Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажетсяТекст

4
Отзывы
Читать фрагмент
Эта и ещё две книги за 299 в месяцПодробнее
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется
Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 1088 870,40
Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется
Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется
Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется
Аудиокнига
Читает Игорь Гмыза
569
Синхронизировано с текстом
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Книга издана при поддержке «Книжных проектов Дмитрия Зимина»

© Hans Rosling, Ola Rosling, and Anna Rosling Rönnlund, 2015

© З. Мамедьяров, перевод на русский язык, 2020

© А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2020

© ООО «Издательство Аст», 2020

Издательство CORPUS ®

* * *

Одна из самых важных книг, которую я когда-либо прочел, и незаменимое руководство, как ясно думать о мире.

Билл Гейтс

«Фактологичность» Ханса Рослинга, выдающегося медлународного эксперта в области глобального здравоохранения, – это полная надежд книга о том, как может совершаться прогресс в мире, когда мы имеем дело с фактами, а не с нашими собственными предубеждениями.

Барак Обама

Книга бросает вызов неисправимым пессимистам в области глобального здравоохранения, ставя под сомнение предубеждения и заблуждения, – невероятное чтение, лаконичное и живое.

Nature

Умение автора преподносить цифры и самому получать удовольствие от них проглядывает на каждой странице. Кому бы еще пришло в голову использовать количество гитар на душу населения в качестве показателя человеческого прогресса.

The Financial Times

Рослинг использует инструменты статистики – графики, диаграммы и множество данных опросов, – чтобы доказать, что у нас слишком много эмоций и недостаточно разума, когда дело доходит до оценки ситуации в мире… Его цель – изменить то, как мы видим этот мир.

Business Insider
* * *

Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия»».

Дмитрий Борисович Зимин – основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».

Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина"объединяет три проекта, хорошо знакомых читательской аудитории: издание научно-популярных книг «Библиотека фонда «Династия»», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Подробную информацию о «Книжных проектах Дмитрия Зимина» вы найдете на сайте ziminbookprojects.ru

* * *

Посвящается отважной босоногой женщине,

имени которой я не знаю,

но рациональные доводы которой

спасли меня от гибели в толпе разъяренных мужчин,

размахивающих мачете


От автора

«Фактологичность» написана от моего лица, как если бы я писал эту книгу один. В ней также рассказывается множество историй из моей жизни. Но пусть это не вводит вас в заблуждение. Как и выступления на TED и лекции, которые я читал по всему миру последние десять лет, эта книга – результат работы трех человек, а не одного.

Обычно мне достается вся слава. Я выхожу на сцену и читаю лекции. Я купаюсь в аплодисментах. Но все, что вы слышите на моих лекциях, и все, что прочитаете в этой книге, представляет собой плоды восемнадцати лет тесного сотрудничества между мной, моим сыном Улой Рослингом и снохой Анной Рослинг Рённлунд.

В 2005 году мы основали фонд Gapminder, чтобы бороться с удручающим невежеством с помощью фактов. Я привносил в проект свою энергию, любопытство и многолетний опыт работы врачом, исследователем и лектором в сфере здравоохранения. Ула и Анна отвечали за анализ и подачу данных, создание оригинальных визуализаций и простоту презентаций. Именно они предложили систематически бороться с невежеством, а также придумали и спрограммировали наши прекрасные анимированные пузырьковые диаграммы. Анна придумала проект «Долларовая улица», который позволяет использовать фотографии в качестве данных для объяснения мира. Пока я злился на повсеместное невежество, Ула и Анна сумели преодолеть эту злобу, что вылилось в скромную и весьма приятную идею создания «Фактологичности». Вместе мы разработали практические инструменты мышления, которые представляем в этой книге.

Читая эту книгу, забудьте о стереотипе «одинокого гения». Эта книга – результат постоянных споров, дискуссий и совместной работы трех человек, имеющих различные таланты, знания и мнения. Столь необычный, часто раздражающий, но весьма продуктивный метод работы помог нам найти такой способ показать мир и научить читателя размышлять о нем, какой я никогда бы не придумал сам.

Введение

За что я люблю цирк

Я люблю цирк. Мне нравится смотреть, как жонглер подбрасывает в воздух ревущие бензопилы, а канатоходец делает десять сальто подряд. Мне нравится само зрелище и восторг, который мы испытываем, когда становимся свидетелями того, что кажется невозможным.

