманная политика… Мол, это он придумал…

Газета «Видновские новости» (2013, № 72) опубликовала рассказ невестки Лысенко Александры Фёдоровны (работала учительницей школы в Горках Ленинских): «После войны нашей стране нужен был хлеб, и Сталин обратил пристальное внимание на целину. Однажды президенту ВАСХНИЛ, академику Т.Д. Лысенко сообщили, что с ним хочет обсудить вопрос освоения целины Сталин. Лысенко хорошо знал Сибирь и Северный Казахстан, так как ему в начале войны пришлось решать там ряд проблем: спасать урожай, организовывать посев озимой ржи по стерне. Поэтому он достоверно знал природные условия целинного края: климат, почвы, растительность, занятия местных людей, о чём уже рассказывал в Кремле Сталину, а также о попытках освоения целины в царское время. Во время встречи они говорили о трудностях земледелия из-за суровых малоснежных зим и засушливого лета, о недостаточном количестве осадков, что в дальнейшем могло превратить эти земли в пустыню, о необходимости лесопосадок. Лысенко, перечисляя трудности земледелия, говорил о том, что освоение целины обеспечит хороший урожай только в течение трёх лет. Потом начнутся чёрные бури и суховеи, которые подхватят верхний слой почвы вместе с семенами и унесут их на сотни километров. Овёс под влиянием новых условий жизни породит сорняк овсюг, который непригоден даже на корм скоту. Произойдёт и биологическое засорение пшеницы: в колосе твёрдой пшеницы появятся зёрна мягкой, и семена на целину придётся завозить из других мест. Речь шла и о том, что на целине нет дорог, зернохранилищ, жилья для тех, кто приедет туда работать, воды. А нарушение традиционного занятия местного населения скотоводством приведёт к сокращению производства мяса в стране.

Беседа переключилась от вопроса экстенсивного развития сельского хозяйства – увеличения производства зерна за счёт распашки новых земель – к интенсивному его развитию за счёт электрификации, химизации, механизации сельхозпроизводства, мелиорации земель. Всё это требовало специализации хозяйств, создания межколхозных предприятий по переработке продукции, выведению высокоурожайных сортов культур, высокопродуктивных видов скота. Таков должен быть путь развития нашего сельского хозяйства, особенно в Европейской части страны, убеждал учёный. В конце беседы Сталин на освоение целины махнул рукой (в буквальном смысле)».

Н. Хрущёв в воспоминаниях пишет: «Сталин был категорически против, запрещая производить дополнительную распашку земель и вводить их в севооборот. Возможно, он хотел сосредоточить внимание на культуре земледелия, обеспечить производство зерна за счёт роста урожайности, более интенсивного ведения хозяйства. Это правильный путь, но сложный, трудоёмкий… В стране существовала возможность расширения посевных площадей за счёт распашки целинных земель, но этого не делалось…» Это сделал он. Спустя несколько месяцев после смерти Сталина Хрущёв ставит на обсуждение сельскохозяйственных специалистов вопрос об освоении целинных и залежных земель Южного Урала, Западной Сибири и Северного Казахстана. Спор был жарким. Лысенко повторил то, что сказал Сталину о целине. Он доказывал, что средства надо вкладывать в Нечерноземье Европейской части страны и организовывать там интенсивное ведение сельского хозяйства.

Несмотря ни на что, 21 января 1954 года было принято постановление Президиума ЦК КПСС «Об обеспечении зерном страны и подъёме целинных земель». Предполагалось получить 10 центнеров зерна с гектара (на посев уходит 2–3 центнера).

Освоение целинных и залежных земель в 1954 г. началось без всякой подготовки: без дорог, зернохранилищ, без квалифицированных кадров, жилья, ремонтной базы для техники. На целину отправляли все производимые в стране тракторы и комбайны, студентов на время летних каникул, механизаторов в сезонные командировки. Природные условия степей не принимались во внимание, не были разработаны щадящие условия обработки почв, не учитывались песчаные бури и суховеи. Сорта зерновых были не приспособлены к целинным районам. Авралы и штурмовщина приводили к неразберихе.

А как жили приехавшие? Буквально в чистом поле в палатках, ибо никакой инфраструктуры не было. Всё делали одновременно: и дороги строили, и дома, и хлеб сеяли. Много уехало назад.

Освоение целинных земель превратили в очередную кампанию, якобы, способную быстро решить продовольственную проблему. За 1954–1961 годы в целину было вложено 20 процентов всех средств, выделенных для сельского хозяйства СССР. Из-за этого аграрное развитие традиционных сельскохозяйственных районов земледелия прекратилось. На целине предполагалось за первые два года распахать 13 млн га, а распахали 33 млн га и создали 425 зерновых совхозов. Земли целины в первые 2–3 года давали сверхвысокие урожаи, но скоро урожайность стала падать, и в неурожайные годы не могли собрать даже посевной фонд. Произошло то, о чём предупреждал Лысенко, – начались страшные пыльные бури, почва выветривалась, в воздух поднимались тучи земли.

О неподготовленности к освоению целины говорит содержание постановлений ЦК КПСС и СМ СССР. С 22 января 1954 года по 19 января 1984 года их было 67. Назову некоторые из них: о переселении людей (особенно молодёжи), об улучшении торговли и питания, о медицинском и культурно-бытовом обслуживании, о строительстве жилья и зернохранилищ, об уборке урожая и вспашке зяби, о сохранности зерна, о завозе скота и развитии животноводства, о шефстве над целинными совхозами.

Лысенко говорил: «Люди же не дураки, что испокон веков занимались там скотоводством. Нужно было вкладывать деньги в Нечерноземье страны, в интенсивное сельское хозяйство, как это делают на Западе».

Предтечей целинной эпопеи стали две докладные записки на имя Хрущёва. Первую, «Об увеличении производства зерна за счёт распашки новых земель», 30 ноября 1953 года направил заместитель председателя Совмина РСФСР и министр сельского хозяйства РСФСР П. Лобанов. В ней указывалось, что в колхозах республики есть 57,6 млн га, пригодных для освоения земель, из которых наиболее удобные для освоения 38 млн га находятся в Поволжье, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, где уже в 1954-55 годах можно распахать и засеять 5 миллионов гектаров.

Вторую записку, «Об увеличении производства зерна в колхозах путём распашки перелогов, залежей, целинных земель, малопродуктивных лугов и пастбищ под расширение посевных площадей зерновых культур», направил 4 декабря 1953 года министр сельского хозяйства СССР И. Бенедиктов. Он связал зерновой дефицит с низкой урожайностью и сокращением посевных площадей в пользу пастбищ. Он предложил расширить посевы зерновых, а также кормовых трав, за счёт освоения 30 млн га нераспаханных земель. Обратите внимание, эти записки появились после смерти Сталина – понятно, почему.

22 января 1954 года Хрущёв направил в Президиум ЦК собственную докладную записку, «Пути решения зерновой проблемы», приложив к ней два предыдущих документа, а также записки заместителя председателя Госплана СССР С. Демидова, министра заготовок СССР Л. Корниеца, министров совхозов СССР и РСФСР А. Козлова и Т. Юркина, первого заместителя министра сельского хозяйства СССР В. Мацкевича, президента ВАСХНИЛ Т. Лысенко и проект постановления по данному вопросу, в котором предложил гораздо более жёсткие планы освоения целины. Всего за 2 года он предложил освоить 13 млн га и получить с них 18–19 млн тонн зерна при урожайности 14–15 центнеров с гектара, в том числе товарного – 13–14 млн тонн.

Кто все эти люди? Конечно, их официальные биографии не скажут об этом. Они действительно думали, что целина – это спасение для страны или сознательно хотели добить разорённую войной русскую деревню? Эти люди знали и о позиции Сталина (особенно Бенедиктов), и о позиции ВАСХНИЛ… Значит, они сознательно вредили. А как иначе объяснить их действия?

Ведь зерно в таком объёме было не нужно, да его и негде было хранить. Не было таких элеваторов ни в стране, ни в Казахстане. Результат: очень много зерна сгнило на полях, на железнодорожных станциях, вдоль дорог (ссыпалось с грузовиков), около элеваторов… Гибель значительной части урожая первых лет была спланирована заранее, когда начали засевать зерновыми огромные территории, не создав предварительно инфраструктуру для хранения и переработки. Цель – развалить сельское хозяйство России и Украины.

25 января 1954 года вопрос рассматривался на Президиуме ЦК, где Маленков, Молотов и Ворошилов предложили направить ресурсы в восстановление старопахотных земель РСФСР, однако освоение целины получило поддержку большинства и было вынесено на рассмотрение Пленума ЦК.

И февральско-мартовский 1954 года Пленум ЦК принял постановление «О дальнейшем увеличении производства зерна в стране и об освоении целинных и залежных земель». Госпланом было намечено распахать в Казахстане, Сибири, Поволжье, на Урале и в других районах страны не менее 43 млн га целинных и залежных земель.

Но фактически освоение целины началось раньше. С чистки.

30 января 1954 года в ЦК прошло совещание, на котором руководство Казахстана было подвергнуто критике за низкую эффективность сельского хозяйства. Взамен прежнего руководства партийной организации республики были назначены П. Пономаренко и Л. Брежнев.

Вот как вспоминал об этом Брежнев в книге «Целина»: «Чтобы читателю был ясен, например, масштаб работы по укреплению руководящих кадров на местах, которую следовало провести за очень короткий срок, скажу, что только в 1954 году были рассмотрены и рекомендованы кандидатуры для работы на целине более пятисот новых секретарей райкомов партии и секретарей первичных парторганизаций, тысячи председателей колхозов, агрономов, зоотехников, инженеров, механиков. Среди них немало было отличных местных работников, ещё больше – приезжих. Огромную помощь оказали нам ЦК КПСС, союзные министерства, многие республики и области страны, щедро делившиеся с целиной своими кадрами.

Министерство совхозов СССР создало специальный штаб по отбору специалистов. Комнаты штаба напоминали вокзальные помещения, столько в них толпилось народу.

Я выезжал в этот штаб и неделями с раннего утра до полуночи принимал людей. Сам я никогда не жалел времени на то, чтобы подробно, обстоятельно побеседовать с каждым, кто собирался выехать на целинные земли. Важно было, чтобы человек понял всю сложность и глубину замысла, проникся верой в задуманное дело и служил ему с полной отдачей сил. Тут же, в коридорах министерства, в перерывах между беседами будущие директора подбирали себе специалистов».

Как видим, все местные работники были против бездумного освоения целины. И Первый секретарь лично отбирал лояльных людей.

Итак, за 1954-58 годы было вспахано 43 млн га целинных земель, то есть деньги стали направлять на целину. В результате посевные площади в Центральной России, Поволжье, на Украине были сокращены к 1959 г. почти в 2 раза. В дальнейшем они продолжали сокращаться.

Более того, освоение целины проводилось за счёт жителей Центра России – путём проведения кампаний – в результате русские территории были почти обескровлены – уехали «рабочие руки». Национальный состав работавших на целине был таким: русские – около 75 %, белорусы и украинцы – только 15 % (в целом), представители других народов – чуть более 10 %. Причём в общем числе русских целинников доля присланных из европейского региона РСФСР превышала 70 %. А, например, в объёме направленной на целину сельхозтехники то, что было туда направлено из того же российского региона, – свыше 60 %. По другим регионам СССР эти показатели были куда меньше.

Я писал, что ранее, на пленуме в июле 1953 года, Хрущёв выступал со своей (?) идеей, но получил отпор будущих членов «антипартийной группы». И вот на заседании Президиума ЦК (18–21 июня 1957 г.) они снова выступили против целины. Из стенограммы Пленума ЦК (22–29 июня):

«Шверник (председатель КПК). Почему вы были против целины?

Молотов. Неправда, я не был против целины. На меня тов. Хрущев наговорил столько неправильных вещей…

Голос. Все сидящие здесь очень хорошо помнят, что вы были против целины.

Мацкевич (зам. пред. Госплана). Я не был тогда членом ЦК, но по долгу службы присутствовал на первом и на всех последующих заседаниях Президиума при обсуждении этого вопроса и помню, как тов. Молотов последовательно, категорически и упорно выступал против освоения целинных земель. Кроме меня, присутствовали также и другие товарищи, в частности тов. Бенедиктов, он здесь и может также подтвердить моё заявление.

Жуков (министр обороны). Я присутствовал на этом заседании. Вы были против и ругались с Хрущевым.

Голос. Это известно всей партии.

Бенедиктов (министр сельского хозяйства РСФСР). Вы забыли, тов. Молотов, то заседание Президиума ЦК, на котором обсуждался вопрос о целине, я на этом заседании был. Вы выступали и говорили, что это мероприятие очень дорого, денег не хватит, вкладывать средства в это дело неразумно, нецелесообразно и что это мероприятие сомнительное. А тогда речь шла только ещё о 13 млн гектаров. Одним словом, Вы выступали против освоения целины. Но большинство членов Президиума одобрило предложение об освоении целинных и залежных земель, и оно было принято, а потом жизнь подтвердила правильность этого решения. Если бы в 1954–1955 и особенно в прошлом году мы не получили хлеба с целины, то мы выглядели бы сейчас очень неприглядно, страна испытывала бы большую нужду в хлебе. Вы знаете, какую положительную роль сыграл хлеб, полученный с целины, и в международных отношениях: мы продали хлеба за границу в прошлом голу столько, сколько никогда не продавали.

Корниец (министр хлебопродуктов СССР). Вы выступали против подъема целины. Вы говорили, стоит ли рисковать, оттягивая средства с районов, где уже получаем хлеб, а в новых районах – там никогда не было хлеба и будет ли он. Надо поднимать производство зерна в старых районах. А что на деле вышло? И целину подняли, получив дополнительно большое количество хлеба, и в старых районах производство зерна увеличили.

Мыларщиков. Я хочу попросить, чтобы тов. Маленков поднялся и сказал, как он уговаривал тов. Молотова, чтобы не возражать.

Молотов. Вы говорите неправду.

Маленков. Я никогда не придерживался точки зрения тов. Молотова. Я сказал на Президиуме и сейчас скажу, что тов. Молотов был против целины. Здесь правильно сейчас сказал тов. Бенедиктов, который называл цифры.

Молотов. Нужно проверить эти цифры. (Шум в зале)» [209; с. 113–114].

Как и предсказывал Лысенко, в первые 5 лет сбор зерна на целине увеличился. Но увеличение сбора было достигнуто не за счёт повышения урожайности, а за счёт увеличения площади посевов. К 1958 году площадь посевов составила 64 % от общесоюзной; в 58-м целина дала 71 млн тонн зерна. Но за 1954-59 годы потребление химический удобрений выросло в 2 раза. А химия заражала землю. Уход за целиной требовал денег. Деньги же брали за счёт недофинансирования русских регионов.

Целина требовала всё больше и больше вложений. Отдача же постоянно сокращалась: объём сельхозпродукции, производившейся на 1 рубль капиталовложений, сократился к 1990 г. более, чем в 10 раз по сравнению с 6-й пятилеткой (1956-60 гг.).

Игнорирование специфики целинных земель привело к наступлению ветровой и химической эрозии почв, к частым пыльным бурям и, как следствие, снижению плодородия почв от нижней Волги до Алтая. Уже в 1956-58 с целины было сдуто 10 млн га плодородного слоя (это – территория Венгрии). И к 1990 г. плодородие целины сократилось в 8 раз.

Эти «ошибки» (точнее – преступления) признало и новое послехрущёвское руководство – правда, в закрытом документе (ДСП): «.. освоение целины породило ряд очень серьёзных проблем. Во-первых, оно обошлось стране дороже, чем могло бы обойтись при должной предварительной подготовке. Освоение началось при полном отсутствии инфраструктуры (дороги, зернохранилища, ремонтная база, кадры, жилье для них и их семей, медицинское обеспечение, культурный досуг и т. п.). Случалось даже, что из-за отсутствия элеваторов собранное зерно гнило на полях. Чтобы покрыть недостаток кадров, сюда в авральном порядке посылали студентов и рабочих, наспех обученных профессии механизатора. Это обусловило высокую себестоимость целинного хлеба.

Пришлось закупать зерно у США – Кеннеди разрешил продать зерно на 250 млн долларов. Тем самым Хрущёв помог преодолеть кризис сбыта американским фермерам.

Во-вторых, освоение шло форсированными темпами, ценой напряжения всех материальных ресурсов страны. Вся сельхозтехника, производимая в стране, направлялась в 1955— 59 гг. сугубо в целинные районы, что неизбежно консервировало и усугубляло отсталость и застой сельского хозяйства в остальной – большей части страны. В-третьих, процветали авралы и штурмовщина, не принимались во внимание природные условия степей, не были разработаны щадящие способы обработки почв. В результате нарушения экологического равновесия и эрозии почв, урожайность здесь была крайне низкой. Только в Казахстане около 35 % пахотных земель были разрушены эрозией. Настоящей бедой в этих районах стали пыльные бури. С середины 1960-х годов свыше четверти освоенных под зерновые земель в Сибири и Казахстане вновь были переведены на пастбища» («Документы и материалы Пленума ЦК КПСС, март 1965 г.»).

Всё это правильно, но возникает вопрос: куда смотрели соратники Хрущёва, почему не поставили его «на место»? Напомню, в те годы Брежнев был Первым секретарём Казахского рескома КПСС. Ответ: они делали одно дело, по заданию западных кураторов.

А ведь старые сельскохозяйственные районы были основными поставщиками продовольствия и сельскохозяйственного сырья. Они таили в себе огромные возможности роста сельскохозяйственной продукции. Плодородные почвы, благоприятный климат, опытные кадры, достаточные ресурсы рабочей силы, хорошие транспортные связи, сложившиеся севообороты и системы земледелия в целом, накопленный опыт ведения крупного социалистического сельского хозяйства – всё это давало этим районам огромные преимущества. Но целина заслонила их начисто.

Старые плодородные районы, оказавшись в положении пасынков, также начали снижать урожайность зерна. Положение с хлебом в стране всё больше обострялось, но, по мере обострения его, всё крикливее становились посулы Хрущёва с самых высоких трибун. То он разнес в пух и прах травопольную систему земледелия академика Вильямса и обязал изгнать повсеместно из севооборотов кормовые травы, то – расширить посевы зерна сверх всяких разумных пределов.

Бесспорно, о докладе и выводах комиссии Лысенко знали «учёные» Шмальгаузен, Завадовский и Жуковский. Так что с их стороны предложение осваивать целину было самой настоящей диверсией. Сразу же возникает вопрос: кому была выгодна целина? На кого работали эти «академики»? Ясно, что от программы освоения целины пострадали в первую очередь русские и украинские сельские районы, так как было резко ограничено их финансирование. А от этого, в долгосрочной перспективе, выиграли наши западные «друзья»: вскоре начались закупки зерна и мяса за границей.

Программа по «освоению целины» была направлена против русского народа, против его развития. Поэтому вполне логично предположить, что данные «учёные» были связаны с иностранными спецслужбами.

Русские же деревни стали постепенно погружаться в нищету.

Идеологически (главным идеологом тогда был Суслов) программа по освоению целины подкреплялась утверждениями, что, мол, целина даст почти бесплатный хлеб и, соответственно, снизятся цены на мясо и другие товары. Как они «снизились», показали события в Новочеркасске в 1962 году.

В 1961 г., видя крах «целины», Хрущёв снова назначает Лысенко Президентом ВАСХНИИЛ. Но Лысенко снова начинает критиковать Хрущёва теперь уже за «кукурузизацию» всей страны. Показательно, что отцами «кукурузизации» были те же академики Шмальгаузен, Завадовский и Жуковский.

Хрущёвские «реформы»

Большим шагом «вперёд» в деле демонтажа сталинской экономической системы и развала советского хозяйства было упразднение министерств и введение совнархозов. То есть управление стало строиться не по отраслевому, а по территориальному принципу. В феврале 1957 года ЦК распустил ряд центральных промышленных министерств.

Но для народного хозяйства эта реформа дала отрицательные результаты. Отраслевые, вертикальные, связи были разрушены. Начался хаос. Управление хозяйством было фактически передано на места, в руки местных секретарей обкомов. В результате, при отсутствии государственного контроля, буйным цветом расцвели приписки, двойной счёт, коррупция, бесхозяйственность.

Не оставил Хрущ без присмотра и многострадальное сельское хозяйство: дело ликвидацией МТС не ограничилось. Начался процесс механического укрупнения хозяйств. Если в 1945 г. в стране было 222 тыс. колхозов, в 1952-м – 124 тыс., то к 1964 году – 38 тысяч. При укрупнении колхозов, как правило, создавались совхозы, собственность в которых становилась государственной. То есть вообще ничьей. Если раньше собственность, хотя бы и формально, принадлежала колхозу, то теперь – никому, собственником стало абстрактное государство. А во главе вместо председателя колхоза был поставлен директор совхоза: если председатель был ответственен перед собранием колхозников, то директор – только перед начальником в облцентре.

В 1959 г. были резко ограничены крестьянские приусадебные участки. Газетная пропаганда утверждала, что, мол, личные хозяйства – это пережиток прошлого, от которого надо скорее избавиться. Это «избавление» привело к сокращению поголовья скота, а, следовательно, производства мяса, масла, молока, овощей и фруктов. Обосновала изъятие земли экономист Татьяна Заславская (она ещё прославится при Горбачёве). Ввели новый земельный налог. Доля личных хозяйств сократилась с 50 % (при Сталине) до 19 %.

Колхозников заставляют продать свой скот колхозам, где он массово гибнет из-за отсутствия как кормов, так и кадров, обеспечивающих соответствующий уход за животными. А техника, переданная из МТС, ржавеет, а коровы, переданные из подворий в совхоз – мрут. Что это – глупость или измена? Уж больно синхронно шли эти процессы. А одновременно – получение «директив» из «вашингтонского обкома».

И в 1960 г. в СССР начался продовольственный кризис, вызванный чисто субъективными факторами. Ленинград, Москву, а также столицы союзных республик этот кризис задел в меньшей степени, чем остальные города страны. Но и там, помимо муки, из продажи исчезли: гречневая, пшённая и манная крупа, вермишель, вологодское и сливочное масло, молоко, все виды мясных полуфабрикатов, карбонад и буженина, караси, карпы, и т. д. А в «штабе экономики» – Госплане – работало боле 5 тысяч человек…

Вот как описывал этот кризис известный детский писатель Н. Носов, автор книг о Незнайке: «Вопреки ещё не успевшим выцвести, не смытым дождями оптимистическим диаграммам роста надоев и привесов (Они висели в мясных магазинах. – Л. С.), с прилавков магазинов стало исчезать мясо и всё мясное. Потом всё молочное. В считанные дни размели даже привялые плавленые сырки. Куда-то девались пшено и гречка, как потом оказалось, на целые десятилетия. Дело дошло до лапши и макарон… Осенью 1963 г. хлебозаводы прекратили плановую выпечку батонов и булок, закрылись кондитерские цехи. Белый хлеб выдавали по заверенным печатью справкам только некоторым больным и дошкольникам. В хлебных магазинах были установлены ограничения на продажу хлеба в одни руки и продавались лишь батоны сероватого хлеба, который готовили с примесью гороха».

