Цитаты из аудиокниги «Снеговик», страница 14

«Oh, baby, why do I miss you like I do?»

такой же, что был сварен Корсо и Стауттоном

Среда, 5 ноября 1980 года. Снеговик В тот день выпал снег. В одиннадцать утра огромные хлопья неожиданно повалили с бесцветного неба – будто вражеская армада из параллельного мира без боя захватила участки, садики и газоны Румерике. В два часа на Лиллестрём уже работали снегоуборочные машины, а когда в половине третьего Сара Квинесланн медленно и осторожно вела свою «тойоту-короллу» между виллами по улице Колловейен, на окрестных холмах пуховым одеялом лежал ноябрьский снег. При свете дня дома казались ей незнакомыми, так что она даже проехала мимо въезда в его гараж. Сара резко затормозила, машина заскользила, и с заднего сиденья раздался вскрик. В зеркале показалась недовольная физиономия сына. – Я недолго, дружок, – сказала она. Перед гаражом на белом снегу чернел большой прямоугольник асфальта. Она догадалась, что тут был припаркован соседский автомобиль. У нее перехватило горло: только бы не опоздать! – А кто здесь живет? – спросил мальчик. – Да так, один знакомый, – ответила Сара и машинально поправила прическу, глядя в зеркало. – Меня не будет минут десять, дружок. Я оставлю ключи, если хочешь, послушай радио. Не дожидаясь ответа, она вышла и засеменила в скользких туфлях к двери, через которую множество раз входила и выходила, но никогда вот так, средь бела дня, под любопытными взглядами из окон соседних коттеджей. Внутри дома, словно шмель в банке с вареньем, прожужжал звонок. С нарастающим отчаянием она ждала, посматривая в ближайшее окно, в котором отражались черные голые яблони, серое небо и белые, будто залитые молоком, окрестности. Услышав наконец шаги за дверью, Сара с облегчением вздохнула и в следующее мгновение бросилась к нему в объятия. – Не уезжай, любимый, – взмолилась она, еле сдерживая рвущиеся из груди рыдания. – Мне надо, – ответил он тоном, каким повторяют до смерти надоевший припев. Его руки нащупывали знакомые тропы – тропы, по которым он никогда не уставал бродить. – Нет, тебе не надо, – прошептала она ему на ухо. – Ты сам хочешь уехать. Тебе тут скучно. – Ну уж с тобой-то мне не бывает скучно… Она уловила в голосе недовольство, хотя его руки, сильные и мягкие, тем временем скользили по ее коже, вниз по пояснице, забираясь под юбку, в колготки. Он и Сара были как опытная пара танцоров, чувствующих малейшее движение друг друга, дыхание, ритм. Вначале белый прекрасный пламень – любовь. Затем черный – боль. Его руки приподняли ее пальто, потянулись под толстой тканью к соскам. Он обожал ее соски, подолгу ласкал – может, оттого, что у него их вообще не было. – Ты припарковалась перед гаражом? – спросил он и с силой ущипнул их. Она кивнула и почувствовала, как боль будто выпустила ей в голову стрелу желания. Ее лоно распахнулось навстречу его пальцам, которые вот-вот окажутся там. – Да. Мальчик ждет в машине. Его руки замерли. – Он ничего не знает, – простонала она, почувствовав, что его руки медлят. – А твой муж? Он где? – Где он может быть? На работе, конечно. Теперь уже в ее голосе звучала досада. Потому что он впутал в разговор ее мужа, а она сло́ва о нем не могла сказать не раздражаясь. А еще потому, что ее тело требовало его немедленно. Сара Квинесланн расстегнула молнию на его брюках. – Не надо… – начал он и схватил ее за запястье. Но тут она сильно ударила

Когда ее отец построил этот дом – а было это после войны, – он сделал окна высоко и на каждое поставил железную решетку. Отцом владел неизбывный страх: как-то ночью под Ленинградом

Геологи утверждают, что Осло построен в кратере потухшего вулкана. И в такие вечера, как сегодня, Харри представлял себе, что огни города – это дырки в земной коре, сквозь которые просвечивает бурлящая лава. Глядя на район Хольменколлен, белой точкой светящийся на дальнем склоне напротив города, он пытался угадать, где находится дом Ракели.

хриплый, но мягкий голос на другом конце линии.

она. Он поцеловал ее в лоб. Пот покрывал их тела, одновременно разъединяя и склеивая воедино. Все произошло в точности так, как он предполагал. Как в первый раз, но без нервов и невысказанных вопросов. Как в последний раз, только без печали и без ее рыданий. Катрина была права: от человека, с которым был прекрасный секс, можно уйти, но обязательно вернешься

Потому что матери, давая миру новую

добавить. Была суббота, так что он продолжил квасить

от человека, с которым был прекрасный секс, можно уйти, но обязательно вернешься обратно. Правда,