Цитаты из аудиокниги «Новеченто», страница 4
Вам никогда не бывало страшно, что вас разорвет на мельчайшие части при мысли одной об огромности мира?
Однажды я спросил у Новеченто, о чем он думает, когда играет, и что видит, всегда глядя перед собой, в общем, где витает его разум, пока руки летают туда-сюда по клавишам. И он ответил: «Сегодня я был в прекрасной стране, волосы женщин там источали аромат, повсюду был свет и полно тигров».
Он путешествовал.
И каждый раз он оказывался в разных местах: в центре Лондона, в поезде посреди равнины, на горе, такой высокой, что снег доходил тебе до пояса, в церкви, самой большой в мире, считающий колонны и вглядывающийся в лица на распятьях. Он путешествовал. Трудно было понять, как мог он узнать о церквях, снеге, тиграх… я хочу сказать, он же никогда не спускался отсюда, с корабля, правда, никогда, это не было шуткой, это было реальностью. Никогда не сходил на берег. И все же, он словно бы видел их, все эти вещи. Новеченто был из тех, кто, если скажешь: «Однажды я был в Париже», спросит, видел ли ты такие-то сады, обедал ли ты в таком-то местечке, он знал все, он говорил тебе «Что мне там нравится, так это ждать закат, гуляя по Новому Мосту и, когда проходят баржи, остановиться и смотреть на них сверху и махать им рукой».
«Новеченто, разве ты когда-нибудь был в Париже»?
«Нет».
«Но тогда…»
«То есть… да».
«Да что?»
«Париж».
«Долгая история. Он говорил: «Ты жив по настоящему до тех пор, пока у тебя есть в запасе хорошая история и кто-то, кому можно ее рассказать». У него была одна… хорошая история… Он сам был своей хорошей историей.»
Я не сумасшедший, брат. Мы не сумасшедшие, когда ищем способ спастись. Мы хитроумные, как оголодавшие животные. А сумасшествие здесь ни при чем. Это гениальность, вот что. Это геометрия. Совершенство. Желания разрывали мне душу. Я мог бы жить ими, но у меня ничего не вышло.
Этот мир вокруг, ты даже не знаешь приделов. И как он велик. Вам никогда не не было страшно, что вас разорвет на мельчайшие части при мысли одной об огромности мира, лишь только подумать, а чтобы в нем жить...
Не успокаивайся, пока у тебя не появится своей хорошей истории и человека, которому ты сможешь её рассказать.
Я умел играть на трубе. Удивительно, насколько это бесполезная вещь — играть на трубе, когда кругом война.
люди таковы: они немилосердны к проигравшему
Мы играли, чтобы они могли танцевать, потому что когда танцуешь, невозможно умереть и ты чувствуешь себя Богом.
«В этом он был гением, ничего не скажешь. Он умел слушать. И умел читать. Нет, не книги, это все могут, он умел читать людей.»
