Читать книгу: «Мастер душ. Том 5»

Глава 1

Звон колокола продолжал действовать на нервы, отражаясь от каменных стен заброшенных подвальных помещений дворца. Я шёл следом за молчаливым Лебедевым, пытаясь осмыслить всё, что случилось с нами в той комнате. Странно, что никаких следов на пыльном полу, кроме тех, что остались от наставника, спешившего к нам на помощь, не было. Похоже, в помещение, где Лыков ставил свои эксперименты, вёл ещё какой-то вход, потому что элементарно ловушку, с помощью которой мы переместились внутрь, сделать на большом удалении было просто невозможно.

— Я тут подумал, — произнёс я, когда наступила тишина и звон магического колокола, разнёсшийся на всю империю, затих.

— Надо же, младший Уваров иногда умеет думать, — прервал меня Лебедев и резко остановился.

Я вовремя среагировал и остановился, не успев в него врезаться, тогда как уставшие и немного дезориентированные Мила с Сергеем не обладали подобной реакцией и влетели мне в спину. Я сделал шаг вперёд, практически нос к носу столкнувшись с очень злым наставником. По крайней мере, красные всполохи молний в его глазах говорили именно об этом.

— Да, в жизни иногда случаются чудеса, — практически промурлыкал Павел, решив впервые за время нашей прогулки подать голос. — Фениксы горят, среди бобров встречаются некроманты, Летавицы сапоги теряют, Мишаня иногда начинает думать. Правда, не тогда, когда следует, но это уже прогресс. Ещё годик заточения в компании со мной, и мы исправим этот недостаток…

— Пока я был в ловушке, во внешнем мире, прошло четыре дня. Почему я не почувствовал никаких временных аномалий, когда оказался в том месте? — ровно произнёс я, стараясь не обращать внимания на артефакт. — Да и вообще, я не могу понять, зачем нужно именно такое временное искажение? Купол на Школе Стражей и тот барьер у деда в горах более логичны: когда во внешнем мире время идёт медленнее, то внутри аномалии можно сделать гораздо больше.

— Тебя не было в столице две недели. Ты пропал, затем вернулся, будто ничего страшного не произошло. Вылез из канализации в Тронном зале, навёл шороха вместе со всей своей роднёй, потом опять пропал, и я тебя чисто случайно нашёл в запертом ещё триста лет назад склепе бывших императоров наедине с чокнутым учёным, желающим сделать из тебя контейнер для любимого учителя. И тебя интересует только причина, по которой эти два психа сделали нелогичную временную ловушку? — приторным голосом поинтересовался Лебедев, не сводя с меня пристального взгляда, ни разу при этом не моргнув.

— Нет, меня интересует ещё, кто те несчастные, на ком проводил опыты Лыков, но сейчас, я так понимаю, этот вопрос не актуален, — искренне улыбнулся я, глядя, как дёрнулась щека у моего регента. — Кстати, а вы всё ещё мой регент или дед полноценно взвалил на свои плечи правление нашей многострадальной Империи? — невинно уточнил я.

— Ой, да брось. Если бы страной управлял самый неуверенный в себе император всех времён и народов или его замещал Лебедев, война бы началась так быстро? — ответил Павел, в то время как Дмитрий Игоревич всё ещё молчал, видимо, обдумывал, что именно сказать, убирая из ответа совсем уж неприличные ругательства.

— Годунов пришёл в себя, — выдохнув, ответил наставник, потирая лицо ладонями. — На переговорах с Булгаковым присутствовали все Светлейшие князья вместе с Владимиром Уваровым. Если ты не помнишь, на том званом ужине в Академическом саду, где на меня навязали твоё регентство, Морозов от лица своего повелителя предъявил нам очень интересные требования.

— Да, отдать половину Империи, Годунову отречься от престола в пользу своего демонического сыночка, и скормить нас с Милой главному демону, — кивнул я, нахмурившись, вспоминая то происшествие, случившееся для меня больше года назад. — Но мы тогда вроде дали предельно ясный ответ, куда повелитель демонов вместе со своими прихлебателями могут засунуть свой мирный план.

— Смерть гонца была довольно красноречивым ответом, — усмехнулся Лебедев, начиная немного расслабляться. Мила с Сергеем в наш диалог не вклинивались, предпочитая молча сопеть у меня за спиной, чтобы ненароком не привлечь внимания нашего слишком вспыльчивого наставника. — Но эта тема вновь всплыла, и тогда нам пришлось на пальцах и при помощи дипломатии объяснять, в чём именно Булгаков неправ и куда ему следует пойти с такими предложениями.

— Насколько далеко его переговорная группа была послана дедом? — закусил я губу, прекрасно зная характер деда, у которого лучший язык дипломатии был представлен ядами и грубой силой.

— Поверь, очень далеко. Мы не хотим войны, но отдавать земли и людей, проживающих там, во благо мифического мира, который не продержится и года, равняется полной капитуляцией, — проговорил наставник, разворачиваясь и начиная медленно идти дальше по коридору. — И сейчас у нас мало времени, нужно действовать.

— Куда мы идём? — напряжённо спросил Сергей, когда мы прошли несколько поворотов и начали, казалось, идти куда-то вверх. В этом крыле было темнее, чем в том, где обитал Лыков. Коридор был освещён только обычными факелами, отчего становилось немного жутковато.

— Вы — домой, — резко ответил Лебедев, даже не поворачиваясь в сторону оборотня-некроманта. — А Михаилу предстоит неприятный разговор с отцом и дедом, которым приходилось разрываться между политическими делами и его поисками.

— Ну вообще, я не специально, — буркнул я, даже не желая представлять, что со мной сделает Владимир Уваров, если я вдруг случайно нарушил его планы.

— Разумеется, не специально, — процедил наставник. — Ты всегда всё делаешь не специально и ничего не планируешь. Ты просто, Уваров, постоянно плывёшь по течению, а потом удивляешься, когда оказываешься в водопаде с неприятным содержимым. Но, не могу сказать, что в конечном счёте ты делаешь что-то не так. Мы пришли, — он остановился перед массивными дверями, которые отворились после того, как он приложил руку к запирающей руне. По двери прошла красноватая рябь, и створки распахнулись настежь, заставляя зажмуриться перед показавшимся ярким светом.

Мы зашли в просторное помещение, в котором я узнал малый тронный зал, не использующийся по назначению уже минимум лет пять. К нам подошли несколько человек из личной охраны князя Уварова, ожидая указаний от Лебедева.

— Этих двоих сопроводите в поместье Уваровых, — сразу же отдал приказ Дмитрий Игоревич. — Глаз с них не спускайте и приставьте к каждому персональную охрану.

— Но… — попыталась возмутиться Мила, но сразу же замолчала, встретившись взглядом с Лебедевым.

Один из охранников кивнул и указал ребятам рукой на двери, ведущие к главному входу. Девушка задержала на мне взгляд, затем покачала головой и поплелась следом за опустившим голову Сергеем, оказываясь в плотном кольце вооружённых людей.

— Вы даже не спросили, как именно они вышли на след Первого Стража и зачем попёрлись к нему одни, — укоризненно посмотрел я на Лебедева, когда друзья вышли из зала и за ними закрыли дверь.

— А зачем? — удивлённо спросил наставник, направляясь к едва заметным дверям за троном, стоявшим на небольшом возвышении. — У Сергея произошло какое-то озарение, ему наквакала в ухо что-то его жаба, и он провёл какой-то ритуал, который вряд ли потом сможет повторить, после чего они решили проявить героизм и доказать, что что-то могут без нашего с тобой сопровождения. Как итог — ни черта они не могут, поэтому одних их оставлять ещё более опасно, чем тебя.

— Вот мне даже добавить нечего, — протянул Павел. — Эх, жалко, что он меня не слышит. Мы были бы идеальным тандемом после твоей мучительной кончины. Да мы бы не только Империей правили, мы бы весь мир в кулаке держали. Мы вошли бы в историю, о нас бы слагали мифы и легенды. Павлентий Первый Великолепный и его верный помощник Светлейший Князь Дмитрий Лебедев, — мечтательно произнёс артефакт. — Но, к сожалению, этого никогда не будет, поэтому будем работать с тем, что имеем. Пока мы шли, я набросал план твоего дальнейшего развития.

