Тени безумияТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 1

Одна из причин, по которым я не люблю Высших – их сраное высокомерие. Из-за своей гордости и амбиций они развалили к чертям собачьим собственную планету, прихватив, заодно, высокоразвитую техническую цивилизацию соседей, приперлись к нам без приглашения на своих раздолбанных лоханках, которые больше никогда не смогут подняться в воздух, исключительно за счет вероломства и владения магией подмяли человечество под себя, получив, при этом нехилую ответку, и у них еще хватает наглости корчить из себя сверхсуществ. Это, как если бы лузер-старшеклассник навалял малышу из начальной школы и считал это поводом для гордости. Гребаные лицемеры!

Лепрекон в нелепом цилиндре с зеленым ободком закончил, наконец, вертеть в руках мою мятую двадцатку, брезгливо скривившись бросил ее в ящик кассового аппарата, и процедил сквозь зубы:

– Быстрее давай, очередь уже собирается.

Вот же гад мелкий! Сам меня тут чуть ли не пять минут промурыжил, и бухтит еще! Высшие, что с них взять.

Вернувшись к машине, я вставил заправочный пистолет в бак, и нажал на рычаг, скосив глаза на табло. Интересно, сколько не дольют в этот раз? Чтоб лепреконы налили «Нектара» на те деньги, что ты им заплатил? Да в жизни такого не будет.

Мое внимание привлек шум. Оглянувшись, я увидел орка. Серокожий, не глядя по сторонам, брел к заправке прямо через проезжую часть. Автомобили на этом участке набирали неплохую скорость, водители сигналили, били по тормозам и матерились, но орк будто не замечал их, продолжая движение. Шел он как-то странно, покачиваясь и иногда меняя траекторию, но довольно целенаправленно. Взгляд его был прикован к стеклянной будке, в которой восседал лепрекон-кассир. Что это с ним? Пьяный, что ли?

Мне доводилось видеть нетрезвых Высших, но было это на Верхних ярусах, на Дне же, где некоторым из них приходилось работать, в подобном никто замечен не был. Ну, если не считать Грумли, да и тот обычно запирался у себя в лавке, чтобы опорожнить бутыль любимого грибного самогона. Высшие, открывшие для себя алкоголь только на нашей планете, предпочитали демонстрировать свое превосходство над жалкими людишками везде и во всем, и не могли себе позволить уронить лицо. Но вот этот – мог. Бунтарь, что ли?

Орк, наконец, сумел пересечь проезжую часть, не спровоцировав ни одной аварии, и сам не погибнув под колесами. Ступив на тротуар, он протоптался лапищами в грубых ботинках прямо по газону, замяв розовый куст, и это не осталось незамеченным со стороны лепрекона. Выпрыгнув из своей будки, он, смешно перебирая короткими ножками и лавируя между выстроившимися в очередь на заправку автомобилями, засеменил в сторону орка.

– Эй ты, верзила? Не видишь, куда прешь, что ли? – завизжал лепрекон. – Совсем очумел? Кто тут будет все восстанавливать? Ты знаешь, сколько я на этот проклятый газон трачу?

Ну, естественно. Это эльфы о природе радели бы и горевали о загубленных растениях, а коротышку интересуют только деньги. Я бы удивился, будь по-другому.

Орк, завидев лепрекона, будто взбодрился, но не шагнул пристыженно с газона, а двинул прямо к нему навстречу, вырывая мощными подошвами куски дерна.

– Ты совсем с ума сошел, что ли? Уйди с газона, я тебе говорю! – лепрекон, в голове которого каждый шаг орка превращался во вполне осязаемые суммы ущерба, был на грани сердечного приступа. Вне себя от ярости, он подбежал к орку, шагнувшему, наконец, на растрескавшийся асфальт, и принялся колотить его кулачками. Со стороны это выглядело крайне забавно: громила-орк за шесть футов ростом, и лепрекон, едва достающий ему до пояса. Правда, то, что произошло дальше, забавным назвать было уже сложнее.

Орк, издав нечленораздельный звук, похожий на голодное урчание, схватил лепрекона, легко поднял его в воздух… И впился ему в шею!