В 1960 г. начинается массовая национализация предприятий промкооперации, в том числе и в пищевой промышленности. Вся собственность артелей, включая помещения, оборудование, товарные и денежные запасы, безвозмездно передаётся государству. Выбранное трудовым коллективом руководство артелей заменяется партийными назначенцами. Доход работников теперь, как и на других государственных предприятиях, определяется окладом или тарифными ставками и дополняется квартальными и годовыми премиями. В артелях же, помимо обычного фонда оплаты труда, существовал премиальный фонд, на формирование которого выделялось 20 % прибыли. Этот фонд распределялся между артельщиками в соответствии с трудовым участием. Кстати, в Ленинграде некоторые хлебопекарни не только поставляли свою продукцию в государственные булочные, но и доставляли горячий хлеб, разнообразные булки и выпечку непосредственно в квартиры жителей города с небольшой наценкой.

После национализации продолжительность рабочего дня бывших артельщиков сократилась до 8 часов в соответствии с трудовым законодательством. К тому же появились абсолютно бесполезные для производства люди с большой зарплатой в лице вновь назначенных начальников. Исчезла материальная заинтересованность в качестве продукции, и сразу вырос процент брака. В результате резко сократился объём производимой продукции при том же числе предприятий и количестве работников. И мукомольные предприятия уже не могли производить прежние объёмы муки при достаточных запасах зерна. Единственным выходом из сложившейся ситуации было увеличение численного состава работников на предприятиях пищевой промышленности. Необходимые для этого дополнительные финансовые средства были получены за счёт повышения цен на продовольственные товары в среднем в 1,5 раза, что автоматически вело к снижению жизненного уровня населения. Цены на промышленные товары поднялись в ещё большей степени. Ну а доход бывших артельщиков упал более чем в 2 раза. Ликвидация промкооперации неизбежно привела к сокращению ассортимента и снижению качества выпускаемой продукции в национализированных предприятиях. Намного проще выпускать один тип изделия вместо десяти, тем более, если в плановых заданиях указываются абстрактные штуки или килограммы.

Хрущёв провозгласил лозунг «Коммунизм есть Советская власть плюс химизация». Сразу начались закупки за золото устаревшего импортного оборудования, большая часть которого осталась без применения. Эти закупки за народные деньги помогли западным корпорациям заработать миллионы золотом. Глупость или план?

В области строительства – бездумное внедрение сборных железобетонных конструкций. Ради трёхпроцентной (!) экономии в жилищном строительстве Россия была заселена в «хрущёвки». Да, Хрущёв временно решил жилищную проблему: конечно, жить в квартире лучше, чем в коммуналке, бараке или землянке. Но ведь надо и о будущем думать – что делать потом с этими карточными и холодными домами? Срок их годности был 20 лет, а что потом? В результате копеечная экономия обернулась гигантскими проблемами – сегодня в этих домах просто опасно жить. Уж лучше бы строили дольше, но качественнее, из кирпичей. Хотя для «элиты» – партноменклатуры строились хорошие дома.

Скорее всего, идея строить панельные дома принадлежала Сталину, именно при нём началось массовое строительство цементных заводов. Но, думаю, он бы не позволил застроить города такими уродскими домами. Строили бы из бетона, но качественно.

Создаются два типа обкомов – сельские и промышленные. То есть единая КПСС как бы искусственно разделяется на две партии, что было просто глупо (или по плану?)

По инициативе Хрущёва отменяется обязательное изучение русского языка в школах союзных республик. Если до 57-го там в обязательном порядке изучали два языка, то затем русский язык стал факультативным. Так закладывались основы будущих национальных проблем. По методике Берии, но без Берии.

18 июля 1954 года СМ СССР принял постановление о введении совместного обучения мальчиков и девочек. Это постановление не обсуждалось ни с педагогами, ни с психологами.

Борьба Сталина против космополитизма при Хрущёве обернулось борьбой против русских, хотя официально никаких «кампаний» не провозглашалось. Руководителем журнала «Вопросы истории» в 1953 г., т. е. сразу после убийства Сталина, назначается историк – космополит, приверженец антирусской школы Покровского, А.М. Панкратова (именно она придумала слова Невского: «Кто с мечом к нам придёт, тот от меча и погибнет» – как свидетельствует академик Д.С. Лихачёв). Главными идеологами становятся «философ» Исаак Минц и Поспелов (Фогельсон). На посту президента Академии художеств русский А. Герасимов заменяется евреем Б. Иогансоном. Я не антисемит, но таковы факты.

Опять в гору пошли сыновья и родственники «пламенных большевиков». Например, сын председателя Особого отдела ЧК Моисея Кедрова стал академиком АН по философии, а родственник чекиста Лациса – известным в «перестройку» журналистом (Отто Лацис). Вылезают родственники Свердлова, Антонова-Овсеенко, Якира, Окуджавы, Дзержинского, Литвинова, Сванидзе… Большинство тех, кто принадлежал к этим «бывшим», пылали жаждой мести за погибших родителей, за утраченное общественное положение. То есть в «элиту» пришли мстители. Как тут не вспомнить, что масонство – это система мщения за казнь де Моле. А де Моле был Великим магистром ордена тамплиеров. Вспомните «новые ложи», о которых писал Пастернак 9 апреля 1959 года: «Ни в каких новых ложах я не принимал никакого участия».

Снимаются все ограничения на приём на работу и учёбу лиц еврейской национальности. И за короткий период количество евреев в государственных учреждениях достигает довоенного уровня, а в некоторых министерствах и НИИ – более половины состава.

За 1950-58 количество музеев в РСФСР сократилось с 542 до 479-и.

Все «реформы» Хрущёва обернулись ещё при его правлении резким экономическим спадом. Темпы роста сократились с 15 до 7 %. Пришлось, впервые после войны, повысить цены на продовольственные и промышленные товары (1962). Одновременно были снижены нормы выработки, в результате чего фактическая зарплата рабочих снизилась до 30 % от прежней. Реакцией народа было недовольство, пик которого был в Новочеркасске. Рабочая демонстрация была расстреляна из танков. Кстати, именно Суслов настоял на расстреле демонстрации [ «Огонёк», 1989, № 29].

Расстрел произошёл 2 июня 1962 года. 22 человека были убиты, 39 – ранены. «Совпадение»: дни жертвоприношения (1 Сивана) [65а; с. 53].

Всё это, понятно, не способствовало поднятию авторитета Хрущёва, а в его лице – и Советской власти.

Денежная реформа

В 1961 г. в СССР была проведена денежная реформа.

После реформы 47-го советская финансовая система стала строиться на совсем иных основах, чем финансовые системы западных стран; она была устойчива и обеспечивала потребности экономики и обороны страны.

Хрущёв провёл в 1961 г. денежную реформу, которая самым губительным образом отразилась на советских финансах.

Пропаганда так обосновывала необходимость этой реформы. Видимая сторона реформы – всего лишь изменение масштаба цен. Мол, вследствие инфляции деньги потеряли свою покупательную способность, а если и цены, и зарплаты уменьшить в десять раз, то деньги обретут настоящий вес.

Однако вскоре стало ясно, что в действительности денежная реформа обернулась новым ограблением народа.

Например, если прежде товар стоил 100 рублей, а теперь стал стоить 11 рублей, то это фактически было увеличением цены до ПО прежних рублей.

Но главное – это подрыв курса советского рубля по отношению к валютам западных стран. До реформы официально установленный курс доллара составлял 4 рубля 20 копеек, т. е. 1 рубль был сопоставим с 0,25 доллара, а 10 рублей – с 2,5 доллара. После реформы 10 сталинских рублей превратились в 1 хрущёвский. И курс, после «изменения масштаба цен», составил не 42 копейки, как полагалось бы при пересчёте на новый масштаб цен, а 90 копеек. Иными словами, Хрущёв сразу же «уронил» рубль более чем вдвое. И по мере того, как СССР врастал в мировую экономику, он нёс всё больше и больше потерь, а наши «торговые и финансовые партнёры» получали огромные прибыли.

Традиционный вопрос: кому была выгодна такая «реформа»? Тому, кто получил выгоду – западным «партнёрам». А народ получил увеличение цен и фактическое снижение зарплаты.

«Освобождение» России от Крыма и Порт-Артура. Россия как дойная корова

По случаю 300-летия воссоединения Украины с Россией в 1954 г. Крымская область была передана в состав УССР. Тогда этот акт не имел никаких последствий, ибо СССР был единым государством, внутренних границ не было. Но передача Крыма не соответствовала законам СССР. Например, надо было повести референдум и т. д.

Но этим актом был запланирован будущий конфликт «независимых» России и Украины. То, что конфликт действительно был запланирован, говорит следующее.

Ещё в 1916 году полковник Эдвард Мандель Хаус, один из основателей Совета по международным отношениям и советник президента Вудро Вильсона, обсуждал с президентом послевоенную карту Европы. Результатом этих обсуждений стала карта, которая была показана в фильме «Лев Троцкий. Тайна мировой революции» (РТР, февраль 2007). Сегодня она хранится в библиотеке Конгресса США. На ней западные окраины Российской империи показаны как независимые государства. Это Польша, Румыния, прибалтийские республики, а также Украина. Причём в состав Украины вошёл Крым. И после этого кто-то ещё будет говорить о «волюнтаризме» и «глупости» Никиты! Но после Революции этот пункт плана реализовать не удалось.

Но план не был выброшен на помойку. Первый шаг в его осуществлении сделал «великий патриот и государственник» «красный император» Сталин. 29 октября 1948 года Указом Президиума ВС РСФСР г. Севастополь был юридически выведен из относившейся тогда к России Крымской области в город республиканского подчинения со своим особым бюджетом. При передаче в 1954 Крыма этот Указ отменён не был. Почему, ведь о таком Указе забыть не могли? И после Беловежья мы имели «независимый» Севастополь в украинском Крыму. И постоянный конфликт из-за флота.

До 1968 г. Россия финансировала Севастополь из своего бюджета. А в 1968 г. севастопольская организация КПСС по чьему-то распоряжению оказалась в составе КП Украины – а горсовет подчинялся Москве! Киев в одностороннем порядке прибрал город к рукам, объявив его городом республиканского подчинения и закрепил это в ст. 77 Конституции УССР. Но решение 48-го года не было отменено ни ВС РСФСР, ни ВС УССР. Так что де-юре Севастополь и после 1968 г. остался российским. Да, пока страна была единой, все эти юридические тонкости не имели значения…

Но почему при передаче Крыма никто не отменил этот Указ? Забыть о нём не могли, ибо Указ ежегодно напоминал о себе, когда Севастополю выделялись деньги из бюджета России. Случайно ли Указ не был отменён?

Советскому руководству, бесспорно, было известно и о принятом в 1959 г. Конгрессом США законе ПЛ-90 о «порабощённых нациях», и о других подобных документах. В них ясно была поставлена цель: расчленение СССР. И, как бы во исполнение этих директив, Крым передаётся Украине, но в то же время Севастополь остаётся российским… Я не могу поверить в тупоумие хрущёвского руководства, которое делало, мол, всё по глупости. Это была не глупость, а диверсия, результат которой должен был сказаться через много лет. Сама же передача Крыма была запланирована ещё Хаусом и Вильсоном.

19 февраля 1954 года был издан Указ Президиума ВС СССР «о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР»; его подписали председатель Президиума ВС СССР К. Ворошилов и секретарь Н. Пегов. Ясно, что они выполняли волю Хрущёва. При этом Указ не был согласован ни с Совмином, ни с Верховным Советом РСФСР – т. е. все министры России были поставлены перед фактом.

«По совпадению» дата подписания Указа совпала с 16-м Адара – с праздником, установленным в связи с началом постройки стен Иерусалима [65а; с. 8].

Но был передан не только Крым. Была передана и часть Краснодарского края на другом берегу моря.

Расположенный на российском берегу Керченского пролива порт Кавказ уже со времени его создания – с мая 1953-го – был приписан к порту Керчь. Тем самым, полномочия крымских властей уже ко второму полугодию 1953-го распространялись и на часть соседнего берега Краснодарского края.

Решение о создании порта Кавказ в Таманском районе Краснодарского края было принято СМ СССР осенью 1951-го, но этот порт отнюдь не планировался как часть Керченского порта и, тем более, как часть Крымской области. Послесталинское же руководство не приняло по этому вопросу решение (с дальним прицелом). Так что почва для конфликта постсоветских Украины и России по поводу принадлежности стратегического азовско-черноморского пролива была подготовлена заблаговременно.

В 70-х годах власти Краснодарского края и его Таманского района, где расположен порт Кавказ, не единожды апеллировали к Москве с просьбой пересмотреть республиканскую принадлежность этого порта. Но тщетно: хрущёвский подарок Украинской ССР её власти небезуспешно отстаивали и после отставки Хрущёва. Например, Пётр Шелест, глава ЦК компартии Украины в 1963–1972 гг., а затем и Владимир Щербицкий утверждали, что, мол, Украина-то покидать СССР не собирается, потому незачем «перекраивать» полномочия Керченского порта.

И только в недолгую пору правления Константина Черненко (1984 г.) вняли-таки аргументам краснодарских властей, поддержанным руководством Совмина и Верховного Совета РСФСР, изъяв порт Кавказ из подчинения украинскому порту в Керчи.

Как видим, российско-украинские разногласия по Керченскому проливу были заблаговременно и тщательно спланированы именно в хрущёвский период. И, если б не упомянутое решение К. У. Черненко, то после развала СССР Украина располагала бы своей территорией, точнее – своим форпостом – на российском берегу пролива. А в этой ситуации отсутствовали бы даже географические причины для того, чтобы бороться хотя бы за российско-украинский статус пролива между Чёрным и Азовским морями.

Итак, вместе с Крымом вся судоходная артерия между Азовским и Чёрным морями была передана Украинской ССР в 1954 году. А, чтобы контроль Киева за этим регионом стал более надёжным, к Керчи приписали и расположенный напротив неё новый порт Кавказ. Расположенный, напомним, на побережье Краснодарского края.

А ранее, уже в мае-июне 1953-го началась чистка в руководстве Крымского обкома КПСС: готовились и внедрялись туда прохрущевские кадры для осуществления беспрепятственной передачи Крымского региона Украине. А прежнее его руководство возражало против таких планов и даже предлагало референдум по этому вопросу. Но к их мнению не прислушались.

Как видим, Хрущёв осуществлял планы (и указания?) «вашингтонского обкома». Но, видимо, не только он один. Обыграв всех своих «соратников», Хрущёв, встав во главе партии и правительства, привёл с собой своих друзей из ЦК Украины. Хрущёв не был украинцем, руководителем УССР он стал только в 1938 г., в разгар борьбы с «врагами народа». В 1949-м его вновь отзывают в Москву, к тому же около четырёх лет его украинской эпопеи фактически вычеркнула война. Однако пост первого секретаря ЦК позволял проявить себя, чем Хрущёв и воспользовался.

Сталин же с подозрительностью относился к украинским кадрам. К примеру, его смущала та лёгкость, с которой фашистские войска овладели обширным регионом. Всё указывало, что большинство местного населения, скорее, не ввязывалось в борьбу с захватчиками (очагом сопротивления стал только Донбасс). (Сегодня мы видим «повторение пройденного».) К концу жизни Сталина в правительстве, насчитывающем свыше пятидесяти министров, украинцами являлись лишь шестеро.

Хрущёв же, став Первым секретарём, начинает пропихивать украинцев, куда только можно, особенно, разумеется, по партийной линии. Именно Хрущёву обязан карьерой Л. И. Брежнев, у которого до московского этапа жизни в паспорте красовалась запись «украинец». Хрущёв, ещё будучи «на республике», выдвигает этого деятеля первым секретарем Запорожского, а затем Днепропетровского обкомов партии. С 1950 тот возглавляет Молдавскую парторганизацию и на XIX съезде ВКП(б) включается в расширенный Президиум ЦК. Правда, после смерти Сталина Брежнева задвигают, и он даже просится обратно на Украину. Но Хрущёв перебрасывает его в Казахстан, а вскоре переводит в ЦК, где сосредотачиваются преданные ему кадры. Хрущёв способствовал также возвышению Н.В. Подгорного, А. И. Кириченко, А.П. Кириленко и др. Если поначалу все они циркулировали внутри украинской номенклатуры, то после 1953-го устремились за пределы республики. Например, Кириленко в 1955— 62 годах поработал на посту первого секретаря Свердловского обкома. При нём первым секретарём Нижнетагильского горкома, вторым секретарём Свердловского обкома при его поддержке становится уроженец Черниговщины В. И. Довгопол, приехавший до войны на Урал для учёбы. А местного комсомольского функционера Ф.Т. Ермаша Кириленко подтягивает сначала в обком партии, а потом берёт с собой в ЦК, и в итоге тот оказывается в кресле председателя Комитета по кинематографии СССР. Пример с Кириленко довольно типичный: украинцы появляются во главе крупных парторганизаций, не имеющих никакого отношения к республике. Так, А. В. Коваленко из-под Полтавы становится первым секретарём Белгородского, а затем Оренбургского обкома, а уроженец Харьковской губернии В. И. Конотоп с 1956 г. более чем на четверть века задерживается в руководстве Московской области (с 1963-го первый секретарь).

Позаботился Хрущёв и ещё об одной «яркой» личности. В делегацию, сопровождавшую его в 1959 г. в поездке по США, входил сын харьковского инженера Н.А. Тихонов. Он в 1961 г. был избран кандидатом в члены ЦК КПСС. Вскоре Тихонов становится первым заместителем председателя Госплана СССР; при Брежневе он уже заместитель председателя Совмина, а после смерти Косыгина (1980) занимает его место. Подтягиваются украинские кадры и на самую вершину Министерства обороны: в 1956 с Дальнего Востока на пост замминистра перемещается Р.Я. Малиновский, после изгнания Жукова он становится министром. Вслед за ним из Группы советских войск в ГДР вызван брежневский друг А. А. Гречко – с 57-го он первый заместитель министра МО СССР (с 1967 г., после смерти Малиновского, возглавляет министерство).

После устранения оппозиционеров из «антипартийной группы», украинские кадры потоком хлынули на вершину власти. В отличие от устранённых руководителей, они строить ничего не жаждали: их привлекало общесоюзное «хозяйство», создаваемое преимущественно трудом русских. В этом нет ничего удивительного: на рубеже 50-60-х годов в «элитах» уже появились признаки коррупции. И «украинцы» устремились к новым горизонтам. Эти люди руководствовались заботой о благополучии – собственном и родной им Украины. Именно в такой последовательности – о других республиках они думали так… по должности.

Да, но какая связь между планом Хауса и кадрами с Украины? Ведь всё логично: придя к власти, Хрущёв просто взял тех, с кем ему было привычно работать, а те восприняли свой перевод в Москву как подарок судьбы…

Масон Антуан де Сент-Экзюпери писал, что в действительности всё не так, как на самом деле. Поэтому будет правильнее сказать: агент Хрущёв, встав во главе страны, перетащил в Москву не, условно говоря, собутыльников, а таких же агентов.

После XX съезда, в 56-м, была проведена амнистия. Одновременно с уголовниками было выпущено много власовцев, бандитов УНА-УНСО, диверсантов и полицаев. Всем им выдали новые паспорта и вернули все права гражданства. Да, конечно, большая часть власовцев и полицаев стали нормальными гражданами. Но, думаю, цель амнистии была не в помиловании рядовых солдат власовской армии. Точнее – не только в их помиловании.

Но в советских тюрьмах и лагерях сидели, в-основном, рядовые бандеровцы, а вот руководители… почти все они уехали в Канаду и в США. Но не все.

Например, последний главарь ОУН Василий Кук, являвшийся преемником Шухевича, отсидел всего 6 лет и вышел на свободу в 1960 г. по амнистии. В том же году написал «Открытое письмо к Ярославу Стецько, Миколе Лебедю и ко всем украинцам, которые живут за границей», в котором признал советскую власть законной на Украине, отрёкся от ОУН-УПА и призвал украинское правительство в изгнании признать СССР как законное государство. Станиславский бы сказал: не верю!

Затем, восстановленный во всех правах, главарь националистов получил извинения от советской власти за годы неправомерного заключения и был устроен научным работником Центрального государственного исторического архива Украины. Это, кстати, в дополнение к тому, почему учебники истории «в Украине» сейчас такие странные, мягко говоря. Просто он к ним тоже приложил руку, являясь почётным гражданином «незалежной» и скончавшийся аж в 97 лет. Умер он 9 сентября 2007 года в Киеве, похоронен в родном селе Красное. 12 сентября 2010 года там был открыт ему памятник.

Но, помимо Кука, были и другие руководители, занимавшие должности пониже. Для примера, в 1970 г. от 50 до 70 процентов партийных работников районного и областного уровней занимали как раз такие амнистированные бывшие бандеровцы.

А «на местах» «работали» их «представители» – такие, как Кравчук, Марчук, Андрей Ющенко (отец В. Ющенко), др. Ясно, что вчерашние бандеровцы не стали сидеть, сложа руки, а стали вести тайную агитацию. Ясно, что и Кук не бездействовал. В результате 1 декабря 1991 года большинство украинцев (в-основном, западных) проголосовало за независимость на «Всеукраинском референдуме о поддержке Акта о государственной независимости Украины» (принятом незадолго до этого Верховным Советом Украины 24 августа 1991 года). Хотя, конечно, основными двигателями были Горбачёв, Кравчук и Ельцин.

Да, вроде бы всё правильно: после войны прошло больше 10 лет, преступники искупили вину… Да, конечно, девяносто пять процентов власовцев и полицаев стали нормальными гражданами. Но, думаю, цель амнистии была не в помиловании власовцев. Точнее – не только в их помиловании.

После Победы на территории Западной Украины началась новая война – с бандеровцами. Банды были разбиты только к началу 50-х. То есть в лагерях сидели люди, которых посадили 3–5 лет назад.

С 1938-го по 1949-й Хрущёв был Первым секретарём КП(б) У (одновременно в 44-47-м Председатель СНК УССР), был членом Военных советов ряда фронтов. То есть возглавлял Украину в самые трудные годы. И в годы борьбы с бандеровцами… При Хрущёве, «в славное десятилетие», были хорошо почищены архивы, особенно на Украине. Считается, что Хрущ убирал документы со своими подписями на расстрельных списках – но только ли? Поэтому остаётся вопрос: почему Хрущёв реабилитировал бандитов УНА-УНСО, как он был с ними связан?

