Охота за бесконечностью

Поначалу роман кажется простым. По описанию ожидаешь научную фантастику с биотехнологиями и корпоративными интригами. Но…я уже поняла, что книги Марии Шумской часто оказывается не тем, чем кажутся в начале)

Тут мы тоже получаем нечто гораздо более объемное. Притчу о бессмертии? Психологическую драму? Или едкую сатиру на современный мир, где даже мечта о вечной жизни превращается в инструмент контроля? Поверьте, когда вы прочтёте хотя бы одну книгу этого автора, вы ещё долго будете над ней думать.

В этой автор создает запоминающийся футуристический мир. Фабрика «Заслон» в Сибири одновременно пугает и завораживает: стеклянные купола, световые колодцы, симбиотические организмы в реакторах... Технология прописана так детально, что невольно веришь: это возможно уже завтра. И в центре этого футуристического антуража люди, оказавшиеся в клетке собственного величия.

От некоторых моментов мне стало почти физически неуютно. Это линия, где люди срывают злость на беззащитных машинах, а те в ответ пытаются заслужить прощение. Сразу понимаешь, что автор говорит тут не только о роботах, а скорее о любом «другом», о слабом, о том, кого можно безнаказанно унижать, потому что он не может дать сдачи.

В романе есть и шпионская линия. Поначалу она кажется чуть пародийной. Но постепенно становится зеркалом нашего времени с его охотой на ведьм.

Диалоги в романе остроумны, особенно перепалки Ивана с Вадимом, которые балансируют на грани дружеского подкола и допроса. Вообще, весь язык романа заслуживает отдельной похвалы. Он живой, образный, с иронией и самоиронией и создаёт атмосферу, где смешивается советский анекдот, голливудский блокбастер и щемящая русская тоска.

Отзыв на этот текст хочется начать не с разбора сюжета, а с того, как он попадает в читателя — точнее, в читателя-мужчину определенного возраста и склада.

Иван, главный герой, с его «холодным и эгоистичным профилем», на самом деле оказывается удивительно знакомым типажом: парень, который когда-то обжегся в отношениях, построил вокруг себя броню из работы и амбиций, а внутри так и остался стоять с букетом цветов перед закрытой дверью.

Автор бьет в самые уязвимые точки мужской психологии — в неумение просить прощения, в дурацкую привычку мерить успех бывшей девушки своей способностью остаться вечно молодым, в страх признаться себе, что все эти карьерные взлеты — лишь способ доказать кому-то что-то. И фраза про то, что Иван просто сидит у реки и ждет, когда мимо проплывет труп врага, — это горькая и очень точная метафора: многие мужчины действительно лечат сердечные раны не слезами, а временем, превращая собственную жизнь в долгую осаду прошлого. Здесь нет морализаторства, только грустная констатация — ты можешь получить бессмертие, но если внутри тебя все еще горит та самая обида десятилетней давности, то вечность превратится в бесконечное прокручивание одного и того же болезненного воспоминания.

Особенно цепляет то, как текст работает с темой насилия и беспомощности — через роботов, которых унижают только потому, что они не могут дать сдачи. Это чисто мужская оптика, и она считывается моментально. Каждый, кто проходил через школьные коридоры или армейские казармы, знает этот принцип: бьют того, кто слабее; унижают того, кто не ответит. И когда Иван вступается за Т-237, понимаешь — дело не в роботах, не в «правах машин» и не в благородстве. Дело в элементарной физиологической реакции здорового мужика, который видит, как трое уродов пинают лежачего.

В этот момент все психологические профили, холодность и эгоизм летят к черту, и остается только рефлекс — подняться и сказать «отойди». Автор не делает из этого героического жеста, не вешает медаль, а показывает эту сцену как единственно возможную реакцию нормального человека, и именно за это ей веришь.

Весь этот гигантский футуристический «Заслон», вся эта политика, шпионаж и бессмертие меркнут перед простым вопросом: способен ли ты остаться человеком там, где все остальные уже сломались?

И пока Иван дергается, злится, лезет в драку и не умеет вовремя заткнуться, за него хочется болеть — потому что это живая, узнаваемая, мужская попытка сохранить себя в мире, который превращает людей в функции.

