Майя Эйлер

Антон подобрался. – Я сын альфы

Замужем – это когда есть тот, кто спиной прикроет от всех проблем, не даст им даже тебя коснуться. Замужем – это не слова о любви, а поступки, после которых если и есть слёзы, то только от радости

из угла в угол, но я сдерживалась. Даже включила какой-то слезливый фильм, но не вытерпела и выключила его через десять минут.

Он наклонился и поцеловал мой живот, провел языком до пупка, обрисовал впадинку, вызвав этим у меня судорожный вздох. Я почувствовала, как мои мышцы сжались вокруг его члена, и Игнат вздрогнул, улыбнувшись мне тот самой улыбкой, от которой я готова была растечься перед ним мягкой лужицей.

всегда будут для него другом. Не может быть иначе. Да и вообще, мы распивали с ним горячительные напитки не просто так! Это уж точно чего-то стоит. – Леся, ты моя единственная. – И неповторимая? – попыталась пошутить. Он тяжело вздохнул: – Да, единственная, неповторимая, истинная. И вот понимаю, что слова мне эти знакомы, но осознать их смысл не могу. Ну, допустим, я его истинная, но что это значит для меня? Любовь? Смешно думать, что мужчина, с которым мы провели

дочка и усидела на месте, когда вокруг столько интересного? Никогда! Да и как объяснить

разворачивает ее и лениво бросает на колени.