Внушительные клыки моментально пробили тонкую кожу, и морда орка окрасилась ярко-зеленой лепреконьей кровью. Бешеный орк, довольно урча, полосовал плоть верещащего и дергающегося коротышки, погружая клыки все глубже. Что за черт?

Я огляделся по сторонам. Ни полиции, ни других Высших в пределах видимости не было, люди же на заправке вели себя по-разному. Кто-то, оцепенев, глазел на невообразимое зрелище, кто-то пытался заснять происходящее на чарофон, чтобы потом пересмотреть на голографе, но большая часть просто прыгала в свои машины и стремилась поскорее покинуть заправку, на которой происходило что-то странное и, несомненно, опасное. А вот помогать лепрекону явно никто не собирался. Проклятье!

Я недолюбливаю Высших, но принимаю их, как данность. Я практически не видел мира без них, для меня они существовали всегда, всегда были рядом с людьми… Высшие были разными. Кто-то – как мой товарищ Поллак, считающий людей равными, кто-то – как Искариэль Эйренор, ненавидевший всех, кроме самих Высших, чей предок, известный под именем Проклятый-и-Забытый, начал войну с цивилизацией нормов, приведшую к тому, что остатки магов отправились искать новый дом… Да, Высшие высокомерны и чванливы, но это не значит, что я могу спокойно стоять и смотреть, как убивают одного из них. В конце концов, среди людей тоже откровенные гниды встречаются.

Прекрасно понимая, что, если вмешаюсь, встречи с полицией не избежать, я попытался вспомнить, нет ли у меня при себе чего-либо запрещенного? Вроде бы нет. Ради разнообразия, я сегодня не собирался воевать с подземными тварями или срывать ритуал древних магов, так что и в машине было чисто, и на теле никакой «запрещенки» не было, и даже моя «Анаконда» была заряжена обыкновенными патронами. Самыми обычными «Магнум .44», пули которых, с небольшого расстояния, гарантированно пробивают минимум четыре ряда дюймовых досок. Самое то для невменяемого орка.

Потянув револьвер из кобуры, я шагнул вперед.

– Эй ты, дубина серокожая! А ну брось его! – палить в Высшего без предупреждения было чревато последствиями, хлопот потом не оберешься. А вот если я сначала честно скажу ему, что разворочу его тупую башку, если он не прекратит безобразничать, и это будет запечатлено многочисленными камерами зевак, проблем сразу станет меньше.

– Ты слышишь меня, придурок? Отпусти его, иначе буду стрелять!

Странно, но орк послушался. Вот только, к моему глубокому сожалению, совсем не потому, что решил внять предупреждениям. Сыто рыгнув, он отбросил лепрекона в сторону. Даже со своего места я слышал, как череп ударился об асфальт. Живое тело так падать не может.

Я перехватил револьвер обеими руками и принял позу для стрельбы, однако ни я сам, ни моя пушка, орка не заинтересовали от слова «совсем». Он снова впал в эту свою странную прострацию, уставившись пустыми глазами в никуда.

Вдали раздался вой сирен. Мне уже, было, показалось, что мы спокойно сможем дождаться полицию, которую кто-то все же вызвал, и которая сможет исполнить свою работу самостоятельно, как вдруг орк оживился снова.

На пороге заправки стояла… Хм, как назвать самку лепрекона? Никогда не задумывался, стараясь по минимуму пересекаться с этим хитрожопым народцем. Лепрекониха? Пусть будет так. В таких же смешных ботинках и гетрах, только вместо рубахи, жилетки и шляпки – платье в оборочку и забавный чепчик. Лепрекониха явно имела некое родство с владельцем заправки, ну, или просто первый раз видела, как кого-то жестоко убивают. Ее глаза расширились, став похожими на блюдца, а кожа стала мраморно-белой. Рот открыт в немом крике, и, в целом, вся барышня находилась в полустолбнячном состоянии. Чего нельзя было сказать об орке.

Завидев лепрекониху, он взбодрился, издал то самое урчание, и весьма бодро рванул вперед. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что произойдет дальше. Я резко развернулся, убедился, что на линии огня никто не маячит, и дважды выстрелил ему в спину.