Зацепило с первых страниц: атмосферная завязка для тех, кто любит российскую фантастику.

Понравился главный герой. Иван — не супермен, а обычный биоинженер из московского стартапа, который оказался в сибирской сказке. Он рефлексирует, сомневается (жертва свободой ради науки), но при этом его внутренний «комбат» вызывает искреннюю симпатию и улыбку. Живой, настоящий персонаж.

Если вы скучали по российским книгам, где есть и научная база, и живой язык с чувством юмора, и настоящий сибирский характер — смело читайте.

Научная фантастика с детективной линией очень сложный жанр, но автор справилась на 5+. В книге много оригинальных и остроумных диалогов, и все это в сочетании с серьезной социальнрй проблематикой. Насмешила игра с аллюзиями. Богатый Йорик - это сильный ход, особенно в сочетании с картиной «Тайная вечеря». Рекомендую к прочтению.

Всегда интересно читать такие вещи: вдруг писатель скажет что-то новое о таком важном вопросе, как бессмертие. Прочитал. Ничего нового. Ретеллинг "Пяти ложек эликсира" Стругацких, но не такой тонкий и искрометный как у мэтров.

Впрочем, новым можно признать способ достижения бессмертия - путем научного эксперимента. Хотя и тут первенство у Чапека с его "Макропулюсом". Даже заканчивается одинаково: от рецепта бессмертия избавляются. Только у Чапека это делают люди, а у автора... черви. Пожалуй, это и есть "новое" в развитии этой темы.

Черви появляются в конце рассказа как черт из табакерки, они обладают коллективным разумом и выглядят умнее и честнее большинства людей. Как по мне, все это сильно отдает мизантропий, и даже "хороши" главный герой с его "святой" мамой положение не спасают. Приговор червей - человечество должно умереть! Логика, кстати, понятная: надо же слизнякам чем-то питаться. Непонятна логика автора: из рассказа выходит, что вечная жизнь для человека в любом случае зло.

Что касается текста - первую половину читать тяжело. Метафоры и образы чуть не в каждом предложении, а в речах персонажей столько иронии, что становится скушно. Когда с иронией в тексте перебор, чувствуешь себя как перед тарелкой переперченного борща: выглядит вкусно, а есть невозможно.

Как пример:

«— Может, — согласилась Юля. — Но если нет, то у нас на фабрике действительно есть засланный казачок. И этот кто-то умеет заметать следы. Нашими хвостами. Ты ведь тоже на крючке у правосудия?

— Да, плыву в суденышке греха по реке злонравия.

— И как тебе круиз?»

И т.п. и т.д. Иронизируют, кстати, все персонажи, так много и вдохновенно, что иногда поневоле чувствуешь себя зрителем "Камеди Клаба".

Осложняют чтение авторские метафоры, которые трудно поддаются расшифровке: «Да он и сам не удивился, будто пришел сюда по географии, проложенной на карте кончиками влажных пальцев». Может автору тут все понятно, но все же хотелось бы просто читать, а не ломать голову над разгадкой шарады.

Перегруз по метафорам делает то, что привычные образы, такие как: «Иван почувствовал, как по спине пробежал холодок» выглядят бухгалтер, забежавший в шапито во время представления :-)

Политический посыл произведения очевиден: главный герой здесь простой ученый, симпатизирующий оппозиции. К современной российской власти относится если не критически, то скептически. Считает, что на Западе, вообще-то, бардак, зато свободы больше. А вот в России порядок - казарменный.

Автор тоже не скрывает своих политических пристрастий, к месту и не к месту вставляя оппозиционный пропагандистские штампы, типа: только благодаря природным условиям, позволившим открыть рецепт бессмертия, Россия таки слезла с нефте-газовой иглы.

Но самый сюр - уравнивание нацистских концлагерей с депортацией ингушей (и чеченцев, кстати). Это явно не от невежества, научные терминология и сведения, которыми пользуется автор, говорят о достаточно высоком уровне образования. Скорее всего, имеет место быть идеологическая зашоренность, свойственная современному либералу.

Одно радует - любовная линия в рассказе заканчивается вполне традиционно: молодые ученые создают семью, желая завести детей. Традиционные ценности как они есть! Только без идеи бессмертия конец все равно один - черви.