В детстве я мечтал стать цирковым артистом. Мои родители, однако, мечтали, чтобы я получил хорошее образование, которого не было у них. В итоге я поступил в медицинский институт.

Однажды на скучной лекции по анатомии горла профессор сказал: «Если что-то застревает в горле, можно открыть проход, выдвинув нижнюю челюсть». Чтобы проиллюстрировать свои слова, он показал рентген шпагоглотателя в момент глотания шпаги.

Этот снимок воодушевил меня. Я все еще мог осуществить свою мечту! Несколькими неделями ранее, изучая рефлексы, я выяснил, что среди моих однокурсников я могу глубже всех засунуть пальцы в глотку, не вызвав рвотного рефлекса. Тогда я не испытал особенной гордости: мне показалось, что эта способность довольно бесполезна. Но теперь я понял ее ценность – и детская мечта ожила вновь. Я решил стать шпагоглотателем.


Первые мои шаги в этом направлении были не слишком уверенными. Шпаги у меня не было, поэтому я использовал удочку, но все мои попытки проглотить ее перед зеркалом в ванной заканчивались тем, что она проходила на пару сантиметров внутрь и неизменно застревала у меня в горле. В конце концов я снова отказался от мечты.

Тремя годами позже я проходил практику в терапевтическом отделении больницы. Одним из первых моих пациентов стал старик, которого замучил кашель. Я всегда спрашивал, кем работают мои пациенты, на случай, если этим объяснялись их недуги, и оказалось, что когда-то этот старик глотал шпаги. Представьте мое удивление, когда выяснилось, что мой пациент был тем самым шпагоглотателем, рентген которого показывали нам на лекции! Конечно же, я рассказал ему о своих попытках проглотить удочку.

– Юный доктор, – сказал он, – разве вы не знаете, что горло плоское? Туда можно просунуть только плоские предметы. Поэтому мы и используем шпаги.

Тем же вечером после работы я нашел половник с ровной плоской рукояткой и незамедлительно продолжил свои упражнения. Вскоре я уже мог засунуть в горло половину рукоятки. Я обрадовался этому, но быть глотателем половников в мои планы не входило. На следующий день я разместил объявление в местной газете и вскоре стал счастливым обладателем шведского армейского штыка образца 1809 года. Сумев протолкнуть его в горло, я был горд и доволен собой – еще бы, ведь я нашел такой прекрасный способ повторного использования оружия.

Глотание шпаг всегда показывало, что порой возможно даже невозможное, и вдохновляло людей не ограничиваться рамками очевидного. Время от времени в завершение лекций по глобальному развитию я демонстрирую это древнее индийское искусство. Я встаю на стол, рывком расстегиваю клетчатую офисную рубашку, под которой оказывается черная майка с расшитым золотистыми пайетками зигзагом молнии. Призываю к полной тишине и под напряженную барабанную дробь проглатываю армейский штык. Я развожу руки в стороны. Зрители рукоплещут.

Проверьте себя

Эта книга рассказывает о мире и учит его понимать. Почему же я начал с цирка? И зачем глотаю штык в конце своих лекций? Скоро я все это объясню. Но сначала проверьте свои знания о мире. Возьмите бумагу и карандаш и ответьте на тринадцать приведенных ниже вопросов на знание фактов.

1. Сколько девочек сегодня оканчивают начальную школу в странах с низким уровнем доходов?

А. 20 процентов

Б. 40 процентов

В. 60 процентов


2. Где живет большая часть населения мира?

А. В странах с низким уровнем доходов

Б. В странах со средним уровнем доходов

В. В странах с высоким уровнем доходов


3. За последние 20 лет доля мирового населения, живущего в нищете…

А. …почти удвоилась

Б. …осталась почти неизменной

В. …сократилась почти вдвое


4. Какова сегодня ожидаемая продолжительность жизни в мире?

А. 50 лет

Б. 60 лет

В. 70 лет


5. Сегодня в мире насчитывается 2 миллиарда детей в возрасте от 0 до 15 лет. Сколько детей, согласно прогнозу Организации Объединенных Наций, будет в мире в 2100 году?

