Читать книгу: «Мозговой», страница 5

Глава 3. Осень

Бригада

После выхода из Лисичанска штаб «Призрака» расположился в Алчевске – втором по величине городе ЛНР. Казачья гвардия Павла Дрёмова, оборонявшая Северодонецк, заняла Стаханов. На момент отступления подразделение Мозгового насчитывало около 700 человек. В Алчевск прибыло 550 бойцов – остальные либо остались партизанить в Лисичанске, либо ушли к Дрёмову и другим командирам.

Официально бригада появилась через неделю после прибытия в Алчевск. Здесь, приказом № 3 от 29 июля 2014 года, на базе Лисичанского батальона и присоединившихся к нему отрядов ополчения была образована Отдельная механизированная бригада «Призрак» под командованием Алексея Мозгового.

Вечерний Алчевск

Штаб «Призрака» в Алчевске находился в небольшом двухэтажном здании по адресу улица Ленинградская, 7, – до войны здесь работали типография и химчистка. Казармы были расположены недалеко от штаба, в бывшей гостинице «Юбилейная». Позже штабу понадобилось более укреплённое место, – и в феврале 2015-го он переехал в бывшее здание СБУ на ул. Ленина, 10.

Знамя бригады «Призрак»

Начальником штаба бригады 3 сентября 2014-го официально стал Юрий Шевченко. После Дебальцевской операции, весной 2015-го, в состав командования «Призрака» вошли Пётр Бирюков и Алексей Марков, известные по позывным Аркадич и Добрый. Они были знакомы до войны и участвовали в российском коммунистическом движении. Бирюков-Аркадич – геофизик из Иркутска. Марков-Добрый – айтишник из Москвы. Весной 2014-го Марков начал оказывать помощь раненым на Донбассе. Получив известность как человек, имеющий контакты с ополчением, Марков стал в большом количестве собирать и доставлять на Донбасс материальную помощь – снаряжение, медицину, оптику и др. В мае 2014-го, когда стало необходимо формализовать эту деятельность, Марков с группой товарищей создал Координационный центр помощи Новороссии⁵⁴ (КЦПН).

Время шло, война продолжалась, сидеть в Москве становилось всё более стыдно, – вспоминает Добрый. – Тогда у нас возникла идея собрать отряд добровольцев и влиться в крупное подразделение. В начале сентября мы с Аркадичем проехались по всем подразделениям, которые снабжали, и в итоге решили вливаться в бригаду Мозгового. 6 ноября с первой группой из 24-х человек основали Добровольческий коммунистический отряд в составе «Призрака». Нам понравилось, что Мозговой не разделял бойцов по идеологическому признаку. У него воевали люди самых разных убеждений. Наш отряд также никому свои идеи не навязывал. Мы приехали не коммунизм строить, а воевать. Хотя, конечно, как и Мозговой, рассчитывали, что наша борьба обеспечит строительство более справедливого общества в Новороссии⁵⁵.

Весной 2015-го Аркадич стал замом по боевой подготовке (замбой), Добрый – заместителем командующего бригадой по тылу (зампотыл). Таким образом, руководителями «Призрака» стали трое российских граждан – Шевченко, Бирюков и Марков. Они же остались во главе бригады после гибели Мозгового.

Исключительный случай, учитывая, что с осени 2014-го в ЛДНР всех военных и политических руководителей меняли с российских на местных. Это было сделано в рамках избранной Москвой тактики: «РФ не является стороной гражданского конфликта на Украине». Граждан РФ с видных должностей снимали, чтобы не давать Украине и Западу повода обвинить Москву в прямом участии в донбасских событиях.

Пётр Бирюков (Аркадич)

Алексей Марков (Добрый)

По этой же причине осенью 2014-го ополчению было настоятельно рекомендовано не использовать российскую символику, и она была всюду заменена на флаги ЛНР и ДНР.

«Во время чистки „неместных“ нас не тронули только потому, что примерно треть личного состава „Призрака“ были россиянами, и заменить нас было некем. В остальных подразделениях, где было по три-четыре россиянина, всех уволили», – говорит Добрый⁵⁶.