«Анаконда» привычно лягнулась отдачей, звук выстрела ударил по ушам, а орк, получивший дополнительное ускорение в виде двух тринадцатиграммовых пуль, разогнанных почти до полутысячи ярдов в секунду, споткнулся, и со всего маха распластался на асфальте, в кровь сдирая морду и выставленные вперед ладони. Я опустил револьвер и медленно выдохнул. Ну, все. Влез. Теперь проблем не оберешься.

Я уже начал засовывать револьвер в кобуру, когда кто-то вскрикнул. Резко обернувшись, я не поверил своим глазам: орк поднимался на ноги. Да как так-то?

Снова достав револьвер, я медленно пошел вперед, держа серокожего на прицеле. Отсюда хорошо было видно входные отверстия в спине здоровяка, и я точно мог сказать, что каждое из таких ранений должно было стать смертельным. Должно было, но не стало. Орк замедлился, шел, покачиваясь, но шел, вновь уставившись на так и не догадавшуюся сбежать, лепрекониху.

Сирены выли совсем близко, но уже было понятно, что заканчивать это придется мне. Копы не успевали. Выругавшись, я вскинул револьвер, и потянул спуск.

Глава 2

Я сидел, опершись о капот машины, и курил. «Розовый нектар», хвала Высшим, не бензин, и против курения на заправке никто не протестовал. Хотя и протестовать было некому. Кучка оставшихся зевак старалась держаться подальше и от меня, и от тела орка, а прибывшие копы… Черт, это совсем ни в какие ворота не лезло, если честно.

Я ожидал, что, как только примчится первая полицейская машина, начнется шоу в стиле: «замри, парень, брось пушку, на колени, ноги скрестить, руки на затылок, на затылок, мать твою!», но вместо этого сразу несколько гравилетов приземлились в отдалении, а их экипажи принялись сноровисто растягивать оцепление, ставя магический барьер и не выпуская никого с территории. И даже не пытаясь меня задержать.

Что ж, ладно. Подождем, делать нечего, все равно особо сильно я никуда не спешу. Вот только револьвер я при этом положил на видное место, на крышу машины. От греха подальше.

Среди полицейских гравилетов приземлился еще один, и из него вышел Поллак. Орк подошел к самому барьеру, присмотрелся, и, узнав меня, с размаху шлепнул ладонью по лбу, покачал головой, и удалился к машине. Ну, прости, капитан. Я не специально ищу приключения, они сами меня как-то находят.

 

Спустя еще десять минут и две сигареты, на посадку зашел черный, обтекаемый гравимобиль без опознавательных знаков, и я поежился. Безопасность, ну конечно. Куда же без нее, ага. Эх, что-то я не могу вспомнить ни одного раза, когда общение с этими ребятами доставляло бы мне удовольствие. Ну, не считая пары моментов с Из. Из…

Надолго погрузиться в мрачные мысли мне не дали. Из гравилета Безопасности выбрались две фигуры в черных плащах, и направились прямо ко мне. Я поднялся, отряхнул куртку, и, на всякий случай, отойдя на пару шагов от машины, принялся ждать, стараясь держать руки на виду.

Пройдя через барьер, безопасники разделились. Один двинулся к телу орка, второй продолжил путь ко мне. В его походке было что-то странное, но что именно – я так и не смог уловить. И только когда он приблизился почти вплотную, я понял, что с ним не так.

Безопасник был нагом.

Наги – древнейшая раса Высших, они даже старше эльфов, чванливо считающих себя Первородными. Нагов было мало, и они старались лишний раз не отсвечивать, оставаясь в тени эдакими серыми кардиналами. Сами себя они, разумеется, называли по-другому, но человеку было не под силу воспроизвести этот набор шипяще-свистяще-щелкающих звуков, и им прилепили наиболее близкое и знакомое по земным мифам название. На нагов из мифов невысокие прямоходящие рептилии походили мало, но не рептилоидами же их называть? И без того немногочисленных ящеров после катастрофы, постигшей планету Высших, осталось совсем немного, и, если честно, я нага видел впервые. Они редко показывались даже среди Высших, что уж тут говорить про людей? А вся информация, которой я владел о рептилиях, основывалась на «Взаимодействии цивилизаций» – предмете, вошедшем в школьную программу вскоре после Падения Корабля.

