Цитаты из аудиокниги «Отец Горио», страница 17

Если отцов будут топтать ногами, отечество погибнет. <… > Общество, весь мир держится отцовством, все рухнет, если дети перестанут любить своих отцов.

Я вполне искупил свой грех — свою чрезмерную любовь. Они жестоко отплатили мне за мое чувство, — как палачи, они клещами рвали мое тело. Что делать! Отцы такие дураки! Я так любил дочерей, что меня всегда тянуло к ним, как игрока в игорный дом. Дочери были моим пороком, моей любовной страстью, всем!

О, молодость, пора, когда все блещет, искрится и пламенеет; пора разгульной силы, зря пропадающей, не оцененной ни женщинами, ни мужчинами! Пора долгов и вечной тревоги, что, впрочем, лишь во много крат усиливает наслажденья.

За деньги купишь все, даже дочерей.

В парижской любви так много хвастовства, напыщенности, расточительности, наглости и пустозвонства.

У первой женщины, которой увлекается мужчина, — женщины, действительно достойной любви, то есть такой, которую он видит всегда в блистательной оправе, предписанной парижским высшим обществом, — никогда не будет соперниц.

Я не осуждаю богачей, выхваляя простой народ: человек везде один и тот же, что наверху, что в середине, что внизу.

Честностью нельзя достигнуть ничего. Перед силой гения склоняются и его же ненавидят, стараются очернить его за то, что гений берет все без раздела, но, пока он стоит твердо, его превозносят, — короче говоря, боготворят, встав на колени, когда не могут втоптать в грязь.

Увы, нет середины между двумя понятиями о портном: это или друг, или смертельный враг, глядя по работе.

Все женщины, вынужденные считаться с характером мужей, чтобы иметь возможность вести себя, как хочется, хорошо знают, до какого предела можно доходить, не теряя драгоценного доверия, и тщательно избегают столкновений с мужьями из-за мелочей жизни.