В сентябре 2014-го в штабе бригады появляется 33-летняя Анна Самелюк. До войны она работала журналистом, а теперь стала пресс-секретарём Алексея Мозгового и руководителем информационной службы «Призрака». Война разделила семью Анны. Её муж Юрий Асеев оказался по другую сторону баррикад и воевал в украинском батальоне «Айдар», Анна же с тремя детьми осталась в ЛНР и вступила в луганское ополчение. В «Призраке» она создала «Информационный отряд», который вёл официальный сайт бригады, создавал агитационные видеоролики и освещал военную и социальную деятельность Мозгового.

Алексей Мозговой и Анна Самелюк

В «Призраке», в отличие от многих казачьих подразделений, прославившимися мародёрством и пьянством, насаждалась строгая дисциплина. 29 июля 2014-го Мозговой подписал приказ № 5, который был размещён во всех подразделениях бригады:

О введении упрощённой системы судопроизводства и исполнения наказаний в период действия военного положения.

1. Нарушение положения о комендантском часе, мелкое хулиганство, распитие спиртных напитков и употребление наркотических средств – 10 суток принудительных работ. В случае совершения подобных проступков бойцами «Призрака» – 20 суток принудительных работ, а в случае повторного нарушения – расстрел.

2. Мародёрства, грабежи, изнасилования, кражи – расстрел.

3. Невыполнение приказов в боевой обстановке – расстрел. В период нахождения в тылу – 30 суток принудительных работ с последующим увольнением из рядов ВС Новороссии⁵⁷.

4. Небрежное отношение к военному имуществу, технике, утере оружия – 30 суток принудительных работ.

5. Саботаж, открытая пропаганда и агитация в интересах противника – расстрел.

Нарушителей в «Призраке» наказывали в основном домашними арестами и принудительными работами. Никого расстреливать в итоге не пришлось: сама угроза казни была мощным средством воздействия.

Казармы «Призраков» располагались в здании гостиницы «Юбилейная». Прибыв в Алчевск, начальник штаба Шевченко развернул там пункт приёма добровольцев – по сути, военкомат. Ещё два небольших пункта было развёрнуто в других местах города. В бригаду прославленного командира повалили и местные жители, и приезжие из других городов. Позже стали приезжать добровольцы из-за рубежа: Сербии, Италии, Испании, Франции, стран Латинской Америки.

Летом 2014-го украинские СМИ часто писали, что в ЛДНР служит много чеченцев. Алексей Мозговой с присущим ему остроумием писал:

«Судя по заявлению укро-СМИ, во время авиаудара по Лоскутовке было уничтожено целое подразделение „чеченцев“ из числа нашего батальона. Как командующий народным ополчением Луганщины, хочу заверить всех жителей Чечни и господина Кадырова в частности в том, что ни один ваш соотечественник не погиб. И не может погибнуть по той причине, что в числе нашего ополчения нет ни одного чеченца⁵⁸.

После отступления из Лисичанска „призраки“ продолжали участвовать в боевых действиях на разных направлениях ЛНР и со временем стали обрастать военной техникой и артиллерией, которую захватывали в боях. Первые две бронемашины появились после боёв в районе Ямполя, а первые серьёзные орудия – в середине августа. Бойцы „Призрака“ под руководством Юрия Шевченки осуществили рейд в район Красного Луча и отбили у украинцев установку РСЗО Град и три 122-мм гаубицы Д-30.

В августе 2014-го, нарастив численность до тысячи человек, бригада направляла бойцов на самые ответственные участки обороны республики. В самом Алчевске остался штаб, учебная рота и отряд быстрого реагирования для поддержания порядка в городе. Все остальные подразделения стали гарнизонами ополчения вдоль формирующейся линии фронта – в Комиссаровке, Вергулёвке, Ломоватке. Отдельный батальон дислоцировался в Кировске.

Одна из самых известных инициатив комбрига Мозгового – попытка создания Военного совета. Идея возникла в середине сентября 2014-го после заключения первых Минских соглашений. Мирные переговоры с Киевом, нежелание объединять ДНР и ЛНР, отказ от идеи Новороссии и т. д. – вся эта политика, по мнению Мозгового, противоречила идее народовластия и целям ополчения. Власти ЛДНР не исполняли волю народа, а навязывали свою волю по всем судьбоносным для Донбасса вопросам. Не спросили ни о чём и защитников республик – тысячи людей, которые с оружием в руках отстояли независимость ЛДНР и хотели, чтобы с их мнением считались. По мысли Мозгового, Военный совет должен был объединить полевых командиров из обеих республик и стать авторитетным надгосударственным органом, с которым бы считались в Донецке и Луганске, а может быть и в Москве. В перспективе Военный совет должен был способствовать объединению ополчения Донбасса в единую армию – Вооружённые силы Новороссии.