— Мне кажется, вы их недооцениваете, — произнёс я, обращаясь к Лебедеву, краем уха слушая план о моём развитии, приготовленный перстнем. Меня особо порадовало каждодневная утренняя медитация, работа с психологом в сочетании с шоковой электротерапией, чтобы изменить мировоззрение и изгнать из себя внутренние комплексы, мешающие личностному росту.

— Я всего лишь констатирую факт, — невозмутимо ответил наставник, открывая двери и заходя в небольшое помещение, где за большим столом стояли все Светлейшие Князья и Владимир Уваров. Ещё секунду назад они активно что-то обсуждали, склонившись над огромной картой, но сейчас они как по команде подняли головы и уставились на нас, погружая комнату в идеальную тишину. Я удивился, когда понял, что императора Годунова на этом совещании не было.

— Южная и Северная заставы пока в относительной безопасности, — вернулся к обсуждению Мстиславский, когда всем надоело на нас смотреть. Судя по всему, их совещание длилось достаточно долго и уже должно было подходить к концу. — Что с Восточной?

— Восточная полностью укреплена, — отозвался дед, чертя какие-то кружочки на карте. — Здесь и здесь находятся мощные ловушки, через которые может пройти только Булгаков и Высшие демоны, но сигнальные чары оповестят, если границы будут нарушены.

— Ну, Паймон довольно долго скрывался на Заставе, и на него ты внимания не обращал, — произнёс отец, пристально глядя на Владимира Уварова.

— Я усовершенствовал защиту, — недовольно отозвался дед. — Тем более что это был единичный случай. С Востока демонам просто так не подобраться. Им нужно будет пробиться через соседей, всё ещё соблюдающих нейтралитет и выступающих открыто против этой экспансии. К тому же граница защищена горами, которые накрыты временными куполами.

— Допустим, — кивнул отец. — Таким образом, мы имеем основную концентрацию вражеских сил на Северной Заставе. К тому же, как мы все слышали, Рубцов только что сказал, что мои люди впервые столкнулись с новым видом демонов. Какие-то летающие твари по силе, не уступающие магу или Стражу третьего уровня. Нужно защитить небо на всех заставах. И у нас слишком мало людей. Нельзя забывать о сорока колоннах внутри страны. Мы знаем, что Высших демонов семьдесят два, но колонн смогли обнаружить только сорок, на это тоже стоит обратить внимание. И не стоит забывать про нечисть, только и мечтающую вылезти из тени под общую суматоху, как это было несколько лет назад во время первой атаки на страну.

— Поэтому план, озвученный ещё час назад, остаётся неизменным, — произнёс Владимир Уваров, рассматривая карту. — К тому же, Высших демонов уже семьдесят, а одна колонна полностью разрушена. Основные силы перебрасываем на Север, там состоится первое сражение, и от того, как оно пройдёт, будет многое зависеть. Лебедев — на тебе координация всех застав и внутренние дела Империи. Нужен человек, не отвлекающийся на войну, чтобы разбираться с внутренними делами. Да и за Годуновым нужно будет следить, нет у меня к нему доверия, — поморщился Уваров.

— На мне защита и магические барьеры крупных городов, — кивнул Пронский. — Ваня, на тебе вся логистика, как на мастере порталов, — подытожил он, обращаясь к Мстиславскому.

— На мне помощь на самых сложных участках, плюс внешний контур всех защитных барьеров, — произнёс дед. — В столице, в то время, когда действующий император будет дееспособен, мне делать нечего.

— Что мы решим с нечистью, нежитью и поисками оставшихся колонн? — спросил отец, глядя на деда.

— Оставим клирикам, — задумчиво произнёс Владимир Уваров, потирая подбородок. — Отец Фёдор, и настоятели ещё трёх монастырей клириков сами предложили заняться этим. И у меня нет причин отказывать в их просьбе, потому что в битве с демонами они совершенно бесполезны.

— Их мало, — попытался возразить отец.

— Их достаточно, и обучить новых базовым навыкам не занимает много времени. К тому же большая часть из них оборотни. Они мощнее, сильнее и быстрее обычного человека, — повысил голос дед.

— Это логично, — вклинился в назревающую перепалку Лебедев.

— Тогда на текущий момент это всё. У нас мало времени. А теперь ты, — резко переключился на меня дед. — Что случилось и где тебя носило столько времени? — спросил он, приподнимая бровь, оглядывая меня с ног до головы. Отец лишь нахмурился, но ничего не сказал, переводя на меня взгляд.

— Это долгая история, — пробормотал я, подходя ближе к столу и разглядывая карту. Красными флажками были отмечены некоторые территории недалеко от всех четырёх Застав. Какие-то разноцветные стрелки вдоль границ, начертанных карандашом. Да уж, похоже, всё самое важное я пропустил, поэтому никакой конкретики и понимания эти кружочки, чёрточки и стрелочки у меня не вызвали.

— А мы практически никуда не спешим, — строго произнёс Владимир Уваров, кладя на стол красный карандаш. — Мы почувствовали сильный магический выброс в пределах дворца, но он никак не отразился на защитном контуре, поэтому мы пришли к выводу, что ты со своими друзьями наконец-то нашёлся, и отправили на разведку Дмитрия. Как мы видим, наши умозаключения оказались верны.

— Ну, если коротко, то Сергей с Милой вышли на ученика Первого Стража, коим оказался Евгений Лыков, — произнёс я, обращая внимания на красные кристаллы связи, стоявшие возле каждого из князей, начавшие синхронно мигать. Судя по тому, что никто из князей на это не отреагировал, ничего важного не происходило. — Он устроил для меня ловушку, используя моих друзей, чтобы затащить в подвал и отдать своему учителю для завершения ритуала, который я в своё время помешал тому провести.

— Евгений Лыков? — переспросил Мстиславский, потирая лоб. — Это сын князя Лыкова, сбежавшего после Совета, инициированного Орловым?

— Да. Теперь понятно, как ему удалось это сделать. Сын явно постарался, чтобы исчезновение отца было неожиданным и бесследным, — кивнул Лебедев, подходя к карте и задумчиво её рассматривая.

— Как я понял, именно он стоит за отравлением Годунова и работает вместе с демонами, хотя сам отрицает эту связь. Похоже, у него проблемы с головой и восприятием действительности, — пояснил я. — Но он очень умён и довольно неслабый маг, поэтому с ним в дальнейшем могут быть проблемы.

— Он всегда находился рядом с Григорием, сыном Годунова, скорее всего, он ему до сих пор остался верен, — ответил отец, наконец, переставая гипнотизировать меня взглядом синих глаз. — У вас двоих не хватило сил и возможностей, чтобы избавиться от этой проблемы? — прямо спросил он у Лебедева.

— Я прибыл слишком поздно, — пожал наставник плечами. — Он уже успел к этому времени открыть портал и с помощью Стража сбежать. Не хочу вас расстраивать, но этот древний и выживший из ума призрак набирает силу и теперь может частично обладать материальной формой.

— Понятно, — скривился дед. — Нам нужно убрать этот раздражающий фактор до того, как он войдёт в полную силу и у него прояснится разум. Но мы ограничены в ресурсах и не можем сейчас их распылять на поиски сбежавшего призрака.

— Ты хочешь оставить его в покое? — немного не понял я хода мыслей своего деда.

— Нет. Я хочу, чтобы им занялся ты, вместе с твоей разношёрстной командой, — тоном, не терпящим возражений, произнёс Владимир Уваров.

— Но, у нас же вроде война намечается, и вы сами говорили, что сильных магов у вас не так уж и много, — возмутился я.