Наг стоял в паре шагов, чуть склонив голову на длинной шее набок, и пытливо, с каким-то брезгливым интересом, рассматривал меня. Под капюшоном блеснули желтые глаза с вертикальными зрачками, на миг показался раздвоенный язык, а потом он заговорил неприятным, шипяще-свистящим шепотом, весьма богатым, впрочем, на оттенки. Заговорил, ничуть не пытаясь скрыть из тона гадливость и омерзение. Как будто это он стоял рядом с разумной ящерицей, а не я.

– Мне рассказали, что тут произошло. Странно. Приходится благодарить низшее существо за убийство одного из нас. Как неприятно.

Я хмыкнул. И это людей еще называют ксенофобами!

– Благодарить?

– Да. Много чести для низшего, но ты оказал услугу. Впрочем, даже червяк иногда может быть полезным. Стой и не дергайся, мне неприятно находиться рядом, но я должен получить слепок твоей ауры.

Он поднял короткие лапки, теряющиеся в складках рукавов плаща, и я почувствовал, как моего сознания касается нечто скользкое и неприятное, даже мерзкое. Ощущение можно было сравнить с тем, что я чувствовал во время досмотра «ищейки», только многократно усиленное. Что-то чужое и чуждое копалось в моей голове, я буквально физически ощущал, как влажные лапки с острыми коготками касаются мозга. Когда меня уже начало тошнить, и я подумывал от души проблеваться прямо на плащ безопасника, ощущение исчезло.

– Как интересно, – задумчиво прошипел наг. – Ланс ван дер Тоот, частный сыщик. Тридцать четыре земных года, холост, в постоянных отношениях не состоит, ориентация гетеросексуальная, репутация – отрицательная, кредитная история… Хм, кредитная история положительная, забавно. Так, обвинялся в убийстве Кортиэля Валтазара из Дома Серебряной Луны, позже был переведен в свидетели по делу, обвинялся в избиении и убийстве нескольких человек, провокациях и розжиге межцивилизационной розни, ого, был в розыске, затем… Хм, затем все обвинения были сняты, включая запрет на посещение Верхних ярусов, более того – появилась метка, позволяющая проходить контроль вне очереди. При этом метки осведомителя Безопасности нет… Как интересно!

Наг покрутил головой, стрельнул пару раз своим мерзким языком и продолжил.

– Ага! Есть информация о связи с Изадриэль Валтазар, бывшей сотрудницей Безопасности, также одно время находившейся в розыске по обвинению в… Ого! – из-под капюшона снова высунулся раздвоенный язык, – запрещенные виды магии, участие в террористической организации… Хм, обвинения сняты, получена благодарность за предотвращение особо крупного теракта… Сняты тогда же, когда и твои. Одновременно с вступлением Изадриэль Валтазар в статус главы Дома Серебряной Луны… Это многое объясняет, включая положительную кредитную историю. Достопочтенная сидхе любит покувыркаться с людишками, да? Любила, – поправил сам себя. – Исчезла при невыясненных обстоятельствах. Ну, да, об этом все гудят, – на меня снова взглянули внимательные змеиные глаза. – А не приложил ли ты руку к этому исчезновению, а, дружок?

Судя по тому, что я помнил, наги были умными и хитрыми, прекрасно владели магией, и, в отличие от других рас, им не требовались «костыли» вроде боевых жезлов, кристаллов-накопителей или еще каких-либо приспособлений. Нет, конечно же, они пользовались артефактами, упрощающими жизнь, вроде гравилетов или чарофонов, но, в целом, манипулировали чистой энергией, тратя ее в разы экономнее собратьев. А, следовательно, и возможности у них были выше. Вот и сейчас рептилия умудрилась влезть мне в голову, провести поверхностное сканирование, потом без всяких сторонних устройств подключиться к базам Безопасности и получить на меня более, чем исчерпывающую информацию. М-да, Высшим обо мне известно много, гораздо больше, чем мне бы хотелось. Неприятно.

