Елена Богатыренко

Вот так Клод изменил свою жизнь, с той же легкостью, с какой журналист меняет тему своих статей. Просто перевернул страницу.

Почта хранила верность своему девизу: "Зачем делать просто, когда можно сделать сложно?"

прекрасные картины, а потом эти картины превращались в золото. Потом она рассказала каждому из богов, что случится с ним завтра. На следующий день боги с изумлением признали, что все её предсказания сбылись. Один пришёл в восторг. – Я знаю секреты рун, – гордо сказал он, – и неплохо разбираюсь в колдовстве. Но при всех моих знаниях я не могу понять, как ты делаешь эти фокусы. Я хочу узнать твой секрет. Гулльвейг рассмеялась:

Дюдар. Нет никакой шишки. Ничего не вижу. Беранже. Надеюсь, она и не появится. Никогда. Дюдар. Ну, если вы не ударялись, то откуда бы ей появиться? Беранже. Если человек действительно не хочет удариться, он и не ударится!

Художника, который «дорисовал драконов»* звали Чжан Сэнъя´о*, и жил он примерно 1500 лет назад. Благодаря ему в Китае появилось выражение «дорисовать зрачки дракону», что означает «сделать последний штрих, поставить последнюю точку». Дело было в конце лета. Старый художник по имени Чжан Сэнъя´о сидел неподвижно, как статуя, наблюдая за тем, как красные и жёлтые листья скользят по водам Нанкинского озера*. Он сидел на одном и том же месте уже три дня. На четвёртое утро к нему подошёл его взволнованный помощник.

Может быть, в уютных занавесках в красную