Цитаты из аудиокниги «Мы», страница 22

древних  – единая Церковь. Потому что история Единого Государства не знает

Совершенно ясно, что этот контраст, эта непроходимая пропасть между сегодняшним и тогдашним…

Завтра – День Единогласия. Там, конечно, будет и она, увижу ее, но  только издали. Издали – это будет больно, потому что мне надо, меня неудержимо тянет, чтобы – рядом с  ней, чтобы – ее руки, ее плечо, ее волосы… Но я хочу даже этой боли – пусть. Благодетель великий! Какой абсурд – хотеть боли. Кому же не понятно, что болевые – отрицательные – слагаемые уменьшают ту сумму, которую мы называем счастьем. И следовательно… И вот – никаких «следовательно». Чисто. Голо.

…Просто вращая вот эту ручку, любой из вас производит до трех сонат в час. А с каким трудом давалось это вашим предкам. Они  могли творить, только доведя себя до припадков „вдохновения“ – неизвестная форма эпилепсии. И вот вам забавнейшая иллюстрация того, что у них получалось, – музыка Скрябина – двадцатый век. Этот черный ящик (на эстраде раздвинули занавес и там  – их древнейший инструмент) – этот ящик они называли „рояльным“ или „королевским“, что лишний раз доказывает, насколько вся их музыка…»

И если верно, что наши предки отдавались танцу в самые вдохновенные моменты своей жизни (религиозные мистерии, военные парады), то это значит только одно: инстинкт несвободы издревле органически присущ человеку, и мы в теперешней нашей жизни – только сознательно…

Отсюда – распределение: тонне – права, грамму – обязанности; и естественный путь от ничтожества к  величию: забыть, что ты – грамм, и почувствовать себя миллионной долей тонны…

Завтра мы снова вручим Благодетелю ключи от незыблемой твердыни нашего счастья. Разумеется, это непохоже на беспорядочные, неорганизованные выборы у древних, когда – смешно сказать – даже неизвестен был заранее самый результат выборов. Строить государство на совершенно неучитываемых случайностях, вслепую – что может быть бессмысленней? И вот все же, оказывается, нужны были века, чтобы понять это

секундная скорость языка должна быть всегда немного меньше секундной скорости мысли, а уже никак не  наоборот.

И что это за  странная манера – считать меня только чьей-то тенью. А может быть, сами вы все – мои тени.

Вообще эта милая О… как бы сказать… у ней неправильно рассчитана скорость языка, секундная скорость языка должна быть всегда немного меньше секундной скорости мысли, а уже никак не наоборот.