В конце сентября 2014-го Мозговой связался с большинством авторитетных командиров ополчения и призвал их собраться, чтобы создать Военный совет. На словах многие командиры идею поддержали. Но в назначенное время и место – начало октября в Краснодоне – для учреждения ВС не прибыл почти никто. Было несколько командиров среднего звена, но их веса было недостаточно, чтобы объявить ВС состоявшимся.

Основных причин, по которым командиры не съехались к Мозговому, было две: амбиции, мешающие объединению, и нежелание идти против системы.

У каждого свои амбиции, каждый на своём месте мнит себя генералом. Хотя, по большому счёту, каждый из нас – это ничто, какие бы погоны ни носил. Главное – цель и её достижение», – говорил комбриг о причинах провала ВС⁵⁹.

Боязнь стать неугодными системе из-за участия в Военном совете Мозговой объяснял так:

Многие командиры просто боятся стать после этого изгоями, то есть лишиться хоть какого-то обеспечения. Как это, когда подразделение остаётся без тылового обеспечения, надеюсь, многие понимают⁶⁰.

«Планируемый Военный совет так и не состоялся, – пишет комбриг в конце октября 2014-го. – На назначенную дату почти никто из командиров, которые так громко поддерживали проведение совета, не приехал. Огромная всем благодарность за это! Теперь хоть видно, кто чем дышит и у кого какие цели. Даже те, кто в выборах не будет принимать участие, закрыли рты и сидят тихонько (вдруг хозяевам не понравится). „А Мозговому всё неймётся“. Да потому, что мне непонятно, как можно строить новое, справедливое, народное государство и при этом не учитывать ни интересы, ни мнение народа?»⁶¹

В декабре 2014 года у командира «Призрака» взял интервью правительственный сайт «Луганский информационный центр»:

– Каким вам видится характер работы Военного совета?

– Я сам из донского казачества. У казаков созывался круг атаманов, на кругу решались все вопросы, принимались жизненно важные решения и так далее. Почему бы по образу казачьего круга не создать этот Военный совет? Чтобы каждый командир подразделения имел право голоса, возможность высказаться, услышать, принять непосредственное участие в решении насущных вопросов. Таким образом, мы будем разделять всю полноту ответственности за происходящее. Может быть, это ускорит строительство республики.

– Допускаете ли вы в дальнейшем его включение, к примеру, в структуру правительства ЛНР?

– Не вижу противоречий в том, чтобы он влился в структуру правительства, равно как и в том, чтобы он стоял посторонь и имел функции контроля над деятельностью власти⁶².

Мозговой предпринял ещё одну попытку собрать донецких и луганских командиров. Но назвал он это собрание не Военным советом, а Съездом полевых командиров. 29 ноября в Краснодон снова съехались несколько командиров среднего звена. Обсуждение ситуации в ЛДНР ни к каким конкретным решениям не привело. На 10 декабря был назначен следующий съезд, но из-за обострения на фронте собрание пришлось отложить. В итоге идея не получила развития.

Алчевск

Одни участники революционных событий стремятся к созданию нового справедливого общества, иные заботятся исключительно о собственном благе. Когда первые неожиданно получают власть – реализуют то, о чём мечтали всю жизнь, не считаясь ни с какими рисками. Если власть оказывается в руках людей из второй категории, они торопятся урвать побольше и живут по принципу «после нас хоть потоп». В 2014-м, пока власть на местах контролировали идеалисты, как Мозговой, отдельные города в ЛДНР становились полигонами для воплощения в жизнь принципов справедливости. Не имея возможности реализовать эти принципы в довоенной жизни, некоторые полевые командиры, – получив временную власть даже в небольшом объёме, – начинали нещадно бороться с преступностью и заботиться о нуждах населения.