– Офицер, мне кажется, или вы испытываете ко мне личную неприязнь и задаете вопросы, которые, мало того, что не касаются дела, так еще и имеют явную цель оскорбить меня?

Наг издал какой-то странный звук, который, видимо, должен был обозначать смех.

– Нет, не кажется, дружок. Я испытываю к тебе сильную неприязнь, брезгливость и отвращение. И очень хочу оскорбить тебя. Только не принимай на свой счет. Я ненавижу весь ваш нелепый вид, это недоразумение, тупиковый вид эволюции. Ты же – полное ничтожество даже на фоне своих собратьев, и недостоин личной ненависти. Однако, биография у тебя достаточно интересная, должен признать. Пожалуй, позже я поинтересуюсь ее подробностями, что-то мне подсказывает, что ты не так прост, как кажешься. Я бы не отказался сейчас влезть в твою голову чуть глубже…

– Офицер, вы планируете провести глубокое ментальное сканирование? Потрудитесь тогда предъявить мне обвинение. Кроме того, я требую, чтобы сканирование проводилось согласно процедуре, в присутствии двух офицеров и моего адвоката, – если честно, мне стало малость не по себе. А ну как найдет сейчас повод, признает показания свидетелей недостоверными, и выкатит обвинение в убийстве орка? А то еще и расскажет, что это я лепрекона загрыз. С этой твари станется. Тем не менее, я старался держаться невозмутимо и специально говорил погромче, чтобы мои слова были слышны заинтересовавшемуся Поллаку, подошедшему к барьеру поближе, и напарнику нага.

– Хорошая идея, – прошипел наг, и я обмер. – Но, к сожалению, у меня сейчас нет для этого оснований. Я чту закон. Однако я обязательно озабочусь тем, чтобы, рано или поздно, эти основания у меня появились. Ты заинтересовал меня, червячок, и тем хуже для тебя.

– Так что там с благодарностью, офицер? Вы закончили опрос, досмотр, или как это у вас называется? Я могу ехать? У меня мало времени, я опаздываю, – я демонстративно посмотрел на часы.

Наг скривился, как будто проглотил лягушку (хотя, кто знает, может я неверно подобрал сравнение, и для него лягушка – деликатес), и официальным голосом прошипел:

– Ланс ван дер Тоот, от лица Управления Безопасности, я, Хиссус Ксаа, заместитель начальника отдела особых расследований, выношу вам благодарность за предотвращение убийства. Вы можете быть свободны. Не покидайте место регистрации, вас могут вызвать для дачи более подробных показаний.

– Спасибо, офицер, – я шагнул мимо нага, слегка задев его плащ, забрал револьвер и сунул его в кобуру. Усевшись в машину, я услышал угрожающее шипение, и повернулся к окну.

– Я запомнил тебя, червячок, – наг сверлил меня своими глазками, которые так и сверкали ненавистью. – Мы еще встретимся. И гораздо быстрее, чем ты думаешь.

– Рад был помочь, офицер, – буркнул я, завел двигатель, и направил машину к выезду с территории заправки.

Хиссус, мать его, Ксаа. Только тебя мне для полного счастья не хватало. И зачем я вообще полез во все это?

Глава 3

Вырулив за барьер, я припарковался, выбрался из машины, и двинулся к Поллаку. Орк заметил меня, и махнул рукой, подожди, мол, не до тебя. Я согласно кивнул. Уже привык, что всем не до меня, что тут поделаешь. Заняты делами, а я тут отвлекаю всех, стреляя по бешеным оркам.

Впрочем, ждать пришлось недолго. Поллак закончил что-то втолковывать подчиненным, и подошел ко мне.

– Опять ты в задницу влез, ван дер Тоот, – устало проговорил капитан. – Ну вот чего тебя вечно тянет не пойми куда, а?

– Ну, так уж складывается, – развел я руками. – А куда я влез-то хоть, расскажи?

Поллак нахмурился.

