Цитаты из аудиокниги «Двенадцать стульев», страница 5

Жизнь, господа присяжные заседатели, это сложная штука, но, господа присяжные заседатели, эта сложная штука открывается просто, как ящик. Надо только уметь его открыть. Кто не может открыть, тот пропадает.

— Ваше политическое кредо?

— Всегда!

Он ухаживал за машинисткой, скромные бедра которой развязывали его поэтические чувства.

Тут Ипполит Матвеевич не выдержал и с воплем «может быть!» смачно плюнул в доброе лицо отца Федора

Мадемуазель Собак слыла культурной девушкой: в ее словаре было около ста восьмидесятти слов. При этом ей было известно одно такое слово, которое Эллочке не могло даже присниться. Это было богатое слово: гомосексуализм. Фима Собак, несомненно, была культурной девушкой.

Кто, по-вашему, этот мощный старик? Не говорите, вы не можете этого знать. Это — гигант мысли, отец русской демократии и особа, приближенная к императору.

"Больше вопросов не имею, - быстро проговорил молодой человек. И сейчас же задал новый вопрос".

Увидев меня такой, мужчины взволнуются. Они задрожат. Они пойдут за мной на край света, заикаясь от любви. Но я буду холодна. Разве они стоят меня? Я – самая красивая. Такой элегантной кофточки нет ни у кого на земном шаре».

В вашем возрасте кобелировать просто вредно!

– Отдай колбасу! – взывал Остап. – Отдай колбасу, дурак! Я все прощу!