В. Кук

Продолжим. Советское правительство передало тогда ещё дружественному Китаю и военно-морскую базу Порт-Артур. Порт-Артур (Люйшунь) был получен Россией от Китая во временное пользование под военно-морскую базу по конвенции 1898 года. В 1905-45 гг. был оккупирован Японией. А в 1955 г. СССР вывел свою базу и безвозмездно передал порт Китаю.

Это при том, что тогдашние президенты США и командующие американскими войсками на Дальнем Востоке признавали, что именно советское военное присутствие в Маньчжурии (Порт-Артур, Дальний, КВЖД⁴) в первой половине 1950-х не позволило разгромить Северную Корею, а, в более широком контексте, – развязать Третью мировую войну.

Что касается КВЖД, Советский Союз передал Китаю свои восстановленные права на эту стратегически важную транспортную систему в 1951-52 гг., чтобы предотвратить прямое вовлечение СССР в Корейскую войну. Ибо американские ВВС бомбили и Маньчжурию, а, по имеющимся данным, в планы США входила бомбардировка и КВЖД, чтобы не столько прервать советско-китайскую помощь Северной Корее, сколько вовлечь СССР в ту войну.

Но в 1955 г. СССР по инициативе Хрущёва отказался от долгосрочной аренды Порт-Артура и Дальнего. Видимо, тогдашние «вожди» забыли и о том, что восстановление позиций в тех регионах обошлось советским народам более чем в 15 тыс. погибших и в 10 тыс. пропавших без вести советских воинов.

С упомянутых территорий в КНР Советский Союз ушёл, а американские войска и базы в Японии, Южной Корее и на Тайване с Филиппинами – остались. Сами американские чиновники и аналитики впоследствии признавали, что именно отсутствие СССР в Дальнем, Порт-Артуре и на КВЖД стало одним из стимулов и американской агрессии в Индокитае в 1966–1974 годах.

Одновременно в СССР было отменено всесоюзное празднование Дня разгрома Японии (2 сентября).

Ясно, что упомянутые действия хрущёвского руководства были преднамеренными и согласованными с западными кураторами.

В «славное десятилетие» происходило перераспределение национального дохода, созданного, в основном, за счёт русских, в пользу «братских республик». Перераспределение осуществлялось как в форме расчётов по заниженным ценам на продукцию, создаваемую на территории РСФСР, и завышенным на других территориях, так и путём прямого бюджетного перекачивания средств из Москвы в другие республики. Таким образом, вся тяжесть налоговой и бюджетной политики легла на Россию.

В результате такой политики в республиках строились заводы, улучшалась жизнь. Например, в 60-е годы капитальные вложения в РСФСР выросли в 4,3 раза, а в Средней Азии – в 7,3, в Казахстане – в 8,9, в Молдавии – в 6,7, а в Прибалтике – в 5,8 раза. Это был прямой грабёж России, обусловивший её экономический застой.

При Горбачёве этот процесс не остановился. Причём размер благ, перекачиваемых из России, за 1985-90 гг. заметно возрос. Каждый житель РСФСР производил товаров и услуг на 17,5 тыс. долларов в год, а потреблял их только на 11,8 тыс. – то есть 6 тыс. уходило на поддержку «братских» республик. А вот в республиках было наоборот: Грузия потребляла больше, чем производила в 4 раза, Эстония – в 2,3 раза, Армения – в 3 раза. Именно поэтому грузины считались богатыми – там десятка шла за рубль. И там стали говорить, что, мол, они кормят Москву. А как только республики стали «независимыми» и «освободились от оккупантов», то уровень жизни резко упал, так как прекратились дотации из Москвы. И местные жители о-очень удивились: как же так, почему… А потому.

И – самое главное. Все реформы, которые проводили после войны Сталин – Хрущёв – Брежнев, проводились на фоне ужасающей нищеты и безденежья людей. Безденежье было не только у граждан, но и у заводов и городов. Ну что качественного может выпускать завод, в цехах которого стоят станки периода индустриализации и даже дореволюционные! А т. н. «проблема внедрения», когда, чтобы внедрить изобретение, директор института должен пройти сто кругов ада? Это – не тупость «партократов», а диверсия конкретных лиц в министерствах (замедление прогресса в интересах ТНК).

А вспомните советские города – даже Москву: облезлые дома, треснутый асфальт, грязь, сплошные очереди.

А. Кузьмич (Цикунов) писал: «Валютные средства Внешэкономбанка, Госбанка и Минфина “в натуре” – т. е. те средства, которые можно получить из кассы – это не валютные резервы, а небольшие (относительно) кассовые суммы “на мелкие расходы”. Они – только оперативный источник средств для осуществления небольших операций. А валютный резерв – это все валютные средства СССР, размещённые в иностранных банках в форме депозитов. Другими словами, западные банки являлись истинными владельцами Союза, его недр и имущества (см. “Расчётный баланс СССР” в разделе “Средства в банке и за границей” за 1990)» [244; с. 26]. И этими владельцами они стали после «Великого Октября» (см. также гл. 4, раздел «Финансовая система СССР как часть мировой и вывоз капитала»).

Второй поход против церкви

Важным направлением работы идеологов во главе с Сусловым стало усиление борьбы с церковью, прежде всего, с православной церковью. Борьба велась под флагом «возвращения к ленинским принципам», т. е. к временам послереволюционным, когда рушили церкви, вскрывали мощи святых. Напомню, что Хрущёв в своё время был троцкистом, потом, понятно, «осознал», но в душе троцкистом так и остался.

7 июля 1954 года было принято постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах её улучшения». Идеологами этого постановления были Поспелов (Фогельсон), Ильичёв, Фурцева и сам Суслов. Опять в газетах стали публиковать высказывания Ленина и Маркса о вреде религии, массовыми тиражами стала издаваться атеистическая литература, книги Ярославского, масона Скворцова-Степанова.

(Книга Ярославского «Библия для верующих и неверующих» была издана в 1959 году. В предисловии «От издательства» говорилось: «Книга талантливого пропагандиста – антирелигиозника Ем. Ярославского впервые начала печататься в виде отдельных статей в газете “Безбожник” в 1922 г. С этого времени она выдержала десять изданий, последнее из которых вышло в 1938 г.». Как видим, книга после войны ни разу не переиздавалась. Это связано, видимо, с тем, что Сталин вогнал критику церкви «в рамки».

О биографии «Ярославского», он же, якобы, «Губельман» – см. книгу «Мировая закулиса и русская революция: криптооккупация России», М., “Книжный мир”, 2022, глава 7 «Ложь о “еврейской революции”».)

Снова, как и до войны, стали сажать за религиозные убеждения: только за период 1961-64 гг. было осуждено 1234 человека. В 1961 г. Хрущёв обещал показать по телевизору последнего попа. Заметьте, именно попа, а не ксёндза, пастора, муллу или раввина… А во время одного из приёмов он подошёл к Патриарху и полупьяным голосом сказал: «Ты, поп, долго будешь морочить голову народу?»

(По поводу ксёндзов. В «оккупированной Прибалтике» допускалась свобода религии: были открыты храмы и молельные дома сектантов баптистов и адвентистов. В Средней Азии так же было много действующих мечетей. Это подтверждает, что антирелигиозная кампания в первую очередь была направлена против православия.)

Но своего апогея кампания достигла после XX съезда, в октябре 1958-го. Ранее, в сентябре 1955 года, Хрущёв, во время приёма французской правительственной делегации, сказал: «Мы продолжаем быть атеистами. И мы будем стараться освободить от религиозного дурмана большее количество народа». А в беседе с издателем В. Хёрстом в ходе своего визита в США в сентябре 1959-го Хрущёв отметил, что «народное просвещение, распространение научных знаний и изучение законов природы не оставят места для веры в Бога».

Важнейшим же документом было секретное постановление ЦК от 4 октября 1958 «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам “О недостатках научно-атеистической пропаганды”». В нём всем партийным, общественным организациям и государственным органам предписывалось «развернуть наступление на религиозные пережитки в сознании и быту советских людей». И уже 16 октября Совмин СССР принял постановления «О монастырях в СССР» и «О налоговом обложении доходов предприятий епархиальных управлений и доходов монастырей». В первом из них монастырям запрещалось применять наёмный труд, предусматривалось троекратное уменьшение земельных наделов и числа монахов. Вновь вводились отменённые в марте 1945 года налог со строений и земельная рента; минимум вдвое, в сравнении с 1945-55 гг., повышались ставки налога с земельных церковных участков, включая даже кладбища (!). В ЦК разрабатываются инструкции, запрещающие принимать в монастыри лиц моложе 30-летнего возраста, в семинариях и академиях разрешалось обучение только лиц, уже имеющих высшее или среднее специальное образование.

В октябре 1958 года вышло постановление Совмина о новом подоходном налоге на церковные свечные лавки. На духовные учебные заведения Московская Патриархия тратила 18 млн рублей в год, на пенсии престарелым священникам – 15 миллионов рублей. На реставрацию Троице-Сергиевой Лавры за 9 лет – 32 млн рублей (или примерно по 3 млн ежегодно). А подоходный налог, по хрущёвским расценкам, съедал 12 млн рублей ежемесячно.

Но этими мерами дело не ограничивалось. В ноябре 1958-го – марте 59-го прошла массовая чистка библиотек от литературы религиозной тематики. А 28 ноября 1958 года ЦК принял постановление «О мерах по прекращению паломничества к так называемым “святым местам”». Причём, чтобы прекратить доступ верующих к 700 учтённым властями святым местам в СССР, применялись оскорбительные методы.

Так, на местах паломничества или вблизи них устраивались свинарники, отхожие места, свалки мусора; святые источники выкачивались, засыпались землёй, и т. п.

И ещё: в конце 1950-х – первой половине 1960-х был вновь запрещён колокольный звон, разрешённый с осени 1941-го; храмы отключали от водопроводной сети и от канализации, запрещали ремонты. В те же годы состоялись массовые закрытия храмов, причём антиправославная нацеленность этого усиливалась политикой ликвидации так называемых «неперспективных деревень», проводившейся с 1960 г. в русском Нечерноземье. Таким образом, русские деревни, лишённые не только кадров и сельхозтехники, но даже посевного материала, кормов и большинства объектов соцкультбыта (из-за «перекачки» всего этого в целинные регионы и «кукурузные» эксперименты), упразднялись вместе с храмами.

А земельные участки некоторых зарубежных монастырей Русской Церкви и вовсе продавались за фрукты или овощи. Так, земли монастыря Марии Магдалины (вблизи Иерихона) в 1962 г. были проданы… за поставки в СССР израильских апельсинов и мандаринов!

7 июля 1954 года ЦК принял постановление «Об усилении антирелигиозной пропаганды». И опять «совпадение»: это был праздник – день Рождества Иоанна Предтечи [65а; с. 9]. Интересно, кто готовил в ЦК это постановление?

На 1 января 1952 года в СССР было 62 монастыря. За 51-й год их число уменьшилось на 8, а по сравнению с 1948-м – на 23.

Церковь пыталась протестовать. 18 февраля 1959 в Совмине СССР (с 1958 г. его возглавил Хрущёв, сместивший с этого поста Н. Булганина, который выступал против антирелигиозной кампании) приняли митрополита Крутицкого и Коломенского Николая (Ярушевича) по его просьбе. Из записи беседы: «В раздражённом тоне Николай заявил, что с осени 1958 началось наступление на Церковь, равнозначное походу на неё до Великой Отечественной войны… Крутицкий указал, что в этой обстановке он не может посещать дипломатические приёмы и, кроме того, Патриархия намерена отказаться от издания собственного журнала».

Но эти протесты не возымели действия. 31 мая митрополит Николай снова обратился к Хрущёву с письмом: «.. За последние месяцы имеют место многие факты оскорбления религиозных чувств верующих, наличие в газетах заведомо ложных измышлений о церковной жизни, имеются вопиющие факты клеветы и грубого администрирования местных властей в отношении религии и верующих». Но правительство так же не обратило внимания на письмо. Наоборот, уже к ноябрю 1959 закрыли 13 монастырей, а только в январе 1960-го – ещё 17.

Удалось отстоять и Псково-Печерский монастырь благодаря архимандриту Алипию, наместнику монастыря. Когда в монастырь в 1961 г. привезли указание о закрытии обители и роспуске братии, Алипий порвал и сжёг ту бумагу с подписью Хрущёва на глазах у курьеров. «Я лучше пойду на мученическую смерть, чем закрою обитель», – сказал архимандрит, ветеран-фронтовик. Монастырь не решились закрыть. Сохранить его помогли и письма в защиту, направленные православными приходами в Финляндии, Швеции, Норвегии и республиках Прибалтики советскому руководству. К тому же министр культуры СССР Е. Фурцева в 1960 г. посетила этот монастырь, беседовала с архимандритом Алипием и отговорила Хрущёва от продолжения попыток закрыть монастырь.

В день памяти святого Сергия Радонежского 8 октября 1960 года на территории Троице-Сергиевой Лавры милиционеры задерживали верующих и затем не выпускали их из-под ареста несколько дней, требуя расписок, что они больше никогда не придут в Лавру. Подобное в 1958-64 гг. происходило в сотнях православных храмов.

Обращаю внимание, что почти 70 % закрытых православных церквей и монастырей были расположены именно в РСФСР. Основной удар по православию был нанесён именно в России, потому, что, прежде всего, русские были недовольны политикой Хрущёва. В то же самое время мало обращалось внимания на возрождение униато-католической конфессии на Западной Украине, баптизма и иудаизма, а протесты мусульман вынудили власти почти прекратить, во избежание возникновения басмачества, закрытие мечетей в Средней Азии и Поволжье. Зато в тех же регионах в массовом порядке закрывались церкви, в том числе старообрядческие.

24 ноября 1960 года митрополит Николай (Ярушевич) в беседе с представителями ЦК поставил вопрос о «фактах физического уничтожения Православной Церкви… В настоящее время ведётся явная линия на уничтожение Церкви и религии вообще, и более глубоко и широко, чем это было в 1920-х годах».

Но и эта беседа, как и многочисленные протесты Русской Зарубежной Православной Церкви, не изменили ситуацию в лучшую сторону. Наоборот – были, к примеру, возобновлены (как в 20-30-х) изъятие у церквей колоколов, ряда ценных предметов культа и увольнения с гражданской работы не только верующих, но и членов их семей.

Всего за 1954-63 гг. было закрыто более 12 тыс. храмов – больше, чем при Ленине и Сталине; количество приходов было сокращено с 20 до 8 тыс.; были закрыты 31 монастырь и 5 семинарий. Из всех закрытых храмов в 1958-64 годах свыше 60 % были православными. Были закрыты и те церкви, что были вновь открыты в 1941-54 годах. Как следствие, возобновились отшельничество, скиты, подпольные богослужения и т. п., снова появилась «Катакомбная церковь».

Церкви не только закрывались, но и сносились. Даже в Кремле на месте снесённых зданий был построен Дворец съездов (арх. Посохин). Главным инициатором закрытия и сноса храмов был Суслов. Позднее, в 1981 г., по его инициативе будет принято постановление «Об усилении атеистической пропаганды». К 1981 г. количество приходов уменьшилось с 7523 (1966) до 7007.

В июле 1964 года по указанию Хрущёва был взорван один из красивейших храмов – храм Спаса Преображения в Преображенском (Москва, восстановлен).

Но зачем Хрущёв, Микоян и Суслов закрывали церкви, какой смысл?

Задача идеологов, состоящих в Президиуме ЦК, состояла в том, чтобы вбить клин между церковью и государством. Инициатором второго «крестового похода» против церкви был Суслов.

Взрывы храмов, уничтожение икон, оцепление церквей «дружинниками» и хулиганами-«активистами», запрет крестить детей, пускать их в храмы, цензура на проповеди, клевета в газетах, массовое издание богохульных брошюр, подделанные уголовные дела – вот действительность политики Хрущёва.

1 апреля 1961 года, за всенощной во время праздника Вербного Воскресенья, в Богоявленском кафедральном соборе в 8 часов 35 минут вечера произошло покушение на Патриарха Алексия. Сам Патриарх описывал это так: «.. во время моего возвращения в алтарь, на ступенях к алтарю произошло нападение на меня неизвестного злоумышленника, который с диким криком: “ах, Патриарх” бросился на меня с поднятыми руками, чтобы нанести мне удар, но лишь благодаря тому, что в моей левой руке был высокий посох, удар был нанесен не в голову, а в плечо».

Нападавшего доставили в 92-е отделение милиции. Он назвался И.Н. Таршиловым.

Далее Патриарх писал: «Этот беспрецедентный случай произошёл на глазах у верующих в переполненном соборе, вызвал шум, тревогу и впоследствии породил возмущение и всевозможные толки со стороны верующих».

О том, что это не было «случайностью», говорит не только обстановка тех лет, но и тот факт, что Патриарх не получил вообще никакого ответа на свою записку ни из ЦК, ни из Совмина.

Власть навязала однодневный Архиерейский Собор 18 июля 1961 года, где всё, ей нужное, было проштамповано, в том числе и вступление Московской Патриархии во Всемирный Совет Церквей.

В своей погромной деятельности Хрущёв опирался на поддержку Запада.

Например, в 1957 г. в СССР приезжал де Бор – секретарь ИМКА⁵ в ФРГ. Приезжал он по туристической путёвке⁶.

Что за дела были у Хрущёва в 1957 г. с YMCA – прояснилось год спустя. Владыке Николаю 27 ноября 1958 года власти велели согласиться на предложение генсека Всемирного Совета Церквей (ВСЦ) «о встрече».

Именно масонская ложа YMCA создала ВСЦ в 1948 году. Первым почётным президентом ВСЦ стал Джон Мотт, с 1926 глава всемирной YMCA, в 1898–1915 гг. – её секретарь по иностранным делам. Он выполнял поручения президентов США Теодора Рузвельта, Уильяма Тафта и Вудро Вильсона. Мотт, умерший в 1955, был членом ложи «Череп и кости» и ложи «Фибетта-каппа».

Разрушая РПЦ, Хрущёв выступал за сотрудничество с Ватиканом. В то время глава Римской церкви, папа Иоанн XXIII не скрывал, что его целью является внедрение католичества в СССР. Активно между Хрущёвым и папой шла тайная дипломатия. Контакты с масонами и Ватиканом взаимно дополняли друг друга, ибо хорошо известна тесная связь Рима с масонством.

Хрущёв нанёс по РПЦ страшные удары, сживая её со свету и навязывая дружбу с Ватиканом. Разумеется, Иоанн XXIII и кардиналы не осудили хрущёвский террор. Как тут не вернуться к биографии Хрущёва (или Гасвицкого?) и его жены Кухарчук.

Хрущёв выпустил на Запад гитлеровского пособника – «митрополита» униатов-бандеровцев Слипого, заслуженно отправленного Сталиным в лагерь. Слипой прибыл в Ватикан 9 февраля 1963 года к Иоанну XXIII. Его преемник папа Павел VI (он же бывший кардинал Монтини) назначил Слипого кардиналом в 1965 году. С Павлом VI (1963–1978) не раз встречался в Риме митрополит Никодим (Ротов).

Ясно, что Хрущёв руководствовался не «личными мотивами», а приказами.

Со своей стороны Хрущёв для тайных контактов направил в Рим для встречи с папой Иоанном XXIII не кого-нибудь, а своего зятя Алексея Аджубея и дочь Раду. Иоанн, напомню, благосклонно относился к масонству и при нём католики официально подтвердили богоизбранность иудеев.

Отношения же Сталина с Ватиканом после войны были совершенно иными. Особую активность Ватикан проявил накануне смерти Сталина: во второй половине 1952 г. папой Пием XII было совершено несколько акций, направленных на дестабилизацию положения в СССР. Ватикан выпустил послание «Ко всем народам России», были возведены в сан кардиналов 20 епископов, в том числе несколько тайно, опубликована энциклика «Церкви Восточные», в которой подогревались сепаратистские настроения униатов.

Сталин, осуждая действия Ватикана, вовсе не отстаивал чистоту православия. Сталин расценивал эти действия как вмешательство во внутренние дела Советского Союза, как подталкивание униатов к сепаратизму в угоду Западу.

XX съезд КПСС – поворотное событие XX века

В 50-80-е годы все съезды и пленумы ЦК и их решения объявлялись историческими. Сразу же после съезда (пленума) все газеты писали: «Исторические решения XXV съезда…», «Исторические решения июньского Пленума ЦК…» Однако через несколько дней об этих «исторических решениях» все забывали. Затем проводился новый пленум с новыми «историческими решениями», и т. д. Думаю, объявление всех решений «историческими» было идеологической диверсией, которая проводилась методом «доведения до абсурда», когда люди, слыша слова «исторические решения», смеялись.

Но в истории СССР действительно были съезды и пленумы, на которых принимались исторические решения. Эти решения, как и все большие события в нашей стране, носили всемирно-исторический, судьбоносный характер – без кавычек. Эти решения буквально сотрясали, переворачивали мир.

К таким событиям относится XX съезд КПСС.

Этот съезд является переломным событием, завершением перехода от строительства социализма в его послевоенном сталинском варианте, к строительству капитализма. После съезда началась ползучая реставрация капитализма. Хотя с трибун и в газетах продолжали говорить о «построении коммунизма» и о «ленинских принципах».

Съезд проходил в Москве 14–25 февраля 1956 года. «По совпадению», дата проведения съезда выпала на Пурим по старому стилю [65; с. 24]. А Пурим означает праздник мести иудеев гоям. Съезд проходил тогда, когда Луна была в зодиакальном созвездии Змееносца [28; с. 120]. Между прочим, те же события были и в дни смерти Сталина: Пурим и Луна в Змееносце.

В своём основном докладе Хрущёв почти полностью пересмотрел основы марксизма-ленинизма. То есть Хрущёв показал себя как ревизионист. Он говорил:

– в свободных странах коммунисты могут приходить к власти и парламентским путём;

– сам парламент, при его коммунистическом большинстве, превратится из органа буржуазной демократии в оружие действительно народной власти;

– то, что насилие и гражданскую войну мы признаём единственным способом преобразования общества – не соответствует действительности;

– фатальной неизбежности войны между капиталистическими и социалистическими странами нет.

Эти хрущёвские положения перечёркивали марксизм-ленинизм. Но надо помнить, что этот доклад – не доклад одного Хрущёва, а доклад, подготовленный всеми членами Президиума ЦК, в том числе Молотовым, Маленковым, Микояном, Кагановичем… Бывшими сталинистами.