— Если ты не забыл, но одним из пунктов, озвученных Булгаковым в своём так называемом мирном соглашении, числишься ты и твоя подружка, — повысил дед голос. — Тебе не место на передовой. Мы не имеем понятия, зачем вы сдались повелителю демонов, и будь моя воля, я бы запер тебя в горах для дальнейшего обучения на ближайшие лет десять. Но ты прав, пользы в реальном мире от тебя и твоих друзей гораздо больше, — неохотно произнёс он.

— И что ты предлагаешь? — тихо спросил я, прикрывая глаза.

— Ты в состоянии помочь клирикам на заданиях, попутно стараясь узнать хоть что-нибудь о Первом Страже. Он не будет больше сидеть тихо, поэтому я уверен, что вы сможете на него выйти, — ответил дед.

— Миша не обладает такой силой, чтобы справиться с Первым Стражем, — стиснул кулаки явно несогласный с решением Владимира Уварова отец.

— А кто говорил, что он должен вступить с ним в схватку? Единственный, кто может с ним совладать — это маг девятого уровня, а такой в нашей Империи только я. Главное — это сбор информации, всё остальное на мне, — пояснил дед.

— Единственный и неповторимый, — еле слышно презрительно произнёс Павел. — Все они это говорят, а потом Мишаня ты остаёшься в центре событий с кучей проблем, без поддержки и без какого-либо шанса на выживание. Мог бы тебя сразу отравить, и никаких проблем бы не было. А то сейчас твой дедуля ломает голову над планом, как прихлопнуть внучка, чтобы было естественно и не подозрительно, потому что, несмотря на то, что он такой неповторимый, огрести одновременно от твоего папашки и наставника-садиста ему не слишком хочется. — Он замолчал, а я лишь покачал головой, глядя на то, как дед злобно смотрит на мой перстень. Похоже, он тоже прекрасно слышал то, о чём Паша только что говорил, но решил проявить несвойственную для него сдержанность и оставить Павла без карательных санкций.

— Если он не справится? — решил проявить заботу Лебедев, оценивающе осматривая меня с ног до головы.

— Значит, я в нём сильно разочаруюсь, — хмыкнул Уваров. — К тому же у него есть всё необходимое, чтобы замедлить Стража и сбить со следа. Покопайся в своём хранилище, поверь, найдёшь в нём очень много полезного.

— Да, наверное, это будет для тебя лучшее задание, — неохотно согласился отец. — У нас есть ещё один вопрос на повестке, а ты иди домой. Когда я вернусь, мы с тобой поговорим и всё обсудим.

— Хорошо, — согласился я и направился к выходу, чувствуя накатывающую на меня усталость. Отдохнуть мне так и не удалось, весь адреналин выветрился, и сейчас мне просто хотелось полежать и подумать над тем, что делать дальше, потому что искать Первого Стража в мои планы точно пока не входило. Но тем не менее дед был прав, эту проблему нужно решить, как можно быстрее, чтобы в самый неприятный и ответственный момент этот свихнувшийся призрак не нанёс болезненный удар.

Глава 2

— И что ты думаешь? — затараторил Павел, как только двери малого Тронного зала закрылись за мной. Я направился по пустому коридору, где кроме стражи дворца никого не было, в сторону выхода. За мной на небольшом удалении следовал капитан личной охраны отца, встретивший меня сразу же, как только я вышел из зала совещаний, поэтому я вполне мог тихо поговорить со своим артефактом.

— А что тут думать, мне дали приказ, и я вынужден его исполнить, — тихо ответил я, начиная спускаться по длинной лестнице вниз.

— Ты даже не возразил для приличия! — повысил перстень голос, в котором ясно слышалось возмущение. — Тебя решили принести в жертву как ритуального козла во имя какой-то странной миссии. А мне, если ты не помнишь, снова придётся придумывать что-то гениальное, чтобы вытащить нас из неудобной ситуации, в которую ты наверняка вляпаешься.

— Паша, — шикнул я на него, останавливаясь на крыльце Императорского дворца и вдыхая прохладный ночной воздух. — С Первым Стражем нужно разобраться как можно быстрее. Это сильный и умный противник, несмотря на свою одержимость и неадекватность, поэтому с него станется нанести удар в самый неподходящий момент. У нас война начнётся со дня на день, если ты не забыл, и Лыков, уже один раз сотрудничавший с демонами, может повторить это снова. Тогда перевес сил, который и так не в нашу пользу, станет совсем катастрофическим.

— Не забыл, — ехидно отозвался артефакт. — Но ты же не можешь отрицать, что тебя решили просто-напросто сделать приманкой для безумного призрака, желающего заполучить тебя в качестве сосуда.

— И пока я буду носиться по стране в поисках Лыкова и его учителя, они оба будут рыть носом землю, чтобы отыскать меня, — хмыкнул я и направился в сторону главных ворот через ухоженный сад. Было пусто, что после такого сумасшедшего дня, казалось немного непривычным для меня. — Если это сработает, то станет небольшим отвлекающим манёвром.

— Только вот для кого. Могу поставить несколько старых сборников кровожадных сказок, пять миллилитров крови феникса и парочку ненужных артефактов из хранилища на то, что это неплохой способ отвлечь от всего происходящего именно тебя, чтобы ты не мешался под ногами, — фыркнул Паша, а я пропустил вперёд охранника, открывшего передо мной дверь припаркованного автомобиля. Когда он сел следом за мной, машина тронулась, и мы быстро поехали в сторону поместья Уваровых. — Я придумал один гениальный план, как заманить твоего призрака в ловушку, — спустя несколько минут с нескрываемым энтузиазмом в голосе произнёс артефакт, когда я, сам того не замечая, начал погружаться в сон.

— Да кто бы сомневался, — процедил я, потирая лицо руками, стараясь прийти в норму.

— Конечно, никто не может сомневаться в моей гениальности и просто фантастической работоспособности, — гордо заявил он. — Для его реализации мне понадобятся некоторые труднодоступные вещички, травки некоторые, парочка драгоценных камней, огромный таз и боевой дирижабль…

— Я даже знать не хочу, зачем тебе всё это, — протянул я, выходя из машины и рассматривая своё поместье, перед главным входом которого мы остановились. Почти в каждом окне горел свет, и это не могло не радовать. Скорее всего, мои друзья ещё не спят, и мне бы хотелось с ними встретиться именно сейчас, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке.

— Нет, ты просто обязан будешь спросить. А если не спросишь, я всё равно тебе расскажу и буду настаивать на его реализации, когда составлю список того, что мне необходимо, — упрямо пробурчал он. — Не забудь про дирижабль, всегда хотел, чтобы он у меня был.

— У тебя настолько большое внутреннее хранилище, что туда войдёт ещё целый дирижабль? — спросил я, заходя в дом, где сразу же столкнулся в небольшом коридоре со своим дворецким.

— Спустя столько бессонных ночей, проведённых вместе, ты всё ещё меня недооцениваешь, — обиженно протянул Павел. — Я столько веков берёг место именно под что-то грандиозное и монументальное. Если что, ту исчезнувшую огромную статую в Японии я выбросил на дно одного из океанов. Громоздко, непрактично и вблизи не так эстетично…

— Добрый вечер, Михаил Юрьевич, — поприветствовал меня Андрей, а я полностью отключился от болтовни Павла, благо, за то время, что провёл у деда, я научился это делать мастерски. — Рад, что с вами ничего не случилось.

— Да, я тоже этому рад, — улыбнулся я мужчине. — А мои друзья…

— В гостиной. Уже довольно давно выясняют отношения. Я даже поужинать их не могу заставить, — сокрушённо покачал он головой, отходя в сторону и давая мне возможность пройти к гостиной, где я услышал возмущённый голос Милы.

— Наш бобёр-некромант отказался от еды? Это что-то противоестественное. Миш, в этом феномене нужно срочно разобраться, — забеспокоился перстень. Я лишь кивнул, полностью соглашаясь с болтливым артефактом, и сразу же направился к друзьям.

— Ты с ума сошёл? — я остановился в проёме, разглядывая раскрасневшуюся Милу, стоявшую напротив такого же пунцового Сергея в центре комнаты боком ко мне. — Ни за что!