Одним из таких городов стал Алчевск, который теперь навсегда связан с именем Алексея Мозгового. В центре города комбригу установлен памятник, а местные жители вспоминают командира «Призрака» и саму бригаду с теплотой. За десять месяцев нахождения в Алчевске Мозговой поддерживал здесь порядок, выступал с идеями народовластия и контроля населения над работой властей, противодействовал попыткам разграбления предприятий, боролся за сохранение рабочих мест, поддерживал бедствующих горожан в месяцы блокады и гуманитарной катастрофы. Командир «Призрака» вызывал симпатии алчевцев и резко контрастировал с представителями власти ЛНР. Мозгового любили. Не только из-за его помощи городу, но и за личные качества – справедливость, доброту к людям, суровость к преступникам.

Алчевск с высоты птичьего полёта

К началу войны в Алчевске жило около 120 тысяч человек. Во время боевых действий город покинуло до 35 тысяч жителей. Однако – в отличие, например, от перепаханного артиллерией Первомайска – сам Алчевск от артобстрелов практически не пострадал. Единственный смертельный случай в городе зафиксирован 28 августа 2014 года – тогда на улице Волгоградской от осколков снаряда погибла женщина.

В самый тяжёлый военный период 2014-15 годов я бывал в ЛНР много раз – ездил в Луганск и обычно возвращался в ДНР через Алчевск. Меня всегда удивлял резкий контраст этих двух городов. Луганск – практически пустой, постоянные перебои с подачей воды и электричества, не говоря уже о наличии интернета и работающих заведений. В Алчевске же протекала жизнь, внешне почти неотличимая от мирного времени. Разве что патрули и блокпосты напоминали о войне. Конечно, в отдельные периоды, как и везде в ЛНР, многие горожане были без работы и голодали, но перебои с водой и электричеством возникали реже. Отчасти в сохранении благополучия в городе есть заслуга и Мозгового. Однако, стоит отметить, что война всё-таки задела Алчевск не так сильно, как Луганск, который на протяжении многих месяцев украинцы беспощадно обстреливали.

Взять город Алчевск на сегодняшний день. Это самый спокойный город в ЛНР, – рассказывал Мозговой весной 2015-го. – Здесь как работали все предприятия, магазины, кинотеатры, так и работают – всё, что необходимо для мирной жизни. Преступность – ноль, грабежи – ноль. Отдел милиции приходит на работу и радуется жизни – ничего делать не приходится. С местными властями взаимопонимание, взаимовыручка. Некоторые меня обвиняют – почему я не поменял старого мэра на нового. Да потому, что не хочу, чтобы на его месте был очередной Швондер. Нельзя просто так прийти и поменять одного человека на другого. Прежде всего, необходимо менять специалиста на специалиста. А не просто кому-то не нравящегося мэра поменять на «доблестного революционэра». Мы так всё развалим. Мы сотрудничаем с местной властью, но ни в коем случае не пытаемся ею руководить. Это, опять-таки, приведёт к швондерству, к развалу. Если у нас в подразделении нет специалистов по коммунальным службам – мы туда не суёмся, там есть свои специалисты, инженеры, технологи. Это их парафия, и там должны работать профессионалы. Поэтому когда говорят, что нам подконтролен город, – нам подконтрольна только линия фронта. Здесь располагается всего лишь гарнизон бригады «Призрак»⁶³.

Конечно, Мозговой лукавил, говоря, что город не подконтролен бригаде. Комбриг действительно старался не вмешиваться в повседневную работу исполнительной власти, но и сама власть, и горожане понимали: Алчевск выживает именно благодаря Мозговому и порядку, который поддерживают в городе военные. Комбриг постоянно встречался с чиновниками местной администрации, присутствовал на заседаниях горсовета и совещаниях силовых структур. Чувствуя ненавязчивую опеку «Призрака» и пристальный взгляд Мозгового, чиновники старались работать на совесть. Именно такую модель взаимодействия гражданской и военной власти хотел внедрить Мозговой во всей Новороссии – для чего и пытался учредить Военный совет. Однако комбриг избегал прямого воздействия военных на власть и минимизировал присутствие вооружённых людей на улицах города, так как это нервировало и чиновников, и мирных граждан. Мозговой не хотел, чтобы «Призрак» сравнивали с украинскими батальонами, которые вели себя в городах Донбасса, занятых украинцами, как оккупанты. А они и были оккупантами. Как сказал комбриг в одном интервью: «Человек с автоматом не может конструктивно действовать. И если даже может, его будут воспринимать неадекватно».

