Я выжила в месте, откуда не возвращаются. Вытерпела пытки, унижения и роды в неволе, цепляясь за единственное, ради чего ещё стоило дышать, – за своего ребёнка.

Но Самуил Мокану отнял у меня и его.

Сэм привык считать жестокость силой, любовь – слабостью, а чужие судьбы – платой за безопасность собственного клана. Он вынес нашего сына из моей камеры и оставил меня умирать, даже не подозревая, что вместе с ребёнком забрал последнюю преграду, удерживавшую во мне чудовище.

Теперь за нами охотятся Высшие. Семья Мокану расколота. Древняя сила просыпается в крови моего сына, а мужчина, которого я должна ненавидеть, становится единственным, кто способен спасти нас обоих.

Только я больше не пленница.

Я – цунами, которое он сам вызвал.

И если Сэм хочет вернуть моё доверие, ему придётся не просто пойти против собственного отца, клана и законов их мира. Ему придётся разрушить себя до основания и доказать, что даже чудовище способно любить женщину, которую однажды обрекло на ад.

В книге использованы музыкальные фрагменты произведения

Dark Knight by MaxKoMusic | https://maxkomusic.com/

Music promoted by https://www.chosic.com/free-music/all/

Creative Commons CC BY-SA 3.0

https://creativecommons.org/licenses/by-sa/3.0/

Другие версии

1 книга от 249 ₽

Жанры и теги

С этой книгой слушают

Похожие книги

Смотреть все отзывы

2 дня назад

Отзыв исполнителя аудиоверсии.

Очень неоднозначная книга: у меня она оставила чувство опустошения. Слишком много крови, слишком много боли — и всё это будто ради того, чтобы поддерживать и самого читателя в состоянии жертвы, а не ради смысла. «... меня выворачивает изнутри любовью – не красивой, не светлой, а хищной, больной, готовой сжечь мир за один следующий вдох»

Сцены жестокости здесь скорее не раскрывают героев, а просто накачивают градус: кажется, что автор раз за разом повышает ставки, не задумываясь, ради чего. Любые вопросы члены семьи решают ударами, и бьют в этой семье все: мужчины, женщины, дети. Персонажи будто существуют только для того, чтобы страдать и причинять боль друг другу, спорят о том, чье страдание больше, кому оно больше принадлежит, и из‑за этого их поступки выглядят не драматичными, а надуманными. Диалоги построены на том, чьи слова больнее ранят оппонента, а если словами мало, то нужно ударить. Сложно представить героев существующих мирно. А постоянное повторение цвета глаз, одной и той же сцены из главы к главе, зачем? Читатель идиот? К 20-й главе все еще не запомнил у кого какого цвета глаза, как они меняются в зависимости от ситуации, или он не до конца осознал, какой отпечаток наложила на героя трагедия в детстве? Но нет, и дальше мы должны еще раз и еще запомнить цвета и драму. Сама «любовь» в книге больше похожа на болезненную зависимость. В итоге вместо катарсиса остаётся ощущение, что тебя долго и упорно били по эмоциям, возили в грязи — и после этого хочется просто выдохнуть и отвлечься.

Не скажу, что книга совсем не цепляет: динамика есть, читать местами действительно интересно. Но когда финал остаётся где‑то на фоне всей этой боли, понимаешь, что за витриной почти ничего нет.