Одним из главных «толкачей» доклада был Микоян. При «Отце народов» он входил в узкий круг, член ЦК со времён Ленина, член Политбюро с 1935 г., главный продавец сокровищ Эрмитажа. В 1934 г. на XVII съезде он поставил рекорд – в коротком пятиминутном докладе упомянул имя Сталина 41 раз. Во времена террора Микоян неоднократно просил товарища Сталина увеличить лимиты на расстрелы. Например, 22 сентября 1937 года он направил Сталину запрос на повышение нормы расстрелов для Армении на 700 человек. Нарком Ежов, ознакомившись с письмом Микояна, предложил Сталину для Микояна лимитов не жалеть и вместо 700 человек разрешить Микояну отстрел врагов народа довести до 1500 человек. И привёл его в пример, как стахановца по истреблению врагов народа. И вот товарищ Микоян сидит на заседании XX съезда КПСС и с возмущением слушает речь Хрущёва о временах сталинизма, прекрасно зная, что Хрущёв тоже неоднократно просил Сталина не жадничать и лимиты на расстрелы увеличить. В речи на XX съезде Микоян потрясён докладом товарища Хрущёва. Он просто взбешён сталинским произволом и беззаконием. И сидевшие на съезде сталинские выдвиженцы – а других просто не было – тоже удивлялись: они, мол, не знали. Да, не знали сибирские Первые, что у них в областях лагеря есть.

Цель этих ревизионистских положений была ясна: обосновать «мирное сосуществование» и войти в «мировое сообщество».

Постановление «О культе личности» осуждало вывод Сталина об обострении классовой борьбы по мере строительства социализма: «Большой вред делу социалистического строительства, развитию демократии внутри партии и государства нанесла ошибочная формула Сталина, что будто бы по мере продвижения Советского Союза к социализму классовая борьба будет обостряться… На практике эта ошибочная формула стала обоснованием грубейших нарушений социалистической законности и массовых репрессий» [ «Правда», 1956, 1 июля, № 184]. (Тогда почему же «соратники» голосовали за эту ошибочную резолюцию?) Но правоту Сталина в этот же год подтвердили события в Венгрии. И вот журнал ЦК «Партийная жизнь» [1956, № 20] пишет: «События в Венгрии показали, что строительство социализма невозможно без классовой борьбы, без беспощадного подавления свергнутых эксплуататорских классов… Тем самым ещё и ещё раз подтверждаются основные положения марксизма-ленинизма». «Жизнь показала, что социализм рождается из острейшей классовой борьбы» [ «Коммунист», 1956, № 16].

Казалось бы, хрущёвцы признали правоту Сталина… Но после венгерских событий партийные журналы всё равно писали, что в СССР нет классов, а, следовательно, и классовой борьбы. То есть все граждане – за построение социализма.

Зададим основной вопрос: кому выгодно было это утверждение? Идеологией в СССР «заведовал» Суслов, но нельзя всё сводить только к нему. Хрущёв, а затем Брежнев создали новый паразитический класс – номенклатуру. Постепенно она стала господствующим классом в СССР. Свою воровскую сущность номенклатура скрывала за словесной болтовнёй о «социализме», а также посредством жёсткой цензуры печати. Партийно-хозяйственным чиновникам, номенклатуре надо было скрывать, что она стала новым эксплуататорским классом и проводить «мысль», что в СССР классов нет и быть не может, а есть только «новая историческая общность людей – советский народ».

Странная реабилитация. Большая ложь XX съезда

Весной 1953 г. был убит Сталин и вскоре Первый секретарь провозгласил «новый курс». О Сталине можно было бы и забыть.

Но нет. Через три года Хрущёв произносит доклад, произведший эффект разорвавшейся бомбы, в котором он обвинил Сталина в тяжких преступлениях. Зачем Хрущёву понадобился этот доклад? Говорят, надо было сказать правду о репрессиях. Согласен. Но только правду, а не то, что говорил Хрущёв. И «правда» должна говориться не на закрытом заседании съезда… Более того, виновность/невиновность устанавливает суд, а не ЦК, но никаких «реабилитационных» судов не было. Почему?

В эти три года (1953-56) появилась какая-то странная терминология: вместо «осуждённый» стали говорить «репрессированный», вместо «оправданный по решению суда» – «реабилитированный». То есть не «осуждённый», а «репрессированный» – то есть невинная жертва произвола. Как же за эти три года производилась «реабилитация»? Дело осуждённого – это минимум один том с доказательствами его вины, в том числе и с вещественными. А вот документ о реабилитации: один (!!!) лист формата А4, на нём – протест Генерального прокурора Руденко, текст везде одинаковый, примерно следующий: «NN был арестован 6 мая 1937 г. Были представлены следующие доказательства его вины:… После проверки обвинений было установлено, что NN не виновен. Прошу рассмотреть вопрос о его реабилитации». Или, если NN был живой: «…После беседы с NN выяснилось, что NN не виновен. Прошу…» При этом многие дела уничтожались. Почему, ведь они – невиновные?!

Сами собой напрашиваются вопросы. Почему никто подробно не разбирал доказательства виновности NN? Ведь, по идее, опровержение доказательств вины должны составить, как минимум, том. NN был осуждён судом, следовательно, должен был состояться суд, который бы пересмотрел дело NN. Почему хватало только беседы с NN – ведь ясно же, что преступник будет отрицать свою виновность и кричать, что был «оклеветан», тем более, при такой благоприятной ситуации? Почему не были привлечены к ответственности доносчики, которые, якобы, оклеветали NN? Почему многие дела после «реабилитации» уничтожались и остались одни справки?

После съезда именно Микоян руководил формированием примерно ста комиссий, которые должны были выехать во все лагеря и места заключения СССР, чтобы быстро осуществить пересмотр обвинений заключённых. Прокуратура СССР, которая до сих пор медленно занималась проведением реабилитаций, вначале возражала против создания таких комиссий, наделённых правами реабилитации и помилования. Но после вмешательства Микояна Генеральный прокурор СССР Руденко уступил. Однако тот же Микоян в своих выступлениях перед общественностью настойчиво призывал к соблюдению осторожности и умеренности в критике Сталина. Когда на собрании московской интеллигенции некоторые писатели горячо и убедительно требовали расширения и углубления критики культа личности, Микоян крикнул одному из ораторов: «Вы хотите раскачать стихию?» Но как-то забылось, что именно Микоян активно участвовал в осуществлении репрессий, особенно в Армении.

19 марта было принято Постановление Президиума ЦК КПСС «О рассмотрении дел на лиц, отбывающих наказание за политические, должностные и хозяйственные преступления»; для проверки обвинений в места заключения выехала комиссия. По сообщению А. Аристова, направленному 17 октября в ЦК, на 1 октября было рассмотрены дела на 176.325 чел., из которых 100.139 были освобождены, а 42.016 уменьшены сроки.

Кстати, Феликс Чуев в книге «Так говорил Каганович» (1992) писал: «Степан Микоян говорил мне, что не Хрущёв придумал выступить против Сталина, а Микоян подсказал это». А сам Микоян в своих воспоминаниях писал: «К концу съезда мы решили, чтобы доклад о культе личности Сталина был сделан на закрытом заседании. Был небольшой спор по этому вопросу. Молотов, Ворошилов и Каганович сделали попытку, чтобы доклад вообще не делать (Ну и «небольшой спор»! – А. С.) Хрущёв и больше всего я (Больше Хрущёва? – Л.С.) активно выступали за то, чтобы доклад состоялся».

Об активном участии Микояна в подготовке доклада так же говорил Молотов Чуеву: «Я не исключаю этого (Что саму идею доклада подал Микоян. – А. С.) Микоян очень связан с Хрущёвым. Я думаю, что он и настраивал Хрущёва на самые крайние меры».

Микоян не просто «настраивал» Хрущёва, но именно он 16 февраля – за 10 дней до доклада – говорил о необходимости разоблачения «культа личности» [178; с. 274].

На XX съезде своё выступление Микоян начал с того, что дал характеристику работе ЦК за последние три года, прошедшие после смерти Сталина. Он заявил, что «в нашей партии после долгого перерыва создано коллективное руководство, которое, основываясь на ленинских идеях и принципах строительства партии, за короткий срок добилось восстановления ленинских норм партийной жизни сверху донизу». Он затронул вопрос о злоупотреблении Сталина властью, подчеркнув, что «принцип коллективного руководства является элементарным, однако приходится подчёркивать эту старую истину потому, что в течение примерно 20 лет у нас не было коллективного руководства, процветал культ личности, осуждённый ещё Марксом, а затем и Лениным, и это, конечно, не могло не оказать крайне отрицательного влияния на положение в партии и на её деятельность» [178; с. 274–75]. (Итак, коллективного руководства не было 20 лет. Посчитаем: 1953-20=1933. Что произошло в 33-м (34-м) году? Напомню, в 34-м был убит Киров.)

Микоян говорит о 20-ти годах как о факте, который знают все присутствующие. Но, к сожалению, в своих воспоминаниях ни Молотов, ни Каганович, ни Хрущёв, ни тот же Микоян не ответили на вопрос: что же произошло в 1933 году? Вспомните раздел «Вскрытие тела – но Сталина ли? Два “Сталина”» в книге «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”» (гл. 3).

Далее Микоян негативно оценил сталинскую внешнюю политику. Он отметил, что по ряду международных вопросов в прошлом допускались ошибки и в некоторых случаях обострялись отношения по нашей вине, приведя пример с Югославией. Микоян ратовал за мирное сосуществование, подчёркивая, что сейчас «не существует фатальной неизбежности войны» [178; с. 275].

Так же он критиковал другие «ошибки» Сталина. В конце речи он сказал, что «опираясь на коллективное руководство, ЦК сумел вскрыть накопившиеся за последние годы ошибки и недостатки, решительно шёл на их исправление и устранение на всех участках политической деятельности… Не было бы преувеличением сказать, что после XX съезд является самым важным съездом в истории нашей партии» [178; с. 279].

Да уж… Как хорошо известно, в 20-50-х годах Микоян был на Марсе, а когда с него прилетел, то стал критиковать происшедшие за это время безобразия.

Речь Микояна, в которой имя Сталина было упомянуто всего один раз, явилась как бы подготовкой делегатов к сенсационному докладу Хрущёва. 25 ноября 1965 года газета «Нью-Йорк геральд трибюн» писала в статье, посвящённой 70-летию Микояна: «Именно г-н Микоян задал тон программе десталинизации бывшего премьера Никиты с. Хрущёва в речи на XX съезде КПСС» [178; с. 281].

После же XX съезда процесс реабилитации пошёл семимильными шагами. Дошло до того, что реабилитация стала проводиться списками. То есть другая крайность: если при Сталине были «расстрельные списки», то при Хрущёве – «реабилитационные списки». В одном из этих списков был и активнейший проводник террора в Западной Сибири Р. Эйхе. Сегодня он считается «жертвой репрессий»! А саму мысль о том, что в 30-е годы существовали заговоры в высших эшелонах власти представили как абсурдную, «продукт сталинской паранойи». Так писали и в период «перестройки».

И получилось, что Сталину, Ежову и следователям НКВД делать было больше нечего, как выдумывать «врагов народа».

Неужели Хрущёв и Микоян не понимали, что, реабилитируя всех пострадавших в 30-е, они ставит всё сталинское Политбюро в дурацкое положение? Получается, что те же Молотов, Каганович, Микоян и Ворошилов специально уничтожали людей, которые ни в чём не были виноваты.

Я писал, что никаких «реабилитационных» судов не было. Почему? На этот вопрос ответил сам Хрущёв, когда его об этом спросил сын Сергей: «Другой вопрос волновал меня ещё больше – какое наказание ждёт соучастников всех этих преступлений? Они обязаны понести наказание. Мучился я своими сомнениями долго, всё не выдавалось удобного момента заговорить с отцом на эту страшную тему. Когда я все это выложил отцу, он надолго замолчал. Я уж подумал, что отец решил не отвечать. Но нет.

– Понимаешь, – как-то натужно заговорил он, – главных сообщников Берии мы наказали, одних расстреляли, другие сидят в тюрьме. Но в этой мясорубке смешались миллионы. Миллионы жертв и миллионы палачей – следователей, доносчиков, конвоиров. Если сейчас начать наказывать всех, кто приложил к этому руку, произойдет не меньшее кровопролитие. А может, и большее.

Отец на полуслове замолчал. Я был поражен таким ответом – оставить палачей без возмездия! Я принялся было возражать, но отец не намеревался спорить со мной.

– Не надо об этом, – как-то обреченно произнёс он, – я устал, давай помолчим»⁷.

Видимо, поэтому Хрущёв упразднил все сталинское МГБ и МВД, а почти всех генералов и полковников по-тихому отправил на пенсию.

Бесспорно, Хрущёв всё понимал. И именно поэтому стал чистить архивы. Чтобы скрыть свою причастность к репрессиям. Но он не смог уничтожить всё. И сегодня выясняется, что именно Хрущёв был одним из главных двигателей репрессий.

Но даже если бы и не было документов, то ясно, что не мог Первый секретарь МК и МГК ВКП(б) остаться в стороне от репрессий. Главой коммунистов Москвы и области он был в 1936-37-м годах и лично давал согласие на арест руководящих работников. При нём были арестованы все 23 секретаря райкомов города и почти все секретари райкомов области, все секретари МК, все заведующие отделами, включая помощника самого Хрущёва. А сам Первый, значит, не виноват, что окружил себя врагами? Получается, что все, кого назначал лично Хрущёв, оказались врагами. А сам Хрущёв – верный сталинец.

10 июля 1937 года Хрущёв запрашивает у Сталина разрешение на создание «тройки» и на арест 41.305 человек, в том числе по 1-й категории 6500 человек [209; с. 747]. В «тройку» вошли Хрущёв, Маслова (зам. прокурора Московской области) и Редене (нач. У НКВД по Московской области). Последний был не просто начальником, а родственником жены Сталина Надежды Аллилуевой. Всего за время секретарства Хрущёва было репрессировано 55.741 человек. Вскоре и Реденса расстреляют.

А Хрущёв, сделав дело в Москве, едет работать Первым секретарём на Украину (январь 1938 г.). Выдвижение Хрущёва на пост Первого секретаря носило целевой характер, о чём сказал сам Хрущёв на 14-м съезде КП(б)У: «Мы сделаем всё для того, чтобы задание и поручение ЦК ВКП(б) и товарища Сталина – сделать Украину неприступной крепостью для врагов – выполнить с честью». Для этого ему в помощь направляют наркома Ежова и Успенского (которого назначили наркомом НКВД Украины). Хрущёв: «После приезда Николая Ивановича на Украину, с приходом тов. Успенского в Наркомат внутренних дел УССР начался на Украине настоящий разгром вражеских гнёзд». Результат: в 1938 г. было арестовано 106.119 человек. Этот размах репрессий Хрущёв обосновывал тем, что после его приезда активизировалась деятельность троцкистского подполья.

А всего за 1938-40 гг. было арестовано 167.565 человек.

Вскоре были арестованы Ежов и Успенский. А Хрущёв – нет. Почему? Смотрите, почти все Первые, кто проводил репрессии в 37–38 гг., были расстреляны, а этот – как будто не причём. Или Хрущёв давал санкцию на арест только настоящих заговорщиков?

В январе 1938 года на смену Хрущёву в МК и МГК приходит Александр Щербаков. И на его имя начинают поступать апелляции от незаконно исключённых из партии и от родственников репрессированных. Начинается проверка. Её результат: из почти 12.000 обращений до 90 % разрешалось в пользу заявителей. Но многим уже нечем было помочь – они были расстреляны. По результатам проверки были наказаны многие работники НКВД. А Хрущёв остался в Кремле.

(О дальнейшей судьбе Щербакова. Весной 1945 года у него случился инфаркт и врачи рекомендовали ему строжайший постельный режим. Но 9 мая он решил пройти по праздничной Москве. Врачи ему разрешили. Результат – смерть. Что это: отступление врачей перед требованием Щербакова или сознательное поощрение этого требования? Но при расследовании «дела врачей» им инкриминировалось сознательное умерщвление Щербакова.)

Вопрос: кто не давал Сталину снять Хрущёва и Микояна? На этот вопрос мы никогда не узнаем ответ, а гадать я не буду. Даже если и какие-то документы и были в архивах (что вряд ли), то они при Хрущёве были уничтожены. Вообще, тогда архивы были сильно почищены.

Например, Н. Добрюха пишет, что «в начале 60-х годов кто-то активно занимался пересмотром “Личного дела” пропавшего сына Хрущёва: была написана и собрана целая кипа новых объяснений и разных бумаг, а в КГБ, мол, об этом ни слухом, ни духом не знали вплоть до “неожиданного” приостановления всей этой активной деятельности… через 40 дней после снятия Хрущёва» [351; с. 557]. Ясно, что пересматривали не только личное дело Леонида Хрущёва… Сталин же делал ещё проще – просто изымал документы из архивов и, скорее всего, уничтожал (см. книгу «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе»).

Да и Хрущёв от него не отставал: в 1955 г. он приказал изъять и уничтожить все документы из архивов госбезопасности, на которых стояла его подпись [385; с. 102].

А сожжение личного архива Сталина? (см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”»).

[В начале 1954 г. в МВД СССР была составлена справка на имя Хрущёва о числе осуждённых за контрреволюционные преступления, то есть по 58-й статье УК РСФСР и по соответствующим статьям УК других союзных республик, за период 1921–1953 годов. (Документ подписали три человека – Генеральный прокурор СССР Р.А. Руденко, министр внутренних дел СССР С.Н. Круглов и министр юстиции СССР К.П. Горшенин.)

В документе говорилось, что, по имеющимся в МВД СССР данным, за период с 1921 года по настоящее время, то есть до начала 1954 года, за контрреволюционные преступления было осуждено Коллегией ОГПУ, тройками НКВД, Особым совещанием, Военной коллегией, судами и военными трибуналами 3 777 380 чел., в том числе к высшей мере наказания – 642980.

Ранее, в конце 1953 г., в МВД СССР была подготовлена ещё одна справка. В ней на основе статистической отчетности 1-го спецотдела МВД СССР называлось число осуждённых за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления за период с 1 января 1921 года по 1 июля 1953 года – 4060 306 человек. Эта цифра слагалась из 3 777 380 осуждённых за контрреволюционные преступления и 282926 – за другие особо опасные государственные преступления. Последние были осуждены не по 58-й, а по другим приравненным к ней статьям; прежде всего по пн. 2 и 3 ст. 59 (особо опасный бандитизм) и ст. 193-24 (военный шпионаж). К примеру, часть басмачей была осуждена не по 58-й, а по 59-й статье.

(Вплоть до конца 1980-х годов в СССР эта информация являлась государственной тайной. Впервые подлинная статистика осуждённых за контрреволюционные преступления (3 777 380 за 1921–1953 гг.) была опубликована в сентябре 1989 года, в статье В. Некрасова в «Комсомольской правде»).]

Но вернёмся к съезду. Отчётный доклад ЦК читал Хрущёв и в нём не было даже намёка на «преступления Сталина»: «Вскоре после 19-го съезда партии смерть вырвала из наших рядов Иосифа Виссарионовича Сталина. Враги социализма рассчитывали на возможность растерянности в рядах партии, раздоров в её руководстве, колебаний в проведении её внутренней и внешней политики. Однако эти расчеты провалились».

Согласитесь, что эти слова несколько диссонирует с тем, что в своём закрытом докладе говорил Хрущёв о Сталине.

Почему? Ответ один: он хотел притупить бдительность делегатов, а потом оглушить их сногсшибательной информацией. Как я писал, они с Микояном ещё до съезда готовили доклад. Но не только они…

Необходимо отметить, что доклад Хрущева на XX съезде разоблачал сталинские репрессии не против народа, а против партийной верхушки. То есть – и коллективизация, и война, и аресты по доносам, и постоянный дефицит – это так и должно быть, а вот расстрел Постышева и Эйхе прощён быть не может!

Ещё в 1954 г. были отменены Сталинские премии, которые выплачивались из гонораров Сталина.

Показательно, что на пленумах 53-56-го годов не обсуждался будущий доклад на съезде, т. е. «соратники» ничего не знали. Обсуждался только основной доклад.

Но Хрущёв всё равно боялся зачитывать доклад и в перерыве между заседаниями съезда собрал в комнате членов Президиума и поставил вопрос о зачитывании доклада. Но согласия не было, как писал Микоян: «Молотов, Ворошилов и Каганович сделали попытку, чтобы доклад вообще не делать». Каганович пишет: «XX съезд подошёл к концу. Но вдруг устраивается перерыв. Члены Президиума созываются в задней комнате, предназначенной для отдыха. Хрущёв ставит вопрос о заслушивании на съезде его доклада о культе личности и его последствиях. Там же была роздана нам напечатанная в типографии красная книжечка – проект текста доклада». Они стали возражать.

В воспоминаниях Хрущёв писал: «Ворошилов и Молотов: “Да ты понимаешь, что произойдёт?” Не было согласия. Тогда я сказал: “Идёт съезд. Во время съезда внутренняя дисциплина не действует. Отчётный доклад сделан, теперь каждый член Президиума и член Е[К, в том числе и я, имеет право высказать на съезде свою точку зрения, даже если она не совпадает с точкой зрения отчётного доклада”. Я не сказал, что выступаю с сообщением о записке комиссии Поспелова. Но, видимо, те, кто возражал, понимали, что я могу выступить и изложить точку зрения касательно арестов и расстрелов. На совещании меня поддержали Булганин, Первухин и Сабуров, присоединился и Маленков» [207; с. 293–294]. Итак, Хрущёв не сказал об основном содержании доклада.

В основе доклада лежала «Записка» Поспелова (Фогельсона), в которой говорилось о том, что все сталинские процессы были придуманы.

Перед съездом газеты писали: «Партия и страна готовятся достойно встретить XX съезд партии, следуя по пути, указанному Лениным и Сталиным». За месяц до съезда Политуправление МО выпустило «Блокнот агитатора»; из 47-ми страниц первые 12 были посвящены 76-летию Сталина – «верного ученика, боевого соратника и продолжателя дела Ленина». «Блокнот» был одобрен в ЦК. Напомню, что Первым был Хрущёв.

В начале марта 2003 года Евгений Киселёв в передаче, посвящённой Сталину, заявил, что директор ЦРУ Даллес предлагал тому, кто доставит ему секретный доклад Хрущёва, 1 миллион долларов. И теперь эта «утка» гуляет из передачи в передачу. Правда, Киселёв не сказал, кто получил этот миллион. Конечно, не сказал, ибо это было враньё, а дело обстояло по-другому.

