Цитаты из аудиокниги «Поправка-22», страница 2

...Он был мастером на все руки и как раз по этой причине был обречен всю жизнь принадлежать к категории лиц с низкими доходами.

— Как вы себя чувствуете, Йоссариан?

— Великолепно. Боюсь до смерти.

Как бы ни велика была: жажда богатства, как бы ни велико было желание бессмертия, никто не смеет строить свое благополучие на чьих-то слезах.

Он проповедовал бережливость и неустанный труд, а распущенных женщин, которые ему отказывали, сурово осуждал.

Идеалы всегда прекрасны, а люди — далеко не всегда.

- Они стараются меня убить, - рассудительно сказал Йоссариан.

- Да почему именно тебя? - выкрикнул Клевинджер.

- А почему они в меня стреляют?

- На войне во всех стреляют. Всех стараются убить.

- А мне, думаешь, от этого легче?

— Вас постоянно мучит забота о собственной безопасности. Вы не выносите хвастунов, фанатиков, снобов и лицемеров. У вас подсознательная ненависть ко многим людям.

— Почему подсознательная? Вполне сознательная, сэр! — поправил Йоссариан, горя желанием помочь психиатру. — Я ненавижу их совершенно сознательно.

Боевой дух падает с каждым днем – и все по вине Йоссариана. Страна в опасности. Йоссариан поставил под угрозу свое традиционное право на свободу и независимость тем, что осмелился применить это право на практике.

Подобно всем прочим офицерам штаба авиаполка, за исключением майора Дэнби, полковник Кэткарт был преисполнен демократического духа: он верил, что все люди рождены равными, и потому с равным усердием помыкал всеми подчинёнными.

Поскольку ему не удавалось хорошо пожить, он хорошо учился. В университете своего штата он занимался так серьезно, что гомосексуалисты считали его интеллектуалом, а интеллектуалы — гомосексуалистом. Он специализировался в английской истории, и это не прошло ему даром.

— Английская история? — разгневанно изумился сенатор их штата с густой серебряной гривой и сомнительной репутацией. — А почему не американская? Может, он думает, что она хуже других?

Незадачливый студент мигом переключился на американскую литературу, но ФБР уже внесло его в списки неблагонадежных.