— Да что не так-то?! — всплеснул руками парень, глядя на девушку сверху вниз. Роман сидел на диване немного в стороне от скандалившей парочки, закрыв глаза рукой.

— Что не так? — взвилась Милослава. — Всё не так, — сжала она губы. Судя по всему, они не заметили ни меня, ни Андрея, прошедшего мимо них. — Я могу понять, почему мы вляпались в ту ловушку и даже этого не заметили, ведь мы очень слабые маги, но то, что ты предлагаешь, Сергей, это не твой уровень, — твёрдо и уверенно проговорила девушка, глядя в глаза оборотню.

— У меня вообще нет уровня. Я же некромант, а не обычный Страж или маг, — упрямо произнёс он, делая шаг назад и хватая с небольшого столика какую-то очень старую на вид книжку. — Я читал об этом раньше, и когда немного восстановился, проверил всю информацию несколько раз. К тому же, когда мы были в плену у этого психопата, я был полностью в сознании и смог всё как следует рассмотреть…

— Я тоже находилась в каком-то подобии сознания, но до сих пор сомневаюсь, что всё, что там произошло, было наяву. Мне не удалось пошевелить и пальцем, а момент, когда Миша появился, вообще никак не отразился в памяти, — прервала его Мила, а в комнате начало становиться жарко. Похоже, она уже настолько вышла из себя, что не могла уже в полной мере контролировать свой дар.

— Ребята, хватит, вы уже спорите больше часа, — попытался вклиниться в их перепалку Роман, но его решили просто проигнорировать. — Ладно, я пытался, — выдохнул он и откинулся на спинку дивана.

— Но это всё не помешало мне запомнить каждый символ, — ответил Сергей на возражение Милы и открыл книгу на какой-то странице, сунув её ей под нос. — Я тогда заметил, что что-то не так в построении заклинания. Марионетки слушались своего хозяина, но остатки душ в них всё равно сопротивлялись. Каким бы сильным магом ни был этот Евгений Лыков, но он сделал одну ошибку в начертании вот этих двух символов, перепутав их местами. К тому же, он не некромант, и смог подчинить себе только тела.

— И ты предлагаешь пойти на кладбище, вызвать деда Карпова на подстраховку и поднять парочку зомби, чтобы ты проверил действие этого заклятия в полевых условиях, подсмотренного у сильного мага во время своеобразного стазиса, в котором ты находился, — констатировала Мила, после чего рявкнула так, что я от неожиданности вздрогнул: — Серёжа, ты совсем дебил?

— Да что конкретно не так, в моём предложении? — бросил он книгу на стол и упёр руки в бока.

— Похоже, они об этом спорят уже не по первому кругу, — задумчиво протянул Павел. — А действительно, что не так в его предложении? Армия полностью подконтрольных зомби с той скоростью и силой, какие они показывали в схватке с тобой, нам явно не помешают. Это полностью соответствует моему, становящемуся ещё более гениальному, плану. Надо посмотреть, что он там в книжке прочитал, чтобы сравнить с тем, что я видел, а потом отправить его на кладбище тренироваться, пока он не станет моим личным повелителем мёртвого легиона, — как-то зловеще рассмеялся перстень.

— Ладно, отвечу тебе в пятый раз: ты очень слабенький, очень необученный, очень пугливый оборотень-некромант, — каким-то странным голосом произнесла Милослава. — Тебе не хватит сил и возможностей, чтобы провернуть это сложнейшее заклинание.

— Я говорю тебе в сотый раз: сила у каждого некроманта одинакова, всё зависит от умений…

— Которых у тебя нет, — закончила Мила.

— Ладно, смотри, — нахмурился Сергей и сделал шаг назад, вытягивая руку, в которой начало материализоваться его духовное оружие в виде шипастой булавы.

— И что? Я тоже могу призвать духовное оружие, — фыркнула девушка, сложив руки на груди.

— А так можешь? — с вызовом спросил бобёр, и с силой сжал рукоять своего оружия. В то же время булава начала словно таять, её очертания расплываться, преобразуясь в другой вид оружия. Спустя несколько секунд в его руке красовался огромный двуручный топор с широким, почти полукруглым лезвием.

— Обалдеть не встать, — прохрипел Павел. — Это же высший уровень развития Стража. На десятом уровне духовное оружие может меняться, и вместе с этим приобретать новые свойства. Я читал в одной книжонке, позаимствованной у деда. Правда, я до сих пор не могу понять, зачем она была ему нужна, только в качестве настольного пособия «Узнать все тайны своего противника, чтобы незаметно отравить». А теперь, когда ты пришёл в себя от шокирующего видения, хочу у тебя поинтересоваться: каково тебе быть в отстающих? Температура поднялась? Чувствуешь себя неуютно? Ты растерян, огорошен и немного зол? Поздравляю, в тебе начало зарождаться зерно комплекса неполноценности…

— Ты молодец, — скривилась Мила, никак не отреагировав на демонстрацию высшего умения Стража, владеющего духовным оружием. — Но это ничего тебе не даёт. Ты со своей булавой-то справиться не можешь. За столько времени хоть одно её свойство открыл?

— Два. Но это неважно!

— Это важно! Мы снова подошли к вопросу о твоих навыках и умениях…

— Так, даже Светлейшие князья не могут, — буркнул Сергей, рассеивая духовное оружие. — И Миша.

— Да, Миша сильный маг. Не забывай, что его с детства учили всему, что он знает, а не последний год урывками.

— Единственное, чему меня учили с детства — это этикету и умению вариться в котле под названием высшее общество, в котором вы начали тонуть после нескольких недель, — хмыкнул я и отлип от косяка, проходя внутрь комнаты.

Друзья резко замолчали и медленно повернулись ко мне, разглядывая меня округлившимися глазами. Роман вскочил на ноги и улыбнулся, облегчённо выдыхая. Сергей с Милой переглянулись между собой и неожиданно просто сели друг напротив друга в кресла и как-то подозрительно сложили руки на коленках, глядя на меня честными глазами.

— Да уж, не такого приветствия я ожидал, — протянул я и прошёл мимо друзей, садясь рядом с Романом, вытягивая уставшие ноги и расслабленно разваливаясь на мягком диване. — Ну, рассказывайте.

— Это не я, — хором ответили некромант и феникс.

— Что «не я»? — хмыкнул я, поочерёдно посмотрев сначала на Милу, потом на Сергея. — Ладно, что ещё вы успели натворить, пока меня не было, не считая той безумной вылазки, в которой мы все едва не погибли под носом у Светлейших князей, всей охраны Уваровых и императорского дворца?

— Миша, — Мила закусила губу и внимательно на меня посмотрела. — Это получилось случайно. Мы просто решили посмотреть, что именно смог раскопать Сергей при помощи Иннокентия. Мы даже заходить в тот дом не хотели, просто, когда туда подошли, то оказались в радиусе действия какой-то ограничивающей наше передвижение ловушки, и нас кто-то оглушил.

— Заклинанием? — решил уточнить я, оглядываясь по сторонам в поисках демонической жабы, но так её не обнаружив. Странно, она практически никогда не оставляла своего хозяина одного на длительное время.

— Чем-то тяжёлым и по голове, — хмуро пояснил бобёр, прикладывая руку к затылку. — Я только тень какую-то заметил позади Милы и всё, резкая боль. И очнулся я только в том подземелье.

— Меня тоже, — поморщилась девушка. — Но это странно, учитывая, что тот маг находился в подвале один.

— Да, действительно странно, — протянул я, обдумывая то, что они сказали. Не очень хорошая картинка вырисовывается, потому что в этом случае Лыков либо действовал не один, либо у него в распоряжении ещё есть несколько помощников. — Ладно, думаю, если бы вы сказали об этом раньше, то мы бы всё равно их не смогли найти. Мне следует интересоваться, как именно вы вышли на след Первого Стража или его ученика?