А. 4 миллиарда

Б. 3 миллиарда

В. 2 миллиарда


6. По прогнозам ООН, к 2100 году население земного шара увеличится на 4 миллиарда человек. За счет чего это произойдет?

А. Будет больше детей (до 15 лет)

Б. Будет больше взрослых (от 15 до 74 лет)

В. Будет больше стариков (от 75 лет и старше)

7. Как за последние 100 лет изменилось количество смертей в год, вызванных стихийными бедствиями?

А. Увеличилось более чем в два раза

 

Б. Осталось почти неизменным

В. Уменьшилось более чем в два раза


8. Сегодня население земного шара составляет около 7 миллиардов человек. Какая карта лучше всего показывает их распределение? (Каждая фигурка обозначает 1 миллиард человек.)



9. Сколько годовалых детей в мире прививается сегодня от каких-либо болезней?

А. 20 процентов

Б. 50 процентов

В. 80 процентов


10. В среднем по миру к 30 годам мужчины тратят на учебу 10 лет своей жизни. Сколько лет тратят на учебу к тому же возрасту женщины?

А. 9 лет

Б. 6 лет

В. 3 года


11. В 1996 году тигры, гигантские панды и черные носороги вошли в список вымирающих видов. Сколько из этих трех видов сегодня находятся под угрозой исчезновения?

А. Два

Б. Один

В. Ни одного


12. Сколько человек в мире имеют доступ к электричеству?

А. 20 процентов

Б. 50 процентов

В. 80 процентов


13. Эксперты по глобальному климату считают, что в течение следующих 100 лет средняя температура…

А. …повысится

Б. …останется неизменной

В. …понизится


Вот верные ответы:

1: В, 2: Б, 3: В, 4: В, 5: В, 6: Б, 7: В, 8: А, 9: В, 10: А, 11: В, 12: В, 13: А


Поставьте себе 1 балл за каждый правильный ответ и посчитайте сумму набранных вами баллов.

Ученые, шимпанзе и вы

Как результаты? Много ошибок сделали? Часто ли вам приходилось угадывать? Если да, позвольте мне вас успокоить.

Во-первых, прочитав эту книгу, вы будете отвечать на подобные вопросы гораздо лучше. И дело не в том, что я заставлю вас запомнить целую гору мировой статистики (я преподаю глобальное здравоохранение, но при этом я не сумасшедший), а в том, что поделюсь с вами набором простых инструментов мышления. Они помогут вам правильно понимать общую картину и лучше разбираться в устройстве мира, хотя вам и не придется изучать все в деталях.

Во-вторых, если вы не справились с тестом, вы в хорошей компании.

За последние десятилетия я задавал сотни подобных вопросов о бедности и богатстве, приросте населения, рождаемости, смертности, образовании, здравоохранении, гендерных ролях, насилии, энергетике и окружающей среде тысячам людей со всего света, пытаясь оценить их знания основных мировых тенденций и закономерностей. В моих тестах нет ничего сложного. Они не содержат вопросов с подвохом. Я использую только документально подтвержденные факты, которые не подвергаются сомнению. И все же большинство людей делает огромное количество ошибок.

К примеру, третий вопрос касается тенденций в ситуации с крайней бедностью. За последние двадцать лет доля мирового населения, живущего в нищете, сократилась вдвое. Это настоящая революция. Я считаю это самой важной переменой, которая случилась в мире на моей памяти. Кроме того, это один из базовых фактов о жизни на Земле. Но люди этого не знают. В среднем только 7 процентов человек – даже не один из десяти! – отвечают на этот вопрос правильно.

(Да, я не раз говорил о сокращении глобальной нищеты в шведских СМИ.)

Демократы и республиканцы в США часто обвиняют своих оппонентов в незнании фактов. Если бы они оценивали собственные знания, вместо того чтобы катить бочку на других, возможно, все вели бы себя скромнее. Когда мы провели опрос в США, верный ответ дали лишь 5 процентов опрошенных. Остальные 95 процентов, какими бы ни были их политические симпатии, считали, что либо доля живущего в нищете населения за последние 20 лет не изменилась, либо – и того хуже – она вообще удвоилась, хотя на самом деле произошло обратное.