«Нью-Йорк таймс» 15 февраля 1956 года, писала: «Несмотря на официальную риторику, XX съезд советской партии подведёт черту под сталинским периодом и, скорее всего, обозначит официальный отказ от идеологии и практики сталинизма». Значит, тот же Даллес прекрасно знал о будущем «секретном докладе». Но откуда? От «брата» Тито [205; с. 88]. Дело в том, что условиями своей дружбы Тито поставил «разоблачение Сталина» и снятие Молотова с поста министра иностранных дел [205; с. 90]. Он и был снят 2 июня. Когда эти условия были выполнены, Тито соизволил посетить СССР 22–23 июня 1956 года. Дать ценные указания?

Сам же доклад, в тайне от членов Президиума, готовили Пётр Поспелов (Фогельсон), Шепилов и Аристов. Ясно, что текст доклада попал к заказчику – Тито, а от него – к Даллесу. Может, Тито и получил этот миллион?

Главную роль в подготовке доклада играл Пётр Николаевич Поспелов. В 1940-49 гг. главный редактор, в 1952-53 гг. зам. главного редактора газеты «Правда»; в 1949-52-м и 1961— 67 гг. – директор Института Маркса – Энгельса – Ленина при ЦК; в 1953-60 гг. секретарь ЦК, затем член Бюро ЦК КПСС по РСФСР. С 1967 г. член Президиума АН СССР.

Выше я указывал, что, согласно «списку Джема», Поспелов был масоном. Видимо, он был членом «новых лож», о которых писал Пастернак. И об этом не знал Каганович. Вот подтверждение этому.

В 1939 г. нарком авиационной промышленности Михаил Каганович в составе делегации поехал в США. Цель: посмотреть авиазаводы и познакомиться с методами поточного производства [378; с. 170]. Лазарь Каганович всецело поддержал идею поездки. Сталин первоначально просил его поехать, но тот отказался. Он сказал жене, что не может оставить страну ни на минуту (см. книгу «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», глава 2, раздел «Сталин и Каганович»).

Итак, Михаил уехал. В один из дней делегация поехала в Нью-Йорк, и Михаилу удалось уйти от сотрудников НКВД. Им так и не удалось узнать, где был Михаил. Приехав в Москву, Михаил рассказал Лазарю, что был в Бронксе у дяди Лёвика [378; с. 170–173].

«– Всё там было очень странно, не пойму почему. В телефонных книгах нет ни одного Кагановича». Значит, Михаил смотрел эти книги и специально искал родственников.

«– Я наткнулся на нескольких Каганов, но наших не мог никого найти, даже дяди Лёвика. Но он нашёл меня сам. Он пришёл туда, где я остановился и попросил позвать меня. Он оставил для меня свой номер телефона. Он дал мне свой адрес. Лазарь, это было так странно! Я приехал в Бронкс и встретился с дядей Лёвиком. В его квартире никого не было, кроме какого-то незнакомого мужчины. По-моему, нас даже не представили друг другу» [378; с. 174]. Далее Михаил рассказывает Лазарю о жизни дяди. Но к теме книги имеют отношение другие слова Михаила.

В книге «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”» я писал, что в стране действовало хасидское подполье, члены которого имели связи с заграницей. Михаил сказал: «Дядя Лёвик, по-видимому, знает о том, что творится в нашей стране, больше обычных американцев. Думаю, все русские в Америке знают больше. Есть каналы связи, которые тянутся из Москвы и всех других районов. Не знаю, кто действует и как, но знаю, что эти каналы существуют» [378; с. 175].

А при чём здесь Поспелов?

За день до ареста Михаила он сказал Лазарю, что умер дядя Лёвик. Михаил пришёл домой к Лазарю и сказал:

– У меня дурные новости.

– Роза? Юрий? Аня, твоя жена?

– Нет, более близкий родственник. Мне только что звонил Фогельсон.

– Фогельсон? Кто это такой?

Михаил понял, что он не рассказал брату о Фогельсоне.

– Это тот самый человек, которого я видел в квартире дяди Лёвика в Бронксе. Помнишь, я тебе рассказывал? Я только позже узнал его фамилию.

– Хорошо… Фогельсон. И что из этого следует? [378; с. 206]. Михаил сказал, что Фогельсон сообщил о смерти дяди Лёвика, ему было 102 года.

И вот пленум 57-го года, на котором Каганович, Молотов и Маленков попытались сместить Хрущёва. После пленума Каганович пришёл в кабинет Хрущёва – в бывший кабинет Сталина. «Лазарь сидел на деревянном стуле с жёсткой спинкой напротив массивного письменного стола в просторном кабинете в Кремле. Это был кабинет Сталина… Лазарь чувствовал себя непривычно по эту сторону стола. Хрущёв, удобно устроился в кресле, сложив руки на животе и скрестив свои пальцы-обрубки. Это так отличалось от Сталина, который любил стоять, чтобы лучше видеть, что находится перед ним.

Лазарю было трудно говорить. В сущности, он просил своего бывшего протеже не убивать его. Хрущёв сначала не проронил ни слова, он сделал вид, что занят каким-то делом.

– Вы, видимо, удивлены доскональностью сведений, которыми я располагаю?

Лазарь только кивнул.

Хрущёв указал на четыре плотные папки с документами, лежавшими у него на столе. Каждая толщиной не менее 5 сантиметров.

– Как вам известно, работу для меня выполнил Поспелов. Лазарь знал это вполне определённо. Он снова кивнул.

– Мне удалось собрать информацию не только о том, что Вы делали, но о том, каким образом Вы мыслили. Всё должно быть проверено. Вы это прекрасно знаете. Вы были хорошим учителем. Даже дядя Лёвик и Моррис могли бы Вами гордиться.

Лазарь нахмурился. Хрущёв улыбнулся, по-волчьи оскалив зубы.

– Да, Лазарь Моисеевич, мы нашли о Вас и о Вашей семье всё, что могли. Это большая заслуга товарища Поспелова. Он большой специалист своего дела. Видите ли, Лазарь Моисеевич, Поспелов – еврей, так же как и Вы. А Вы этого не знали? И я заставляю одного еврея работать против другого, как это делали и Вы.

Лазарь ощутил выходящий наружу антисемитизм. Хрущёв получал от этого истинное наслаждение. Он снова сделал паузу.

– Знаете ли Вы, что настоящая фамилия Поспелова – Фогельсон?

Лазарь оторопел. Тот самый человек, который встречал дядю Лёвика в Бронксе? Тот самый, который знал Михаила и Морриса?» [378; с. 284–85].

Как видим, Михаил знал, что Фогельсон и Поспелов – один и тот же человек. В 1939 г. он работал заместителем начальника Управления пропаганды и агитации ЦК (1937— 40) и… был связующим звеном между хабадскими организациями в США и в СССР? Я не верю в то, что Михаил этого не знал. Но почему Лазарь не знал настоящую фамилию человека, с которым почти ежедневно встречался в ЦК?

Да, историю СССР ещё изучать и изучать. И вот что интересно: Поспелов окончил гимназию в Твери, а затем учился в Московской сельскохозяйственной академии; с 1917 – на партийной и профессорской работе в Твери. Так был ли он евреем? Или был русским, но другой веры, как, например, Горький?

После съезда польский Первый секретарь еврей Э. Охаб приказал размножить свой экземпляр доклада и продавать его в киосках по 20 злотых. Так что его мог купить любой желающий.

(С Охабом связан и такой факт. 24 октября 2006 года по РТР был показ фильм «Моссад. Неуловимые мстители». Одним из давших интервью для фильма был сотрудник «Моссада» Виктор Граевский, польский еврей. В 1956 г. он ещё жил в Варшаве, а отец с матерью – уже в Израиле. Любовницей Виктора была секретарша Охаба еврейка Люция Барановская. Виктор пришёл к ней в ЦК под видом того, что хочет договориться о вечернем свидании. Люция же передала ему копию «секретного доклада». Виктор отнёс доклад в израильское посольство.)

Так что «секретным» этот доклад был только для советских граждан, а не для Запада. Да и то – не для всех: текст доклада был роздан первым секретарям обкомов, чтобы те провели партсобрания. Но доклад не был напечатан. Ясно, что поползли слухи…

Из заявления ЦК КПК и ЦК Албанской партии труда: «Хрущёвская группа, вступив в сговор с империализмом и его марионеткой – кликой Тито, решила дискредитировать товарища Сталина, используя фальшивки, давно заготовленные империалистическими разведками и направленные в своё время их агенту – Берии. Решив расколоть КПСС, подорвать её изнутри, расколоть мировое коммунистическое движение, решив способствовать постепенному капиталистическому перерождению экономики и общественно-политической системы СССР, хрущевцы на XX съезде огласили антисталинские фальшивки в форме доклада “О преодолении последствий культа личности Сталина”. Доклад же этот до сих пор не опубликован в СССР и странах-сателлитах Кремля. Однако текст этого доклада был своевременно – до оглашения на съезде – передан сподручными Хрущёва на Запад и клике Тито…

Хрущёвцы изъяли из архивов многие важные документы, свидетельствующие об их активном участии в террористической деятельности скрытых и явных врагов народа. Хрущёвцы были главными вдохновителями и организаторами повсеместных арестов и доносительств, но свою вину за эти преступления они сперва свалили на своего “компаньона” Берию, а затем – на товарища Сталина, устраненного ими из-за боязни, что Сталин арестует и уничтожит их, подлых двурушников и предателей».

В докладе не было ни одного правдивого факта. Точнее, были «полуфакты»: например, пленум имел место, но говорили там совершенно не то, о чём говорил Хрущёв. Вот, например, в докладе Хрущёв говорил, что, мол, на январском (1938 г.) пленуме многие выступали против продолжения репрессий. В частности, Постышев. Но, на самом деле, на пленуме не было ни одного такого выступления. А сам Постышев не только не «выражал сомнения», но активно поддержал политику репрессий: арестовывал и буду арестовывать, пока не ликвидирую всех шпионов! И т. п.

Хрущёв не боялся, что его ложь будет опровергнута: из делегатов съезда мало кто был на тех пленумах, да и во время войны люди о другом думали. А стенограммы были засекречены. Но эти стенограммы были засекречены только от рядовых членов ЦК, но не от членов Политбюро. Ведь тот же Хрущёв брал слова Постышева именно из стенограммы, не мог же он их помнить столько лет! Тогда почему старые члены Политбюро не прервали доклад, не вышли на трибуну и не опровергли Хрущёва? Значит, и Молотова, и друга Сталина Ворошилова, и Маленкова это устраивало.

Почему? К сожалению, Ф. Чуев во время своих многочисленных интервью не спросил об этом ни Молотова, ни Кагановича.

Кратко проанализирую текст доклада. Как выясняется, все «факты», о которых говорил Хрущёв, были ложными. Подчёркиваю – все. Об этом много писали, но систематизировал все доказательства того, что доклад – это сборник мифов, американский историк Гровер Ферр в книге «Антисталинская подлость». Я не буду её цитировать, скажу только, что в ней написано всё доказательно. Одно только неприятно поражает: почему книгу, обвиняющую Хрущёва, написал американец.

В докладе впервые была озвучена «мысль», что Сталин «долгое время фактически не руководил военными операциями и вообще не приступал к делам и вернулся к руководству только тогда, когда к нему пришли члены Политбюро и сказали, что нужно безотлагательно принимать такие-то меры для того, чтобы поправить положение дел на фронте». К сожалению, проверить слова Хрущёва тогда было невозможно: Журнал посетителей был засекречен, а Жукову и другим маршалам была на руку такая трактовка событий.

И далее: «Сталин был очень далёк от понимания той реальной обстановки, которая складывалась на фронтах». Хотя известно, и Жуковы это знали, что Сталин прекрасно разбирался и в обстановке, и в картах. Хрущёв: «А надо сказать, что Сталин операции планировал по глобусу. Да, товарищи, возьмёт глобус и показывает на нём линию фронта». И Хрущу поверили! Ни один маршал не встал на защиту Главкома!

Хрущёв говорил о выселении кавказских народов, но не говорил, за что их выселяли. Получилось, что просто так захотел Сталин. А куда смотрел «правдолюб» Хрущёв?

Из доклада можно было сделать вывод, что во всей нашей истории был только один светлый момент – война, в которой мы победили фашизм, угрожавший всему миру. Но даже на войне Сталин, если верить Хрущёву, всё делал не так.

Но несмотря на «глобусное руководство» Красная Армия дошла до Берлина. Кто же её туда привёл, вопреки Сталину, который, напомню, был Верховным Главнокомандующим?

Как – кто? Заместитель Верховного маршал Советского Союза Жуков. Поэтому единственными, кто после XX съезда получили стратегические преимущества и остались в выигрыше, были Первый секретарь Хрущёв и министр обороны маршал Жуков. Появился единственный «Маршал Победы».

В результате пропагандистской обработки масс, «организаторами и вершителями наших побед» тогда и стали Жуков и Хрущёв. Все несогласные с этим были немедленно убраны в запас и отставку: маршалы Рокоссовский, Василевский, Конев, Голованов (даже без пенсии), адмирал Кузнецов («без права работы на флоте»), десятки других военачальников. «Решающую» значимость личности Жукова в годы войны помог подкрепить и артист Михаил Ульянов, сыгравший роль маршала в многочисленных кинофильмах 60-70-х годов о войне.

Как тут не вспомнить слова из приказа Сталина: «…Утеряв всякую скромность и будучи увлечён чувством личной амбиции, Жуков считал, что его заслуги недостаточно оценены, приписывал при этом себе в разговорах с подчинёнными разработку и проведение всех основных операций Великой Отечественной войны, включая и те операции, к которым не имел никакого отношения…» Теперь, при Хрущёве его «заслуги» были оценены по высшему разряду. Но, зная правду о начале войны и о роли начальника Генштаба Жукова, резонно спросить: а что это были за заслуги? И перед кем? (см. книгу «Кто выиграл Вторую мировую войну?»).

Не исключено, что Хрущёв и Жуков держали друг друга на крючке.

Но продолжим. «Когда Сталин умер, в лагерях находилось 10 млн человек». Хотя он знал (ему сделали справку), что на 1 января 1953 г. сидело 1.727.970 человек, т. е. в 10 раз меньше!

Хрущёв, наряду с обычной ложью, использовал шулерский приём: он выхватывал из контекста отдельные факты и раздувал их до гигантских размеров. В докладе нет доказательств, всё построено на эмоциях и предлагается принимать на веру. Поэтому и было предложено не обсуждать доклад.

Красной нитью через доклад проходит противопоставление Сталина Ленину. Этот приём будет использоваться и в «перестройку». Особое место здесь занимает т. н. «Завещание». Бесспорно, Хрущёв знал, что Ленин никаких «завещаний» не писал (подробнее см. [292]). Но, опять же, всё было засекречено и никто не мог ничего проверить.

Показательно, что после оглашения доклада, по нему не проводились прения – съезд сразу закрыли. А было бы очень интересно – и неизвестно, остался бы Хрущ «вождём».

Один из главных ударов хрущёвская ложь нанесла по партии – её идеологическому единству и, соответственно, по морально-психологическому состоянию рядовых коммунистов. Доклад, слухи о котором быстро разошлись по стране, стал для народа шоком. И первым ответом стала демонстрация в Тбилиси в марте 1956 года. Люди протестовали против клеветы на Сталина. Манифестанты обратились с петициями к Молотову, требуя воспрепятствовать дискредитации Сталина и возглавить КПСС. Демонстрация была подавлена, погибло более 700 человек, арестовано около 500.

Был осуществлён раскол и в мировом коммунистическом движении. Решения съезда осудили Мао Цзэдун и Энвер Ходжа.

Это был уже второй раскол. Первый осуществили Сталин и Димитров после подписания договоров с Германией.

Показательно, что во время визита Хрущёва в США в 1959 г., там проходили многочисленные приветственные манифестации, ему направляли сотни приветственных телеграмм и писем от руководителей штатов и корпораций. Президент Эйзенхауэр назвал гостя «выдающимся реформатором в истории новой России». Кого ещё так восторженно принимали в Америке? Только Горбачёва. Очень показательная параллель…

И ещё такой интересный факт. Как известно, Хрущёв был троцкистом. И вот, после оглашения доклада, IV Интернационал напечатал брошюру «К рабочим и народам всего мира»: «Сегодня, когда кремлёвские вожди сами признают преступления Сталина, они неявно признают, что неослабная борьба, проводимая мировым троцкистским движением против вырождения рабочего государства, была полностью оправдана» [289; с. 34]. Если убрать троцкистскую демагогию о «рабочем государстве», то всё верно. «Ревизионисты, троцкисты и империалисты в едином строю – вот результат подрыва СССР изнутри» [289; с. 34].

После съезда Гимн СССР стали исполнять без слов. И только в мае 1977 года, после принятия новой Конституции, были написаны слова. Очевидна параллель с Горбачёвым, когда тоже у гимна «вдруг» исчезли слова.

После съезда была проведена амнистия. Но если Берия выпустил только уголовников, то Хрущёв выпустил военных преступников, среди которых было немало врагов, в том числе власовцев, бандитов УНА-УНСО, диверсантов и полицаев, о чём я говорил.

В 1954 г., т. е. почти сразу после его избрания Первым, в архивное ведомство руководителем был назначен Николай Магковский, который ранее работал в возглавляемом Сусловым Отделе внешних связей. Он был флотский офицер, а в Отделе занимался Великобританией. Показательно, что, после проведённой в архивах чистки, он стал помощником Отто Куусинена.

Здесь мы снова возвращаемся к официальной биографии Хрущёва – правдива ли она? В этой цепочке логично выглядит и передача Крыма Украине.

Хрущёв и фальшивое «Письмо к съезду»

Понятно, что прямых доказательств того, «знал или не знал» Хрущёв о фальсификации «Завещания», нет и никогда не будет. Но, зная то, что в докладе нет ни одного правдивого факта, можно уверенно сказать, что Хрущёв знал.

В четвёртом издании Собрания сочинений Ленина, изданном при Сталине, из последних статей Ленина есть следующие: «Странички из дневника», «О кооперации», «О нашей революции», «Как нам реорганизовать Рабкрин», «Лучше меньше, да лучше» [Соч., 4-е изд., 1950, т. 33]. Во время «перестройки» говорили, что Сталин, мол, скрывал от партии основные письма. Но Сталин знал, что и эти статьи, и «Письмо», и «К вопросу об автономизации» есть фальшивки.

Думаю, достаточно сопоставить статьи из «Завещания» с событиями из «Дневника дежурных врачей». Сразу скажу, что «Дневник» не упоминает ни о каких диктовках.

23.12.22 – Письмо к съезду (об увеличении числа членов ЦК). В этот день у больного был паралич правой руки и правой ноги [428; с. 117].

24.12.22 – продолжение записок (о перемещении Сталина с поста генсека). Было головокружение с тошнотой по две минуты. При этом жалуется на затруднение дыхания. Подергивание в бедре и правой половине живота. Была поставлена клизма, пациент вял [428; с. 117–118].

25.12.22 – дополнение к письму (Сталин слишком груб). Подергивания правой ноги, температура 37 градусов [428; с. 118].

26.12.22 – продолжение записок. Дёргается нога, вкус йода во рту, одна нога холоднее, лежит, дали две таблетки снотворного [428; с. 118].

27.12.22 – О придании законодательных функций Госплану. Состояние без изменений. Принял снотворное [428; с. 118].

28.12.22 – продолжение записок. Без изменений. Принял снотворное [428; с. 119].

29.12.22 – зуб в зубах, язык обложен, живот вздут. Пациент вял, сделана клизма [428; с. 119–120].

30.12.22 – Об «автономизации». Это – день образования СССР. Тяжесть ситуации даже не позволяет обсуждать возможность присутствия на съезде. Чрезвычайно нервное состояние, принял снотворное [428; с. 120].

31.12.22 – продолжение статьи. Болит зуб, сделана клизма, настроение скверное [428; с. 120].

2.01.23 – Странички из дневника (большая работа с таблицей). Сделали электризацию. Была болезненность. Отмечена ригидность в четырёхглавой мышце при движениях. Сделана клизма [428; с. 121].

6.01.23 – О кооперации. Сделали электризацию. Снотворное [428; с. 122].

23.01.23 – О нашей революции. Кишечник вздут. Сделана клизма [428; с. 125].

2.03.23 – Лучше меньше, да лучше. У пациента то же самое состояние, что и в предыдущие дни (не двигается стопа, язык обложен, трясение в руке). Он плакал, принял веронал, бром, валериану. Сделана гимнастика. Был озноб, поставлена грелка. Дан феин. Сделана электризация. Принял на ночь снотворное [428; с. 137]. Так и хочется добавить: и написал огромную статью в 17 страниц прекрасным языком. Ясно, что если бы во время «перестройки» «Дневник дежурных врачей» был бы опубликован, то вопрос об исполнении «Завещания» отпал бы сам собой. Но тогда о том, что Ленин просто не мог писать и диктовать, молчали все, в том числе и врачи.

Ясно, что «Дневник дежурных секретарей» был «подкорректирован» после смерти Ленина [292; с. 77, 267].

Валентин Сахаров пишет, что «Дневник секретарей» чётко разделяется на две части. До 18 декабря 1922 года записи носят делопроизводственный характер – конкретные поручения и пометки об их выполнении. Записи за 19–21 декабря не велись, но на листах имеются даты, проставленные Н.С. Аллилуевой, с интервалом 4–5 строк: 19/XII, 20/XII, 21/ XII, 23/XII. Видимо, в эти дни от Ленина не было распоряжений [292; с. 70].

А вот с 23-го изменяется характер записей – они становятся не деловыми, а «мемуарными», в «Дневнике» записывают что-то об отношениях Ленина к другим руководителям, и т. п. [292; с. 71].

После 23-го имеются пометки, сделанные неизвестно кем. Есть среди них одна – и какая! – на ней основаны все рассуждения о «хорошем Ленине» и «ужасном Сталине». Запись от 1 февраля, пометка на полях неизвестным лицом: «В.И. сказал: если бы я был на свободе (сначала оговорился, а потом повторил, смеясь: если бы был на свободе), то я легко бы всё это сделал сам» [292; с. 75]. Вспомните, во время «перестройки» только и писали, что, мол, Сталин установил для Ленина тюремный режим! А ведь этот «факт» противоречит последующим записям: в этот же день Фотиева записала о контактах с Цюрупой, Свидерским и Аванесовым. В другие дни – контакты с миром также никто не ограничивал (например, записи от 3, 5, 12, 14 февраля).

Но – что главное! – публикаторы «Дневника» в ПСС (т. 45) без оговорок печатают все эти пометки, как будто они были в подлинном «Дневнике»!

Сахаров: «Таким образом, всё, что нам известно о записях “Дневника”, начиная с 23 декабря 1922 года, говорит против признания этого документа ценным источником по истории работы Ленина над последними статьями. Он ценен и важен как источник по истории фальсификации ленинского “Завещания”».