– Не твоего ума дело. Достаточно того, что ты умудрился Хиссуса против себя настроить. Езжай, куда ехал, Ланс, и забудь обо всем, что видел. Для твоего же блага.

– Ой, подумаешь, ящерка обиделась, – я пренебрежительно махнул рукой. – Тоже мне…

– На твоем месте я бы отнесся к этому серьезно, Ланс, – буркнул орк. – Хиссус очень опасен. Я бы не рискнул переходить ему дорогу. Наги – очень древние создания, они даже эльфов ни во что не ставят, про людей же и вовсе речи нет. Хиссус мог занять место в Совете, но вместо этого пошел служить в Безопасность. Именно потому, что ненавидит людей и постоянно ждет от них какой-то подлости. А еще он невероятно злопамятен, а ты его прилюдно унизил.

– Я? Его? Чем же?

– Да тем, что поставил на место и заставил выносить благодарность. Помяни мое слово, Ланс, это тебе еще не раз аукнется.

– Ой, да ладно! – где-то в глубине души я понимал, что Поллак прав, но открыто бояться рептилии? У нас, вон, ящерицы тоже доминирующим видом были, пока метеорит не прилетел. Так те хоть с виду страшные были, а эта мерзость ничего, кроме отвращения, не вызывает.

– Не доведет тебя до добра твое легкомыслие, ван дер Тоот, – покачал головой капитан. – Ладно, езжай отсюда, ты и так уже привлек внимание, как только мог.

– То есть, ты мне не расскажешь, да?

– Не нужно оно тебе, поверь, – очень серьезно проговорил Поллак. Так серьезно, что я даже проникся. – Совершенно не нужно.

– Ладно, ладно, в конце концов, это действительно не мое дело, – развел я руками. – Уже жалею, что встрял. Поеду я. Увидимся, Поллак.

– Увидимся, Ланс. Будь осторожен.

Я кивнул, и пошел к машине.

Когда я уже садился в автомобиль, мое внимание привлек большой серебристый гравилет, размером с фургон доставки. Ого! Такие большие гравики – редкость. Что это еще такое? Сделав вид, что у меня заел ремень безопасности, я принялся его дергать, а сам то и дело бросал взгляды на площадку перед заправкой. И, когда задние двери фургона распахнулись, мое любопытство было вознаграждено, да так, что я даже присвистнул. Ну ничего себе! С таким я еще не сталкивался.

Из фургона вышли две фигуры, затянутые в серебристые комбинезоны со шлемами, похожие на костюмы биологической защиты. Хотя, почему «похожие»? Это они и есть! Вот только до этого я никогда не слышал, чтобы Высшие болели хоть чем-нибудь.

«Космонавты» подошли к трупу орка, достали большой серебристый мешок и сноровисто запаковали в него тело. После проделали то же самое с телом лепрекона, подхватили мешки, в два захода закинули их в двери, залезли следом, и гравилет тут же взмыл в воздух, заложил вираж, и ушел в небо. Следом за ним последовала машина безопасников, а полицейские зашевелились, принявшись разбирать барьер.

Во дела!

Завидев направляющегося ко мне копа, я, наконец-то «справился» с ремнем, пристегнулся, завел мотор и быстро выехал на дорогу. Хватит с меня на сегодня общения с представителями власти.

***

– Ну что там, Грумли? Не томи, у меня уже спину ломит! – недовольно пробурчал я.

Гном, бродящий вокруг меня в странном шлеме, из которого торчали трубки и нечто похожее на антенны, лишь отмахнулся. От шлема исходило едва слышное жужжание, а в центре конструкции то и дело вспыхивал алым какой-то камень.

Еще две минуты, и гном стащил шлем, в сердцах брякнув его на стул, стоящий рядом.

– Ничего не понимаю. Изменений в ауре нет, никаких эманаций прибор не улавливает. Ты уверен, что тебе все это не привиделось?

– Нет, Грумли. В том, что мне не привиделось, я уверен совершенно точно.

