Цитаты из аудиокниги «Питер Пэн», страница 2

Только веселые, непонимающие и бессердечные умеют летать

Питер в этих занятиях участия не принимал. Во-первых, он признавал только одну маму на свете-Венди. А во-вторых, он был единственным мальчиком на свете, который не мог ни прочесть, ни написать ни единой буковки.Он был выше таких мелочей!

Когда она была маленькая, она, конечно, этому верила, но теперь она была замужем и разумной женщиной, поэтому решительно сомневалась в существовании подобного персонажа.

Иметь веру — это почти то же самое, что иметь крылья.

Дети взрослеют слишком быстро. Когда я пытаюсь вспомнить своё детство, вспоминается мало. Или просто не вспоминается. Дети взрослеют слишком быстро. Надо это запретить. Запретить взрослеть. Тогда всё будет лучше, чем есть.

И еще в мыслях у каждого ребенка есть его собственная страна Нетинебудет, и чаще всего – это остров, очень яркий и цветной, с коралловыми рифами, с быстроходным кораблем на горизонте, с дикарями и гномами. И большинство из этих гномов – портные. Есть там еще пещеры, на дне которых протекают реки, и – принцессы, у которых к тому же есть шесть старших братьев и заброшенная хижина в лесу, и еще – очень старая старушка, и нос у нее крючком. С этим было бы не так сложно справиться, однако это не все. Там еще помещается первый день учебы в школе, и пруд, и убийцы, и вышивание крестиком, и глаголы, требующие дательного падежа, и воскресный пудинг, и три пенса, которые дадут, если молочный зуб выдернуть самому, и так далее, и так далее.

Одно она знала твердо: родители всегда будут держать открытым окно, через которое они вылетели, чтобы они могли вернуться домой.

Странные вещи случаются с нами иногда в жизни. А мы даже не замечаем ,что они происходят.

Это в обычае у всех хороших матерей. Когда дети уснут, матери производят уборку в их мыслях, наводят там порядок и кладут все мысли по местам. Когда ребёнок просыпается, то все капризы лежат сложенные на дне его головы, а сверху положены добрые чувства, хорошенечко проветренные и вычищенные за ночь.

Питер иногда улетал от них, потому что умел летать гораздо быстрее. Иногда он вдруг раз — и скроется из виду. Какие-то у него там происходили свои приключения, о которых он им не находил нужным рассказывать. А случалось и так, что, возвратившись, он как-то странно смотрел на них, точно успевал забыть, кто они такие. У него делались какие-то чужие, неузнающие глаза. Венди даже однажды перепугалась и крикнула ему:

— Я — Венди, разве ты забыл?

Питер очень смутился и попросил прощения:

— Пожалуйста, Венди, когда тебе покажется, что я тебя забыл, ты крикни: «Я

Венди». И я сразу же вспомню.