Рассмотрим другой пример: девятый вопрос о вакцинации. Сегодня вакцинируются почти все дети в мире. Это потрясающе. Это значит, что почти все живущие сегодня люди имеют доступ к базовому современному здравоохранению. Но большинство людей этого не знает. В среднем верный ответ на этот вопрос дает лишь 13 процентов опрошенных.

На последний вопрос об изменении климата правильно отвечают 86 процентов человек. Во всех богатых странах, где мы тестировали знания людей с помощью онлайн-опросов, большинство опрашиваемых знало, что эксперты по климату прогнозируют глобальное потепление. Всего за несколько десятилетий результаты научных исследований покинули стены лабораторий и стали достоянием общественности. Это большой успех в деле информирования населения.

Однако, если не учитывать вопрос об изменении климата, ответы на остальные двенадцать вопросов демонстрируют повсеместное невежество (и я не говорю, что люди глупы или что факты искажаются намеренно, ведь дело здесь просто в недостатке знаний). В 2017 году мы опросили около 12 000 человек из 14 стран мира. В среднем они дали всего 2 правильных ответа из 12. Никто не ответил верно на все вопросы, и лишь один человек (в Швеции) дал 11 верных ответов. Как ни удивительно, целых 15 процентов опрошенных не дали ни одного верного ответа.



Возможно, вы считаете, что с этим тестом лучше справятся высокообразованные люди? Или люди, которых интересуют эти темы? Лично я думал именно так, но я ошибался. Я тестировал людей разных профессий, живущих в разных уголках мира: студентов-медиков, учителей, университетских преподавателей, именитых ученых, инвестиционных банкиров, директоров транснациональных компаний, журналистов, активистов и даже высокопоставленных политиков. Все это образованные люди, которые интересуются происходящим вокруг. Но большинство из них – подавляющее большинство – дают неверные ответы на большую часть вопросов. Результаты некоторых групп даже хуже результатов опроса широких слоев населения, причем особенно удивляют ответы нобелевских лауреатов и исследователей-медиков. Дело не в уме и не в образованности. Похоже, просто у всех удручающе неверные представления о мире.

Неверность этих представлений не только удручающая, но и систематическая. Результаты тестов не случайны. Они хуже случайных – хуже результатов, которые я получил бы, если бы люди отвечали на мои вопросы, вообще не располагая никакими знаниями.

Представьте, что я отправлюсь в зоопарк и решу задать свои вопросы шимпанзе. Возьму с собой целый мешок бананов, каждый из которых будет помечен буквами А, Б или В, и швырну эти бананы в вольер. А затем встану возле вольера, буду громко и четко зачитывать каждый вопрос и записывать «ответы» каждого шимпанзе, то есть отмечать в своих заметках, банан с какой буквой шимпанзе решит съесть следующим.

Если бы я провел этот эксперимент (хотя проводить его я не собираюсь – достаточно его лишь вообразить), случайно выбирающие бананы шимпанзе стабильно демонстрировали бы лучшие результаты, чем образованные, но заблуждающиеся люди, которые проходят мои тесты. Действуя наугад, шимпанзе выбирали бы верные ответы из трех вариантов в 33 процентах случаев, то есть отвечали бы верно на 4 из 12 вопросов теста. Опрошенные мною люди, напомню, из 12 вопросов того же теста в среднем отвечали верно лишь на 2.

Более того, ошибки шимпанзе равномерно распределялись бы между двумя неправильными вариантами ответов, в то время как люди обычно ошибаются одинаково. В каждой группе, где я проводил опрос, они считают мир более опасным, жестоким и безнадежным – словом, он кажется им хуже, чем есть на самом деле.

Почему мы хуже шимпанзе?

Как может столько людей ошибаться по стольким вопросам? Как вообще возможно, чтобы большинство людей набирало меньше баллов, чем шимпанзе? Меньше, чем при случайном распределении ответов!

В середине 1990-х, впервые столкнувшись с таким повальным невежеством, я обрадовался. Тогда я только начал преподавать глобальное здравоохранение в Каролинском институте в Швеции и немного волновался. Студенты казались мне невероятно умными – вдруг они уже знают все, чему я должен их научить? Когда выяснилось, что мои студенты знают о мире меньше, чем шимпанзе, я вздохнул с облегчением.