— Нет, теперь я понимаю, что это был хорошо спланированный план, чтобы заманить нас в то место и загнать тебя в ловушку, — глубоко выдохнул Сергей. — Я просто не подумал о том, что внезапно появившиеся следы знакомой магической ауры, как в том круге призыва, показанном мне Лебедевым, были оставлены специально для меня.

— Хорошо, — махнул я рукой. — Главное, что вы все живы. И почему вы все на меня так смотрите? — спросил я, отмечая, что каждый из них то и дело бросал на меня заинтересованные и изучающие взгляды.

— Ты изменился, — ответила первой Мила. — Выглядишь немного по-другому, старше, что ли. Да и глаза у тебя стали другими. Не знаю, как сказать.

— Ах, это…

— Мишаня, послушай моего совета: всё, что происходило в горах, должно оставаться в горах, — серьёзным несвойственным для него тоном произнёс Павел, перебивая меня.

— Да, ты прав, — едва слышно прошептал я, прекрасно понимая, что подробности никому из друзей не нужны. — Я просто провёл некоторое время в компании деда под временным куполом. Всё же изготовление противоядия для Годунова было делом долгим и муторным. Поэтому я просто немного стал старше.

— Судя по тому, что я вижу, здесь не меньше года прошло, — серьёзно сказал Роман. — Я в прошлый раз не стал поднимать этот разговор. Все же были дела поважнее.

— Ну вот примерно столько и прошло, — кивнул я. — Всё хорошо, это же мой дед, что бы он мне сделал, — рассмеялся я, глядя в серьёзные обеспокоенные лица друзей. — Ладно, вы мне лучше скажите, о чём вы спорили до того, как я вошёл?

— Этот идиот хочет поднять легион мертвецов, — презрительно хмыкнула Мила.

— Ага, это я уже понял, — кивнул я и потянулся за книжкой, которой только что тряс перед подругой наш начинающий некромант. — И что, есть шанс на успех?

— Только не говори, что ты его поддерживаешь? — насупилась девушка, глядя на меня немигающим взглядом.

— На войне хороши все средства, — протянул я, перелистывая страницы до тех пор, пока не наткнулся на знакомую вязь символов. Именно такой рисунок я видел в комнате безумного мага, когда дрался с марионетками. — А Сергей прав, — задумчиво проговорил я. — В чём была ошибка Лыкова кроме того, что он умудрился перепутать местами символы?

— Самая главная ошибка в том, что он не некромант, — подобрался бобёр. — Он взял не те объекты для воплощения, всё же для подобного нужно использовать подходящие тела покойных магов или сильных воинов. И у него не было нормального источника энергии. Он подпитывал их от нас, но как только энергия в нас закончилась, он бы потерял управление над марионетками, и они бы просто распались на куски гниющей плоти. Кроме того, он даже не попытался скрыть своё заклятие, и при должной сноровке в данном случае его легко можно разрушить, чем ты, собственно, и воспользовался.

— Я не видел, чтобы его марионетки были такими слабыми, как ты описал, — пристально посмотрел я на Сергея, потирая лоб и вспоминая тот скоротечный поединок. — Ладно, сможешь повторить? Что тебе для этого нужно?

— Конечно, я именно этим и хотел заняться, но Милослава больше не на феникса похожа, а на барана, упёрлась рогом и никак не переубедить, — хлопнул в ладоши парень и едва смог увернуться от пущенной в него подушкой рассерженной девушкой. — А мне нужно только небольшая подстраховка и кладбище. Когда начнём? — деловито уточнил он.

— Когда я отдохну, закончится малый совет, и Лебедев сможет уделить немного своего внимания для твоего обучения. В отличие от остальных Светлейших князей, он остаётся в столице, — решил я. Всё же это заклинание мне казалось довольно сложным, и Мила была права: Сергей мог элементарно с подобным не справиться.

— А без Дмитрия Игоревича никак? — понуро поинтересовался наш некромант, опустив голову и рассматривая что-то на ковре рядом с ногой.

— Никак, — покачал я головой. — Да, кстати, нам выделили персональное задание: помогать клирикам, защищать людей от нечисти и нежити, попутно отыскивая следы Первого Стража. Если кто против подобного, скажите сразу, чтобы вашим способностям смогли найти применение здесь, в столице, — посмотрел я на каждого из друзей.

— Ты с ума, что ли, сошёл, такое нам предлагать? — вместо всех ответил Роман. — Да я просто мечтаю уже, наконец, выбраться из этого ужасного места, забыть высший свет и дворец как страшный сон и вернуться к обычным делам, убивая призраков и демонов.

— Поддерживаю всеми руками слова Ромы, — чему-то обрадовался Сергей. — Я не знаю, как насчёт Первого Стража, но поиски того чокнутого мага не слишком затянутся. Мне нужно несколько минут, и я смогу сказать, где примерно он находится, — понизил он голос практически до шёпота.

— Если ты сейчас шутишь, то шутка для моего уставшего мозга не слишком смешная. Каким образом ты собрался отыскать сбежавшего мага за такой короткий срок? — с любопытством поинтересовался я.

— Так, я это, — немного замешкался парень, отводя взгляд. — В тот переход Иннокентия отправил, следить за Лыковым, — притянул он к себе книгу, которую я положил обратно на столик, начиная внимательно рассматривать что-то на выцветшей от времени обложке.

— Ты что сделал? — решил уточнить я, не понимая, издевается ли он надо мной или всё же просто решил умолчать о такой незначительной детали.

— Отправил Иннокентия следить за магом. Он умеет маскироваться, поэтому его вряд ли маг сможет засечь. Только вот мне нужно время и небольшой ритуал, чтобы связаться с ним, если тот переместился на большое от меня расстояние. Но он точно жив, иначе бы я почувствовал.

— Я так понимаю, ты сейчас о своей жабе говоришь, — провёл я рукой по лицу. — Друг мой, всегда говори о таких вещах сразу. Это может быть крайне важно.

— Ну, я не думал, что всё получится. А потом нас уже домой отправили, а вы с наставником куда-то ушли, — невозмутимо пожал оборотень плечами под пристальными взглядами трёх пар глаз. Я встрепенулся, когда услышал шаги, и поднял голову, глядя на вошедшего в гостиную отца. Он кивнул в сторону кабинета и сразу же направился в ту сторону.

— Ребята, отдыхайте и поужинайте наконец, не доводите до нервного срыва Андрея, — произнёс я, поднимаясь на ноги. — Я позже к вам присоединюсь.

Я вышел из комнаты и меньше, чем через минуту был уже в кабинете отца. Он стоял спиной к двери, заложив за спину руки, и что-то внимательно рассматривал в окне.

— Миша, у меня очень мало времени. Мне нужно срочно отправляться на Заставу, — он повернулся и пристально посмотрел на меня. — Это твоё задание, которое дал тебе Владимир Уваров…

— Не переживай, мы с ним справимся быстрее, чем он на это рассчитывает, если всё, конечно, пойдёт по плану, — улыбнулся я ему. — Помощь клирикам действительно не помешает. Мы, так сказать, уже опытный отряд.

— Вот это меня беспокоит больше всего, — покачал он головой и подошёл к стене в дальнем углу кабинета, открывая какой-то потайной механизм. Часть стены отъехала в сторону, и я увидел огромную нишу, больше напоминающую небольшую комнату, полностью заполненную разного рода оружием: начиная от современного, заканчивая очень древним, типа каких-то странных копий и каменных ножей.

— Неплохой тайник, — подошёл я к отцу, когда тот повернулся ко мне.

— Что-то из этого может тебе пригодиться, — коротко проговорил он, отходя в сторону и давая мне возможность пройти внутрь, чтобы рассмотреть всё поближе.

— Миша, это же необычное оружие, ну, почти обычное, не суть, — восторженно затараторил Павел. — Здесь же собран целый арсенал для борьбы с нечистью: вон серебряные пули для оборотней, вот эти деревянные для вампиров, не убьют, конечно, но замедлят сильно. Мне вон то мачете из хладного железа, чтобы головы зомбякам рубить, безумно нравится. Единственный проверенный способ их окончательного умерщвления. Я подобный артефактный клинок видел лет триста назад в одной египетской гробнице. Только до конца не понял, это чтобы окончательно расквитаться с местечковым фараоном или чтобы посетители отмахивались от внезапно оживших властителей Египта?

