Цитаты из аудиокниги «Агрессор», страница 6
Его каштановые волосы были растрепаны.
Мне это нравилось.
Шоколадного цвета глаза светились уверенностью и озорством.
Мне это нравилось.
Накачанные руки и грудь наводили на мысли о том, каково будет прикоснуться к его коже.
Мне это нравилось.
Он заставлял меня забыть, насколько ужасно ко мне относится.
Это я ненавидела.
Поднявшись, я вспомнила, как он пообещал довести меня до слез на этой неделе. Что ж, работа выполнена на отлично, а сегодня только вторник. Промокнув глаза, вынуждена признать — у гада талант.
Багаж, от которого ты отказываешься избавиться, делает тебя слабее.
Не быть мне одной из тех глупых девочек, как в романтических книгах, которые, оказавшись в любовном треугольнике, не могли сделать выбор. Не сказать, чтобы я попала в любовный треугольник, но мне никогда не понять девушек, которые не в состоянии определиться, хотят они быть с парнем или нет. Мы могли запутаться относительно того, что для нас лучше, но не относительно того, чего мы хотим.
Вот честно: если бы делала ставку, даже не знаю, которого из двух засранцев я бы выбрала.
Вчера больше не существует.
Для меня желание Джареда было равносильно свершившемуся действию
Мэдок кашлянул.
– Доктор Портер, Нэйт и Пайпер столкнулись друг с другом.О, Боже. Теперь я точно убедилась. Мэдок – идиот.
- Ты никогда не навязывалась и не надоедала, Тэйт. В день, когда вы переехали на нашу улицу, я увидел тебя и подумал, что ты самое красивое создание на свете. Черт,я тебя любил.
- Я люблю грозу. Гром, ливень, лужи, промокшую обувь. Когда надвигаются тучи, меня охватывает радостное предвкушение.
Просто продолжай Тэйт. Я попыталась представить, что говорю с папой или бабушкой. Оставайся естественной.
- Все кажется красивее под дождем. Не спрашивайте меня почему. - Я пожала плечами. - Но в грозу словно открывается иной мир возможностей. Раньше, катаясь на велосипеде по опасным скользким дорогам,я ощущала себя супергероем. Или Олимпийским атлетом, чтобы добраться до финиша.
Моя улыбка стала шире от воспоминаний. Воспоминаний обо мне и Джареде.
- Но даже в солнечные дни, я была тогда еще маленькой, я просыпалась с тем же ощущением трепета. Ты заставлял меня чувствовать радостное предвкушение так же, как симфония грозы. Ты был моей бурей под солнцем, громом в скучном, безоблачном небе.
- Помню, я проглатывала завтрак как можно быстрее, чтобы поскорее постучаться к тебе в дверь. Мы гуляли днями напролет, возвращались домой только поесть или поспать. Играли в прятки, лазили по деревьям, ты качал меня на качелях. Ты сделал меня своим лучшим другом, благодаря тебе я снова ощутила, что такое дом.
Я выдохнула, наконец-то расслабившись, и подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Сразу же заметила, что он пристально смотрел на меня, тяжело дыша, практически не шевелясь. Останься со мной, Джаред.
- Знаете, - я продолжала смотреть на него, - когда мне было десять лет, умерла моя мама. У нее был рак, и я потеряла ее, толком не узнав. Мир казался таким ненадежным, я была так напугана. Но с тобой все опять встало на свои места. С тобой я стала смелой и свободной. Как будто часть меня, умершая вместе с мамой, после встречи с тобой ожила, и было уже не так больно. Мне было не больно, когда рядом был ты.
Мои глаза наполнились слезами. Одноклассники слушали, подавшись вперед.
- Но однажды - беда пришла из ниоткуда - я потеряла и тебя. Боль вернулась, мне было так плохо, когда ты меня возненавидел. Моя гроза ушла, ты стал жестоким. Этому не было объяснения. Ты просто исчез. И мое сердце разрывалось на части. Я скучала по тебе. Я скучала по маме.
Голос дрогнул, но я не стала вытирать пролившиеся слезы.
- Хуже всего стало, когда ты начал меня обижать. Твои слова и поступки заставили меня возненавидеть школу. Из-за них даже мой собственный дом стал чужим. - Я сглотнула, и тугой узел в груди ослаб.
- Мне по-прежнему было больно, но я знаю, в этом нет моей вины. Я могла описать тебя множеством слов, однако лишь одно включает в себя грусть, злость, ничтожность, жалость - это слово "трус". Через год меня тут не будет, а ты останешься неудачником, чей высший предел существования ограничится школой.
Я не отводила взгляда от Джареда; мой голос вновь набрал силу. Боль от сдерживаемых слез утихла.
- Ты был моей бурей, моим грозовым облаком, моим деревом под проливным дождем. Я любила все эти вещи, и я любила тебя. Но сейчас? Ты чертова засуха.