Но чем больше я тестировал людей, тем больше невежества обнаруживал, причем не только в студенческой среде, а повсюду. Меня пугало, что люди так сильно заблуждаются в своих представлениях о мире. Когда вы пользуетесь GPS в своей машине, очень важно, чтобы устройство оперировало верной информацией. Вы не стали бы доверять ему, если бы вам показалось, что оно ведет вас не по тому городу, где вы находитесь, ведь в таком случае оно завело бы вас не туда. Как же политики и чиновники могут решать мировые проблемы, оперируя неверными фактами? Как предприниматели могут принимать разумные решения для своих организаций, руководствуясь искаженными представлениями о мире? И как людям вообще понять, о чем им стоит переживать?

Я решил не ограничиваться простой проверкой знаний и демонстрацией невежества. Я решил понять, откуда оно берется. Почему это невежество столь повсеместно и неискоренимо? Все мы порой ошибаемся – я готов признать, что ошибаюсь и я, – но как может столько людей ошибаться по стольким вопросам? Почему так много людей набирает меньше баллов, чем шимпанзе?

Однажды я засиделся за работой в университете, и на меня снизошло озарение. Я понял, что проблема не только в том, что людям не хватает знаний, ведь в этом случае они давали бы случайные неверные ответы – ответы шимпанзе, – а не показывали бы худшие результаты, не отвечали бы на вопросы систематически неправильно. Такие результаты могли объясняться лишь наличием неверного «знания».

Ага! Вот оно! Все дело – по крайней мере, так я думал многие годы – в устаревших знаниях: студенты, которым я преподавал глобальное здравоохранение, и люди, проходившие мои тесты, располагали знаниями, но эти знания были устаревшими – порой на несколько десятилетий. Представления людей о мире относились к тому времени, когда их преподаватели окончили университет.

Я решил, что смогу искоренить невежество, если проведу обновление знаний. Для этого мне нужно было разработать более качественные учебные материалы, в которых информация подавалась бы нагляднее. Когда на семейном ужине я рассказал о своих соображениях Анне и Уле, они решили помочь мне с созданием анимированных диаграмм. С этими прекрасными учебными материалами я путешествовал по миру. С ними я выступал на TED в Монтеррее, Берлине и Каннах, перед советами директоров транснациональных корпораций вроде Coca-Cola и IKEA, в глобальных банках и хедж-фондах и даже в Государственном департаменте США. Я с радостью показывал всем наши анимированные диаграммы, объясняя, как изменился мир. Я с удовольствием рассказывал всем и каждому, что король-то голый и что никто на самом деле ничего не знает о мире. Нам хотелось обновить представления всех людей.

Но постепенно мы начали понимать, что на самом деле все сложнее. Повсеместное невежество объяснялось не только проблемой устаревших знаний. Его нельзя было искоренить, просто сделав более наглядные анимированные диаграммы или разработав более эффективные инструменты обучения. К несчастью, даже люди, которым нравились мои лекции, на самом деле не слышали их. Возможно, лекция и придавала им вдохновение, но после нее они возвращались к старым негативным представлениям о мире. Новые идеи просто не приживались у них в голове. Порой я выходил после презентаций и слышал, как люди обсуждают нищету и рост населения, озвучивая мнения, которые я только что опроверг с помощью фактов. Я был близок к тому, чтобы сдаться.

Почему негативные представления о мире оказалось так сложно искоренить? Может, во всем виновата пресса? Само собой, мне приходила в голову эта мысль. Но дело было не в этом. Конечно, пресса играет определенную роль, и об этом я скажу позже, но не стоит ее демонизировать. Мы не можем просто заставить прессу замолчать.

Переломный момент для меня настал в январе 2015 года на Всемирном экономическом форуме в небольшом фешенебельном швейцарском городе Давосе. Тысяча наиболее влиятельных политиков и бизнесменов, предпринимателей, исследователей, активистов, журналистов и даже высокопоставленных чиновников ООН выстроилась в очередь, чтобы занять места на пленарном заседании форума, посвященном устойчивому социоэкономическому развитию. Выступать должен был я, а также Билл и Мелинда Гейтс. Когда я поднялся на сцену и обвел глазами зал, я заметил нескольких глав государств и бывшего генерального секретаря ООН. Я увидел глав подразделений ООН, директоров огромных транснациональных компаний и журналистов, знакомых мне по передачам на телевидении.