Но их авторы не согласовали свои действия. Почему? Трудно сказать, видимо, в суматохе тех дней посчитали этот вопрос не очень важным – мол, и так пройдёт.

Но когда эта «корректировка» была сделана? Существует т. н. «Дневник» М.И. Ульяновой. Это – составленная ей сводка информации о работе Ленина над последними статьями. Так вот: «Наличие многих разночтений с “Дневником секретарей”, а также отсутствие в её тексте специфической информации, которую бы она могла получить только из него, позволяет предположить, что он ей в это время был не известен» [292; с. 78].

«Дневник» Ульяновой свидетельствует, что «через несколько лет после смерти Ленина она практически ничего не помнила о его работе в этот период, хотя постоянно находилась около Ленина» [292; с. 78]. Конечно, не помнила, ибо Ленин был тяжело болен и не работал.

М.И. Ульянова умерла в 1937 г. и, следовательно, до этого времени она «Дневник секретарей» не видела.

Секретарями Ленина были Фотиева и Володичева.

«Главной» была Лидия Александровна Фотиева. В 1918— 30 гг. она была секретарём СНК и СТО, одновременно – личным секретарём Ленина. Как и все «ленинцы», была репрессирована… А вот и нет: с 1938 г. – директор Музея Ленина, одновременно (1941-45) – в ЦК МОПР (Международная организация помощи борцам революции). Умерла в 1975 году.

Заметьте, одна из немногих приближённых к Ленину людей не была фигурантом ни одного «процесса». Почему? Не знаю, я нигде не читал об этом. Вообще, наша историография сосредоточена только на нескольких «ленинцах». А кто такая эта Фотиева?? Обычный секретарь… но как-то забывают, что она была не только секретарём Ленина в Горках, но и секретарём СНК и СТО в самые первые годы революции, т. е. была допущена почти ко всем «тайнам власти».

Работая в Музее, она могла ежедневно изучать подлинные документы Ленина и, следовательно, могла их «корректировать», что она и делала – см. далее.

Теперь о текстах самого «Завещания». Ленин мог написать «Завещание»? Нет, не мог, ибо умирать не собирался, никогда ни с кем не говорил о том, что «завтра» умрёт. Тем более, состояние здоровья не позволяло ему что-либо писать.

Но кто написал «Письмо»? В разделе «“Октябрьский эпизод” Зиновьева и Каменева» в книге «Мировая закулиса и русская революция: криптооккупация России» (гл. 10) я писал, что текст «Письма к съезду» мог написать Троцкий, что, учитывая борьбу за власть, логично. Но это «Письмо» сразу же было расценено как фальшивка. На другие статьи и при Сталине, и при Хрущёве, и в годы «перестройки» внимания не обращали, так как они содержат действительно умные предложения по реорганизации советского аппарата. Основное внимание было сосредоточено на двух небольших статьях: «Письмо к съезду» (условное название, так как «Ленин» не дал никакого названия) и «К вопросу о национальностях или об “автономизации”». Об этих двух статьях во время «перестройки» были написаны сначала статьи, а потом и книги. Вот, например, название одной из известных «перестроечных» книг: Е. Плимак, «Политическое завещание Ленина: истоки, сущность, выполнение». Из книг вывод: вот, Ленин требовал снять Сталина с поста Генсека, а они… Но никто не задумывался над одним обстоятельством.

Итак, по рекомендации Ленина Сталина избирают Генсеком. Но вскоре, по легенде, Ленин в нём разочаровался… Что должен был делать Ленин? Правильно: он должен был требовать немедленного созыва пленума ЦК и поставить на нём вопрос о переизбрании Сталина. Вместо этого он пишет письмо к съезду, которое почему-то держится в тайне вплоть до его смерти. И Ленин не торопит оглашения этого письма. Почему? Нет ответа.

Я думаю, что если бы созыва пленума и снятия Сталина потребовал сам Ленин, то пленум был бы завтра же созван и Сталин немедленно слетел.

И сегодня мы бы читали в книгах о том, как Ленин требовал созыва пленума, а ему Крупская, Фотиева и Володичева вместе со Сталиным мешали, а после его смерти выкрали «Письмо», отдали Сталину, а тот его хранил под подушкой.

Но этого нет. Наоборот, и «Письмо», и статья «Об автономизации» были для Сталина неожиданными. Конечно, неожиданными, ведь тяжело больной Ленин их и не писал. Сталин, на которого Политбюро возложило обязанности контролировать Ленина, прекрасно знал, что Ленин ничего не мог написать.

Ленин не хотел снимать Сталина. Если бы хотел – то бы снял. А кто хотел?

Историк Валентин Сахаров в [292] доказывает, что и «Письмо», и статья «Об автономизации», и «примыкающие» к ним письма о т. н. «Грузинском инциденте» есть фальшивки, написанные Троцким и примкнувшими к нему Крупской, Фотиевой и Володичевой.

Я, конечно, не буду приводить все аргументы Сахарова, но некоторые приведу. (Отмечу, что Сахаров не был знаком с «Дневником врачей.)

Итак, считается, что статья «К вопросу о национальностях или об “автономизации”» была продиктована Лениным 30 и 31 декабря 1922 года. Записала её Володичева. Но статья не была подписана Лениным и не была зарегистрирована в его секретариате и в архиве! [292; с. 306]. А первый документ, фиксирующий существование этой статьи – письмо Фотиевой от 16 апреля 1923 года, в котором она информировала ЦК о существовании этой статьи.

У меня сразу возникает вопрос: а почему в ЦК о столь важной статье стало известно спустя почти четыре месяца?! Где был «контролёр» Сталин и врачи?

В этом письме Фотиева пишет, что текст статьи был продиктован Лениным 31 декабря, а о диктовке 30-го не сказано ничего. Ей противоречит Троцкий, который в октябре 1923 года писал, что получил текст, датированный 30-м декабря. Можно, конечно, предположить, что это ошибка. Но ведь у Троцкого была (якобы) копия статьи с датами.

Далее. В письме Сталину от 16 апреля Фотиева сообщала, что «статья Ленина была написана (Не продиктована. – А.С.) им 31/XII-22 г.». А в письме Каменеву, написанному в тот же день, она пишет, что статья была «продиктована». Может, она забыла, что у Ленина с 15-го декабря был паралич правой руки и он не мог писать? Такого, конечно, не могло быть.

О том, что Ленин написал эту статью, сообщают Троцкий и другая секретарь Ленина Гляссер. Троцкий: «Я дал ему (Каменеву) прочитать рукописи Ленина». Рукописи – это о статье и о «письме Ленина Троцкому», направленному ему 5 марта. Более того, «письмо Мдивани» от 6 марта (о т. н. «грузинском инциденте») Ленин, по утверждению Троцкого, так же написал: «Владимир Ильич решил действовать сейчас же и написал… записку Мдивани и Махарадзе с передачей её копии Каменеву и мне». Вот так: полупарализованный Ильич «решил действовать сейчас же»! Но если он был так работоспособен, то почему же не созвал пленум, на котором и обсудил бы и вопросы о Сталине, и о «грузинском инциденте»?

Сравним с «Дневником врачей»:

5.03.23 – У пациента озноб, головная боль, пульс 88 в минуту. Дали фенацетин, пирамидон, кофеин, на ночь веронал.

6.03.23 – Принял бром, поставлена клизма. Почти ничего не может сказать, кроме «ах чёрт, ах чёрт»… Больной испуган, текут слёзы, дышит часто, лицо красное. Просит лёд, дали бром [428; с. 139]. Видимо, он плакал от жалости к Мдивани…

Почему-то фальсификаторы не согласовали между собой действия. Например, о количестве экземпляров статьи Володичева говорит, что тексты изготавливались в пяти экземплярах, а Фотиева 16 апреля 1923 года в письме в ЦК писала, что в архиве Ленина имеется только один экземпляр; а Крупская в письме в ЦК от 18 мая 1924 года утверждала, что единственный экземпляр статьи находится у М.И. Ульяновой [292; с. 309]. Почему они не договорились? Трудно сказать, видимо, в суматохе тех дней посчитали этот вопрос не очень важным – мол, и так пройдёт.

Но, допустим, единственная рукопись была у Ульяновой. Где она? Где остальные рукописи? Почему подлинник статьи не был предъявлен в ЦК и в результате ЦК был вынужден эту «статью» рассылать членам ЦК в виде копии, снятой не с подлинника, а с копии, снятой Троцким для себя! Фактически, Секретариат ЦК был вынужден представленный Троцким текст выдать за ленинский.

На этом месте я бы, вместо Сахарова, поставил точку. Ведь ни один суд не принял бы к рассмотрению копию документа, на котором нет ни подписи автора, ни нотариальной надписи. Ведь любой государственный орган – Регистрационная палата, БТИ, Мосжилинспекция, Префектура, тот же суд – требует либо нотариальную копию, либо подлинник, а копию заверяет сам.

Не известно, почему ни Сталин, ни Бухарин, ни другие члены ЦК не потребовали предоставить подлинник статьи, а сомнительную копию зачитали по делегациям, тем самым «легализовав» статью. Как Крупская, Фотиева и Володичева объясняли непредоставление ими подлинника? Почему генсек Сталин их не «послал» с этой копией?

А почему позднейшие историки не обратили внимания на то, что подлинника статьи нет? Видимо, на эти вопросы никогда не будет ответа.

Но продолжим. «Письмо» не подписано Лениным. Мария Ульянова в своих воспоминаниях ничего не говорит о работе Ленина над «Письмом», хотя воспоминания очень подробны.

Далее. Как я писал, Фотиева была директором Музея Ленина. А в «Дневнике дежурных секретарей» нет никаких упоминаний о диктовке «Письма». Из этого положения выход нашла сама Фотиева: 15 мая 1971 года в письме в ИМЛ при ЦК она предложила восполнить этот пробел, включив в текст «Дневника» недостающую информацию: «4/1. Добавление к “Письму к съезду”» [292; с. 312]. Так ведь можно сфальсифицировать любой документ! Факт написания этого письма косвенно говорит о том, что Фотиева и раньше «корректировала» «Дневник».

«Раньше» – это когда? Известно, что в «закрытом докладе» Хрущёв цитирует «Письмо к съезду». Также известно, что Хрущёв сотрудничал со старыми большевиками, в частности, со Снеговым и Шатуновской.

Доклад был прочитан на XX съезде в 1956 году. И в этом же году Фотиева получила персональную пенсию союзного значения. И следом посыпался вал наград – да каких!

1961 г. – Орден Трудового Красного Знамени; 1967 г. – Орден Ленина; 1971 г., 18 октября – Орден Ленина и «Золотая Звезда» Героя Социалистического Труда.

Почему-то при Сталине она ничего не получила. Почему? Видимо, Сталин знал о её участии в фальсификации «Письма к съезду». Ясно одно: историю надо изучать, а не переписывать схемы друг у друга.

И далее. Ленин диктует: «…С точки зрения написанного мною выше…» Нет ни рукописной записи, ни стенограммы, ни её расшифровки [292; с. 316]. Нет черновиков с первоначальными вариантами характеристик; значит – Ленин диктовал то, что давно обдумал. Но, напомню, Ленин это диктовал в конце декабря, когда у него усилилась болезнь. Такое чувство, что во время паралича Ленин только и думал о Троцком да Сталине с Бухариным. И плакал.

Тоже относится и к письмам вокруг т. н. «Грузинского инцидента». Мол, Ленин готовил «бомбу для Сталина». Надо сказать, что впервые это выражение привёл Троцкий в 1927 г. в «Письме в Истпарт ЦК ВКП(б)» (в 1932 г. он опубликовал его в книге «Сталинская школа фальсификаций», вышедшей в Берлине. Во время «перестройки» она была издана и у нас).

И снова то же самое. Черновиков таких важных писем нет; подписи Ленина нет; письма не зарегистрированы в секретариате Ленина; письма не зарегистрированы и в секретариатах адресатов – Троцкого, Мдвивани, Сталина; отсутствуют конверты, в которых направлялись документы и которые возвращались в секретариат Ленина с распиской о получении [292; с. 338].

Сразу после смерти Ленина в Москве началось подпольное издание и распространение «Письма к съезду» и других «статей». «Письмо» распространяли среди приехавших на похороны партийцев из областей. Дело дошло до того, что Дзержинский, как председатель комиссии по организации похорон, вынужден был запретить распространение «статей».

«Письмо к съезду» было роздано делегатам съезда. Хрущёв сказал: «Вы его читали и будете, вероятно, читать ещё не раз». Как в воду глядел! При Горбачёве его почти ежедневно обсуждали в газетах и по телевидению. И делался вывод: Ленин хотел убрать Сталина, а этот Сталин…

Хрущёв вытащил эту фальшивку для того, чтобы выставить Сталина узурпатором, противником Ленина. (Отсюда логично вытекало, что наследником и не-узурпатором являлся Троцкий. Но Хрущёв побоялся его реабилитировать – в партии бы не поняли.) А он, Хрущёв, хочет вернуть партию на ленинский путь, восстановить «ленинские нормы партийной жизни». Конечно, это была ложь. Просто надо было «добить» Сталина, его авторитет.

Во время «перестройки» бомба рванула второй раз – да как! На этой фальшивке была, фактически, основана вся антисталиниана. Суть всех этих статей (особенно в «Огоньке» Виталия Коротича): Сталин – узурпатор, совершил термидор, «грузинский инцидент», и т. п. Но, что удивительно, никто не поставил под сомнение авторство Ленина, хотя подписи его нигде не было! Да и здоровье Ленина не позволяло ему ни то, что писать, но и говорить.

То есть в основу антисталинской истерии была положена фальшивка. Знали ли о том, что «Письмо» и все «статьи» – фальшивки – Горбачёв и Яковлев? Не знаю, но они знали то, что фальшивкой является т. н. «Пакт Молотова-Риббентропа» (о нём в следующей книге).

Хрущёв и западные компартии

В европейских компартиях доклад произвёл эффект разорвавшейся бомбы: ведь и коммунисты, и население Европы видели в Сталине освободителя, а в СССР – оплот демократии, а статьи в СМИ воспринимали, как лживую антисоветскую пропаганду. И тут сам Первый секретарь говорит, что Сталин – палач и дурак (руководил войсками по глобусу). То есть Хрущёв дал западной пропаганде козырь. Из компартий стали выходить (как и в 39-м). Появились т. н. «еврокоммунисты», которые выступали не за советский, а за некий «европейский социализм». Они поддержали «курс XX съезда».

В частности, лидер ИКП масон Пальмиро Тольятти: он сразу после смерти Сталина начал ещё более открыто пропагандировать свои ревизионистские взгляды, ибо увидел в Хрущёве и его соратниках своих идейных союзников. Ему нравилась та политика, которую Хрущёв проводил в отношении «брата» Тито. Ранее он не поддержал резолюцию Информбюро 48-го года о Тито.

После XX съезда Тольятти превозносил «новые перспективы», открытые этим ревизионистским съездом. Тольятти часто критиковал Сталина.

В другой крупной компартии – ФКП – события развивались несколько по-другому, но с тем же результатом. В начале руководители ФКП Морис Торез и Жак Дюкло не одобрили «секретный доклад», было опубликовано заявление, осуждающее доклад. Ранее Торез присоединился к резолюции Информбюро о Тито. Но, находясь в 1960 г. в Москве на Совещании 81-й компартии, изменил свою позицию на противоположную. То есть поддержал политику Хрущёва и Тито («поцеловал перстень»?)

Торез изменил свою позицию потому, что так ему приказали его начальники «братья» – масоны. Ранее, в ноябре 1945 года секретарь ФКП Леон Мове направил послание «Великому Востоку», в котором говорилось, что ФКП не будет отказывать масонам в приёме в свои ряды. А позднее, в 1978 г., из 400 лож «ВВФ» 80 управлялись мастерами – членами ФКП [90; с. 272]. Ясно, что Торезу был дан приказ «сменить ориентацию».

После XX съезда

После изъятия книг Сталина и учебников сталинских времён стали издаваться новые работы по марксизму-ленинизму и истории партии. Был издан «Популярный учебник по истории КПСС» коллективом под руководством заведующего международным отделом ЦК Бориса Пономарёва (вопрос: какая связь между международными делами и учебником по истории? Или Пономарёв получал «ценные указания» из-за рубежа?).

Издан учебник «Основы марксизма-ленинизма» под редакцией Отто Куусинена (возможно, масона – о нём далее); издан учебник «Политэкономия» (Шепилов, Островитянов, академик Юдин).

Сразу же после доклада, в КПСС, а особенно в других компартиях, начались разброд и шатания. И если в КПСС эти переживания выплеснулись в обсуждения доклада, который был зачитан в закрытых аудиториях обкомов, то в западных компартиях начался массовый выход их членов. Коммунисты стали проигрывать выборы, стали падать тиражи их газет.

30 июня 1956 года было издано постановление ЦК «О преодолении культа личности и его последствий». В нём ЦК признал, что внутри ЦК была создана оппозиция Сталину: «XX съезд партии и вся политика ЦК после смерти Сталина ярко свидетельствует о том, что внутри ЦК имелось сложившееся ленинское ядро руководителей». Так как в это «ядро» не входил сам Сталин, то ясно, что оно сложилось против него. И «ленинское ядро» начало действовать… Об этом я говорил – см. главы об убийстве Сталина. Вспомните так же слова Пастернака о «новых ложах».

После съезда на Запад поехал Илья Эренбург (уж не из «новых лож» ли?). Он должен был создать привлекательный образ «ленинского ядра». Эренбург должен был дать понять, что когда Сталин создавал дело врачей (т. е. один Сталин создавал!), ЦК не сидел, сложа руки. Свою версию этих событий, согласованную с «ядром», Эренбург рассказал писателю Ж.-П. Сартру. После её публикации во французской прессе, она обошла всю мировую печать.

Рассказ Эренбурга сводился к следующему. 1 марта 1953 года на заседании Президиума выступил Каганович, требуя от Сталина: 1) создание комиссии для объективного расследования дела врачей; 2) отмены отданного Сталиным распоряжения о депортации евреев в Биробиджан. Кагановича поддержали все члены Президиума, кроме Берии (Ух, сатрап! – Л.С.). Потеряв самообладание, Сталин стал грязно ругаться и грозил всех арестовать. Микоян закричал: «Если через полчаса мы не выйдем отсюда свободными, то армия займёт Кремль!» После этого заявления Берия тоже отошёл от Сталина, а Каганович разорвал свой партбилет и швырнул его Сталину в лицо. Сталина тут же хватил удар и он умер [186; с. 84–90].

В 1957 году секретарь ЦК, а затем посол в Голландии Пономаренко подтвердил рассказ Эренбурга, но добавил: «Каганович, после того, как разорвал билет крикнул: “Сталин позорит нашу партию!”, а Берия, когда Сталин умер, крикнул: “Тиран умер, мы свободны!”» [186; с. 90]. (Этот миф о депортации опровергает историк Г. Костырченко [165; с. 671]).

Этот рассказ показывает, что хрущёвцы хотели показать себя перед Западом как заступники евреев и поборники демократии, а Сталина – как тирана, который позорит партию. Это, конечно, была ложь и Эренбург не мог не знать об этом.

Вообще, хрущёвцы всё валили на Сталина, он стал ответствен за все ошибки, как будто он один руководил и вёл войну, не было ни Хрущёва, ни Микояна, ни Жукова…

С XX съездом связан и разгром антихрущёвской оппозиции в 1957 году.

«Антипартийной группы» в смысле тайных собраний и т. п. не было – а были настроения, вызванные тем, что Хрущёв делал политические заявления, не посоветовавшись с членами Президиума ЦК, кроме Микояна. Особенно он игнорировал «стариков» – Молотова, Кагановича, Маленкова и Ворошилова. Им также не нравилась политика, которую начал проводить Хрущёв. И эти настроения прорвались.

Вопрос о снятии Хрущёва возник на заседании Президиума (18–21 июня 1957 г.) стихийно. Точнее, этот вопрос давно назрел всей «деятельностью» Хрущёва.

Очень хорошо об этом заседании Президиума рассказал Каганович. В книге «“Сталинизм”: правда о Сталине и миф о Кобе», в главе 2, в разделе «Сталин и Каганович», я писал, что его книга состоит, в основном, из, так сказать, «статей “Правды” в авторской обработке», ничего конкретного ни о себе, ни о революции, ни о 30-х годах, ни о смерти Сталина он не пишет. Ясно, почему – хочет скрыть правду о событиях, участником и творцом которых он был. Но рассказ о событиях 57-го года выделяется своей красочностью. Почему? Видимо, Кагановичу было очень неприятно, когда его, столько сделавшего (во всех смыслах), откровенно послал и исключил из партии какой-то шут, который на даче у Сталина гопак танцевал…

Итак: «После XX съезда, казалось бы, деловая работа должна улучшиться. Но последние остатки скромности исчезли – как говорится, “шапка на нём встала торчком”. Он почувствовал себя “вождём”. Коллективность в руководстве была грубо нарушена, но главное – это приводило к грубым ошибкам в политическом и экономическом руководстве.

Поехал он в Горький, и вдруг узнаём, что на митинге он объявил, что все выплаты по облигациям Госзаймов отсрочиваются на 20 лет. Все знают, какое недовольство это вызвало у населения и подорвало доверие к государству» [208; с. 510]. Надо думать, Никита именно для подрыва доверия это и сделал. Прежде всего – доверия к руководству партии. И как хитро: люди же не знали, что это была его личная инициатива, они думали, что так решил ЦК, т. е. в глазах народа «плохим» было всё руководство. А что касается «личной инициативы» и аналогичных «неразумных поступков» – то здесь, учитывая вышесказанное о связях Хрущёва с мировой закулисой, ещё много вопросов. Кстати, Горбачёв так же совершал много «неразумных поступков» и «ошибок»…

А ведь это были не простые облигации – т. е. люди не добровольно их покупали. Это были «военные займы». Работники должны были на займы «подписываться». Работники получали часть зарплаты деньгами, а часть – облигациями. Во многих случаях зарплата облигациями составляла даже большую часть. Принуждая людей отдавать часть зарплаты на оборону (ведь не все же хотели покупать облигации, так как у многих было трудное материальное положение), государство гарантировало, что после войны оно рассчитается по долгам.

И вот Хрущёв заявляет, что выплаты переносятся на 20 лет – т. е. на неопределённый срок. И облигации превратились в обычную бумагу – их можно было видеть даже в туалетах. Да, в 80-е проводились тиражи, но выигрыши по облигациям были от 1 до 100 рублей. Подчёркиваю: именно выигрыши, а не погашение долга с процентами.

