Цитаты из книги «Немезида», страница 3
Кто оградит Юность от Боли и Смерти? Юность, которая сама не может, просто не способна защитить себя. Потому, что не обладает достаточным житейским опытом? Или потому, что уверена: она знает все?
Я уже в том возрасте, когда понимаешь, что человека следует принимать таким, каков он есть, с тем набором хромосом, которые и определяют характер.
Говорят, теперь девушки взрослеют раньше. И это проявляется в манере одеваться, в прическах. Возьмите хоть мини-юбки - разве это не дань детству? А размалеванные сорочки и шорты - чистый инфантилизм! Они просто не делают становиться взрослыми, ибо опасаются принимать на себя ответственность.
Впрочем, все мы знаем, что значит в наши дни обвинить в изнасиловании. Мать говорит дочке, чтобы она заявила в полицию, будто ее изнасиловал парень, хотя на самом деле все обстояло иначе. Девица сама пригласила его к себе домой, когда мать была на работе, а отец в командировке. Сама повисла у него на шее, не давала проходу, в общем, затащила в постель. Потом, как я уже говорил, мать посоветовала девушке заявить об изнасиловании – в надежде, что парень женится на ней.
скорее всего, нападавший мужчина, а не женщина. Валун сбросили вниз с предельной точностью, если только его сбросили. Точность в подобных делах свойственна мужчинам, женщины редко ею обладают. С другой стороны, как вы упомянули, вполне возможно, что в этой экскурсии принимает участие бывшая ученица мисс Темпл или кто-то из старых знакомых; некто узнал ее, но она его не узнала. Мисс Темпл могли увидеть на улице. Внешность пятидесятилетнего человека меняется за десять лет не так сильно, как у подростка.
– «Очень уж это приметная вещь», – подумала я, услышав ваши слова. Такое сочетание красок издали бросается в глаза. Ведь не случайно Джоанна отметила расцветку пуловера, не упомянув про брюки.– Прошу вас, продолжайте.– Знаете принцип сигнальных флажков? – задумчиво спросила мисс Марпл. – То, что обязательно увидят, на что обратят внимание, запомнят, узнают.– Я весь внимание.– Говоря о человеке, которого видели издали, вы прежде всего опишете его одежду. Не лицо, не походку, не руки и не ноги, а малиновый берет, лиловый плащ, кожаную куртку, яркий пуловер в черно-красную клетку. Что-то сразу запоминающееся, бросающееся в глаза. Но стоит только этому человеку снять свою одежду, избавиться от нее, отправить по почте за сотню миль по какому-то адресу, сунуть в мусорный ящик, разорвать или уничтожить иным способом, как он тут же становится обычным, не привлекающим ничьего внимания и никому не внушающим подозрений. Этот пуловер в черно-красную клетку был надет с умыслом, чтобы его запомнили. Но больше его не наденут.
Мисс Темпл были известны секреты ее воспитанниц. Например, любовные приключения, о которых не подозревали родители. Такое ведь, знаете ли, случается. И к тому же очень часто. Особенно в последние десять-двадцать лет. Говорят, теперь девушки взрослеют раньше. И это проявляется в манере одеваться, в прическах. Возьмите хоть мини-юбки – разве это не дань детству? А размалеванные сорочки и шорты – чистый инфантилизм! Они просто не желают становиться взрослыми, ибо опасаются принимать на себя ответственность. И все же, как все дети, эти молодые люди хотят, чтобы их считали взрослыми, разрешали им делать все, что позволено взрослым. Порой это приводит к трагедии.
Что ж, такие истории часто случаются в наших местах. Начинаются они всегда одинаково: молодой человек встречает девушку. Далее события развиваются обычным путем...»
– А потом девушка вдруг понимает, что забеременела, – пробормотала мисс Марпл. – Сообщает об этом своему возлюбленному, желая женить его на себе. Но тот, возможно, совсем не стремится к этому... может, у него и в мыслях такого не было. Таким образом, он попал в сложную ситуацию. Его отец и слышать не желает о браке. Между тем родственники девушки утверждают, что он «обесчестил девушку и теперь должен покрыть грех»... Девушка ему надоела – возможно, он уже завел другую. И поэтому решает быстро и жестоко покончить с ней: задушить и изуродовать так, чтобы ее невозможно было опознать. Это «ужасное, зверское преступление» вполне соответствует его характеру.
Ну прямо-таки постаревшая Офелия», – вдруг подумала мисс Марпл. А вот Клотильда уж точно не Офелия, скорее великолепная Клитемнестра, способная с наслаждением заколоть мужа в ванной. Впрочем, это всего лишь предположение, поскольку у нее никогда не было мужа. И мисс Марпл не могла представить себе, что она убивает кого-то, кроме мужа... а в этом доме нет Агамемнона.
«Беседа течет исключительно легко, – подумала старушка, – но почему я ощущаю что-то странное, словно тут происходит нечто неестественное? Что это может быть? Говорим мы о самых обычных вещах, я делаю ничем не примечательные замечания, как, впрочем, и сестры.Три сестры. Почему мысль о трех сестрах имеет столь зловещий оттенок? Три сестры. Три ведьмы Макбета. Ну, едва ли стоит сравнивать этих сестер с теми тремя ведьмами». Мисс Марпл всегда считала ошибочной режиссерскую трактовку шекспировских ведьм. То, что она видела, казалось ей совершенно абсурдным. Ведьмы с хлопающими за плечами крыльями, в уродливых шутовских колпаках, пляшущие и прыгающие по сцене, напоминали персонажей пантомимы. Однажды она сказала по поводу этой постановки племяннику: «Знаешь, мой дорогой Реймонд, на месте режиссера я бы представила ведьм совсем иначе. Япоказала бы трех совершенно обычных старух. Шотландских старух. Они бы не танцевали и не плясали, а только обменивались бы тайными взглядами. Вот тогда зрители ощутили бы скрытую угрозу за внешней непримечательностью этих старух».