На встрече с сотрудниками алчевской птицефабрики

Осенью 2014-го на базе «Призрака» был создан спецотдел, который занимался расследованием преступлений в период, когда у гражданской власти на это просто не хватало рук, или эти руки были нечисты. Также в бригаде была открыта общественная приёмная, куда горожане могли напрямую обращаться по всем вопросам, включая проблемы с законом и коррупцией в госучреждениях. Когда в Алчевске начали работать правоохранительные органы, «Призрак» следил, чтобы туда не вернулись старые взяточники и коррупционеры. Мозговой хотел, чтобы органы позиционировали себя в качестве защитников спокойствия горожан, а общество перестало относиться к правоохранителям как пособникам преступников. Нужно было искоренить ненависть к ментам, ставшую нормой в массовой культуре, особенно на Донбассе – здесь криминальные традиции укоренены глубоко и повсеместно. Конечно, заслужить доверие общества должны были в первую очередь сами менты. Но на это понадобилось бы очень и очень много времени, которого у Алчевска не оказалось.

В течение всего пребывания «Призрака» в Алчевске Алексей Мозговой проводил регулярные встречи с гражданским населением и чиновниками. Как публичные, так и закрытые. Некоторые из них записывались на камеру, и «Информотряд» Анны Самелюк распространял в соцсетях видеорепортажи, чтобы объяснить обществу необходимость народного контроля над работой властей. В одном из таких репортажей жителям Луганщины показали совещание в прокуратуре Алчевска с участием командира «Призрака». Знаменитое обращение Мозгового к прокурорским работникам – «по рукам буду бить жёстко – и своих, и чужих» – стало весьма популярным среди местных жителей и внушило им надежды на реальные перемены в городе. Увы, меньше чем через два месяца, с гибелью комбрига, эти надежды рухнули.

1 мая 2015 года, встреча с жителями Алчевска

Во второй половине 2014—начале 2015 многие функции власти на местах выполняли отряды ополчения, так как государственные 1 мая 2015 года, встреча с жителями Алчевска органы ЛНР толком не работали. Об этом командир «Призрака» говорил в одном из интервью:

– Вы уверены, что люди, которые имеют вес в ЛНР, готовы строить точно такое же государство, какой вам представляется настоящая народная республика?

– Не уверен. Поэтому я и хочу сохранить бригаду «Призрак».

– Но не может же в том же Алчевске вечно сохраняться военная власть?

– Так здесь и нет военной власти. Вы её видели на улице – военную власть?

– Любой человек с автоматом является военной властью.

– Да, может быть, передвигается по городу – но это ещё не власть. Власть в городе Алчевске кому принадлежала, тому и принадлежит. А мы просто войсковое подразделение, стоящее здесь на гарнизонной службе.

– Если то, что будут строить на подконтрольных территориях ЛНР, не будет народной властью, что вы будете делать?

– За всё время существования правительства ЛНР в тех населённых пунктах, где находятся какие-либо гарнизоны – не только наши, но и других подразделений, – представителей от правительства ЛНР до сих пор никто ещё не видел.

– ЛНР вообще существует, в таком случае?

– Да.

– В виде небольшой надстроечки, которая сидит в Луганске в обладминистрации?

1 мая 2015 года, Мозговой и соратники

– Ну как-то так, да. И комендатур, которые от них существуют в городах.

– То есть государства ещё нет на данный момент?

– Есть. Я есть – значит, есть государство. Государство – это не только правительство, государство – это мы все. А правительство – это всего лишь правительство⁶⁴.

Фактическое отсутствие гражданской власти во второй половине 2014-го обязывало «Призрак» не только поддерживать правопорядок в Алчевске, но и заботиться об элементарном выживании населения. В тот период местные жители страдали от безработицы, неимущие слои населения голодали. Первое, что нужно было сделать – оказать максимальное содействие работе предприятий, чтобы сохранить рабочие места. Второе – помочь неработающим людям. Прежде всего Мозговой позаботился о стариках и детях.

В Алчевске располагается два десятка промышленных предприятий. Крупнейшее градообразующее предприятие – Алчевский металлургический комбинат, на котором работает значительная часть горожан. До войны АМК был одним из лучших заводов Донбасса и входил в пятёрку крупнейших металлургических комбинатов Украины. В августе 2014 года работа АМК была приостановлена и возобновлена только в августе 2015-го.

