Так и есть. Дочь с мужем приехали

ка с горячим чаем. Анна села и, прижав ладони к фарфоровым бокам, прикрыла глаза. Тело ее обмякло, мышцы, зажатые в холодную броню, наконец-то расслабились. В этом доме, как в оазисе тепла, время текло медленно, словно густой сироп, создавая обманчивое впечатление, что мерзнуть и спешить больше не придется. – Сейчас покажу твою комнату! – старуха суетилась, расправляя на столе клеенку. Ее руки в коричневых пятнах, с  узловатыми суставами, дрожали, но двигались быстро.

– Исключено! – заявил криминалист

одна изба. Не сказать, что хорошее зимовье, избушка так себе. И, если Совиная Плаха  – базовое зимовье

Михайловна, у вас уксус есть? И соль. А еще – ненужная кастрюля. – Это тебе зачем? – спросила старуха, но тут же поднялась, чтобы

колеса об каменья разорваны. Это он

висели звериные шкуры с оскаленными мордами. Пол устилала серая каменная плитка. Филенчатые двери были массивными и солидными.

позволительно игнорировать. Кто знает, что

и сказал, что зверя не было. – Скажите, там на Михайловской у вас с Сизовым не было ссор или конфликтов? Может быть, он из-за этого ушел? – Ничего такого не было, –

вам известно об этом деле? – Лишь то, что генерал Яковлев