— Ты же говорил, что обычное оружие для борьбы с нечистью бесполезно? — поинтересовался я у отца и вспоминая наш давний разговор, беря в руки какую-то коробочку с обычными на вид патронами.

— Это не совсем обычное оружие, но это ты и сам уже понял, — улыбнулся князь Уваров, подходя ближе. — Хотя, обычное тебе тоже пригодится. Нет ничего и никого опаснее людей во время смутного времени. Ты должен об этом помнить и никому не доверять. А что касается этого, — он кивнул в сторону хранилища, достоинства которого продолжал описывать Павел, — это всё, что сохранилось от родовой оружейной после пожара. Ты прав, многое тебе не пригодится, но что-то из этого может спасти жизнь.

— То есть, я могу взять всё, что посчитаю нужным? — уточнил я у него, думая над тем, что из этого действительно сможет мне помочь. Наверное, многое, но это если только точно знать, какой именно противник будет находиться передо мной. Отец кивнул, утвердительно отвечая на поставленный мною вопрос.

— Что значит всё, что ты посчитаешь нужным? — поинтересовался Паша. — Да здесь всё нужно! — завопил он, и оружие с полок начало стремительно исчезать, перемещаясь в бездонное хранилище моего артефакта.

— Почему ты никогда не рассказывал мне об этом тайнике? — спросил я, когда ниша оказалась полностью опустошена, за исключением какой-то рогатки и парочки кинжалов.

— Потому что я до последнего верил в твоё благоразумие и нежелание лезть в самую гущу событий, — ответил он, возвращая стене первоначальный вид. — Держи, это кристалл связи со мной и остальными Светлейшими Князьями. Остальные виды связи в скором времени станут недоступными.

— Когда нам выдвигаться? — спросил я, принимая красный, едва заметно пульсирующий в руке тёплый камень. — Зная тебя, ты сейчас откроешь портал и просто забросишь нас во внутренний двор монастыря?

— Нет, порталами пользоваться сейчас небезопасно, — хмыкнул отец. — Отправишься, когда восстановишься и наберёшься сил. Поверь, мне было бы спокойнее, если бы ты оставался в столице под защитой Лебедева.

— Ты не веришь деду, — прямо посмотрел я в глаза князю Уварову. Тот лишь неопределённо пожал плечами, и снял с пояса начавший мигать ярко-красным светом кристалл.

— Мне пора. Извини, что нам постоянно не хватает времени, чтобы просто пообщаться, — на секунду прикрыл он глаза, а потом порывисто обнял меня и похлопал по спине.

— Удачи, — произнёс я, отстраняясь.

— Да, она нам пригодится, — невесело усмехнулся он и шагнул в образовавшееся прямо перед ним окно телепорта.

— А я говорил, что это небезопасно, — протянул Павел. — Но, это не важно. Знаешь, что я нашёл? Это просто бомба.

— Потом расскажешь, — тихо ответил я, выходя из кабинета, направляясь в сторону своей комнаты. Хотелось просто лечь, закрыть глаза, и чтобы никто меня не трогал в ближайшие несколько дней. Хотя я сам прекрасно понимал, что подобного никогда не случится. Какое-то непонятное чувство беспокойства не отпускало меня после разговора с отцом, и это мне чертовски не нравилось.

— Нет, ты не понял, это действительно бомба, — уточнил артефакт.

— Паша, — простонал я и завалился на кровать, сразу же отключаясь, даже не найдя в себе сил, чтобы переодеться.

Глава 3

Я резко открыл глаза под навязчивый и монотонный бубнёж Павла. Судя по всему, стояла глубокая ночь, и мне понадобилось несколько минут, чтобы зрение адаптировалось к новому освещению. Когда я начал различать очертания какого-то сложного и замысловатого рисунка на потолке, я прислушался к своему перстню, едва поборов желание снять его с пальца и выкинуть в окно. Неожиданно раздалось очень громкое кваканье из открытого окна, после чего в округе послышалось подбадривающее кваканье десятка других земноводных.

Громогласный король лягушек на этом не остановился, привлекая к своей важной беседе всё больше и больше своих почитателей зычным кваканьем. Я был практически уверен в причастности ко всему этому Иннокентия, но вставать и выходить из дома в поисках несмолкающего повелителя земноводных мне хотелось меньше всего.

Перевернувшись, я положил голову под подушку, приглушая эту какофонию непривычных для меня за год звуков. В горах у деда всегда стояла очень странная и немного потусторонняя тишина. Поэтому сейчас мне явно придётся адаптироваться к обычной жизни, наполненной разными звуками, на которые раньше я даже не обращал внимания.

— Это было невероятно. Дух фараона облетел свою гробницу и как закричит, что это не его мумия, а он может вселиться в чужое тело. А мой хозяин в древних останках разбирался плохо, больше воровал и присваивал себе чужие заслуги, но магом был неплохим. Поэтому, что было на карточке в том музее написано, того и призвал. Ох и эпичная битва была. А всё потому, что читать на французском он не умел и перепутал несколько слогов. Еле ноги унесли, — захихикал Павел, повышая голос, чтобы я наверняка смог услышать его очередную историю про одного из его бывших хозяев-неудачников. — Но это цветочки и не идёт ни в какое сравнение с историей про одного китайского императора…

— Я тебя могу спросить, чтобы ты при этом ответил искренне и честно? — откинув подушку в сторону, я вновь перевернулся на спину, глядя бездумно в потолок.

— Разумеется, когда я тебя обманывал? — радостно ответил перстень.

— Всегда, Паша, — выдохнул я и сел на край кровати, потирая лицо руками. — Скажи мне, что ты делаешь?

— Перебираю свой архив и склад, предаваясь удивительным воспоминаниям. Эх, Мишаня, у меня была такая насыщенная жизнь…

— Да я не сомневаюсь, — хмыкнул я.

— Нет, это было действительно интересно и познавательно, — затараторил он. — И вообще, я тебе сейчас расскажу, как мы оказались в итоге в Китае, когда выбрались из временной петли, застряв в египетской гробнице на добрую сотню лет.

— Не нужно мне ничего рассказывать. Предавайся воспоминаниям тихо, чтобы не мешать мне отдыхать.

— А я что, тебе мешал? Извини меня, бездушного артефакта с неограниченным и сверхъестественным интеллектом, равного которому нет на этой убогой земле, — совершенно неискренне извинился он. — И вообще, я такую штуку нашёл, как раз со времени моего путешествия с тем психом-археологом.

— Очередная бомба? — решил я уточнить, поднимаясь на ноги и подходя к окну, чтобы закрыть створки.

— Лучше, — гордо оповестил он, и к моим ногам выпал ржавый удлинённый кинжал с какими-то зазубринами по лезвию. Я, немного замешкавшись, всё же поднял его с пола, ожидая очередной подлянки от своего перстня.

Рукоять кинжала была холодной, сделанной из какого-то металла. Само оружие было очень тяжёлым и явно неудобным в бою. Повертев его в руках, я положил на подоконник, решив всё же полюбоваться им со стороны.

— И что это?

— Оружие, которым можно упокоить восставшую мумию, — совершенно невозмутимо ответил перстень. — Я так понимаю, что не только её; это же по факту обычный зомби, только в бинтах и облитый разными химикатами. Но я думаю, что тебе может пригодиться, особенно в ближайшее время, минут через десять, если быть точнее, когда мы с тобой пойдём на кладбище, чтобы наверстать упущенное.

— Ты можешь идти, а я ещё немного посплю, — поморщился я и направился в сторону своей постели, в этот раз разуваясь и скидывая с себя хотя бы верхнюю одежду.

— Некогда спать, когда страна в опасности! — завопил артефакт, и комнату тут же озарил яркий свет от разом включившихся светильников, отчего у меня тут же заболели и заслезились глаза. — Пока ты спишь, враг совершенствуется! — продолжал надрываться он.