Вопрос: почему СССР должен был платить по ленд-лизу, а по внутреннему долгу – нет? Да потому что…

«В вопросах внешней политики Хрущёв сам, без согласования с Президиумом ЦК, давал интервью иностранным журналистам, вносил поправки в документы МИДа» [208; с. 511]. Аналогично действовал и Горбачёв. Конечно, Хрущёв не согласовывал свои действия с Кагановичем или Молотовым – на них уже был поставлен крест.

«Наибольший организаторский “талант” Хрущёв проявил в “великой” реорганизации государственного аппарата. Были ликвидированы почти все хозяйственные министерства и созданы совнархозы. Это дезорганизовало работу» [208; с. 512]. «Особенно несуразной, противоречащей основам партийного строительства, явилось проведённое по его предложению разделение обкомов на промышленные и сельские. Вред такого новшества настолько очевиден, что доказывать это и не требуется» [208; с. 513]. (Вопрос: а где ты был раньше? Почему не остановил Хруща?) «Хрущёв провозгласил генеральную задачу: догнать и перегнать Америку к 60-му году по поголовью скота. Президиум поручил Госплану сделать необходимые расчёты. Госплан представил выводы, что догнать США мы сможем только к 1970-72-му годам» [208; с. 514].

«На заседании Президиума (присутствовали члены: Булганин, Ворошилов, Каганович, Маленков, Микоян, Молотов, Первухин, Хрущёв и кандидаты Суслов, Брежнев, Фурцева, Кириченко, Шепилов. – А. С.) в порядок дня был поставлен вопрос о подготовке к уборке и хлебозаготовкам. Хрущёв предложил включить вопрос о поездке всего состава Президиума в Ленинград на празднование 250-летия города. Ворошилов возразил. Почему, сказал он, должны ехать все члены Президиума, что у них других дел нет? Я поддержал Ворошилова. Маленков, Молотов, Булганин и Сабуров так же поддержали (То есть всё началось с ерунды, но эта «ерунда» была «последней каплей». – А. С.). И тут поднялся наш Никита и начал “чесать” членов Президиума. Он так разошёлся, что его стал успокаивать Микоян. Но тут уж члены Президиума поднялись и заявили, что так работать нельзя – давайте обсудим прежде всего поведение Хрущёва.

Было внесено предложение, чтобы председательствовал Булганин. Это было принято большинством, без какого-либо предварительного сговора. Затем слово взял Маленков: “Вы знаете, что мы поддерживали Хрущёва. И я, и товарищ Булганин внесли предложение об избрании его Первым секретарём. Но вот теперь я вижу, что мы ошиблись. Он делает ошибку за ошибкой в содержании работы, он зазнался, отношение его к членам Президиума стало нетерпимым. Он подменяет государственный аппарат, командует через голову Совета Министров. Это не есть партийное руководство советскими органами. Мы должны принять решение об освобождении Хрущёва от обязанностей Первого секретаря ЦК”. Маленкова поддержал Ворошилов. Каганович так же поддержал Маленкова и добавил: “Но есть и ещё одна ошибка в поведении Хрущёва, которую нужно осудить: Хрущёв, как теперь установлено, в Секретариате ЦК сплачивал свою фракцию. Он систематически занимался дискредитацией Президиума и его членов, критиковал их не на Президиуме, а в Секретариате. Такие действия Хрущёва вредят единству. Ещё добавлю один важный факт. На одном из заседаний Президиума Хрущёв сказал: ‘Надо ещё разобраться с делами Зиновьева, Каменева и других, т. е. троцкистов’. Я бросил реплику: ‘Чья бы корова мычала, а твоя молчала’, на что Хрущёв начал кричать: ‘Что ты всё намекаешь, мне это надоело’. Тогда я не стал раскрывать этот намёк, но сейчас раскрою: Хрущёв был в 1923-24 годах троцкистом. Но в 1925 г. он раскаялся”. (Следовательно, не все знали этот факт. – А. С.).

Затем выступил Молотов: “Как ни старался Хрущёв провоцировать меня, я не поддался на обострение отношений. Но дальше терпеть невозможно. Хрущёв обострил отношения при решении крупных государственных и партийных вопросов”. Молотов подробно остановился на вопросе реорганизации управления, считая её (реорганизацию) неправильной (Создание совнархозов. – А. С.) Он возражал против чрезмерного увеличения целины и доведения её сразу до 20–30 млн га, что надо сосредоточиться на 10–20 млн, подготовить как следует, освоить и получить высокие урожаи… Он высказался за освобождение Хрущёва.

Булганин, Первухин и Сабуров присоединились к этому предложению. Микоян считал, что не следует освобождать Хрущёва» [208; с. 518–520].

«Хрущёв признал упрёки и заявил, что исправит эти ошибки. В защиту Хрущёва выступили так же Брежнев, Суслов, Фурцева, Поспелов. Шепилов высказался за отставку Хрущёва» [208; с. 521].

В результате Президиум семью голосами против четырёх принял решение о смещении Хрущёва с занимаемого поста и выйти на предстоящий Пленум с этим решением от имени Президиума. «За» голосовали: Председатель СМ Булганин, Председатель Президиума ВС Ворошилов, заместители Предсовмина Молотов, Каганович, Первухин, Сабуров, Маленков. «Против» были сам Хрущёв, Кириченко, Микоян, Суслов.

Каганович: «А тем временем хрущёвский Секретариат организовал тайно от Президиума вызов членов ЦК в Москву, разослав через министерство обороны десятки самолётов (Это организовывал Жуков. – А. С.) Это было сделано без какого-либо решения Президиума и даже не дожидаясь его решения. Это был настоящий фракционный акт, ловкий, но троцкистский.

Большинство Президиума не такие уж простаки. Если бы они встали на путь фракционной борьбы, в чём их обвиняли, то могли бы снять Хрущёва (А почему не создали фракцию и не встали на путь борьбы? – А. С.)

По-фракционному повёл дело Хрущёв. К концу заседания Президиума явилась от собравшихся в Свердловском зале членов ЦК делегация 20 чел. во главе с маршалами Жуковым и Коневым, заявив, что члены Пленума просят доложить об обсуждаемых на Президиуме вопросах. Некоторые члены Президиума гневно реагировали на этот акт созыва членов ЦК без разрешения Президиума как узурпаторский со стороны Хрущёва. Для них это было неожиданностью. Сабуров, например, с возмущением крикнул Хрущёву: “Я вас считал честнейшем человеком. Теперь вижу, что я ошибся – вы бесчестный человек, позволивший себе по-фракционному, за спиной Президиума организовать это собрание в Свердловском зале”.

Президиум решил: несмотря на то, что Секретариат нарушил Устав, но, уважая членов ЦК, пойти в Свердловский зал» [208; с. 521].

Да, 20 членов ЦК во главе с Жуковым и Коневым, пришли к дверям Президиума и потребовали их пустить и немедленно созвать Пленум. Вскоре подошло ещё человек 80. Такого оппозиционеры не ожидали, начали кричать, что Хрущёв повёл себя по-фракционному, «окружил Кремль танками», но в результате согласились на созыв Пленума.

Пленум открылся 22 июня 1957 года. Председательствовал Хрущёв. Он сразу предоставил слово Суслову. Суслов выступил с сообщением, которое в книге [209] занимает 8 страниц формата А4. Сообщение было очень обстоятельным и конкретным. Поэтому складывается впечатление, что Суслов заранее подготовил это сообщение, ещё до заседания Президиума… Как будто знал всё заранее… Видимо, хрущёвцы готовили снятие «стариков», но ждали лишь предлога. А Хрущёв специально их спровоцировал «поездкой в Ленинград».

Потом выступил Жуков, который зачитал большой доклад, где говорил о том, что «старики» подписывали списки на расстрел. Это ещё раз говорит о том, что доклад готовили задолго до пленума, ибо все эти списки надо было найти и т.д.

Молотов, Маленков и Каганович, в целом, поддерживали политику Хрущёва: например, поддержали разделение обкомов, другие реформы, проходившие до XX съезда. Да и на съезде они не потребовали начать прения по клеветническому докладу Хрущёва. И Хрущёв, и Каганович, и Молотов проводили единый курс на полное подчинение России Западу (достаточно сказать о поддержке Тито Кагановичем). Поэтому нельзя рассматривать борьбу на пленуме как борьбу принципиальную, за радикальную смену курса, возвращение к послевоенным порядкам.

«Старики», которых в массовом сознании ассоциировали со сталинской эпохой, должны были уйти. Но не просто уйти, а уйти, обвинёнными в «репрессиях». Но для их ухода нужен был предлог. В этом свете опять возникает мысль не об «экспромтности» речи Суслова, а о её подготовке задолго до пленума. Экспромтом можно сделать краткое сообщение, но не 8-страничный подробный (с цифрами количества произведённого зерна, льноволокна и т. п.!) доклад! В 64-м году тот же Суслов будет читать доклад, обвиняющий Хрущёва в «волюнтаризме»… Так что «мавры сделали своё дело, мавры должны уйти». На определённые размышления наводит и то, что «антипартийцы» и, в частности, Молотов, были устранены, как пишет Энвер Ходжа, по просьбе Тито [205; с. 90].

И тем не менее пленум мог поддержать позицию «антипартийцев». И неизвестно, как бы тогда пошли события… У «антипартийцев» была уверенность в победе. Но почему же пленум их не поддержал? Почти вся новая партийная элита была избрана на XX съезде. А до съезда секретари получили определённую свободу действий по обогащению. Они понимали «борьбу со сталинизмом» как гарантию своей безопасности и безнаказанности. Им надоели сталинские чистки, которые кончались расстрелами. Именно они стали опорой хрущёвского режима.

Можно сделать и такой вывод: мятеж «антипартийцев» был, возможно, и «проверкой на лояльность» новых членов ЦК. Как я говорил, имена «антипартийцев» ассоциировались со сталинским режимом. И пленуму был предложен своего рода тест – согласны ли секретари с возвращением сталинских послевоенных порядков или нет. Секретари сказали «нет» и «процесс пошёл»…

(Вообще, стенограмма Пленума оставляет страшное впечатление. Сначала выступавшие ругали «антипартийцев» (хотели расколоть ЦК и добраться до архивов, чтобы изъять оттуда дела о расстрелах с их подписями, прикрывали свои преступления именем Сталина), а потом… в Рязанской области нет не только хлеба, но и масла, мяса и колбасы; в других областях, даже в Московской – то же самое; Мазуров (Первый секретарь ЦК КП Белоруссии): во всех городах нет хлеба, только целина немного помогла; из Смоленской области ежегодно убегают более ста тыс. колхозников; в колхозах нет водопровода и др. удобств; сельское хозяйство находится в страшном упадке, особенно в России, полно бараков… И это – через 10 лет после войны, а как после войны!

А затем секретари обкомов, министры начинают говорить, что (с того понедельника?) резко увеличилось производство зерна (металлов, хлопка и т. и.), перевыполнили планы, приводят цифры, в том числе и сам Хрущёв. Только вот где всё это на полках магазинов? Кому нужно это очковтирательство? Сами себя убеждают.)

Показательно, что книжка со стенограммой и материалами пленума была напечатана для рассылки по обкомам, но почти весь тираж был уничтожен в Общем отделе [209; с. 730]. По чьему приказу? Думаю, не Хрущёва – он-то как раз был заинтересован в большей дискредитации «стариков» (в докладах Жукова, Аристова, Малина, да и Хрущёва много говорилось о причастности их к репрессиям). Не исключено, что в ЦК были их сторонники, которые хотели создать им образ «невинно гонимых».

Трудно сказать, было ли что-то вписано в стенограмму пленума, подлинник опубликован не был.

Книга [209] была издана Международным фондом «Демократия», который возглавлял известным антисталинист и антисоветчик и агент ЦРУ «архитектор перестройки» А.Н. Яковлев. А в редакционный совет входили: Е.Т. Гайдар, А. А. Дмитриев, В.П. Козлов, В. А. Мартынов, С. В. Мироненко, В.П. Наумов, Ч. Паям, Р.Г Пихоя, Е.М. Примаков, А.Н. Сахаров, Г.Н. Севостьянов, Н.Г. Томилина, С. А. Филатов, А. О. Чубарьян, В. Б. Юмашев. Да, многие входили в ред-совет из-за «престижа», но вот другие… дело делали.

Например, Рудольф Пихоя. Его должности: в 1990 году переехал в Москву, где был назначен на должность председателя Комитета по делам архивов при Совете министров РСФСР. В 1990–1996 годах – руководитель Государственной архивной службы России – Главный государственный архивист России; с 22 сентября 1994 года – член Комиссии по рассекречиванию документов. С 1996 года – вице-президент международного фонда «Демократия». Я приведу выдержку из статьи в газете «Русский вестник» (№ 12 от 11 июня 2010 г.) «Сенсационные разоблачения катынской фальсификации. Выявлен исполнитель подложного “письма Берии № 794/Б”», в которой приводятся письма депутата Госдумы Виктор Илюхина Геннадию Зюганову; в письмах он пишет, что «катынское дело» было фальсифицировано и приводит факты; он, в частности, писал: «над смысловым содержанием проектов текстов работала группа лиц, в которую якобы входили бывший руководитель Росархива Р. Пихоя, приближённый к первому российскому президенту М. Полторанин. Названа также фамилия первого заместителя руководителя службы безопасности президента Г. Рогозина», «что в российские архивы за этот период были вброшены сотни фальшивых исторических документов и ещё столько же были сфальсифицированы путём внесения в них искажённых сведений, а также путём подделки подписей. В подтверждение сказанного, собеседник (Илюхина) представил ряд бланков 40-х годов прошлого века, а также поддельные оттиски штампов и подписей. Одновременно заявил, что у него частенько вызывает иронию представление общественности тех или иных архивных документов как достоверных, хотя к их фальсификации “приложила” руку названная группа людей».

В.П. Козлов. С 1991-го по 1993 год был директором РГАСПИ, с 2004-го по 2010 г. – руководитель Федерального архивного агентства, специалист в области исторических фальсификаций. Автор издания «Тайны фальсификации: анализ подделок исторических источников XVIII–XIX веков. Пособие для студентов вузов». Я читал книгу, очень интересная. То есть он знал, как распознать подделки. И их сделать?

А В. Б. Юмашев был вообще журналистом, придал литературную форму воспоминаниям Ельцина (впоследствии стал его зятем).

А кто финансировал издание? Это не скрывается – написано в самой книге: Гуверовский институт, Стэнфордский университет.

После пленума власть, в определённой степени, перешла на места, к местным князькам. После пленума хозяином в стране стала номенклатура. Впоследствии этот «партхозактив» фактически нанимал «временных управляющих» – от Брежнева до Ельцина.

Именно это всевластие номенклатурных кланов, нового правящего класса, стало одной из причин развала СССР.

17-31 октября 1961 года состоялся XXII съезд КПСС. На нём опять критиковали Сталина (чем он им мешал, он же давно умер…) На съезд были приглашены Энвер Ходжа и Чжоу Эньлай. В беседе с Эньлаем Хрущёв говорил о Сталине: «Сталин – негодяй», «палач», «идиот», «дурак». Хрущёв сознательно шёл на разрыв с Китаем.

На съезде Суслов, Шелепин, Мжаванадзе, Подгорный требовали поставить памятник «жертвам репрессий» и вынести Сталина из Мавзолея. Это их требование было удовлетворено. Мао и Ходжа попросили передать тело Сталина в Китай или Албанию, но члены Президиума были против «сделки», хотя сам Хрущёв был «за». Когда Э. Ходжа обратился с такой просьбой, Хрущёв сказал: «Что ж, хотите эту дохлую клячу? Ну и берите её».

Но критиковали не только мёртвого Сталина и «антипартийцев». Удар был нанесён и по Ворошилову. Да, в 57-м он голосовал «за» смещение Хрущёва, но, по сравнению с Молотовым и Кагановичем, выступал не активно. Видимо поэтому он остался Председателем Президиума Верховного Совета (с 15 марта 1953 г.), хотя 7 мая 1960 года был заменён Брежневым. Но он был последним сталинцем и представлял реальную угрозу для Хруща и, не убрав этого человека, первый секретарь не мог быть уверенным, что его самого не сметут. В выступлениях на съезде его имя – везде в отрицательном контексте.

Сам маршал на съезде не выступал, а вот что было. Апофегеем антиворошиловских выступлений было выступление Председателя Совета Министров РСФСР Д.С. Полянского: «Следует сказать и о поведении тов. Ворошилова как участника антипартийной группы. Всем известны его прежние заслуги перед Родиной. Поэтому Центральный Комитет партии очень снисходительно отнесся к нему. А ведь вы, товарищ Ворошилов, играли активную роль в этой группе, хотя и говорите, что вас “чёрт попутал”. Мы думаем, что чёрт тут ни при чём. Вы хотели замести следы своего участия в репрессиях против ни в чём не повинных людей, особенно против кадров военных руководителей, известных всей стране. Будучи членом антипартийной группы, являясь её активным участником, тов. Ворошилов вёл себя дерзко, грубо, вызывающе. В критические минуты он даже отказался встретиться с членами ЦК партии, требовавшими созыва Пленума. Он забыл о том, что его избирали в Президиум ЦК и, следовательно, могли лишить этого высокого доверия. А как он вел себя на Пленуме ЦК? Напомню только один момент. Когда Кагановичу было предъявлено обвинение в массовых репрессиях на Кубани, проводившихся по его указанию и при его личном участии, Ворошилов выступил в защиту Кагановича; вскочил с места и, размахивая кулаками, кричал: “Вы ещё молоды, и мы вам мозги вправим”. Мы тогда ответили на его реплику: “Успокойтесь, ЦК разберётся, кому следует мозги вправлять!” Так что вы, товарищ Ворошилов, не прикидывайтесь Иваном, не помнящим родства. За антипартийные дела вы должны нести полную ответственность, как и вся антипартийная группа».

Во время речи Полянского Ворошилов вёл себя очень нервно. Он вставал, садился, затем со злобой бросил блокнот, опрокинул стул и вышел из зала. Но на следующий день он снова сидел на съезде и слушал выступления, в которых нередко упоминалась и его фамилия.

Многие из делегатов требовали исключения лидеров антипартийной группы из партии. На 19-м заседании съезда 27 октября 1961 года было зачитано заявление Ворошилова. В нём он писал: «Глубоко осознав тот огромный вред, который могла нанести нашей партии и стране антипартийная группа Молотова, Кагановича, Маленкова и других, я решительно осуждаю её фракционную деятельность, направленную на то, чтобы свернуть партию с ленинского пути. Я полностью понимаю серьезность допущенной мною ошибки, когда я поддерживал вредные выступления членов антипартийной группы». Ясно, что это заявление его вынудил написать Хрущёв, ибо сам маршал не выступал.

Хрущёв: «Товарищ Ворошилов совершил тяжёлые ошибки. Но я, товарищи, считаю, что к нему надо подойти иначе, чем к другим активным участникам антипартийной группы, например, к Молотову, Кагановичу, Маленкову».

Ворошилов не был исключён из партии, но он не был избран в новый состав ЦК и не вошёл в другие руководящие органы партии (был снова избран в ЦК в марте 1966 г. на XXIII съезде).

И ещё. В подготовке и проведении XXII съезда большую роль сыграл Отто Куусинен. Он, как и Микоян, был «серым кардиналом» при Хрущёве. Он также «вывел» и Андропова – см. в главе 6 «Андроповский детектив».

Превращение бюрократии в господ государства. План по реставрации капитализма

Хрущёвцы, уничтожая культ Сталина, выполняли волю не только своих хозяев – мировой закулисы, но и «родной» номенклатуры.

Придя к власти, Хрущёв увеличил права и привилегии секретарей обкомов. Высшая партхозноменклатура после 56-го года была освобождена от контроля со стороны «органов», ибо ранее назначение секретарей согласовывалось с МГБ.

Хрущёв просто купил членов ЦК, пообещав им восстановить отменённые Сталиным и Маленковым материальные льготы для руководителей партийных организаций. Хрущёв, получив главный пост в партии, восстановил льготы, установил порядок, при котором можно было привлекать членов партии к уголовной ответственности только после их исключения из партии. Руководство КПСС стали заполнять болтуны и демагоги. Производственные коллективы стали направлять в райкомы-обкомы КПСС и ВЛКСМ демагогов с хорошо подвешенным языком, но приносящих мало пользы в работе. Представлялось, что бездари в партии, в комсомоле и профсоюзах не нанесут большого ущерба делу. Бездарности, занявшие руководящие посты в партии, стали продвигать на руководящие должности своих знакомых не за заслуги в их предыдущей деятельности.

Далее болтуны продвигались по лестнице партийного руководства, так как выборы происходили поэтапно. Партячейки выбирали на конференцию района делегатов. На этой конференции избирали райком и делегатов на городскую конференцию. Как правило, туда попадали члены парткома. Затем городская конференция из направленных на неё делегатов, избранных на конференции района, избирала горком и делегатов на конференцию области и т. д. Руководство партии избиралось членами партии не прямым тайным голосованием, а съездом. А список будущих членов ЦК вносило «старое» Политбюро.

При Хрущёве чистки партии были прекращены, более того, было установлено, что руководители в народном хозяйстве, как правило, должны быть членами партии. Таким образом, в партию в массовом порядке двинулись не только коммунисты, но и карьеристы и проходимцы. А что же идейные коммунисты, а не приспособленцы? Пытались протестовать, но их быстро «приводили в порядок» – к ним применяли метод чистки, т. е. создавали комиссии по проверке выполнения Устава и Программы партии, выполнения должностных обязанностей и т. д. А дальше – дело техники… По существу, КПСС перестала быть коммунистической: ведь хороший директор завода не обязательно должен быть идейным коммунистом.

Смерть Сталина создала возможность для роста бюрократии, точнее, для роста воровства бюрократии. После 56-го председатели КГБ издавали секретные приказы, запрещающие проводить какую-либо проверку членов обкомов и членов их семей. Если сотрудник КГБ получал информацию, компрометирующую высших чиновников, то должен был её уничтожить [221; с. 54] (хотя в «уничтожении» я сильно сомневаюсь, ведь это был компромат, «крючок»). Согласно секретной инструкции КГБ, запрещались агентурная работа, прослушивание партийных и хозяйственных работников высшего ранга [199; с. 114]. То есть партийная верхушка получила право безнаказанно изменять Родине.

Поскольку бюрократизм сосредотачивается в центре, в столице, то и мелкобуржуазное перерождение пошло из центра.

При Хрущёве любовь и преклонение перед Западом снова стали модой. Значительная часть партноменклатуры и интеллигенции, хотя и были в партии, но в душе уже имели другие идеалы.

Но надо было подвести под зарождение нового класса и капиталистическую реставрацию теоретическую базу. Это было возможно сделать не сразу, а постепенно, в несколько этапов.