Алчевский металлургический комбинат

При жизни Мозгового ходили слухи о том, что он якобы контролировал комбинат и даже препятствовал его работе из-за того, что тот платит налоги Украине. На деле всё обстояло ровно наоборот: бригада «Призрак» делала всё, чтобы не мешать работе АМК.

«Недавно в интервью заявили, что Алчевский металлургический завод не может начать работу только потому, что Мозговой находится в этом городе. Разве это не бред? Я к заводу запрещаю подходить ополченцам, чтобы никто не подумал, что мы там пытаемся свои порядки навести. Главное, чтобы завод работал», – говорил комбриг⁶⁵.

Директором АМК был Тарас Шевченко – крупный специалист в металлургической отрасли, управлявший комбинатом 12 лет. По свидетельству алчевских ополченцев, взаимоотношения Шевченки с военными в 2014-15 годах были конструктивными. Алексей Мозговой с руководством предприятия договорился: бригада обеспечивает в Алчевске и на АМК порядок, а комбинат сохраняет максимум рабочих мест и среднюю зарплату алчевцам.

ИСД – Индустриальный союз Донбасса, в который входит АМК92

То, что АМК и другие предприятия в ЛНР продолжали платить налоги в Киев, было для ополчения большой моральной проблемой. Ведь на эти налоги, в том числе, вооружалась украинская армия, которая стреляла по шахтам и заводам Донбасса. На решение этой проблемы понадобилось три года, и только в 2017-ом промышленные предприятия в ЛДНР были «национализированы»⁶⁶. Но во время большой войны и гуманитарной катастрофы в 2014-15 годах власти республик были вынуждены такое положение вещей терпеть, чтобы сотни тысяч жителей ЛДНР не потеряли работу и средства к существованию. Самостоятельно наладить работу предприятий и сбыт продукции власти были не в состоянии.

Мозговой это объяснял так (речь шла об Алчевском коксохимическом заводе):

Налоги он платит на территории Украины, вся документация киевская. Это, конечно, непростая ситуация, но предприятие работает и выплачивает зарплату населению, за счёт которой люди в Алчевске могут как-то выживать. Это градообразующее предприятие. В прошлом оно выдавало 80 % всей валютной выручки для области! При этом сейчас поступило предложение директору переформироваться, переподчиниться. Но люди забывают о том, что каких-либо внешнеэкономических отношений пока у ЛНР нет. Статус непризнанной республики, я так понимаю, это надолго. Соответственно, рубятся нынешние торговые связи у предприятия, где более 70 % продукции ориентировано на внешний рынок. Она просто останется неликвидной, что приведёт, само собой, к банкротству. Останется комбинат только порезать на металлолом. Уже на сегодняшний день лишнего кокса, который произвёл комбинат, 32 тысячи тонн. И они не могут вывезти его потребителю в Европу. И в это же время некоторые предприятия, которые потребляли эту продукцию, уже находят другие комбинаты, которые поставляют им кокс. То есть потихонечку это предприятие вытесняется из мирового рынка. Сами знаете – стоит потерять какую-то нишу на этом рынке, и потом её тяжело будет вернуть⁶⁷.

По поводу Алчевского металлургического комбината командир «Призрака» говорил:

Если заводу перекрыть возможности для работы – значит, останутся без зарплат 14 тысяч рабочих этого завода, останутся без средств к существованию семьи эти рабочих и вливания в экономику города. То, что платят налоги, – плохо, это нужно решать. Но не нахрапом, не махая шашкой, иначе можно только навредить⁶⁸.

Впрочем, усилий Мозгового по сохранению рабочих мест было недостаточно. Несколько месяцев войны привели к стремительному обнищанию населения города. Люди выживали за счёт гуманитарной помощи, которая доставлялась из РФ при посредничестве комбрига. Это была помощь от частных лиц и предприятий, и направлялась она, прежде всего, детям и старикам, лишившимся пенсий. Мозговой создал в своей бригаде «Гуманитарный батальон», который доставлял из РФ гумпомощь и распределял её среди мирных жителей.

