нату; я заметил, что она опять

Мшистые стены примыкали к башне; кой-где лепился плющ; искривленные деревца свешивались с седых бойниц и рухнувших сводов. Каменистая тропинка вела к уцелевшим воротам.

показывал все свои дома и улицы; широко разбегались холмы и поля. Внизу было хорошо, но наверху еще лучше: меня особенно

помнит прошедшего, не думает о будущем; у  него есть настоящее – и то не день – а мгновенье.