Владимир Малявин

об этой истине – говорить парадоксами, которые напоминают народные поговорки тем, что начисто исключают субъективный взгляд. Такие парадоксы суть словесный образ метанойи, «переворота ума», которого требует постижение Пути: они сметают мыслительные штампы и указывают на какую-то другую, «неслышную» истину, немыслимое единство Хаоса, лежащее по ту сторону оппозиций правильного и неправильного, возможного и невозможного, малого и великого. Это единство бытия само есть воплощенное различие, неуклон

Учитель сказал: «Благородный муж постепенно поднимается вверх, а подлый человек постепенно опускается вниз». Учитель сказал: «В древности люди учились для себя, а ныне учатся для других».

«Земля покоится и потому благоприятствует покою. Небо движется и потому благоприятствует движению. В свете Небесного единства и Великого единства постигай глубочайше-мельчайшее. Если научишься пользоваться им, полностью обезопасишь себя».

Если среди воинов нет порядка, это значит, что полководец не имеет авторитета.

Настоящий человек, утверждали даосы, «не может быть» и «не может не быть». Сказано слишком неопределенно? Может быть.

Цзы-гун сказал: «Что Вы скажете о человеке, который в бедности не пресмыкается, в богатстве не заносится?» Учитель ответил

А в жизни вообще-то ценно только уникальное, в ней всякое событие имеет собственную меру. Правила и нормы – ловушки для дураков, война – соблазн для слабоумных.

Учитель сказал: «Человек, не имеющий дальних замыслов, без сомнения, подвергнется близкой скорби».

Полководец – это мудрость, доверие, человечность, отвага, строгость.

замочив рукава халата…» Для ученых авторов женская красота была призвана подтверждать идеалы