Я собирался задать собравшимся три вопроса на знание фактов: о бедности, росте населения и распространенности вакцинации – и не на шутку волновался. Если собравшиеся знают ответы на эти вопросы, остальные мои слайды, демонстрирующие, насколько глубоко заблуждаются слушатели и каковы на самом деле верные ответы, можно не показывать.

 

Но мне не стоило переживать. Мировые лидеры, которые следующие несколько дней наперебой объясняли друг другу, как устроен этот мир, действительно знали о бедности больше обывателей. Верный ответ дал 61 процент собравшихся. Но на два других вопроса: о будущем приросте населения и доступности базового первичного здравоохранения – они ответили хуже, чем шимпанзе. И это были люди, имеющие доступ к самым свежим данным и получающие новейшую информацию от своих советников. Их невежество нельзя было объяснить устаревшими представлениями о мире. И все же они отвечали на простые вопросы о мире неправильно.

После Давоса мне все стало ясно.

Мы склонны драматизировать

Так родилась эта книга. В ней я делюсь с вами выводами, к которым пришел, годами пытаясь научить людей формировать свои представления о мире на основе фактов и наблюдая, как они продолжают трактовать имеющиеся у них факты неправильно. Я расскажу вам, почему столько людей – от обывателей до очень умных, очень образованных экспертов – отвечают на вопросы о положении вещей в мире хуже, чем шимпанзе. (И объясню, что с этим делать.) Если не вдаваться в детали…

Подумайте о мире. Войны, насилие, стихийные бедствия, техногенные катастрофы, коррупция – все плохо, и кажется, что становится только хуже, так ведь? Богатые богатеют, бедные беднеют, и количество бедняков постоянно растет, а еще скоро у нас закончатся ресурсы, если только мы не предпримем экстренные меры. По крайней мере, такую картину большинство западных людей видит в прессе и держит в голове. Я называю эту картину драматичной. Она становится источником напряжения и заблуждений.

На самом деле подавляющее большинство населения мира находится на середине шкалы распределения доходов. Возможно, этих людей и нельзя назвать представителями среднего класса в нашем понимании, но они точно не живут в нищете. Их дочери ходят в школу, их дети вакцинируются, в семьях у них по два ребенка, и за границу они ездят в отпуск, а не за политическим убежищем. Шаг за шагом, год за годом мир становится лучше. Не по каждому показателю и не каждый год, но в целом дела идут хорошо. Хотя мир сталкивается с огромными трудностями, прогресс невероятен. Такова картина мира, основанная на фактах.

Драматичная картина мира заставляет людей давать самые негативные ответы на мои вопросы. Люди постоянно интуитивно обращаются к своей картине мира, размышляя, выдвигая предположения и узнавая новое. Но, имея неправильную картину мира, вы систематически выдвигаете неверные предположения. Драматичная картина мира объясняется не только устареванием знаний, как я думал когда-то. Даже люди, имеющие доступ к новейшей информации, понимают мир неправильно. И я уверен, что виноваты в этом не коварная пресса, не пропаганда, не фальшивые новости и не ложные факты.

Десятилетиями я преподавал, проводил тесты и наблюдал, как люди неправильно трактуют имеющиеся у них факты, и в конце концов пришел к выводу, что изменить драматичную картину мира так сложно, потому что она обусловлена самим принципом работы нашего мозга.

Человеческий мозг – продукт миллионов лет эволюции. В нас заложены инстинкты, которые помогали нашим предкам выживать, объединяя людей в небольшие группы охотников и собирателей. Часто наш мозг торопится с выводами, не давая себе времени поразмыслить, потому что когда-то это помогало нам избегать непосредственной опасности. Нам интересны слухи и драматичные истории, потому что когда-то они были нашим единственным источником новостей и полезной информации. Мы любим сахар и жиры, потому что когда-то, когда пищи было мало, они давали нам силы. У нас осталось множество инстинктов, которые были полезны тысячи лет назад, но сегодня мы живем совсем в другом мире.