— Какой враг, о чём ты вообще говоришь? — простонал я, накрывая голову одеялом.

— Как это какой? — возмутился перстень. — Бобёр твой мне всё покоя не даёт. Так что нечего тебе разлёживаться. Запомни, Мишаня, сон для слабаков.

— Тогда я буду слабым, немощным, но отдохнувшим, — пробурчав, я закрыл глаза, стараясь абстрагироваться от Павла и доспать хотя бы до утра.

— Кому нужна твоя свежесть тела и бодрость духа, если какой-то плешивый оборотень тебя обгоняет на пару шагов, исчисляемых в километрах? — прошипел Павел. — Вставай, нам нужно срочно выявить пятое свойство твоего духовного оружия, чтобы мне не было за тебя так стыдно перед незнакомыми мне людьми!

— Я четвёртое ещё не открыл, а ты про пятое говоришь, — сбросил я с себя одеяло, прекрасно понимая, что эта словесная перепалка с неугомонным артефактом будет проиграна априори.

— Как это не открыл? Яды, токсичные пары и несвежий горный воздух так сильно изменили твоё восприятие действительности и воздействовали на участки мозга, отвечающие за память? — деловито уточнил перстень.

— Ладно, давай считать, — сдался я, поднимаясь на ноги и призывая свой трезубец. Он немного изменился, стал более оформленным с пробегающими внутри него плетениями сиреневого цвета. — Первое, это обретение материальной формы, доступное каждому. Второе — это рассеивание наложенных демонами чар, — начал я перечислять всё, что знал о своём оружии. — Третье — отражение ментальной атаки. Какое четвёртое?

— А как же пылесос для неупокоенных душ? — осведомился перстень. — Ну, помнишь твой трюк в карманной реальности Вапулы? Я так до конца не смог понять, как это происходит и что в итоге делает, именно поэтому советую тебе разобраться в этом феномене и пойти со мной на кладбище уже через три минуты и сорок секунд.

— Ты же сам говорил, что это была жертва тех душ, и только благодаря ей у меня получилось раскрошить то хранилище и выбраться из него? — тихо спросил я, крутанув в руке трезубец. То, что произошло тогда с Вапулой, просто было стечением каких-то не поддающихся логике и здравому смыслу обстоятельств. Сомневаюсь, что в следующей схватке с высшим демоном мне может так повезти.

— Жертва была, но что им мешало вселиться, например, в тебя? Или в валяющуюся под ногами палку? Ладно, палок там не было, но было много камней. Духовное оружие — это не просто какая-то игрушка. Если бы оно не обладало подобным свойством, то никогда не впустило бы столько душ, не преобразовало такое огромное количество энергии и не устроило фейерверк после тщательной очистки и переработки. Поэтому, я считаю, что твою палку с тремя лезвиями на конце можно использовать как магнит для неупокоенных душ. Собирайся, у тебя осталась ровно минута, чтобы проверить мою гипотезу. — В меня тут же полетела моя же сброшенная на пол куртка, а следом и ботинки, от которых я успел увернуться. Раздался звук бьющегося стекла, и комнату снова наполнил звук раздражающего пения демонической жабы. — Ну вот, минус один ботинок. Надеюсь, у наследника императора есть запасная пара?

— Сейчас ночь, — покачал я головой, убирая свой трезубец.

— А ты на кладбище хотел днём пойти? В общем, план такой: ты будишь своего бобра-некроманта, если тебе так страшно идти одному. Он тебя подстрахует, да душ пару десятков призовёт по щелчку пальцев, — затараторил перстень. — Что ты так на меня смотришь? В него я верю, а в тебя уже не совсем. Бери в руки тот ржавый кусок магического металла и пойдём навстречу экспериментам.

— И чем мне этот кинжал поможет? — с сомнением покосился я на древнеегипетский нож, на котором зрением душ не обнаружил ни единого наложенного заклинания, руны или печати. — Сомневаюсь, что у нас в столице водятся мумии.

— Миша, я, конечно, в бобра твоего верю, но не до конца. А про полезность этого ножичка я тебе уже говорил. Он сделан из метеоритного железа, пропитанного кровью кровавого феникса. Это не тот феникс, как твоя Милослава, но тоже приятного мало.

— Ты не ответил на мой вопрос, — покачал я головой, вновь беря в руки кинжал и проведя по лезвию пальцем. Действительно, то, что я изначально принял за ржавчину, ей не являлось. Я ничего про кровавых фениксов не знал, поэтому не мог теперь утверждать, что ничего необычного в этом клинке не было.

— Миша, мумии — это загадочно, эстетично и интересно, — терпеливо и практически по слогам начал отвечать перстень. — А вот ожившая мумия без души — это обычный зомби, уже не такой милый, спокойный и умиротворённый. И вообще, запомни, что нет ничего хуже для проведённого эксперимента, чем внезапно оживший труп какого-нибудь мага седьмого уровня. Считай, что это план «Б», если вы с некромантом и его жабой не справитесь и просто так не упокоите их обратно.

— И сколько всего у тебя разработано планов? — уточнил я, подходя к двери, услышав едва слышимые до этого шаги. Звуки прекратились рядом с моей комнатой секунд тридцать назад, но в дверь так и не постучались, поэтому я решил первым поприветствовать ночного гостя.

— Больше трёх, как и всегда, но в плане «С» ты всегда умираешь, поэтому про него лучше никогда не спрашивай, — гордо заявил Павел, когда я резко распахнул дверь. Стоявшая перед ней Мила резко одёрнула руку, которой хотела постучаться, и отпрянула назад.

— Привет, — выдохнула она, слабо улыбнувшись. — Мне не спалось, а я увидела свет у тебя в комнате.

— Да, мне тоже не спалось, — проговорил я, отступая в комнату. — Заходи.

— Что здесь произошло? — серьёзно спросила она, глядя на осколки стекла и разбитое окно. — Я не слышала никакой тревоги. Ты ранен? Кто-то хотел тебя убить? — обеспокоенно начала она задавать вопросы, подлетев ко мне и осматривая округлившимися глазами с ног до головы.

— Всё в порядке, — рассмеялся я. — Это…небольшая случайность. Не рассчитал скорость и приложенную силу к объекту, — как можно более расплывчато пояснил я, запинывая второй ботинок под кровать.

— Точно? — прищурилась она, после чего резко подалась вперёд и обняла меня, уткнувшись лицом в грудь. — Я так переживала. Мы все переживали. Так безрассудно было со стороны твоего отца отправлять тебя так далеко одного.

— Ну, всё в итоге сложилось хорошо, — подбирая слова, произнёс я, хотя, на удивление, это было сделать не так-то просто. Павел на мои нелепые попытки что-то сказать ехидно рассмеялся и приглушил немного свет. — Прибью, — еле слышно произнёс я, чтобы меня мог услышать только наглый артефакт.

— Нет, не всё хорошо, — девушка отстранилась и посмотрела мне в глаза, закусив губу. — Ты изменился. Я даже сначала тебя не узнала в том подвале, пока ты не заговорил. Что на самом деле произошло с тобой на Восточной заставе?

— Дед слегка посетовал на мою безграмотность и занялся моим образованием, — улыбнувшись, ответил я.

— Сколько? — напряжённо спросила она, всё ещё пристально глядя на меня.

— Год, — прекрасно понимая, что она хотела узнать, произнёс я. Глупо было это скрывать, учитывая, что внешне я действительно изменился, как изменился бы любой за такой немалый промежуток времени.

— Год, — хмыкнула она, отвернувшись. — Ты так легко об этом говоришь. А ведь я действительно за тебя переживаю, даже больше, чем за себя, и даже подумать не могла, что для тебя эти две недели превратились в целый год.

— Мила, — я тронул девушку за плечо, стараясь развернуть её к себе, но она дёрнулась, сбрасывая мою руку. Мила несколько секунд стояла неподвижно, а потом резко развернулась ко мне.