Ситуация в Алчевске усугублялась из-за конфликта комбрига с властями ЛНР – частную гуманитарную помощь провозили через границу с огромным трудом. Государственная же помощь из РФ – те самые белые КАМАЗы – шла на Луганск, распределялась по разумению луганских властей и до Алчевска не доходила.

Алексей Мозговой своими силами открыл в городе четыре социальные столовые. Ещё несколько – в окрестных сёлах и прифронтовых районах. В каждой из этих столовых ежедневно питались до 150 человек. Социальные столовые – уникальное явление в ЛНР времён первых месяцев войны. Командир «Призрака» проявил себя не только как авторитетный командир батальона, но и как небезразличный управленец, который заботится о благе мирного населения. Не будучи представителем гражданских властей, комбриг в условиях гуманитарного бедствия думал не только о том, как содержать бригаду, но и о том, как прокормить горожан.

С началом учебного 2014 года «Гуманитарный батальон» организовал доставку продуктов в школьные столовые и детские сады. Благодаря этому в Алчевске ежедневно питалось около 4,5 тысяч детей. За период деятельности Мозгового помощь получили около 200 тысяч жителей Алчевска и других городов ЛНР. Кроме того, «Призрак» взял на себя ответственность за поддержку больниц и роддомов. В декабре 2014-го Мозгового возмутило, что из Луганска на Алчевский перинатальный центр назначен паёк в виде… одной картофелины на человека. Бригада помогла этому роддому и нескольким интернатам. Даже в самом Луганске несколько социальных учреждений получали помощь не от властей ЛНР, а от «Призрака».

В период масштабных боевых действий в РФ хлынули десятки тысяч беженцев. Подразделения Мозгового осуществляли эвакуацию людей – выделяли им охрану и доставляли автобусами на российскую границу.

Мозговой регулярно проводил встречи с жителями города – рабочими, пенсионерами, многодетными матерями. В Алчевске сложилось мнение, что только комбриг может ответить на любой вопрос и решить проблему, а если не решить, то хотя бы громко озвучить и привлечь к ней всеобщее внимание. К Мозговому шли с надеждой на помощь и зачастую эту помощь получали.

На одной из таких встреч с участием действующего мэра города Натальи Пятковой (декабрь 2014-го) группа алчевцев высказала пожелание, чтобы город возглавил Мозговой.

– Почему вы не выдвигали себя в мэры города? – спросила его женщина.

Бабы дружно заголосили:

– Кстати, да. Почему?

– Да он не может!

– Может, может!

– А как, когда и зачем? – спросил комбриг.

– Как зачем? Мужчина грамотный, молодой, крепкий, военное дело ведёт, вот и…

– Может, сначала в войнушку наиграемся, а потом уже в политику?

– Война не нужна!

– Я понимаю, что не нужна, но она-то есть.

Весной 2015-го командир «Призрака» уделял много внимания развитию в Алчевске сельского хозяйства. Он всё время повторял: когда-нибудь война закончится, мирную хозяйственную жизнь нужно налаживать уже сейчас. Мозговой регулярно проводил встречи с сельскими жителями и пламенными речами вдохновлял их на работу. Он осматривал автопарки, сельскохозяйственные сооружения, привлекал технических специалистов для оценки темпов восстановления хозяйства, договаривался с российскими меценатами о поставках техники и строительных материалов.

«Мёртвые в землю, живые за стол», – любил повторять комбриг. Он хотел, чтобы его бригада кормилась собственным трудом и не зависела от российской гуманитарной помощи. Поэтому планировал развитие военного хозяйства – самостоятельное производство продукции силами «Призрака». Это было одной из главных идей Мозгового – добывать хлеб своими руками, чтобы «не сидеть на гуманитарной игле».

В последний раз комбриг появился в интернете в репортаже о военном хозяйстве. Это был видеоролик «Призрака» от 20 мая 2015-го под названием «Первый шаг к развитию военхоза». Алексей Мозговой на видео благодарит тех, кто материально поддерживает бригаду и тихим голосом говорит:

Дорогие друзья «Призрака». Благодаря вашей помощи у нас пополнение. Какое – сейчас увидите, – камера снимает пол помещения, где пасутся полторы сотни цыплят. – Теперь вы понимаете, почему я говорю так тихо и спокойно. Но с огромной уверенностью в нашем будущем.

Через три дня комбрига не стало.