Из-за нашей страсти к сахару и жирам сегодня ожирение стало одной из самых серьезных угроз здоровью. Нам приходится объяснять это детям и самим привыкать не злоупотреблять сладостями и чипсами. Подобным же образом скорость нашего мышления и жажда драмы – наши драматические инстинкты – приводят к формированию превратных суждений и драматичной картины мира.

Не поймите меня неправильно. Без этих драматических инстинктов мир потеряет для нас всякий смысл. Если фильтровать всю информацию и рационально анализировать каждое решение, о нормальной жизни можно будет забыть. Нам не стоит полностью исключать из своего рациона сахар и жиры, а также не стоит просить хирурга удалить те части нашего мозга, которые отвечают за эмоции. Но нам необходимо контролировать дозы драмы. Если наша страсть к драме выходит из-под контроля, она не позволяет нам видеть мир таким, какой он есть, и становится источником заблуждений.

Фактологичность и фактологическая картина мира

Эта книга – моя последняя битва в борьбе с повальным невежеством, которой я посвятил всю свою жизнь. Это моя последняя попытка оставить свой след в этом мире: изменить способ мышления людей, умерить их иррациональные страхи и перенаправить их энергию в конструктивное русло. В прошлых битвах моими орудиями были огромные массивы данных, передовые технологии, энергичный стиль изложения материала и шведский штык. Всего этого было мало. Но я надеюсь, что этой книги будет достаточно.

В ней собраны данные, какими вы их не видели прежде. Это терапия данными. Это путь к пониманию, которое должно стать источником душевного спокойствия. Ведь мир не так драматичен, как кажется.

Подобно здоровому питанию и регулярным занятиям спортом фактологичность может и должна войти в вашу повседневную жизнь. Практикуя ее, вы сможете заменить свою драматичную картину мира фактологической. Вы научитесь понимать мир, не заучивая его наизусть. Вы станете принимать более обоснованные решения, будете бдительны по отношению к реальным угрозам и возможностям, а также прекратите постоянно переживать о том, что не стоит беспокойства.

Я научу вас распознавать чрезмерно драматичные истории и помогу вам освоить несколько инструментов мышления, чтобы контролировать ваши драматические инстинкты. После этого вы сможете отказаться от заблуждений, сформировать фактологическую картину мира и всякий раз побеждать шимпанзе.

И снова цирк

Время от времени в конце лекций я глотаю шпагу, чтобы на практике доказать, что порой невозможное возможно. Прежде чем устроить представление, я тестирую знания слушателей о мире. Я показываю им, что мир на самом деле совершенно не такой, каким они его представляют. Я доказываю им, что многие изменения, которые, на их взгляд, никогда не произойдут, на самом деле уже произошли. Я всячески стараюсь пробудить в них любопытство в отношении того, что на самом деле возможно, ведь границы возможного совсем не такие, какими они их представляют, и уж точно не такие, какими их каждый день рисуют в новостях.

Я глотаю шпагу, потому что хочу, чтобы слушатели поняли, как сильно их подводит интуиция. Я хочу, чтобы они осознали, что показанное на лекции – не только глотание шпаги, но и множество фактов о мире – правда, даже если она идет вразрез с укоренившимися у них в голове идеями или кажется невероятной.

Я хочу, чтобы людей, которые осознали свои заблуждения о мире, охватывало не смущение, а детское ощущение чуда. Я хочу, чтобы к ним приходило вдохновение и любопытство, которое я помню по цирку и которое до сих пор испытываю всякий раз, когда понимаю свою ошибку: «Ого! Как это вообще возможно?»

В этой книге мир описывается таким, какой он есть на самом деле. Кроме того, эта книга рассказывает о вас и объясняет, почему вы (и почти все, кто мне встречался) не видите мир таким, какой он есть на самом деле. На этих страницах объясняется, что вы можете с этим поделать и как это поможет вам почувствовать себя спокойнее, взглянуть на вещи оптимистичнее и с надеждой выйти из циркового шатра в реальный мир.

Итак, если вы предпочитаете узнать правду, вместо того чтобы и дальше жить под колпаком заблуждений, если вы хотите изменить свою картину мира, если вы готовы заменить инстинктивные ответы критическим мышлением и если вы достаточно скромны и любопытны, чтобы узнавать поразительные факты о мире, прошу, читайте дальше.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»