Цитаты из аудиокниги «Сандро из Чегема», страница 20

Женщина посмотрела в паспорт, сверила его с каким-то списком, потом несколько раз придирчиво взглянула на дядю Сандро, стараясь выявить в его облике чуждые черты.

Каждый раз, когда она взглядывала, дядя Сандро замирал, не давая чуждым чертам проявиться и стараясь сохранить на лице выражение непринужденного сходства с собой.

По-видимому, близость смерти или смертельной опасности обостряет интерес к ярким впечатлениям жизни.

Он все делал в смягченной форме, потому что от природы был мягким человеком и никому не хотел зла. У него была такая философия - пусть всем будет хорошо, ну, а если это невозможно, пусть хотя бы мне будет хорошо.

У него была такая философия – пусть всем будет хорошо, ну, а если это невозможно, пусть хотя бы мне будет хорошо.

Да, только личным примером можно воодушевить нацию, как учил и продолжает учить нас Великий Петр, сам неутомимый труженик на троне. Впрочем, личный пример принц Ольденбургский нередко подкреплял личной палкой, в ее прямом петровском предназначении гулявшей по спинам всех этих полицеймейстеров, канцеляристов, нагловатых инженеров, а иногда и до генералов добиралась его поистине демократическая палка.

– Словоблуды, – сказал Джамхух. – Ты их обвиняешь в одном, а они оправдываются в другом. Продающий раба – сам раб власти! Продающий нечистое вино – сам раб нечистоты! Запомните, что рабство уже тем плохо, что создает у труса, связанного цепью, чувство равенства с героем, связанным цепью. И не только чувство равенства! Чувство превосходства! Когда и трус и герой одинаково беспомощны, трус приписывает себе все, что мог бы сделать герой на свободе. Потому что оба беспомощны, а герой молчит. Герой в цепях всегда молчит, трус в цепях всегда говорит. Когда ему еще поговорить о своих геройствах, как не в цепях! Но лев, сидящий в клетке, – это все-таки лев, а не шакал!

«..мужчина после семидесяти лет должен забыть про женщину. А самые мудрые еще раньше забывают.»

« — Какую нацию сейчас больше всех берут, Самуил? — спросил мой старик.

— Что ты говоришь, Хабуг, — снова всплеснул руками Самуил, — разве сейчас есть такая нация, какую меньше берут?! Если была бы такая нация, я бы купил документ и вступил в эту нацию.»

«Дети снова кинулись его теребить, и дядя Сандро подумал, что дети хорошо чувствуют изголодавшихся по ним людей.»

«..как это бывает с очень миролюбивыми людьми, наконец взорвался с неожиданной силой.»