 

– Странно. Очень-очень странно. Я-то делал «Зерцало» по древнему рецепту, до меня на Земле никто не создавал такого. Но, сколько я ни рылся, ни в рукописях, ни в магосфере никаких упоминаний о таком я не находил даже на нашей планете! Покажи еще раз!

Я пожал плечами, уселся на жесткой койке, и задрал рубашку до шеи. Гном подошел почти вплотную, и принялся рассматривать большой круглый шрам от ожога, оставленный мне амулетом. Даже пальцем потыкал в загрубевшую кожу, заставив меня зашипеть сквозь зубы.

– Не знаю… – протянул гном. – Ожог явно от медной оправы, которая чересчур сильно накалилась. Амулет не прожег кожу и мясо, не прошел внутрь тебя…

– Что за бред, Грумли? Естественно не прошел! Как такое вообще возможно? Я бы погиб, если бы этот твой булыжник проплавил мое тело!

– Ты многого не знаешь о магических артефактах, Ланс. Впрочем, как выяснилось – я тоже, – гном казался растерянным. —Никто и никогда не слышал о таком эффекте. Возможно, это потому, что… – гном задумался. – Гм, гм…

– Грумли, ты чего? Не тяни, рассказывай, давай!

– Я не уверен, мне нужно пересмотреть свои записи, и все посчитать, – гном выглядел крайне задумчивым. – Ланс, давай ты зайдешь ко мне завтра? А лучше – послезавтра.

– То есть, сейчас ты мне ничего не скажешь? – я посмотрел на озадаченного гнома.

– Ну, ты же не хочешь мне говорить, под какое воздействие попал. А это могло бы приблизить нас к разгадке.

– Поверь, Грумли, тебе оно не нужно, – я поймал себя на том, что чуть ли не слово в слово повторил недавнюю фразу Поллака, и невесело усмехнулся.

– Как скажешь. Ладно, все, иди давай, мне тут подумать надо, – гном вскочил со стула, и едва ли не выталкивать меня принялся. Я знал, что, когда он приходит в такое состояние, спорить с ним бесполезно, поэтому попрощался и вышел.

***

На улице шел дождь. Я натянул капюшон, и закурил, глядя на то место, где еще недавно стоял дом, в котором я снимал квартиру. Завалы разгребли, но строить здесь, конечно, ничего не стали. Вполне ожидаемо, впрочем. Кому нужны трущобы? Никому, верно. Потому сейчас здесь был пустырь, постепенно зарастающий высокой травой.

Я поежился. Неприятно ощущать себя причиной разрушений и гибели людей. Мягко говоря, неприятно. Я наводил справки, из-под завалов достали восемь тел. И, хотя моих знакомых среди них не было, одно то, что я, хоть и косвенно, виновен в их смерти, меня очень сильно угнетало. Я не забыл обещание заставить главу Красных ангелов заплатить по счетам, и он еще свое получит. Вот только байкеры куда-то делись. Мне не пришлось даже ехать к таинственному торговцу коврами, контакты которого дала мне мисс Дэвис. Вероятнее всего, после взбучки, которую им задала освобожденная от запретов полиция при поддержке и активном участии напрочь отмороженных бойцов Багряного крыла, байкеры решили, что не такие уж они и крутые, и ушли в подполье или вовсе распустили банду. А может, выжидают удобный момент, чтобы появиться вновь и напомнить о себе. Сейчас это стало сложнее: после попытки бунта, количество полиции на Дне увеличилось, и ребята в форме, памятуя, что сделали с их коллегами не так давно, работают с Докурив, я щелчком отправил сигарету в мокрые кусты, и вернулся к машине. Мимо пробежал мальчонка с газетами, и я, желая отвлечься от мрачных мыслей, сунул ему доллар, получив взамен вкусно пахнущий свежей типографской краской пакет.

Газеты, благодаря дороговизне доступа к магической Сети, а также цене самих гаджетов для подключения, давно вернулись в обиход и вновь стали привычными. Несколько ушлых ребят, ранее ведших популярные городские блоги, объединились и стали выпускать их бумажную версию, стараясь выбирать для публикации самые важные и интересные новости. Вот и сейчас на первой полосе красовалась фотография знакомого каждому в городе здания, а крупные буквы заголовка вопрошали: «Кому достанется Серебряная Луна?».

