Цитаты из книги «Игра на чужом поле»

Ревность слепа, милый друг, она не верит очевидному и выдумывает несуществующее.

Она всегда говорила, что способности восприятия у человека во много раз превышают его возможности переработать воспринятую информацию. Мимо сознания ничто не проходит: ни случайно увиденное лицо, ни давным-давно услышанное слово, ни чувство страха, возникшее совсем неуместно и неизвестно отчего. Все фиксируется в мозгу и оседает, надо только твердо в это верить, а главное – уметь достать с нужной полочки по первому требованию.И никогда мозг здорового человека случайных сигналов не посылает, всегда за таким сигналом стоит что-то вполне конкретное. Надо только уметь понять что.

Если собеседник ей не нравился, она ограничивалась лаконичными ответами, никак не давая ему возможности развернуть разговор и вынуждая его задавать множество детализирующих вопросов, от которых он сам же первый начинал уставать. Основа доброжелательной беседы – взаимная помощь собеседников, это Настя усвоила твердо.

он совсем сдвинутый. Подавай ему девицу

жажду. Ребенок ластится к матери, просит у нее прощения и обещает «больше так не делать». Лицо матери смягчается, она готова простить ненаглядное чадо и не замечает нож, спрятанный у него за спиной.

«Я – моральный урод, лишенный нормальных человеческих чувств», – обреченно думала Настя Каменская, добросовестно вышагивая по терренкуру предписанные врачом километры. Впервые в жизни она оказалась в санатории и решила поправить здоровье «по полной программе», тем более что условия в «Долине» были более чем роскошные.

может так случиться, что администрация знает, а отдыхающие – нет. Надо бы поточнее выяснить. Настасью нужно обязательно использовать, она могла видеть

чиняюсь, я нахожусь в отпуске, и меня очень трудно заставить им помогать, если я сама не хочу. Ну разве что официально

– Войдя в корпус, вы когонибудь видели в вестибюле? – Разумеется. Там сидела дежурная

где спокойнее. Эх ты, философ, два и два сложить не можешь, – вмешалась жена, преподававшая