Чарльз Диккенс

Чарлз Диккенс – практически моя первая литературная любовь. Его доброта и нежность по отношению к героям, его бесконечная вера в лучшее в людях, в то, что Доброта, Вера и Верность все преодолеют… Сколько раз я читала и перечитывала его книги, столько же раз поражалась его умению увидеть в казалось бы нелепейшем чудаке и душевное тепло, и благородство… Как бы я хотела, чтобы у меня был такой друг!

Мало, наверное, на свете читателей, кто не слышал бы о Чарльзе Диккенсе. Но, скорее всего, упоминание об этом авторе, связано для них с сложным по восприятию, далеким по переживаниям и даже нудным чтением. В Англии 19 века, когда жил и творил писатель, его любили безмерно, беззаветно, читали запоем и потом долго обсуждали с друзьями, знакомыми, в семейной кругу «у камелька» злоключения трогательного в своей наивности мистера Пиквика и несчастного Оливера Твиста; следили за нелегкой судьбой Николаса Никльби и приключениями Мартина Чезлвита; сопереживали безответной и самоотверженной любви Крошки Доррит; жалели трогательную Нелли из «Лавки древностей». Диккенс, пожалуй, единственный великий писатель 19 века, чьи романы полностью удовлетворяли вкусам тогдашней Англии, и его творчество являлось ярким воплощением английской традиции.

Язык Диккенса красив, точен, необычайно искрометен и самобытен. Его юмор блистателен. Сюжеты его романов полны движения и красок, они увлекают и завораживают читателя своей многогранностью и непредсказуемостью.

Диккенс не был революционером, не призывал разрушить тесные границы буржуазной морали. Да, он высмеивал (порой, даже жестко и безапелляционно) английский снобизм, высокомерие, тщеславие, лицемерие, чинопочитание и заносчивость. Но его кредо – это уютная домашняя обстановка, тихая радость бытия, вечные семейные ценности.

Почему же автор так актуален сегодня, в самом начале 21 века, когда мы ощущаем на себе как раз те самые ветры перемен и отблески пламени революций в некоторых отдельно взятых странах, когда все так неспокойно, неустойчиво, исполнено хаоса? Ответ на этот вопрос напрашивается сам собой: именно потому, что Диккенс – не революционер. Ветров перемен нам вполне хватает и в обычной жизни. Хочется стабильности, чего-то незыблемого, непреходящего, умиротворяющего. Пусть его романы кому-то покажутся слишком идилличными. Но идиллия бессмертна, поскольку именно в ней и заключается радость жизни. И когда человеку захочется тихого семейного уюта, звонкого детского смеха и счастья общения с родными и близкими, он возьмет в руки книгу Диккенса…

Как-то в детстве, лет в 111-12 – как раз самый «книжный» возраст, когда и надо начинать читать классику – я почла Диккенса. Уже не помню, какая книга была первой. Потом что за ней немедленно последовали другие. Полюбила сразу и навсегда. Сейчас, конечно, многое воспринимается по-другому, просто потому что литература 19-го века, когда читается сквозь призму прожитых лет и сотен прочитанных книг, 20-го и 21-го веков в особенности, уже кажется немного наивной. Но талант никуда не исчезает из этих книг. Талант, доброта, гуманизм. Диккенса надо читать и давать читать детям.