В 1972 г. член ЦК Марксистско-ленинской партии Германии (ФРГ), редактор журнала «Революционный путь» Вилли Диккут опубликовал книгу «Реставрация капитализма в СССР» [289], в которой проследил этапы восстановление капитализма, начиная с 1956 года. Диккут описывает не только события в СССР, но и реставрацию в Восточной Европе. А со стороны, как говорится, виднее.

Итак, Диккут пишет: «Большой авторитет, которым пользовался в советском народе и международном коммунистическом движении Сталин, особенно благодаря победе в войне, нужно было разрушить, а освобождение бюрократии от сталинского контроля представить как освобождение всего народа от “диктатора”. Это делалось двумя средствами:

А. дискредитацией Сталина в ходе борьбы против “культа личности”;

Б. клеветой в адрес Сталина, изображением его борьбы против бюрократизма и врагов партии как преследование невинных жертв произвола;

Марксизм – ленинизм нужно было пересмотреть и заменить ревизионистской теорией:

А. чтобы уничтожить основы социализма в СССР;

Б. чтобы расколоть мировое коммунистическое движение.

В ходе этого процесса бюрократия преобразовалась из мелкобуржуазной прослойки в новый буржуазный класс. Основное противоречие между этим классом и общественным строем – между общественным производством с одной стороны и присвоением продукта бюрократией, с другой… Бюрократия в целом – это совокупный капиталист, новая государственно-монополистическая буржуазия» [289; с. 26–27].

Как видим, Диккут пишет, что существовал определённый план разрушения социализма, которому неукоснительно следовали хрущёвцы.

Главными союзниками партноменклатуры были местные хозяйственные руководители; они стали фактическими хозяевами «их» заводов и клали часть прибыли себе в карман, разумеется, делясь с обкомами [289; с. 114]. Как говорится, со стороны видней.

Начало превращения России в сырьевой придаток

XX съезд знаменит не только антисталинским докладом. Именно этот съезд принял решение о начале развития добычи нефти. Нет, нефть в Российской империи и в СССР добывали и ранее, ещё с конца XIX века, но масштабы были только для внутреннего потребления, т. е. нефть добывали в (относительно) небольших масштабах.

Центральное событие съезда – утверждение 6-го пятилетнего плана развития народного хозяйства на 1956–1960 годы.

6-й пятилетний план, как все предыдущие и последующие, разрабатывал Госплан. Председателем Госплана в тот момент был член ЦК КПСС Байбаков Николай Константинович. На ключевую должность главы Госплана Байбакова двинул Хрущёв – за то, что тот упорно поддерживал и продвигал два грандиозных хрущёвских проекта.

Первый проект – освоение целины. Второй – строительство самой мощной в мире системы трубопроводов, выкачивание нефти и её продажа европейским странам.

Результат целины: огромные расходы, экологическая катастрофа и снова нехватка хлеба, закупка зерна за границей.

С нефтепроводом тоже получилось не то, что планировалось. Советская промышленность была не способна производить трубы большого диаметра. Социалистические страны, включая Восточную Германию, тоже на это были не способны. А вот Западная Германия такие трубы производить могла, но её правительство, под чутким руководством Вашингтона, наложило эмбарго на продажу труб большого диаметра Советскому Союзу, и проект строительства нефтепровода завис.

Как стало известно уже после распада СССР, ни один пятилетний план не был выполнен. А в 1956-м и 1957 годах смелые планы настолько не соответствовали реальным возможностям экономики, а перекосы планирования были столь вопиющими, что в 1958 г. от выполнения 6-го пятилетнего плана пришлось отказаться. (Да, в газетах все планы перевыполнялись…)

В результате Хрущёв снял Байбакова с должности председателя Госплана и отправил его с понижением в провинцию. Но этом его карьера не закончилась, он вылезет при Брежневе.

Но идея экспорта нефти не погибла. В 1959 г. был собран внеочередной XXI съезд, который принял семилетний план на 1959–1965 годы. Два последних года предыдущего, сорванного 6-го пятилетнего плана «привинтили» к следующей пятилетке – так и получилась семилетка.

Семилетка оказалась столь же неудачной, как и все предыдущие и последующие пятилетки. В ходе семилетки Советский Союз начал массовые закупки продовольствия за рубежом и вскоре превратился в главного импортера продовольствия в мире. Но в эти годы была, наконец, реализована идея Хрущёва: проложить трубу на Запад – построить самую мощную в мире систему нефтепроводов, чтобы выкачивать невосполнимые запасы природных ресурсов. ФРГ согласилась продать трубы по высокой цене. Пришлось заплатить. Иначе не было бы у СССР нефтепровода «Дружба».

Дмитрий Менделеев говорил: «Топить нефтью – топить ассигнациями», а Сталин: «Торговать ресурсами – торговать Родиной». И Хрущёв стал топить ассигнациями и торговать Родиной.

Ирония судьбы: нефтепровод «Дружба», построенный по приказу Хрущёва, был торжественно введён в действие 15 октября 1964 года, а за два дня до этого, 13 октября, в результате заговора Хрущёв был смещён с поста Первого секретаря. 14 октября об этом было официально объявлено, и в тот же день пост Первого секретаря занял Брежнев.

Зная о том, что Хрущёв проводил свои «реформы» по указке с Запада, можно с уверенностью сказать, что и «мысль» о начале экспорта невосполнимых ресурсов принадлежала не Хрущёву с Сусловым и Микояном (при Сталине он таких идей не высказывал), а товарищам из «вашингтонского обкома». При этом ставились следующие цели: (1) развитие промышленности Западной Европы, (2) постепенный перевод экономики СССР с индустриальной на сырьевую. Что мы сегодня и видим.

Как бы спросил Милюков: что это – глупость или измена? Увы, дальнейшие события показали, что было второе.

Глава 2
Создание диссидентов и самиздата. Разложение «советской интеллигенции» и внешнеполитические провалы

Выставка в Манеже

«Отцами» диссидентского движения можно считать заведующего Отделом пропаганды и агитации ЦК (1958–1965) и одновременно Секретаря ЦК (с 1961 г.) Леонида Ильичёва, Президента Академии художеств Серова, председателя Московского союза художников (МОСХ) Мочальского, председателя КГБ Семичастного и Секретаря ЦК Суслова. Главную роль играли Суслов и Ильичёв.

В 60-е годы, на волне «оттепели», появились т. н. художники и поэты – авангардисты, рисующие, как бы получше сказать, «особо низкохудожественные» «картины» (Гитлер бы назвал это «дегенеративным искусством»). Представляли они собой небольшие группы, которые собирались друг у друга, любовались картинками друг друга, читали стихи… О них мало кто знал, варились они в собственном соку. Но вдруг…

В декабре 1962 года Хрущёв трижды встречался с представителями творческих союзов: в Манеже, в Доме приёмов в Лужниках и в Кремле. Эти встречи известны как разгромные, на них Хрущёв критиковал авангардистов, поэтов, писателей, в частности, Вознесенского, Аксёнова (Гинзбурга), скульптора Неизвестного.

Началось всё с первой встречи, которая произошла в Манеже на выставке. Причём Хрущёв не знал, с кем будет встречаться и что будет говорить. То есть он специально не готовился «разгромить» авангардистов. Хрущёва просто использовали «втёмную».

Выставка в Манеже планировалась в Министерстве культуры (министр Е. Фурцева). 1 декабря 1962 года её должен был посетить Хрущёв. Накануне ночью в обстановке строжайшей секретности в Манеж были привезены работы абстракционистов из студии Элия Белютина.

Приказ срочно, за одну ночь организовать выставку абстракционистов отдал Дмитрий Поликарпов, заведующий Отделом культуры ЦК. А ему приказал это сделать Секретарь ЦК Ильичёв.

Л. Ильичёв возглавлял Отдел пропаганды и агитации, который курировал непосредственно Секретарь ЦК Суслов. Ильичёв был одним из инициаторов антицерковной кампании. 25 ноября 1963 года он обязал Госкомиздат расширить выпуск атеистической литературы [270, т. 2; с. 135].

Но сам Ильичёв коллекционировал картины абстракционистов, а дома у него была библиотека «самиздата» – антисоветских брошюр, которые начали ходить по рукам с конца 50-х годов. Идеальное хобби для главного идеолога «строительства коммунизма к 80-му году», не правда ли? Как видим, он понимал, что вешает людям лапшу на уши.

Об этом приказе Поликарпова не знала даже Фурцева! Её разбудили ночью и сообщили, что в «Манеже происходит что-то странное». В 23.30 она приехала в Манеж, поднялась на второй этаж и сказала стоящим там абстракционистам: «Не волнуйтесь, всё будет хорошо». А что она могла сказать, если «наверху» решили показать Хрущёву эти картины? (Об этом говорится в документальном фильме с характерным названием «Заговор-62», – РТР, ноябрь 2004 г.) Из этого следует, что абстракционисты сами не хотели выставлять свои работы, и их буквально заставили (разбудили среди ночи, они волновались) показать свои работы на выставке.

Я приведу интервью Нины Молевой (жены Элия Белютина), которая тогда работала в Отделе культуры ЦК:

«– Возвращусь к выставке московских художников в Манеже, которая состоялась в самом конце 1962 года. Вы уверены, что погромную речь Хрущёва во время осмотра картин молодых авангардистов спровоцировал Суслов, а не Ильичёв?

– Уверена. Всё срежиссировал Суслов. Ильичёв был всего лишь послушным исполнителем. Я больше вам скажу: Ильичёв в скандале тогда никак не был заинтересован. Его сын Валентин в это же время учился живописи у моего мужа Элия Белютина. Он любил авангард и, кстати, неплохо рисовал. На Манеже были выставлены и его работы.

Дальше. Работы авангардистов на выставку отбирались при участии министра культуры Екатерины Фурцевой и заведующего отделом культуры ЦК партии Дмитрия Поликарпова. Понятно, что они всё заранее согласовали с Ильичёвым (Выделено мной. – А. С.).

После этого скажите: зачем Ильичёву было подставлять и себя, и своего сына? Он ведь не производил впечатление сумасшедшего человека.

– Ваша версия: почему Ильичёв во время осмотра выставки Хрущёвым поддержал бранную речь вождя?

– У него не было иного выбора. Он боялся Суслова. Всё подстроил Суслов.

– А Суслову зачем это надо было?

– Когда Хрущёв начал затирать Суслова и выдвинул в фавориты Ильичёва, кое-кто в партаппарате (и не только там) решил, что время Суслова закончилось. И Суслов стал думать, как всем показать, что от него слишком рано захотели отказаться. Так появилась идея устроить показательную порку. Аппарат должен был воочию увидеть, кто имел реальные рычаги управления.

Я присутствовала на этой экзекуции и всё видела своими глазами. Хрущёвым манипулировали два человека: Суслов и Шелепин. Один постоянно Хрущёву что-то нашёптывал, другой разыгрывал из себя рубаху-парня. А Ильичёв вынужден был метаться, чтобы всем угодить.

– По идее после погромной речи Хрущёва в Манеже должно было полететь немало голов.

– Я сама так думала. Выставку одобрил мой непосредственный начальник Поликарпов. Он был опытным аппаратчиком и, перед тем как что-то разрешить, наверняка советовался с руководством. Что же произошло? Утром следующего дня я первым делом пошла к Поликарпову. Но он при встрече лишь развёл руками. Ему самому ещё ничего не было ясно.

Всё разъяснилось через несколько дней. Суслов хотел показать, кто главный в идеологии. Оргвыводы и смена кадров в его планы тогда не входили. Он добился главного: перепугал насмерть Ильичёва.

Кстати, через две недели после скандала советское руководство организовало на Ленинских горах приём творческой интеллигенции. Я ещё не отошла от всего случившегося. И вдруг ко мне подошёл Хрущёв и, видимо, чтобы как-то поддержать, виновато бросил мне, почему я не сказала ему, что Белютин – мой муж.

– А вы до этого сами часто общались с Хрущёвым?

– Хрущёв помнил меня ещё пятилетней девочкой. Когда он в 30-е годы возглавлял Московский горком партии, мой отец был главным энергетиком столицы и они часто по работе пересекались, больше того, Хрущёв периодически тогда заходит к нам домой.

– А как изменился после всего случившегося Ильичёв?

– А как трусы в такой ситуации меняются? С одной стороны, он через каждые две фразы повторял: «Как сказал Михаил Андреевич». Его угодничеству перед Сусловым не было предела. С другой – всем окружающим стал ещё больше хамить. Потом Ильичёв решил отыграться на простом народе. Он не посмел тронуть Фурцеву или Поликарпова, но сильно навредил студентам и учителям, которые посмели поддержать подвергшихся в Манеже остракизму художников.

– Каким образом?

– Когда в ЦК хлынул вал писем из университетов и провинциальных школ в защиту оскорблённых Хрущёвым художников, Шелепин и Семичастный предложили ко всем подписантам применить печально знаменитую 58-ю статью. Поскольку за идеологию формально продолжал отвечать Ильичёв, он мог бы одёрнуть Шелепина. Но побоялся. И сколько людей потом за поддержку художников выгнали с работы с волчьим билетом. За одно это Ильичёву нет прощения.

– Как сложилась ваша судьба после скандала с выставкой в Манеже?

– Я написала заявление об уходе из ЦК и осталась читать лекции на Высших литературных курсах. Правда, через год поэт Валентин Португалов, отсидевший по наветам почти два десятилетия на Колыме, испугался упрёков в поддержке носителей, якобы, формального искусства и подвёл меня под сокращение».

И далее:

«– А что, вы разве не знаете, как устраивались дела “лианозовцев” или некоторых других художников, якобы, с «левыми» взглядами?! Организовывались целые спектакли. Сколько шума было в своё время поднято вокруг так называемой бульдозерной выставки! А что произошло тогда в реальности? Мне всё во всех деталях как-то рассказал Владимир Александрович Набатчиков. Он был инструктором горкома партии и курировал московских художников. Это ему начальство приказало найти бульдозер. Потом возникли проблемы с водителем. В итоге за бульдозер усадили личного шофёра какого-то партийного функционера. Тот привык управлять лишь «Волгой». Дёргать за рычаги бульдозера ему было несподручно. Поэтому всё получилось неуклюже. Но что интересно: бульдозер уничтожал не все подвернувшиеся картины подряд, а выборочно. Все попавшие под нож машины холсты были заранее отобраны партаппаратом и согласованы с Рабиным. Никакой импровизации не было. Зато сколько потом возникло шума. А всё ради чего? В разы повысить стоимость картин нужных художников. Плюс создать отдельным людям определённую репутацию. Во всём был политический расчёт. Кстати, как и в истории с выставкой в Манеже в 1962 году, здесь тоже из партийных бонз никто не пострадал. Если кому и досталось, то стрелочникам. Тот же Набатчиков вскоре получил на Пречистенке прямо напротив Академии художеств прекрасные пятикомнатные хоромы, в которых красовались многие картины художников с левыми взглядами. Позже его назначили директором Музея Востока. Но совесть была нечиста. И человек, в конце концов, спился» [ «Литературная Россия», 2015, № 1].

Хрущёв пришёл на выставку 1 декабря. Его сопровождал Президент Академии художеств Серов и руководитель МОСХа Мочальский.

Хрущёв осмотрел картины на первом этаже, был очень доволен, картины ему понравились. Он пошёл на второй этаж, где увидел выставку абстракционистов. Он осмотрел выставку, сказал, что она ему не понравилась, и пошёл к выходу.

То есть повёл себя, как нормальный посетитель – нравиться/ не нравиться. Как видим, Хрущёв даже и не думал ругаться. Думаю, в этот момент «художники» напряглись – ведь провокация срывается и о них, гениях, никто не узнает!

И тут кто-то начал уговаривать Хрущёва не уходить, а высказать своё мнение. К сожалению, я не знаю, кто это был.

На что рассчитывали организаторы выставки и провокации Ильичёв и Серов? На то, что Никите эти «картины» не понравятся и он начнёт ругаться и поносить художников, тем самым невольно сделает им рекламу. Но организаторы выставки слабо верили в свой успех, было мало надежды на то, что Первый публично начнёт выражать свои чувства (так сперва и получилось). Но тем не менее этот их расчёт блестяще оправдался.

Вернувшись в зал, Хрущёв стал высказывать своё мнение и разошёлся: «Это педерастия в искусстве», «Если вам нравится Запад, то езжайте туда»; Неизвестному: «Сколько вы металла извели! Хочется плюнуть». Злой Хрущёв и его окружение убежали с выставки. Затем со второго этажа сбежал Серов, крича: «Случилось невероятное: мы выиграли! Они проиграли, мы выиграли, выиграли!»

Показательно, что Хрущёва всё время провоцировал Суслов.

«Хрущёв: “Да что вы говорите, какой это Кремль! Это издевательство! Где тут зубцы на стенах – почему их не видно?”, “Очень общо и непонятно. Вот что, Белютин, я вам говорю как Председатель Совета Министров: всё это не нужно советскому народу. Понимаете, это я вам говорю!” Наступившая пауза действовала на всех. А то, что я (То есть Белютин. – Л. С.), не выдержав, после слов “это не нужно советскому народу” повернулся к Хрущёву спиной, ещё больше накалило обстановку. И Суслов, откровенно заинтересованный в дальнейшем её обострении, решил снова сыграть на мне. Его голос был мягок и хрипловат: “Вы не могли бы продолжить объяснения?” – “Пожалуйста”, – сказал я, глядя в его умные холодные глаза, загоревшиеся, как у прирождённого игрока. “Эта группа считает, что эмоциональная приподнятость цветового решения картины усиливает образ и тем самым создает возможность для более активного воздействия искусства на зрителя”. – “Ну а как насчёт правдивости изображения?” – спросил Суслов. “А разве исторические картины Сурикова, полные неточностей, образно не правдивы?” Возникала дискуссия, где недостаточные знания ставили Суслова в слишком неудачное положение ученика, и он круто повернул. “А что это изображает?” – спросил он, показывая на жутковатый пейзаж Вольска Виктора Миронова. “Вольск, – сказал я. – Город цементных заводов, где всё затянуто тонкой серой пылью и где люди умеют работать, будто не замечая этого”. Хрущев стоял рядом, глядя то на одного, то на другого, словно слова были теннисными мячами и он следил за силой ударов. “Как вы можете говорить о пыли! Да вы были когда-нибудь в Вольске?” – почему-то почти закричал Суслов. В голосе его была неожиданная страстность, и я даже подумал, не был ли он там первым секретарем городского комитета партии. “Это не фантазия, а пейзаж с натуры, – сказал я. – Вы можете проверить”. – “Да там все в белых халатах работают! Вот какая там чистота!” – продолжал кричать Суслов… Белые халаты… Я вспомнил этот город, серый, с чахлыми деревцами. Пыль, которая была видна за много километров. “Да что это за завод? Тут изображен ‘Красный пролетарий’ да? Так почему же у него столько труб? У него их только четыре”, – не унимался Суслов. Его уже явно наигранное возмущение должно было показать, что он полностью согласен с Хрущевым в том, что “мазня” еще к тому же компрометирует советскую промышленность. “При чем здесь трубы? Художник, создавая образ города, имел право для усиления впечатления написать несколько лишних труб”, – сказал я. “Это вы так думаете, а мы думаем, что он не имел права так писать”, – продолжал Суслов».

На следующий день, 2 декабря, у Манежа выстроилась огромная очередь. Люди хотели увидеть то, что вызвало гнев Хрущёва. В результате «картины» и статуи, которые видел только узкий кружок, увидела вся Москва, и не только: о выставке рассказали центральные газеты, радио, иностранные корреспонденты (что было одной из главных целей).

По итогам выставки председатель КГБ В. Семичастный написал на имя Хрущёва записку о том, что после всего случившегося говорит интеллигенция о нём. В записке мелькали формулировки типа: «кукурузник», «Иван-дурак на троне», «бесшабашный украинский мужик». Видимо, эта записка задела Хрущёва и на встречах с интеллигенцией он высказал всё, что о ней думает.

Эти выставка и записка были частью заговора, направленного на дискредитацию советского строя в лице его руководителя, а также на дискредитацию самого Хрущёва, который «сделал дело – и может гулять смело». Действительно, вскоре его сняли.

«Творческая интеллигенция», в данном случае безобидные абстракционисты, была использована «втёмную» как таран.

Хрущёв же поддался на провокацию, благодаря которой «случилось невероятное: мы победили!»

Результатом заговора было то, что «шестидесятники» из малочисленных групп и кружков получили известность не только в стране, но и на Западе, что было для заговорщиков важнее, «в разы повысилась стоимость картин нужных художников. Плюс создали отдельным людям определённую репутацию».

Сегодня, отмечая юбилеи этой выставки, говорят о некультурности Хрущёва и т. п. При этом говорят только о нём, как будто он во всём виноват. Хотя виноват он был только в одном – в том, что поддался на провокацию. Ни Серова, ни Ильичёва не упоминают.

Находясь на пенсии, Хрущёв со стыдом вспоминал своё тогдашнее поведение, винил во всём Суслова и особенно Ильичёва. Как видим, Хрущёв прекрасно знал, откуда ноги растут.

Ильичёв и Семичастный только создали диссидентов, а уж использовать их на полную катушку стал Андропов.

В конце 50-х годов появился и «самиздат» – антисоветские брошюры, которые начали ходить по рукам. В них публиковалась, якобы, правда, а на самом деле – слухи и сплетни, ибо точной информации не было. Ореол «правды» этим публикациям предавала таинственность появления самиздатовских брошюр («запретный плод»). Основателем самиздата можно считать Александра Гинзбурга. В конце 50-х его квартира превратилась в своеобразный политический салон, в 1959 г. он организовал издание машинописного журнала «Синтаксис», одними из постоянных авторов которого были Б. Ахмадуллина, Б. Окуджава, Б. Слуцкий, Н. Горбаневская, Ю. Галансков.

1.Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР – самопровозглашённый орган власти, действовавший в Советском Союзе с 18 по 21 августа 1991 года. – Прим. ред.

2.На самом деле XXV съезд Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) проходил с 24 февраля по 5 марта 1976 года. – Прим, автора.

3.Буров, с. Пастернак и масонство // День литературы. – 2007, 19 сентября.

4.Китайская Восточная железная дорога. – Прим. ред.

5.ИМКА (YMKA – Young Men’s Christian Association) «Ассоциация молодых христиан». – Прим. ред.

6.Селищев, Н. Хрущёв и его церковная политика // Русский вестник. -2010.-№№ 7-11.

7.Хрущев, С.Н. Рождение сверхдержавы: Книга об отце. – М.: Время, 2000.-с. 89.

Бесплатный фрагмент закончился.