Неделями после этого было слышно: «Карл то», «Карл сё», Фели без конца щебетала о мутной Миссисипи, ее длине, изгибах и поворотах и как правильно написать название реки, не выставив себя дурочкой. У нас появилось отчетливое ощущение, что именно Фели лично задумала и создала эту великую реку, а Бог беспомощно стоял на подхвате, немногим более чем помощник водопроводчика.

Поскольку я не славлюсь терпением, я позволила себе слегка выругаться.

— Любовь – это не широкая река, которая течёт и течёт вечер, и если ты в это веришь, ты дура бестолковая. Ее может запрудить плотина, и тогда ничего не останется, кроме тонкой струнки...

— Или она совсем иссякнет, – добавила я

У меня появился неприятный привкус во рту, когда миссис Мюллет вынесла к столу то, что заставило меня обозвать наш дневной рацион О.Я.Т.Ф. – омерзительная ядовитая тухлая фигня.

Овсянка

Яблочный сок

Финики

Тосты

Мы всегда хотим любить тех, кого благодетельствуем.

Горячая вода и чай, — подумала я, — предметы первой необходимости во всех чрезвычайных обстоятельствах.

Мы всегда хотим любить тех, кого благодетельствуем, преодолевая резкий изгиб дороги с поразительным водительским мастерством, — но это не необходимо. Иногда даже это невозможно.

Но все же для старика даже мучение может быть желанным облегчением после скуки...

Я не обращаю внимание на смерть, но раны заставляют меня нервничать.

Знание и использование имени дает власть над человеком.