Александр Афанасьев

– В жизни есть постоянная величина – это количество дерьма, которое льется на твою голову. Совсем не литься оно не может. Если оно льется постоянно, но тонкой струйкой – это еще терпимо. Жить можно. Но вот если дерьмо литься перестало – где-то засор. А засор не может существовать вечно. Рано или поздно его прорвет – и тогда так хлынет… Философские витийствования майора прервал стук подошв у самого домика. – Ну вот, похоже, и дерьмо… – находясь мыслями еще где-то далеко, выдал майор.

Власть – это тяжелый наркотик, от которого невозможно отвыкнуть.

никаких дел. Если бы не размеры – Магомед имел рост сто девяносто пять сантиметров, как и многие – ходил в качалку

этажах домов оборудованы видеокамерами, так что не удивляйтесь, если маленькое пикантное приключение превратится в большой-пребольшой шантаж. И много чего другого было в припортовых кабаках Танжера – но вот исламским экстремистам там разгуляться не давали. – Аллах да благословит вашу руку, эфенди! – покорно приблизился Аслан. Руки для поцелуя не предвещалось, он понял, что чем-то провинился, и встал на ко

лось в зарослях тростника. Я считаю, что это был цилинь, а Мэн Да говорит, что это был сыбусян. Рассудите нас, о Учитель! Учитель спросил: – А велико ли было животное? – Оно было размером с лошадь, но высотой с собаку! – ответил Мэн Да. – Уху! – воскликнул Учитель с тревогой. – Это был зверь пицзеци. Его появление в мире всегда предвещает наступление суровой эпохи Куй. А столь большие пицзеци приходят лишь накануне самых ужасных потрясений! 85

Кто рвется вперед, тот первый умрет, пусть даже                                                минует мину. Идущий за ним – злорадно сопит и пулю в затылок шлет. Он тоже падет – всему свой черед – сраженный ударом                                                      в спину, И будет забыт, как тот, кто убит, как тот, кто его убьет

восстановил справедливость. Пулями. – Ты мне хочешь что-то сказать?