— Не смей больше никуда пропадать и оставлять меня одну, — выпалила она и приложила руки к покрасневшим щекам. — Я твой фамильяр… Ну, почти, — немного замялась она и опустила глаза.

— Простите, ваша светлость, — в дверь, которую никто из нас не закрыл, постучали, и на пороге остановился мой дворецкий. — Начальник охраны Градов просит пригласить вас в большую гостиную. Но, если вы заняты, я могу попросить его подождать. Как я понял, к вам у него важное дело, но не столь срочное.

— Он попросил вас поднять меня среди ночи, наверное, дело всё-таки срочнее, чем вы думаете, — проворчал я. — Когда я вернусь, мы продолжим этот разговор, — посмотрев на девушку, я вышел из комнаты, глубоко выдыхая и сразу же направляясь в сторону большой гостиной.

— Ваша Светлость, — с диванчика для гостей поднялся мужчина, провожавший меня вечером от дворца до поместья, и немного склонил голову в знак приветствия. Андрей, следовавший всё это время за мной, кивнул и оставил нас наедине. — У меня для вас сообщение из дворца.

— И? — поторопил я его, впервые за ночь посмотрев на часы, показывающие ровно четыре часа. Не так уж и долго мне дали поспать.

— Княгиня Орлова просит личной встречи с вами, — ровно произнёс он. — Она, хм, очень настойчива в своей просьбе.

— Насколько настойчива? — удивлённо посмотрел я на мужчину, вновь переведя взгляд на часы.

— Завтра в семь часов утра состоится казнь всех мятежников. И встреча с вами была её последней просьбой, — усмехнулся он. — Дмитрий Игоревич не смог найти причин, чтобы ей отказать.

— Это неожиданное и, мне кажется, совершенно бессмысленное желание, — хмыкнул я. — Лебедев, значит, в курсе.

— Разумеется. Это его приказ поднять вас среди ночи и привести во дворец, — кивнул Градов.

— Слушай, а ты ему веришь? — шёпотом поинтересовался у меня Павел. — Вокруг столько предателей и просто плохих людей, которым ты не нравишься. Если честно, ты не нравишься всем, кроме твоей огненной подружки, но это издержки происхождения. Даже меня ты бесишь своей ленью и непредсказуемостью.

— Ну, если хочет, то почему бы не удовлетворить последнюю просьбу княгини Орловой, — согласился я, не обращая внимания на возмущённые вопли артефакта, как по мне, излишне страдающего паранойей.

— Хорошо, я подгоню машину, — слегка поклонившись, произнёс Градов и вышел из гостиной.

— А если она тебя убьёт, или ещё хуже, попытается заключить сделку? — успокоившись, спросил перстень. Ещё раз посмотрев на часы, я направился следом за Градовым. По-хорошему, нужно было принять душ и переодеться, но почему-то я не думаю, что кого-то в закрытом тюремном блоке будет волновать внешний вид второго после деда наследника престола.

— Откуда я знаю, что у неё на уме? — пожал я плечами, выходя из дома и садясь в машину. Градов закрыл за мной дверь, а сам сел рядом с водителем.

— Вот не нравится мне всё это, — пробурчал Павел. — Лучше бы мы вовремя, как я и предполагал, пошли на кладбище. У меня всё по минутам было рассчитано. Послушал бы меня и избежал бы неловкого разговора с Милославой, и этой странной ночной встречи с упырём в пышной юбке.

Я только покачал головой и откинулся на сиденье, глядя через стекло на ночную столицу нашей империи. Несмотря на готовящуюся войну и беспокойство во дворце, город жил своей привычной бурной жизнью. До начала активных действий со стороны армии демонов никто не будет воспринимать это предупреждение, разлетевшееся по всей стране в виде звука колокола, всерьёз.

— Мы приехали, — машина остановилась перед неприметным серым зданием. Здесь я ещё ни разу не был и даже не смог сразу сориентироваться, в какой части императорского дворца мы находились.

— Я удивлён, что ты так спешил на встречу к нашей юной особе императорских кровей, что даже не удосужился обуться, — я резко повернулся в сторону знакомого ехидного голоса своего наставника. Он стоял позади меня, скептически глядя на мои ноги, сложив на груди руки.

— Точно, обуться надо было, — пробормотал я. — Мало спал, акклиматизация, перестройка тела после повышения уровня, — развёл я руки в стороны.

— Да, я так и подумал, — хмыкнул Лебедев. Передо мной сразу же появились тапочки, в которых я ходил по замку деда во внеучебное, так сказать, время.

— Ты и их ещё прихватил? — прошептал я, обуваясь.

— А чего пропадать добру. Пригодились же, — фыркнул Павел и замолчал.

— А теперь слушай, — резко произнёс Дмитрий Игоревич, когда встал рядом с ним. — Эта встреча тебя ни к чему не обязывает. Я понятия не имею, что ей нужно, но ничего хорошего от этого разговора не жди. Просто покивай, используй стандартный набор фраз: «Да; нет; не знаю; всего хорошего и увидимся в следующей жизни». Не провоцируй, не давай никаких обещаний даже этим скудным набором фраз. Ты меня понял?

— Разумеется, — кивнул я. — Вы идёте со мной?

— Нет, но я буду видеть и слышать всё, что происходит внутри. Внутрь можно попасть только через специальный портал-ключ, настроенный только на одну камеру. Не больше одного человека за раз, — он сунул мне тяжёлую серебристую карточку в руку, сразу же подходя вплотную к этому зданию, где я не увидел даже дверей.

— Если вы так сомневаетесь, почему вы согласились организовать нашу встречу? — всё ещё не понимая поведения Лебедева, спросил я.

— Потому что мне тоже интересно, что она хочет сказать и почему именно тебе. Если хочет свободы, то разумнее всего ей было попытаться заключить сделку с Годуновым. Всё, иди. У тебя ровно пятнадцать минут. По истечении этого времени тебя просто переместит обратно, — он провёл рукой по стене, и в самом её центре сразу же образовалась небольшая светящаяся выемка под ключ, который я всё ещё сжимал в руке.

Я вставил серебристую карточку в выемку и сразу же потерял ощущение реальности, словно проваливаясь куда-то вниз. Это перемещение прекратилось так же внезапно, как и началось, и я сразу же открыл глаза, как только ощутил твёрдую поверхность под ногами.

— А ничего так живут перед смертью, привилегированные особы, — присвистнул Павел, и я не мог с ним не согласиться. — Любой каприз за ваши деньги, как говорится.

Не так я себе представлял камеру смертников в императорском дворце. К этому слову больше подходил сырой подвал и цепи, а никак не ковёр, кресло, кровать у дальней стены и стоявший небольшой столик с чайным сервизом по центру.

Ирина сидела в кресле с книгой в руках и совершенно не походила на девушку, готовящуюся к смертной казни. Она даже не подняла головы, когда я вошёл.

— Проходите, ваша Светлость, — ровно проговорила она, отложив в сторону книгу, и только тогда подняла голову, глядя пристально мне в глаза. — Присаживайтесь. Чай ещё не успел остыть.

— Мишаня, я здесь совершенно бессилен, меня кто-то заблокировал. Это плохо, очень плохо, — прошептал Павел, а я только сейчас отметил, что моё собственное ядро силы было окутано едва заметной сковывающей цепью. Вполне логично, учитывая, что высшая знать вся поголовно маги.

— Что вам нужно? — резко спросил я, садясь в кресло напротив Орловой. — Ваше приглашение было неожиданным и даже смогло хоть немного меня заинтриговать, — не удержался я от насмешки.

— Вы изменились, Михаил, — слегка нахмурилась она. — Вы ведь не тот человек, с кем я беседовала в саду в ту прекрасную ночь?

— Так что вам нужно? — не поддался я на провокацию, расслабленно откидываясь на спинку кресла. — Хотите, чтобы вас помиловали?

— Я не стану вас просить об этом, тем более умолять и торговаться с вами, — резко произнесла она, выпрямляясь ещё больше и потянувшись дрогнувшей рукой к наполненной чашке с чаем.