Не знаю, как насчет других читателей, но в моем случае издатели попали заголовком, что называется, «в аудиторию». Это для остальных «Дом Серебряной Луны» – мегамагокорпорация, которая производит гаджеты на стыке магии и электроники. Я же не так давно обвинялся в убийстве одного из членов правящей Домом семьи Валтазар, видел последний бой ее главы, пару раз чуть не переспал с его племянницей, а потом, когда она сама стала главой Дома, и вовсе убил ее, хоть и нечаянно и в целях самообороны. Хорошо, что об этом никто не знает. И, надеюсь, так будет всегда.

Я вспомнил Хиссуса, и настроение, и без того бывшее не очень радужным, устремилось к отметке «ниже плинтуса». Снова закурив, я включил в машине свет, и углубился в чтение.

Статья начиналась с рассказа о том, как героически пал Трендориэль Валтазар, пытаясь отомстить убийце собственного сына, и, по совместительству, срывая крупный теракт, а также – как пропала без вести его единственная родственница, тоже поучаствовавшая в грандиозной битве с силами зла и успевшая, после смерти дядюшки, стать главой Дома Серебряной Луны.

После вступления шла информация, гласящая, что теперь Дом Серебряной Луны остался без правителя. Семья Валтазар сильно пострадала в войне на их родной планете, спастись удалось всего нескольким представителям – и большинство из них погибло при Падении Корабля. Трендориэлю удалось сохранить Дом, он даже сумел сделать из него успешную корпорацию, одним из первых, кстати, начав брать на работу людей, но сейчас в живых не осталось никого из семьи Валтазар, и древний род угас. По эльфийским законам, в случае гибели правящей семьи, Дом прекращает свое существование, а все его имущество переходит к Дому, изъявившему желание продолжить дело. И вот тут начиналось самое интересное.

Это самое желание изъявили сразу несколько Домов, что, впрочем, неудивительно: семьи Валтазар больше нет, а вот их состояние, компании и производственные мощности – остались. Магические штучки, разрабатываемые для людей и Высших – большой и прибыльный рынок. Злые языки даже поговаривали, что исчезновение Изадриэль Валтазар – дело рук кого-то из конкурентов, желающих прибрать корпорацию к рукам. Как бы то ни было, в ситуации, при которой заявку на право наследования подавало больше одного Дома, это право разыгрывалось на так называемом Турнире Достойных.

Каждый эльфийский род получал право доказать свое превосходство, выставив наиболее искусного мага на поединок Силы, и сейчас в город со всей Земли слетались эльфы, желающие испытать удачу. Турнир Достойных проводился в несколько этапов, в каждом из которых сходились представители нескольких Домов. В финал выходили двое, и Дом победителя получал все.

Турнир должен был пройти через несколько дней, и, что самое интересное – проводиться он будет на Дне, на спортивной арене «Барклайс-центр» в Бруклине: на Верхних ярусах подходящего места для столь масштабных действий не нашлось. По иронии судьбы, более подходящее место, где Высшие могли бы устроить свои развлекухи, Мэдисон Сквер Гарден, находилось на Манхэттене, который сейчас так и звался – Остров Высших, вот только Корабль в свое время упал именно на него. Так что теперь эльфам выбирать не приходилось.

Ниже основной новости находилась небольшая заметка, сообщавшая, что одновременно с турниром будет проходить нечто вроде выставки, на которой влиятельные Дома будут хвастаться богатством и мощью, выставив на всеобщее обозрение свои самые крутые и ценные артефакты.

Я покачал головой, сложил газету, и бросил ее на заднее сидение. Высшие… Сколько пафоса, сколько чванства, а сами готовы глотки друг другу порвать, лишь бы зацепить кусок пожирнее. И чем они отличаются от нас, людей? Да ничем. Выглядят только иначе, да магией владеют.

Про мысли о магии, я невольно опустил взгляд на грудь, туда, где под рубашкой скрывался шрам от ожога. Опустив окно, я выкинул сигарету, завел машину, и выехал на дорогу.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»