Цитаты из аудиокниги «Новеченто», страница 3

Мы играли, потому что океан огромен и наводит страх, играли, чтобы люди не замечали, как проходит время, и чтобы забывали, где они и кто. Играли танцы, потому что, когда танцуешь, не можешь умереть и чувствуешь себя Богом. Мы играли рэгтайм, потому что это музыка, под которую танцует Бог, когда его никто не видит.

Под которую танцевал Бог, если бы он был черным.

Когда кто-то рассказывает тебе с абсолютной точностью, какой запах на Бертэм Стрит, летом, когда только что прошел дождь, ты не можешь думать, что он сумасшедший только из-за глупого рассуждения, что он никогда не был на Бертэм Стрит.

Рэгтайм. Но казалось, это было нечто, доселе не слышанное. Он не играл - он скользил по клавишам. Это было подобно тому, как шелковое белье скользит по женскому телу, и оно танцевало под его пальцами. В этой музыке были все бордели Америки - но бордели шикарные, где даже гардеробщицы - и те красавицы.

Просто удивительно, насколько это бесполезно, - играть на трубе, когда вокруг бушует война.

И не надо думать, что существуют вещи, которые происходят случайно, нет

Ничего не понятно. Это из тех вещей, о которых лучше не думать, иначе сойдешь с ума. Когда падает картина. Когда ты просыпаешься однажды утром и понимаешь, что больше не любишь ее. Когда открываешь газету и читаешь, что началась война. Когда видишь поезд и думаешь: я должен уехать отсюда. Когда смотришь в зеркало и понимаешь, что состарился.

Мы играли, чтобы они могли танцевать, потому что когда танцуешь, невозможно умереть и ты чувствуешь себя Богом. И мы играли рэгтайм, потому что под эту музыку танцует Бог, когда его никто не видит. Под неё танцевал Бог, если только он был чернокожим.

Он был из тех, о ком, когда он дает концерты, пишут на афишах: Сегодня выступает Джелли Ролл Мортон, творец джаза. Это писали не ради красного словца: в этом были убеждены: творец джаза. Он играл на пианино.

Всегда три четверти стула и две руки-бабочки. Легчайшие. Он начинал в борделях, в Нью-Орлеане, там он и научился легко касаться клавиш и ласкать ноты: там занимались любовью этажом выше и не хотели шума. Им нужна была музыка, скользящая за портьеры и под кровати, никого не беспокоя. И он играл такую музыку. И в этом он действительно был бесподобен.

Этого не существовало до того, как он это сыграл...

…когда танцуешь, не можешь умереть и чувствуешь себя Богом.